Региональные особенности социально-экономического положения США в середине 19века
1
РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ
ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПОЛОЖЕНИЯ ЮГА
В середине XIX в. США условно делились на Север и Юг. Однако, следует заметить, что под Югом следует понимать не географическое положение территорий, а так называемые рабовладельческие штаты.
Одной из самых отличительных черт, характеризующих социально-экономическое положение Юга, является рабовладение. Плантаторы-рабовладельцы, главенствующие на Юге, в конце восемнадцатого века, начали разводить хлопок. Никто тогда не мог представить, какой потенциал для экономики США несет эта культура. Для бурно развивающейся текстильной промышленности Англии хлопок стал отличным сырьем, а затем, спустя некоторое время он стал широко востребован и в отечественном производстве. К 1840 г. производство хлопка превысило 302 тыс. т., а уже к 1850 г. 7/8 мирового сбора хлопка приходилось на американский Юг. За период 1851-1859 гг. экспорт хлопка вырос на 60 %. Промышленность Юга в основном ограничивалась первичной обработкой хлопка, его очисткой и упаковкой Постепенное превращение хлопкосеющего хозяйства в коммерческую систему при ряде благоприятных факторов превратило южные штаты в крупнейшего мирового экспортера хлопка. Условия для такого прогресса были очень благоприятны. Во-первых, низкие цены на новые земли, отсюда следует, что были огромные возможности эксплуатации новых плодородных земель Юго-запада. Во-вторых, изобретение хлопкоочистительной машины, которая увеличила производительность труда в 50-100 раз. В-третьих, рабский труд.
Промышленная революция почти не коснулась Юга. От Виргинии до Флориды и от обеих Каролин до Техаса 8 млн. белых, проживавших в 15 рабовладельческих штатах, были убеждены, что без труда рабов их плантации придут в упадок. Согласно переписи 1850 г., в сельском хозяйстве было занято 2,5 млн. рабов. Большинство из них трудились на хлопковых плантациях, остальные – на плантациях табака, сахарного тростника, риса. Рабов использовали и в качестве домашней прислуги и мастеровых. Всего же в стране к 1860 г. насчитывалось 4 млн. рабов.
К середине XIX в. царство хлопка раскинулось по всему Югу, за исключением северных пограничных штатов (Виржиния, Мэриленд, Кентукки, Северная Каролина – преимущественно выращивался табак), узкой прибрежной полосы Юго-востока (Южная Каролина, Джорджия, Северная Каролина – рис), а также Луизианы(сахар). С первого взгляда, кажется парадоксальным тот факт, что в стране, где с начала девятнадцатого века быстрыми темпами устанавливались капиталистические отношения, стало возможным успешное функционирование рабовладельческого плантационного хозяйства. Однако, при определенных условиях плантационное хозяйство оказывалось достаточно прибыльным и эффективным. Такими условиями были:
- жесточайшая эксплуатация негров
- хлопковая монополия рабовладельческих штатов
- простота производства и возможность применения несовершенных орудий труда, которые раб не мог испортить
- огромный спрос на хлопок в связи с развитием промышленного переворота в Англии и на севере США
- большой фонд земель, пригодных для разведения хлопка
- благоприятный климат
Южное общество имело огромное число расистских предрассудков . Те виды работ, которые выполняли черные, считались недостойными белого человека. Более того, белые отказывались трудиться рядом с чернокожими. Плантационное рабство являлось одной из форм капиталистического хозяйства, так как продукция с плантаций шла на рынок. Капитализм на Юге развивался, но «духа» капитализма там не было. Плантаторы презирали предпринимателей-северян и более всего гордились чистотой своего происхождения. Таким образом, отличительной особенностью является то, что система рабства сдерживала развитие капитализма, в его нормальном проявлении, но с другой стороны- обеспечивала фабрики сырьем, при этом принося прибыль.
Неоспорим тот факт, что столь прогрессивное и рентабельное хозяйство Юга стало успешным во многом благодаря институту рабства. Минимальные издержки содержания рабов и примитивные орудия труда – вот главные составляющие такого успеха. Согласно переписи 1850 г., в сельском хозяйстве было занято 2,5 млн. рабов. Большинство из них трудились на хлопковых плантациях, остальные – на плантациях табака, сахарного тростника, риса. Рабов использовали и в качестве домашней прислуги и мастеровых. Всего же в стране к 1860 г. насчитывалось 4 млн. рабов. И хотя еще в 1809 г. вступил в силу закон о запрещении ввоза рабов, он нарушался, и рабов ввозили контрабандой. Кроме того, закон не запрещал использовать в качестве рабов чернокожих, родившихся в Америке1. Плантаторы-рабовладельцы, не желающие мириться с попыткой естественного самоустранения негров-рабов, быстро сориентировавшись, начали разводить их, подобно скоту. Согласно историческим сведениям, существовали даже специальные «фермы», куда рабов свозили для воспроизведения потомства. Естественно, цены на них резко поднялись.
Тем не менее, проблема экономической выгоды не может быть сведена только лишь к статистике богатых плантаторов. За всем этим экономическим успехом стоит огромное количество социальных проблем. Самые заметные среди них: жесточайшая эксплуатация миллионов чернокожих, отставание Юга в промышленном развитии, убогое техническое оснащение, расцвет расизма и т.д. Рабовладельческая система сковывала развитие промышленности и сельского хозяйства. Аграрный Юг был не в состоянии даже прокормить себя и ввозил продовольствие. Здесь олигархия крупных рабовладельцев: 50 и более рабами владели около 10 тыс. плантаторов; подавляющее большинство белых южан составляли белые бедняки.
Говоря о периоде середины XIX в., и, рассматривая жизнь США, в этот период, следует, однако, обратиться немного назад, к эпохе джексоновской демократии, так как уже тогда были намечены тенденции к противостоянию Юга и Севера. Для президента Э. Джексона, политический конфликт между Севером и Югом стал серьезным испытанием. Являясь убежденным сторонником доктрины «прав штатов», активно поощряя борьбу с аболиционистами, будучи сам южанином по рождению и плантатором-рабовладельцем по социальному статусу, Джексон должен был сделать очень непростой выбор в пользу сохранения единства страны и сохранения Союза штатов2.
С середины 1840-х годов проблема рабства затмила все остальные вопросы американской политики. Большинство плантаторов считали институт рабства необходимым и постоянным. Для возделывания хлопка было достаточно лишь примитивных орудий труда, что и позволяло использовать труд рабов, причем не только мужчин, но также женщин и детей, в течение 9 месяцев в году. Естественно, северяне критиковали и осуждали институт рабства. Так огромный общественный резонанс имела, вышедшая в 1852 г., книга Г. Бичер-Стоу «Хижина дяди Тома». В данном произведении обличались все тяготы жизни рабов и обнажались многие зверства плантаторов. В ответ на многочисленные обвинения, рабовладельцы пытались доказать, что рабы имеют лучшее положение, чем любой другой трудящийся класс в мире.
Более того, некоторые приводили доводы о существовании патернализма, что безусловно было пустыми словами. Иногда приводились доводы о несовершенстве черного народа, со ссылками на Библию, где говорится, что у ветхозаветных патриархов были рабы (например, у Авраама – Агарь), что неграм уготована их участь не только в силу несовершенства их расы, но и потому, что так решено Богом: ведь чернокожие, по Библии, ведут свое происхождение от Ханаана, сына Хама, а Ханаан был проклят самим праведником Ноем. Знатоки Евангелия приводили пример святого Павла, который убеждал слуг повиноваться хозяевам. «Убедительные» примеры в защиту рабства искали и в античной истории: труд рабов освобождал хозяевам время для интеллектуальных трудов на пользу цивилизации3. Так, например, один из сенаторов южных штатов заявлял: «Различие между нами заключается в том, что мы нанимаем рабов пожизненно и хорошо компенсируем их труд: они не голодают, не попрошайничают, не знают безработицы… Вы же нанимаете поденщиков, о которых не заботитесь и труд которых плохо компенсируется, что можно наблюдать в любой час, на любой улице ваших городов. Вы можете встретить в Нью-Йорке за один день больше нищих, чем за всю жизнь на Юге»4.
Видный американский экономист и социолог Генри Чарльз Кэри построил теорию всеобщей гармонии, согласно которой в природе существует «универсальный закон, управляющий людьми, суть которого состоит в «гармонии интересов» различных классов, достигаемой в результате развития общества. Теория всеобщей гармонии приводит Кэри к признанию эффективности рабства. Он доказывает, что интересы рабов и рабовладельцев находятся в полном согласии друг с другом. Он считает плантаторов источником счастья и процветания для своих рабов. В своих рассуждениях он исходит из патерналистского подхода к рабству. Однако, он выступает против запрещения распространения рабства на новые территории. Кэри было выдвинуто предположение, что рабство будет отменено в силу экономических причин, а главным стимулом к его отмене станет индустриализация Юга. Кэри считает, что с развитием промышленности рабство станет невыгодным для самих рабовладельцев и поэтому исчезнет само собой5.
Другой политический деятель – А. Стефенс, в своей «Речи о краеугольном камне» дает собственную оценку особенному институту африканского рабства. Он считает, что современное правительство создано в соответствии с законами природы. Согласно этим законам, дело негров – подчиняться. Стефенс осуждает правительства, основанные на порабощении былых людей белыми, называя это нарушением законов природы. Так же, он сравнивает общество со зданием, строителем которого сначала закладывается фундамент, а затем стены из кирпича или мрамора. Перенося данный пример на американское общество, Стефенс считает негров основанием, на котором стоит «превосходная», белая раса. «И так есть в соответствии с решением Создателя. Не нам понимать мудрость Его решений, или подвергать их сомнению. Во имя Своих собственных целей, Он сделал одну расу отличной от другой, так же как Он сделал «свет одной звезды отличным от света другой». Тех жителей Севера, которые не признавали эту истину, Стефенс называет антирабовладельческими фанатиками. Более того, он высмеивает попытки северян уровнять вещи, которые Создатель сделал неравными6. Стоит заметить, что данная речь была неоднозначно воспринята обществом. Многие стали считать, что Стефенс данной речью объявил рабство «краеугольным камнем» США. В ответ на это он, оправдываясь, высказал другое мнение: «…если этот институт не является благом, или не мог быть сделан благом для обеих рас, желающих морального и физического развития, то он должен быть отменен. Он был далек от того, чем мог и чем должен был стать. Обучение было запрещено. Это неправильно, и я это осудил. Многие вещи, связанные с ним, встречали не мое неодобрение, а мое неприятие, ненависть и отвращение »7.
Многие городские и сельские жители поддерживали девиз республиканцев о недопущении рабовладения на новые территории. Но это отнюдь не свидетельствовало об их гуманной заботе о правах черных или стремлении освободить миллионы рабов. Безусловно, северяне не были в восторге от существования рабства в южной части страны, но и на Севере весьма широко проявлялась расовая нетерпимость и дискриминация чернокожих. Законодательные собрания ряда западных территорий (Айовы, Миннесоты, Висконсина) лишали свободных негров права участвовать в выборах и быть избранными в местные органы власти, а в Иллинойсе и Канзасе (по антирабовладельческой конституции 1855 г.) было запрещено любому черному, свободному или рабу, появляться в пределах их территорий, что свидетельствует о жесточайшей дискриминации.
Одним из средств, при помощи которых плантаторы стремились сделать рабство рентабельным, было усиление и без того жесточайшей эксплуатации негров - рабов. Вместе с тем при экстенсивном характере рабовладельческого хозяйства требовался огромный резерв свободных земель. Отсюда можно сделать логический вывод, что переход на новые земли был экономическим законом существования плантационного рабства. К 30-м годам XIX в. центр плантационного хозяйства переместился на юго-запад, на плодородные земли низовья бассейна Миссисипи. Таким образом, к середине XIX в. «Хлопковый пояс», который так же называют «черный пояс», теперь протянулся на 1000 миль с востока на запад и до 700 миль с севера на юг. Наконец, рабство, основанное на убогой технике и низкой производительности труда, могло окупаться и приносить прибыль благодаря хлопковой монополии южных штатов, на них приходилось две трети мирового производства хлопка.
В национальной политике южане добивались , главным образом, покровительства и преимуществ для рабовладельцев. Экспансия на новые земли считалась производственной необходимостью, поскольку даже один урожай хлопка истощал почву, и для него постоянно требовалась новая. Новые территории были нужны Югу и для поддержания своего политического могущества - уравновесить образование свободных штатов можно было, лишь создавая новые рабовладельческие.
Таким
образом, подводя итоги анализа
региональных особенностей социально-экономического
положения Юга в середине XIX в. можно сделать
следующие выводы. Во-первых, ожидаемое
после запрета 1808 г. на ввоз рабов
снижение числа рабов, не оправдалось.
В середине XIX в. продолжалась активная
эксплуатация чернокожих, выращенных
на территории США или ввезенных туда
контрабандой. Рабовладение стало основной
причиной множества политических конфликтов.
Во-вторых, промышленный переворот, вступивший
к середине XIX в. в завершающую фазу на
Севере США, так и не коснулся в полной
мере Юга. Промышленность здесь была
не развита, так как основу составляло
плантационное хозяйство, особенно
после открытий хлопкоочистительной
машины производительность труда здесь
возросла в разы, сделав выращивание хлопка
еще более рентабельным. В-третьих, истощение
земель привело к необходимости новых,
плодородных почв, что обуславливает
заинтересованность Юга в расширении
своих территорий на Запад.
2 РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ СОЦИАЛЬНО –
ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПОЛОЖЕНИЯ СЕВЕРА
Описывая социально-экономическое положение Севера, стоит в первую очередь заметить то, что именно здесь происходило становление и последующее укрепление промышленности. США встали на путь промышленного развития гораздо позже многих европейских держав, однако развитие шло достаточно быстрыми темпами. В отличие от плантационных хозяйств Юга, где все благоприятные факторы для развития аграрных хозяйств имелись в наличии, северным штатам ничего не оставалось, как идти по пути промышленного развития. На середину XIX в. пришелся завершающий этап промышленной революции. Американцы широко использовали европейские технические достижения, капиталы и квалифицированную рабочую силу. США вывозили в Европу сельскохозяйственную продукцию, сырье, прежде всего, хлопок, а ввозили промышленные товары. Например, импорт чугуна с 1846 по 1860 гг. (годы свободной торговли) возрос на 140 %, стали на 121 %, различных видов одежды на 148 %8.
Из всех книг о Соединенных Штатах, когда-либо написанных побывавшими там иностранцами, ни одной не суждена была такая долгая жизнь и такое количество переизданий, как книге французского писателя и политического философа Алексиса де Токвиля «О демократии в Америке» (1835). Она и по сей день остается одной из наиболее глубоких аналитических работ о социальной и политической жизни США. Токвиль был слишком проницательным мыслителем и внимательным наблюдателем американской действительности, чтобы отнестись к ней некритически, но его окончательный вывод был в основном положительным. Он писал: «При демократическом устройстве власти даже самые бедные граждане имеют представление о политических правах – точно так же как распределение богатства дает представление о собственности всем членам общества». Тем не менее, не только Токвиль задавался вопросом – сохранится ли это грубое равенство в условиях роста фабричной системы, когда общество раскалывается на промышленных рабочих и новую предпринимательскую элиту9.
Уже к концу 1850-х годов США по производству промышленной продукции заняли четвёртое место в мире. В значительных масштабах стали изготовляться паровые двигатели, сельскохозяйственные и другие сложные машины. В текстильной промышленности к 1860 г. насчитывалось 1700 фабрик, где машины приводились в движение паром. Длина железнодорожной сети увеличилась за 1850-1860 гг. с 14 тыс. км до 48 тыс. км. За это же время капиталовложения в промышленность возросли вдвое и достигли 1 млрд. долл. Этому способствовали усиленный приток капиталов из Европы и открытие в 1848 г. богатых месторождений золота в Калифорнии. Переход к фабричному производству сопровождался концентрацией промышленности, вытеснением мануфактурных и ремесленных предприятий. За период 1850-1860 гг. численность рабочих, занятых в обрабатывающей промышленности, увеличилась с 957 тыс. до 1311 тыс. человек (включая занятых в фабричной, домашней промышленности, мануфактуре и ремесле). Однако, несмотря на быстрый рост, к концу 50-х годов американская промышленность все ещё не могла удовлетворить нужд собственной страны. Потребность в рельсах, машинах, станках и многом другом в значительной мере покрывалась за счет привоза из Англии10.
Но два фактора тормозили развитие промышленной революции – конкуренция английской промышленности и уход рабочих на Запад. Городская промышленность была сосредоточена в основном на северо-востоке; ведущей отраслью была хлопчатобумажная промышленность наряду с развитием производства обуви, шерстяной одежды и машиностроения. С 1845 по 1855 гг. ежегодно прибывало до 300,000 иммигрантов из Европы. Большинство из них были бедны и оставались в городах восточного побережья, часто в портах, куда они прибывали11. Последний этап промышленного переворота – производство машин при помощи машин – начался в США в 50-е годы XIX в. Безусловно, существовало несколько взглядов на модель дальнейшего развития промышленности США и их экономики в целом. Один из вариантов – политика протекционизма. В середине XIX в. наиболее полно и обстоятельно протекционистские взгляды выражал экономист Генри Кэри. Его размышления по этому поводу были изложены в его книге «Гармония интересов, аграрных, промышленных и торговых», которая представляла собой сборник его статей, напечатанных в издаваемом им самим журнале «Плуг, ткацкий станок и наковальня» в 1848-1852 гг. Кэри пытался доказать необходимость проведения политики протекционизма, как одной из наиболее перспективных. Все проблемы, стоящие перед США в 50-е годы XIX в., Кэри сводит к борьбе протекционистов и фритредеров. Кэри рассматривает проблемы влияния политики протекционизма на положение рабочих и фермеров. Система свободной торговли, по его мнению, ведет к обесцениванию труда. Политика протекционизма означает искусственное поддержание цен на промышленные изделия на высоком уровне, что противоречит интересам потребителей, прежде всего интересам трудящихся. Но это обстоятельство не смущает Кэри. Он всеми силами старается доказать, что протекционизм выгоден не только рабочим, но еще в большей степени – фермерам. Прежде всего фермерам, рассуждает Кэри, необходимо изобилие железа и чугуна для изготовления сельскохозяйственных орудий: лопат, вил, серпов, плугов, цепов и т.д. Конечно, английское железо стоит дешевле. Но если фермеры поддержат политику протекционизма, то и американское железо и чугун станут со временем более дешевым. Изобилие чугуна вызовет подъем железнодорожного строительства, позволит улучшить средства транспорта. Рост промышленности приведет к увеличению числа рабочих, а, следовательно, количества потребителей продуктов сельского хозяйства. Расширение внутреннего рынка для сельскохозяйственной продукции повысит цены на нее, что выгодно, прежде всего, фермерам. Вместо того, чтобы вывозить свою продукцию за границу и нести большие расходы на транспортировку, фермеры будут продавать ее дома вблизи от своих жилищ12. Однако следует отметить, что политика протекционизма, не решала всех проблем, стоящих перед американскими фермерами в середине XIX в..
О промышленной зрелости американского капитализма свидетельствовала вовлеченность США в экономические кризисы. Весьма разрушительными оказались циклические кризисы 1837 и 1847 гг., в результате которых тысячи рабочих оказались выброшены на улицу. Тогда взяло начало Рабочее движение. Рабочее движение в 50-е годы XIX в. носило в основном экономический характер. Движение за сокращение рабочего дня достигло небольших успехов. Так в ряде штатов были приняты законы о 10-часовом рабочем дне. Так же продолжались забастовки по поводу низких заработных плат. Рабочие требовали повышения зарплат и выходили на забастовки практически каждый день. Таким образом, в 1850-х годах это стало постоянным явлением в промышленных центрах страны.
К 1860 г. около 16 % американского населения проживало в городах, а на долю обрабатывающей промышленности приходилась одна треть общественного дохода. Городская промышленность была сосредоточена в основном на северо-востоке; ведущей отраслью была хлопчатобумажная промышленность наряду с развитием производства обуви, шерстяной одежды и машиностроения13.
Важным стимулом процветания Запада было значительное усовершенствование транспортных средств. Постепенно, железные дороги стали вытеснять водные пути. В 1850-1857 гг. через Аппалачские горы пролегало пять железнодорожных магистралей. Юг отставал в этой области, и лишь в конце 1850-х годов железная дорога, пройдя через горы, связала низовья Миссисипи с южноатлантическим побережьем.
Также хочется заметить, что аграрное развитие Запада обусловило образование обширного внутреннего рынка для переживавшего промышленный переворот Северо-востока. В свою очередь, возникавшие на Северо-востоке промышленные центры и новые производства предъявляли неуклонно возраставший спрос на продовольственные товары западных штатов, уровень цен на производимые там продукты был стабильно высоким. Этому способствовала и благоприятная конъюнктура для американского зерна на мировом хлебном рынке в Ливерпуле, возникшая в результате прекращения экспорта зерна из России в годы Крымской войны 1853-1856 гг. . Поднимавшие целину прерий фермеры имели, таким образом, стимул пускать в обработку все большую часть собственной земли, чего не могли себе позволить в предыдущие годы. В этот период начавшегося процветания земледелия на Западе и плантаторского хозяйства на Юге (до кризиса 1857 г.), стоимость земельной собственности увеличилась более чем на 3 млрд. долл., или на 100 %. Но это увеличение происходило неравномерно не только в разных регионах и штатах, но и в разных округах одного и того же штата. Заселение и распашка новых площадей плодороднейших прерий постепенно превратили Северо-запад в основную житницу страны. За десятилетие с 1850 г. производство пшеницы здесь более чем удвоилось, а кукурузы – увеличилось в 1,8 раза. В 1860 г. только Северо-запад дал почти 60 % производства пшеницы в стране и около половины (48 %) сбора урожая кукурузы. На тучных лугах девственных прерий паслись огромные стада коров и овец, табуны лошадей и мулов. Но именно рост производства зерновых и кормовых культур позволил быстрыми темпами увеличить поголовье скота и соответственно производство мяса, молочных продуктов и шерсти. Поголовье крупного рогатого скота на территории Северо-запада увеличилось за 1850-1860 гг. с 4,7 млн. голов до 8,7, т.е. на 4 млн. голов. Спонтанное образование так называемого «кукурузного пояса», протянувшегося от штата Огайо через Индиану, Иллинойс к штату Миссури, обусловило беспрецедентное развитие свиноводства14.
Характеризуя
положение свободного Севера, мы не
можем так же не затронуть проблему рабства,
так как именно в этих штатах формировались
основные силы противников рабства. К
30-м годам XIX в. здесь начала издаваться
газета «Либерейтор», тогда же началось
массовое движение против рабства, названное
аболиционизмом. В 1840 г. образовалась первая
политическая организация аболиционистов
– Партия свободы15.
Говоря об аболиционизме, следует отметить специфику данного термина. Не редки случаи, когда понятие аболиционизм ограничивается следующим: это движение за отмену рабства. Безусловно, это верное определение, однако недостаточно полное. Аболиционизм следует понимать как движение за отмену рабства и предоставление черным равных прав с белыми гражданами. В аболиционизме, к середине XIX в., сложилось два течения: меньшинство, возглавляемое Ф. Дуглассом, выступало за применение вооружённой силы; большинство аболиционистов во главе с У. Гаррисоном, считало, что с рабством необходимо бороться, не прибегая к силе. Гаррисон ставил приоритетной задачей выставить на всеобщее обозрение самые отвратительные стороны рабства негров и заклеймить рабовладельцев как мучителей и торговцев человеческими жизнями. Более умеренные северяне не желали поддерживать его действия, противоречившие законам, и склонялись в пользу легальной и ненасильственной реформы.
Одной из форм борьбы с рабством на том этапе была помощь беглым рабам, предоставление им убежища на Севере или за границей, в Канаде. В 1830-е годы во всех северных штатах имелась разветвленная сеть тайных маршрутов, названных «подземной железной дорогой». Постепенно значение дороги будет ослабевать, но к 1850-ым годам она вновь активизируется. К 1840 г. в стране насчитывалось около 2 тыс. аболиционистских обществ, в которых состояло почти 200 тыс. человек.
В ходе исследования был замечен тот факт, что к 40-ым годам XIX в., в связи с расхождениями во взглядах между умеренными и радикальными аболиционистами, движение против рабства несколько ослабло. Однако после проведения в жизнь закона о беглых рабах 1850 г., аболиционисты активизировались с новой силой. Закон, который обязывал жителей США возвращать беглых рабов их хозяевам, вызвал огромный общественный резонанс. Он, по сути, узаконивал охоту за людьми. Конгресс был завален петициями против ненавистного закона. Не удивительно, что борьбу против этого закона возглавили аболиционисты. В одной из резолюций 1851 г., принятых Американским антирабовладельческим обществом, как нельзя остро продемонстрировано отношение аболиционистов к данному закону: «Что касается закона о беглых рабах, то мы проклинаем его, мы плюем на него, мы попираем его ногами»16.
Под
давлением плантаторов
Стоит заметить, что после суда над Бернсом, легислатурой Массачусетса был принят закон о личной свободе, который предусматривал различные наказания за преследование беглых рабов. То есть фактически он отменял закон о беглых рабах.
17 октября 1859 г. белый фермер Джон Браун поднял восстание против рабства, собрав вооруженный отряд из 32 человек и захватив склад оружия в городке Харперс-Ферри в Виргинии. Но отряд был уничтожен, а Браун казнен. Мужество и самопожертвование Джона Брауна вызвали восхищение передовых людей Америки и Европы, а восстание Джона Брауна навсегда осталось на страницах истории.
Аболиционисты пытались доказать равенство всех рас, как естественный закон природы, говоря, что Бог создал всех людей равными. Следовательно, если чернокожие равны белым людям, то и права они имеют равные. Один из членов Палаты представителей, заявил, что южанам все-таки придется покончить с рабством, так как против законов природы бессмысленно вести войну, как и против законов физики или механики. Он обвинил рабовладельцев в нарушении законов природы, закона равенства людей17.
Итак,
делая вывод по региональным особенностям
социально-экономического положения
Севера США в середине XIX в., стоит
обратить внимание на следующие аспекты.
Во-первых, стоит заметить, что именно
в северных штатах были расположены крупнейшие
промышленные центры США. Следовательно,
все производства были сосредоточены
в северных штатах. Нельзя не отметить,
что к 50-м годам XIX в. в США завершается
промышленный переворот и окончательно
формируется рабочий класс. Во-вторых,
именно на севере были сконцентрированы
основные антирабовладельческие движения,
крупнейшим из которых, безусловно, был
аболиционизм.
