Человек-личность-общество

2

ПЛАН

I.                    ЧЕЛОВЕК – ЛИЧНОСТЬ – ОБЩЕСТВО.

1.              Общее понятие человека

2.              Человек как биопсихосоциальное существо

3.              Человек и среда его обитания: от Земли до космоса

4.              Человек как личность

5.           Человек, коллектив и общество. Формирование и развитие

II.                 ЧЕЛОВЕК В ПОТОКЕ ИСТОРИИ

              Конкретно-историческое понимание личности

III.              ЧЕЛОВЕК КАК ФИЛОСОФСКАЯ ПРОБЛЕМА

IV.               

1.                            Природа человека. Диалектика сущности и существования

2.               Проблема свободы

3.              О смысле жизни

IV.               ВЫВОД

V.               СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
                                   Общее понятие человека

              Один древний мудрец сказал: для челове­ка нет более интересного объекта, чем сам человек. Д. Дидро считал человека высшей ценностью, единст­венным создателем всех достижений культуры на земле, разум­ным центром вселенной, тем пунктом, от которого все должно исходить и к которому все должно возвращаться.

Что же такое человек? На первый взгляд этот вопрос кажет­ся до смешного простым: в самом деле. кто ж не знает, что та­кое человек. Но в том-то все и дело, что то, что нам ближе всего. лучше всего знакомо, оказывается и самым сложным, как толь­ко мы пытаемся заглянуть в глубины его сущности. И тут ока­зывается, что загадочность этого явления становится тем боль­ше, чем больше мы пытаемся проникнуть в нес. Однако бездон­ность этой проблемы не отпугивает  нас, а притягивает как магнит.

История философии полна различных концепций сущности человека. В античной философской мысли он рассматривался преимущественно как часть космоса, как некий микрокосм, и своих человеческих проявлениях подчиненный высшему нача­лу — судьбе. В системе христианского мировоззрения человек стал восприниматься как существо, в котором изначально не­разрывно и противоречиво связаны две ипостаси: дух и тело. качественно противоположные друг другу как возвышенное и низменное.  Плоть человеческая, с точки зрения христианст­ва,— арена низменных страстей и желаний, порождение дьяво­ла. Отсюда постоянное стремление человека к освобождению от дьявольских пут, стремление к постижению божественного све­та истины. Этим обстоятельством и обусловлена специфика че­ловеческого отношения к миру: здесь явно стремление не толь­ко познать собственную сущность, сколько приобщиться к выс­шей сущности — богу и тем самым обрести спасение в день страшного суда. Этому сознанию чужда мысль о конечности че­ловеческого бытия: вера в бессмертие души скрашивала зача­стую суровое земное бытие.

Философия нового времени, будучи по преимуществу идеа­листической, видела в человеке (вслед за христианством) преж­де всего его духовную сущность. Естествознание, освободившись от идеологического диктата христианства, смогло создать непрев­зойденные образцы натуралистических исследований природы человека.

Про­явления человеческой сущности крайне многообразны — это и разум, и воля, и характер, и эмоции, и труд, и общение... Чело­век думает, радуется, страдает, любит и ненавидит, постоянно к чему-то стремится, достигает желаемого и, не удовлетворяясь им, устремляется к новым целям и идеалам.

Все, чем обладает человек, чем он отличается от животных, является результатом его жизни в обществе. И это относится не только к опыту, который индивид приобретает в течение своей жизни. Ребенок появляется на свет уже со всем анатомо-физиологическим богатством, накопленным человечеством за прошедшие тысячелетия. При этом характерно, что ребенок, не впитавший в себя культуры общества, оказывается самым не­приспособленным к жизни из всех живых существ. Вне общест­ва нельзя стать человеком. Известны случаи, когда в силу не­счастных обстоятельств совсем маленькие дети попадали к жи­вотным. И что же? Они не овладели ни прямой походкой, ни членораздельной речью, а произносимые ими звуки подражали звукам тех животных, среди которых они жили. Их мышление оказалось столь примитивным, что о нем можно говорить лишь с известной долей условности. Это — яркий пример того, что че­ловек в собственном смысле слова есть как бы постоянно дейст­вующий приемник и передатчик социальной информации, по­нимаемой в самом широком смысле слова как способ деятель­ности.

Человек представляет собой целостное единство био­логического (организменного), психического и социального уровней, которые формируются из двух: природного и социаль­ного, наследственного и прижизненно приобретенного. При этом человеческий индивид — это не простая арифметическая сумма биологического, психического и социального, а их интег­ральное единство, приводящее к возникновению новой качест­венной ступени — человеческой личности.

     Главным результирующим свойством личности выступает мировоззрение.

     Особым компонентом личности является ее нравственность.

    Личность — это мера цельности человека. Без внутренней цельности нет личности.

Понятие человеческой уникальности имеет существенное значение в социальном познании, в постижении социальных явлений, событий, в уяснении механизма функци­онирования и развития общества, эффективного управления им.

Человек формируется и видоизменяется под влиянием совместной деятельности, и в этом смысле он оказывается одновремен­но и субъектом и объектом воздействия социальных сил и обще­ственных отношений.

Человеческое общество — это высшая ступень организации живых систем. Личность не растворяет­ся в обществе: сохраняя значение неповторимой и самостоятель­ной индивидуальности, она вносит свою лепту в жизнь обще­ственного целого.

Че­ловек — это субъект общественно-исторической деятельности и культуры, или — точнее — субъект данных общественных отно­шений и тем самым общемирового исторического и культурного процесса. Будучи высшей ступенью развития живых организмов на Земле, он по своей природе представляет собой единство социальных и природных качеств, получивших отражение в опре­делении человека как целостной многосложной биосоциальной (биопсихосоциальной) системы.

Степень свободы человека зависит от характера и уровня развития общества, от заботы общества об удовлетворении ма­териальных и духовных потребностей личности, то есть свобода человека тесно связана со свободой общества. С другой стороны свободное развитие общества зависит от свободного развития каж­дого из его членов, «свободное развитие каждого является ус­ловием свободного развития всех».

Смысл жизни человека раскрывается в многообразных видах деятельности– в труде, воспитании, семейной жизни, увлечении наукой.

2.              Человек как биопсихосоциальное существо

Мы подходим к человеку с тремя разными измерениями его существования: биоло­гическим, психическим и социальным. ' Биологическое выражается в морфофизиологических, генетических явлениях, а также в нервно-мозго­вых, электрохимических и некоторых других процессах чело­веческого организма. 'Под психическим понимается внутренний духовный мир человека — его сознательные и бессознательные процессы, воля, переживания, память, характер, темперамент и т, д. Но ни один аспект в отдельности не раскрывает нам фе­номен человека в его целостности. Человек, говорим мы, есть разумное существо. Что же в таком случае представляет его мышление: подчиняется ли оно лишь биологическим законо­мерностям или только социальным? Любой категорический от­вет был бы явным упрощением: человеческое мышление являет собой сложноорганизованный биопсихосоциальный феномен, материальный субстрат которого, конечно, поддается биологи­ческому измерению (точнее, физиологическому), но содержа­ние его, его конкретная наполненность — это уже безусловное взаимопереплетение психического и социального, причем та­кое, в котором социальное, опосредствуясь эмоционально-ин­теллектуально-волевой сферой, выступает как психическое.

Социальное и биологическое, существующие в нераздельном единстве в человеке, в абстракции фиксируют лишь крайние по­люсы в многообразии человеческих свойств и действий. Так, ес­ли идти в анализе человека к биологическому полюсу, мы «спу­стимся» на уровень существования его организменных (биофи­зических, физиологических) закономерностей, ориентирован­ных на саморегуляцию вещественно-энергетических процессов как устойчивой динамической системы, стремящейся к сохра­нению своей целостности. В этом аспекте человек выступает как носитель биологической формы движения материи. Но ведь он не просто организм, не просто биологический вид, а в первую очередь субъект общественных отношений. Если, таким образом, идти в анализе человека к его социальной сущности, начиная от его морфологического и физиологического уровня и далее к его психофизиологической и духовной структуре, то мы тем самым переместимся в область социально-психологических проявле­ний человека как личности. Организм и личность— две нераз­делимые стороны человека. Своим организменным уровнем он включен в природную связь явлений и подчиняется природной необходимости, а своим личностным уровнем он обращен к со­циальному бытию, к обществу, к истории человечества, к куль­туре.

Переход от «телесности» как объекта естественных наук к «телесности» как субстрату социально-психологических свойств человека осуществляется только на личностном уровне его изу­чения. Измерение человека с двух сторон — биологической и социальной — имеет в философии отношение именно к его лич­ности. Биологическая сторона человека детерминируется глав­ным образом наследственным (генетическим) механизмом. Социальная же сторона человеческой личности обусловлена про­цессом вхождения человека в культурно-исторический контекст социума. Ни то ни другое в отдельности, а только их функцио­нирующее единство может приблизить нас к пониманию тайны человека.

Каким же образом в человеке объединяются его биологиче­ское и социальное начала? Для ответа на этот вопрос обратимся к истории возникновения человека как биологического вида.

Человек появился на Земле в результате длительной эволю­ции, приведшей к изменению собственно животной морфоло­гии, появлению прямохождения, освобождению верхних конеч­ностей и связанному с этим развитию артикуляционно-речевого аппарата, что в совокупности повлекло за собой и развитие го­ловного мозга. Можно сказать, что его морфология явилась как бы материальной кристаллизацией его общественного, точнее, коллективного существования. Таким образом, на определен­ном уровне антропогенез, движимый удачными мутациями, тру­довой деятельностью, общением и формирующейся духов­ностью, как бы «перевел стрелки» с биологического развития на рельсы исторического становления собственно социальных систем, в результате чего и сформировался человек как биосо­циальное единство. Человек и рождается как биосоциальное единство. Это значит, что он появляется на свет с неполностью сформированными анатомо-физиологическими системами, которые доформировываются в условиях социума, то есть генети­чески они заложены именно как человеческие. Механизм наследственности, определяющий биологическую сторону чело­века, включает в себя и его социальную сущность. Новорожден­ный — не «табула раза», на которой среда «рисует» свои при­чудливые узоры духа. Наследственность снабжает ребенка не только сугубо биологическими свойствами и инстинктами. Он изначально оказывается обладателем особой способности к под­ражанию взрослым — их действиям, звукам и т. п. Ему прису­ще любопытство, а это уже социальное качество. Он способен огорчаться, испытывать страх и радость, его улыбка носит врожденный характер. А улыбка — это привилегия человека. Таким образом, ребенок появляется на свет именно как челове­ческое существо. И все-таки в момент рождения он лишь канди­дат в человека. Он никак не может стать им в изоляции: ему нужно научиться стать человеком. Его вводит в мир людей об­щество, именно оно регулирует и наполняет его поведение со­циальным содержанием.

Каждый человек обладает послушными его воле пальцами, он может взять кисть, краски и начать рисовать. Но не это сде­лает его настоящим живописцем. Точно так же и с сознанием, которое не является нашим природным достоянием. Сознатель­ные психические явления формируются прижизненно в резуль­тате воспитания, обучения, активного овладения языком, миром культуры. Таким образом, общественное начало проникает че­рез психическое внутрь биологии индивида.

Че­ловек как уникальный биологический вид Homo sapiens возник около 40 тысяч лет назад в результате длительного процесса становления общества, который одновременно являлся и перио­дом формирования человека. Таким образом, он возник в ре­зультате единого процесса антропосоциогенеза. С формированием мышления и языка началось одновременное становление произ­водственных, социально-экономических отношений как особого вида материи — социальной материи. Своеобразие ее заключает­ся в том, что, будучи объективной и первичной по отношению к общественному сознанию, она в отличие от природной материи не может существовать без сознания. Человек — это высший уро­вень организации материи, осознающей саму себя. Способность производить орудия труда является видовым отличием человека от животного.

У человека с самого начала его становления не было биологи­ческой предопределенности к какому-нибудь одному, заранее за­данному виду жизнедеятельности (как это имеет место у живот­ных). Морфологическая структура человека такова, что она по­зволяет ему осуществлять любой вид деятельности. Тем самым он выступает не как замкнутое в себе, а «открытое миру» су­щество, универсальное в своих творческих возможностях и про­явлениях.

В процессе исторического развития человека его организм остается в общем тем же, отдельные изменения в нем происходят крайне медленно и не носят существенного характера. Даже средний объем мозга современного человека сохранился таким, каким он был у кроманьонцев и неандертальцев,— примерно 1400 кубических сантиметров. По некоторым данным, произошло даже уменьшение объема мозга с 1450 кубических сантиметров у неандертальцев (проживавших 100 тысяч лет назад) до 1350 ку­бических сантиметров у современного человека, что было связа­но с большим развитием центров ассоциации в лобно-височных его отделах.

По мнению физиологов, лишь 1/10 возможностей мозга исполь­зуется человеком, хотя поток воспринимаемой им ныне инфор­мации и уровень решения задач по ее переработке значительно превосходят соответствующие параметры недавнего прошлого. Все это дает основание сделать вывод, что дальнейшая эволю­ция мозга будет идти не за счет увеличения количества нервных клеток и веса мозга, а за счет скрытых резервов: например, путем усложнения связей между клетками, более целесообраз­ного их использования и, как полагают ученые, прежде всего за счет тех отделов мозга, которые ведают сложными логиче­скими операциями. В свете сказанного представляются необосно­ванными пессимистические прогнозы некоторых западных уче­ных, предрекающих вырождение человечества в результате ин­волюции (сморщивания) либо слишком быстрой эволюции мозга.

Решающее влияние на развитие человека социального факто­ра не ведет к исчезновению природного в человеке. Они нахо­дятся в диалектическом единстве и взаимодействии. Под воз­действием человеческой деятельности биологическое в значитель­ной мере (но не полностью) претерпело модификацию и достигло в ряде отношений более высокого уровня развития, нежели у других представителей животного мира, то есть «очеловечилось».

Хотя биологические структуры и функции человеческого орга­низма обнаруживают общее с высшими животными, в них содер­жится и существенно новое, сформировавшееся в результате тру­довой деятельности человека. Преимущество человека перед животным в том, что его жизнедеятельность находится под контро­лем его сознания и воли и что он научился производить не толь­ко для удовлетворения своих непосредственных физиологических потребностей, но и для других людей. Поэтому произведенный человеком предмет приобретает общественно значимые свойства, а потребности и чувственность все более развиваются. В ходе этого развития появляются «музыкальное ухо, чувствующий кра­соту формы глаз,— короче говоря, такие чувства, которые спо­собны к человеческим наслаждениям...» .

Поэтому биологическое в человеке — это не только то, что ге­нетически сближает и роднит человека с животным предком, но и то новое (обусловленное морфофизическими особенностями организма), чем он отличается от животного. Уникальность че­ловека обусловлена тем, что в отличие от животных он наряду с генетической программой (которая закодирована в наследст­венных структурах, записана в молекулах ДНК и через зароды­шевые клетки переходит от поколения к поколению) имеет воз­можность благодаря наличию сознания путем воспитания пере­давать опыт предыдущих поколений каждому следующему поко­лению.

Человек представляет собой сложную биосоциальную структу­ру, охватывающую широкую гамму сторон жизнедеятельности человека — от физиологической до социальной. Биологическое и социальное — это два класса устойчивых компонентов (подструк­тур), составляющих структуру человека как целостной системы. При этом соотношение биологического и социального следует по­нимать не как рядоположение, а как соподчинение. В этом соот­ношении социальное сохраняет приоритетную, а именно интегративно-преобразующую роль. Хотя природную основу человека составляют его биологические особенности, все же определяю­щими факторами человека (его сущностью) являются не его природные качества (например, тот или иной тип высшей нерв­ной деятельности, системы кровообращения и дыхания, цвет кожи и волос и т.д.), а социально значимые качества. Совокупность этих качеств образует понятие личности.

V.                ЧЕЛОВЕК КАК ФИЛОСОФСКАЯ ПРОБЛЕМА

1.      Природа человека. Диалектика сущности и существования

Поворот к «конкретному» человеку. Вся история как фило­софских учений, так и специальных естественных и гуманитарных наук свидетельствует о неустанных попытках познать природу человека, смысл его бытия и перспективы развития. Усилия мно­гих ученых разработать целостную теорию человека всегда на­талкивались на серьезные трудности, связанные, в частности, с тем, что специальные науки о человеке давали знание лишь фрагментарное — об отдельных сторонах жизнедеятельности его организма, сознания и поведения, а не о человеке как целом. Между тем все более росла потребность в создании целостной картины человеческого бытия, в которой человек выступал бы не просто как вещь среди других вещей, а как субъект социаль­ной и культурно-исторической деятельности, действующее и чув­ствующее существо, обладающее сложным и неповторимым внут­ренним миром.

Особое место в истории философии занимают 30—40-е годы XIX века, ибо они ознаменовались поворотом многих философов к «живому», «конкретному» существованию человека (С. Кьеркегор), формированием антропологического принципа в филосо­фии (Л. Фейербах) и возникновением принципиально новых пред­ставлений о человеке (К. Маркс, Ф. Энгельс). Этот поворот был вызван прежде всего социально-историческими причинами, развитием капиталистического способа производства, когда част­ное предпринимательство все более требовало освобождения от феодальных оков, проявления личной инициативы, предприимчи­вости, творческих задатков человека. Вопрос стоял так: кто явля­ется реальным субъектом истории, каковы пути и средства пре­вращения человека из отчужденного в свободного творца своей судьбы?

Вполне закономерно, что проблемы конкретного, действитель­ного человека, к которым обращались и Кьеркегор, и младоге­гельянцы, и Фейербах, во весь рост встали и перед Марксом и Энгельсом. Поскольку предшествовавшие искания не привели к успеху и «конкретный» человек все же оставался абстрактным, то задача заключалась, по словам Энгельса, в том, чтобы заме­нить культ абстрактного человека наукой о действительных ли­цах в их историческом развитии.

Характерным для традиционных идеалистических и религиоз­ных представлений о человеке был отрыв его от природы. Чело­век изображался как одно из творений бога, как момент «миро­вого разума», «мировой идеи» (объективно-идеалистические на­правления) или же как «чистая субъективность», «чистое само-. сознание» (субъективно-идеалистические направления).

В противоположность идеалистическим интерпретациям марк­систская концепция человека исходит из признания единства че­ловека и природы, основывается на материалистическом понима­нии человека как природного существа. Человек — не осколок или порождение некой сверхъестественной силы, а часть пред­метного, материального мира, телесное существо.

Однако марксистское понимание человека отнюдь не ограни­чивается определением его как существа природного, «части» природы. Такое определение не выходило бы за рамки решения проблемы человека в домарксистском (метафизическом) мате­риализме, который недооценивал роль активных способностей субъекта и фактически подчинял его законам природы, низводил к положению вещи среди вещей.

Определяющее значение в становлении человека К. Маркс и Ф. Энгельс придавали труду, который по своей природе является коллективной, общественной деятельностью. В процессе труда формировались новые по сравнению с животным предком качества человека—социальные (сознание, язык, мировоззрение и т. д.). Поэтому человек в марксистской концепции предстал не просто как часть природы, а как высший продукт ее развития, как при­родное существо особого рода. Иными словами, была вскрыта специфичность общественной природы человека как «родового существа». Этот подход открывал возможность анализа челове­ка в контексте его не только природных, но и общественных связей, интерпретации его как носителя не только биологиче­ской формы движения материи, но и социальной. Человеческий индивид «является продуктом, с одной стороны, его природной организации, а с другой — условий, окружающих человека в тече­ние всей жизни...» .

В то же время человек — не просто «продукт» окружающей среды, но и творец ее. Посредством осознанно-целенаправлен­ных действий он активно изменяет среду и в ходе ее преобразо­вания изменяется и сам. Поэтому, выявляя специфику человека как природного существа и его отличие от животного, К. Маркс выдвинул очень важное положение о том, что человек — это деятельное природное существо, обладающее жизненными сила­ми, которые заложены в нем «в виде задатков и способностей».

Выявляя сущность человека, К. Маркс искал прежде всего то общее для всех людей условие, которое стало неотъемлемым и определяющим фактором их бытия и которое сделало их людьми. Это — труд, который есть «вечное естественное условие челове­ческой жизни». В труде, деятельности, высшей формой которой является революционно-преобразующая деятельность, проявля­ется специфика человека.

Преобразованная человеческим трудом объективная реаль­ность, продукты человеческого труда становятся человеческой реальностью, «миром человека», «второй природой». Продукты труда человека — это «вторая», «очеловеченная», «гуманизированная» природа по отношению к «первой», то есть естественной природе.

В отличие от домарксистских мыслителей, которые не видели никакой связи между сущностью человека и очеловеченной при­родой, промышленностью, техникой и т. д., Маркс показал, что предметное бытие промышленности и ее история являются «рас­крытой книгой человеческих сущностных сил». Чтение этой кни­ги приводит к познанию сущности человека в ее реализованной, опредмеченной, то есть претворенной в действительность, форме.

В шестом тезисе о Фейербахе К. Маркс пришел к выводу: «...сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений» ".

В этой формулировке К. Маркса содержится очень глубокая мысль, но она выражена в предельно сжатой форме, что приво­дило нередко к односторонней ее интерпретации. Одни истолко­вывают это положение так, что Маркс якобы отождествлял сущ­ность человека с наличными социальными отношениями данной социальной системой. Другие считают, что он сводил понимание человека к совокупности одних лишь производственных отноше­ний. Третьи утверждают, будто названное положение не выражает активной, деятельной сущности человека.

В действительности же указанный тезис К. Маркса имел своей целью прежде всего противопоставить абстрактному антропологическому пониманию человека лишь как части природы (напри­мер, у Л. Фейербаха) понимание его как социальной сущности, иными словами, как совокупности общественных отношений (в буквальном переводе—«ансамбля» этих отношений).

К. Маркс и Ф. Энгельс подчеркивали, что сущность человека неправомерно отождествлять ни с чистой субъективностью (на­пример, самосознанием), ни с объективной формой проявления сущности (опредмеченными результатами деятельности). Сущ­ность человека выявляется в особом характере его предметной деятельности. Отсюда вытекает, что для познания сущности че­ловека необходимо анализировать не просто совокупность общест­венных отношений, как нечто внешнее человеку, а диалектику взаимодействия творческих сил человека с той социальной струк­турой, в рамках которой развертывается его деятельность. Кроме того, определение родовой сущности человека как совокупности «всех общественных отношений» означает, что она формируется не только данными отношениями, в которых существует инди­вид, но и всей предшествовавшей историей человечества, его культуры.

Соотношение биологического и социального в человеке. Че­ловек как уникальный биологический вид Homo sapiens возник около 40 тысяч лет назад в результате длительного процесса становления общества, который одновременно являлся и перио­дом формирования человека. Таким образом, он возник в ре­зультате единого процесса антропосоциогенеза. С формированием мышления и языка началось одновременное становление произ­водственных, социально-экономических отношений как особого вида материи — социальной материи. Своеобразие ее заключает­ся в том, что, будучи объективной и первичной по отношению к общественному сознанию, она в отличие от природной материи не может существовать без сознания. Человек — это высший уро­вень организации материи, осознающей саму себя. Способность производить орудия труда является видовым отличием человека от животного.

У человека с самого начала его становления не было биологи­ческой предопределенности к какому-нибудь одному, заранее за­данному виду жизнедеятельности (как это имеет место у живот­ных). Морфологическая структура человека такова, что она по­зволяет ему осуществлять любой вид деятельности. Тем самым он выступает не как замкнутое в себе, а «открытое миру» су­щество, универсальное в своих творческих возможностях и про­явлениях.

В процессе исторического развития человека его организм остается в общем тем же, отдельные изменения в нем происходят крайне медленно и не носят существенного характера. Даже средний объем мозга современного человека сохранился таким, каким он был у кроманьонцев и неандертальцев,— примерно 1400 кубических сантиметров. По некоторым данным, произошло даже уменьшение объема мозга с 1450 кубических сантиметров у неандертальцев (проживавших 100 тысяч лет назад) до 1350 ку­бических сантиметров у современного человека, что было связа­но с большим развитием центров ассоциации в лобно-височных его отделах.

По мнению физиологов, лишь 1/10 возможностей мозга исполь­зуется человеком, хотя поток воспринимаемой им ныне инфор­мации и уровень решения задач по ее переработке значительно превосходят соответствующие параметры недавнего прошлого. Все это дает основание сделать вывод, что дальнейшая эволю­ция мозга будет идти не за счет увеличения количества нервных клеток и веса мозга, а за счет скрытых резервов: например, путем усложнения связей между клетками, более целесообраз­ного их использования и, как полагают ученые, прежде всего за счет тех отделов мозга, которые ведают сложными логиче­скими операциями. В свете сказанного представляются необосно­ванными пессимистические прогнозы некоторых западных уче­ных, предрекающих вырождение человечества в результате ин­волюции (сморщивания) либо слишком быстрой эволюции мозга.

Решающее влияние на развитие человека социального факто­ра не ведет к исчезновению природного в человеке. Они нахо­дятся в диалектическом единстве и взаимодействии. Под воз­действием человеческой деятельности биологическое в значитель­ной мере (но не полностью) претерпело модификацию и достигло в ряде отношений более высокого уровня развития, нежели у других представителей животного мира, то есть «очеловечилось».

Хотя биологические структуры и функции человеческого орга­низма обнаруживают общее с высшими животными, в них содер­жится и существенно новое, сформировавшееся в результате тру­довой деятельности человека. Преимущество человека перед животным в том, что его жизнедеятельность находится под контро­лем его сознания и воли и что он научился производить не толь­ко для удовлетворения своих непосредственных физиологических потребностей, но и для других людей. Поэтому произведенный человеком предмет приобретает общественно значимые свойства, а потребности и чувственность все более развиваются. В ходе этого развития появляются «музыкальное ухо, чувствующий кра­соту формы глаз,— короче говоря, такие чувства, которые спо­собны к человеческим наслаждениям...» .