Консерватизм. 3

Содержание

1. Введение ………………………………………………………………………………..   2

2. Сущность консерватизма и его генезис …………………………………………  3

3. Сущность концепций консерватизма …………………………………………….  4

4. Традиционализм Э. Берка …………………………………………………………..  7

5. Реакционные политико-правовые учения во Франции, Швейцарии, Австрии ……………………………………………………………………………………..  8

6. Социокультурный и религиозный аспекты консервативного мировоззрения …………………………………………………………………………… 11

7. Проблемы свободы, демократии и государства в трактовке

консерватизма ……………………………………………………………………………. 13

8. Немного о истории ……………………………………………………………………  17

9. Заключение …………………………………………………………………………….   20

10. Список литературы ………………………………………….………………….…..   22

1. Введение

Консерватизм - это не просто политическая программа той или  иной партии или политический принцип, а система воззрений в отношении  окружающего мира, тип сознания и  политико-идеологических ориентации и  установок, который, так же как либерализм, социал-демократизм, марксизм, не всегда ассоциируется с конкретными  политическими партиями. Консерватизм вобрал в себя различные, порой противоречивые идеи, концепции, доктрины, традиции. Характерно, что в четырехтомной антологии "Мудрость консерватизма" среди  приверженцев консервативной традиции перечислены такие разные по своим  социально-философским и идейно-политическим позициям мыслители, как Платон, Аристотель, Цицерон, Н. Макиавелли, Г. Болингброк, Э. Берн, А. де Токвиль, Ф. Ницше, А. Гамильтон, Дж. Адаме, Ф. фон Хайек и др. Обращает на себя внимание историческая многовариантность  консерватизма.

Все же история консерватизма  начинается со времен Великой французской  революции конца XVIII в., бросившей вызов самим основам старого порядка, всем традиционным силам, всем формам господства аристократии. Именно с этого времени берут начало две классические традиции консерватизма: первая, восходящая к французским мыслителям Ж. де Местру и Л. де Бональду; вторая - к английскому мыслителю Э. Берку. Если в англосаксонских странах утвердился в основном берковский вариант консерватизма, то в странах континентальной Европы - своеобразный синтез идей, ценностей и установок обеих традиций, которые, естественно, в каждой конкретной стране, особенно в современных условиях, проявляются в национально-специфических формах.

2.  Сущность консерватизма и его генезис

Консерватизм возник в  конце XVIII века как реакция на французское  Просвещение и Великую французскую  революцию. Консервативная идеология  была ответом на вызов либерализма  и радикализма. Поскольку консерватизм возникает именно как противопоставление либеральным воззрениям на природу  человека, свободу, равенство и братство, то его не считают самостоятельной, "чистой" идеологией. Консерватизм трактуется как эпифеномен либерализма, т.е. явление, сопутствующее либерализму, придаток либерализма. Подобное рождение консерватизма не помешало ему превратить в достаточно стройную систему взглядов, которая претерпела значительную эволюцию, адаптируясь к современному миру.

Интеллектуальная консервативная традиция была разработана англичанином Э. Берком (1729-1797 гг.), французами Ж. де Местром (1754-1821 гг.).Л. де Бональдом (1754-1840 гг.). Они  стали основоположниками традиционного  консервативного направления, которое  отличалось неприятием нигилистического характера французской революции XVIII века, буржуазной демократии и индивидуальной свободы. "Отцы-основатели" политической идеологии консерватизма выражали интересы аристократии, тех слоев, которых  капитализм лишал устойчивого социального  состояния и сословных привилегий.

Оптимистическому взгляду  либералов на природу человека, разум  и воля которого в состоянии преобразовать  общество на началах свободы, консерваторы противопоставили идею об изначальном  несовершенстве человеческой природы, в силу чего прекрасные проекты радикального переустройства общества обречены на неудачу, поскольку нарушают веками установленный порядок. Подлинной "природе" человека, считали консерваторы, вообще чуждо понятие "свобода". Смысл  имеют только конкретно-исторические свободы, добытые предками, проверенные  традициями и принимаемые как  исторической наследие.

Важнейшим принципом консервативной идеологии является нравственный абсолютизм, признание существования незыблемых нравственных идеалов и ценностей. Эти нравственные идеалы и ценности личности должны формироваться всеми  способами общественного и государственного воздействия и обуздывать "греховную" природу человека. Политика в этом смысле тоже не может быть свободной  от морали.

Другим важнейшим принципом  консерватизма является традиционализм. Традиционные начала - это, по мнению теоретиков консерватизма, фундамент любого здорового  общества. Общественные реформы должны опираться на созданные всеми  прежними поколениями духовные традиции и ценности. Э. Берк считал, что в  любом обществе складывается солидарность поколений. Каждый политический деятель, принимающий решения, должен делать это ответственно не только перед  своими современниками, но и предками, и потомками. Конструктивному рационализму либералов Э. Берк демонстративно противопоставлял апологию "предрассудков". Именно в "обычных предрассудках", в  традиции аккумулируется мудрость, унаследованная от предков, отражается коллективный разум, в том числе и политический.

Традиционализм консервативной идеологии теснейшим образом  связан с политическим реализмом. Консерватизму  чужд доктринерский подход. Политическая практика, как считают консерваторы, не должна опираться на голые теоретические  схемы. Реформы, которые проводятся в обществе, должны быть рассчитаны не на абстрактного человека, а на реальных людей, из плоти и крови, образ  жизни которых, устоявшиеся привычки нельзя внезапно изменить без больших  несчастий. Консерватизм возвращал  политической мысли чувство историчности, отстаивал в бурное революционное  время непрерывность исторического  развития и сохранение полезных частей "старого общественного здания", вместо изобретения абстрактных  конструкций на "чистом листе" революционной истории.

Консерватизм, особенно современный, позитивно относится к идее равенства  людей перед богом. Равенство  существует в области морали и  добродетели, возможно даже политическое равенство. Но все формы консервативной идеологии не приемлют социального  равенства, являются антиэгалитарными. Никакое общество немыслимо без  иерархии и, следовательно, неравенства. Именно в этом основа порядка, соответствующего "природе". Эгалитаризм же разрушает  социальную иерархию, на которой базируется социальная стабильность. В то же время  антиэгалитаризм не означает, что  консерваторы выступают за жесткую  пирамидальную структуру социума. Социальная мобильность по вертикали  и по горизонтали важна для  общественного развития. Еще в  конце XVIII века Э. Берк сформулировал  принцип меритократии, в соответствии с которым власть должна находиться в руках достойных людей, выходцев из различных социальных групп. Приняв со временем политическую демократию, консерваторы стали сторонниками элитарной  демократии, когда демократический  механизм дает возможность формировать  профессиональную политическую элиту  и выдвигает к власти достойных. Достойное - достойным - таков принцип  консерваторов применительно к  социальному статусу личности.

3. Сущность концепций консерватизма

Впервые основные положения  консерватизма сформулированы в  работах Э. Берка, Ж. де Местра, Л. де Бональда и их единомышленников и  последователей. Как правило, отправным  пунктом современного консерватизма  считается выход в свет в 1790 г. знаменитого эссе Э. Берка "Размышления  о Французской революции". Сам  термин "консерватизм" вошел в  обиход после основания Шатобрианом  в 1815 г. журнала "Консерватор". Серьезный  вклад в развитие консервативной традиции внесли русские         философы, социологи и политические мыслители, такие как К. Леонтьев, Н. Данилевский,          В. Соловьев. И. Ильин во второй половине XIX - начале XX в., а после прихода к власти        большевиков - представители русского зарубежья. Отцы-основатели консерватизма противопоставили выдвинутым европейским Просвещением и Великой французской революцией идеям индивидуализма, прогресса, рационализма взгляд на общество как на органическую и целостную систему. Реализация этих идей, утверждали они, предполагает обесценение унаследованных от предков традиций и бессмысленное разрушение моральных и материальных ценностей общества. У консервативных мыслителей, так или иначе, присутствует идея некоего жизненного начала всего реального мира. У некоторых русских мыслителей консервативной ориентации, например у В. Соловьева, в качестве такого жизненного начала выступала София - Душа мира, Премудрость Божия. Предполагалось, что человек в силу ограниченности своего разума не вправе бездумно браться за переустройство мира, поскольку тем самым он рискует задеть заключенную в этом мире духовность, или жизненное начало.

Характеризуя общество как  амальгаму институтов, норм, моральных  убеждений,        традиций, обычаев, восходящих своими корнями  глубоко в историю, сам по себе факт их    взаимосвязанности  и единства они рассматривали  как чудо истории, поскольку этот факт невозможно объяснить рациональными  доводами. Существующим институтам, по их мнению, следует отдать предпочтение перед любой теоретической схемой, какой бы совершенной она ни показалась с рациональной точки зрения. Поскольку  все формы     моральной  и политической приверженности держатся на ассоциациях и поскольку ассоциации нельзя искусственно создать за короткое время, то разрушение унаследованных институтов является крайне безответственным делом.

Как считали основатели консерватизма, политические принципы следует приспосабливать  к обычаям, национальным традициям, установившимся общественно-политическим институтам. В их конструкциях естественным и законным считалось лишь общество, основанное на иерархической структуре, отдельные части которой обеспечивают жизнеспособность и целостность  общественного организма, подобно  тому как отдельные органы человеческого  тела - жизнеспособность и целостность  всего его организма.

Если либерализм и социализм  с самого начала возникли в качестве классовых идейно-политических течений, соответственно буржуазии и рабочего класса, то в этом смысле значительно  сложнее обстоит дело с консерватизмом. В целом как тип общественно-политической мысли и идейно-политического  течения консерватизм отражает идеи, идеалы, установки, ориентации, ценностные нормы тех классов, фракций и  социальных групп, положению которых  угрожают объективные тенденции  общественно-исторического и социально-экономического развития, тех привилегированных  социальных группировок, которые испытывают всевозрастающие трудности и  давление со стороны не только демократических  сил, но и наиболее динамичных фракций  имущих слоев населения. Но нередко  консерватизм был своего рода защитной реакцией тех средних и мелких предпринимателей, фермеров, лавочников, ремесленников, просто жителей сельской местности, которые испытывают страх  перед будущим, несущим с собой  неопределенность и зачастую реальное ухудшение социального статуса.

Следует подчеркнуть, что  консерватизм в некотором смысле представляет собой нечто большее, чем просто защиту интересов тех  или иных слоев населения. "Консервативное" включает в себя утвердившийся и  общепринятый в обществе набор ценностей, детерминирующих поведение и  образ мыслей значительных категорий  людей, а также формы приспособления к традиционным социальным нормам и  институтам. Важное место в нем  занимают глубинные традиционалисте  кие и ностальгические тенденции, характерные для психологии массовых слоев населения. Бывает и так, что  консервативные ценности и нормы  поддерживают и отдельные группы населения, интересам которых они  объективно противоречат. Такое явление  особенно отчетливо наблюдается  в периоды крупных социальных сдвигов, сопряженных с существенными  изменениями в привычном образе жизни, необходимостью принятия каждым человеком на себя ответственности  за свою судьбу и за свои действия, с  отказом от устоявшихся, ставших  традиционными, установок, ценностей, морально-этических норм и т.д. Об этом свидетельствуют те на первый взгляд парадоксальные явления, которые  происходят у нас в стране и  других новых странах, образовавшихся на обломках СССР. Речь идет прежде всего  о большой прослойке людей, которые  после краха тоталитарной системы  и с началом коренного реформирования важнейших сфер жизни оказались  за чертой бедности, потеряли ориентиры  и, не видя для себя приемлемых перспектив, цепляются за прошлое, составляя  социальную базу политических сил, выступающих  за сохранение старых порядков.

Принимая существующее положение  вещей, консерватизм делает ударение на необходимости сохранения традиционных правил, норм, иерархии власти, социальных и политических структур и институтов. В духе гегелевской формулы "все  действительное разумно, все разумное действительно" консерватор рассматривает  существующий мир как наилучший  из всех возможных миров. Конечно, любая  страна, любая нация нуждаются  в категории людей, партий и организаций, обосновывающих их интересы идеологией, призванной сохранять, защищать и передавать будущим поколениям то, что достигнуто к каждому конкретному историческому  периоду, ибо народ без памяти о прошлом - это народ без будущего. Здесь нельзя не упомянуть мудрую восточную поговорку: "Тот, кто  стреляет в прошлое из пистолета, в того будущее выстрелит из пушки". Нельзя не сказать и то, что любому обществу в целом есть что отстаивать, сохранять и передавать будущим  поколениям.

Вместе с тем, как выше говорилось, истинный консерватизм, призванный защищать статус-кво, обосновать необходимость  его сохранения, должен учесть изменяющиеся реалии и приспосабливаться к  ним. Свою способность к этому  консерватизм продемонстрировал на поворотных этапах истории. Так, в период господства свободнопредпринимательского капитализма он интегрировал идеи свободной конкуренции, свободного рынка, а после великого экономического кризиса и особенно после второй мировой войны - кейнсианские идеи государственного регулирования экономики, социальных реформ, государства благосостояния и т.д. В этом аспекте консерватизм претерпел далеко идущую трансформацию в 70-80-е гг.

4.  Традиционализм Э. Берка

С осуждением Французской  революции выступал английский парламентарий  и публицист Эдмунд Берк (1729 – 1797 гг.), увидевший в этой революции угрозу для Англии. Его книга “Размышления о французской революции” (1790 г.) приобрела широкую известность. Идеями Берка восхищались де Местр и де Бональд.

Берк стремился опровергнуть метод и учение идеологов и деятелей Французской революции. Их метод, писал он, априорен, основан на индивидуальном разуме и оперирует упрощенными построениями. Этим обусловлена ошибочность основных положений теории французских революционеров.

Берк оспаривал теорию общественного договора тем доводом, что человек никогда не находился вне общества, а всегда, от рождения, был связан с другими людьми и обществом рядом взаимных обязанностей. Столь же неверна, по мнению Берка, и теория народного верховенства. Народ – это сумма лиц, которая не может составить единую личность, действующую как одно лицо. Искусственной фикцией является воля большинства, лежащая в основе ряда теоретических построений о власти и законе. Абстрактные представления о свободе ведут к анархии, а через нее – к тирании.

Коль скоро государство, общество, право не изобретены человеком, а создаются в результате длительной эволюции, они не могут быть перестроены  по воле людей. “Парижские философы, – считал Берк, – в высшей степени безразличны по отношению к тем чувствам и обычаям, на которых основывается мир нравственности... В своих опытах они рассматривают людей как мышей”. “Честный реформатор не может рассматривать свою страну как всего лишь чистый лист, на котором он может писать все, что ему заблагорассудится”. Французская революция тем и отличается от “Славной революции” 1688 г. в Англии, что французы стремятся все построить заново, тогда как революция в Англии, как полагал Берк, была совершена для сохранения древних законов, свобод, конституции, основанной на традициях. Берк решительно осуждал всякие новшества, в том числе и в государственном строе Англии, сложившемся в течение веков. Само учение о государстве и праве должно стать наукой, изучающей исторический опыт, законы и практику, а не схемой априорных доказательств и фикций, какой является учение идеологов революции.

Бёрк, как и реакционные  идеологи, противопоставлял рационалистическим идеям Просвещения традиционализм и историзм, убеждение в неодолимости хода истории, не зависящего от человека. В применении к истории права  это противопоставление получило развитие в учении исторической школы права.

5.  Реакционные политико-правовые учения во Франции, Швейцарии, Австрии

В конце XVIII – начале XIX в. с осуждением Французской революции  выступил ряд политических мыслителей.

Наиболее известным из них был Жозеф де Местр (1753–1821 гг.). Всю силу своего недюжинного  таланта Жозеф де Местр обрушил  на Просвещение и революцию.

Когда-то Франция была центром  европейского христианства, рассуждал  де Местр. Но затем в литературе и  во всех сословиях Франции распространились идеи, направленные против религии  и собственности. Человек, который  может все видоизменить, но не может  ничего создать или изменить к  лучшему без помощи божьей, возомнил себя источником верховной власти и  захотел все делать сам. За это  бог наказал людей, сказав – делайте! И революция, божья кара, разрушила  весь политический порядок, извратила  нравственные законы. Франция попала в руки злодеев, которые водворили  в ней самый страшный гнет, какой  только знает история. Революция  обречена на бесплодие, утверждал де Местр, прочно лишь то, что основано на божественном начале; история свидетельствует, что революции всегда производят большее зло, чем то, которое они  хотят исправить.

Особенное внимание де Местр  уделял критике свойственного Просвещению  убеждения во всесилии разумного  законодательства. «Человек не может  сочинить конституцию так же, как  не может сочинить язык. Он не может  создать даже насекомое или былинку, но вообразил, что он источник верховной  власти, и стал творить конституции.» - писал де Местр.

Де Местр высмеивал  заявление Томаса Пейна, что он признает только те конституции, которые можно  носить в кармане. «Письменные конституции  лишь утверждают те права, которые уже  существуют.» - рассуждал де Местр. В  английской конституции большинство  положений нигде не записано –  она заключается в общественном духе и потому действует. В Конституции  США прочно лишь то, что унаследовано от предков. И напротив, все новое, установленное общим совещанием людей, обречено на погибель.

Подлинные конституции, писал  де Местр, складываются исторически, из незаметных зачатков, из элементов, содержащихся в обычаях и характере народа.

Все конституции закрепляют ту или иную степень свободы, причем народы получают свобод больше или  меньше в зависимости от их потребностей. Изменение потребностей народов  ведет к изменению конституций  сообразно той доле свободы, которую  они имеют. Так, англичане, совершив революцию, не уничтожили весь старый порядок вещей и даже воспользовались  им для объявления прав и свобод. Впрочем, замечал де Местр о послереволюционной Англии, английские учреждения еще  не прошли достаточное испытание  временем и их прочность в ряде отношений сомнительна.

Де Местр призывал французов  вернуться к своей старинной  конституции, которую им дала история, и через монарха получить свободу. Тогда Франция снова станет честью и украшением Европы, заявлял он.

Прекрасно зная историю революций, он использовал нестабильность и  неустойчивость французских конституционных  законов революционного периода  как аргумент против действенности  писаного законодательства вообще. Бывший почитатель Руссо, де Местр стремился  доказать бесперспективность революционной  практики с точки зрения некоторых  идей Просвещения (таковы его возражения против “большой республики”). В дискуссии  с идеологией Просвещения де Местр  нащупал ее слабое, уязвимое звено: рационалистическое убеждение во всесилии разумного закона. Законы творит не разум, а история – этот его  вывод подтверждался почти всей политической практикой, известной  тому веку. У де Местра этот вывод  был подчинен задаче обоснования  его политических идеалов.

Политическая программа  де Местра крайне реакционна. Она основана на представлении о греховной  природе человека, способного делать только зло. Человек слишком зол, чтобы быть свободным, в его же интересах он нуждается в порабощении. Равным образом равенство противоречит и законам природы, и законам  общежития. Греховность человека неизбежно  порождает бесконечные преступления и требует наказаний. Человеком  можно управлять, лишь опираясь на страх, даже на ужас, который внушает палач. “Все величие, все могущество, все  подчинение возложены на него: в  нем воплощены ужас и нить связи  между людьми, – писал де Местр  о палаче. – Лишите мир этой непостижимой силы – в одно мгновение порядок  обратится в хаос, троны рухнут и общество исчезнет”.

Де Местр призывал вернуться  к средневековым порядкам и идеалам. Только монархическая форма государства  соответствует воле бога. Поскольку  религия является основанием всех человеческих учреждений (политический быт, просвещение, воспитание, наука), католическая церковь  должна восстановить былую роль вершительницы  судеб народов. Просвещение и  образование вредны, знания разрушают  интуитивный стиль жизни и  лишают традицию ее “магической власти”. Светская и духовная власти должны соединиться в борьбе против инакомыслия. Благодетельным учреждением, спасшим  Испанию от гибельных новшеств, де Местр называл инквизицию.

Аналогичные идеи содержались  в произведениях французского политического  деятеля виконта де Бональда (1754–1840 гг.). Как и де Местр, де Бональд  заявлял, что революция произошла  от ослабления веры в бога. Революцию  он называл разложением общества, властью злодеев и палачей, самым  страшным деспотизмом, известным истории.

Бональд писал, что законы человеческих обществ вытекают из природы  человека вообще, в силу чего политические общества могут иметь только одно естественное устройство. Законы такого общества выражают божью волю, природу  человека и общую волю. Цель любого общества – охрана лица и имущества. Но эта цель не может быть достигнута, если обществом управляет частная  воля.

Естественным устройством  общества, основанного на природе  вещей, по утверждению Бональда, является монархия. Ее прообраз и основной элемент  – семья.

Идеал Бональда – средневековая  сословно-представительная монархия с  сильной ролью церкви.

Все остальные государства  он относил к неустроенным обществам, которых много, ибо истина одна, а  ошибок множество, общая воля единообразна – частные воли бесконечно разнообразны потому, что частная воля всегда извращена.

Бональд – клерикал, причем клерикал воинствующий: религию он считал необходимой основой всех учреждений, воспитания и образования. Государство и религию он рассматривал как “две узды, необходимые для  сдерживания страстей человеческих”. Даже Декларацию прав человека и гражданина он предлагал заменить Декларацией  прав бога, поскольку “бог – автор  всех совершенных законов”.

Средневековые идеалы стремился  обосновать бернский патриций Карл Людвиг Галлер (1768–1854 гг.). Он был профессором  права в Бернском университете, но покинул Швейцарию из-за политических переворотов. Приняв католичество, Галлер жил во Франции, в Австрии, посвятив свою жизнь борьбе с революционными идеями. Его шеститомная “Реставрация политической науки” (1816–1834 гг.) в свое время наделала много шума и была “удостоена” резких оценок Гегеля (“невероятные нелепости”, “полное  отсутствие мыслей”, “фанатизм, слабоумие  и лицемерие добрых намерений”, “абсурдное представляется ему словом божиим”).

Галлер писал, что богом  установлен естественный закон, управляющий  всеми человеческими отношениями, согласно которому сильный властвует, слабейший подчиняется. Общественное неравенство проистекает из естественного  неравенства людей. Богом определена власть отца, хозяина, вождя, учителя, знающего над незнающим. Вместе с тем бог  установил запрет посягать на права  другого. Поэтому общий порядок  согласуется со свободой каждого  отдельного лица. Коль скоро все  это зависит от бога, религия является главной гарантией против злоупотребления  властью.

Общество – не искусственное  образование, а естественное состояние  человечества; равным образом государства  возникают не из теоретических построений, а историческим путем. Государство, утверждал Галлер, – такой же союз, как семья, дом, товарищество. Особенность и отличие государства  – верховная власть. Основанием государства являются лица, обладающие правом верховной власти. Их подданные  имеют свои права.

Идеалом Галлера были мелкодержавный княжеский абсолютизм и феодальные институты, существовавшие в средние  века. Он призывал возродить господство духовной власти над светской, называл  католицизм единственно истинной формой христианства (протестантизм революционен), свободу печати считал пагубным софизмом, утверждал, что революционные и  противореволюционные учения соотносятся  как неверие и вера.

6.  Социокультурный и религиозный аспекты консервативного мировоззрения

Для всех течений современного консерватизма, особенно для новых  правых и традиционалистов, характерна приверженность социокультурному и  религиозному традиционализму. Отказ  от традиционных ценностей рассматривается  ими как главная причина всех негативных явлений в современном  обществе. При этом под традицией  подразумеваются универсальные, трансцендентальные ценности и принципы. Как утверждал, например, Р. Уивер, отрицание всего  трансцендентального привело к  релятивизму, рассматривавшему человека как "меру всех вещей", к отказу от доктрины первородного греха, которую  заменили идеей о доброй природе  человека. Поскольку лишь физический, чувственный мир стал считаться  единственно реальным, начались упадок религии и восхождение рационализма и материализма. Исходя из подобных установок, консерваторы делают особый упор на исчезновении уверенности людей  в себе, упадке таких традиционных ценностей, как закон и порядок, дисциплина, сдержанность, консенсус, патриотизм и т.д.

Эта сторона у них проявляется  в откровенной ностальгии по более  простому, более организованному  и гомогенному миру, который, по их мысли, существовал в ХУШ-Х1Х вв. в период свободно-предпринимательского капитализма. Они настойчиво приводят доводы и аргументы в пользу восстановления традиционных ценностей и идеалов, таких как семья, община, церковь  и другие промежуточные институты. В них, как считает У. Вальдгрейв, единство между различными компонентами осуществляется родственными, географическими, экономическими, культурными или  иными узами, обеспечивающими преемственность  материальных и духовных ценностей.

Собственно говоря, новое "неоправых" и неоконсерваторов в значительной степени состоит  в том, что они делают упор на социокультурных  и религиозных проблемах, на религиозном  и культурном отчуждении. Как утверждает П. Вьяль, буржуазное потребительское  общество, в котором вся система  ценностей строится на экономике, оставляет  людей в состоянии духовной нищеты. Исходя из аналогичного тезиса, идеолог  американских неоправых П. Уэйрич подчеркивает: "Сама суть нового правого - это основанный на морали консерватизм". "Наши лозунги  основываются не на экономической теории, а на религиозных взглядах", - утверждает он. Показательно, что зачинатели французского "неоправого" движения первоначально  декларировали, что будут ограничивать свою деятельность исключительно сферой культуры.

Однако в трактовке  того, что понимать под действительно  традиционными ценностями, неоконсерваторы  и "правые" США и ряда других стран значительно расходятся. Так, большинство американских "неоправых" - ревностные приверженцы протестантского  фундаментализма, основанного на буквальном толковании Библии, религиозном фанатизме, враждебности к инакомыслию и  т.д.

В некоторых западноевропейских странах неоконсерваторы и особенно отдельные группы неоправых придерживаются иных позиций. В ФРГ и Франции, например, они видят свою задачу в возрождении "духа старой Европы", в котором, как считает Л. Балла, "переплелись корни греческой, латинской, кельтской, германской и  славянской культур". В целом возврат  к прошлому мыслится этими идеологами "новых правых" как отказ  от иудеохристианской традиции, возрождение  ценностей языческой Европы на базе синтеза начал Аполлона и Диониса. "Песнь мира - языческая, таково послание революции грядущего века", - утверждают французские "новые правые". Христианство не устраивает их тем, что оно-де своим  монотеизмом уравнивает всех верующих, вносит в "европейское сознание революционную  антропологию, основанную на идеях  эгалитаризма и тоталитаризма". Что  касается древней индоевропейской  традиции или, проще говоря, язычества, то оно привлекает их своим политеизмом, служащим как бы современным вариантом  политико-культурного и мировоззренческого плюрализма.

Особенность идейно-политических позиций «неоправых» Франции, ФРГ и некоторых других стран Западной Европы состоит в широком использовании новейших этнологических и психологических теорий и их приложении к политическим реалиям современности. Тезис о "глубоких различиях" между расами, порожденных специфическими различиями в природно-климатических и историко-культурных условиях их жизни и эволюции, ссылки на "этноплюрализм", этническое и культурное разнообразие дают "новым правым" возможность использовать антиколониалистские лозунги левых для обоснования "генетической предрасположенности" каждой расы к раз и навсегда установившейся социокультурной модели.