Отмена крепостного права. Оценки реформы 1861 г. в исторической литературе. 3. 2

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ФГБОУ ВПО

Уральский государственный экономический университет

Институт непрерывного образования

Факультет сокращенной подготовки

Кафедра Экономики

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

По дисциплине «История»

На тему (или «ПЕРЕАТТЕСТАЦИЯ») «Отмена крепостного права. Оценки реформы 1861 г. в исторической литературе»

Екатеринбург

2014 г.

Содержание

     Введение…………………………………………………………………...….2

1. Причины и характер реформы 1861 г……………………………………5
2. Подготовка аграрной реформы……………………………………….…11
0. Основные положения реформы, её реализация………………….…......….14

3. Значение отмены крепостного  права и оценки реформы 1861 г.

в исторической литературе. ……………………………………..………….15

     Заключение………………………………………………………….………..21

     Список литературы…………………………………………………………..23

                                                 Введение

     Крепостное право, т.е. прикрепление крестьян к земле, началось на Руси в XV веке. До этого землей владели главным образом сами князья, а также монастыри и бояре. Отношения между ними и людьми, работавшими на их земле, не были ясно определены. Некоторые земледельцы-крестьяне работали добровольно, но другие - принудительно, находясь иногда почти в рабской зависимости от землевладельцев.

    Были и свободные крестьяне, работавшие на своей земле. Большинство крестьян могло свободно переходить с одного места на другое. Такая неопределенность земельных отношений не могла продолжаться после того, как московские князья начали "собирать русскую землю".

     Московское государство рождалось в тяжелых условиях непрерывной борьбы с внешними врагами. Князьям нужна была вооруженная сила для защиты страны и для проведения своей политики. В награду за службу в войсках и при княжеском дворе служилым людям давались земли, так называемые "поместья", доходами с которых они жили. Эти служилые люди, которые впоследствии стали называться "помещиками", должны были по первому требованию правительства являться в полном вооружении для участия в военных действиях, приводя с собой столько людей, сколько требовалось в зависимости от размера их поместья.

    Для обеспечения поместий рабочей силой стали приниматься меры к тому, чтобы "прикрепить" крестьян к земле, на которой они работали. Большое количество земель было передано во владение помещикам. Таким образом, на этих землях установилась зависимость крестьян от землевладельцев.

    Сначала помещики владели поместьями временно. Крестьяне, работавшие у них, не принадлежали им лично. За плохую службу государству помещика могли лишить земель и передать их другому. Однако, как правило, поместье оставалось в пожизненном владении. Когда умирал отец, помещиком назначался его сын и так далее.

     Ни помещику, ни государству уже не было выгодно разрешать свободный уход крестьян с занятой ими земли. Поэтому крестьян старались удержать на месте. Свободный переход в любое время от одного помещика к другому был запрещён. Такой переход разрешался только один раз в год в определённый, так называемый «юрьев день». Однако на практике крепостные нередко теряли это право. Если они занимали у помещика деньги и не могли уплатить ему долга, они должны были продолжать работать у него. Иногда богатые помещики, которым нужна была рабочая сила, приезжали в соседние поместья, уплачивали крестьянские долги и переселяли этих крепостных к себе.

     Со временем, помещичьи земли стали постоянными владениями и могли передаваться по наследству, а крестьяне оказались прикреплены не только к земле, но и к помещику. Помещики стали полными хозяевами земли и людей. Над своими крепостными они получили  административную и судебную власть, а также собирали с них установленные государством налоги.

    Отношения между помещиками и крепостными не были достаточно определены законом. Поэтому крепостные в значительной степени зависели от произвола помещика. До второй половины XVIII века за право владеть крепостными и землёй помещики продолжали работать для государства. В 1761 году Пётр III своим "указом о вольности дворянства" освободил дворян (помещиков) от обязанности служить государству; крепостные же остались собственностью помещика. Постепенно крепостное право становилось всё более похожим на рабство.

    Вопрос о крепостном праве составлял тяжелую заботу для правительства еще во времена Николая I. Крепостной строй явно устарел. Нельзя было далее оставлять крестьян в состоянии рабства. Нельзя было ожидать роста и развития государственных сил при господстве в России отживших форм крепостного помещичьего хозяйства.

     19 февраля 1855 г. на российский престол вступил Александр II (1818 - 1881) - старший сын Николая I, при этом во всех слоях русского общества пробудились надежды на серьезные перемены.

     По своей натуре Александр II не был реформатором. В отличие от своего  младшего брата Константина Николаевича Александр не увлекался либеральными идеями. Восточная война ясно показала отсталость и слабость нашего государства, Александр нашел в себе мужество признать крах николаевской системы и необходимость внутренних перемен. Он понимал, что эти перемены должны были начаться именно с крепостного права, с «улучшения быта крепостных крестьян», как тогда принято было выражаться о крестьянском освобождении. Вскоре император Александр II, беседуя с дворянскими депутатами в Москве, сказал знаменитые слова о том, что «лучше отменить крепостное право с верху, нежели дожидаться того времени, когда оно само собою начнет отменяться снизу». Эти слова имели в виду неспокойное состояние крепостных, которые ждали освобождения и волновались год от году заметнее и сильнее. Слова государя произвели очень большое впечатление на все русское общество.

     Полноценное протекание  событий отмены крепостного права в России 1861 г. будут освещены в работе.

1. Причины и характер реформы 1861 г.

     Отмена крепостного права произошла не в результате массового крестьянского движения или революции, а мирно, «сверху», после 100 лет обсуждений и попыток решения крестьянского вопроса в различных комиссиях и комитетах, главным образом секретных. Объективные социально-экономичес-кие, демографические, общественно-политические причины вызревали постепенно, однако непосредственным толчком к реформе «сверху», силой самодержавной власти послужила тяжелая и бесславная для России Крымская война 1853-1856. Завоевания Петра I и Екатерины II, блестящие победы русского оружия в течение почти полутора столетий — все было поставлено на карту. В ходе войны обнажилась отсталость России: парусный флот не мог противостоять паровому; рекрутская система комплектования армии, основанная на крепостном праве, устарела и не соответствовала новой организации вооруженных сил в Европе; отсутствие железных дорог задерживало переброску войск, доставку боеприпасов и продовольствия (8 дней скакал фельдъегерь из Крыма в Петергоф к Николаю I, чтобы сообщить об обстоятельствах поражения на реке Альма, и столько же обратно, чтобы доставить главнокомандующему инструкции самодержца). Одиннадцатимесячная осада Севастополя, закончившаяся его падением в августе 1855, подвела черту поединку России с Западом — Англией и Францией, воевавшими на стороне Турции. «Севастополь ударил по застоявшимся умам», — этим крылатым афоризмом В. О. Ключевский точно определил тот перелом в общественном сознании, оценках реального соотношения сил в войне, внутреннего положения страны и перспектив ее дальнейшего развития, который вынудил Александра II и правящие верхи начать радикальные реформы после заключения Парижского мира 1856.

     К середине XIX в. старые производственные отношения в России пришли в явное несоответствие с развитием экономики, как в сельском хозяйстве, так и в промышленности. Это несоответствие стало проявляться давно, и оно могло бы тянуться еще очень долго, если бы в недрах феодальной формации не развивались ростки, а затем и сильные элементы новых капиталистических отношений, которые подрывали устои крепостничества. Происходили одновременно два процесса: кризис феодализма и рост капитализма. Развитие этих процессов в течение первой половины XIX в. вызвало непримиримый конфликт между ними и в области базиса — производственных отношений, и в области политической надстройки.

     Рассмотрим главные причины по степени их значимости: экономические, социальные, политические, хотя в жизни они были тесно связаны и взаимозависимы.

     Экономические противоречия были обусловлены ростом товарных отношений и тормозящим влиянием крепостничества. И помещичье, и крестьянское хозяйства были вынуждены подчиняться требованиям всероссийского рынка. В экономику все более проникали товарные отношения. “Помещики-крепостники,— писал В. И. Ленин, — не могли помешать росту товарного обмена России с Европой, не могли удержать старых, рушившихся форм хозяйства”. Если в начале XIX в. вывоз товаров из России оценивался в 75 млн. руб., то в середине века уже в 230 млн. руб., или в 3 раза больше. Внутренняя торговля росла еще быстрее. Только речные оптовые перевозки грузов, не считая гужевых, с 1811 по 1854 г. увеличились в 5 раз, в том числе перевозки зерна в 8 раз, муки и круп в 10 раз.

     Рост производства хлеба на продажу привел к значительным изменениям в землепользовании. В черноземной полосе помещики увеличивали собственные запашки и за полвека отняли у крестьян половину земель, бывших в их пользовании. Наступление помещиков вызвало резкий отпор со стороны крестьян. В нечерноземных губерниях земля давала низкие урожаи, помещики были менее заинтересованы в увеличении своих посевов, они больше могли получить дохода за счет оброка. К моменту отмены крепостного права в черноземной полосе у помещиков было 72% всех земель, в Среднем Поволжье 62%, в нечерноземной полосе 48%. В первых двух зонах преобладала барщина, и она увеличивалась, в последней рос оброк. Менее заметным, но очень симптоматичным изменением в землепользовании была аренда и покупка земли отдельными крестьянами: в 1858 г. 270 тыс. домохозяев имели в частной собственности свыше миллиона десятин (1 дес.=1,1 га) земли, что свидетельствовало о появлении сельской мелкой буржуазии.

     Большинство помещичьих хозяйств применяли барщину: на ней было занято около 70% всех крепостных крестьян. В них кризисные явления более всего проявлялись в низкой производительности труда подневольных крестьян. Не заинтересованный экономически работник, по характеристике современника, приходит на работу “сколь возможно позже, осматривается и оглядывается сколь возможно чаще и дольше, а работает сколь возможно меньше — ему не дело делать, а день убить”. Помещики вели борьбу против этого путем усиления контроля и введения особых заданий — уроков. Но первое вело к удорожанию, так как управляющим и приказчикам надо было платить, да они еще воровали продукты для себя. Система же уроков вызвала резкое ухудшение качества пахоты, уборки, сенокоса при выполнении количественных показателей. Помещики замечали, что при обработке своих земель крестьяне работают гораздо лучше, и поэтому старались полностью отнять у крестьян всю землю, переводя их в разряд дворовых или в разряд месячников, получающих месячное содержание. Численность таких крестьян резко возросла к середине века. Процент дворовых вырос почти в два раза (с 4 до 7%) и число их дошло до 1,5 млн. человек.

     В нечерноземной полосе преобладала оброчная система в виде денежной и натуральной платы. В конце XVIII в. нормальным считался оброк в 5 руб. с души мужского пола (или 7 руб. 50 коп. по ценам середины XIX в.). Перед отменой крепостного права средний оброк возрос до 17—27 руб., а в Ярославской и Владимирской губерниях повысился до 40—50 руб. Некоторые “крестьяне”, владельцы мастерских и фабрик в селе Иванове, платили сотни рублей оброка графу Шереметеву. Высокие оброки были там, где крестьяне могли хорошо заработать: около столиц и крупных городов, в промысловых селах, в районах огородничества, садоводства, птицеводства и т. п. Средние размеры оброков выросли в черноземной полосе в 2,2, а в нечерноземной в 3,5 раза. В оброчных имениях наблюдались часто кризисные явления, проявлявшиеся в разорении крестьянских домов тяжелыми поборами и в накоплении недоимок по оброчным платам, в побегах крестьян, потерявших связь с землей, с собственным хозяйством.

     Помещики, несомненно, видели преимущества вольнонаемного труда по сравнению с крепостным. Те же самые крестьяне, которых они обвиняли в лени, объединившись в артели, за плату пахали землю, строили дома и постройки со сказочной быстротой. Современник писал о вольнонаемной артели по уборке урожая: “Здесь все горит, материалов не наготовишься; времени они проработают менее барщинного крестьянина, отдохнут они более его, но наделают они вдвое, втрое. Отчего?— охота пуще неволи”. Но нанимать помещик не мог, потому что его собственные крестьяне тогда бы остались без работы. По этой же причине он не был заинтересован в покупке машин и орудий. В помещичьи хозяйства проникали элементы капитализма, что проявлялось в усилении товарно-денежных отношений, связей с рынком, в отдельных попытках применения машин, наемных рабочих, улучшения агротехники. Однако в целом хозяйство развивалось не за счет вложения капитала, а за счет усиления эксплуатации “живой собственности”— крестьян и за счет расширения реализации юридического права собственности на земли. Все резервы роста на этом пути были уже исчерпаны, многие помещики разорились, более 12% дворян-помещиков, преимущественно мелкопоместных, продали свои имения. В 1859 г. в банках были заложены имения с 7 млн. кре-постных (2/3 крепостного населения). Дальнейшее прогрессивное развитие помещичьих хозяйств в условиях крепостного права было невозможно, что поняли отдельные наиболее умные и образованные представители дворянства.

     При этом надо, прежде всего, учитывать, что крестьянские хозяйства к этому времени представляли собой разные типы: полностью разоренные, обнищавшие, живущие впроголодь (абсолютное большинство), а также среднезажиточные, более-менее сводящие концы с концами и, наконец, по-настоя-щему зажиточные и даже богатые. “

     ... Вся сущность капиталистической эволюции мелкого земледелия,— писал В. И. Ленин,— состоит в создании и усилении имущественного неравенства внутри патриархальных союзов, далее в превращении простого неравенства в капиталистические отношения”. Уже в дореформенной деревне отчетливо прослеживались разные стадии этих процессов. В центральных губерниях Европейской России в середине века наибольшее расслоение было среди промыслового крестьянства (половина дворов беднейшие, около 12—18% зажиточные), но четко проявилось и среди земледельческих хозяйств (около 20—28% беднейших и 15—23% зажиточных дворов). При этом доходы у беднейших крестьян были в 2—3 раза меньше на один двор, чем у зажиточных, а оброк и налоги они платили почти поровну (раскладка не по земле, а по душам), что способствовало дальнейшему расслоению. Выделение зажиточных и беднейших дворов является наглядным свидетельством проникновения капитализма и в крестьянское хозяйство.

     Подрывался также натуральный характер крестьянских хозяйств. Чтобы заплатить налоги, барщинные крестьяне должны были продать в среднем не менее четверти собранного хлеба (на 15 руб. серебром на двор). В зажиточных крестьянских хозяйствах излишки хлебов составляли более 30% валового сбора. Именно эти крестьяне применяли наемный труд и машины, теснее были связаны с рынком, из их среды выходили торговцы, ростовщики, владельцы мастерских и фабрик. Значительно шире и быстрее все эти процессы протекали в государственной деревне. Среди государственных крестьян было много хозяев, которые засевали десятки, а некоторые — на Юге, в Сибири и на Урале — сотни десятин земли, имели образцовые хозяйства с применением машин, наемных рабочих, улучшенных пород скота и пр. Сами крестьяне изобретали улучшенные орудия и машины. На выставках в 40-х гг. XIX в. экспонировались молотилки и веялки крестьянина В. Сапрыкина, молотильная машина Н. Санина, сенокосная машина А. Хитрина, льнотрепальная машина X. Алексеева и др. В одной Вятской губернии в 1847 г. было несколько сот доходных предпринимательских крестьянских хозяйств. Значительно больше их было в Предкавказье, где государственные крестьяне производили хлеба в 20 раз больше, чем помещики.

     Крестьянское хозяйство всех категорий к середине XIX в. сосредоточило 75% посевов зерновых и картофеля, давало 40% товарного хлеба, большую часть товарной продукции скотоводства, огородничества, садоводства. Это обстоятельство делало невозможным безземельное освобождение крестьян. В то же время крепостное право, как тяжелые путы, мешало развитию крестьянского хозяйства, сковывало инициативу зажиточных, вело к разорению миллионов дворов, делало невыносимым гнет помещиков,

     С конца 30-х гг. в России начался промышленный переворот, который проходил бурными темпами. В обрабатывающей промышленности число крупных предприятий и рабочих с 1825 по 1860 г. возросло в 3 раза. При этом оснащенность предприятий машинами и производительность труда увеличивались быстрее в десятки раз. Так, в 1828 г. применялись прядильные машины с 30 тыс. веретен, а в 1860 г. было 2 млн. веретен (рост в 66 раз).

     Применение сложных машин на фабриках было невозможно при крепостном труде, так как крепостные крестьяне на помещичьих и приписных мануфактурах нередко ломали и портили вводимые там новые механизмы. Поэтому к машинам нанимали вольнонаемных рабочих. В 1860 г. в обрабатывающей промышленности вольнонаемники составляли 465 тыс. из 565, или 85%, в горнозаводской, технически более отсталой, вольнонаемных было 20%.

     Но дальнейший рост применения наемного труда, а значит, и всего производства тормозился крепостными отношениями. В стране не было свободных рабочих, большинство вольнонаемных работников были оброчными помещичьими или государственными крестьянами, еще не полностью порвавшими с землей. А фабрике нужны были постоянные квалифицированные рабочие.

     В большинстве крупных стран Европы феодальные отношения были к этому времени ликвидированы, и они стали обгонять Россию по развитию промышленности. Если в 1800 г. Россия и Англия выплавляли одинаковое количество чугуна — около 10 млн. пудов, то в 1850 г. соотношение было 16 млн. в России против 140 млн. в Англии. Расплата за отсталость не замедлила сказаться: через 40 лет после блестящих побед в Отечественной войне над объединенной армией почти всех крупных европейских держав Россия потерпела жестокое поражение в Крыму. “Царизм, — писал Ф. Энгельс, — потерпел жалкое крушение... он скомпрометировал Россию перед всем миром, а вместе с тем и самого себя — перед Россией. Наступило небывалое отрезвление” . Крымская война обнажила противоречия, заставила царизм и часть правящего дворянского класса задуматься. Однако все это вместе взятое вряд ли привело бы к падению крепостного права, если бы не наложилось на рост крестьянской борьбы, вызвавшей революционную ситуацию в стране.

2. Подготовка аграрной реформы

     Подготовка крестьянской реформы заняла 4 года. Она началась с традиционных подходов, но закончилась совершенно новаторским законом. 3 января 1857 был учрежден очередной (10-й для дореформенного времени) Секретный комитет по крестьянскому делу из высших сановников страны. Но с принятием 20 ноября 1857 рескрипта на имя виленского генерал-губернатора В. И. Назимова традиционная судьба бесплодных секретных комитетов была преодолена. Высочайший (за подписью Александра II) рескрипт давал первую правительственную программу реформы для трех губерний — Виленской, Гродненской и Ковенской. Помещикам сохранялось право собственности на всю землю, но крестьянам оставлялась их усадебная оседлость, которую они могли приобрести в собственность посредством выкупа (срок не определялся); полевая, надельная земля предоставлялась крестьянам в пользование за повинности (без указания точных размеров).

     Вотчинная власть помещиков сохранялась, термин «освобождение крестьян» заменен более осторожным — «улучшение быта». Для подготовки реформы предусматривалось открытие дворянских комитетов в названных трех губерниях. Сам по себе рескрипт Назимову носил локальный характер и впрямую еще не означал приступа к общероссийской реформе. Однако важность и кардинальная новизна этого акта заключалась в его гласности. Сразу же он был разослан всем губернаторам и губернским предводителем дворянства для ознакомления, а через месяц появился в «Журнале Министерства внутренних дел».

     Гласность отныне стала мощным двигателем подготовки реформы и затрудняла (и даже исключала) отказ от нее. 5 декабря 1857 был принят аналогичный рескрипт для Петербургской губернии, что, по сути, означало неизбежность ее дальнейшего распространения вслед за столицей. Герцен и Чернышевский высоко оценили эти первые шаги Александра II на пути к реформе. В начале 1858 г. Секретный комитет, утратив свою секретность, превратился в Главный комитет по крестьянскому делу. В течение года в ответ на инициированные правительством адреса дворянства были даны рескрипты европейским губерниям России, так что к началу 1859 открылось 46 губернских комитетов, гласность подготовки реформы ширилась.

     В комитетах развернулась борьба между консервативным большинством, отстаивавшим право помещиков на всю землю и вотчинную власть, и либеральным меньшинством, согласным на выкуп крестьянами надельной земли в собственность. Только в одном комитете — Тверском, возглавляемом А. М. Унковским, либеральное дворянство имело большинство. Гласность обсуждения крестьянского вопроса способствовала усилению среди крестьянства напряженного ожидания воли, а вспыхнувшее в Эстляндии весной 1858 массовое крестьянское движение показало правительству, как опасно безземельное освобождение — так называемый «остзейский вариант» реформы. К концу 1858 г. либеральная бюрократия взяла верх над консервативными силами в деле подготовки крестьянской реформы. 4 декабря Главный комитет принял новую правительственную программу отмены крепостного права, которая, в отличие от рескриптов, предусматривала выкуп надельной земли крестьянами в собственность и лишение помещиков вотчинной власти. Главный комитет уже не мог справиться с такой грандиозной задачей, как рассмотрение всех губернских проектов и создание нового законодательства, не имевшего аналогов в предшествовавшей истории России. Для этой цели было создано новое, нетрадиционное учреждение — Редакционные комиссии (1859-1860) из представителей бюрократии и общественных деятелей, большинство которых поддерживало либеральную программу реформы. Общепризнанным лидером в этой сфере был Н. А. Милютин, его ближайшими соратниками и помощниками Ю. Ф. Самарин, В. А. Черкасский, Н. Х. Бунге, а председателем Редакционной комиссии — Я. И. Ростовцев, пользующийся безграничным доверием Александра II. Здесь был создан и кодифицирован проект закона, прошедший затем обсуждение в Главном комитете по крестьянскому делу и в Государственном совете, где консервативное большинство его не поддержало. Однако Александр II одобрил мнение меньшинства совета и подписал закон — «Положение 19 февраля 1861». Великий акт об освобождении от крепостного права был принят в день восшествия Александра II на престол, а сам он вошел в историю как царь-освободитель.

     Крестьянская реформа 1861 — это процесс переворота, начальная стадия которого — освобождение помещичьих крестьян от личной крепостной зависимости, конечная — превращение их в мелких собственников-хозяев, при сохранении значительной части дворянского землевладения и крупного помещичьего хозяйства. Осуществление этой цели мыслилось мирным путем, минуя революционные потрясения, характерные для стран Западной и Центральной Европы.

     Механизм осуществления этого процесса заключался в самом законодательстве. Крестьяне получали по закону личную свободу и право распоряжаться своим имуществом. Им предоставлялось право выкупа усадьбы. Полевой надел крестьяне получали в постоянное (неотъемлемое) пользование за повинность (конкретные условия определялись уставными грамотами), а по требованию помещика или по соглашению с ним — в собственность за выкуп (выкупные акты). Хотя помещики не обязывались переводить крестьян на выкуп, внутренние пружины закона вынуждали их к этому (постоянное пользование крестьян наделами и неизменность повинности в течение 20 лет). Крестьяне, не перешедшие на выкуп, назывались временнообязанными.

     К началу 1880-х годов их оставалось всего 15%, и с 1 января 1882 для них был введен обязательный выкуп. Крестьяне, вышедшие на выкуп, назывались крестьянами-собственниками. Цена выкупа определялась капитализированным из 6% оброком, 20-25% которого крестьянин должен был единовременно уплатить помещику (в случае добровольного соглашения с ним). Остальную сумму помещик получал от государства, а крестьянин погашал ее в течение 49 лет (выкупная операция). Стоимость земли по выкупу фактически превышала ее действительную ценность. Поэтому крестьяне ряда губерний переходили на дарственный надел (1/4 от положенного, но без выкупа). В результате реализации реформы землепользование крестьян значительно сократилось, отрезки составили до 1/5 надельной земли.

              3. Значение отмены крепостного права и оценки реформы

                              1861 г. в исторической литературе

     Крестьянская реформа 1861 года в России создала условия для беспрепятственного превращения рабочей силы в товар, т.е. утвердила господство капиталистического типа товарного производства. Для дальнейшего социально-экономического развития России XIX века падение крепостного права имело огромное значение - оно знаменовало собой начало новой, буржуазной России, выраставшей из крепостнической эпохи.

     Втягивание крестьянства в товарно-денежные отношения способствовало разложению этого класса, создавало необходимые условия для развития капиталистического сельского хозяйства. Падение крепостного права явилось толчком для развития капитализма и в помещичьем хозяйстве. Здесь начинали применять машины, агротехнику, что требовало наемной рабочей силы. Превращению помещичьих хозяйств в капиталистические способствовала и выкупная операция. Часть денежных средств, полученных помещиками в результате выкупа крестьян, превращалась в капитал, вкладываемый в производство, промышленность, строительство. Таким образом, выкупная операция представляла собой особую форму первоначального накопления.

     Крестьянская реформа 1861 года явилась началом важных изменений и в социально-политической жизни страны, которые можно отметить. Так, в обстановке революционной ситуации царское правительство вынуждено было вслед за отменой крепостного права пойти на ряд других буржуазных реформ - ввести элементы самоуправления на местах, суд присяжных, отменить телесные наказания, ввести всеобщую воинскую повинность вместо рекрутских наборов, провести реорганизацию просвещения и финансов. Шмидт, С.О. История государства Российского.

     Отмена крепостного права сыграла важную роль в деле превращения России в буржуазную монархию. Проведенная дворянством, хотя и буржуазная по своему содержанию, реформа 1861 года открыла широкие возможности для развития капитализма, но не уничтожила до конца феодальные социально-экономические отношения. Сохранились громадные помещичьи латифундии, поземельная община, надельные крестьянские земли. В социальной сфере сохранился сословный строй, а в политической самодержавие, которое являлось надежным защитником помещиков. Крупное помещичье землевладение давало возможность эксплуатировать крестьянство полукрепостническими методами. По сути, также имело место освобождение крестьян от земли, потому что от тех наделов, которыми владели крестьяне, были сделаны громадные отрезки, а тысячи крестьян были совсем обезземелены - посажены на четвертной или нищенский надел. Получив мизерные наделы, крестьяне оставались в фактической зависимости от помещиков. Пережитки феодально-крепостнических отношений существовали еще долгое время и тормозили экономическое развитие страны. Но, тем не менее, начало капитализма было положено, и после отмены крепостного права капитализм в России стал развиваться высокими темпами. Последовавшее за реформой расслоение крестьянства представляло собой предпосылку расширения внутреннего рынка, без чего невозможен рост капиталистической промышленности.

     Что касается государственных крестьян, то анализ реформы, проведенной правительством в их отношении, дает основание утверждать, что Правительство, боясь массового восстания, всячески затягивало завершение подготовки закона о государственных крестьянах. Несмотря на то что обеспеченность государственных крестьян землей была намного выше, нежели помещичьих и даже удельных, нельзя не признать, что значительная часть их не получила достаточных наделов. Этот факт и обусловил крестьянские волнения в ряде губерний в период составления и выдачи владенных записей. И только на основании закона 12 июня 1886 г. государственные крестьяне переводились на выкуп, а оброчная подать, уплачиваемая ими, преобразовывалась в выкупные платежи. При этом выкупные платежи увеличивались по сравнению с оброчной податью на 45%. Этот закон, вызванный к жизни чисто фискальными соображениями (необходимостью покрытия дефицитов в бюджете), представлял собой самый неприкрытый грабеж крестьян.