История Беларуси

Вопрос 1. Первобытное общество на территории Белоруссии, его материальное и духовная культура

Первые люди появились  на территории современной Беларуси в промежутке времени от 100 до 35 тыс. лет до н.э., то есть в древнем каменном веке — палеолите. Именно тогда, около 100 тыс. лет назад, в Европе наступил последний ледниковый период. В связи  с резким похолоданием и наступлением ледника со стороны Скандинавии  первобытные люди могли переселиться южнее и занять часть территории современной Беларуси.

Самые древние из известных  на сегодняшний день поселений людей  современного типа (кроманьонцев) эпохи  палеолита на территории Беларуси —  Юровичи на р.Припять (Калинковичс-кий район Гомельской области; около 26 тыс. лет назад) и Бер-дыж на р.Сож (Чечерский район Гомельской области; примерно 23-24 тыс. лет назад). Основным занятием тогдашнего населения была охота, поэтому на данных стоянках археологи обнаружили останки мамонтов, медведей, примитивные кремневые орудия труда (остроконечник, скребло, резец, рубило, нож), украшения для одежды и тела, а также следы первобытных жилищ в виде землянок. Люди жили родовыми общинами, которые объединяли кровных родственников.

Около 10-11 тыс. лет назад  произошло резкое потепление климата, и на территории Беларуси окончательно растаял огромный ледник. После этого  началось более активное заселение  территории Беларуси, преимущественно  ее южных районов. На протяжении нескольких следующих тысячелетий земли  современной Беларуси были заселены практически полностью, хотя население  того времени было немногочисленным — вероятно, несколько тысяч человек. На территории Беларуси с эпохи мезолита сохранилось более 110 стоянок —  преимущественно в долинах крупных  рек Днепра, Припяти, Западной Двины, Немана, Березины.

В эпоху неолита на землях Беларуси существовало более 600 неолитических  поселений, большинство из которых  находятся на юго-востоке и северо-западе республики, преимущественно в долинах  рек Припяти, Сожа, Немана. Люди жили в землянках и в небольших наземных жилищах. Как и в палеолите, основу хозяйственной деятельности по-прежнему составляли охота, собирательство и рыбная ловля. Среди орудий труда преобладали кремневые топоры, ножи, скребки, проколки; обнаружены отдельные орудия из кости, рога животных и др. предметы. Появилось производство керамики (изготовление глиняной посуды), а затем начался постепенный переход от потребляющего к производящему хозяйству — земледелию и животноводству. Данное явление в науке принято называть "неолитической революцией". По мнению многих ученых, земледелие пришло к нам с Балканского полуострова, с Дуная и Днестра, через Волынь. Его распространение на белорусских землях началось приблизительно с середины 4-го тысячелетия до н.э. и продолжалось около двух тысячелетий — вплоть до середины 2-го тысячелетия до н.э., когда большинство населения Беларуси перешло к земледелию.

В этническом отношении земли  Беларуси в период с 3-2-го тысячелетий  до н.э. были населены финно-угорскими  и балтоя-зычными племенами. Финно-угорское население (финно-угор-цы) могло появиться на белорусских землях не позднее 3-го тысячелетия до н.э., а балтоязычное (балты) — на рубеже неолита и бронзового века, т.е. приблизительно в конце 3 - начале 2-го тысячелетия до н.э. Балты были первыми индоевропейцами, которые широко расселились на территории современной Беларуси. В основном они ассимилировали местное финно-угорское население. Древних балтов и отчасти финно-угорцев можно считать первыми аборигенами (или автохтонами) белорусской земли.

На смену новому каменному  веку пришел бронзовый век, во время  которого начали преобладать различные  изделия из бронзы. Повсеместно были распространены земледелие и животноводство. В бронзовом веке завершилась  консолидация отдельных групп индоевропейского населения, в том числе славянского. Прародиной славян считается территория от Одры до Днепра, однако некоторые  ученые включают сюда даже и земли  современного белорусско-украинского  Полесья.

На протяжении VIII-VI вв. до н.э. происходил постепенный переход к железному веку, когда орудия труда, оружие начали изготовлять из железа. На рубеже новой эры появились срубные жилища в виде отдельных наземных домов, состоящих из многих камер (комнат). Приблизительно до середины 1-го тысячелетия н.э. были распространены жилища двух основных типов — полуземлянки и жилища столбовой конструкции — дома. Население занималось в основном земледелием; достаточно развиты были различные промыслы и ремесла — гончарство, ткачество, плетение, бронзолитейное дело и др. Было известно более 1000 укрепленных поселений (городищ) и тысячи погребальных курганов эпохи железного века. Почти вся территория Беларуси была заселена балтоязычными племенами. Первое славянское население появилось в южных районах Беларуси в самом конце железного века.

Постепенно родовая община преобразовывалась в соседскую, сельскую общину. Началось имущественное  расслоение внутри отдельных общин, в результате чего на смену коллективной пришла частная собственность, появились  богатые и бедные семьи. Железный век закончился ко второй половине 1-го тысячелетия н.э, и приблизительно с VI—VII вв. принято начинать отсчет новой эпохи в историческом развитии Беларуси — средневековья.

Вопрос 2. Начало расселения славян. Восточнославянское объединение

 Славяне выделились из индоевропейской этнической группы в самостоятельную примерно к середине I тысячелетия до н.э. Массовые миграции людей в эпоху Великого переселения народов ( III-VII ст. н.э.) влияли и на подвижность славян. В V-VI веках н.э. они появились на Балканах, откуда начали двигаться в сторону богатых римских провинций и на восток.

 На територию Беларуси первые славяне пришли с юга примерно в VI-VII в., когда возраст балтских древностей тут достигал уже двух тысячелетий. Хронологичеки это совпало с началом распада общеславянского языка.

 Двигаясь по реках славяне селились рядом с балтами. Они превосходили их по уровню социальной организации, имели более развитое хозяйство. Неизвестно, насколько мирным было сосуществование двух этнасов на територии Беларуси. На некоторых балтских городищах VII-VIII ст. зафиксированы следы пожаров, что может свидетельствовать про военные конфликты.

Пересчитывая восточнославянские племена, Географ Боварский в IX и Константин Порфирародный в X ст., а также "Повесть прошедших лет", созданная вначале XII ст., называют: вятичей, дриговичей, древлян, кривичей, полочан, полян, родимичей, северян, словенов, тиверцов, уличей, бужанов и дулебов, которых еще звали валынянами. Територию Беларуси занимали кривичи, дриговичи и родимичи.

Примерно с X века кривичи  и дриговичи начали колонизацию Понемонии, заселеной племенами ятвягов по левую и литвы по правую сторону Немана. Туда же направились вoлыняне и древляне. Однако асимиляция балтов тут происходила очень медленно, потому Понемония еще веками оставалась смешенной балто-славянской зоной.

Кривичи, дриговичи и родимичи были не родоплеменными, а территориально-политическими образованиями. Колонизация земель, ранее обжитых иным населением, требовала от их мощной военной организации, возведения своих опорных пунктов - городов, которые выполняли функцию и административных центров, и форпостов освоения новой территории.

О том, как и когда расселились славяне на территории Беларуси, письменных источников почти не сохранилось. Поэтому до настоящего времени не стихают научные споры, имеют место различные точки зрения, гипотезы по всем этим вопросам. Основные данные, если не считать кратких сведений о расселении славян в «Повести временных лет», ученые черпают из археологических источников.

Археологи выделяют разные культуры и идентифицируют их с теми или  иными этническими группами. Они  отмечают, что на юге Беларуси сохранились  памятники пражской культуры (культура раннеславянских племен, которые  в V - VII вв. н.э. населяли территорию от Днепра и оз. Ильмень на восток и до р. Эльбы и Дуная на запад и  юг). Или, точнее, его локального варианта - культуры типа Корчак (под ней понимается археологическая культура племен, которые  в VI - VII вв. н.э. жили на территории северо-западной Украины и южной Беларуси). Считается  бесспорным, что эти памятники  принадлежат славянам. На основную территорию Беларуси и соседних регионов в V - VIII в.в. селились другие племена, которые оставляли после себя памятники так называемой банцеровской культуры. Свое название она получила от городища Банцеровщина на левом берегу Свислочи. Что касается принадлежности банцеровской культуры, то между учеными нет единого мнения. Одни считают ее балтской, другие - славянской. Происходит это от того, что при раскопках в материальной культуре обнаруживаются признаки культуры и славянской, и балтской.

Сторонником первой гипотезы является российский археолог В.Седов. Он создал теорию субстратного происхождения белорусов. Под балтским субстратом (от латинского термина - основа, подкладка) понимается этнокультурное население балтского этноса, оказавшее влияние на формирование белорусской народности. Сторонники этой теории утверждают, что в результате славянизации балтского населения, смешения с ним славянского, произошло отделение части восточно -славянской народности, что привело к становлению белорусского языка и народности.

Другие исследователи  утверждают, что расселившись на территориях, которые ранее занимали балтские племена, славяне частично оттеснили их, частично уничтожили. И только небольшие островки балтов, которые вероятно подчинились славянам, сохранились в Подвиньи, Верхнем Поднепровье. Но за балтами остались правобережье среднего Понеманья и некоторые части территории между Неманом и Припятью.

Нет четкого общепризнанного  мнения у исследователей и по вопросам формирования племенных союзов, которые  составляли основу белорусского, русского и украинского этносов. Одни предполагают, что в результате интенсивного освоения славянами территории Беларуси, где  ранее жили балты, в VIII - IX вв. сложились этнически близкие между собой племенные союзы: кривичи, дреговичи, радимичи, частично волыняне. На их основе образовался старобелорусский этнос. В его формировании приняли участие ятвяги и некоторые другие балтские племена.

Предки восточных славян, которые расселились в припятском Полесье, ассимилировали балтские племена. В результате на территории, которую занимали приднепровские балты, возникли восточнославянские племена дреговичи, кривичи, радимичи - предки современных белорусов. На территории, где раньше жили иранские племена, расселились поляне, древляне, северяне, волыняне - предки современных украинцев. Ассимиляция финоугорских племен привела к возникновению новгородских славян, вятичей, частично верхневолжских кривичей - предков современных русских.

Сторонники другой точки  зрения представляют себе эту картину  несколько иначе. Во-первых, они считают, что сторонники вышеизложенной гипотезы преувеличивают роль балтов в этногенезе белорусов. Другое дело, отмечают они, Среднее Понеманье, где балты составляли значительную часть населения еще на начало II тысячелетия. В славянизации этих земель значительная роль принадлежит волынянам, дреговичам, в меньшей степени - древлянам и кривичам. Они признают, что основу старобелорусского этноса составляли кривичи, дреговичи, радимичи, в меньшей степени - волыняне, большинство которых участвовало в этногенезе украинцев. Доказывают, что как часть волынян приняла участие в формировании белорусов, так и часть дреговичей - в этногенезе украинцев. Радимичи в равной степени участвовали в формировании белорусов и одной из групп русского этноса. Кривичи сыграли большую роль не только в формировании белорусов, но и в становлении северо-западной части русского этноса.

Главным занятием населения  белорусских земель было земледелие. Восточные славяне принесли более  прогрессивную форму земледелия - пахотную, но продолжали использовать и подсечное земледелие. Сеяли  рожь, пшеницу, просо, ячмень, лен. Важную роль играло животноводство. Семьи, объединенные общностью хозяйственной жизни, образовали сельскую (соседскую) или  территориальную общину. Обрабатываемая земля, леса и водоемы были собственностью всей общины. Семья пользовалась отдельным  участком общинной земли - наделом.

В IX - XII вв. у восточных  славян складывается феодальный уклад. В начале основная часть населения была свободными общинниками, которых называли «люди». Их социальное положение постепенно менялось: часть попадала в зависимое положение, часть оставалась относительно свободной. Зависимых людей называли «челядью». В составе челяди были категории населения, лишенные личной свободы - холопы.

О становлении классового общества свидетельствует не только зависимое положение отдельной  категории населения, но и наличие  дружины. Дружинники (или бояре) получали от князя право собирать дань с  определенной территории. Сбор дани со свободного населения той территории, которой «владел» князь, называлось полюдьем. Постепенно дань становится феодальной рентой. В это время  образуются города. Одни выросли из укрепленного сельского городища как  Полоцк, другие как княжеские замки - Менск, Гродно, Заславль. Третьи возникали на торговых путях. Город состоял из частей: детинца, укрепленного валами, рвами, стенами; посада - место, где селились ремесленники и торговцы; и торга - места продажи и купли товаров.

Славяне исповедовали языческую  религию. Они верили в бога солнца, огня, Перуна и др. Умерших хоронили в ямах, насыпая над ними курганы. Верили в загробную жизнь. Украшения носили из кости, меди, керамики.

Вопрос 3. Развитие феодальных отношений в Западной Европе и уровень социально-экономического развития белорусских земель в период раннего средневековья

 Развитие феодальных отношений в Западной Европе

Формирование феодальных отношений, образование крупного феодального  землевладения, превращение свободных  мелких производителей материальных благ в феодально зависимых крестьян, возникновение политических учреждений и идеологии феодального общества — таково основное содержание процесса становления феодальной общественно-экономической  формации в Западной Европе. Однако в различных странах этот процесс  имел свои особенности.

В ряде случаев феодальные отношения складывались в Западной Европе в результате всестороннего  взаимодействия и синтеза разлагавшихся  германских родо-племенных отношений и отношений позд-неримского разлагавшегося рабовладельческого общества. Зачатки феодализма, которые возникали у германцев в период разложения родового строя, развились в настоящий феодализм «...лишь после завоевания, — благодаря воздействию производительных сил, найденных в завоеванных странах».

Таким образом, в варварских германских королевствах происходило  не простое механическое соединение позднеримских и германских общественных отношений, а имели место их взаимодействие и синтез, складывались качественно новые отношения. Как уже отмечалось, элементы таких отношений появились и в позднеримском обществе, и в разлагавшемся родо-племенном германском обществе. В результате упомянутого взаимодействия возникновение и развитие феодализма было облегчено и ускорено как для германских племен, так в для зашедшего в тупик римского общества. Такой путь развития феодальных отношений характерен для Вестготского, Бургундского, Франкского, а отчасти Вандальского, Остготского и Лангобардского королевств.

Несколько отличался процесс  феодализации в тех странах, где  »то взаимодействие было либо менее  значительным, либо вовсе отсутствовало, — англосаксонские королевства, области внутренней Германии. Это  относится и к тем германским племенам, которые обитали в прежних  римских провинциях, но в таких, где  влияние римских порядков было слабым и непрочным (например, бавары, але-манны). Без всякого взаимодействия с позднеримскими отношениями происходило разложение родового строя в Скандинавских странах.

Процесс феодализации в форме  взаимодействия и синтеза германских и позднеримских отношений

Римское рабовладельческое  общество даже на стадии разложения стояло по уровню производительных сил значительно  выше, чем германские племена. Так, например, для позднеримской агротехники характерны были широкое распространение двухполья и трехполья, интенсивное удобрение почвы, посевы кормовых трав, стойловое содержание скота. Римляне применяли в соответствии с особенностями почвы в Италии легкий плуг; в ряде римских провинций, где почва была иной и требовалась глубокая вспашка, пользовались тяжелым колесным плугом. Относительно высоко развита была техника в целом ряде отраслей ремесленного производства.

Вступая в контакты с римлянами  еще до падения империи, германцы заимствовали некоторые достижения римской техники и культуры. После  же их поселения на римской территории возможности такого заимствования  резко возросли. Этому способствовал  в ряде случаев сам характер расселения завоевателей, который предполагал  тесное взаимодействие германцев и  местного населения в сфере производства. В Южной и Юго-Восточной Галлии, в Италии (при остготах) и в  Испании возникали деревни со смешанным германо-римским населением. Домены фиска перешли в руки германских королей и служилой знати вместе со всем инвентарем и населением этих имений, т. е. рабами, колонами и другими  земледельцами. В таких условиях германцы могли быстро перенять ряд  достижений римского производства.

Даже в тех местностях, где римские землевладельцы были почти сплошь экспроприированы, использование  в качестве непосредственных производителей бывших римских рабов и колонов  давало возможность германцам усваивать  элементы римской 7 агротехники и  ремесленного производства. Рабы, обученные ремеслу, судя по варварским правдам, особенно ценились германцами. Сами германцы также оказывали влияние на развитие производительных сил в завоеванных ими странах. В Галлии, Италии, Испании и Северной Африке германцев было значительно меньше, чем местного населения, но за счет германских общинников здесь вырос слой свободного крестьянства и получило широкое развитие мелкое производство, которое представляло собой в то время более прогрессивную форму хозяйства, чем рабовладельческое хозяйство латифундий.

Таким образом, возникла возможность  преодолеть тот застой и регресс  в развитии производительных сил, к  которому привело римское общество господство рабовладельческой системы  хозяйства.

Поселение германцев среди  римского или романизированного  населения завоеванных стран  ускорило у них процесс разложения общины и переход от архаических  ранних ее форм к более развитым, соответствующим последним стадиям  в развитии родового строя. В законах, изданных в варварских королевствах, или вовсе не отражены уже общинные отношения, или сохранились данные, свидетельствующие только об отношениях, переходных от земледельческой общины к марке, и о самой марке. Марка, или соседская община, - это наиболее поздняя форма общины, характеризующаяся прежде всего тем, что земельные наделы находятся в собственности общинников и что отсутствуют уже переделы пахотных полей и лугов, но сохраняется еще общее владение неподеленными угодьями (альмендой) — лесами, пастбищами, пустошами.

Римское представление о  собственности к началу VI в. уже  было усвоено писаным правом Вестготского, Остготского и Бургундского королевств. Из варварских правд и законов, изданных в этих королевствах во второй половине V в. и в VI в., видно, что германцы, как  и местные жители, продавали, покупали, дарили и завещали и движимое, и  недвижимое имущество. Медленнее принцип  частной собственности на землю  утверждался у лангобардов и  франков.

Разложение общинной организации  и развитие частной собственности  на землю вели к росту социальной дифференциации у германцев. Из среды  общинников выделялись более зажиточные и служилая знать, с одной стороны, и разоряющиеся свободные люди, которые оказывались в поземельной и личной зависимости от крупных землевладельцев, — с другой.

Классы крупных землевладельцев  и зависимых крестьян, складывавшиеся в раннефеодальных государствах, представляли собой уже не те общественные силы, чем были магнаты и мелкие держатели в поздней Римской  империи. На формирование этих классов  наложило свой отпечаток социальное устройство варваров-германцев.

Свободным германцам присуща  была локальная сплоченность, связанная  с порядками родового строя; они  имели свою организацию в форме  общин. Рядовые свободные германцы играли в варварских королевствах важную роль в общественной жизни (участвовали  в суде, служили в войске) , их труд считался занятием вполне почетным и достойным свободного человека. Новое, еще только формировавшееся государство не обладало такой принудительной силой, которой располагало позднеримское государство. Зависимость от крупных землевладельцев, в которую вступали германские общинники, имела более мягкую форму, соответствовавшую потребности общественного развития нового общества в создании у эксплуатируемых непосредственных производителей заинтересованности в своем труде.

Значительную роль в формировании новых классов играли остатки  антагонистических классов римского общества — крупных землевладельцев, с одной стороны, рабов и колонов  — с другой. Часть римских землевладельцев, несмотря на все изменения в их положении, связанные с варварскими  завоеваниями, продолжали владеть обширными  имениями, которые обрабатывались сотнями  рабов и колонов. Не только сохранилось, но и росло землевладение церкви.

Но характер крупного поместья постепенно менялся. Германское завоевание ускорило тот процесс превращения  рабовладельческого хозяйства в феодальное, зачатки которого можно было обнаружить еще в Римской империи. Крупное имение основывалось теперь на эксплуатации не рабов античного типа, а различных категорий несвободных и зависимых держателей. Немало римских крупных землевладельцев вместе с германской служилой знатью входило в состав формировавшегося класса феодалов. Точно так же и в формировании зависимого крестьянства участвовали различные слои непосредственных производителей как римского, так и германского происхождения.

Варварские правды, составленные в V—VII вв. в Вестготском, Бургундском, Лангобардском и Франкском королевствах, делили свободных людей в соответствии с их имущественным положением и  знатностью (принадлежностью к служилой знати, к королевской дружине) на высший и низший слои. Знать варварских королевств — это обычно слившаяся с новой служилой знатью старая родовая знать. В ее состав частично вошли и сохранившиеся римские магнаты. Лица, принадлежавшие к высшему слою, именовавшиеся «нобилями», «большими» и «почтенными людьми» (nobiles, maiores, honestiores), пользовались рядом преимуществ по сравнению с остальными свободными людьми (в отношении суда, размеров вергельда и пр.). Лица, относившиеся к низшему социальному слою, которых называли «малыми», или «низшими» (minores, inferiores), утрачивали некоторые привилегии свободных людей (подвергались, например, телесным наказаниям за различные правонарушения, подобно рабам и др.); жизнь их охранялась более низким вергельдом, чем жизнь представителей высшего общественного слоя. Большинство рядовых общинников постепенно включались в состав низшего слоя свободных людей. Дольше, чем в других варварских королевствах рассматриваемого типа развития, сохраняла свое полноправие основная масса свободных во Франкском королевстве.

Изменения произошли также  в положении несвободных и  полусвободных людей. В ранних варварских правдах и других юридических  памятниках рабы рассматривались, согласно римским правовым нормам, как полная собственность своих хозяев наряду со скотом и мертвым инвентарем. В VI—VII вв. рабы в некоторых случаях самостоятельно выплачивали штрафы за свои проступки, что свидетельствует о появлении у них собственного имущества и о возникновении зачатков правовой ответственности рабов. Согласно поздним вестготским законам, рабы имели право продавать принадлежащее им движимое имущество, в частности скот. Вольноотпущенники в большинстве случаев становились теперь зависимыми людьми, держателями земель своих бывших господ.

В варварских королевствах сохранились  и бывшие римские колоны в качестве держателей в имениях местной  и германской знати и церкви. Однако и в их положении произошло  существенное изменение: колоны не были теперь прикреплены к государственному тяглу, их повинности не регулировались государством, как это было в римские  времена. Некоторые категории колонов  обладали довольно значительными правами  на обрабатываемую ими землю.

Колоны так же, как и  рабы и вольноотпущенники, играли важную роль в становлении класса зависимого крестьянства. В него вошли в конечном счете также мелкие прекаристы и другие свободные мелкие держатели земель в имениях, магнатов, а также германские рабы, вольноотпущенники и полусвободные (литы, альдни). Те слои нового класса зависимых крестьян, которые происходили от прежних римских или германских рабов, оставались в дальнейшем в особенно тяжелых формах зависимости.

В варварских королевствах рассматриваемого типа частично сохранился слой прежнего городского населения. Но начавшийся еще  в Римской империи упадок городов  ускоренным темпом продолжался после  крушения Западной Римской империи. Часть городов была разрушена  и запустела еще во время варварских вторжений; упадок и деградация городского ремесла, резкое сокращение торговых сношений и переход к натуральным формам хозяйства лишали городское население  его социально-экономической базы. Остатки прежнего населения городов  уже мало чем отличались от населения  деревни; в большинстве городов, особенно мелких, население занималось земледелием, как и окружающие город сельские жители.

Процесс классообразования, происходивший в условиях социальной борьбы, которая в ряде случаев выливалась в восстания народных масс, сделал необходимым образование государства. Кроме того, взаимодействие германских родо-племенных отношений с отношениями римского общества, происходившее в процессе завоевания, ускорило потребность знати варваров в государстве, поскольку органы родо-племенного строя были непригодны для осуществления господства над покоренным населением.

В формировании государства  значительную роль сыграли остатки римских политических и юридических учреждений, сохранившиеся в той или иной мере после крушения Западной Римской империи. В королевствах, основанных германцами, быстро произошел переход от племенной системы подразделения населения к территориальной, что составляет один из начальных моментов в процессе возникновения государства. При этом широко использовалась варварами римская территориальная система.

Государственный аппарат  в варварских королевствах создавался при большем или меньшем влиянии  римской административной системы. В наибольшей мере римские политические учреждения сохранились в Остготском королевстве. Здесь, а также в  Вестготском и Бургундском королевствах уже к началу VI в. отсутствовали  какие-либо существенные черты организации  управления родо-племенного строя. Король обладал высшей военной, законодательной, административной и судебной властью. На местах административная, финансовая и судебная власть осуществлялась королевскими должностными лицами. Во Франкском королевстве, особенно к северу от Луары, дольше сохранились пережитки родо-племенной организации. В Лангобардском королевстве черты управления родо-племенного строя исчезли только к середине VII в. Короли некоторых варварских королевств восприняли, хотя и с теми или иными изменениями, римскую налоговую систему. Усвоена была на первых порах и римская монетная система.

И все же варварские королевства  коренным образом отличались от Римской  империи. Эти государства выражали интересы уже не класса рабовладельцев, а формирующегося класса феодалов. Военное их устройство основывалось не на наемной армии, а на народном ополчении. Административная система  была значительно примитивнее чем римская. В ней широко использовались королевские дру-жянникн, выполнявшие различные поручения короля. Королевская власть была ограничена светской и духовной знатью. Наиболее важные дела, например вопросы войны и мира, раздачи земель, издания законов, решались королями совместно с высшей служилой знатью и представителями высшего духовенства (архиепископами, епископами, аббатами).

Странам, в которых происходило  взаимодействие римских и германских общественных отношений, несмотря на наличие  ряда общих черт, присущи и различия. Это связано, с одной стороны, с особенностями предшествующего  развития этих стран; с другой стороны, со степенью влияния поселившихся там  варваров-германцев на их общественную жизнь. Так, например, в Италии рабовладельческие  порядки были в V в. еще очень сильны, а остготы, занявшие не всю страну, а лишь, часть ее и поселившиеся вперемежку с местным населением, не оказали такого глубокого воздействия  на общественное развитие, как германцы в ряде других варварских королевств. Определенную роль в этом играла кратковременность  существования Остготского королевства, которая обусловила недостаточную  глубину взаимодействия позднеримских и германских родо-племенных отношений в процессе феодализации. В Вестготском королевстве рабовладельческий уклад также сохранял значительный удельный вес. Но за почти 300 лет существования этого королевства процесс формирования феодальных отношений зашел намного дальше, чем в Остготском государстве. В Лангобардской Италии удельный вес германцев среди населения был более значителен, чем в Остготском и Вестготском королевствах. Лангобарды в большинстве случаев селились изолированно от италийцев. Разложение родового строя у завоевателей происходило здесь замедленно. Еще в середине VII в. у лангобардов сохранялась большая семья (хотя появилась уже и малая семья); еще происходил переход от земледельческой общины к марке. Но римское влияние проявлялось и здесь как в сфере производства (усвоение техники сельскохозяйственного производства и ремесла), так и в области права, языка, религии (лангобарды, подобно вестготам, оставив арианство, перешли в католичество).