Эмоции :страх

МІНІСТЕРСТВО ОСВІТИ І НАУКИ УКРАЇНИ

 

ЗАПОРІЗЬКИЙ НАЦІОНАЛЬНИЙ ТЕХНІЧНИЙ УНІВЕРСИТЕТ

 

Кафедра психології

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

КОНТРОЛЬНА РОБОТА З ДИСЦІПЛІНИ ЗАГАЛЬНА ПСИХОЛОГІЯ

НА ТЕМУ:  ЕМОЦІЇ : СТРАХ

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                               

 

 

                                                               Виконала: студентка ГПз-220

                                                                           Матяж О.П.

 

                                             Перевірила:

 

 

 

 

 

 

                                             Запоріжжя 2011

 

 

 

  ПЛАН

 

 

Введение………………………………………………………………………….3

 

Актуальность состояния………………………………………………………...4

 

З.Фрейд о страхе …………………………………………….…………………..9

 

Классификация страхов…………………………………..…………………….14

 

Цитаты для узнаваемости психологического состояния «Страх»…………..18

                                

Вывод…………………………………………………………………………….25

 

Список литературы ……………………………………………………………..26

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                             ВВЕДЕНИЕ

 

 

«Страх – это ядовитый коктейль из

                                                        инстинкта и воображения».   В.Кротов

 

 

         Так устроена наша жизнь, что человек испытывает множество страхов в своей жизни. Страх — это естественная реакция, обусловленная окружением.  С древних времен и до наших дней это психологическое состояние занимает особое место в сознании человека. По этому поводу  написаны множество книг, созданы классификации страхов, описаны страхи какие были в прошлом, позапрошлом и т,д веке. Созданы методики по избавлению от страха, и еще много чего. На основании вышесказанного хочется глубже разобраться в этом вопросе…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Актуальность состояния

 

Страх является неизбежной принадлежностью нашей жизни. Постоянно изменяясь, он сопровождает нас от рождения до смерти. История человечества от прошлого до настоящего состоит из попыток преодолеть, уменьшить, пересилить или обуздать страх. Магия, религия и наука прилагают усилия для этого. Посвящения себя Богу и любви, исследование законов природы, аскетический образ жизни и философское познание едва ли устраняют страх, но помогают его переносить и, может быть, делают более плодотворным наше развитие. Надежда на возможность прожить без страха остается иллюзией; он содержится в нашем существовании и является отражением нашей зависимости и нашего знания о неизбежности смерти. Мы можем только пытаться противопоставить развитию страха наше мужество, доверие, знания, силу, надежду, покорность, веру и любовь. Это может помочь нам ужиться со страхом и объяснить его, но он постоянно побеждает вновь. К методам, которые направлены на освобождение от страха, мы относимся скептически; они несправедливы по отношению к бытию и возбуждают несбыточные ожидания. Хотя страх неотступно пронизывает нашу жизнь, это не обязательно означает, что мы продолжительное время осознаем его. Он может возникать в сознании лишь на мгновение, концентрируясь на внутренних или внешних переживаниях. Мы имеем склонность с помощью различной развивающейся техники смягчать, преодолевать, успокаивать, обманывать и отрицать страх. Однако, как смерть не прекращает свое существование, несмотря на то, что мы о ней не думаем, так не исчезает и страх. Страх существует независимо от культуры и уровня развития народа или его отдельных представителей; единственное, что изменяется, – это объекты страха, ибо, как только мы полагаем, что победили или преодолели страх, появляется другой вид страха, а также другие средства и мероприятия, направленные на его преодоление. Мы в настоящее время не боимся больше грома и молнии, солнечных и лунных затмений и относимся к ним как к интересным явлениям природы, но не можем избавиться от переживаний страха, так как исчезновение некоторых предрассудков не исключает возможности гибели мира. В связи с этим мы сегодня испытываем страх перед угрозой новых болезней, перед возможным несчастным случаем на транспорте, страх старости или одиночества.

Методы борьбы со страхом до сих пор почти не изменились. Только вместо принесения жертв и магических заклинаний сегодня модно прикрывать страх с помощью фармакологических средств, но он по-прежнему остается с нами. Новой серьезной возможностью переработки страха является современная психотерапия в ее различных формах: она, в первую очередь, вскрывает индивидуальную историю развития страха, исследует его взаимосвязь с индивидуально-семейными и социально-культурными условиями и организует «очную ставку» индивидуума с источниками его страха в целях его плодотворной переработки и преодоления. Очевидным является закономерность жизни, переживаемая от ее колыбели до наших дней, – преодолевая определенные страхи благодаря успехам науки и техники, мы обмениваем их на новые страхи. В сущности, страх является неизбежным спутником жизни, иного не дано.

Один новый вид страха относится к нашей теперешней жизни: мы знаем, что страх увеличивается тогда, когда наш образ жизни и деятельности изменяется вопреки нашему желанию. Мы испытываем страх перед тем, что можем лишиться собственных сил, мы думаем об опасностях, которые могут нанести нам злоупотребление атомными силами или нарушение природного равновесия. Наше существование носит двойственный характер и кажется нам бумерангом, направленным на нас самих. Наша воля к могуществу, любви и смирению ошибочна, так как воля к могуществу и обладанию направлена против природы и жизни и вызывает у нас страх, который при манипулировании им вызывает душевную опустошенность. Если раньше человек испытывал страх перед силами природы, будучи беззащитным перед нею, угрожающими демонами и могущественным Богом, то теперь мы боимся самих себя. Представляется иллюзией, что прогресс и, в равной степени регресс, имеют влияние на наши страхи. Иногда это может быть и так, но следствием (прогресса или регресса) являются новые страхи. Переживание страха содержится в самом нашем существовании. Общепринятым является то, что каждый человек имеет свои личностные видоизменения страха: страх тем меньше выражен, чем более абстрактными являются для данной личности смерть, любовь или другие представления. Каждый человек имеет собственную индивидуальную форму страха, которая так же относится к образу жизни человека, как присущая только ему форма любви и его собственная, индивидуальная неизбежность смерти. Страх индивидуален и отражает личностные особенности каждого человека, он имеет место при всех общественных устройствах. Наш личный страх связан с нашими индивидуальными условиями жизни, нашей предрасположенностью и нашим окружением, он имеет свою историю развития и начинается, практически, с момента начала нашего развития (т. е. рождается вместе с нами). Если рассматривать страх «без страха», то создается впечатление, что он имеет двойственный аспект: с одной стороны, страх активизирует нас, а с другой – парализует. Страх всегда есть сигнал и предупреждение об опасности, в равной степени он содержит предложение, т. е. импульс к преодолению этой опасности. Предположения об источнике страха и его осознание свидетельствуют об определенной ступени развития, о достижении зрелости. Уклонение от формулирования и объяснения страха приводит к его стагнации; это тормозит наше дальнейшее развитие и оставляет нас на том уровне детства, когда границы страха непреодолимы. Страх всегда возникает в тех случаях, когда мы оказываемся в неразрешимой или еще неразрешенной ситуации. Каждое развитие, каждый шаг к зрелости связаны со страхом, если они приводят нас к чему-то новому, до этого неизвестному и неизведанному во внутренней или внешней ситуации, не пережитому нами. Все новое, неизвестное, впервые случившееся или пережитое, наряду с привлекательностью нового, влечением к авантюрам и риску, также сопровождается страхом. Так как наша жизнь всегда приводит к новому, недостижимому и неизведанному, ее всегда сопровождает страх. Он появляется раньше всего в сознании как важный пункт нашего развития и по мере взросления утрачивает привычные пути и направления для разрешения или преобразования новых задач. Развитие, взросление и созревание со всей очевидностью сопровождаются деятельностью по преодолению страха, и каждый возраст с соответствующими ступенями зрелости сопровождается страхом, который возникает вновь и усиливается после преодоления каждой ступени. Представляются совершенно нормальными страхи, связанные с возрастными изменениями, которые здоровый человек переносит и перерастает и которые важны для его успешного развития.  Все эти виды страха являются органичными составляющими нашей жизни, так как связаны с соматическим, душевным и социальным развитием, с овладением новыми функциями при вступлении в общество или содружество. Страх всегда сопровождает каждый новый шаг по пересечению границ привычного, требующий от нас решимости перейти от изведанного к новому и неизвестному. Наряду с этими страхами имеется изобилие индивидуальных страхов, нетипичных для указанных выше пограничных ситуаций. Эти страхи не могут быть поняты другими, потому что они непознаваемы для нас самих. Для одних пусковым механизмом страха является одиночество, для других – скопление людей, у третьих приступы страха возникают, когда они переходят через мост или пустое пространство, четвертью не могут находиться в замкнутом пространстве; некоторые испытывают страх при виде безвредных безобидных животных – жуков, пауков или мышей.  В сменяющихся формах проходит вся наша жизнь, и мы всегда хотим по-новому отвечать на ее требования. Первое требование, соответствующее в нашей аллегории ротации, означает, что каждый индивидуум для достижения самостоятельности и неповторимости своей личности должен отграничить себя от остальной человеческой массы, не обмениваясь с нею своими особенностями. К этому требованию присоединяется страх, который угрожает нам, когда мы отделяем себя от других, возникающий с момента рождения и связанный с тем, что мы являемся частью общности и боимся одиночества и изоляции. На всех уровнях, будь то расовые, семейные, национальные, половые, связанные с нашими надеждами или с нашей профессией, мы принадлежим к определенным группам, к которым мы испытываем чувство близости и родственной принадлежности, и вместе с тем, будучи индивидуумами и единичностью, стремимся к четкому различию от других людей. Это приводит к тому существенному факту, что одним из основных наших желаний является стремление не смешиваться с другими людьми и однозначно идентифицироваться с самим собой. Наше существование похоже на пирамиду, чье основание покоится на типичном и всеобщем, а вершина стремится освободиться от связи с всеобщим и увенчаться индивидуальным и единичным.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Зигмунд Фрейд о страхе

Страх – это психосоматический процесс, он одновременно проявляется и в телесных процессах и в психологическом переживании.Мы будем различать внутренние и внешние раздражители, которые действительно могут представлять угрозу и те которые мы «воображаем» или «представляем» в фантазии. Чем интенсивнее и живее подобное представление, тем более оно способно вызвать ощущение страха. Фрейд пишет, что в последующей жизни, страх имеет два источника происхождения, один страх – невольный, автоматический; другой – исходящий из Я, когда такая ситуация лишь угрожает, призванный для того что бы ее избежать. При этом и внешние, и воображаемые опасности могут недооцениваться, переоцениваться или же оцениваться неадекватно.

З.Фрейд, однако, обратил внимание еще на один вид опасностей, о которых раньше обычно не думали: на опасности, угрожающие нам со стороны собственных влечений, со стороны Бессознательного. В 1895 году вышла Статья Фрейда. В которой он описывает свое понимание страха в двух теориях:

Автоматический страх - Устойчивая реакция субъекта в травматической ситуации, т.е. при потоке внутренних и внешних возбуждений, которым субъект не в силах управлять. Автоматический страх Фрейд противопоставляет сигналу тревоги. Это выражение введено Фрейдом в его теории страха, изложенной в «Торможении, симптоме, страхе (тревога)» (1926); понять его можно в сопоставлении с особым сигналом тревоги. Страх в обоих этих случаях — как автоматически возникающее явление и как сигнал тревоги — свидетельствует о психической беспомощности младенца как следствии его биологической беспомощности. Автоматически возникающий страх — это спонтанный ответ организма на травматическую ситуацию или на ее повторение.

Под «травматической ситуацией» подразумевается неуправляемый прилив слишком разных и слишком сильных возбуждений - это одна из первых мыслей Фрейда — она встречается уже в самых первых его сочинениях, где страх выступает как результат накопления либидинального напряжения при отсутствии разрядки. Выражение «автоматический страх» предполагает определенный тип реакции; оно ничего не говорит об источнике — внутреннем или внешнем — возбуждений, приводящих к травме.

Страх перед реальностью – это понятие второй теории страха у Фрейда: страх перед внешней опасностью, которая представляет для субъекта реальную угрозу:

Страх может быть связан еще и с тем, что приходиться опасаться определенного наказания или отмщения, которые человек уже испытывал при подобных обстоятельствах в прошлом. Здесь страх является сигналом знакомого, неприятного опыта. Такой страх называется в психоанализе страхом перед Сверх-Я, т.е. страхом перед наказующими родителями, интернализированным в Сверх-Я. Этот страх становиться тем сильнее, чем больше подавляется влечение. Если же удастся найти, то или иное замещающее удовлетворение (колоть дрова, что бы отреагировать гнев; ласкать животных, что бы утолить потребность в любви), то уменьшается и связанное со страхом напряжение.

Утрата контроля над собой и ощущение беспомощности перед подавляющим событием могут стать причиной чрезвычайно сильного чувства страха. Страх может настолько затмевать другие переживания, что, по словам Фрейда, напряжение от сексуального влечения, если оно подавляется, просто преобразуется в тревожное напряжение. Это означает, что при «подавлении» напряжения, исходящего от влечений, оно сохраняется в бессознательном и, не находя ни выхода, ни разрешения, в конечном итоге переходит в переживание страха.

Еще одним видом страха, является страх перед чуждым и не известным. Источником этого страха, является часто оправдывающееся в нашей жизни представление, что новая, неизвестная ситуация или вещь в конечном итоге окажется неприятной. Кроме того, неизвестное внушает страх еще потому, что мы не можем его контролировать. К страху перед неизвестным отчасти относится и страх смерти, который также связан и со страхом отделения от матери и потерей объекта любви. Впервые этот страх возникает тогда, когда ребенок научается отличать близких к нему людей от посторонних, в частности материнский объект.

Разумеется, чувство страха не обязательно является болезненным, признаком болезни скорее было бы полное его отсутствие. Фрейд искал истоки страха и обнаружил страх отдаления, или утраты, в особенности страх утраты любви. Страх отделения от матери, является общепризнанным в психоанализе расстройством, которое обнаруживается во множестве неврозах. Когда возникает страх утраты собственного Я из-за соединения с реальным или желанным объектом любви, то можно говорить об экзистенциальном страхе, или о страхе уничтожения, страхе утратить свою сущность.

Страх смерти и возникающие в младенчестве так называемые оральные страхи, уничтожение через поглощение, представляют собой несколько переработанные формы общего страха уничтожения. Существует желание убить и соответствующий страх быть убитым. Одно можно объяснить как реакцию на другое. Я боюсь быть убитым, поскольку сам испытываю подобное желание. Фрейд, изначально, отстаивал точку зрения, что страх зависит от сексуальности и желаний, т.е. от направленности либидо. Агрессию как причину страха он описал позже.Еще одной формой страха является страх кастрации, который также формируется на эдиповой стадии. Если подобные страхи кастрации переносятся на внешний объект или явление, возникают типичные фобии. В основе каждого из приведенных видов страхов лежит своя причина.

Фрейд рассматривает страх как выражение тревоги в конкретной, объективизированной форме, если чувства не пропорциональны опасности, и тревога принимает затяжное течение. Следовательно, фобия – это иррациональный страх перед чем-то определённым, но не тем, чего человек боится внешне, а наоборот внутренний, настоящей опасностью может быть инцестуозное желание или страх разоблачения этого желания, который в свою очередь порождает возникновение фобии. Так же фобия – это устойчивый страх перед безопасным объектом. Опасность проецируется на символический объект.

З.Фрейд различал 3 вида страха: реальный страх, невротический страх, моральный страх (или чувство вины). Основной тип реальный страх или страх реальных вещей внешнего мира, от него производны два других. Невротическая тревога представляет страх того, что желание выйдет из-под контроля и заставит сделать нечто, за что последует наказание. Невротический страх – это не столько страх желаний, сколько страх наказания, которое последует за удовлетворением этих желаний. Невротическая тревога имеет основу в реальности, поскольку в лице родителей или других авторитарных фигур мир наказывает ребенка за импульсивные действия. Моральный страх – это страх совести (исходящий из Сверх-Я). Люди с хорошо развитым Сверх-Я склонны чувствовать вину, совершая нечто противное моральному установкам, или даже думая об этом. Моральный страх также реалистичен: в прошлом человека наказывали за нарушение морального плана, могут наказать опять.

Фрейд говорит об активности инстинкта смерти. Тревога пробуждается благодаря опасности, которой подвергает организм инстинкт смерти. Именно в этом и заключается первичная причина тревоги. Описанная Фрейдом борьба между инстинктом жизни и смерти (борьба, которая приводит к смешиванию двух инстинктов) говорит о том, что причины тревоги заключаются в страхе смерти. Фрейд, так же, рассматривал различные тревоги, которые возникают в результате деятельности инстинкта смерти, и направлены внутрь, но среди этих тревог он не упоминает страх смерти. Он говорит, что страх смерти следует рассматривать как аналог страха кастрации.

В функции страха входит предостережение человека о надвигающейся опасности. Это сигнал для Я. Он состоит в том, что хотя приняты соответствующие меры, опасность может возрастать, и Я может потерпеть поражение. В связи с тем, что противостояние инстинктов жизни и смерти не прекращается в течение всей жизни человека.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Классификация страха

 Страх может быть описан различными терминами в зависимости от выраженности.

Испуг (Fright), Страх (Terror), Ужас (Horror), Мания преследования (Paranoia), Комплекс преследования (Persecution complex). 

Чтобы не запутаться в многочисленных страхах и фобиях, нужно иметь какую-то классификацию различных видов страха. 

Дж. Боулби выделил две группы причин страха: «природные стимулы» и «их производные» (рис.1). Он полагает, что врожденные детерминанты страха связаны с ситуациями, которые действительно имеют высокую вероятность опасности. Производные стимулы больше подвержены влиянию культуры и контекста ситуации, чем природные стимулы. Дж. Боулби считает одиночество наиболее глубокой и важной причиной страха. Он связывает это с тем, что как в детстве, так и в старости вероятность опасности при болезни или одиночестве значительно возрастает. Кроме того, такие природные стимулы страха, как незнакомость и внезапные изменения стимуляции, значительно сильнее пугают на фоне одиночества.

К. Изард подразделяет причины страха на внешние (внешние процессы и события) и внутренние (влечения и гомеостатические процессы, т. е. потребности, и когнитивные процессы, т. е. представление человеком опасности при воспоминании или предвидении).

         

                                                 Рис.1 Причины страха

А. С. Зобов (1983) все опасности, вызывающие страх, разделил на три группы: 1) реальные, объективно угрожающие здоровью и благополучию личности; 2) мнимые, объективно не угрожающие личности, но воспринимаемые ею как угроза благополучию; 3) престижные, угрожающие поколебать авторитет личности в группе.

Очевидно, что в каждой стране и регионе проживания могут иметься свои специфические страхи.

По мнению  доктора Андрея Курпатова страх имеет такую классификацию. Наши страхи делятся на те, которые отходят к«ведомству» инстинкта самосохранения жизни; те, которые возникают в системе наших социальных отношений (тут иерархический инстинкт господствует), и, наконец, есть у нас страхи, связанные со сферой сексуальных отношений, т. е. с половым инстинктом. Поскольку же между сознанием и подсознанием постоянно возникают трения, то по каждому из этих пунктов мне гарантированы страхи — за жизнь, за социальную жизнь и за жизнь половую.

 

Профессор Ю. В. Щербатых предложил свою классификацию страхов.

Он разделяет все страхи на три группы:

    • биологические — страхи, непосредственно связанные с угрозой жизни человеку,
    • социальные — боязни и опасения за изменение своего социального статуса,
    • экзистенциальные — связанные с самой сущностью человека, характерные для всех людей.

Имеются и промежуточные формы страха, стоящие на грани двух разделов. На самом деле, в каждом страхе в той или иной мере присутствуют все три составляющие, но одна из них является доминирующей.

Разнообразие наших страхов выдающееся! Но нельзя же оставлять их неназванными, и вот ученые умы принялись за «инвентаризацию» человеческих страхов. Поскольку международным медицинским языком принят был латинский, то соответственно страхи наши и получили гордые латинские названия, впрочем, встречаются и древнегреческие.  Опишу их в виде Древа страха.

Древо страха.

Корень – беспредметный страх, страх всего = страх ничего: панические атаки.

Нижняя половина ствола – страх смерти:

Общебытийные страхи: геронтофобия - страх старения, увядания; страх войны, стихийных бедствий; аутофобия -страх одиночества; страх за жизнь близких; никтофобия - страх темноты.

Телесные страхи:

Алгофобия (альгинофобия)-страх боли, Гемофобия-боязнь крови;

Трайпанофобия- боязнь уколов,  одонтофобия- боязнь зубоврачебных процедур; Ятрофобия – боязнь врачей. Нозофобия -боязнь болезней ; Бактериофобия - Боязнь бактерий и микробов.

Зоофобия( арахнофобия)- страх животных примыкает сюда…

Зависимостные страхи: страх нехватки или отсутствия агента зависимости (еды, пениафобия- страх отсутствия денег, табака, алкоголя, наркотика, человека…). 

Верхняя половина ствола – страх жизни:

Социально-оценочные страхи:

содиофобия-страх экзамена, глоссофобия- страх выступления;

боязнь общения со значимыми лицами, с другим полом; Гипенгиофобия - страх ответственности, страх позора, несоответствия нормам; страх быть плохим, Дисморфобия- некрасивым, виновным, показаться слабым, страх импотенции.

 

Страхи перед агрессией и превосходящей силой:страх агрессии физической (перед нападением, дракой); страх психической агрессии (крика, хамства, унижения…), взглядобоязнь, страх перед начальством и вышестоящими…

Пространственные страхи: 

Агорафобия (от др.-греч. agora — площадь)-страх открытого пространства;

Клаустрофобия (от лат. claudo- запирать, замыкать)- страх закрытого пространства; Гипсофобия (акрофобия)-страх высоты, Стазобазофобия, Эргазиофобия -страх движения…

Фортунофобии: страхи перед судьбой, перед узостью или отсутствием пространства выбора (профессия, замужество…); страх широты выбора: «бегство от свободы»; страх перед неизвестностью и случайностью…

Мистико-психические страхи: виккафобия- страх порчи, омматофобия-сглаза, наговоров; страх нарушения ритуалов; богобоязнь, богифобия- дьяволобоязнь, различные суеверия, страх потерять себя; лиссофобия- сойти с ума; страх собственных мыслей, страх кошмаров; теофобия иррациональные страхи (детей, стариков, погонофобия - бороды, икон, неба…).

Между общим единым страхом и страхами предметно-конкретными можно поместить, как переходный, страх "плавающий", ищущий свой предмет. (Так же и гнев ищет повод, чтобы излиться...)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

4.Цитаты в которых описывают страх:

Из книги В.Набокова «Ужас» : «Бывало  со  мной  и другое: ночью, лежа в постели, я вдруг

вспоминал, что смертен. Тогда в моей душе  происходило  то  же,

что происходит в огромном театре, когда внезапно потухает свет,

и   в   налетевшей  тьме  кто-то  резко  вскрикивает,  и  затем

вскрикивает несколько  голосов  сразу, слепая  буря,  темный

панический  шум  растет, и  вдруг  свет  вспыхивает снова, и

беспечно продолжается  представление.  Так,  бывало,  душа  моя

задохнется  на  миг,  лежу  навзничь,  широко  открыв  глаза, и

стараюсь изо всех сил побороть страх, осмыслить смерть,  понять

ее  по-житейски,  без  помощи  религий  и  философий.  И  потом

говоришь  себе,  что  смерть  еще  далека,   что   успеешь   ее

продумать, а  сам  знаешь,  что  все  равно  никогда  не

продумаешь, и опять в темноте, на галерке сознания, где мечутся

живые, теплые мысли о милых земных мелочах, проносится крик

и   внезапно  стихает,  когда  наконец,  повернувшись  на  бок,

начинаешь думать о другом.

 

Из книги А.П.Чехова «Страхи» «На душе у меня было тихо, покойно и благополучно. Шел я со свидания, спешить мне было некуда, спать не хотелось, а здоровье и молодость чувствовались в каждом вздохе ,в каждом моем шаге, глухо раздававшемся в однообразном гуле ночи. Не помню, что я тогда чувствовал, но помню, что мне было хорошо, очень хорошо!

Пройдя не больше версты, я вдруг услышал позади себя одно звучный, похожий на журчанье большого ручья, рокот. С каждой секундой он становился всё громче и громче и слышался всё ближе и ближе. Я оглянулся: в ста шагах от меня темнела роща, из которой я только что вышел; там насыпь красивым полукругом поворачивала направо и исчезала в деревьях. Я остановился в недоумении и стал ждать. Тотчас же на повороте показалось большое черное тело, которое с шумом понеслось по направлению ко мне и с быстротою птицы пролетело возле меня, по рельсам. Прошло меньше чем полминуты, и пятно исчезло, рокот смешался с гулом ночи.

Это был обыкновенный товарный вагон. Сам по себе он не представлял ничего особенного, но появление его одного ,без локомотива, да еще ночью, меня озадачило. Откуда он мог взяться, и какие силы мчали его с такой страшной быстротой по рельсам? Откуда и куда он летел?

Будь я с предрассудками, я порешил бы, что это черти и ведьмы покатили на шабаш, и пошел бы далее, но теперь это явление было для меня решительно необъяснимо. Я не верил глазам своим и путался в догадках, как муха в паутине…

Я вдруг почувствовал, что я одинок, один как перст на всем громадном пространстве, что ночь, которая казалась уже нелюдимой, засматривает мне в лицо и сторожит мои шаги; все звуки, крики птиц и шёпот деревьев казались уже зловещими, существующими только для того, чтобы пугать мое воображение. Я как сумасшедший рванулся с места и, не отдавая себе отчета, побежал, стараясь бежать быстрей и быстрей. И тотчас же я услышал то, на что раньше не обращал внимания, а именно жалобный стон телеграфных проволок.

«Чёрт знает что! — стыдил я себя. — Это малодушие, глупо!..»

Но малодушие сильнее здравого смысла. Я укоротил свои шаги только, когда добежал до зеленого огонька, где увидел темную железнодорожную будку и возле нее на насыпи человеческую фигуру, вероятно, сторожа.

— Ты видел? — спросил я, задыхаясь.

— Кого? Чаво ты?

— Тут вагон пробежал!..

— Видал… — проговорил мужик нехотя. — От товарного поезда оторвался. На сто двадцать первой версте уклон… на гору поезд тащит. Цепи в заднем вагоне не выдержали, ну он оторвался и назад… Поди теперь, догоняй!..

Странное явление было объяснено и фантастичность его исчезла. Страх пропал, и я мог продолжать путь дальше.»

Из книги А.П.Чехова «Страхи» : «..Третий хороший страх мне пришлось испытать, когда я однажды ранней весною возвращался с тяги. Были вечерние сумерки. Лесная дорога была покрыта лужами от только что бывшего дождя, и почва всхлипывала под ногами. Багровая заря сквозила через весь лес, крася белые стволы берез и молодую листву. Я был утомлен и едва двигался.

Верстах в 5–6 от дома, проходя лесной дорогой, я неожиданно встретился с большой черной собакой из породы водолазов. Пробегая мимо, пес пристально посмотрел на меня, прямо мне в лицо, и побежал дальше.

«Хорошая собака… — подумал я, — чья она?»

Я оглянулся. Пес стоял в десяти шагах и не отрывал глаз от меня. Минуту мы, молча, рассматривали друг друга, затем пес, вероятно польщенный моим вниманием, медленно подошел ко мне и замахал хвостом…

Я пошел дальше. Пес за мной.

«Чья эта собака? — спрашивал я себя. — Откуда?»

За 30–40 верст я знал всех помещиков и знал их собак. Ни у одного из них не было такого водолаза. Откуда же он мог взяться здесь, в глухом лесу, на дороге, по которой никто никогда не ездил и только возили дрова? Отстать от какого-нибудь проезжего он едва ли мог, потому что по этой дороге проезжать барам было некуда.

Я сел на пень отдохнуть и начал рассматривать своего спутника. Он тоже сел, поднял голову и устремил на меня пристальный взор… Он глядел и не моргал. Не знаю, под влиянием ли тишины, лесных теней и звуков, или, быть может, вследствие утомления, от пристального взгляда обыкновенных собачьих глаз мне стало вдруг жутко. Я вспомнил про Фауста и его бульдога и про то, что нервные люди иногда вследствие утомления бывают подвержены галлюцинациям. Достаточно было этого, чтобы я быстро поднялся и быстро пошел дальше. Водолаз за мной…

— Пошел прочь! — крикнул я.

Псу, вероятно, понравился мой голос, потому что он весело подпрыгнул и побежал впереди меня.

— Пошел прочь! — крикнул я еще раз.

Пес оглянулся, пристально поглядел на меня и весело замахал хвостом. Очевидно, его забавлял мой грозный тон. Мне бы следовало приласкать его, но фаустовский бульдог не выходил из моей головы, и чувство страха становилось всё острей и острей… Наступали потемки, которые меня окончательно смутили, и я всякий раз, когда пес подбегал ко мне и бил меня своим хвостом, малодушно закрывал глаза. Повторилась та же история, что с огоньком в колокольне и с вагоном: я не выдержал и побежал…

Дома у себя я застал гостя, старого приятеля, который, поздоровавшись, начал мне жаловаться, что пока он ехал ко мне, то заблудился в лесу, и у него отстала хорошая, дорогая собака.»

 

Из книги Г.Д.Мопасана «Страх» : «Я был вдвоем с товарищем, в сопровождении восьми спаги и четырех верблюдов с их вожатыми. Мы не разговаривали, томимые зноем, усталостью и иссохнув от жажды, как сама эта знойная пустыня. Вдруг кто-то вскрикнул, все остановились, и мы замерли в неподвижности, поглощенные необъяснимым явлением, которое знакомо путешествующим в этих затерянных странах.

Где-то невдалеке от нас, в неопределенном направлении, бил барабан, таинственный барабан дюн; он бил отчетливо, то громче, то слабее, останавливаясь порою, а затем возобновляя свою фантастическую дробь.

Арабы испуганно переглянулись, и один сказал на своем наречии: «Среди нас смерть». И вот внезапно мой товарищ, мой друг, почти мой брат, упал с лошади головой вперед, пораженный солнечным ударом.

И в течение двух часов, пока я тщетно старался вернуть его к жизни, этот неуловимый барабан все время наполнял мой слух своим однообразным, перемежающимся и непонятным боем; и я чувствовал, что в этой яме, залитой пожаром солнечных лучей, среди четырех стен песка, рядом с этим дорогим мне трупом меня до мозга костей пронизывает страх, настоящий страх, отвратительный страх, в то время как неведомое эхо продолжало доносить до нас, находившихся за двести лье от какой бы то ни было французской деревни, частый бой барабана.

В этот день я понял, что значит испытывать страх.»

 

Из книги Г.Д Мопассана «Страх» : «Мы должны были ужинать и ночевать у одного лесничего, дом которого был уже недалеко. Я отправлялся туда на охоту… Пожилой мужчина с седыми волосами и безумным взглядом ожидал нас, стоя среди кухни и держа заряженное ружье, в то время как двое здоровенных парней, вооруженных топорами, сторожили дверь. В темных углах комнаты я различил двух женщин, стоявших на коленях лицом к стене.

Эмоции :страх