МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ
БЕЛАРУСЬ
УО «БЕЛОРУССКИЙ
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»
Кафедра экономической истории
РЕФЕРАТ
по дисциплине: Великая Отечественная
война советского народа
на тему: «Оккупационный режим
на территории СССР в годы Великой Отечественной
войны»
Студент
ФЭУТ, 1-й курс, ДГТ-1
Е.И. Мельгуй
Проверил
Кандидат исторических наук
Г.Ф. Шаповал
Минск 2011
СОДЕРЖАНИЕ
Введение………………………………………………………………...………....3
Глава 1 «Оккупационный
режим» …….……………………………….……….4
Глава 2 «Карательные
меры фашистов против советских людей».…..…..…..4
Глава 3 «Методы
достижения целей фашистских оккупантов».………...……8
Заключение………………………………….……………………………………18
Список использованных
источников...................................................................20
Приложение……………………………………………………………………...
ВВЕДЕНИЕ
Цель реферата:
- Выявить влияния оккупационного режима на территории СССР в годы Великой Отечественной войны.
Задачи работы:
- Описать сущность оккупационного режима.
- Определить методы борьбы
с
- Выявить методы достижения
целей фашистских оккупантов.
Великая Отечественная война принесла
народам СССР не только огромные жертвы
на фронте. Миллионы мирных жителей
унесла развязанная фашистами бойня.
Задача данного реферата - показать, как
преступные цели гитлеризма обернулись
преступными средствами их достижения.
Не считаясь ни с какими нормами международного
права и цивилизованных отношений, фашистская
армия, объявив тотальное истребление
славянских народов, методично организовывала
бесчеловечный террор на занятых ею территориях.
Режим, установленный на территории
СССР, которая была временно занята
войсками фашистской Германии в ходе
Великой Отечественной войны, отличался
исключительной жестокостью и зверствами
по отношению к населению - массовыми
репрессиями и уничтожением граждан, разрушением
и разграблением народного хозяйства,
культурных ценностей.
Среди источников информации,
использованных при написании данной
работы, следует отметить историографию
и источники: Козак К.И. Германский оккупационный
режим на территории Беларуси 1941-1944, в
которой помещены общие сведения о оккупационном
режиме на территории Беларуси. При написании
глав, посвященной Беларуси, использовались
такие монографии, как Беларусь і Германія: гісторыя і сучаснасць / Міністэрства
адукакацыі Рэспублікі Беларусь і Інстытут гісторыі НАН Беларусі, Самсонов
А.М. Крах Фашистской Агрессии 1939-1945. и
др..
Безусловно, невозможно в одной
работе досконально рассмотреть оккупационный
режим в годы Великой Отечественной войны
как неотъемлемый атрибут истории со всеми
его особенностями пусть даже и на примере
такой отдельно взятой страны как Беларусь.
Но тем не менее в данной работе была
сделана попытка рассмотреть влияния
и особенности оккупационного режима.
Глава 1 Оккупационный режим
Цели оккупационной политики гитлеровцев
на советской территории были намечены
заранее и отчетливо проявились уже в
первые месяцы войны. Немецко-фашистские
захватчики сразу же начали насаждать
так называемый «новый порядок», еще более
жестокий, чем уже существовавший в порабощенных
странах Европы. Его сущность определялась
основными целями войны против СССР и
сводилась к тому, чтобы ликвидировать
советский общественный и государственный
строй, социалистическую систему хозяйства,
искоренить марксистско-ленинскую идеологию,
истребить большую часть населения страны,
а оставшихся людей превратить в рабов,
грабить как можно больше народного богатства
— продовольствия, сырья, готовой продукции.
Фашисты надеялись с помощью грубой силы
и лживой пропаганды сломить волю советского
народа к сопротивлению.
Гитлеровские главари и командование
вермахта не только разработали принципы
оккупационной политики и методы насаждения
«нового порядка», но и создали для этого
специально подготовленный аппарат.
Захваченные в течение первого года войны
территории СССР были разделены на две
части. Первая включала в себя пространство
от линии фронта до тыловых границ групп
армий. В нее входили оккупированные области
РСФСР, Крым, восточные области Белоруссии,
Черниговская, Сумская и Харьковская области
Украины, Донбасс. Административные функции
здесь полностью возлагались на военное
командование. Вторая часть охватывала
почти всю остальную захваченную территорию.
Оккупанты учредили на ней два рейхскомиссариата
— «Остланд» и «Украина». В первый вошли
Латвия, Литва, Эстония, часть Белоруссии
и Ленинградской области; во второй —
основная территория Украины и часть Белоруссии.
Львовская, Дрогобычская, Станиславская
и Тернопольская области передавались
в состав генерал-губернаторства, созданного
на польской территории. Между Днестром
и Бугом было образовано румынское генерал-губернаторство,
управлявшееся королевским правительством
(так называемая «Транснистрия»), в которое
включались Молдавия и часть земель Украины.
Высшим органом управления захваченными
областями СССР являлось министерство
по делам оккупированных территорий на
Востоке (восточное министерство), созданное
еще весной 1941 г. С 17 июля им руководила.
Розенберг. Рейхскомиссариат «Остланд»
возглавлял X. Лозе, а рейхскомиссариат
«Украина» — Э. Кох.
В свою очередь, рейхскомиссариаты делились
на генеральные комиссариаты, округа,
районы (уезды), во главе которых стояли
генеральные, окружные и районные комиссары.
В городах создавались городские управы.
В сельской местности назначались волостные
старшины (бургомистры) и старосты деревень,
подбиравшиеся в основном из предателей
и уголовников. Фашистская администрация
использовала их в качестве проводников
«нового порядка». Оккупационная администрация
опиралась не только на охранные дивизии,
предназначавшиеся для усмирения населения,
но и на гестапо, контрразведку, полевую
жандармерию, специальные отряды и команды
по борьбе с партизанами, полицейские
и националистические формирования.
Карательные органы существовали почти
в каждом населенном пункте. В сельских
районах это были главным образом полицейские
отряды, в крупных населенных пунктах
— подразделения эсэсовцев и охранные
части.
Глава 2 Карательные меры фашистов
против советских людей
К концу 1942 г. героическая борьба
советских людей в тылу врага приобрела
массовый характер и стала поистине всенародной.
Сотни тысяч патриотов сражались с захватчиками
в составе партизанских формирований,
подпольных организаций и групп, активно
участвовали в срыве экономических, политических
и военных мероприятий оккупантов. Руководимая
Коммунистической партией, народная борьба
на захваченной территории к этому времени
стала более организованной и целенаправленной.
Значительно возросли активность и эффективность
боевых действий партизан и подпольщиков,
особенно на вражеских коммуникациях.
В связи с возрастанием размаха
борьбы советских людей в тылу
врага фашистское руководство
начало изыскивать новые методы
и средства для ее подавления.
Стало совершенно очевидным, что
погасить пламя народной борьбы
силами только полицейских и
охранных войск невозможно. К
«усмирению» советских патриотов
были привлечены соединения и
части действующей армии.
В целях централизации руководства
борьбой с партизанами и использования
«для этого частей всех видов
вооруженных сил, войск СС и
полиции» директивой Гитлера
от 18 августа 1942 г. ответственность
за подавление партизанского движения
в зоне боевых действий вермахта возлагалась
на начальника генерального штаба сухопутных
войск, а на территории рейхскомиссариатов
— рейхсфюрера СС, начальника полиции
Г. Гиммлера. Непосредственное руководство
карательными мероприятиями осуществлялось
оперативным управлением генерального
штаба армии во главе с генералом А. Хойзингером,
а в ведомстве Гиммлера — специально созданным
штабом под руководством генерала войск
СС Э. Бах-Зелевского. В директиве подчеркивалось,
что только «теснейшее взаимодействие
между высшими командирами войск СС и
полиции и командующими видами вооруженных
сил является залогом успеха».
В октябре 1942 г. на переговорах Бах-Зелевского
с командующим охранными войсками — начальником
тылового района группы армий «Центр»
генералом М. Шенкендорфом была достигнута
договоренность о проведении совместных
карательных операций.
Наряду с созданием специальных
центров по подавлению партизанского
движения, распределением сфер ответственности,
увеличением численности карательных
войск немецко-фашистское руководство
изыскивало и другие наиболее эффективные
методы борьбы с партизанами. Добиваясь
максимального приспособления действий
своих войск к тактике партизан, оккупанты
осенью 1942 г. приступили к формированию
в составе вермахта специальных истребительных
команд. Согласно директиве начальника
генерального штаба сухопутных войск
они должны были заниматься только борьбой
с партизанами и уметь действовать в зимних
условиях. Истребительные команды создавались
в каждой дивизии, находившейся в районе
действий партизан.
Все силы и средства этого
карательного аппарата направлялись
на достижение одной цели —
уничтожение партизан и подпольщиков,
изоляцию их от населения, в
котором фашисты справедливо
видели социальную базу всенародного
движения советских патриотов.
Стремясь запугать население
оккупированных районов, сломить
волю к сопротивлению партизан
и подпольщиков, фашисты издали
ряд директив и указаний, в
которых узаконивались безграничная
жестокость, полная безнаказанность
и произвол оккупантов. 16 декабря
1942 г. начальник штаба верховного главнокомандования
вооруженных сил Кейтель подписал приказ,
в котором говорилось, что «...войска...
имеют право и обязаны применять в этой
борьбе любые средства без ограничения,
также против женщин и детей, если это
только ведет к успеху».
Борьбу с партизанами фашистские
главари объявили «равнозначной
боевым действиям на фронтах».
Одним из способов «чистки
и умиротворения» захваченных
районов являлись карательные
экспедиции. Для их осуществления
создавались сводные подвижные
оперативные группы, в состав
которых помимо охранных и
полицейских сил входили соединения
и части действующих войск. Так,
в операции против партизан
юго-западных районов Ленинградской
области в феврале 1943 г. участвовали
части 123-й пехотной дивизии, 107-й пехотный
полк, а также танковые, артиллерийские
и авиационные подразделения, насчитывавшие
13 тыс. человек. В карательных действиях
на территории Россонско-Освейского партизанского
края, расположенного на стыке Белорусской,
Латвийской и Российской республик, в
феврале — марте 1943 г. участвовало около
25 тыс. немецких солдат и офицеров — вдвое
больше, чем имелось партизан в этом районе.
Как сказано в приказе Гитлера
от 27 апреля 1943 г., для борьбы с партизанами
только «в зоне действий сухопутных войск»
было задействовано 80 тыс. немецких солдат
и офицеров.
О результатах проведенных операций
штабы групп армий регулярно
докладывали оперативному управлению
генерального штаба сухопутных
войск. В донесении штаба группы
армий «Центр» от 6 февраля 1943
г. сообщалось, что только в январе против
витебских, смоленских и орловских партизан
были предприняты крупные операции «Зимний
штурм», «Белый медведь», «Лесная зима»,
«Репейник II» и т. д. Подводя итоги этих
операций, штаб отмечал, что «с учетом
январских данных впервые число убитых
партизан превысило цифру 100 тыс.».
Если учесть, что в тылу группы
армий «Центр» к началу этого
года действовало всего около
80 тыс. партизан, а также их гибкую,
маневренную тактику , то станет
ясным, что подавляющее большинство
убитых «партизан» составляло
население оккупированных районов.
Фашисты стремились лишить партизан
основных источников снабжения
продуктами и одеждой. В ходе
карательных операций у местных
жителей конфисковывались скот,
зерно, овощи, домашняя птица и
т. д. Согласно донесению штаба
группы армий «Центр» только
в ходе семи карательных операций,
проведенных в январе 1943 г., у населения
было изъято 1413 тонн зерна и муки, 842 тонны
фуража, 279 тонн картофеля, более 25 тыс.
голов крупного рогатого скота. В 1942/43
хозяйственном году таким способом оккупанты
награбили 5 млн. тонн зерна.
Чтобы восполнить острый недостаток
в рабочей силе, оккупанты проводили
массовый угон работоспособного
населения в Германию. Ежедневно
с 15 марта 1943 г. на каторжные работы
угоняли 5 тыс. советских граждан, а с 1
апреля — 10 тыс. Фашисты буквально охотились
за людьми: их хватали во время многочисленных
облав и карательных экспедиций, сажали
за колючую проволоку, а затем эшелонами
отправляли в Германию.
Из Сталинграда было угнано 74,7
тыс. человек, не успевших эвакуироваться
в глубь страны, из районов
области — 17,6 тыс. До 90 процентов
жителей оккупированных районов
Сталинградской области подверглись
ограблению, около 29 тыс. жилых домов
и хозяйственных построек сожжены
и разрушены.
Эти примеры показывают несостоятельность
попыток некоторых буржуазных
историков и мемуаристов свалить
вину за чудовищные преступления
на оккупированной территории
только на эсэсовские и жандармские
формирования и выгородить армейские
части. Ныне всему человечеству
известно, что смерть и разрушения
творили все без исключения
фашистские войска. Особенно зверствовали
они при отступлении. Откатываясь
на запад, фашисты превращали
целые районы в безлюдную, мертвую
пустыню: истребляли советских людей,
разрушали жилые дома и общественные
здания, взрывали заводы и электростанции,
затапливали шахты и рудники,
уничтожали сельскохозяйственные
машины и инвентарь. Перед бегством
из Ростова в феврале 1943 г. гитлеровцы
превратили его в развалины. Покидая Ворошиловград,
лишь за один день 10 февраля 1943 г. они разрушили
в городе 120 жилых домов, 30 школ, 2 музея,
здания педагогического института, драматического
театра и т. д.. Усиливая репрессии, фашисты
широко использовали и такие средства
ослабления сопротивления советского
народа, как демагогия, обман, разжигание
частнособственнических устремлений,
межнациональной розни и т. п. Особое внимание
они уделяли попытке втянуть советских
людей в братоубийственную войну. Стараясь
посеять рознь между народами Советского
Союза, фашисты развернули вербовку в
различные антисоветские формирования
— так называемую Русскую освободительную
армию (РОА), буржуазно-националистические
части на Украине, в Литве, Латвии, Эстонии,
Крыму и т. п.
Поскольку настоящих добровольцев не
оказалось, оккупанты прибегли к провокациям,
посулам, запугиванию и принуждению. Уклонявшихся
от вербовки обвиняли в политической неблагонадежности
и подвергали репрессиям. Многие из тех,
кто насильно или обманом был зачислен
в «добровольческие» формирования, при
первой возможности переходили на сторону
партизан или советских войск.
Таким образом, для подавления
непрерывно растущего всенародного
движения в тылу врага и
поддержания жесточайшей диктатуры
гитлеровцы усиливали террор
и привлекали дополнительные
силы, в том числе и из действующих
войск. Однако ни жестокий оккупационный
режим, ни политические провокации
и демагогические посулы не
смогли поколебать патриотизм
и морально-политическое единство
советских людей. Священная борьба
патриотов с захватчиками на
временно оккупированной территории
крепла и ширилась.
Глава 3 Методы достижения целей фашистских
оккупантов.
Для достижения своих целей
гитлеровцы не стеснялись в
выборе средств. Террор, грабеж, произвол,
подкуп, провокации, антисоветскую
пропаганду они возвели в ранг
государственной политики. Фашистские
захватчики запретили на оккупированной
территории все общественные
организации. Коммунисты и комсомольцы,
работники советских учреждений
и организаций подвергались жестоким
репрессиям. Уничтожались политическая
литература, школьные учебники; переименовывались
улицы, площади, поселки, разрушались
здания. В приказе командующего 6-й
немецкой армией В. Рейхенау «О
поведении войск на Востоке»
говорилось: «Войска заинтересованы
в ликвидации пожаров только
тех зданий, которые должны быть
использованы для расположения
воинских частей. В остальном
исчезновение символов бывшего
некогда господства большевиков,
в том числе и зданий, соответствует
задачам войны на уничтожение.
Никакие исторические или художественные
ценности на Востоке не имеют
значения».
Для упрочения своего господства
на захваченной территории оккупанты,
выполняя преступный план систематического
уничтожения советских людей, беспощадно
расправлялись с мирным населением.
Повсеместно появились виселицы.
Овраги, противотанковые рвы и
ямы заполнялись трупами замученных
в гестаповских застенках, повешенных
и расстрелянных. Никаких законов,
защищающих жизнь и имущество
граждан, не существовало. В тылу
врага царил полный произвол
фашистской армии и оккупационной
администрации. Любой человек по
самому незначительному поводу
мог быть арестован, подвергнут
пыткам, расстрелян или повешен.
Людей казнили за оставление
работы, хождение по улицам в
неустановленные часы, чтение антифашистских
листовок, слушание радиопередач
и т. п.
В широких масштабах осуществлялось
экономическое ограбление оккупированных
территорий СССР. Для вывоза в
Германию продовольствия, промышленного
сырья и оборудования гитлеровцы
создали мощный, широко разветвленный
аппарат. Всякого рода экономические
штабы, хозяйственные специалисты,
комиссары, коменданты, сельскохозяйственные
фюреры, инспекторы, военные агрономы,
как паутиной, опутали всю оккупированную
советскую территорию. Только в
центральном торговом обществе
«Восток» и параллельных ему
обществах было занято 7 тыс. имперских
военнослужащих. Уже в первой
половине 1942 г. на Украине находилось
7 тыс. немецких сельскохозяйственных
специалистов.
За первое полугодие 1942 г. в Литву
прибыло 16 300 немецких колонистов. В 1942
г. в оккупированные советские сельскохозяйственные
районы было прислано 30 тыс. членов организации
гитлерюгенд для прохождения практики
в качестве будущих колонистов.
Особенно интенсивно велись гитлеровцами
заготовка и вывоз продуктов
сельского хозяйства и сырья.
На совещании рейхскомиссаров
оккупированных областей с участием
представителей военного командования,
посвященном продовольственному
положению, Геринг говорил: «Вы посланы
туда не для того, чтобы работать
на благосостояние вверенных
вам народов, а для того, чтобы
выкачать все возможное с тем,
чтобы мог жить немецкий народ.
Этого я ожидаю от вас... Вы
должны быть, как легавые собаки,
там, где имеется еще кое-что, в
чем может нуждаться немецкий
народ. Это должно быть молниеносно
извлечено из складов и доставлено
сюда».
Рабочие, крестьяне, служащие на
захваченной территории жили
в нечеловеческих условиях. Они
были начисто ограблены и лишены
всех прав. Согласно распоряжению
Розенберга от 5 августа 1941 г., жители
оккупированных районов привлекались
к трудовой повинности. Лиц, уклонявшихся
от работы, бросали в каторжные тюрьмы
или отправляли на виселицу. Рабочий день
даже на вредных для здоровья предприятиях
продолжался 14–16 часов в сутки. Часто
людей заставляли работать бесплатно
или за мизерное вознаграждение, например
за половину немецкой оккупационной марки
в день. Самая высокая зарплата квалифицированного
рабочего была 60 марок в месяц, чернорабочего
— в два раза ниже, а скромный обед стоил
3–5 марок.
Население не обеспечивалось
одеждой, обувью, предметами первой
необходимости. Нормы выдачи хлеба
составляли 200–300 г в сутки. Например,
в Полоцке (БССР) рабочий в день
получал около 250 г «хлеба» из смеси
овса, вики, ячменя и ржи. Работающим женщинам
полагалось 210 г хлеба, детям — 100 г. Но
и эти официальные нормы не соблюдались.
Нередко продовольственный паек не получали
те люди, которых гитлеровцы принудили
работать на небольших предприятиях, на
транспорте, в сельском хозяйстве, на добыче
природных ископаемых.
Из-за физического изнурения и
недоедания среди населения быстро
росла смертность. Так, в Харькове
только в январе — марте
1942 г. умерло 6435 человек, в том числе от
голода — 3656.
В «государственных имениях», созданных
оккупантами на территориях совхозов,
и в имениях колонистов рабочий
день длился 14–16 часов. За этот
каторжный труд выдавали по
300 г овсяной муки. Чтобы не умереть с голоду,
крестьяне были вынуждены при выпечке
хлеба добавлять в него картофельную шелуху,
мякину, траву.
Составной частью гитлеровской
грабительской политики являлись
всевозможные налоги и поборы.
Помимо подоходного, подушного, военного,
налогов с прибыли, оборота, наследства
с каждого трудоспособного взимались
больничный сбор, страховой сбор,
налоги на строения и транспортные
средства, «лишние» окна и двери,
«лишнюю» мебель, за скот, собак,
кошек и многое другое. Кроме
того, существовала целая система
штрафов.
Уже в первые месяцы войны
из-за больших потерь на советско-германском
фронте правителям фашистской
Германии пришлось провести дополнительные
мобилизации немецкого населения
для пополнения воинских частей.
В связи с этим стал ощущаться
недостаток рабочих в промышленности
и сельском хозяйстве.
В начале ноября 1941 г. Геринг дал
указание об использовании советских
людей на работах в рейхе и на оккупированной
территории. Он заявил: «Русские рабочие
показали свою трудоспособность во время
строительства гигантской русской промышленности,
поэтому эта трудоспособность должна
быть теперь использована на благо империи».
ДОКУМЕНТ.
"
гор.Берлин 23 августа 1941 г.
На основе 8 приказа
фюрера об организации управления
вновь оккупированным восточными
областями от 17 июля 1941 г. приказываю
следующее: Местное население обязано
вести себя в соответствии с немецкими
законами и с приказами, изданными
для него немецкими властями. Поскольку
местные жители не являются немецкими
подданными или лицами немецкой национальности,
они подлежат следующему особому положению
о наказаниях:
пар. 1
Все лица, осуществляющие
акт насилия против немецкой
империи или против органов
власти, находящихся на территории
оккупированных восточных областей,
все лица, намеренно разрушающие
учреждения, принадлежащие немецким
властям, объекты, служащие деятельности
немецких властей, или сооружения,
служащие общественным интересам,
все лица, распространяющие враждебные
немцам слухи путем ведения ненавистнической
или подстрекательной пропаганды,
все лица, подстрекающие к неподчинению
указами или постановлениям немецких
властей, все лица, совершающие
акты насилия, направленные против
немецких граждан или лиц немецкой национальности
в связи с их принадлежностью
к немецкому народу, все лица, совершающие
акты насилия против военнослужащих немецкой
армии, немецкой полиции, в том числе ее
вспомогательных сил, представителей
управления государственной трудовой
повинности, работников немецких властей,
служебных органов или партийных организаций
национал-социалистической немецкой
партии
(НСДАП), все лица, намеренно
совершающие поджоги и тем
самым разрушающие общенемецкое
имущество или же имущество
немецких граждан либо лиц
немецкой национальности, подлежат
смертной казни, а в менее тяжелых
случаях заключению в каторжную
тюрьму.
пар. 2
Кроме того, караются
смертной казнью, а в менее
тяжелых случаях каторжной тюрьмой:
все лица, договаривающиеся о
совершении преступлений, перечисленных
в п.1 настоящего указа, либо лица,
ведущие переговоры об их совершении,
все лица, предлагающие свои
услуги или соглашающиеся принимать
участие в совершении преступлений,
перечисленных в п.1 настоящего
указа, все лица, знавшие о
подготовке или о намерении
совершить преступления, перечисленные
в п.1 настоящего указа, в тот
период, когда можно было бы
еще отвратить угрозу, и сознательно
не сообщившие об этом своевременно
соответствующим немецким властям
или угрожаемым лицам.
пар. 3
Специальные
суды правомочны выносить решения
по вышеперечисленным делам.
пар. 4
1) В тех случаях,
когда специальный суд оказывается
не в состоянии срочно собраться
для принятия решения, в то
время как общественная безопасность
и порядок требуют немедленного
вынесения приговора, соответствующий
командир полицейского полка
или полка СС "Мертвая голова"
либо руководитель оперативного
отряда полиции по охране безопасности
могут приказать военно-полевому
суду принять дело к судопроизводству.
Это решение может быть вынесено
в тех случаях, когда преступник
может быть изобличен без большого
объема доказательств и свидетельских
показаний.
2) Военно-полевой
суд создается в составе председателя,
который должен по меньшей
мере иметь звание командира
батальона, либо начальника оперативного
отряда полиции по обеспечению
безопасности, а также двух
офицеров или сотрудников полиции
либо
войск СС.
3) Военно-полевой
суд может выносить лишь смертные
приговоры, приговоры о заключении
в концентрационный лагерь вместо
каторжной тюрьмы либо оправдательный
приговор.
пар. 5
1) О заседании
военно-полевого суда составляется
краткий протокол, в котором
указываются фамилии судей, осужденного
и свидетелей, на основе показаний
которых выносится приговор; кроме
того, в нем излагается состав
преступления, содержание
приговора, а также
день и место вынесения приговора.
2) Протокол должен
быть подписан председателем
военно-полевого суда...
Имперский
министр по делам оккупированных
восточных областей Розенберг"
Читая этот документ, поражаешься
педантичности немцев и полному
отсутствию у них элементарных
человеческих чувств, не говоря
уже о каком-либо гуманизме
и сострадании.
После поражения немецко-фашистских
войск под Москвой принудительный
угон советских людей в Германию
принял массовый характер. Всего,
по сообщению немецких властей,
в 1942 г. из оккупированных областей
Советского Союза было отправлено в Германию
около 2 млн. человек.
При проведении оккупационной
политики немецко-фашистские захватчики
использовали предателей советского
народа, буржуазных националистов,
уголовников. Часть «непопулярных»
мероприятий они перекладывали
на плечи местной полиции, старост
и бургомистров, которые, выслуживаясь
перед оккупантами, участвовали
в карательных экспедициях, экзекуциях,
грабежах и насилиях. Гитлеровским
командованием, например, создавались
специальные банды, которые бесчинствовали,
грабили, убивали, выдавая себя за
партизан, чтобы скомпрометировать
их. Патриоты в тылу врага беспощадно
расправлялись с такими провокаторами.
Наряду с методами физической
расправы и грубого принуждения
немецко-фашистские захватчики широко
использовали всевозможные формы
духовного воздействия на советских
людей. Много внимания они уделяли
идеологической обработке населения,
провокациям, демагогии и другим
приемам.
Для ведения антисоветской пропаганды
был создан специальный аппарат.
В геббельсовском министерстве
функционировал отдел оккупированных
восточных областей, многочисленные
чиновники которого пытались
воздействовать на умы советских
людей через радио, печать, кино,
литературу. При восточном министерстве
имелись два специальных управления:
культуры и пропаганды. В рейхскомиссариате
«Остланд» также существовали
два отдела — культурно-политический
и печати. У генерального комиссара
Белоруссии В. Кубе, например, был
специальный помощник по делам
просвещения и пропаганды.
Все эти управления, отделы и
помощники «по делам культуры»
были крайне далеки от мысли
о действительном ее развитии,
они занимались антисоветской
пропагандой.
Из всех средств воздействия
в арсенале оккупантов на первом
месте была печать. Почти во
всех крупных городах и во
многих районных центрах были
созданы типографии, оборудование
для которых в большинстве
случаев завозилось из Германии.
Здесь издавались листовки, обращения,
приказы, распоряжения, а также газеты
и журналы. Организовывались так
называемые «экскурсии» в Германию
специально подобранных людей
из числа гитлеровских прислужников,
чтобы те после возвращения
домой выступали перед населением
и рассказывали о «райской
жизни» в Германии.
