Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Характеристика личности Ивана Грозного

Новосибирский Государственный Педагогический Университет

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

По дисциплине: «Отечественная история»

На тему: «Реформы Избранной рады и царь Иван Грозный».

Выполнил:

студентка 1 курса

группы Р – 16

Санькова А. С.

Проверил:

Мышанский А. А.

Новосибирск, 2010.

Содержание:

Введение (стр. 3)

Глава I. Характеристика личности Ивана Грозного.

1) Воспитание юного государя (стр. 4)

2) Свойства личности царя и их влияние на судьбу государства (стр. 7)

Глава II. Избранная рада.

1) Состав и краткая характеристика ее членов (стр. 12)

2) Направления деятельности Избранной Рады (стр. 14)

3) Основные реформы Избранной Рады (стр. 17)

4) Роль Избранной Рады. Ее влияние на российскую историю XVI в. (стр. 23)

Заключение (стр. 25)

Список использованной литературы (стр. 26)

Введение.

Во все времена личность Ивана Грозного волновала великие умы России. Многие из них признавались, что не могут разобраться в особенностях характера Ивана IV и часто просто не понимают логику его поступков и их истинные мотивы. В некоторые моменты нашей недавней истории сомнение в прогрессивности и необходимости для развития государства политики правителя XVI в. могло привести к обвинению в политической неблагонадежности и последующим репрессиям.

При изучении богатой и сложной истории России неизбежно возникает проблема некоторого упрощения ее, выделения главного и второстепенного. Иван Грозный и его эпоха всегда и при любых режимах причислялись к главным, определяющим и важным периодам русской истории. Оценки деятельности монарха менялись, на первый план выдвигались либо картины террора, либо великие реформы, соответственно, и царь изображался либо тираном, либо прогрессивным историческим деятелем.

Бесследное исчезновение многих рукописей, беспощадное пламя пожаров, казалось бы, навечно скрыли истину под завесой тайны. Однако с каждым новым поколением исследователей портрет монарха дополнялся новыми чертами и деталями. И вот перед нами захватывающая картина эпохи правления первого царя России, грозного тирана, обладающего острым умом и сложным характером.

Кем в действительности был Иван VI: великим реформатором, деспотом или безумцем? Какое государство досталось в наследство царю и каким оно стало? О самом неоднозначном правителе в истории Российского государства, мрачных годах кровавого разгула опричников и «скорбных волнений» крестьян, о важнейших событиях, реформах эпохи эта работа.

Глава I: Характеристика личности Ивана Грозного.

1. Воспитание юного государя.

По мнению многих историков, Иван Грозный был крайне жестоким, кровожадным и одним из самых страшных тиранов отечественной истории. Чтобы понять, как сложилась личность царя Ивана, надо остановиться на его детстве и особенно воспитании.

После смерти Василия III, его наследнику, Ивану IV, было немногим более трех лет от роду. Детство мальчика нельзя было назвать счастливым. Через пять лет, он потерял мать, великую княгиню Елену Глинскую. Если при жизни вдовы своего покойного государя «опекуны» ещё согласовывали свои действия с волей великой княгини, то после её кончины они очень мало обращали внимания на условия жизни, желания и судьбу наследника. В результате детские годы у будущего государя слились в горькое пятно.

Свой первый урок тирании Иван получил от окружающих его людей. «Благодаря деяниям бояр, дух насилия в разных формах овладевал воображением и чувствами юноши, проникал в его плоть и кровь». Взросление Ивана проходило на фоне постоянных боярских распрей и отсутствия заметных изменений в жизни государства к лучшему. В этих условиях формировался характер маленького князя, определялись его взгляды на свое место в государстве, на природу и масштабы власти.

Один из историков, много размышлявший о характере Ивана и образе его правления, кропотливо воссоздает условия формирования личности малолетнего правителя: «От природы он был одарен в высшей степени нервным темпераментом и, как всегда бывает с подобными натурами, чрезмерной страстностью и до крайности впечатлительным воображением. В младенчестве с ним как будто умышленно поступали так, чтобы образовать из него необузданного тирана. С молоком кормилицы всосал он мысль, что он рожден существом высшим, что со временем он будет самодержавным государем, что могущественнее его нет на свете, и в то же время его постоянно заставляли чувствовать свое настоящее бессилие и унижение».

Можно объяснить жестокость Ивана тем, что он рано взошел на престол, еще совсем ребенком, а это разрушительная для неокрепшей детской психики ситуация - сочетание формальной власти самодержавного государя с детской беспомощностью. «Из тех, кто стал монархом в детстве, чаще вырастают деспоты». Юный князь приступал к самостоятельному правлению, не имея ни «практики руководящей работы», ни необходимого багажа знаний и навыков. Он был одинок и предоставлен сам себе не только как вступающий в жизнь юноша, не только как неопытный правитель, не оказалось рядом с Иваном человека, способного выслушать и оценить его чаяния, которому можно было доверить свои сокровенные мысли и чувства. По мнению Ключевского, «ранняя привычка к тревожному уединенному размышлению про себя, втихомолку, надорвала мысль Ивана, развила в нем болезненную впечатлительность и возбуждаемость. Иван рано потерял равновесие духовных сил. … О чем бы он ни размышлял, он подгонял, подзадоривал свою мысль страстью».

Великого князя преследовали страх и неуверенность в себе. Теряя одного за другим близких людей, ощущая свое недопонимание процессов, которые происходят в его окружении, Иван периодически уставал от собственных тяжелых дум и впадал в детство, проявляя жестокость и даже склонность к садизму (говорят, он любил сбрасывать кошек с большой высоты), странные для юного образованного подростка. Вполне возможно, что, не желая вызвать подозрений в чересчур зрелом уме, он умышленно демонстрировал боярам инфантильные забавы. Во многом замысел удался, все источники говорят о том, что впоследствии действия Ивана неизменно заставали врасплох бояр, не ожидавших от него столь резких и властных шагов.

Глинские внесли свою лепту в воспитание Ивана, приучив его к тому, что он сам способен и обязан внушать страх, издеваться над окружающими и убивать и что насилие и жестокость не только останутся безнаказанными, но и являются доблестью истинного государя. В это время Иван обзавелся сотоварищами, вместе с которыми он, развлекаясь, скакал по городу, топтал и был прохожих, а Глинские и их прихлебатели, по свидетельству Андрея Курбского, только похваливали его за удальство: «Вот это будет храбрый и мужественный царь!» Искусно разжигая гнев юноши, Глинские его руками убирали своих врагов. Однажды выехавшему на охоту Ивану явились пятьдесят новгородских пищальников с жалобой на своих наместников. Иван приказал своим дворянам прогнать челобитчиков, завязалась стычка. Взбешенный Иван поручил стороннику Глинских выявить подстрекателей бунтовщиков, и тот указал на князя Кубенского и двух бояр Воронцовых, которым Иван повелел рубить головы. Конюший боярин Иван Федоров удалился в ссылку, и его должность вскоре занял один из Глинских.

Этот эпизод демонстрирует поведение Ивана, характерное и для его зрелых лет. В любом проявлении неповиновения Иван видит направленный против него заговор. «Вечно тревожный и подозрительный, Иван рано привык думать, что окружен только врагами… Мысль, что вот-вот из-за угла на него бросится недруг, стала привычным, ежеминутным его ожиданием», - пишет Ключевский. Как и в последующем, Иван не только охотно верит в самые тяжкие обвинения, но и готов немедленно и самым жестоким образом карать всех, даже близких ему людей: один из казненных – Федор Воронцов считался любимцем царя.

У Ивана появляются новые наклонности и увлечения. Под влиянием ревностного сторонника просвещения и грамотности митрополита Макария Иван увлекся чтением. Буквально «проглатывал» книги из царской библиотеки, доставшейся ему от отца, стремился ее пополнить и привести в порядок. Иван читал далеко не все подряд. Имея неспокойную, увлекающуюся и впечатлительную натуру, он искал в книгах свидетельства и подтверждения своих полномочий, стремился понять, насколько велика должна быть его власть, каково ее происхождение и смысл. Получив по тем временам блестящее гуманитарное образование, Иван уже в подростковом возрасте познакомился с историей великих императоров и тиранов прошлого. Сравнивая свое реальное положение и влияние на государственные дела со своеволием бояр и их нежеланием укреплять державу, он нашел ответ на вопрос о том, кто виноват в его тяжелом сиротском существовании, прозрел, увидев мздоимство бояр, бесконечное унижение своего сана и непрекращающуюся ложь.

Годы самообразования и контактов с учеными и мыслителями из кружка митрополита Макария не прошли даром, полученные знания и сформировавшиеся идеалы требовали реализации. Ивану требовалось продемонстрировать значимость и величину своей власти, обосновать разрыв с традициями предков и самоуправство в отношении с боярами, поэтому в конце 1546 г. он объявил о своем намерении венчаться на царство. Для чина венчания Макарий приспособил «Сказание о князьях Владимирских» и «Послание о Мономаховом венце». На первый взгляд, Макарий следовал концепции «Москва – третий Рим», между тем православный иерарх обращался скорее к императорскому Риму, нежели к византийской традиции. Из творения Спиридона-Саввы был позаимствован легендарный персонаж – брат императора Октавиана Августа. Прус, которому якобы достались города на Висле и Немане, и стал основателем рода Рюриковичей. С помощью такого маневра Макарий превратил Иоанна Васильевича в прямого потомка «от рода римска царя Августа».

Ключевский об этом пишет: «С детства затверженные… любимые библейские тексты и исторические примеры отвечают на одну и ту же тему, все говорят о царской власти, о ее божественном происхождении… Упорно вчитываясь в любимые тексты и исторические примеры и бесконечно о них размышляя, Иван постепенно и незаметно создал себе из них идеальный мир… он с любовью созерцал эти величественные образы… как в зеркале, старался разглядеть самого себя, свою собственную царскую фигуру, уловить в них отражение своего блеска или перенести на себя отблеск их света и величия. Понятно, что он залюбовался собой что его царственная особа в подобном отражении представилась ему озаренная блеском и величием, какого не чуяли на себе его предки, простые московские князья-хозяева. Иван IV был первый из московских государей, который узрел и живо почувствовал в себе царя в настоящем библейском смысле, помазанника Божия. Это было для него политическим откровением, и с той поры его царственное «я» сделалось для него предметом набожного поклонения».

Внушить впечатлительному юнцу цветистую сказку о божественной силе царской власти, воплотить ее в пышной церемонии, закрепить в официальном титуле – ничего более разрушительного для формирования личности Ивана, его представления о смысле возложенной на него миссии придумать было невозможно.

В вопросе о том, как в Иване сочетались качества, которые приписывались ему. Существуют диаметрально противоположные мнения. Одно из них представляет Грозного психически больным (причем с самого детства), другое рисует его строгим, но мудрым и полезным для России правителем. Сторонники еще одной версии считают, что уже в юности в условиях своего полного или почти полного бессилия Иван намеренно играл роль озлобленного и недалекого юноши, затем эта привычка из-за страха измены укрепилась и в годы его суверенного правления, превратившись из диковатых чудачеств во всероссийский террор. Существует также мнение, что Иван вполне мог быть пленен образами великих правителей-тиранов прошлого и с юности стремился быть на них похожим. Готовя себя к великим свершениям, он намеренно тренировал такие качества, как необузданная ярость, жестокость и беспощадность. Поскольку проявить власть над знатными людьми он пока не мог, будущие расправы с неугодными он репетировал на простолюдинах и животных.

Постепенно Иван осознавал и масштабы необходимых преобразований, причем не только административных, но и мировоззренческих. Он, безусловно, не хотел бы повторения ситуации боярского всесилия и узурпации власти боярами. Для этого требовалось поднять престиж трона на невиданную высоту, а образ государя в глазах вчерашних полунезависимых князей до уровня их господина по воле Божией вне зависимости от возраста и обстоятельств. В условиях жестокой, консервативной и крайне инертной Московии такой переворот в умах и сердцах людей был возможен только посредством проведения намеренного и неотвратимого террора. После дворцовых переворотов эпохи его детства иного способа победы над непокорными Иван не видел.

2. Свойства личности царя и их влияние на судьбу государства.

В истории России царствование царя Ивана Васильевича Грозного, составляющее половину всего XVI столетия, есть одна из самых важных эпох. Оно важно как по расширению русской территории, так и по крупным и знаменательным событиям и изменениям во внутренней жизни. Много было совершено в этот полувековой период славного, светлого и великого по своим последствиям, но еще более - мрачного, кровавого и отвратительного. Понятно, что при таком противоположном качестве многих важных явлений характер главного деятеля, царя Ивана Васильевича, представлялся загадочным. Уяснить и определить его было немаловажной задачей отечественной истории, а это было возможно только при разнообразном изучении как былевой, так и бытовой стороны того века, к которому принадлежал царь Иван IV.

Оценивая Ивана Грозного как государственного деятеля нельзя не признать, что на его действия повлиял склад его характера. Однако многие ученые склонны только жестокостью царя и стремлением к личной власти характеризовать время его правления.

Грозный словно стремился отыграться за годы мнимого почтения и величия, пребывания с малых лет «куклой» на троне. К тому же бояре никогда не упускали случая пробудить в монархе тщеславие и развращали его показным раболепием. Это укрепило в молодом царе убеждение в том, что Московия должна стать самодержавной монархией. Непреодолимая воля к установлению личной абсолютной власти вызревала в нем постепенно и скрытно. Никто не смог вовремя понять, что именно обдумывает и к чему действительно стремиться Иван.

Он же самостоятельно принятые решения и сформулированные им самим идеи в молодости часто выдавал за мысли и предложения более авторитетных деятелей, принимая на себя роль художественного оформителя и исполнителя планов. Отсюда его показное послушание Избранной раде, подчеркнуто почтительное обращение с митрополитом Макарием и пристрастие к горячим и торжественным обещаниям и речам по самым различным поводам.

Историки, изучающие далеко не однозначную личность Ивана Грозного, сталкиваются с невероятно сложными вопросами толкования смысла и причин действий царя. Гипотеза о сумасшествии проста и даже легкодоказуема, в то же время она только называет, но не объясняет причины поведения монарха. Вероятно, Иван имел склонность к актерской импровизации и любительским постановкам трагических сцен. Патологическое желание играть театральные роли, поддаваясь своим эмоциям под влиянием момента, двигало его поступками с детства. Он являлся одновременно и сценаристом, и главным актером, и зрителем, и хозяином труппы, наблюдающим за безусловным успехом своих подчиненных.

Иван обладал сильным стремлением к власти и возвышении над окружающими. Он считал, что поданные обязаны быть «по-собачьи» преданными царю и не терпел малейших проявлений своеволия, и, особенно критики в свой адрес. Единственной возможной формой власти Иван считал абсолютную власть царя.

Действительно, почти во всех действиях Ивана Грозного чувствуется стремление всех подчинить своей воле, не допуская утечки власти из своих рук. И осуществлял он это самыми разными, в основном, жестокими способами. Иван Грозный не всегда в состоянии был осознавать свою ответственность за совершенные действия: царь все время ищет виноватого, находит и жестоко наказывает его.

Некоторые склонны объяснять такой нрав и крайнюю кровожадность царя не столько влиянием времени, сколько врожденным психическим заболеванием или нервным пороком. В пользу этой точки зрения можно привести много аргументов: вспыльчивое поведение Ивана, его необъяснимая жестокость в отношении даже близких ему людей, быстрые смены настроения (он стремительно меняет гнев на милость и наоборот), его наслаждение кровью (на большинстве казней во время опричнины царь лично присутствовал и даже руководил казнью, выбирал способы казни, вплоть до самых жестоких).

Конечно, царь не мог, а часто и не хотел спасать всех невинных, защищать простолюдинов от опричных разбоев или крестьян – от превратностей судьбы, которую они разделяли вместе с хозяином, попавшим в немилость государя и подвергнутым его опале. Это снижало бы показательный эффект, к которому всегда стремился царь, и слишком сближало бы его и чернь. Однако в некоторых случаях царь подчеркнуто демонстрировал свое покровительство и любовь ко всем категориям населения, кроме духовенства и бояр. Он, например, никогда не обрушивался на все сословие купцов, жаловал горожан и крестьян. Но этобыло продуманное и расчетливое поведение.

По выражению одного известного историка, в гневе царь был гениален. Все самые сложные проблемы Грозный решал по способу Македонского - разрубая, а не развязывая узлы, в праведном негодовании наказывая и правых, и виноватых, а впоследствии умело оправдывая себя и заставляя других принять свою точку зрения. Вообще Иван Грозный обладал даром любые свои проступки и нелепости обращать в победы и преподносить как результат своего тонкого замысла. Ему удавалось объяснить странные изменения своего настроения (а вместе с ним часто – и государственной политики) самому себе, а отчитываться перед кем бы то ни было после 1560 г. не считал нужным. Он фанатично шел к своей цели – созданию самодержавия, и все русские традиции, вся российская элита, симпатии лучших людей его государства обратились против него. Он не был понят, а осознав это, лишь разозлился и перестал даже хотеть быть понятым.

Безусловно, не стоит идеализировать Грозного, так же, как и не следует и его малопонятные поступки списывать на сумасшествие. Однако концентрироваться на методах, забывая о целях, неправильно. То, что кажется нам бесчеловечным или бессмысленным, в XVI в. являлось логичным и единственно справедливым.

Простой народ после смерти Грозного сохранил хорошее или, по крайней мере, уважительное мнение о первом царе. Не существует, пожалуй, ни одной народной песни, где Иван Васильевич выставлялся бы сумасшедшим или совершенно неуправляемым, хотя бы высшей волей. В песнях он может представать жестоким или слишком увлеченным кровавыми разбирательствами, но всегда отступающим перед знамением свыше и справедливой укоризной его деяний. Очевидную бедность, разруху и экономический кризис простолюдины относили к наказаниям Божиим за грехи, но никогда к последствиям действий Грозного. Именно поэтому после 1547 г. не случилось ни одного крупного народного восстания против царя, хотя казалось бы, доведенный до отчаяния народ должен был подняться на борьбу. Популярность царя в народе объяснялась еще и тем, что он облагал огромными налогами богачей, препятствуя сильному имущественному расслоению общества.

Царь был личностью незаурядной, яркой, эрудированной и крайне отрицательной. Он не мог победить сути своего характера, исковерканного многими, лишениями и обидами. Неистребимая любовь к власти и деньгам, постоянное желание отыграться за все удары судьбы преследовали его с юности, с годами лишь набирая силу. Никакие суровые посты, молитвы и самовнушения не помогали. Патологический стяжатель, царь после самоограничений только срывался все более и более на тех, кто казался ему нескромным и неблагодарным. Предать себя казни Иван Грозный не мог, поэтому казнил других за грехи, которые были свойственны в первую очередь ему самому.

Во многом именно Грозному русский народ обязан своим менталитетом и отношением к высшей власти, лейтмотивом которого служит твердое убеждение, что царь хороший, а вот бояре – плохие. Монарх располагал достаточным временем для формирования нового массового сознания. Минимум два поколения выросли и умерли при царе Иване VI. Даже после его смерти влияние предыдущего правления оказалось настолько велико, что его не смог преодолеть даже по-своему выдающийся правитель Борис Годунов. Подкрепляя мнение о своей правоте и изначальной доброте к людям, царь часто демонстрировал открытость народу, общался с простолюдинами и публично благословлял толпы на площадях и в церквах.

До последних дней царь любил лично и принародно судить тяжбы и славился беспощадными, но справедливыми приговорами. Мало того, своей упорной борьбой чуть ли не со всем миром Грозный готовил взрыв имперского самосознания и ощущения превосходства своей нации в московских людях, медленно, но верно готовил к добровольным жертвам рады создания державы, за которую не было бы обидно.

Чтобы понять деятельность Ивана IV, надо знать, какую страну он получил в наследство, когда в 1533 году вступил на престол и стал государем великим князем всея Руси.

Итак, Россия к первой трети 16 века представляла собой довольно обширную территорию. Естественным образом, управление такой большой территорией требовало особого подхода. Начнем с центральной власти, которой, в сущности на Руси еще не было. Не существовало центральных государственных учреждений. Отсутствовала и слаженная система областного (местного) управления. Существующая система основывалась на владении землей. Управлять в то время значило выполнять судебные и полицейские обязанности. Все это ложилось на плечи управляемых. Распространена была и система кормлений. Кормленщику полагалась часть податей с его уезда или волости. Такая система вызывала огромные злоупотребления.

Крестьянский вопрос в то время «представлял собой печальное явление». В России крепостное право «не было пережитком варварских времен, а явлением, возникшим на почве новых отношений», «парадоксальным следствием новой фазы национального развития русской жизни». Положение крестьянина было тяжелым, поскольку он должен был не только выполнять повинности перед помещиком, но и перед общиной, он выплачивал подати на судопроизводство и т.д.

Торговля на Руси оставалась ограниченной, промышленность едва существовала. Исчезновение торгово-промышленного класса было следствием насильственного присоединения отдельных княжеств к Москве. Церковь, хотя она и была освобождена от части налогов и податей, была «погруженной во мрак».

Таким образом, государство требовало решительных и скоординированных действий, ему нужна была централизованная власть и новые реформы в большинстве областей общественно-политической и экономической жизни.

Последовательная программа реформ была немыслима без обоснованной идеологии, объединяющей статус московского правителя и задачи становления Московской Руси как новой восточноевропейской державы. Внедрение имперской идеологии происходило фактически на пустом месте, в государстве, совсем недавно преодолевшем раздробленность и сбросившем чужеземное иго. Выполнить задуманное молодому, энергичному и эмоциональному Ивану помогали настойчивые советы самых образованных людей того времени, подсказывавших ему, что конкретно он должен сделать. В то же время никто из соратников не мог, вероятно, подсказать царю стратегических решений: он находил их и пытался реализовать самостоятельно.

Обладая литературным талантом и хорошо зная силу художественного слова, первый царь всегда старался использовать ее для достижения своих целей. Решения Стоглавого собора скрупулезно выверены с точки зрения литературной формы, что придавало им беспрецедентную значимость и превращало из догматических дискуссий в акт государственной пропаганды.

Механизм управления при Грозном стал более громоздким, но при этом полностью контролировал государственные дела. Возникла даже иллюзия, будто бюрократы могут править и без воли монарха, нужного только для царствования. Такие настроения очень тревожили Ивана IV, и это отражалось на его взаимоотношениях с Избранной радой. Царь начал искать новых, менее выдающихся, но более преданных соратников.

Члены Избранной рады с годами стали считать свое положение незыблемым, а отсутствие у царя вспышек гнева, влекущих за собой казни, внушало им надежду, что опасные черты характера Ивана IV успешно сглажены. Однако разногласия и противоречия накапливались. Повзрослевший царь все чаще видел в прежних друзьях обнаглевших временщиков. С подросткового возраста им владела параноидальная подозрительность: ему казалось, что находящиеся рядом с троном деятели хотят лишить его власти. Многие действия Сильвестра и Адашева утверждали его в этой мысли. Создавая себе опору и идя навстречу требованиям средних слоев населения, сам Иван вовсе не планировал оставаться вне сферы управления.

Пятилетие 1547 – 1552 гг. стало особой эпохой в истории России XVI столетия. В эти годы были проведены широкие преобразования, принципиальные реформы, заложен фундамент новой Руси – Московского царства, причем изменения коснулись не только титулов, но и вопросов организации управления государством, его структуры и взаимоотношений между органами власти. Молодой царь по энергии и решительности мог сравниться с Александром Невским и Дмитрием Донским. Московия стала царством, что подготавливали еще дед первого царя и отец. Она получила обновленную и единую Церковь, общие для всего государства законы, сменила режим боярской олигархии на самодержавную власть с вертикальным управлением. Были заложены основы официальной государственной идеологии, появились книги, специально посвященные величию царствующей династии и ее правам. Россия впервые осознала, насколько сильной она может быть.

Глава II: Избранная Рада.

1. Состав и краткая характеристика ее членов.

В конце 40-х гг. XVI века (вероятнее всего в 1547 г. или 1549 г.) вокруг молодого царя складывается кружок ближайших сподвижников, получивших название в отечественной истории – Избранная Рада (Рада – совет при монархе). В Избранную Раду входили: священник Благовещенского собора Московского Кремля Сильвестр, костромской дворянин Адашев, князья Андрей Курбский и Дмитрий Курлятев, дьяк Посольского приказа Иван Висковатый и другие.

Из деятелей Избранной Рады действительно сильным и зрелым человеком являлся только митрополит Макарий, который осторожно направлял развитие реформ, по крайней мере на первых этапах. Позже, с возмужанием соратников и после решения церковных вопросов на Стоглавом соборе, он отошел на второй план.

Главными сподвижниками Ивана VI стали Сильвестр и Адашев, люди яркие и сильные. Царь доверил им управление государством. Сильвестр и Адашев обладали редким умом и целеустремленностью, чтобы убедить царя в необходимости некоторых мер.

Сильвестр родился в Новгороде в семье небогатого священника и избрал духовную карьеру. Из Новгорода он перебрался в столицу и получил место в кремлевском Благовещенском соборе, где сравнительно быстро нашел общий язык с митрополитом Макарием и образованным им кружком. Владыка легко уступил попу из Благовещенского собора свою долю влияния на царя, понимая, что Сильвестр является для него своим человеком.

Сильвестр являл собой образ религиозного фанатика. Он никогда не соглашался на высокие посты и материальные привилегии, не имел официального титула царского духовника, хотя фактически был им. Охотно брался за самые ответственные поручения, исполняя их так, как считал нужным. Первым его деянием в новом ранге духовного наставника царя стало восстановление росписей в московских церквах, в том числе кремлевских. Стены Золотой палаты покрылись нравоучительными картинами, изображавшими юношу царя в образе то справедливого судьи, то храброго воина, то щедрого правителя, раздающего нищим золотники. Средствами живописи Сильвестр старался оказать воздействие на эмоции царя и вскоре преуспел в этом деле.