Философские течения XX века. Сущность прагматизма, позитивизма, экзистенциализма, и неотомизма

Контрольная работа по предмету «основы философии»

Философские течения  XX века. Сущность прагматизма, позитивизма, экзистенциализма, и неотомизма.

Главное отличие в развитии философской мысли двадцатого столетия – плюрализм мнений, многообразие философских школ и течений. Более  отчетливое выражение принимает  разработка философской проблематики по двум основополагающим направлениям – материализма и идеализма. Достижения естествознания, в первую очередь, физики, химии и биологии активно используются в построении философских концепций. Философия идет по пути углубления основополагающих представлений о  бытии, проникновения в сложнейшее строение материи, предпринимает попытки  осмыслить человеческое существование, решая проблемы общественного развития посредством соединения результатов  научного анализа и социальной практики. Характерно, что, несмотря на успехи науки, философия не может устраниться  от религиозной тематики: в одном  случае религия выступает объектом философского анализа, в другом –  составляет основу, фундамент самого философствования. Попытки выработать «чистую философию», свободную от воздействия науки и общественной практики, в очередной раз заканчиваются  крахом. Как, впрочем, и стремление со стороны науки лишить философию  ее традиционной проблематики. Вот  почему, давая оценку тем или иным философским течениям эпохи, нельзя не учитывать конкретных социально-политических, экономических условий, сопутствовавших  культурной жизни мирового сообщества в завершающемся веке, становлению  его философских представлений.

XX столетие – век кризисов  во всех областях жизни. Социальные  перевороты, меняющие основы общественного  устройства многих людей, становятся  неотъемлемым признаком жизни.  Экономические кризисы, переживаемые  обществом, получают разрешение  в формах неприкрытого антигуманизма. Самое ужасное подтверждение тому – мировые войны, принудившие все народы зримо ощутить дух всемирной трагедии. Казалось бы, люди, наученные гибельным опытом милитаризма, исключат войну как средство разрешения социальных конфликтов. Но и сегодня локальные войны – явление массового характера – держат человечество на грани вероятности нового мирового пожара.

С небывалыми темпами распространяется по земле экологическая угроза. Достижения научно-технического прогресса не всегда идут впрок, а порой оборачиваются  в прямое зло. Ухудшение условий  жизни людей, утрата природой своих естественных свойств, истощение материальных ресурсов сказываются на жизни каждого человека, подвергая опасности здоровье, психическое состояние как ныне живущих, так и будущих поколений.

Понятие «кризиса культуры»  прочно вошло в духовную жизнь  общества. Переоценка ценностей –  явление, свойственное каждому новому поколению людей. Но в двадцатом  столетии трансформация жизненных  установок и ориентиров сопровождается переосмыслением, казалось бы, вечных представлений о человеке и его  природе. Надежды на науку как  средство преодоления социальных и  природных невзгод сменилось  упадком доверия к ней.

Центр тяжести философских  исследований от проблем общего свойства, включающих в себя вопросы бытия, мироздания, общественного устройства, тенденций и путей развития общества как целого, все более перемещается в сторону человека, к обоснованию  его уникальности, становления личности на путях творческой свободы.

XX век проходит под  знаком противостояния подавляющей  части философских школ и течений  марксизму. Во многом это определялось  тем, что на долгие годы марксизм (а в последующем – марксизм-ленинизм) становится краеугольным камнем  идеологии и политики общества, пытавшегося на практике реализовать  коммунистические идеалы. В стремлении  доказать несостоятельность философских  принципов марксизма – диалектического  и исторического материализма  – многие философские течения  отдали дань их вульгарной  и неаргументированной критике.  Долгие годы развитие философии  осуществлялось в сфере идеологического  противоборства. Вместо того, чтобы решать сугубо философские проблемы, стороны отыскивали изъяны и слабые места в философских концепциях друг друга. На этом фоне усилились попытки построения философских систем, тяготеющих к избавлению от влияния идеологии, естествознания и даже морали.

Вот в таких, крайне обостренных  и противоречивых, социальных условиях существовала философия в XX столетии. Именно это обстоятельство лежит  в основе того, что современная  философия – это не единое тело, не прочная целостность, а сложно дифференцированный корпус философских  концепций, продолжающих многовековые традиции философского поиска с учетом конкретных условий и обстоятельств  сегодняшнего дня.

В XX веке развитие философии  осуществлялось по направлениям, истоки многих из которых уходят в прошлые  века. Это прежде всего разнообразные формы религиозной философии, а также новейшие виды позитивизма. Повышение роли науки в XIX веке и в начале нынешнего, безусловно, сказалось и на характере философии. Возникло даже направление сциентизма (от латинского – знание, наука), в соответствии с представлениями которого философия должна ориентироваться на определенный тип мышления, сложившийся в конкретной науке. Сторонники сциентизма, ориентируясь на позитивную науку (главным образом на естествознание), стремятся исключить из философии традиционную мировоззренческую проблематику, отказаться от исторически сложившегося понимания предмета философии, надеются построить ее по типу точной науки. К сциентистскому направлению относят неопозитивизм (аналитическую философию), «философию науки», структурализм. Помимо, так сказать, общефилософских сциентистских концепций получили распространение различные специфические теории, ориентированные на разработку моделей «индустриального», «постиндустриального», «технотронного», «информационного» и иных типологий общественного устройства.

Главные трудности в разработке сциентистских философских представлений  дали о себе знать прежде всего в области методологии. Так, оказалось, что теоретическое знание невозможно свести целиком к эмпирическим данным. Нельзя, как показала практика сциентизма, также полностью исключить и философские проблемы.

Другое направление, включающее немало разновидностей, можно охарактеризовать как философский антропологизм. Оно связано с выдвижением  на первый план изысканий в гуманитарно-антропологической  сфере и усилением антисциентистской направленности. Главным при этом объявляется «человеческое содержание». В рамках антропологизма формируются такие течения, как философская антропология, философия жизни, экзистенциализм, персонализм. Отличительная их особенность – родство с христианством не только в отношении к разуму и науке, но и в своеобразном механизме формирования сугубо философского содержания. Сторонников направления объединяет непризнание ими всеобщности естественнонаучного мышления и его норм. Границы этих течений нечетки, размыты. Поэтому нередко имеют место случаи, когда о том или ином философе, причисляемом к ветви антропологизма, говорят как о представителе той или иной философской линии: экзистенциализма, персонализма, неопротестантизма и т.п. Как бы особняком от упомянутых направлений стоит прагматизм – учение, родившееся в США и до сих пор не утратившее влияния.

Прагматизм — это философия, сочетающая в себе идеи «второго позитивизма», «философия жизни» и имеющая в своем содержании и некоторые идеи, свойственные только прагматизму. Специфика прагматизма обнаруживается в понимании понятия научного языка. Так, для махистов как представителей «второго позитивизма» теоретические понятия представлялись лишь знаками, иероглифами для экономного описания и систематизирования фактов опыта, сводимых к ощущениям и комплексам ощущений. Ницше рассматривал в понятиях и законах средства для достижения целей познания. Бергсон полагал, что понятия, как и продуцирующий их интеллект, применимы к фиксации мира «твердых тел» и не пригодны для постижения движения и жизни. Представители прагматизма наряду с отрицанием объективной познавательной роли понятий в центр своего внимания поставили вопрос об их значении, а также о средствах его установления. Философы, принадлежащие к этому направлению, попытались соединить мир понятий, идей и суждений с миром объектов с помощью соединяющего эти миры значения. Они отстаивали мысль о том, что значение понятия определяется отношением не к объекту, а к субъекту. По их мнению, значение следует рассматривать в терминах тех практических последствий, которыми оборачивается использование нами определенного понятия.

Разработчики философии  прагматизма полагали, что их теория значения поможет выяснить подлинный  смысл интересующих их проблем. Это  позволит произвести реорганизацию, по мысли Джеймса, всей философии, или, по Дьюи, должна состоять в том, чтобы философия перестала исследовать проблемы, интересующие только философов, а обратилась к «человеческим проблемам». Для этого ей необходимо не просто созерцать и копировать реальность, а стать средством, помогающим людям в решении их жизненных проблем.

Позитивизм - широко распространенное течение в философии, основанное в 30-х гг. XIX в. французским философом Огюстом Контом (1798 — 1857). Во Франции этого течения придерживались Э. Линттре, Э. Ренан. В Англии позитивизм был представлен в творчестве Джона Стюарта Миля (1806 — 1873) и Герберта Спенсера (1820 — 1903). В Германии идеи позитивизма развивали Якоб Молешотт (1822 — 1893) и Эрнст Геккель (1834 — 1919), в России —  
Н. К. Михайловский и П. Л. Лавров и другие.

Названные философы относятся  к «первому позитивизму». «Второй  позитивизм» связан с деятельностью  Э. Маха (1838 — 1916) и Р. Авенариуса (1843 — 1896), немецких ученых, называвших свою философию эмпириокритицизмом, а также с деятельностью французского ученого А. Пуанкаре (1854 — 1912).

Идеи позитивизма были подхвачены и преобразованы в  трудах Бертрана Рассела (1872 — 1970), Рудольфа Карнапа (1891 — 1970), Мориса Шлика (1882 — 1936), Людвига Витгенштейна (1889 — 1851) и др.

Философия этих мыслителей получила название неопозитивизма. В  дальнейшем идеи представителей неопозитивизма нашли развитие в трудах постпозитивистов (К. Поппер, И. Лакатос, Т. Кун и др.).

Программу позитивизма  с учетом его эволюции можно представить  так:

познание должно быть освобождено  от мировоззренческой и ценностной интерпретации;

вся прежняя, традиционная философия  как доктринерски-догматическая, метафизическая, т. е. направленная на поиски первопричин  и субстанциональных начал и  сверхчувственных сущностей, должна быть упразднена и заменена либо непосредственно  специальными науками (наука — сама себе философия), либо обзором системы  знаний, учением о языке науки;

следует отказаться от крайностей материализма и идеализма и пойти  третьим путем.

Как совокупность философских идей, распространенных по всему миру, позитивизм имеет  следующие черты:

В противовес субъективному  идеализму И. Канта, позитивизм отказывается от признания априорного познания единственным средством достижения подлинного знания. В качестве единственного средства научного познания позитивисты выделяют научные методы.

Наука рассматривается позитивистами  в качестве средства познания и преобразования мира. Позитивисты верят в силу научной рациональности.

Позитивисты полагают, что  наука способна выявить в процессах  природы и общества закономерное.

Для позитивизма характерна вера в прогресс.

ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ         

[от позднелат. ex(s)istentia — существование], или философия существования, иррационалистич. направление совр. бурж. философии, возникшее накануне 1й мировой воины в России (Шестов, Бердяев), после 1-й мировой войны в Германии (Хайдеггер, Ясперс, Бубер) и в период 2-й мировой войны во Франции (Сартр, Марсель, выступивший с идеями Э. ещё во время 1-й мировой войны, Мерло-Понти, Камю, С. де Бовуар). В 40—50-х гг. Э. получил распространение в др. европ. странах, в 60-х гг. также и в США. Представители этого направления в Италии — Аббаньяно, Э. Пачи; в Испании к нему был близок Ортега-и-Гасет; в США идеи Э. популяризировали У» Лоури, У. Баррет, Дж. Оди. К Э. близки ре-лиг.-филос. направления: франц. персонализм (Мунье, Недонсель, Лакруа) и нем. диалектич. теология (Барт, Тиллих, Бультман). Э. как филос. направление носит неоднородный характер. Различают Э. религиозный (Ясперс, Марсель, Бердяев, Шестов, Бубер) и атеистический (Сартр, Камю, Мерло-Понти, Хайдеггер). Однако определение «атеистический» по отношению к Э. несколько условно, т. к. признание того, что бог умер, сопровождается (в частности, у Хайдеггера и Камю) утверждением невозможности и абсурдности жизни без бога. Своими предшественниками экзистенциалисты считают Паскаля, Кьеркегора, Унамуно, Достоевского и Ницше. На Э. оказали влияние философия жизни и феноменология Гуссерля.        

Расходясь с традицией  рационалистич. философии и науки, трактующей опосредование как осн. принцип мышления, Э. стремится постигнуть бытие как некую непосредств. нерасчленённую целостность субъекта и объекта. Выделив в качестве изначального и подлинного бытия само переживание, Э. понимает его как переживание субъектом своего «бытия-в-мире». Бьггие толкуется как непосредственно данное человеч. существование, как экзистенция (которая, согласно Э., непозна-ваема ни научными, ни даже рацииональными филос. средствами). Для описания её структуры мн. представители Э. (Хайдеггер, Сартр, МерлоПонти) прибегают к феноменологич. методу Гуссерля, выделяя в качестве структуры сознания его направленность на другое — интенциональность. Экзистенция «открыта», направлена на другое, становящееся центром её притяжения. По Хайдеггеру и Сартру, экзистенция есть бытие, направленное к ниято и сознающее свою конечность. Поэтому у Хайдеггера описание структуры экзистенции сводится к описанию ряда модусов человея. существования: заботы, страха, решимости, совести и др., которые определяются через конечность экзистенции и суть различные способы соприкосновения с ничто, движения к нему, убегания от него. Поэтому именно в «пограничной ситуации» (Ясперс), в моменты глубочайших потрясений человек прозревает экзистенцию как корень своего существа.        

Определяя экзистенцию через её конечность, Э. толкует последнюю как временность, точкой отсчёта которой является смерть. В отличие от физич. времени — чистого количества, бесконечного ряда протекающих моментов, экзистенциональное время качественно, конечно и неповторимо; оно выступает как судьба (Хайдеггер, Ясперс) и неразрывно с тем, что составляет существо экзистенции: рождение, смерть, любовь, отчаяние, раскаяние u т. д. Экзистенциалисты подчёркивают в феномене времени определяющее значение будущего и рассматривают его в связи с такими экзистенциалами, как «решимость», «проект», «надежда», отмечая тем самым личностно-историч. (а не безличнокосмич.) характер времени и утверждая его связь с человеч. деятельностью, исканием, напряжением, ожиданием. Историчность человеч. существования выражается, согласно Э., в том, что оно всегда находит себя в определ. ситуации, в которую оно «заброшено» и с которой вынуждено считаться. Принадлежность к определ. народу, сословию, наличие у индивида тех или иных биологич., психологич. и др. качеств. всё это — эмпирич. выражение изначально-ситуационного характера экзистенции, того, что она есть «бытие-в-мире». Временность, историч-ность и «ситуационность» экзистенции — модусы её конечности.

Неотомизм — философия современной католической церкви — основывается на учении Фомы Аквинского и имеет традиционную, объективно-идеалистическую ориентацию. В числе его признанных представителей — Ж. Маритен, Р. Верно, Э. Жильсон (Франция), 
И. Бохеньский (Германия), Й. ван Стенберген (Голландия). Католические философы подчеркивают, что они стремятся быть верными учению церкви и следовать католической традиции.

Вслед за Фомой Аквинским, провозгласившим, что философия  должна быть использована для защиты и обоснования католического  вероучения, неотомизм принимает  утверждение «Философия — служанка богословия». По словам Жильсона, философия свободна лишь в той мере, в которой она принимает контроль теологии, ее цель — интеллектуальная интерпретация истин откровения. Более того, за образец философского исследования неотомизмом принимается средневековая философия, и большое число работ неотомистов посвящено изучению средневековой схоластики, а развитие западной философии, начиная с Декарта, ими оценивается как философские заблуждения.

Из учения Фомы Аквинского неотомизм заимствовал и принцип  гармонии веры и разума, утверждающий, что вера и разум не исключают, а дополняют друг друга: путь разума ведет через постижение сотворенных  вещей к богу, путь веры — к  познанию сотворенного мира путем божественного  откровения. Вере в этом процессе принадлежит  главенствующая роль. На принципе гармонии веры и разума основывается неотомистский принцип иерархии, когда система знаний представляет собой пирамиду, вершиной которой является теология, в середине находится философия, а подножие составляют все остальные науки.

2. Жизненный мир человека.

ЖИЗНЕННЫЙ МИР (нем. Lebenswelt) — одно из основных понятий феноменологии позднего Э. Гуссерля, введенное им в работе «Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология». Ж.м. — коррелят опыта и деятельности человека в повседневной жизни. Ж.м. следует отличать от особых «миров» — мнимо автономных смысловых образований, продуцируемых в рамках специализированной культурной деятельности (последние рассматриваются Гуссерлем на примере теоретических построений науки). Опыт Ж.м. имеет статус изначального в том смысле, что человек не «осваивает» Ж.м. посредством специальных усилий (как это имеет место в случае отдельных миров культуры), но в момент рефлексии всегда обнаруживает его как данность. Феноменологическая продуктивность понятия «Ж.м.» обусловлена прежде всего его фундирующей функцией по отношению к отдельным мирам науки. Это значит, что генетически все понятия науки формируются посредством идеализации тех или иных данностей Ж.м. Напр., такие понятия, как «прямая» и «плоскость», адекватное понимание которых требует особой геометрической перспективы, исторически сформировались в рамках землемерной практики, которая, в свою очередь, принадлежит Ж.м. В этом смысле Гуссерль характеризует Ж.м. как сферу «донаучных» («доксических») очевидностей. Т.о., Ж.м. задает возможные перспективы научной деятельности (и куль-туросозидающей деятельности вообще) и потому должен рассматриваться не только как универсум наличных предметов и человеческих практик, но и как трансцендентальный горизонт всякого смысла. Будучи смысловым основанием науки, Ж.м. в то же время может ассимилировать ее отдельные новообразования, следовательно, наука способна оказывать на него обратное воздействие. Взаимодействие Ж.м. и отдельных миров является одним из механизмов исторического развития культуры, поэтому тематизация  Ж.м. в его фундирующей функции открывает перспективу феноменологического исследования истории. Кроме того, данности Ж.м. имеют интерсубъективный (общезначимый) характер, поэтому Ж.м. выступает как универсальный горизонт всей человеческой деятельности, тем самым задавая единство культуры, т.е. позволяя рассматривать ее как целое и соотносить между собой ее отдельные области. Ж.м. — это мир непосредственного и конкретного чувственного опыта. Эта характеристика полемически направлена против «объективизма» современного научного самосознания, редуцирующего чувственные качества предметов как «субъективные» в пользу гипостазированных (рассматриваемых в отрыве от их конститутивного генезиса) идеальных конструктов. Как горизонт, Ж.м. — коррелят трансцендентальной субъективности и потому может быть тематизирован только в рефлексивной установке сознания, т.е. на основе феноменологической редукции. При этом обнаруживается, что «жизнь» трансцендентального Я, коррелятивная Ж.м., представляет собой единство процессов «смыслообразования» и «смыслоосаждения»; последнее означает, что смысл утрачивает зримую связь с изначальной конститутивной активностью определенного Я и приобретает статус анонимной пассивной данности. Выявление и «реактивация» осажденного опыта Ж.м. как универсального горизонта интеллектуальной и практической деятельности становится у Гуссерля главной задачей философии, от решения которой зависит возможность осмысления существования человечества вообще. Отдельные мотивы учения о Ж.м. сближают его с философией жизни В. Дильтея, «экзистенциальной аналитикой» М. Хайдеггера и учением Л. Витгенштейна о «формах жизни». Идея Ж.м. повлияла на ряд гуманитарных концепций 20 в., таких как герменевтика Х.Г. Гадамера, теория коммуникативного действия Ю. Хабермаса, интерпретативная социология А. Шюца, и др.

3. Практическое задание

Как вы понимаете фразу «Жизнь измеряется не количеством прожитых лет, а интенсивностью переживаний» и аналогичное высказывание М. Монтеля: «Бывает, что человек прожил долго, а пожил мало»?

Жизнь – есть усилие во времени. То есть нужно совершать усилие, чтобы оставаться живым. Мы ведь на уровне нашей интуиции знаем, что  не все живо, что кажется живым. Многое из того, что мы испытываем, что  мы думаем и делаем – мертво. Мертво – потому что подражание чему то другому – не твоя мысль, а чужая. Мертво, потому что – это не твое подлинное, собственное чувство, а стереотипное, стандартное, не то, которое ты испытываешь сам. Нечто такое, что мы только словесно воспроизводим, и в этой словесной оболочке отсутствует наше подлинное, личное переживание. Хочу подчеркнуть, что мертвое не в том мире существует, не после того, как мы умрем, – мертвое участвует в нашей жизни, является частью нашей жизни.  
«Бессмертные – смертны, смертные – бессмертны; смертью друг друга они живут, жизнью друга они умирают» (Гераклит). Или еще: «Знаю дела твои, что ты имеешь имя, что ты жив, однако ты – МЕРТВ» ( Откровение святого Иоанна Богослова (Апокалипсис)) .  
Тем самым философы говорят, что жизнь в каждое мгновение переплетена со смертью. Смерть не наступает после жизни – она участвует в самой жизни. В нашей душевной жизни всегда есть мертвые отходы или мертвые продукты повседневной жизни. И часто человек сталкивается с тем, что эти мертвые отходы занимают все пространство жизни, не оставляя в ней места для живого чувства, для живой мысли, для подлинной жизни. «Моя Подлинная Жизнь» – сама интенсивность этого оборота, потребность в нем говорят о том, что очень трудно отличать живое от мертвого. Для каждого нашего жизненного состояния всегда есть его дубль. Мертвый дубль. Ведь вы на опыте своем знаете, как трудно отличить нечто, что человек говорит словесно – не испытывая, от того же самого, но – живого. Почему трудно? Потому, что слова одни и те же. И вы, наверно, часто находились в ситуации, когда, в силу какого - то сплетения обстоятельств, слово, которое у вас было на губах, вы не произносили, потому что в то же самое мгновение, когда вы хотели его сказать, чувствовали, что сказанное будет похоже на ложь. У Данте есть прекрасная строка в «Божественной комедии» – ««Мы истину, похожую на ложь, должны хранить сомкнутыми устами» . Когда вы молчите – то в том числе потому, что сказанное уже от вас не зависит, оно попало в какой то механизм и совпадает с ложью (хотя оно может быть правдой). Кто-то из философов сказал, по-моему Шопенгауэр, что на самом деле мы живем несколько минут в своей жизни.

Список литературы.

История философии в кратком изложении. М., Наука, 1991.

Философская энциклопедия. М., 1969-1970.

Волкогонова О.Д., Основы философии. М., Форум – ИНФРА-М, 2006.