Философское учение М. Шелера о духовных ценностях

План

1. Введение.
2. Сущность и назначение духовных ценностей.
3. Структура духовных ценностей.
4. Философское учение М. Шелера о духовных ценностях.
5. Заключение
6. Список использованной литературы.

1. Введение

Понятие «ценность» – одно из наиболее употребляемых не только в современной  социальной философии, в сфере гуманитарного знания, но и в политической публицистике.

Характеризуя ту или иную культуру, эпоху, социальную общность, говорят о свойственных им ценностях. Все это не случайно. Ценности являются сущностным основанием отношения человека как к природе, так и к обществу, поскольку они обуславливают целеполагание и выбор способов деятельности по достижению поставленной цели, направление социальной активности. «Человек есть существо оценивающее, – писал Н. А. Бердяев. – Определение ценностей и установка их иерархии есть… функция сознания» [2, с. 473].

Проблема влияния духовных ценностей на развитие человека в настоящее время особенно актуальна в связи с возросшим интересом к религиозно-философским учениям.

Система духовных ценностей оказывает большое влияние на формирование разносторонних качеств личности.

Проблема духовных ценностей человека - одна из центральных в современной социальной философии.

Проблемой изучения ценностей занимается аксиология. Директор Кельнского института социальных наук, профессор М. Шелер оставил заметный след в аксиологии, - все современные сколь либо значительные теоретические исследования ценностей не обходятся без обращения к его наследию.

2. Сущность и назначение духовных ценностей

Среди разнообразных подходов к пониманию категории ценности в философии можно выделить следующие направления.

Во-первых, понимание ценности как объективного бытия, которое вырабатывается субъектом в процессе его деятельности.

Ценность трактовалась как вневременная и внепространственная объективная сущность, имеющая сверхрациональное происхождение. Она трактуются как порождаемые культурой и (или) задаваемые трансцендентно содержания, вплетаемые в изменчивое многообразие социальной жизни как ее инварианты, позволяющие: связывать разные временные модусы (прошлое, настоящее, будущее); семиотизировать пространства человеческой жизни, наделяя все элементы в нем аксиологической значимостью; задавать системы приоритетов, способы социального признания, критерии оценок; строить сложные и многоуровневые системы ориентации в мире; обосновывать смыслы [10, с. 507].

Такое понимание ценности характерно для Г. Риккерта, В. Вильдельбанда, Н. Гартмана, Э. Дюркгейма, В. Соловьева, Н. Бердяева, Н. Лосского, В. Тугаринова.

В рамках следующего подхода ценность рассматривается как субъективный феномен, имеющий своим источником совокупность интеллектуальных, психологических, нравственных особенностей личности, проявляющихся вовне. Такое понимание ценности характерно для И. Канта (ценность как свойство разумного человека и человеческого отношения к миру); Ф. Ницше, который характеризовал ценность как продукт эмоционально-волевого развития индивида, являющегося определяющим для индивидуального и общественного бытия.

И наконец понимание ценности как субъективно-объективного или объективно-субъективного феномена, имеющего свою природу и проявляющегося только в отношениях между субъектом и объективным бытием. (Э. Гуссерль, М. Шелер). М. Вебер, А. Камю, М. С. Каган рассматривали ценность как ориентир жизнедеятельности субъекта в объективном бытии, который связывает его индивидуальность с мировым многообразием форм существования как способ самореализации человека, включающий его сущность во внешний мир объектов. Кроме того, ценность характеризовали как выражение понимания, объяснения и истолкования мира субъектом (М. Хайдеггер, Г. Гадамер, П. Рикер).

По мнению Канке В. А., содержательное наполнение понятия «ценность» последовательно прошло несколько этапов: от возникновения интереса к содержанию в общественном и индивидуальном бытии добродетелей и благ, к появлению самого понятия ценность, самостоятельной эволюции термина «ценность» [5, с. 327].

Духовные ценности - категория, указывающая на человеческое, социальное и культурное значение различных духовных образований (идей, теорий, образов), рассматриваемых в контексте «добра и зла», «истины или лжи», «прекрасного или безобразного», «справедливого или несправедливого». В духовных ценностях выражается общественная природа самого человека и условия его бытия.

Духовные ценности - форма отражения общественным сознанием объективных тенденций развития общества. В понятиях прекрасного и безобразного, добра и зла и других человечество выражает свое отношение к наличной действительности и противопоставляет ей некое идеальное состояние общества, которое должно быть установлено.

Любая ценность «приподнята» над действительностью, содержит в себе должное, а не сущее. Это, с одной стороны, задает цель, вектор развития общества, с другой - создает предпосылки отрыва этой идеальной сущности от своей «земной» основы и способно дезориентировать общество посредством мифов, утопий, иллюзий. Кроме того, ценности могут изжить себя и, безвозвратно утратив свой смысл, перестать соответствовать новой эпохе.

Как справедливо отмечает В.Н. Лавриненко, ценности как таковые неразрывно связаны с социокультурным контекстом и могут рассматриваться в качестве неких квантов общего культурного поля. Именно в этом смысле можно рассматривать ценности  как структурные инварианты различных культур, определяющие не только содержательную специфику конкретной культуры как арсенала эффективных адаптивных стратегий, но и особенности ее динамики и развития [9, с. 216].

В философии проблема духовных ценностей рассматривается в неразрывной связи с определением сущности человека, его творческой природы, его способности созидать мир и самого себя в соответствии с мерой своих ценностей. Человек формирует свои ценности, постоянно разрушает противоречия между сложившимся миром ценностей и антиценностей, использует ценности как инструмент поддержания своего жизненного мира, защиту от разрушающего воздействия энтропийных процессов, угрожающих рождаемой им реальности.

Ценностный подход к миру требует рассмотрения объективной реальности как результата человеческого самоутверждения; мир при таком подходе - прежде всего реальность, освоенная человеком, превращенная в содержание его деятельности, сознания, личностной культуры.

Ценности упорядочивают действительность, вносят в ее осмысление оценочные моменты, отражают иные по сравнению с наукой аспекты окружающей действительности. Они соотносятся не с истиной, а с представлением об идеале, желаемом, нормативном. Ценности придают смысл человеческой жизни.

По отношению к субъекту (человеку) ценности служат объектами его интересов, а для его сознания выполняют роль повседневных ориен-                   тиров в предметной и социальной действительности, обозначений           различных практических отношений человека к окружающим предметам и явлениям.

По мнению П. С. Гуревич, ценности в духовной жизни общества создают смысловые поля различной напряженности. Человек, побуждаемый поиском смысла своих действий, не может вести себя в таких полях индифферентно. Он либо принимает существующие смыслы, либо становится к ним в оппозицию, либо пытается найти компромисс. Чем выше уровень духовной культуры, тем разнообразнее ценности и смыслы [2, с. 241].

Культура стремится обеспечивать выживание и отбор тех ценностей, которые обеспечивают человека более эффективными регулятивами. Для отдельного человека фактически возможны следующие ситуации: он знает ценности своей культуры и способен их реализовать; он плохо знает ценности и его возможности ограничены этим обстоятельством; он догматизировал свое знание о ценностях, а в реальности они уже преобразовались; и, наконец, - человек руководствуется ценностями, которые еще не вошли в культуру. Во всяком случае необходимо уметь находить меру, а это уже не только знания и эрудиция, но и житейская мудрость, искусство жить.

3. Структура духовных ценностей

Чтобы культура могла обогащаться, она должна быть способной ассимилировать и синтезировать ценности. Поэтому развитые культуры полиморфны и многозначны. Такие культуры более эффективно работают в ситуациях внутренних или внешних вызовов. Обладая более богатым набором ценностей, они имеют более широкие возможности и для конструирования ответа, для более гибкой реакции и, следовательно, имеют более высокую ступень выживаемости.

Развитая культура способна создать подвижную систему ценностей и регулятивов. Эта подвижность проявляется в том, что ценность на одном уровне бесспорна, а на другом уровне она изменяется. Устойчивость развитых культур обеспечивается тем, что в них есть механизмы согласования ценностей без взаимного их разрушения, именно благодаря возможности уточнять смысл ценности и соотнесения ее к фикси-          рованному уровню.

Но чтобы механизм согласования ценностей работал, культура должна иметь принятую в ней иерархию ценностей, уметь распределять ценности по различным нишам культуры, взвешивать ценности по их социальным последствиям.

В целом, считает А.А. Радугин, чем выше уровень ценностей, входящих в ту или иную культуру, тем более она требует осознанности этих ценностей от носителей этой культуры. Чем выше органичность системы ценностей в той или иной культуре, тем выше целостность духовной жизни в такой культуре [7, с. 105].

Максимально ограниченные ценности образуют ядро культуры. Ядро формирует основные идеалы, и если культура полиценностна, то эта работа осуществляется без крайностей, т. е. с максимально-достижимой в данной культуре универсальностью. Это способствует тому, что такая культура способна гасить крайности и чрезмерный радикализм. Ядро модифицируется в зависимости от исторических особенностей развития общества. Ценностное ядро родового общества, например, отличается от ценностного ядра национального или многонационального общества.

Понятие духовных ценностей охватывает общественные идеалы, установки и оценки, а также нормативы и запреты, цели и проекты, эталоны и стандарты, принципы действия, выраженные в форме нормативных представлений о благе, добре и зле, прекрасном и безобразном, справедливом и несправедливом, правомерном и противоправном, о смысле истории и предназначении человека и т. п.

Природа духовных ценностей такова, что они телеологичны, т. е. они заряжены целевыми установками, причем цели, как правило, имеют некоторую возвышенность, а поэтому они выходят за рамки обыденной жизни.

Ценности не вещи, а отношения. Это особые чувственно-сверхчувственные объекты, видимый образ которых не совпадает с их сущностью. Ценности не материальны, а идеальны, они не могут существовать вне и независимо от сознания людей.

Духовные ценности носят общественный характер. Например, язык, которым мы пользуемся для выражения собственных мыслей, в сущности, принадлежит не нам, а является достоянием всего народа, общества, национальной культуры. Духовные ценности создаются в процессе общения, распространяются посредством коммуникации и служат, прежде всего, повышению эффективности социальных взаимодействий. Благодаря обмену духовными ценностями создается коллективный запас идей, образных представлений, социальных чувств и переживаний, делающий возможным взаимопонимание людей. В ходе потребления духовных ценностей их совокупный фонд не уменьшается, а увеличивается.

Обмен духовными ценностями может происходить не только между современниками, но и между представителями разных поколений, даже разных исторических эпох.

Следующий важный вывод, который сделали ученые, заключается в том, что содержание духовных ценности является объективным, то есть не зависящим от воли и сознания отдельного человека, хотя потребление (а лучше сказать – освоение) ценностей духовной культуры носит индивидуальный, личный характер. Объективный характер духовных ценностей кажется очевидным, когда имеются в виду математические теоремы, законы грамматики и синтаксиса, некоторые общечеловеческие нормы морали, например, запрет на убийство.

В современных условиях возрастает значение таких духовных ценностей, как право на жизнь, гуманизм, свобода, совесть, справедливость, достоинство, долг, солидарность, нормы нравственности и др.

4. Философское учение М. Шелера о духовных ценностях

 «Материалистическая этика ценностей» Макса Шелера (1874 - 1928) является подтверждением связи аксиологии и философии, - она предстает органичной частью оригинального философского учения, сочетающего в себе идеи феноменологии, антропологии, философии жизни. 

Уже в ранний период творчества М. Шелер не удовлетворялся теистическими идеями какой-то одной христианской конфессии, и это стимулировало его к разработке собственной точки зрения на Бога, на соотношение Бога и человека, что наиболее ярко проявляется во втором периоде его деятельности.

По Шелеру ценности есть специфические сущности. В мире первоначально выделяются два рода бытия – бытие вещей и бытие благ, и лишь затем мы открываем, чувствуем в них ценности. 

Остановимся более подробно  на данном утверждении философа.  Его позиция не совсем ясна, и это порождает возможности различных интерпретаций.  Так, Н. Лосский считал, что М. Шелер под ценностями понимал качества,  но «это качество не вещи (как, например, голубость есть качество неба), а качество блага (Gut)» [5, с. 262]. 

Вопрос о том, являются ли ценности качествами или сущностями – отнюдь не формальный, ибо согласно давней философской традиции, сущности «первичнее» качеств, качества являются всегда качествами определенных вещей или сущностей, а сущности могут существовать самостоятельно.  С нашей точки зрения, М. Шелер понимал ценности все же как специфические сущности, поскольку не раз заявлял об их определенной автономности, не зависимости от вещей, что особенно характерно для раннего его периода творчества. Да и феноменологический анализ, открывающий за вещами и благами ценности, по природе своей направлен на открытие именно сущностей, - это второй вид познания, по классификации М. Шелера. Из понимания ценностей как сущностей следует их определенная автономность. 

По М. Шелеру, ценности обладают свойством априорности.  М. Шелер определяет «apriori» как «самоданное» в непосредственном созерцании положение, при воздержании от всех утверждений о субъекте и предмете этих созерцаний [11, с. 266].   Сущности и их связи, к которым относятся и ценности с их связями, по М. Шелеру, «даны» «до» всякого опыта» (такого рода), «даны априори», а предложения, которые находят в них исполнение, apriori  «истинны».

 Априорное по М. Шелеру связано не только с формами, но и с материей, не только с разумом, но и с чувствами.  Если же брать ценности, то их априорность и проявляется в их определенной материальности и чувственности. Но все эти положения должны быть осмысленны феноменологически. И этика, и аксиология должны строиться на априорных фактах.  Такими априорными фактами являются данные до всякого опыта «сущности»  и их связи, к которым относятся и ценности с их связями.  И эти факты не являются произвольными конструкциями, они даны в феноменологическом опыте «непосредственно», т.е. без опосредования через символы, знаки, указания какого-либо рода.

Априорные ценности, порядок ценностей не зависит от субъекта, и в том смысле, что субъект не является их предпосылкой.  И это справедливо для этики.  «И здесь Я (в любом случае) есть лишь носитель ценностей, а не предпосылка ценностей, - заявляет М. Шелер, - не «оценивающий» субъект, благодаря которому будто бы впервые появляются или же впервые становятся постижимыми ценности» [11, с. 296].  Это не значит, что субъект не играет никакой роли в существовании ценностей, например, моральных ценностей в жизни общества.  Со временем М. Шелер будет уделять этому вопросу все больше внимания, но и на первом этапе своего творчества он отмечал, что некоторое априорное будет общезначимым только для тех субъектов, «которые могут иметь это усмотрение».

В этом смысле ценности можно охарактеризовать как интенциональные. Интенциональность ценностей проявляется в их связи с определенной материей, как с их определенным материальным носителем. Иногда говорят об аксиологическом законе М. Шелера, указывающего на определенную связь ценности и ее материи, в качестве которой могут выступить: 1) предметы, 2) чувственные и иные акты восприятия, и существующие между ними связи, 3) сущностные связи между сущностями актов и предметов [6, с. 302].

Другая черта ценностей, которая у М. Шелера также связывается с их априорностью – это определенная автономность ценностей по отношению к историческому пространству и времени.

М. Шелер в своей аксиологии особое внимание уделил процессу познания, «усмотрения» ценностей. Всякое ценностное apriori обнаруживается «усматривается», прежде всего, в таком познании, «которое выстраивается в чувствовании, в предпочтении, в конечном счете – в любви и ненависти». Через живой чувственный контакт с миром, в предпочтении и в пренебрежении, в любви и ненависти открываются ценности и их порядки. Любовь и ненависть предстают у М. Шелера и как наиболее общие формы предпочтения и пренебрежения, уже поэтому они особо выделяются. Предпочтение и пренебрежение необходимые, основополагающие формы познания ценностей, их чувствования, ибо только так может быть осознанна объективная и априорная иерархия ценностей. Эта иерархия никак не может быть дедуцирована, по М. Шелеру, а постигнута каждый раз заново в акте предпочтения или пренебрежения.

М. Шелер не сомневался в способности человека неким образом познать трансцендентный мир ценностей. Его позиция в первый период творчества совершенна чужда какого-либо агностицизма.

Для Шелера чувственное познание особенно важно в связи с его феноменологической установкой. Ведь чувствование ценностей, как чувствование трансцендентных сущностей вещей, это особое познание, которое позволяет постигнуть сущность через переживание одного феномена, одного факта, когда нет необходимости в повторении фактов, что важно для индукции. Здесь нет необходимости и в логических доказательствах как при дедукции. Поэтому для феноменологии, по М. Шелеру, не столь уж важна истина, более значима самоданность. «Самоданность и очевидность (у-смотрение) суть, тем самым идеалы познания, которые предшествуют истине и ложности» [12, с. 201].

Только у него самого подобную роль играет «самоданность». Поэтому возможна ситуация, когда только одному субъекту открывается некая ценность, и только он может быть прав. Но как все же избежать субъективизма, субъективных ошибок и при познании ценностей, и при феноменологическом постижении мира вообще? М. Шелер не дает убедительного ответа на подобные вопросы, которые возникают у сомневающихся или отрицающих в принципе феноменологический метод познания. Думается, что ценностная сущность вещи может открыться, действительно, первоначально в чувстве только одному человеку и в одном факте. Ведь в единичном случае того или иного феномена также проявляется его сущность. И почему мы не можем открыть ее по данному конкретному, хотя бы и единичному, факту, отсекая все несущественное, случайное? Думается, можем. Надо только разработать соответствующую методологию, чем и занимается феноменология.

Однако субъективизм, ошибки здесь возможны. И сложность видится еще в том, что объекты имеют много сущностей, они входят в различные трансцендентные порядки действительности. Свойства объектов по-разному проявляются в разных системах, куда входят данные объекты. И чтобы выделить нужные сущности и свойства, важен и иной, не только феноменологический, опыт, важна и индукция, и дедукция, и другие методы познания, которые в «свернутом виде» могут предстать в акте постижения ценностей. Для обоснования истинности своих утверждений любому аксиологу также важны иные, независимые от него, свидетельства, опытные подтверждения или опровержения. Поэтому феноменологический метод познания может и должен быть использован, но не вместо иных методов и форм познания, а в совокупности с ними. Здесь действует принцип дополнительности.

Мы отметили лишь некоторые аспекты феноменологической аксиологии М. Шелера, которую он развивал в первый период своего творчества. Поздний М. Шелер уже не анализировал сами ценности. Его аксиологические исследования продолжили другие, в частности, Н. Гартман, и с других оснований. Но феноменологический подход к ценностям, примененный М. Шелером, сохранится в аксиологии.

5. Заключение

Таким образом, духовные ценности - это ценности, передаваемые человеку посредством различных культурных источников и формирующие мировоззрение, принципы, а следовательно, и моральную, нравственную сторону личности каждого человека.

Наличие духовных ценностей характеризует внутреннее богатство, степень развитости самого человека. Духовные ценности могут существовать, сохраняться и передаваться главным образом в материальной форме, - в виде книг, картин и др. произведений искусства и т.п. С помощью них формируется личность - ее мировоззрение, взгляды, установки, ценностные ориентации.

С помощью транслирования духовных ценностей человечеству открывается доступ к знаниям, умениям, навыкам, художественным моделям мира, идей и т.д., это также подразумевает передачу всех знаний в виде ценностей от человека к человеку, от поколения к поколению.

По мнению Шелера, объективны не только ценности, но и определенный порядок между ними, существует объективная логика ценностей, открытие которой составляет одну из важнейших целей аксиологии, в том числе аксиологической этики. 

Само существование общечеловеческих моральных ценностей и принципов является подтверждением данной концепции. 

6. Список использованной литературы

1.       Бердяев Н. А. Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX века и начала XX века. Судьба России. - М., 1997.

2. Гуревич П. С. Философия культуры. - М., 2004.
3. Канке В.А. Основы философии. - М., 2007.
4. Культурология. XX век: Антология: аксиология или философское исследование природы ценностей. - М., 1996.
5. Лосский Н.  Ценность и бытие // Н. Лосский.  Бог и мировое зло. – М., 1994.
6. Матвеев П. Е. Моральные ценности. – Владимир, 2004.
7. Радугин А. А. Культурология. – М., 2006.
8. Радугин А. А. Философия. - М., 2007.
9. Философия / Под ред. В. Н. Лавриненко. -  М., 2008.
10. Философский словарь / Под ред.  М. М. Розенталя – М., 2002.
11. Шелер М.  Формализм в этике и материальная этика ценностей // М. Шелер. Избранные произведения. – М., 1994.
12. Шелер М. Феноменология и теория познания // М. Шелер. Избранные произведения. – М., 1994.