Содержание

     стр.

Введение

     Актуальность  исследования. «Откуда есть пошла Русская земля» - этот вопрос интересовал первых русских летописцев, и этими словами начинается наша древняя летопись «Повесть временных лет». Первые известные нам русские летописцы – Никон, Иван, Нестор, Сильвестр, а также другие неизвестные, творили свои произведения на берегах Днепра-Славутича в Киеве, в Новгороде на берегу Волхова, и все они начинали повествование с того, «откуда Русская земля стала есть».

     Ещё в 1938 году американский антрополог Ф. Вейденрейх говорил о нескольких центрах  независимого происхождения человека современного типа. Исследователь выделял четыре региона: Юго-Восточная Азия (австралоиды), Южная Африка (негроиды). Восточная Азия (монголоиды) и Передняя Азия (европеоиды).

     Его коллега А. Том выделил три  основных очага сапиентации:

     1) европеоидно-негроидный (западный);

     2) монголоидный;

     3) веддо-австрало-айноидный (восточный).

     Ф. Смит говорит о происхождении  современных больших рас от местных палеоантропов в 5-и центрах сапиентации с независимым возникновением homo sapiens от местных неандертальцев. Эти центры Смит поместил – в Северной Африке, южнее Сахары, в Западной Азии, в Восточной Азии, в Европе.

     Все указанные теории генерировались в советский период, когда в научном аспекте Россия для стран Запад была полностью закрыта. В связи с этим учёные Америки и Европы не могли иметь данных об археологических находках на территории России и поэтому вырабатывали свои теории, исключая Россию из научного контекста.

     С 90-х годов 20-го века границы между  научными сообществами «зарубежа» и  России были сняты, что позволило  воссоединиться и археологическим  данным с ранее разделённых режимами территорий.

     В первую очередь, западному миру открылись уникальные данные о культурах и народах, существовавших на территории Русской равнины – начиная с эпохи палеолита и вплоть до исторического (письменного) периода.

     Цель  исследования – изучить основные аспекты происхождения (этногенеза) русского человека.

     Задачи  исследования:

1. Провести антропологический анализ возникновения предков современного русского человека.
2. Рассмотреть историографический аспект проблемы возникновения русского человека.

     Структура работы. Работа состоит из введения, 2 глав, заключения, списка использованной литературы и приложения.

1. Антропологический  анализ возникновения  предков современного  русского человека

     Прежде  всего, отметим, что на территориях, прилегающих к Русской равнине, известны стоянки древнейших гоминид. А на самой Русской равнине стоянки архантропов известны – в Тамани (таманьантроп, возраст 1 млн. лет) под Темрюком; в Закарпатье стоянка Королёво ашельского человека древностью 730 – 720 тыс. лет; на реке Северский Донец, правом притоке Дона, в Изюмском районе Харьковской области Украины  и др. Физический тип человека – архантропы (питекантроп, синантроп и др.)

     Сопутствующие архантропам каменные орудия относят  к шелльской и раннеашельской культурам. Каменные орудия этого периода  найдены в Калужской, Волгоградской, Тульской и других областях Центральной России, а также на Северном Кавказе и в Прикубанье.[5,c.63]

     Рис. 1.1. Распространение разных видов архантропов.

     Архантропы  были более или менее равномерно распространены на европейских территориях, на территориях Русской равнины, в Африке и в других частях света. Памятники шелльского времени древностью 700 – 300 тысяч лет открыты как на Русской равнине, так и в Европе, Африке, Юго-Западной и Южной Азии.

     В ашельскую эпоху (400 – 100 тысяч лет  тому назад) архантропов сменили  палеоантропы, стоянки которых известны на юге Русской равнины и юге  Европы, в Азии, в Африке. Известный  археолог А.Л. Монгайт определил  ашельскую культуру в целом «европейским явлением», известным во Франции (стоянка Леваллуа-Перре, близ Парижа), Англии, Бельгии, Испании, Италии, в Средней и Восточной Европе.[2,c.19]

     Рис. 1.2. Палеоантропы слева направо: питекантроп (реконструкция, П.А. Быстров), синантропы, крайний справа синантроп мужчина, реконструированный по слепкам с костей, 350 тыс. л.н., найденных в посёлке Чжоу-Коу-Дянь, близ Пекина. 

     На  Русской равнине свидетельства  появления человека рассматриваемого типа относятся к интервалу времени 400 – 300 тысяч лет тому назад. Известны стоянки в Тульской, Калужской, Волгоградской и других областях, а также стоянки Урта-Тубе (Урал, Башкирия), стоянки Яштух, около города Сухуми, Лаше-Балта в долине реки Метехская Проне, притока Куры, недалеко от города Цхинвали Южной Осетии, близ села Выхватинцы на Днестре в Рыбницком районе современной Молдавии и другие. В это же время в Африке и Азии развивались свои виды палеоантропов (чадантроп, атлантроп, синантроп, явантроп и др.).[9,c.39]

     Мустьерская эпоха.

     Ашельскую культуру сменила мустьерская культура – культура наиболее поздней эпохой древнего палеолита. Она распространена на территории Русской равнины, в  Европе (к югу от 54° северной широты), частично на севере Африки, Ближнем Востоке и в Средней Азии. Орудиями мустьерцев являлись каменные нуклеусы, скрёбла, остроконечники, свёрла, ножи и т.д.

     Отметим, что носители мустьерской культуры являлись палеоантропы так называемой «неандертальской» стадии – обитавшие 200 – 35 тысяч лет тому назад. Неандертальцы охотились на мамонтов, пещерных медведей и др. животных. Занимались собирательством.

     Также, отметим, что предки различных видов неандертальцев – пренеандертальцы или «прогрессивные архантропы» – развились из соответствующих видов архантропов: европейские – из гейдельбергского человека, человека из Вертешсёлёш, таманьантропа и др. Неандертальцы являются заключительным этапом второй стадии антропогенеза. У них больше черт сходства с современным человеком, головной мозг по объёму и строению почти не отличается от мозга современных людей.

     Стоянки неандертальцев позднеашельского (400 – 100 тыс. до н.э.) и мустьерского времени (100 – 30 тыс. лет назад) известны повсеместно. Обычно памятники поздней мустьерской культуры в Европе датируются радиоуглеродным методом 53 – 33-м тысячелетием до н.э.

     Рис. 1.3. Физический облик неандертальцев разных преднеоантропических расовых типов (слева направо):  негроидный тип, кавказоидный тип из пещеры Ла-Шапель-о-Сен (Франция, реконструкция М.М. Герасимова), европеоидный тип (фото из журнала Stern), монголоидный тип (Пекин, реконструкция М.М. Герасимова). 

     Мы выяснили, что на Русской равнине свидетельства появления местного вида «неандертальцев» относятся к интервалу времени 400 – 300 тыс. лет назад. Это стоянки: Тунгуз, Барбашин Овраг, Питьевая Вода на севере Волгоградской области (Поволжский регион); в Дубовском районе Волгоградской области два местонахождения – Челюскинец II (145±18 тыс. лет) и Заикино Пепелище (147±20,5 тыс. лет).[11,c.42]

     На  наш взгляд, самым ярким и самым знаменитым, в том числе и в европейском масштабе, археологическим памятником эпохи является стоянка Сухая Мечетка (А.И. Шлюковым была получена дата 178±31 тысяч лет (ГЕО-ТЛМ-188)), расположенная в черте города Волгоград, в 2 км выше русла Волги на берегу небольшого ручья. Её обитатели вели свою деятельность у очагов, расположенных в две линии вдоль ручья. В очагах горели хвойные породы деревьев.

     Фауна Сухой Мечетки, исследованная Н.К. Верещагиным и опубликованная Н.С. Замятниным, не содержит холодолюбивых  видов, что свидетельствует о  тёплом климате. Каменный инвентарь  стоянки Сухая Мечетка составляет около 4000 предметов, обнаруженных при раскопках памятника. В бассейне Северского Донца известны памятники мустьерской культуры в Луганской (Красный Яр) и Ростовской областях.

     Палеоантропы (неандертальцы) существовали на всех территориях Европы, Русской равнины, Азии и Африки и своим ареалом они полностью покрывали территории расселения предшествующих им архантропов. Палеоантропы сформировали многочисленные ареально-видовые общности, которые впоследствии послужили субстратом для взращивания ряда современных рас. Мустьерскую культуру сменили культуры позднего (верхнего) палеолита.[8,c.38]

     Рис. 1.4. Географическое распространение палеоантропов («неандертальцев») разных преднеоантропических расовых типов.

     Таким образом, очевидно, что на Русской  равнине из местного вида палеоантропа (русантропа) сформировалась европеоидная (русская) раса – обычно, говоря о  времени верхнего палеолита, к неоантропам  относят именно представителей европеоидной расы.

     Эпоха верхнего палеолита.

     Антропологи (М.Б. Медникова, Е.Н. Хрисанфова, М.В. Добровольская  и др.), а также археологи в  своих работах утверждают, что  человек современного европеоидного  типа возник к 50 – 40-ому тысячелетию  до н.э. исключительно в пределах Русской равнины. На этих территориях неоантроп сформировал древнейший комплекс своих археологических культур, объединённых в одну костёнковско-стрелецкую культуру.[4,c.72]

     Рис. 1.5. Распространение костенковско-стрелецкой археологической культуры. 

     Также, отметим, что самой древней стоянкой человека современного типа, европеоида, мировое археологическое сообщество признало поселение Костёнки, расположенное в Воронежской области России. Этой стоянке 50 тысяч лет. А к 40-му – 30-му тысячелетию до н.э. европеоидный человек заселил всю Русскую равнину. По географическому признаку, а именно, по зарождению на просторах Русской равнины будем называть этот вид человека – проторус (более узкие, местные вариации – костёнковец, сунгириец, мёзинец, авдеевец и т.д.).

     Неоантропы  Русской равнины имели средний  рост 180 см и выше, белый цвет кожи, европеоидные черты лица. В отличие от неоантропов неандертальцы прилежащих территорий имели рост 164 см и ниже, наблюдались некоторое отставание в развитии и негроидно-монголоидные черты в облике. Неоантропы питались пищей смешанного, животного и растительного, происхождения. Неандертальцы – преимущественно животного происхождения.

     Наиболее  ранний этап расселения неоантропов  связан именно с группой костёнковско-борщевских стоянок, возраст самой древней  из которых – Костёнки XVII (Маркина гора) – относится к периоду 50 – 45 тыс. лет до н.э. (основной этап – 36 – 30 тыс. до н.э.). К настоящему времени комплекс «Костёнки» признан самым древним местом обитания человека современного типа.[12,c.41]

     Рис. 1.6. Реконструкция физического облика неоантропов-европеоидов Русской равнины эпохи верхнего палеолита:  слева сунгирийка (поселение Сунгирь, г. Владимир, ок. 30 тыс. л.н.), справа – костёнковец (поселение Костёнки, Воронежская обл., ок. 45 тыс. л.н.). Реконструкции М.М. Герасимова.

     Эпоха мезолита.

     Проанализировав литературу, мы пришли к выводу о  том, что с палеолитическими памятниками неоантропов Русской равнины генетически связана рессетинская культура (11 тыс. до н.э.). Она наследует верхнепалеолитические традиции памятников типа Гагарино – Хотылево II – Мёзин близких Костёнкам, и техникой обработки кремня показывает дальнейшее развитие традиции костёнковской культуры, а также относящейся к костёнковско-авдеевской общности Зарайской стоянки (21 – 20 тысяч лет до н.э.).

     Рессетинская  культура существовала в одно время  со свидерской культурой неандертальцев Центральной Европы. Представлена рядом  памятников в верховьях р. Ока, например, селище Колтово 7 (под Каширой, Московская область).

     Большой группой памятников, расположенных  в западной части Волго-Окского  междуречья, в верхнем течении  Волги и Оки, представлена иеневская  культура неоантропов (6,5 – 6 тысяч лет  до н.э.; Иенево II, Константиновская IV, Дмитровское 1 и др.).[6,c.84]

     Основной  вид хозяйства племен иеневской  культуры – охота, специализированная в зависимости от сезона, рыболовство  и собирательство. Образ жизни  – осёдлый, о чём свидетельствуют  мощные культурные слои и наличие  жилищ сложной конструкции.

     Таким образом, иеневская культура находилась во враждебных отношениях с бутовской культурой неандертальцев монголоидного типа – под давлением иеневской культуры неоантропов неандертальское население бутовской культуры распалось.

     Неолит.

     В 1972 году Верхневолжская экспедиция Института археологии Российской академии наук открыла комплекс Сахтышских неолитических стоянок, расположенных в Тайковском районе Ивановской области по берегам речки Койки. Стоянки представляют собой многослойные поселения, в толще наслоений которых последовательно залегают слои культур: верхневолжской (5240 – 3430 лет до н.э. – за 1000 лет до начала цивилизаций Шумера Египта) и волосовской (3065 – 1840 лет до н.э. – одновременно с началом становления Шумера и Древнего Египта).[2,c.88]

     Рис. 1.7. Ареал распространения неолитических культур Русской равнины: верхневолжская, волосовская, фатьяновская.

     Верхневолжская  культура занимает обширный Волго-Окский регион. Поселения верхневолжской культуры располагаются на высоких берегах рек и озер, на озерных островах, дюнных холмах. Жилища небольшие, от 6 до 12 кв. м, овальной, округлой или прямоугольной формы с очагами в центре.

     Рис. 1.8. Антропологический облик человека неолита Русской равнины (слева направо): человек верхневолжской (6 – 4 тыс. до н.э.), волосовской (4 – 2 тыс. до н.э., два фото), оленеостровской (2-е тыс. до н.э.) неолитических культур. 

     Отметим, что племена волосовской культурно-исторической общности занимали обширный регион от Прибалтики до Камы и от Вологды до Пензы. Ареал волосовской культуры совпадает с границами верхневолжской культуры. Это время больших поселений – неолитических протогородов (подгрузить рисунок «Планы древних городов»), на окраинах которых возникают кладбища с одиночными и коллективными погребениями, появляется сложный обряд погребения, сопровождающийся ритуальными кострищами, кладами и святилищами. Резко возрастает техника обработки орудий труда и предметов искусства. Эта культура, возникшая в эпоху развитого неолита, существовала и в энеолитическое время.[10,c.53]

     Волосовская культура существовала одновременно с  древнеегипетской и шумерской культурами, но превосходила последние по площади  в несколько десятков раз. В частности, «жилая» площадь современного Египта составляет 40 тыс. квадратных километров (из всей площади, равной 1001,4 тыс. км², около 96% занимают пустынные районы). Что в два раза меньше площади, занимаемой одной только Тверской областью. А волосовская культура занимала несколько областей.

     Волосовская культура была широко распространена в энеолите – на всей территории лесной зоны от Камы до Прибалтики керамические материалы свидетельствуют о существовании единых традиций с разнообразными локальными вариантами [Крайнов Д.А., 1987].

     Таким образом, антропологи и археологи  уверенно относят носителей волосовской культуры Окско-Волжского междуречья к автохтонам проторусского (европеоидного) происхождения 4 – 2-го тыс. до н.э. Которые, в свою очередь, явились генетическим наследием такой же автохтонной культуры Окско-Волжского региона – верхневолжской. Последняя уходит своими корнями также в автохтонные, т.е. местные, культуры европеоидов (проторусов) – иеневскую (с центром в Москве, 10 – 6-е тыс. до н.э.), вышедшею из рессетинской культуры (так же округи Москвы, 11 – 9-е тыс. до н.э.), в свою очередь развившейся из юдиновской (13-е тыс. до н.э.), авдеевской и зарайской (близ Москвы, 21 – 20-е тыс. до н.э.), сунгирской, гагаринской, елисеевической (35 – 30 тыс. до н.э.) и, в конце концов, произошедших от первой культуры неоантропов – русов – костёнковской возрастом 50 тысяч лет.[7,c.94]

     Бронзовый век.

     На  смену волосовской культуре (3065 – 1840 л. до н.э.) во 2-й половине 3-го тыс. до н.э. в лесной полосе Средней и Восточной Европы распространились среднеднепровская культура, фатьяновская культура, культура ладьевидных топоров, Злота культура, катакомбная культура и др., а в Северной Европе распространилась группа культур шнуровой керамики (или другое название – культура боевых топоров).

     Рис. 1.9. Носители фатьяновской культуры  (2-е тыс. до н.э., центральные области Русской равнины, женщина из Ярославской области, реконструкции М.М. Герасимова).

     Антропологический тип – индоевропейцы – предки русов, славян, германцев, балтов (Л.Я. Монгайт  и др.), кельтов и италийцев.

     Относящиеся к общности культур шнуровой керамики (боевых топоров) славяне среднеднепровской  культуры распространились в Среднем и Верхнем Поднепровье во 2-й половине 3-го – 1-й половине 2-го тыс. до н.э. и вели обмен с племенами Прибалтики, Волыни и Причерноморья. Жилища – деревянные, столбовой конструкции с очагами внутри. Захоронения – в курганных и грунтовых могильниках (трупоположения и трупосожжения).

     В 3-ем тыс. до н.э. в Каспийско-Черноморских степях (от Южного Приуралья на востоке  до Днестра на западе, от Предкавказья на юге до Среднего Поволжья на севере) распространились племена ямной  культуры.[2,c.94]

     Рис. 1.10. Представители ямной культуры (3-е тыс. до н.э.).

     Внутри  ямной культуры выделено девять локальных  вариантов, соответствующих родственным  племенным группам и археологическим культурам: Волжско-Уральский, Предкавказский, Донской, Северо-Донецкий, Приазовский, Крымский, Нижнеднепровский, Северо-Западный, Юго-Западный. Основной объединяющий признак ямной культуры – погребальные памятники, захоронения в скорченном положении под курганами (древнейшими из известных доныне). Уже на раннем этапе отдельные группы племён ямной культуры вторгаются в Подунавье и на Балканский полуостров.

     На  втором этапе (3-я – начало 4-й четверти 3-го тыс. до н.э.), как результат слияния  с местными племенами, возникают локальные варианты. Потомки племён ямной культуры на востоке сыграли основную роль в формировании срубной культуры, на западе они были ассимилированы предками славян – племенами катакомбной, среднеднепровской культуры, усатовской культуры. Основой экономики ямной культуры было кочевое и полукочевое скотоводство. Потомки племён ямной культуры вошли в состав некоторых этнических групп индоевропейской языковой семьи.[14,c.96]

     Рис. 1.11. Представитель срубной культуры.

     В Волжско-Уральском междуречье на основе местного варианта ямной культуры сформировалась срубная культура. Во 2-ой половине 2-го – начале 1-го тыс. до н.э. она распространилась в степной и лесостепной зонах Европейской части бывшего СССР. Представлена поселениями, курганными кладбищами, кладами металлических изделий, а также литейных форм и инструментов металлообработки. Распространение срубной культуры привело к установлению в этот период культурного единообразия от Урала на востоке до Днепра на западе, от р. Кама и правых притоков р. Ока на севере до Азово-Черноморских степей на юге. Поселения располагались на берегах рек, на позднем этапе иногда укреплялись валами и рвами. Жилища – полуземлянки или наземные (бревенчатые или каменные). Погребения в индивидуальных могилах под курганами. Посуда с геометрическим орнаментом. Орудия, оружие и украшения главным образом бронзовые (проушные топоры, ножи, кинжалы, кельты, втульчатые копья, на позднем этапе – короткие мечи, серпы, клепаные котлы). Известны мощные очаги металлообработки срубной культуры в Волжско-Уральском междуречье и Северо-Западном Причерноморье. В конце срубной культуры появляются признаки использования железа. Хозяйство: в степной полосе – преимущественно скотоводство, в лесостепи – земледелие и придомное скотоводство. Объединения племён сыграли значительную роль в формировании исторически известных киммерийцев, а позднее – скифов.[11,c.66]

     Рис. 1.12. Скифы: слева – скиф из Никопольского могильника, справа – скифский царь Скилур

     Сменившие ямную культуру племена катакомбной  культуры в 1-й половине и 3-й четверти 2-го тыс. до н.э. распространились в  Северном Причерноморье и Нижнем Поволжье. Носителями катакомбной культуры была группа родственных племён, генетически связанных с жившими в 3-м тыс. до н.э. на этой же территории племенами ямной культуры. Характерны родовые посёлки и курганные могильники (захоронения в подкурганных катакомбах, в скорченном положении на боку, посыпаны красной краской, символизирующей огонь). Глиняная посуда с орнаментом, нанесённым верёвочными штампами, характер узоров которого позволяет включить катакомбную культуру в более широкий круг шнуровой керамики культуры. Занятия – скотоводство и земледелие, металлургия меди и бронзы. Вели обмен через племена Кавказа с Передней Азией, Ираном, Египтом. К концу 3-й четверти 2-го тыс. до н.э. племена катакомбной культуры были вытеснены продвинувшимися из района Средней Волги племенами срубной культуры (сформированной также племенами ямной культуры).[8,c.100]

     Относящиеся к общности культур шнуровой керамики (боевых топоров) славяне русы фатьяновской культуры в 1-ой половине 2-го тыс. до н.э. распространились от Прибалтики до Волго-Камья с центром в Волго-Окском междуречье (локальные варианты: верхневолжский, московско-клязьминский и средневолжский (балановский) и др.). Фатьяновцы хоронили умерших в грунтовых могильниках в скорченном положении в специальных сооружениях (из дерева, берёсты, прутьев), мужчин – на правом боку, головой на запад, женщин – на левом, головой на восток. Шаровидные сосуды орнаментированы нарезным и штампованным узором, на донцах – солярные знаки. Занятия: основные – скотоводство, земледелие; подсобные занятия – охота, рыболовство и собирательство. Была развита металлургия меди. Верования – культ предков, медвежий и солярный культы [Третьяков П.Н., 1966; Кpайнов Д.А., 1972; Денисова Р.Я., 1975].

     Таким образом, первые поселенцы летописной Москвы удивительным образом, как братья близнецы, схожи с людьми волосовской и других древних культур Русской равнины.

2. Историографический  аспект проблемы  возникновения русского  человека

     Прежде всего, отметим, что в донаучный период развития исторической мысли в России проблема происхождения народа русь не отделялась от вопроса о начале государства Русь.

     В XVI—XVII вв. русских авторов начинают интересовать вопросы территориального происхождения варягов Рюрика и происхождение названия народа. Это связано с формированием идеологической концепции «Москва — третий Рим». Благодаря посланию Спиридона-Саввы, хорошо знакомому с литовскими летописями, и другим произведениям конца XV — начала XVI века в Московском государстве возникает версия о римском происхождении Рюрика, схожая с польскими и литовскими генеалогическими легендами. Версия становится популярной в начале XVI века. Родословная Рюрика возводилась к Прусу Великому, родственнику римского императора («римского кесаря», то есть кайзера Священной Римской империи). Территориально летописная русь выводилась из Пруссии и немецких владений на побержье Балтики.[5,c.112]

     На  наш взгляд, с появлением исторической науки в XVIII веке в России появляются и первые научные версии происхождения руси. Их отличительной чертой является наличие доказательной базы и опровержение иных версий. Появляется сравнительный анализ и критика источников, используются лингвистические данные. При этом проблема этногенеза руси ещё не отделяется от проблемы происхождения государства, что делало научные споры зависимыми от политических интересов государства и группировок аристократии. В XVIII веке историографам не удалось преодолеть зависимость от средневековых версий, которые зачастую выдавались ими за первоисточники информации. Не были развиты текстология и лингвистика, что вносило в доказательства теорий путаницу и ошибки. Проблема решалась в следующих основных направлениях: прибалтийское (финское, балтское, славянское) происхождение руси, скандинавское происхождение и скифско-сарматское (в том числе роксаланское) происхождение.