Философия Шопенгауэра

Содержание

Введение

Люди с давних пор  стремились понять окружающий мир и  свое место в нем, осознать собственное  предназначение в жизни в отличие  от других творений природы. Это осознание  отложилось в форме философских размышлений, трактатов о смысле индивидуальной человеческой жизни. Исторического пути человеческой жизни.

Философия - это предельно  обобщенное, теоретическое видение  мира и в отличие от естествознания, от науки о природе, всегда обнаруживает в себе человеческий фактор уже потому, что философия рассматривает не мир сам по себе, а отношение человека к миру.

Философия разрабатывается отдельными людьми, но не является их произволом и  капризом. «Что касается отдельных  людей, то уж, конечно, - отмечает Гегель, - каждый из них сын своего времени; и философия есть также время, постигнутое в мысли».

Принципиальная включенность человека в философскую систему не позволяет  элиминировать человека при рассмотрении чего бы то ни было ни при каких условиях. Это обнаружил и попытался донести до читателя философ Артур Шопенгауэр.

Шопенгауэр, обращаясь  ко всему человечеству, с одной  стороны, и к истине, которую открывает  сердце, с другой, претендует на создание оригинальной философии, способной  дать окончательное решение проблемы истины бытия, прежде всего бытия человека.

В данной работе рассматриваются особенности философии Артура Шопенгауэра.

1. Философская концепция Артура Шопенгауэра

С точки зрения большинства представителей философии жизни, жизнь понимается как особая целостная реальность, не сводимая ни к духу, ни к материи. Принято выделять два основных варианта философии жизни: Биологический (А. Шопенгауэр, Ф. Ницше и др.); иторический (В. Дильтей, О. Шпенглер). Первым представителям философии жизни был немецкий философ Артур Шопенгауэр (1788-1860). Какое-то время Шопенгауэр работал вместе с Гегелем на кафедре философии в Берлинском университете. (Шопенгауэр был доцентом, а Гегель - профессором). Интересно, что Шопенгауэр предпринял попытку читать свою философию как курс, альтернативной философии Гегеля, и даже назначал свои лекции в одно время с Гегелем. Но Шопенгауэр потерпел неудачу остался без слушателей. Впоследствии со второй половины XIX века, слава Шопенгауэра затмила славу Гегеля. Неуспех лекций в Берлине был вдвойне обиден для Шопенгауэра, поскольку он резко отрицательно оценивал гегелевскую философию, называя её порой то бредом параноика, то наглой галиматьёй шарлатана. Особенно нелестным было мнение Шопенгауэра о диалектике, которую он считал хитроумным приёмом, маскирующим абсурд и недостатки гегелевской систе.

В 1813 году Шопенгауэр издал  за свой первый свой труд «О четверояком  корне закона достаточного основания». Труд этот сразу обратил на себя внимание, вызвал похвальные отзывы в периодических изданиях и горячие похвалы со стороны учителя Шопенгауэра, профессора Шульца. Докторская диссертация «Четвероякий корень принципа достаточного основания, » второе издание 1847 заложила предпосылки главной его работы – «Мир как Воля и представление», 1819, второе издание 1844, третье – 1859), первая и третья книги посвящены миру как идее, а вторая и четвертая – миру как воле.

 «Мир как воля и представление», особенно популярной стала на рубеже  XIX - XX  столетий. Название этого произведения отражает основные идеи учения Шопенгауэра. Цель сочинения "Мир как воля и представление", писал автор в предисловии к первому изданию, состоит в том, чтобы найти "одну-единственную мысль", которая бы выразила истину, причем не любую, а истину философии. В предисловии ко второму изданию А.Шопенгауэр писал: "назло несносному Канту с его критикой разума" моя философия "не имеет спекулятивной теологии"; "мое тихое, серьезное искание истины" не имеет ничего общего с крикливостью схоластических кафедр, имеющих лишь личные интересы.

Критически оценивая некоторые идеи Канта, Шопенгауэр воспринял  многие взгляды великого мыслителя, в частности кантовскую теорию пространства и времени как априорных субъективных форм чувственности и причинности как категории рассудка. Согласно Шопенгауэру, истина в том, что мир – это воля, а именно Воля к жизни и ее продолжению. Кант утверждал, что последняя реальность (noumenon, вещь в себе) непознаваема; Шопенгауэр настаивал, что наше знание о ней является непосредственным: она есть не что иное, как наша собственная неутолимая и мучительная воля, или желание. Эта воля, существование которой мы осознаем непосредственно внутри себя, также одушевляет всю природу. Опираясь на учение Канта, Шопенгауэр писал, что Кантовский идеализм показывает, что весь материальный мир с его телами, протяженными в пространстве и находящимися посредством времени в отношении причинности друг к другу, и всем с этим связанным, не есть нечто существующее независимо от нашего интеллекта, но имеет свои основные предпосылки в функциях нашего мозга, за счёт которых только и возможен такой объективный порядок вещей, поскольку время, пространство и причинность, на которых основаны все реальные и объективные процессы, сами есть не что иное, как функции мозга.

Отталкиваясь  от кантовской идеи о примате практического  разума, важнейшим компонентом которого была свободная, «автономная» воля, Шопенгауэр затем стал отстаивать примат воли по отношению к разуму, то есть начал двигаться скорее в антикантовском, антиклассическом направлении. На этом пути он развил немало интересных и здравых идей относительно специфики волютивных (связанных с волей) и эмотивных (связанных с эмоциями) сторон человеческого духа, их роли в жизни людей. Например, он критиковал классический рационализм за противоречащее реальной жизни превращение воли в простой придаток разума. На деле же, рассуждал Шопенгауэр, воля, то есть мотивы, желания человека, побуждения к действию и сами процессы совершения его специфичны, относительно самостоятельны  и в значительной степени определяют направленность, результаты разумного познания. «Разум»», как его понимала классическая философия, Шопенгауэр объявлял фикцией и резко критиковал традиционный рационализм. На  место разума и должна быть, по Шопенгауэру, поставлена воля.

Воля к жизни присуща  всем живым существам, в том числе  и человеку, воля к жизни которого наиболее значима, потому что человек наделён разумом, познанием. Каждый отдельный человек обладает своей волей к жизни - не одинаковой у всех людей. Все прочие люди существуют в его представлении как зависящие от беспредельного эгоизма человека, как явления, значимые только с точки зрения его воли к жизни, его интересов. Человеческое сообщество представляет, таким образом, как совокупность воль отдельных лиц. Специальная организация - государство - каким-то образом соизмеряет проявления этих воль, чтобы люди не уничтожили друг друга. Преодоление эгоистических импульсов осуществляется, по Шопенгауэру, в сфере искусства и морали.

Воля стоит за всеми силами мира. Воля - главная сила мира,- утверждает Шопенгауэр. Воля есть то, что дает всему, что есть в мире силу и диктует  свои законы, которые мир не может нарушить. Воля как воля к мощи (жизни), как воля к власти (в борьбе за выживание),- правит миром, воля, но никак не разум. Если бы в основании мира лежал Разум, откуда взяться безумным войнам и бессмысленной жесточайшей борьбе, риторически спрашивает Шопенгауэр. Разум способен разбудить, расшевелить или раздразнить уснувшую или уставшую волю. Воля не принимает руководства разума, наоборот, воля движется по своим собственным законам и сама руководит разумом. Миром правит слепая воля,- такова исходная установка и неутешительный вывод А.Шопенгауэра.

Но чтобы  воля  могла «померяться силами» с «всемогущим» разумом, каким его сделали философы-классики, Шопенгауэр в своем, во первых, толковании представлял волю независимой от контроля со стороны разума, превратил ее в «абсолютно свободное хотение», которое якобы не имеет ни причин ни оснований.

Во-вторых, воля была им как  бы опрокинута на мир, вселенную: Шопенгауэр объявил, что человеческая воля родственна «неисповедимым силам» вселенной, неким  ее «волевым порывам». Итак, воля была превращена в первоначало и абсолют - мир в изображении Шопенгауэра стал «волей и представлением».

Каждый акт воли имеет свою форму  проявления, свой способ преобразования в объект, т.е. объективацию. Воля, движение тела и познание - это не различные состояния индивида, объединенные причинными связями. Не тело и не цели познания заставляют действовать волю. Напротив, движение тела и движение души (чувства и познание) представляют собой различные формы одного и того же - воли. Движения тела и движение души есть не что иное, как объективированная воля, т.е. воля, ставшая объектом в представлении. Воля первична и бытийна, чувства, рассудок и разум - вторичны и функциональны.

Вслед за Гегелем, Шопенгауэр требует различать:

а) то, что является, т.е. воля;

б) то, как оно является, т.е. в  объективированных формах;

в) то, как оно познается, т.е. чувством, рассудком, разумом.

Шопенгауэр не противоречит себе, полагая, что если мы говорим о  сверхфеноменальном мире, т.е. о мире, который имеет внутреннюю сущность, то в нем мы не найдем ничего иного, кроме воли. "Ибо в каждой вещи в природе есть нечто такое, чему никогда нельзя найти основания, указать дальнейшую причину, чего нельзя объяснить; это - специфический способ ее (вещи) действия, т.е. образ ее бытия, ее сущность". "Правда, для каждого отдельного действия вещи можно указать причину, вследствие которой эта вещь должна была произвести свое действие именно теперь, именно здесь, но никогда нельзя объяснить, почему она вообще действует и действует именно так". Шопенгауэр поясняет сказанное на конкретном примере: пылинка в солнечных лучах, имея определенную тяжесть и непроницаемость, имеет некую силу, аналогичную воле человека, эта сила, с одной стороны, не поддается объяснению, с другой, является тождественной самой вещи - пылинке, в нашем случае.

Для психологов может быть весьма интересным следующее  размышление Шопенгауэра. Для каждого  конкретного акта воли в данное время  и в данном месте можно указать  мотив, в силу которого этот акт воли должен совершиться. Так почти всегда можно предугадать, как поведет себя в той или иной ситуации тот или иной человек. Но никогда нельзя объяснить, почему этот человек обладает этим характером, почему он хочет это, а не то, почему из многих мотивов именно этот, а не тот движет его волей. По проявлениям характера можно описать способ действия, можно выявить мотивы поведения, но невозможно объяснить способ действия, поскольку этот способ не определяется ничем внешним, являясь без-основным. Поэтому, заключает Шопенгауэр, у каждого человека есть непостижимое - это его характер, коренящийся в воле человека.

Идеализм рационализма, «мифология разума» классической философии  уступили место идеалистической  «мифологии воли». Односторонностям рационализма были противопоставлены крайности волюнтаризма .

Шопенгауэр известен преимущественно  как один из главных представителей пессимистического направления  в философии. Шопенгауэр считает  одной из величайших ошибок почти  всех метафизических систем то, что  они считают зло чем-то отрицательным; напротив, оно есть нечто положительное, нечто дающее себя чувствовать. Зло, по его мнению, неизбежно, как следствие утверждения желания жить. Существует не только утверждение желания жить, но и отрица мир, совершенно иное существование, о котором мы, правда, не имеем понятия и которое кажется нам ничем, но ничем не абсолютным, а лишь относительным.

Шопенгауэр считает освобождение от мирового зла возможным, хотя, правда, лишь путем радикального лечения, полного  возрождения и обновления. Шопенгауэр находит утешение против существующей в мире массы зла в росте познания.

Сущность взгляда Шопенгауэра  на историю, в том виде, в каком  она изложена в его «Мире как  воля и представление», заключается  приблизительно в следующем.

История не есть наука, так как ей недостает основного характера науки, - взаимных причинностей трактуемых его явлений, - вместо которой она представляет одно только соотношение; поэтому и не может существовать никакой системы истории, между тем как существуют системы всякой иной науки. История - знание а не наука. История, имея постоянно в виду лишь единичные, индивидуальные факты, считая только факты чем-то исключительно реальным, представляет собой, по мнению Шопенгауэра, прямую противоположность философии. Истории недостает единства, целостности, логической связи.

В связи со взглядами Шопенгауэра  на историю, на ее роль и значение, находятся  и взгляды его на современные  ему политические и социальные порядки. Из изучения истории он пришел к  тому убеждению, что в очень редких случаях торжество остается на стороне правого дела, что правое дело чаще всего само себя компрометирует и гибнет в следствии избытка принципиальности. По мнению Шопенгауэра, правовое государство есть не что иное, как фикция: политика, чем яснее она сознает свою задачу, тем скорее становится наукой, имеющей в виду прежде всего ближайшие потребности. Он, с одной стороны, отрицает за каким либо смертным право властвовать над народом против воли последнего,  но, с другой стороны, называет этот самый народ «вечно несовершеннолетним державцем», который постоянно должен находится под опекой [1].

Сам Шопенгауэр без всякой ложной скромности был очень высокого мнения о своем уме. С другой стороны, будучи высокого мнения о своем уме, Шопенгауэр признавал в то же время, что ум и вообще интеллект как нечто физическое, как мозговая деятельность органического тела, может цвести лишь сравнительно непродолжительное время, что достигнув кульминационного пункта, ум идет на уклон, - и это сознание Шопенгауэр переносит и на свой ум [1].

Произведения Шопенгауэра  отличали яркий стиль, метафоричность, образность выражения. Одним из его  оригинальных трудов был “Трактат о любви” , Шопенгауэр считал, что  любовь - это слишком серьёзное  явление, чтобы оставлять его  только поэтам. В “Трактате” Шопенгауэра много интересных, ярких образов, вытекающих из его системы, например, любовь - это сильное влечения, возникающее между двумя людьми противоположного пола. Влечение, таинственная сила, притягивающая влюблённых, - это проявления воли ещё не родившегося существа, их будущего ребёнка - то есть природа “вычисляет” на уровне организмов двух людей, что с биологической точки зрения комбинация этих организмов даст оптимальное потомство, и в результате возникает энергия взаимного притяжения этих организмов.

Шопенгауэра принято называть одним из основателей иррационализма, подразумевая под этим термином все те направления, которые принижали роль разумного, сознательного в поведении человека. По воззрениям сторонников некоторых философских школ, иррационализм- отрицательное явление.

Точнее было бы сказать, что  Шопенгауэр просто лучше объяснил основы поведения человека, но не самым лестным для людей образованных.    

2. Природа и человек как формы объективации бессознательной воли

Теоретический анализ предшествующей философии приводит А.Шопенгауэра  к убеждению в том, что абсолютным первоначалом бытия является мировая воля.

Воля универсальна: силы притяжения и отталкивания, механические, электрические, гравитационные и другие силы, действующие на физическом уровне существующего мира; соединение и разъединение молекул вещества в химии - это тоже силы, только так называемые химические силы; жизнь животных подчинена жизненным силам - размножению, обеспечению жизненно необходимым и т.д.

Воля - "слепой бессознательный  порыв", есть внутренняя сущность движения, как органических, так неорганических тел. В предшествующей философии без-основное начало имело имя "субстанции". Воля Шопенгауэра, как и субстанция, имеет причину в себе самой, но в отличие от субстанции, воля бессознательна и, как таковая, становится определяющим природу и человека принципом.

Неправомерно полагать, противоречит Шопенгауэр Гегелю, что сила, влекущая камень к земле, есть рассудок или разум: у камня, как у неорганической природы в целом, нет сознательного мотива. Воля в отличие от рассудка или разума бессознательна, поэтому можно, считает Шопенгауэр, сказать, что сила, влекущая камень к земле есть воля.

Вся множественность  природных явлений и состояний, свойств и отношений есть формы  проявления воли, ее "отголоски". Все иерархически упорядоченные  варианты объективации воли, т.е. превращение воли в объекты, есть не что иное как укорененные в воле идеи - недосягаемые образцы,- в русле платоновской традиции пишет Шопенгауэр. Но в отличие от всей новоевропейской традиции становление природы рассматривается как бесцельная (не имеющая цели в себе) бесконечная и беспрерывная борьба воли с самой собой.

Даже человек - наивысшая форма объективация воли, не выражает сущности воли, а есть только ее проявление. Воля является сущностью  человека, но не наоборот. Это положение  подтверждает факт зажатости человека цепями необходимости. А необходимость символизирует слепоту, безнадежность, бессмысленность существования. Воля человека - это воля, направленная к своей цели, т.е. сознательная.

Мир и человек  есть формы объективации воли. В  мире и в человеке воля показывает себя, раскрывает свою сущность, проявляется. Здесь Шопенгауэр рассуждает в стиле Гегеля: воля полагает себя в свое иное - в мир и человека, где желание и стремление, способность и потребность, тип поведения, стиль общения, образ жизни человека не что иное, как проявление воли - внутренней сущности мира.

3. Эстетика А.Шопенгауэра

Воля человека проявляется как  заинтересованность в какой-то вещи, поэтому такая воля есть воля соотнесенная с вещью, т.е. относительная. С помощью  синтеза кантовой "вещи-в-себе" и платонового "эйдоса" - вечной идеи, Шопенгауэр получает безотносительную волю. Безотносительная, т.е. абсолютная воля есть воля бессознательная.

Может ли человек приблизиться к  абсолютной воле? Первую видимость  безотносительной воли можно наблюдать в эстетическом переживании прекрасного и возвышенного. В прекрасном и возвышенном мы имеем непреходящую волю. Критерием эстетического созерцания является идея Канта об отсутствии интереса. Шопенгауэр демонстрирует безынтересность воли следующими словами Байрона, в которых субъект настолько погрузился в созерцание природы, настолько забыл себя, что стал чистым субъектом: человек стал чувствовать природу так, как чувствует себя:

Не есть ли горы, волны, небо - часть 

Меня, моей души и я не часть ли их?

В эстетическом познании, где отсутствует интерес, индивид становится чистым, безотносительным субъектом познания, тем самым сливается с волей. Субъект проник в сущность мира, охватил собою все, соединился с окружающим миром. Охватить все собою означает соединить свою сущность (волю как проявление мировой воли) с сущностью мира (мировой волей).

В таком эстетическом чувстве субъект как форма  объективации воли сливается с иными  формами объективации воли - неорганической и органической природой, что свидетельствует о прикосновении к воле-эйдосу, к сущности воли, к воле-в-себе.

Единение воли человека (формы объективации воли) с самой волей (сущностью) в эстетическом чувстве - только мостик для утверждения  свободы. Свобода реализуется в  морали; мораль возможна при условии реализации эйдоса воли в строго определенных - моральных действиях.

1.4.Этика А.Шопенгауэра

Что касается этики Шопенгауэра, то она предельно проста: страдание  есть продукт целенаправленной воли, а именно, воли к жизни; поэтому, чтобы  упразднить страдания, необходимо искоренить волю к жизни, а это со времен Августина тесно связано с аскетизмом.

В последней - четвертой  книге "О мире как воле. Второе размышление: утверждение и отрицание  воли к жизни при достигнутом  самопознании",- Шопенгауэр пишет, что "воля" и "воля к жизни" - это одно и то же. Воля - это "существо мира, а жизнь, видимый мир, явление - только зеркало воли ... за волей к жизни нам обеспечена жизнь и пока мы проникнуты волей, нам нечего бояться за свое существование - даже при виде смерти ... Индивид это только явление, он существует только для познания [1; 269]. Индивид получает от воли жизнь в подарок, а смерть - это утрата этого подарка. Жизнь и сме рть, поэтому, не имеют отношения к воле как идее. Боязнь смерти аналогична жалобе солнца вечером: "Горе мне! Я погружаюсь в вечную ночь".

Жизнь (или настоящее) и смерть (или прошедшее), индивида - это формы проявления воли. Смерть не оспаривает жизнь, ибо сама содержится в жизни и принадлежит жизни. Смерть не бывает без жизни, а жизнь  не бывает без смерти. Противоположностью смерти является не жизнь, а рождение. Если смерти противопоставляется рождение, то жизни - действительная борьба с волей, т.е. аскетизм. Аскетизм - это борьба с объективированной волей. Индивид, утверждающий волю к жизни одновременно утверждает смерть. Индивид, который борется с волей, (а воля выражается как в жизни, так в смерти), является свободным.

Страдание есть необходимость, действие вопреки слепой воле есть свобода. Свободный выбор  аскетического образа жизни, должен побороть страдания. Средством уничтожения зависимости человека являются моральные акты самого человека. Моральное действие, выраженное в аскезе, как бы указывает на выход из плена пессимизма. "Как бы" следует подчеркнуть особо, ибо выход из плена пессимизма у Шопенгауэра необычен.

История жизни  отдельного индивида - это история  его страданий. Индивиды есть существа страдательные, т.е. выражающие волю, ее слепую игру. Поскольку в человеке бушует воля, он хочет жить. Жажда  жизни исходит не от самого человека, а от слепой воли, проявлением которой являются все человеческие желания, в том числе и желание жить. Воля реализует свое бессознательное начало и проявляется в принципе жизни каждого живого существа - "войне против всех". "Человек человеку волк",- вот естественное состояние человека, тезис теоретически отточенный еще Т.Гоббсом. Жажда жизни поэтому есть проявление несвободы человека, его подчиненности слепой воле, его зависимости. Чтобы обрести свободу, надо действовать и уничтожить волю (а заодно и саму жизнь, как форму объективации воли).

В отличие от воли (воли к жизни), проявляющейся  в страдании человека, мораль относится  к действию, преодолевающем страдания, но преодолевающем и саму жизнь).

Когда индивид, познавший  себя как волю, начинает действовать от имени этой воли, не желая ничего, не будучи заинтересован ни в чем, он осуществляет истинное отрицание воли, т.е. аскетизм. Аскетизм, по Шопенгауэру, "незаметная и тихая жизнь человека, осененного таким познанием, в силу которого он подавляет и отвергает всеохватывающую волю к жизни ... делая его поступки противоположностью обыкновенным", т.е. противоположностью воле - хотению и желанию. Аскетизм - вот истинная противоположность истинной воли.

Именно аскетизм, встречающийся в жизнеописании  святых, как "преднамеренное сокрушение воли через отказ от приятного и поиски неприятного,... самобичевание ради полного умерщвления воли",- есть уничтожение отдельного проявления воли, значит, трансцендентное измерение человека.

Отвергнув себя от себя, взяв свой крест, воля возвращается к самой себе,- почти по Гегелю заключает Шопенгауэр. Но "почти" состоит в том, что "человек Гегеля", как вершина саморазвития и самопознания мировым духом самого себя, полон жизни и творческих сил. "Человек Шопенгауэра", отрицающий волю к жизни, (предмет размышлений для практикующего психолога), предпочитает самоубийство как акт свободы от слепой воли, от всех форм подчинения и зависимостей человека.

Чтобы быть верно  истолкованным, Шопенгауэр вновь напоминает, что подлинная свобода, т.е. свобода и независимость от необходимости, свойственна только воле как "вещи-в-себе", а не проявлению воли. Животное лишено всякой возможности свободы: в природе царствует необходимость, среди благодати обретает свобода. Единственный случай, когда свобода может обнаружиться в явлении, - это когда воля-сущность вступает в противоречие с волей-явлением (телом) и, отрицая последнее, уничтожает тело - свое проявление. Самоубийство, или добровольная смерть, вызванная крайним пределом аскетизма, представляет собой феномен могучего утверждения воли,- положение, которое позволило закрепить за Шопенгауэром имя "величайшего пессимиста".

Шопенгауэр был первым европейским философом, предложившим этику абсолютного миро- и жизнеотрицания, что отражено в изобретенном самим мыслителем для определения сути своего учения термине "пессимизм", выражающем негативное отношение к жизни, в которой невозможно счастье, торжествуют зло и бессмыслица. Шопенгауэровская этика жизнеотрицания предвосхищает то предельное самоотчуждение человека, которое станет реальностью XX в. и едва только предчувствуется в начале XIX столетия. Подытоживая восходящую и к Шопенгауэру тоже традицию осмысления факта самоутраты человека, его одинокого противостояния природе и культуре в обезбоженном мире, мыслитель нашего времени скажет, что в рамках данной традиции предметом философской рефлексии является абсурд — "состояние души, когда пустота становится красноречивой, когда рвется цепь каждодневных действий, и сердце впустую ищет утраченное звено".

1.5.Философия, основных духовных тенденций начала XIX столетия

Начиная с 1851 г., после  выхода в свет работы "Парерга  и паралипомена" ("Примечания и  дополнения"), ее автор приобретает  все увеличивающуюся известность; особой популярностью пользуются "Афоризмы житейской мудрости", одна из частей "Парерги". О нем начинают говорить и писать, выходят юбилейные публикации, создаются его портреты, появляются биографии. Шопенгауэр охотно принимает все эти выражения признания, но одновременно говорит о "комедии своего успеха": ведь все, что он написал после первого тома.

"Мир как воля и представление", было лишь дополнением к нему  или его популяризацией; с момента  опубликования основного произведения  шопенгауэровское мировоззрение  практически не изменялось. Чувство духовного одиночества не оставляет мыслителя и тогда, когда Р.Вагнер, начав работу над оперным циклом "Кольцо нибелунга", посвящает Шопенгауэру поэтическую часть этого произведения (1854). "... Круг современников для меня слишком велик, если я должен обращаться к ним всем, слишком мал, если — к тем, кто меня понимает", — замечает Шопенгауэр. Он признается: "Порой я говорю с людьми так, как ребенок со своей куклой: он... знает, что кукла не понимает его; но... он получает радость от общения" *. Шопенгауэр, как и его современники-представители послекантовского идеализма, претендует на создание абсолютного мировоззрения, философии, способной дать решение проблемы бытия, разгадать его тайну, — и обращается ко всему человечеству: "Не современникам, не соотечественникам — человечеству передаю я ныне законченный труд свой в уповании, что он не будет для него бесполезен...".

И все же шопенгауэровская философия, находясь в русле основных духовных тенденций начала XIX столетия (в частности, обращаясь непосредственно ко всему человечеству), одновременно сознательно противостоит им. Под абсолютным мировоззрением Шопенгауэр понимает отнюдь не систематизирующую научную картину мира, как равным образом нет у него речи о поглощении жизни отдельного человека логически необходимым самодвижением "идеи". Хотя для него, как и для Фихте, Шеллинга, Гегеля, наисущественнейшее значение имеет преодоление противоположности между субъектом и объектом, идеальным и реальным, свободой и необходимостью, он считает, что обычному человеку, не-философу, для достижения этого отнюдь не необходимо возвышаться до уровня философского мышления. "Великие истины рождаются в сердце", — повторяет вслед за Вовенаргом Шопенгауэр.

"Фихте... и все те, кто основывает  этику, исходя из сочиняемой  ими в муках мировой цели, требуют, чтобы люди каждый раз взбирались на самые высокие ступени их философствований для того, чтобы найти там мотивы для нравственных действий... Шопенгауэр же разрешает человеку прислушиваться к своему сердцу...", — отмечал А.Швейцер .