Истинна

Содержание.

Введение…………………………………………………………………………2

Глава I.Определение истины…………………………………………………...3

1.1.Философский аспект истины………………………………………...4

1.2.Практический аспект истины………………………………………..6

          1.3.Проблемы критерия истины…………………………………………8

Глава II.Эволюция критериев истины. Критерий истины от античности до наших дней. Эволюция понятия критерия истины до марксизма…………..12

Глава III.Истина в информационном обществе……………………………….17

Заключение……………………………………………………………………..21

Список использованной литературы…………………………………………22

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ведение.

Есть истина и есть Истина. С одной стороны, «дважды–два–четыре», правильное решение задачки, формула-закон  из учебника по физике – то есть просто истина: правда, достоверность, правильность, соответствие чего-то чему-то. С другой строны, Истина – то, что мы имеем в виду, когда говорим, что "наука лишь приближается к Истине» или «Бог есть Истина». То, что не просто правда, что несводимо к слову, формуле. То, что с большой буквы. Что ощущается, а не говорится–слышится–руками трогается.

Чтобы не путать с Истиной, истину с маленькой буквы в  философии традиционно именуют  «истинность». Истина относится к  сфере ощущения, понимания Мира. Истинность – к области слов, фактов, к логике. В логике она выступает как формальная истинность высказывания и является не более чем свидетельством совпадения двух или нескольких высказываний (см. «Истинность научных высказываний»). Истинность – это то, что подтверждается справочниками, энциклопедиями, ответами в конце задачника, свидетельскими показаниями. И как таковая она существует принципиально вне нас.

А где же существует Истина?

Тут возможны два варианта: либо она где-то вне нас, но не перед  глазами, не в руках, а очень-очень  далеко (в конце пути научного познания, в Боге), либо очень-очень близко – в нас, как ощущение движения познания, как чувство Бога в себе. Хотя эти два взгляда на Истину не исключают друг друга, содержательно обсуждать можно лишь второй, имеющий пространственно-временную локализацию. Истина как чувство, как эмоциональное состояние человека всегда конкретна – она всегда здесь и сейчас. Истина – в нас.

Существует ли взаимосвязь  между Истиной и истиной –  между всепоглощающим чувством и  логической истинностью конкретных высказываний?

Напрямую, рационально связать, привести в логическое соответствие друг другу эмоциональное состояние и формальные высказывания невозможно – они относятся к разным сферам. Хотя мы понимаем, что они опосредованы, что Истина и истинность однозначно взаимозависимы – ведь радость от правильного решения задачки по времени совпадает с моментом проверки ответа. Однако ясно, что решение возникло не как следствие ощущения: не чувство Истины породило ответ. С другой стороны, очевидно, что не сам по себе ответ, истинное формальное высказывание породило эмоциональный всплеск – сколь угодно долгое рассматривание последних страниц задачника или справочников не вызовет никаких ощущений. Следовательно, для связывания Истины и истинности необходимо найти нечто третье, из чего они одновременно (в прямом смысле совпадения по времени) вытекают, в чем имеют единую основу. Это третье, с одной стороны, должно производить и воспринимать внешние нам формальные высказывания, с другой – пребывать в нас, быть нашим, ощущаемым, вызывающим чувство, чувство Истины.

 

Глава I.Определение истины.

 

«Истина есть великое  слово и еще более великое  дело. Если дух и душа человека еще  здоровы, то у него при звуках этого  слова должна выше вздыматься грудь», - эти слова Гегеля ярко и патетически  выражают ту мысль, что истина столь же судьбоносна и значима для человека, как жизнь, счастье или любовь, что истина имеет отношение не просто к нашему познанию, но и к самому бытию, к самому существованию человека.

Но что же такое  истина? Не является ли этот предельный вопрос лишь некой скептической и риторической фигурой, в которой выражена уверенность в относительности, субъективности и бессмысленности истины?

Истина здесь, рядом  с нами, и не видеть этого –  значит обречь себя на вечную бессмысленность  бытия.

Что представляет собой истина? Мы говорим, например, «истинное счастье». Это значит настоящее, неподдельное, действительное счастье. Точно также мы говорим о настоящем бриллианте, т.е. неподдельном, не фальшивом, естественном, а не искусственном. Фальшивый бриллиант – в действительности не то, чем он кажется. Но ведь фальшивый бриллиант – это тоже нечто действительное. Следовательно, истинность не может быть оправдана одной действительностью.

Истинное – это  такое действительное, которое, прежде всего, согласуется с тем, что мы понимаем под тем или иным предметом, в чем мы усматриваем его сущность. В этом смысле истина есть соответствие понятия своему предмету. Хотя фальшивый бриллиант и действителен, но он не соответствует своей сущности, своему понятию, а следовательно, нашему представлению о бриллианте. Слово истина мы относим не только к самому сущему. Если суть истины – в соответствии предмета своему понятию, т.е. в истинности наших представлений о предмете, о сущем, то истинным или неистинным (ложным) должны являться, в первую очередь, наши высказывания о сущем.

 

«Истина» означает здесь  двоякого рода согласованность:

 

1)      совпадение  вещи с понятием о ней;

 

2)      совпадение  понятий со словом, высказыванием;

 

истина есть как бы приравнивание вещи к слову, подобно тому как обычная бумажная денежная купюра приравнивается к золотому эквиваленту.

Но как возможна такая  согласованность, такое приравнивание  совершенно различных вещей?

Об этом образно размышляет М. Хейдеггер. Мы говорим: «Эта монета круглая». Здесь высказывание согласуется с вещью. Но если вдуматься в этот пример истинности, он покажется верхом абсурда. Невольно станешь думать, что истина – плод относительности, условности и произвола.

 

Действительно, между  монетой и высказыванием о  ней нет ничего общего, что могло бы свидетельствовать об истине. Монета сделана из металла. Высказывание же вообще не имеет никакой формы. На монету можно что-то купить. Высказывание же о ней никогда не бывает платежным средством.

И несмотря на все это, высказывание «эта монета круглая» является истинным и согласуется с вещью.

И происходит это не в  силу условности и договоренности, а в силу самой природы сущего. Уподобление выражает в данном случае не вещественную одинаковость, а единственную взаимосвязь разнородных явлений  бытия.

Хейдеггер усматривает  это единое сущее в открытости сущего человеку, его мысли и языку. Подтверждение этому он видит  в самом слове «истина». По-гречески «истина» есть aletia, что в буквальном переводе означает «непотаенное», «открытое».

Слово истина является заимствованным из старославянского языка. В старославянском образовано от ИСТЪ – «настоящий, несомненный, действительный» с помощью суффикса – ина.

Истина – это бытие, сущее, то, что есть. Таким образом, и в греческом, и в русском  языках «истина» означает открытость бытия, выход сущего из потаенности. То, что есть, то открыто, не утаено от человека.

 

1.1.Философский аспект истины.

 

Тем не менее, существует несколько подходов к проблеме истины. В первую очередь стоит отметить философский аспект истины.

 

В философии на сегодняшний  день можно указать наличие, по крайней  мере, следующие концепции истин. Все они имеют как позитивные, так и негативные стороны:

 

1. Классическая теория  истин. Истина - это правильное  отражение предмета, процесса в  индивидуальном познании.

 

2. Когерентная  концепция   рассматривает истину как соответствие  одних знаний другим.

 

3. Прагматическая концепция.  Эта концепция,  распространенная  в особенности в Америке, говорит,  что истиной считается то что  полезно для человека.

 

4. Конвенциальная концепция. Истина - это то, что считает большинство.

 

5. Экзистенциалистская   концепция.  Ярким  представителем  этой концепции является Хайдеггер.  Истина есть свобода. Это процесс  с одной стороны,  в котором  мир открывается нам с одной  стороны, а с другой человек сам волен выбирать каким способом и чем можно познать этот мир.

 

6. Неотомистическая концепция.  Говорит о том, что истина - это божье откровение.

 

Истина - адекватное отражение  объекта  познающим  субъектом, воспроизведение  его так,  как он существует сам по себе, вне и не зависимо от человека и его сознания; объективное содержание чувственного  эмпирического  опыта,  понятий,  идей, суждений, теорий, учений и целостной картины мира в диалектике ее развития.

В идеалистических системах истина  понимается  как  вечно неизменное и  абсолютное  свойство  идеальных объектов ( Платон, Августин), или как согласие мышления с самим собой ( теория когеренции ),  с его априорными формами (Кант). По Гегелю, истина есть диалектический процесс развития знания, в котором достигается соответствие понятия предмету мысли.

Точка зрения сторонников  субъективно-идеалистического эмпиризма  состоит  в понимании истинности как соответствии мышления ощущениям  субъекта или как соответствия идей стремлениям личности к достижению успеха (прагматизм),  либо, как наиболее простой взаимосогласованности ощущений.

Общая черта  различных  концепций истины в современной  западной философии - отрицание объективности  содержания знания. Признание объективности  истины  принципиально отличает марксистскую концепцию от прагматических, конвенциалистских трактовок и различных форм релятивизма.

На каждом историческом этапе человечество располагает  относительной истиной - приблизительно адекватным,  неполным, содержащим заблуждения  знанием. Признание относительности истины связано  с неисчерпаемостью мира и бесконечностью процесса его познания.

Истинное знание каждой эпохи содержит элементы абсолютной истины: оно обладает объективно истинным содержанием, является необходимым  этапом развития человеческого познания,  своим объективным содержанием включается в последующие этапы познания.

Абсолютная  истина - такое знание,  которое полностью исчерпывает предмет и не может быть опровергнуто при дальнейшем развитии познания.

Одним из  основных  принципов  диалектического  подхода к познанию является признание конкретности истины,  что предполагает точный  учет всех условий,  в которых находится объект познания, выделение главных,  существенных  свойств,  связей, тенденций его  развития.  Принцип конкретности истины требует ходить к фактам не с общими формулами и схемами,  а с учетом реальных условий, конкретной обстановки.

Критерий истины находится  не в мышлении самом по  себе  и не в действительности,  взятой вне субъекта,  а заключается  в практике.

Процесс достижения истины,  в особенности в социально-гуманитарном познании,  предполагает сопоставление  и соревнование идей,  научных  дискуссий, критику и преодоление  реалистических форм сознания и социальных иллюзий, анализ соотношения идеологических и научно-теоретических форм отражения социальной реальности,  выяснение социально-практических и мировоззренческих предпосылок теоретических построений.

Относительная истина – истина, отражающая предмет не полностью, а в исторически обусловленных пределах. Всякая относительная истина содержит элемент абсолютного знания.

Конкретная  истина – истина, раскрывающая существенные моменты предмета с учетом конкретных условий его развития. Абстрактной истины нет, истина всегда конкретна.

 

Со времени Г. Галилея  и Ф. Бекона научное мышление во многом противостояло мышлению мифологическому, унаследовав, однако, одну из имманентных черт – веру в то, что существует внешнее по отношению к человеку, полное и абсолютное знание о мире. Изменились источники и методы поиска Истины, но сама  она, amica veritas (в латыни слова «истина» и «вера» одного корня), оставалась священной коровой, которой клялись и попы, и философы, и самые крутые натуралисты. Из двух взглядов на предмет, по меньшей мере, один полагался непременно ложным.

Правда после И. Канта  стало принято различать «абсолютную» и «относительную» истины, заговорили и о том, что знание конкретно, а мир пребывает в вечном движении. Однако ядро мифологического мышления опять таки оставалось нетронутым, так как субъект с заведомо ограниченным опытом наделялся способностью устанавливать окончательную границу между абсолютно и относительно истинным знанием, отделяя в нем то, что безусловно верно, от того, что еще может быть уточнено.

 

1.2.Практический аспект истины.

 

Но не стоит забывать и о практическом аспекте истины. Его представляют критерии истины с позиции Декарта, прагматизма и марксистской теории. В этом случае практика является основой и целью познания.

Практика по самой  сути своей подвижна, изменчива и находится в постоянном развитии. Это становится особенно ясным, если учесть, что практика сама неоднозначна и внутренне противоречива. Практику, как следует из истории, в там числе истории нашего собственного революционного движения, можно изменить. Практика не противостоит сознанию. Она является его основой и вместе с тем включает в себя сознательную деятельность. Практику саму надо брать во всем ее объеме, во всей сложности, подвижности, противоречивости. Необходимо учитывать объективные закономерности ее изменения, а также тенденцию и направление этих изменений. Только в этом случае изменяющаяся практика может быть основой и критерием развивающегося объективно-истинного знания.

Здесь следует выделить две особенности практики как  критерия истины:

 

1. Чтобы установить  соответствие знаний объективному миру, необходимо сопоставить знания с самим объективным миром. Как же это сделать? В гносеологическом плане мысль противоположна своему предмету. Она представляет собой идеальную конструкцию, информационную модель изучаемого объекта. Чтобы сопоставить мысль с объектом, необходимо сделать их как бы одного порядка. Это достигается в процессе материального воплощения мышления в человеческой практики. Именно практика снимает противоположность материального и идеального. А языковая форма выступает в качестве материального кода идеального содержания - мысленных объектов, которые представляют объекты материального мира. Совершенно иным является материальное воплощение знаний в практике. Здесь материальное выступает уже не в качестве кода, фиксирующее идеальное содержание, а как реализация этого содержания. По существу, знание здесь утрачивает статус идеального явления. Оно становится явлением материального мира. Человек реализует свои знания через технику и технологию.

 

2. Практика, включенная в систему взаимодействия с объективным миром, сама оказывается подчиненной законом этого взаимодействия. Это обстоятельство обусловливает возможность выполнения практикой функции критерия истины. Являясь, с одной стороны, воплощением знаний о материальном мире, а с другой - частью этого мира, подчиненной его законам, практика самим процессом своего функционирования осуществляет проверку истинности знаний. Если человек в своих знаниях правильно выразил сущность законов реального мира и построил свою деятельность в соответствии с этими законами, то практика как объективный процесс, контролируемый указанными законами, оказывается эффективной. Ее эффективность проявляется в том, что она осуществляется в соответствии с идеальным планом и осуществляет этот план. Напротив, если представления человека не соответствуют законам объективного мира и если практическая деятельность построена в соответствии с этими представлениями, то законы объективного мира сделают практику неэффективной - неэффективной в том смысле, что она не сможет осуществить идеальный план. К примеру, если самолет, построенный в соответствии с теорией аэродинамики и сопромата – летает, то можно сделать заключение об истинности этих знаний.

 

Но практика как критерий истины действенна тоже только в ограниченных пределах. С его помощью невозможно доказать немедленно, непосредственно истинность или ложность тех или иных научных теорий, которые выходят за пределы возможностей самой практики, обусловленной историческим отрезком времени. Например, по-моему, нельзя практикой доказать истинность или ложность научных теорий о происхождении жизни и человека на Земле. Поэтому критерием ее научности или не научности, на сегодняшний день, могут служить, по крайней мере, два момента:

 

1) ее непротиворечивость, то есть соответствие законам логического мышления и 2) соответствие известным научным фактам, научным достижениям, истинность которых не подвергается сомнению. И практика по марксистской теории может служить абсолютным критерием истины только в одном смысле - она является единственным, объективным критерием истины. Все остальные – в большей или меньшей степени – субъективны. Во всех остальных смыслах практика в качестве критерия истины относительна. Если бы практика была только абсолютным критерием истины, она немедленно все человеческое знание делала бы абсолютным. Это неизбежно вступало бы в противоречие с самим развитием природы и общества. Ибо, как отмечалось выше, достижение человечеством абсолютной истины невозможно даже в отдаленном будущем.

 

1.3.Проблемы критерия истины

 

При анализе философского и практического аспекта истины можно выделить проблемы критерия истины (основные критерии истины и их сравнительный  анализ).

Само понятие «истина» является одной из важнейших категорий  гносеологии как науки о взаимосвязи между субъектом и объектом. Действительно, одно из наиболее простых определений истины - это определение её  как соответствия субъективного знания об объекте самому объекту, то есть истина - это адекватное знание об объекте. Такая концепция истины называется классической и является наиболее древней и вместе с тем самой простой. К примеру, ещё Платону принадлежит следующая характеристика понятия истины “... тот, кто говорит о вещах в соответствии с тем, каковы они есть, говорит истину, тот же, кто говорит о них иначе, - лжет...”. Аналогичным образом характеризует понятие истины и Аристотель в своей работе “Метафизика”: “... говорить о сущем, что его нет, или о не-сущем, что оно есть, - значит говорить ложное; а говорить о том, что сущее есть и не-сущее не есть, - значит говорить истинное”.

Важно отметить, что для  сторонников классической концепции  истины характерно убеждение в том, что определяемая её цель - соответствие мыслей действительности - может быть достигнута сравнительно просто, то есть имеется некоторый интуитивно ясный и не вызывающий сомнений критерий, позволяющий установить, соответствуют мысли реальности или нет. Это убеждение основывается на вере в возможность приведения мыслей в простое однозначное соответствие с действительностью. Однако совсем не очевидно, что у человека действительно присутствует такая возможность; напротив, это скорее недостижимый идеал познавательного процесса.

В реальности человек  в процессе познания постоянно сталкивается с большим количеством проблем, само существование которых опровергает классическую концепцию истины, как-то:

 

1.Проблема природы познаваемой реальности и субъективности мышления. Человек в своем познании непосредственно имеет дело не с объективным миром “самим по себе”, а с миром в том его виде, как он им чувственно воспринимается и осмысливается. То есть в человеческом понимании истины изначально заложена субъективность, а из этого утверждения появляются различные вопросы, например: разные люди мыслят по разному – значит ли это, что и истина у всех разная? Может ли быть такое, что для какого-то количества людей понимание истины общее? И, естественно, как достичь этой общности и необходимо ли это?

 

2.Проблема характера соответствия мыслей реальности. Классическая концепция истины в ее “наивной” форме рассматривает это соответствие как простое копирование реальности мыслями. Исследования соответствия знаний действительности показывают, однако, что это соответствие не является простым и однозначным. Ведь всегда есть свойства предмета, которые, возможно, люди просто не могут понять непосредственно. Наши знания о таких свойствах сводятся лишь к показанию приборов, но разве это является абсолютным копированием реальности? Значит, такой очевидности, о которой говорят приверженцы классической теории, может и не быть.

 

3.Относительность и абсолютность истины. По моему мнению, каждый человек в своём суждении об истине всё же сугубо субъективен, и поэтому необходимо разграничивать понятие общей, иными словами, абсолютной истины от понятия истины каждого конкретного индивида. А в классической теории такое разграничение фактически отсутствует.

Так что же такое относительная  истина? Пожалуй, её можно охарактеризовать, как знание, которое приблизительно и неполно воспроизводит объективный  мир. Именно приблизительность и неполнота - специфические свойства относительной истины. Если мир представляет собой систему взаимосвязанных элементов, то отсюда можно сделать вывод о том, что любое знание о мире, абстрагирующееся от некоторых его сторон, будет заведомо неточным. Почему? Мне кажется, потому что человек не может познать мир, не фиксируя своего внимания на одних его сторонах и не отвлекаясь от других, постольку приближенность внутренне присуща самому познавательному процессу.

С другой стороны, предпринимаются  поиски абсолютной истины в рамках знаний конкретных, а то и единичных фактов. В качестве примеров вечных истин обычно фигурируют предложения, представляющие собой констатацию факта, например: “Наполеон умер 5 мая 1821 года”. Или скорость света в вакууме равна 300000 км/с. Однако попытки применения понятия абсолютной истины к более существенным положениям науки, например ко всеобщим законам , оказываются безуспешными.

Таким образом, возникает  своеобразная дилемма: если абсолютная истина рассматривается как абсолютно полное и точное знание, то она лежит вне пределов реального научного познания; если она  рассматривается  как  совокупность  вечных  истин,  то  понятие абсолютной истины неприменимо к наиболее фундаментальным видам научного знания. Дилемма эта - результат одностороннего подхода к проблеме, выражающегося в том, что абсолютная истина отождествляется с видом знания, обособленного от относительной истины. Смысл понятия “абсолютная истина” раскрывается только в процессе развития научного знания. Он состоит в том, что при переходе научного знания от ступени к ступени, например от одной теории к другой, старое знание не отбрасывается полностью, а в той или иной форме включается в систему нового знания. Именно это включение, преемственность, характеризующая истину как процесс, и составляет, пожалуй, содержание понятия абсолютной истины.

Таким образом, возникло множество нерешенных проблем, каждая из которых так или иначе связана  с необходимостью определения степени  соответствия между представлениями  человека и реальным миром. Из этого вытекает необходимость поиска наиболее строгого критерия истины, то есть признака, по которому можно было бы определять истинность того или иного знания.

Кроме того, только после  установления критерия истины обретают смысл многие категории, с которыми человеку приходится так или иначе взаимодействовать. Среди них я выделила две, показавшиеся мне наиболее важными:

 

1.Научная истина. Научная истина - это знание, которое отвечает двойному требованию: во-первых, оно соответствует действительности; во-вторых, оно удовлетворяет ряду критериев научности. К этим критериям относится: логическая стройность; эмпирическая проверяемость, в том числе проверка временем; возможность предсказывать на основе этих знаний новые факты; непротиворечивость тем знаниям, чья истинность уже достоверно установлена и прочее. Эти критерии, разумеется, не следует рассматривать как нечто неизменное и раз навсегда данное. Они являются продуктом исторического развития науки и в будущем могут пополняться. Такое понимание истины вообще необыкновенно важно для развития науки, так как, если данные, полученные с помощью конкретной науки, соответствуют всем вышеперечисленным критериям, можно сделать вывод о полезности таких данных. То есть появляется стимул для дальнейшего развития науки. 

 

2.Практическая истина (истина в повседневной жизни). Проблема критерия истины имеет большую важность даже в повседневной жизни людей, так как  является одной из основ системы мировоззрения человека. Отвечая на вопрос о том, что же является критерием истины, человек во многом определяет свое собственное место в мире и свои идеалы и ценности. Для многих понятие «истинность» (как правосудие, справедливость и полнота знаний) тесно связано с понятиями «искренность, спокойствие,  благополучие, счастье». Так образом эта так называемая повседневная истина является высшей  социальной и личной ценностью.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава II.Эволюция критериев истины. Критерий истины от античности до наших дней. Эволюция понятия критерия истины до марксизма.

 

Сам термин "критерий" происходит от греческого kriterion, что  означает признак, на основании которого производится оценка, определение или  классификация чего-либо, мерило. Критерий истины – это то, что удостоверяет объективную истинность познания. Однако такое понимание «критерия истины» почти всегда вызывало возражения:

Если, как говорил Гераклит, все течет, все меняется и нельзя войти в одну и ту же реку дважды, то действительно возникает вопрос, что является мерилом (критерием) нашего знания? Ведь, по этому мнению, критерий – это что-то незыблемое и постоянное, а значит, появляется противоречие.

Еще древние скептики обратили внимание на то, что постановка вопроса о критерии истины приводит к парадоксу бесконечного регресса. Секст Эмпирик считал, что для доказательства истинности утверждения необходимо принять некоторый критерий истины. Однако сам этот критерий, представляющий собой метод распознания истинных утверждений, должен быть доказан на основе другого критерия истины и т. д. до бесконечности.

Аристотель, пытаясь разрешить  эти противоречия, утверждал, что "не все представляемое истинно". Но тогда возникает задача отделить ложное от истинного. В качестве критерия он вводит закон непротиворечив, согласно которому невозможно, чтобы отрицание и утверждение в одном и том же отношении и в одно и то же время были ложными или истинными. То есть все вещи не могут быть одновременно истинными или ложными.

Так же существует ещё  один известный ещё с времён Древней Греции (Эпименид, Эвбулид) парадокс.  Это  парадокс  лжеца  и  он состоит в следующем. «Представим себе, что я адвокат и заявляю: "Все адвокаты - лжецы". Возникает вопрос: истинно или ложно данное утверждение? Если я, как адвокат, заявляю, что все адвокаты - лжецы, и моё утверждение является истинной, то... То. - что? Значит, и я -лжец. А если я лжец, - то моё утверждение о том, что адвокаты - лжецы оказывается правдой. Но если я, как адвокат, говорю правду, то не все адвокаты лжецы. В данном случае я из числа всех адвокатов не лжец... Одним словом мы попадаем в заколдованный круг, из которого выхода нет, ибо если я лгу, то я говорю правду по содержанию тезиса, а если я говорю правду по выводу из предложенного тезиса, то я должен лгать». Парадокс этой проблемы заключается в том, что в данном случае мы пытается увидеть критерий истины в самом высказывании и аргументируем истинность мысли самим содержанием мысли. Следует сказать, что парадокс "Лжец", сыграл значительную положительную роль в истории поисков критерия истины.       Философы Нового времени так или иначе связывали свое понимание вопроса с идеями Аристотеля. Но одновременно философия Нового времени исходила из разума, который все освещает и определяет истинность или ложность существующего. "Разум, – писал Декарт, – универсальное орудие, могущее служить при самых разных обстоятельствах". Этот же гимн разуму проявляется и в философии Гегеля: "Что разумно, то действительно; и что действительно, то разумно".