Эсхил - "отец трагедии"
Федеральное государственное образовательное учреждение
высшего профессионального образования
«ЧЕЛЯБИНСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ КУЛЬТУРЫ И ИСКУССТВ»
ИНСТИТУТ ЗАОЧНОГО ОБУЧЕНИЯ
Кафедра «Реклама»
КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА
по дисциплине «Зарубежная литература»
на тему: Эсхил «отец трагедии»
Выполнил:
студент ИЗО гр. 306 МР
Морозкина Ульяна Игоревна
Преподаватель:
Торопова Ольга Владимировна
Оценка «______________________
«_____» __________________ 20 г.
ЧЕЛЯБИНСК 2011
Содержание
- Глава 1. Эсхил и его вклад в жанр трагедии…………..3
- Глава 2. Творчество Эсхила. Рецензия………………....8
- Список литературы……………………………………...19
Глава 1. Эсхил и его вклад в жанр трагедии.
Эсхил, сын Эвфориона, родился в местечке Элевсине близ Афин около 525 г. до н. э. Он происходил из знатного рода, который, по-видимому, имел отношение к Элевсинским мистериям. В ранней юности он видел низвержение тирании Писистратида Гиппия. Семья Эсхила принимала деятельное участие в войне с персами. Брат его Кинегир умер от ран, полученных при Марафоне, когда пытался овладеть неприятельским кораблем. Другой брат, Аминий, в битве при Саламине командовал кораблем, начавшим сражение.[1] Сам Эсхил сражался при Марафоне, при Саламине и при Платеях. Он рано начал писать драматические произведения и оставил после себя 72 или, вернее, 90 пьес. Тринадцать раз он выходил победителем на драматических состязаниях (в первый раз в 484 г.). В среднюю пору своей деятельности он встретил счастливого соперника в лице молодого Софокла (468 г. до н. э.). Из Афин Эсхил на некоторое время выезжал в Сицилию по приглашению тирана Гиерона, и там при дворе в Сиракузах была снова поставлена его трагедия «Персы». На местную сицилийскую тему была написана не дошедшая до нас трагедия «Этнянки». Под конец жизни, после успешной постановки тетралогии «Орестии» в 458 г., он переселился на остров Сицилию, где и умер в 456 г. в городе Геле. Там он и погребен. Надгробная надпись, будто бы им самим сочиненная и во всяком случае относящаяся к его времени, гласит:
Эвфорионова сына Эсхила афинского гроб сей
Меж хлебородных полей Гелы останки хранит.
А Марафонская роща да мидянин 1 длинноволосый
Могут про доблесть его славную всем рассказать.
В этой надписи обращает на себя внимание то, что автор ни словом не упоминает о литературной деятельности Эсхила. Как видно, исполнение патриотического долга на поле битвы покрывает все остальные заслуги человека - черта, характерная для общественных настроений данной эпохи. Этим определялось и мировоззрение Эсхила.
Относительно переселения
Трагедия до Эсхила содержала еще
слишком мало драматических элементов
и сохраняла тесную связь с
лирической поэзией, из которой она
возникла. В ней преобладали песни
хора, и она еще не могла воспроизводить
подлинного драматического конфликта.
Все роли исполнялись одним актером,
и поэтому никогда не могла
быть показана встреча двух действующих
лиц. Только введение второго актера
давало возможность драматизировать
действие. Эта важная перемена была
произведена Эсхилом. Вот почему
и принято считать его
Эсхил начал свою деятельность, когда
драматическая техника была на начальной
ступени своего развития. Трагедия
образовалась из песен хора, и в
его произведениях песни
Источником всех конфликтов у Эсхила является независимый ни от людей, ни от богов фактор – судьба (Мойра), преодолеть которую не могут не только люди, но даже и сами боги. Коллизия свободной воли индивида с вмешательством непреодолимого фактора – судьбы – составляет лейтмотив трагедий Эсхила. В этом есть известная доля мистики, таинственности и суеверия, присущих Эсхилу и легко объясняемых исторически.
Осталось крайне мало сведений о том, какую механику использовал во время своих спектаклей Эсхил, но, похоже, система спецэффектов античного театра позволяла творить чудеса. В одном из утерянных ныне произведений — оно называлось «Психостазия» или «Взвешивание душ» — Эсхил представил Зевса на небе, который на огромных весах взвешивал судьбы Мемнона и Ахилла, в то время как матери обоих, Эос и Фетида, «парили» в воздухе рядом с весами. Как удавалось поднимать в небо и низвергать с высоты большие тяжести, вызывать по ходу действия, как в «Прикованном Прометее», молнии, ливень и приводившие в трепет зрителей горные обвалы?
Логично предположить, что греки использовали большие краны, подъемные устройства, люки, системы отвода воды и пара, а также всякого рода химические смеси, для того чтобы в нужный момент появились огонь или облака. Не сохранилось ничего, что могло бы подтвердить эту гипотезу. И все же, если древние добивались таких эффектов, значит, у них должны были быть для этого особые средства и приспособления.
Эсхилу приписывают многие другие, более простые театральные нововведения. Например, котурны — обувь на высокой деревянной подошве, роскошные одежды, а также усовершенствование трагической маски с помощью специального рупора для усиления звука. Психологически все эти ухищрения: увеличение роста и усиление звука голоса — были призваны создать обстановку, приличествовавшую появлению богов и героев.
Театр Древней Греции очень отличался от привычного для нас театра начала XXI века. Классический театр мистичен и религиозен. Представление не ублажает публику, но дает урок жизни, посредством сопереживания и сострадания, которым проникается зритель, очищает его душу от тех или иных страстей.
За исключением «Персов», основой для которых послужили реальные исторические события, трагедии Эсхила всегда опирались на эпос, на мифы, на народные предания. Таковыми были Троянская и Фиванская войны. Эсхил умел вернуть им былой блеск, придать величие и актуальный смысл. Царь Пеласг в «Просительницах» обсуждает дела государства, как если бы он был греком V века до н.э. Противоречивый Зевс из «Прометея прикованного» порой употребляет выражения, достойные афинского правителя Писистрата. Этеокл в трагедии «Семеро против Фив» отдает приказания своему войску так, как это делал бы стратег — современник Эсхила.
Он обладал поразительной способностью в отдельном, частном случае увидеть не просто эпизод в цепи событий, но его связь с миром духовным и с самой судьбой, управляющей людьми и Вселенной. Его трагедии имеют редкое свойство — всегда оставаться над тривиальностью повседневной жизни и даже привносить в нее нечто из Высшей реальности. В этом искусстве последователям не удастся сравниться с Эсхилом. Они неизменно будут спускаться на землю, в мир человеческий. А их боги и герои будут настолько похожи на обычных людей с их страстями и желаниями, что мы едва ли сможем распознать в них таинственных обитателей иной реальности. У Эсхила же все, абсолютно все окутано тайной, овеяно дыханием того, что стоит над людьми.
Для человека начала XXI века с его складом мышления это может показаться скучным и утомительным, однако мы не можем мерить нашими мерками то, что существовало и ценилось 2500 лет назад. К тому же Эсхил стремился преподать урок, а не развлечь, ибо вовсе не этому служила трагедия. Для развлечений существовали другие места и обстоятельства, и поэтому никого не удивляло их отсутствие в театре, как сегодня нам не кажется странным, что никто не смеется на концерте музыки Бетховена, — смеяться мы идем в цирк.
Много столетий спустя Виктор
Гюго написал об Эсхиле: «...к нему
невозможно приблизиться без трепета,
который испытываешь перед
Глава 2. Творчество Эсхила. Рецензия.
По свидетельству античных источников, Эсхил написал около 90 драм. Литературная плодовитость греческих авторов характеризует их отношение к писательской деятельности, которую они считали важнейшей формой выполнения гражданского долга. До нас дошло всего 7 трагедий Эсхила, не считая многочисленных разрозненных фрагментов.
Прочитав дошедшие до нас произведения Эсхила, я была приятно удивлена насколько богат и сложен был литературный язык того времени. Пьесы, написанные Эсхилом и те которые на основе мифов и те которые основаны на реальных событиях все содержали большое количество красочных эпитетов и сравнений. Трагедии прочитаны мной по хронологии их написания, поэтому я заметила, как с каждой пьесой изменяется стиль и красочность изложения сюжета. С каждой пьесой Эсхил все больше прибавляет диалога героям и все меньше отводится роль для хора.
Первое прочитанное мной произведение была трагедия «Просительницы». В ней почти нет действия. Все внимание сосредоточено на хоре, который является основным персонажем. «Просительницы» - первая часть трилогии о Данаидах, в основу которой положен древний миф о дочерях Даная.
У ливийского царя Даная было 50 дочерей, а у его брата Египта - 50 сыновей. Последние пожелали вступить в брак со своими двоюродными сестрами и силой вынудили Даная и Данаид дать согласие. Но в брачную ночь Данаиды, кроме одной, зарезали своих мужей.
В трагедии меня восхитило
само изложение данного
Благоговейно всех владык у общего
Их алтаря почтите. Голубиною
Усядьтесь стаей - та боится ястребов,
Крылатых тоже, но родную пьющих кровь.
Чиста ли птица, что на птиц охотится?
Так неужели чист насильник, вздумавший
Дочь у отца похитить? Кто отважится
На это, виноватым и в Аид придет.
Ведь даже там, я слышал, над злодеями
Зевс преисподней свой последний суд вершит.
Персонаж правителя города
Аргоса царь Пеласг вызвал у меня уважение,
как мудрый правитель. На его долю
выпал не легкий выбор защитить беззащитных
девушек либо обречь свой город на
неминуемую войну с сыновьями
Египта (брата Даная), тех самых
мужчин обуреваемых жаждой заполучить
в жены собственных сестер. На все
уговоры Данаид принимать решения
единолично царь не отвечает согласием,
а предоставляет решение
В трагедии прослеживается явное восхваление благочестия и целомудрия женщин. Автор не раз акцентирует, что данный брак не по душе Данаидам по причине безнравственности данного поступка.
Хор
Мне бы вовек не знать власти мужской руки,
Доли жены-рабы. Звезд путеводный свет
Мне избежать помог свадьбы, спастись от уз
Мерзкого брака. Ты, помня богов, суди,
Правду святую помня.
…
Данай
Ведь возраст ваш мужчинам кружит голову,
И нелегко, я знаю, нежный плод сберечь!
Да, все живое зарится на
И человек, и птица, и бродячий зверь.
Киприда ж, предвещая пору
Не хочет, чтоб до срока был похищен плод,
А ведь любой прохожий, встретив девушку
Красивую, призывно стрелы глаз в нее
Вонзить готов, желаньем
Так пусть позор, спасаясь от которого
Просторы моря в муках
Нас здесь минует! Не доставим радости
Врагам своим!
Данные цитаты доказывают,
то, что люди данного времени
были одержимы теми же
Вторая трагедия, прочитанная мной, из произведений великого трагика Эсхила была трилогия «Персы». Данное произведение не вызвало во мне столь бурных чувств в отличие от произведения прочитанного ранее. Это объясняется тем, что в драме «Персы» затронут вопрос войны, что мне как женщине довольно таки чуждо. Драма написана на основе реальных событий войны персов с Элладой. На мой взгляд произведение нагромождено именами людей того времени и названиями городов, что очень тяжело воспринимается человеком далекого от того времени и событий. Повествуется ход сражений до мельчайших подробностей, что так же воспринимается очень тяжело. Сама идея гибели целой империи из-за правителя, обуреваемого гордыней, и желанием прославится, очень интересна. Ксеркс молодой правитель, конечно, не хотел гибели своих друзей, своего непобедимого войска. Но в драме наглядно показано, что бывает, когда не отдаешь отчета своим поступкам. Что случается с людьми, которые идут на поводу только своих интересов и желаний. Жаль Ксеркса, страдающего от мук совести и раскаяния, пропитанных горечью за содеянное и тоской по своим друзьям, но еще более жалко тех воинов, которые поверили ему, и пошли за ним и обрекли себя на гибель, еще жальче те семьи, которые остались без детей, отцов мужей, без кормильцев и просто любимых. Своим необдуманным поступком Ксеркс сломал разом все то, что строилось столетиями его отцом Дарием и его дедами и прадедами. Данное произведение, несомненно, может послужить как поучительное для того, что бы показать, как может быть разрушителен один из грехов упомянутый в библии, а именно гордыня.
Мифологическое восприятие событий не помешало Эсхилу правильно установить соотношение сил как в вопросе личного поведения человека и объективной необходимости, так и в оценке политической ситуации. Военной мощи персов Эсхил противопоставляет свободолюбие греков, о которых персидские старейшины говорят:
«Не рабы они у смертных, не подвластны никому».
Злополучная участь Ксеркса, пожелавшего сделать море сушей и цепями сковать Геллеспонт, должна была служить предостережением всякому, кто посягнет на свободную Элладу. В трагедии «Персы» роль хора уже значительно сокращена по сравнению с «Просительницами», увеличена роль актера, но актер еще не стал основным носителем действия.
Следующим в списке из прочитанных произведений была трагедия «Семеро против Фив». Сюжет трагедии взят из фиванского цикла мифов. Некогда царь Лай совершил преступление, и боги предсказали ему смерть от руки сына. Он приказал рабу убить новорожденного-младенца, но тот пожалел и передал ребенка другому рабу. Мальчика усыновили коринфский царь с царицей и назвали Эдипом. Когда Эдип вырос, бог предсказал ему, что он убьет отца и женится на матери. Считая себя сыном коринфской четы, Эдип покинул Коринф и отправился странствовать. В пути он встретился с Лаем и убил его. Затем он пришел к Фивам, спас город от чудовища Сфинкса, и благодарные фиванцы отдали ему в жены вдовствующую царицу. Эдип стал царем Фив. От брака с Иокастой он имел дочерей Антигону и Йемену и сыновей Этеокла и Полиника. Когда же Эдип узнал о своих невольных преступлениях, он ослепил себя и проклял детей. После смерти сыновья поссорились между собой. Полиник бежал из Фив, собрал войско и подошел к городским воротам. Этим начинается трагедия, последняя в трилогии о Лае и Эдипе.
В ней так же слишком
много имен и описаний
В данном произведении затронут вопрос родственных отношений и рока судьбы. Судьба это то, от чего не может уберечь даже божественная сила. В эпоху Эсхила любили и почитали богов, не смотря на их не всегда справедливые поступки, проклятия, посланные на людей столь многочисленны и не понятны, что подвергают сомнению в справедливости богов и в их адекватности. Меня возмутило в трагедии, как порой не справедлива и безжалостна судьба к детям, отвечающих за грехи своих родителей. Насколько ужасно, когда человек лишен выбора, а если выбор все же есть то лишь иллюзорный – межу смертью и позором. Вот именно такой выбор и приготовила судьба сыновьям правителя-преступника Лая. Проклятые собственным отцом за его же грехи они вынуждены делать выбор, между братоубийством или позором. Если учесть, что во времена Эсхила не было компромиссов в конфликтах и вопросы решались лишь войной, и почитались лишь отвага и сила, то выбор за братьев сделало их время, в котором они жили. Безропотное послушание воли богам и не возможность изменить того, что было когда-то и кем-то предсказано, вызывает у меня, по меньшей мере, негодование.
Гимном разуму и справедливости звучит наиболее знаменитая из всех сохранившихся трагедий Эсхила «Прикованный Прометей» - часть не дошедшей до нас трилогии о Прометее.
В трагедии «Прикованный Прометей»
Эсхил так же поднимает вопрос
судьбы и ее неизбежности. В диалогах
Прометея с другими героями, автор
не однократно подчеркивает, что все
уже предрешено у каждого своя
судьба, и она обязательно свершится,
что никому, даже богам не под
силу ее изменить, что каждый переживет
столько страданий, сколько было
ему предначертано судьбой. В
данном произведении упоминается о
Данаидах, про которых Эсхил рассказывал
в пьесе «Просительницы», тем
самым автор еще раз
Прометей, как герой этой драмы, мне очень симпатичен. Меня восхищает его любовь к людям, за которую ему пришлось горько заплатить, но, не смотря на это, он все равно дал людям то, что считал нужным (огонь, искусство, медицину). Эсхил во всех своих пьесах выставляет Зевса жестоким и бесстрашным, эгоистичным правителем, которого ослепила его власть и безнаказанность. Во время чтения произведений Эсхила о Зевсе у меня складывалось негативная точка зрения, которая укрепилась и в этой трагедии «Прикованный Прометей». Очень жаль Ио девушку, которая не по своей воли стала нареченной невестой Зевса, и которая вынуждена страдать от гнева жены Зевса Геры. Рассказом Прометея о судьбе Ио ( о том, что Ио родит от Зевса сына, который и будет прародителем того героя, который свергнет Зевса и погубит его), автор еще раз подчеркивает о неизбежности возмездия, от которого не уйти даже Зевсу. Но все же всем дан выбор в этой жизни, про что незамедлительно упоминает Прометей, говоря о том, что лишь он может спасти Зевса, если тот его отпустит. Но выбор сделан Прометей в кандалах и придет время и Зевс горько заплатит за свой неверный выбор.
Пускай сейчас надменен Зевс и счастьем горд, -
Смирится скоро! Справить
Погибельную. Вырвет власть из рук и в пыль
С престола сбросит свадьба. Так исполнится
Заклятье Крона. Рухнув с
Престола, сына проклял он навек и век.
Как гибели избегнуть, из
Сказать не сможет Зевсу.
Я знаю, где спасенье. Так пускай царит,
Гордясь громами горними!
В руке стрелою потрясая
Нет, не помогут молнии. В прах рухнет он
Крушением постыдным и
Соперника на горе сам себе родит,
Бойца непобедимейшего,
Огонь найдет он гибельней, чем молния,
И грохот оглушительнее грома гроз.
Моря взнуздавший, землю
Трезубец Посейдона в щепы раздробит.
И содрогнется в страхе Зевс. И будет знать,
Что стать рабом не то, что быть властителем.
Похвальна стойкость Прометея в своих убеждениях и стойкость его духа. Несмотря на свои страдания у него хватает сил пожалеть бедную девушку Ио, и саркастически уничижать и глумится над Гермесом, пришедшего к Прометею, как вестник Зевса.
Глумишься надо мною, как над мальчиком?
.......
Напрасно нудишь: бьет о берег вал глухой.
Пусть в мысли не взбредет тебе, что стану я
Из страха перед Зевсом робкой бабою
И плакать буду перед
И руки, словно женщина, заламывать, -
Пусть только цепи, снимет! Не бывать тому!
Трагедия Эсхила еще архаична по своей композиции. В ней почти отсутствует действие, его заменяет рассказ о событиях. Герой, распятый на скале, неподвижен; он только произносит монологи или беседует с теми, кто приходит к нему.
Завершающим произведением прочитанное мной была трилогия «Орестее» - это единственная трилогия, дошедшая до наших дней целиком. Трилогия состоит из частей «Агамемнон», «Хоэфоры», «Эвминиды». Сюжет данной трилогии взят на основе мифа о потомках Атрея, над которым тяготит проклятие за преступление их предка. Череда смертей и мщений кажется не прекратятся никогда; когда- то царь Атрей, желая отомстить брату за соблазнение своей жены, убивает его детей и кормит его их мясом. Такой поступок несет за собой другие преступления, которым нет конца. Эсхила не удовлетворяла старая религиозная трактовка мифа, и он вложил в него новое содержание. Незадолго до постановки «Орестеи» молодой соперник Эсхила поэт Софокл ввел в трагедию третьего актера. Эсхил в «Орестее» воспользовался новшеством Софокла, что позволило ему усложнить действие и сосредоточить внимание на образах основных действующих лиц.
На мой взгляд, данная трилогия еще раз подтверждает мысль о неизбежности рока и наказания за совершения злодеяний. Читая трилогию, приходит на ум выражение «око за око», так как убийства, совершающиеся в произведении и расплата за них, как само забой разумеющееся. Все произведение похоже на одну глобальную вендетту. Атрей убивает детей Фиеста за то, что тот соблазнил его жену, спасшийся сын Фиеста Эгист, опьяненный местью за отца, в дальнейшем соблазняет жену Агамемнона (сына Атрея) Клитемнестру и подговаривает ее на убийство Агамемнона, у Клитемнестры в свою очередь свои основания убить мужа – Агамемнон убил их дочь Ифигению (принес жертву богам), а оставшийся в живых сын Агамемнона Орест, мстя за отца, спустя годы, убил свою мать Клитемнестру и отчима Эгиста.
В первой части трилогии
главным действующим лицом
