Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Эпоха Ивана IV

ЧОУ ВПО

«Заокский христианский гуманитарно-экономический институт»

Тема 4. Эпоха Ивана IV

Контрольная работа № 1 по дисциплине:

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ

Исполнитель:

Павелко Илья Витальевич

Студент 2 курса заочного отделения

Специальность: 080100 Бакалавр экономики

Руководитель: Шардакова Р. А.

п. Заокский Тульской обл., 2009

ПЛАН

Социально-экономическое и политическое положение Московского государства в первой половине ХVI в. Борьба за власть после смерти Василия III.
Реформы 50-х гг. ХVI в. «Избранная рада».
Опричнина: точки зрения историков. Личность Ивана IV.
Внешняя политика Московского государства при Иване IV.
Значение и последствия политики Ивана IV.

Социально-экономическое и политическое положение Московского государства в первой половине ХVI в.

Создание единого государства оказало влияние на развитие экономики и
социального строя Руси. Прекращение феодальных усобиц способствовало
развитию производительных сил. Продолжалось освоение русским крестьянством
новых территорий. Увеличивалось население Поморья. Не меньшее значение имела внутренняя колонизация, резервы которой были далеко еще не исчерпаны: огромные лесные пространства были хорошим резервом для новых пашенных угодий. Экстенсивная подсечно-огневая система земледелия сохраняла ведущую роль во многих районах страны. Вместе с тем уже появляются двупольные, а в некоторых
местах и трехпольные севообороты.

Важные изменения произошли в структуре феодальной собственности на
землю. Изменился характер землевладения князей. Став подданными государя
всея Руси, они в значительной степени сохранили право собственности на
свои бывшие домениальные земли. Однако эти их владения все больше
сближались с обычными вотчинами. Кроме того, они взамен части отобранных у
них старых земель получали вотчины на территории великого княжества
Московского и Владимирского, а также сами приобретали там вотчины покупкой
или в приданое. Тем самым княжеское землевладение постепенно сближалось с
обычным боярским, хотя этот процесс закончился только к середине XVI в.

Параллельно шел другой процесс: многие старые феодальные вотчины мельчали в семейных разделах. Обедневшие отпрыски старых вотчинных родов либо переходят в самые «низы» класса феодалов, либо даже поступают в холопы к своим более удачливым собратьям. Фонд вотчинных земель несколько уменьшается из-за роста землевладения церкви монастырей, митрополита и епископов. Часть земель они получают в дар за «упокой души», часть покупают. Нередко вотчинники оказывались вынуждены отдавать землю монастырю из-за того, что были опутаны долговыми обязательствами.

Такое измельчание и обезземеливание части вотчинников противоречило государственным интересам. Обеспечить боеспособность войска можно было только одним путем: у каждого воина должна была быть земельная собственность, ведь государство не имело средств для денежного жалованья, и каждый воин должен был на свои средства приобретать вооружение и боевых коней. Создание же единого государства создало возможности для активной внешней политики, а она требовала даже увеличения вооруженных сил. Были необходимы земельные раздачи. Эти раздачи стали возможны, так как в руки великого князя попал обширный земельный фонд: владения новгородских вотчинников и домениальные земли Тверского княжества.

Первоначально поместья мало отличались от вотчин: они практически наследовались, а вотчинники были обязаны также служить. Главным было то, что поместья было запрещено продавать и дарить. Основная часть первых помещиков — мелкие слуги великих князей
(ключники, псари и т. п.), отпрыски старых вотчинных родов, имущественное положение которых пошатнулось, а также переселенцы из Новгородской земли и в Новгородскую землю.

Вскоре помещикам начали раздавать земли черносошных крестьян. Земля, отданная в поместье, не меняла формально своего верховного собственника — великого князя всея Руси; менялся лишь адресат повинностей. Развитие поместной системы привело к резкому сокращению количества черносошных крестьян в центре. В первой трети XVI в. поместья были уже почти во всех уездах страны, во многих из них прошли массовые поместные раздачи.

Хотя создание единого государства послужило, в конечном счете, одной из
предпосылок для закрепощения крестьянства, на первых порах положение
крестьян даже несколько улучшилось. Благотворно повлияло прекращение
феодальных междоусобиц. Новгородские крестьяне после конфискаций Ивана III
стали сначала черносошными, что облегчало их положение.

Вскоре, однако, феодальное государство переходит в наступление. Давно
существовавшее правило, что крестьянин может покидать своего владельца
только в течение двух недель в году, стало общегосударственной нормой.
Судебник 1497 г. установил вместо существовавших в разных районах разных
сроков единый для всей страны срок перехода крестьян: неделя до Юрьева дня
осеннего (26 ноября) и неделя после. Это было первое общегосударственное
ограничение крестьянской свободы, но еще не закрепощение крестьян. В едином
государстве, с другой стороны, потеряли силу запреты на переход крестьян
из одного княжества в другое.

Господствовала, как и раньше, натуральная рента, хотя местами
возникала и денежная. Барщина по-прежнему была слабо развита, а
собственную запашку феодала обрабатывали главным образом холопы. Такие
пашенные холопы получали от хозяина небольшой земельный надел и назывались
страдниками (от «страда» — сельскохозяйственные работы).

В конце XV в. появилась новая форма холопства — кабальное. Должник
давал на себя «служилую кабалу», по которой он был обязан отрабатывать
своим трудом «по вся дни» проценты долга. Освободиться кабальный холоп мог
только после смерти хозяина, так как, будучи холопом, он не мог заработать
денег для уплаты долга.

Продолжалось развитие ремесла. Многие ремесленники жили в селах (вотчинное ремесло), но главными центрами были города. Высокого уровня достигло оружейное дело. Развивалось литейное дело. В конце XV в. в Москве был создан Пушечный двор, где изготавливались артиллерийские орудия. Развитие ремесла каменщиков позволило провести в Москве фортификационные работы небывалого масштаба: построить новые кремлевские стены, а затем и стены Китай-города.
Во второй половине XV — первой трети XVI в. продолжали расширяться
экономические связи между разными областями страны. Этому способствовало
создание единого государства.

Преобладала естественная специализация (доставка соли из районов ее добывания, рыбы из Поморья и т. п.). Для развития оживленных торговых связей слишком ничтожна была доля городского населения. Натуральное хозяйство сохраняло безраздельно господствующее положение. В эти же годы расширяются не только политические, но и торговые и культурные связи России с другими странами: с Великим княжеством Литовским, Польшей, Германией, Италией, странами Востока. Развивается денежная система. Основной единицей был рубль (монет рублевого достоинства не существовало, это была счетная единица), а наиболее распространенной монетой была деньга.

Быстрота, с которой произошло политическое объединение русских земель, привела к тому, что старое, связанное с удельными временами, оказывалось живучим и причудливо переплеталось с новым. В итоге для России конца XV — первой половины XVI в. было характерно сочетание единства страны и разнообразия укладов и социальных отношений в прежде независимых землях. Наряду с государем всея Руси сохраняли долю своей власти вынужденные ему подчиниться феодальные владыки.

Политический строй Русского государства рубежа XV — XVI вв. развивался в сторону централизации. Великий князь всея Руси уже систематически пользовался титулом государь, а в его власти проявлялись черты самодержца.

Совещательным органом при великом князе была Боярская дума. В первой трети XVI в. сложилось четкое разграничение думных чинов — боярина (повыше) и окольничего. Дума была невелика. В разное время в нее входило от 5 до 12 бояр и не более 12 окольничих. Все они были отпрысками аристократических родов.

Система приказов до середины XVI в. еще не сложилась, но действовали два общегосударственных ведомства: Дворец и Казна. Дворец, возглавлявшийся дворецкими, ведал личными, так называемыми дворцовыми землями великого князя. Со временем функции дворецких стали шире: они рассматривали тяжбы о земельной собственности, судили население некоторых уездов.

Казна, которую возглавляли казначеи, была главным государевым хранилищем, и не ограничивалась финансовыми делами. Здесь хранились не только деньги и драгоценности, но и государственный архив и государственная печать. Таким образом, Казна была, по сути, государственной канцелярией. Это ведомство руководило и внешней политикой.

Границы уездов восходили к рубежам бывших княжеств, а потому их размеры были разнообразны. Уезды делились на станы и волости. Власть в уезде принадлежала наместнику, в станах и волостях — волостелям. Впрочем, им не подчинялись по гражданским и некоторым уголовным делам феодалы и их люди. В назначениях на должности наместников и волостелей не было строгого порядка, господствовала патриархальность.

В 1497 г. был принят Судебник — первый свод законов единого государства. В Судебнике была (хотя и в общих чертах) определена компетенция должностных лиц, установлены процессуальные нормы, наказания за особо опасные для феодального государства преступления (убийства, разбои, кражи и т. п.). Судебник применялся на практике, но все же не получил широкого распространения и был почти забыт.

Итак, во второй половине XV — первой трети XVI в. в России установилась самодержавная монархия, в которой великому князю принадлежала вся полнота политической власти. Однако разветвленный государственный аппарат еще не сложился, что на деле ограничивало возможности центральной власти. Внутри самой Московской земли продолжали существовать уделы. Права удельных князей были урезаны: выморочные уделы переходили к великому князю, суд в московских селах удельных князей должен был осуществлять наместник великого князя. И все же удельные князья оставались постоянным источником династических смут.

Борьба за власть после смерти Василия III.

В 1533 г. умер Василий III, оставив наследником трехлетнего Ивана IV. Фактической правительницей государства стала молодая вдова Елена Глинская. На пути к упрочению ее власти стояло немало препятствий. Был опасен брат Василия III дмитровский князь Юрий Иванович. Ему даже не дали уехать домой с похорон и тут же арестовали. Оспаривал у великой княгини регентство и ее дядя Михаил Глинский, но и он был заточен в темницу родной племянницей.
Ближайшим советником великой княгини, которая теперь уже официально выступала как соправительница сына, стал боярин князь Иван Федорович Овчина-Телепнев Оболенский. В 1537 г., опасаясь «поимания» (ареста), поднял мятеж дядя великого князя старицкий князь Андрей Иванович. Его мятеж не был «удельной фрондой»: князь Андрей стремился захватить великокняжеский престол. Однако силы были неравны. Многие даже из числа Старицких дворян не поддержали своего князя. Овчине и Елене удалось обманом заманить Андрея в Москву, где он был немедленно арестован. Старицкий удел оказался ликвидирован.
Вскоре умерла Елена Глинская (1538). Подозревали, что она была отравлена. Вокруг 8-летнего государя началась острая борьба за власть. Фаворита Елены Овчину-Телепнева арестовали сразу после ее смерти и «уморили» в тюрьме. Власть оспаривали группировки Шуйских и Бельских. В их программах не было большой разницы. Все группировки в годы боярского правления пытались продолжать централизаторские мероприятия, начатые при Василии III и Елене Глинской. Особое развитие получила в эти годы поместная система. Но беспринципная борьба за власть дезорганизовывала правительственную деятельность.

Реформы 50-х гг. ХVI в. «Избранная рада».

Около 1549 г. сложился правительственный кружок, который вошел в
историю под названием Избранной рады. Возглавлял это правительство Алексей
Федорович Адашев, яркий и талантливый государственный деятель, выходец из
богатого, но не слишком древнего рода костромских вотчинников. Участвовал
в этом правительстве и священник придворного Благовещенского собора
Сильвестр. Влиял на политику правительства и глава церкви митрополит
Макарий. Избранная рада в середине XVI в. провела серию серьезных реформ,
направленных на централизацию государства. В 1550 г. был принят новый
Судебник. Он был основан на Судебнике 1497 г., но расширен, лучше
систематизирован, в нем была учтена судебная практика. Были подтверждены и
уточнены нормы крестьянского перехода в Юрьев день. «Пожилое», которое
крестьянин уплачивал феодалу при переходе, было немного увеличено,
вероятно, из-за происшедшего падения денежного курса. Усилилась власть
феодала над крестьянами: на барина возлагалась ответственность за
преступления крестьян; феодала именовали «государем» крестьянина: тем
самым юридическое положение крестьянина приближалось к статусу холопа; это
был шаг на пути к крепостничеству. Более жестокими стали наказания для
«лихих людей», обвиняемых в «разбоях». Впервые в Судебнике были введены
наказания для бояр и дьяков-взяточников, ограничены права наместников и
волостелей.

Ко времени Избранной рады относится создание первых функциональных
органов управления — приказов (первоначально они назывались «избами»).
Внешней политикой занимался Посольский приказ во главе с Иваном
Михайловичем Висковатовым. А. Ф. Адашеву был поручен Челобитенный приказ:
там принимались жалобы на имя царя и проводилось расследование по ним. Это
был, таким образом, высший орган контроля. Поместный приказ ведал
землевладением феодалов. Разбойный приказ разыскивал и судил «лихих
людей». Сбор дворянского ополчения и назначение воевод были в компетенции
Разрядного приказа. В 1550 г. созданные еще при Василии III отряды
пищальников были преобразованы в стрелецкое войско. Стрельцов было
несколько тысяч, они получали денежное жалованье, огнестрельное оружие и
обмундирование. Ведал ими Стрелецкий приказ.
В 1556 г. были отменены кормления. Население теперь должно было
платить общегосударственный налог — «кормленичий окуп», который заменил
прежний «кормленичий доход». За счет «кормленичьего окупа» служилым людям
платили «помогу» для выхода на военную службу. Ее размеры были определены
в принятом тогда же Уложении о службе.

Отмена кормлений — только заключительный акт длительного процесса
преобразования местного управления. Еще при Елене Глинской началась, а в
годы боярского правления продолжалась губная реформа. Суть ее в следующем.
Дворяне избирали в каждом уезде, где было введено губное управление, из
своей среды губных старост. Им была поручена борьба с наиболее опасными
для феодального государства преступлениями — «разбоями». Судебник 1550 г.
целиком отдал «разбойные дела» в руки губных старост. Когда были отменены
кормления, то губные старосты вместе с городовыми приказчиками (также
выбирались из местных дворян) возглавили уездную администрацию. В отличие
от пришлых в уезде людей — наместников и волостелей, они были кровно
заинтересованы в установлении в своих уездах жесткого порядка. В тех
уездах, где не было частного землевладения, а также в городах население
выбирало земских старост, обычно из наиболее зажиточных слоев черносошного
и посадского населения.

В реформах Избранной рады отмена кормлений, земская реформа —
центральные, структурообразующие. Они повлекли за собой перестройку
судебной и финансово-налоговой систем, центральных и местных органов
власти. С отменой кормлений возникла потребность в централизации сбора
налогов. В связи с перераспределением властных прерогатив в пользу центра
возросло значение приказов, что, в свою очередь, способствовало
дальнейшему развитию приказной системы. Эти же реформы сближали различные
группы феодалов, уравнивая их по принципу единого обеспечения —
«государевым жалованьем». Земская реформа способствовала объединению
провинциального дворянства в уездные корпорации — служилые «города»,
которые стали важным институтом сословного устройства основной массы
помещиков.

Вместе с тем реформы не завершили процесса централизации.
Государственный аппарат был недостаточно развит для того, чтобы
правительство могло обойтись без участия представителей сословий в
управлении: феодалов, крестьян, посадских людей. Россия, таким образом,
развивалась в направлении сословно-представителъной монархии, формы
правления, предусматривающей участие сословных представителей в управлении
страной.

В правительственной деятельности Избранной рады важное место занимала
организация класса феодалов. В 1550 г. было решено дать в радиусе 60 — 70
верст от Москвы поместья тысяче бояр и дворян — «лутчих слуг», обязанных
быть всегда наготове для исполнения ответственных поручений.

В 1552 г. была составлена Дворовая тетрадь — полный список Государева двора, около 4000 человек. Именно из состава Двора выходили и воеводы, и головы (высший и старший командный состав), и дипломаты, и администраторы и т. п. Люди, входившие в Государев двор, именовались дворовыми детьми боярскими или дворянами; просто дети боярские составили нижний слой служилых людей. В Дворовой тетради дворяне записаны по тем уездам («городам»), где они владели землей. Тем самым закреплялась организация феодалов в уездные служилые корпорации. Было упорядочено местничество.

Шла централизация денежной системы и системы мер. При Елене Глинской московский рубль стал основной денежной единицей для всей страны. Но продолжали чеканить и новгородскую деньгу, равняющуюся двум московским.

Централизация коснулась и церковного управления. Еще в конце 40-х годов многие «местночтимые» святые были признаны общерусскими. В государстве создавался единый пантеон святых. При участии Ивана IV митрополит Макарий принял меры для искоренения безнравственности в духовенстве.

Хотя далеко не все из реформ Избранной рады удалось в полной мере осуществить, все же они означали невиданный шаг вперед в направлении централизации и преодоления пережитков феодальной раздробленности. В середине XVI в. Россия ведет активную внешнюю политику. Ее успехи во многом были обусловлены реформами Избранной рады, в частности укреплением вооруженных сил.

Опричнина: точки зрения историков.

Опри́чнина — период в истории России приблизительно от 1565 до 1572 года), обозначившийся государственным террором и системой чрезвычайных мер. Также «опричниной» называлась часть государства, с особым управлением, выделенная для содержания царского двора и опричников («Государева опричнина»). Опричниками назывались люди, составлявшие тайную полицию Ивана IV и непосредственно осуществлявшие репрессии.

Историческая оценка опричнины в зависимости от эпохи, научной школы, к которой принадлежит историк, и т. п. может быть кардинально противоположной. До известной степени, эти основы этих противоположных оценок были заложены уже во времена самого Грозного, когда сосуществовали две точки зрения: официальная, рассматривавшая опричнину как акцию по борьбе с «изменой», и неофициальная, видевшая в ней бессмысленный и трудно постижимый эксцесс «грозного царя».

По мнению большинства дореволюционных историков, опричнина была проявлением болезненного помешательства царя и его тиранических наклонностей. В историографии XIX века, этой точки зрения придерживались Н. М. Карамзин, Н. И. Костомаров, Д. И. Иловайский, отрицавшие в опричнине всякий политический и вообще рациональный смысл.

В противоположность им, С. М. Соловьев старался рационально осмыслить учреждение опричнины, объясняя его в рамках теории борьбы государственного и родового начал, и видя опричнину направленной против второго, представителями которого считает боярство. По его мнению: «Опричнина была учреждена потому, что царь заподозрил вельмож в неприязни к себе и хотел иметь при себе людей вполне преданных ему. Напуганный отъездом Курбского и протестом, который тот подал от имени всех своих собратий, Иоанн заподозрил всех бояр своих и схватился за средство, которое освобождало его от них, освобождало от необходимости постоянного, ежедневного общения с ними». Мнение С. М. Соловьева разделяет К. Н. Бестужев-Рюмин.

Сходно глядел на опричнину и В. О. Ключевский, считавший её результатом борьбы царя с боярством — борьбы, которая «имела не политическое, а династическое происхождение»; ни та, ни другая сторона не знала, как ужиться одной с другой и как обойтись друг без друга. Они попытались разделиться, жить рядом, но не вместе. Попыткой устроить такое политическое сожительство и было разделение государства на опричнину и земщину.

Е. А. Белов, являясь в своей монографии «Об историческом значении русского боярства до конца XVII в.» апологетом Грозного, находит в опричнине глубокий государственный смысл. В частности, опричнина способствовала уничтожении привилегий феодальной знати, которая препятствовала объективным тенденциям централизации государства.

Одновременно делаются первые попытки найти социальные, а затем и социально-экономическую подоплеку опричнины, ставшие магистральными в ХХ веке. По мнению К. Д. Кавелина: «Опричнина была первой попыткой создать служебное дворянство и заменить им родовое вельможество, на место рода, кровного начала, поставить в государственном управлении начало личного достоинства».

По мнению С. Ф. Платонова, опричнина нанесла ощутимый удар по оппозиционной аристократии и тем самым укрепив русскую государственность в целом. Похожего мнения придерживается Н. А. Рожков, называя опричнину выражением победы «самодержавной власти царя над олигархическими тенденциями боярства». В завещании царь написал: «А что если учинил опричнину, и то на воле детей моих, Ивана и Федора, как им прибыльнее, и чинят, а образец им учинил готов».

С. Ф. Платонов видит основную суть опричнины в энергичной мобилизации землевладения, при которой землевладение, благодаря массовому выводу прежних вотчинников с взятых в опричнину земель, отрывалось от прежних удельно-вотчинных феодальных порядков и связывалось с обязательной военной службой.

С конца 1930-х гг., в советской историографии (частью по вне научным причинам) безальтернативно возобладала точка зрения о прогрессивном характере опричнины, которая, согласно этой концепции, была направлена против остатков раздробленности и влияния боярства, рассматривавшегося как реакционная сила, и отражала интересы служилого дворянства, поддерживавшего централизацию, что в конечном счете отождествлялось с общенациональными интересами. Истоки опричнины виделись, с одной стороны, в борьбе крупного вотчинного и мелкого поместного землевладения, с другой же стороны — в борьбе прогрессивной центральной власти и реакционной княжеско-боярской оппозиции. Концепция эта восходила к дореволюционным историкам и прежде всего к С. Ф. Платонову, но вместе с тем насаждалась административным путем.

Р. Ю. Виппер считал, что «учреждение опричнины было в первую очередь крупнейшей военно-административной реформой, вызванной нарастающими трудностями великой войны за доступ к Балтийскому морю, за открытие сношений с Западной Европой», и видел в нем опыт создания дисциплинированной, боеспособной и преданной царю армии.

Положительного мнения об опричнине придерживается И. Я. Фроянов: «Учреждение опричнины стало переломным моментом царствования Иоанна IV. Опричные полки сыграли заметную роль в отражении набегов Девлет-Гирея в 1571 и 1572 годах… с помощью опричников были раскрыты и обезврежены заговоры в Новгороде и Пскове, ставившие своей целью отложение от Московии под власть Литвы… Московское государство окончательно и бесповоротно встало на путь служения, очищенная и обновленная Опричниной…».

Развернутая оценка опричнины дана в монографии А. А. Зимина «Опричнина Ивана Грозного» (1964), которая содержит следующую оценку явления: Опричнина была орудием разгрома реакционной феодальной знати, но в то же время введение опричнины сопровождалось усиленным захватом крестьянских «черных» земель. Опричный порядок был новым шагом на пути к укреплению феодальной собственности на землю и закрепощению крестьянства. Произведенное разделение территории на «опричнину» и «земщину» способствовало централизации государства, ибо это деление было направлено своим острием против боярской аристократии и удельно-княжеской оппозиции. Одной из задач опричнины было укрепление обороноспособности, поэтому в опричнину отбирались земли тех вельмож, которые не отбывали военную службу со своих вотчин. Правительство Ивана IV проводило персональный пересмотр феодалов. Весь 1565 г. был наполнен мероприятиями по перебору земель, ломкой сложившегося старинного землевладения В интересах широких кругов дворянства проводились Иваном Грозным мероприятия, имевшие целью ликвидировать остатки былой раздробленности и, наводя порядок в феодальном беспорядке, крепить централизованную монархию с сильной царской властью во главе. Сочувствовало политике Ивана Грозного и посадское население, заинтересованное в укреплении царской власти, ликвидации пережитков феодальной раздробленности и привилегий. Борьба правительства Ивана Грозного с аристократией встречала сочувствие народных масс. Реакционное боярство, предавая национальные интересы Руси, стремилось к расчленению государства и могло привести к порабощению русского народа иноземными захватчиками. Опричнина знаменовала собой решительный шаг по пути укрепления централизованного аппарата власти, борьбы с сепаратистскими претензиями реакционного боярства, облегчала защиту рубежей Русского государства. В этом заключалось прогрессивное содержание реформ периода опричнины. Но опричнина была и средством подавления угнетенного крестьянства, она проводилась правительством за счет усиления феодально-крепостнического гнета и являлась одним из значительных факторов, вызвавших дальнейшее углубление классовых противоречий и развитие классовой борьбы в стране".

В конце жизни, А. А. Зимин пересмотрел свои взгляды в сторону сугубо отрицательной оценки опричнины, видя в «кровавом зареве опричнины» крайнее проявление крепостнических и деспотических тенденций в противовес предбуржуазным. Эти позиции развили его ученик В. Б. Кобрин и ученик последнего А. Л. Юрганов. Опираясь на конкретные исследования, начавшиеся еще до войны и проведенные в особенности С. Б. Веселовским и А. А. Зиминым (и продолженные В. Б. Кобриным), они показали, что теория о разгроме в результате опричнины вотчинного землевладения — миф.