Культура Арабского Халифата

ВВЕДЕНИЕ

После того, как был написан Коран, распространение ислама по Аравийскому полуострову происходило чрезвычайно быстро и уже к 30-м годам VII века привело к созданию единого феодально-теократического арабского государства – Арабского Халифата.

Социальные отношения в Аравии в VI-VII веках н.э., то есть накануне магометанской (исламской) реформации, были очень сложными. На большей части страны не были изжиты первобытнообщинные отношения, ярко проявляющиеся в родовой связи членов общества, кровной мести, общем владении землей и т.д. В тоже время выделялась и окрепла родовая знать. Широкое распространение получают торговля и ростовщичество, возникают довольно крупные города.

Крестьянское население, жившее сельскими общинами, равно как и основная масса скотоводческих племен, противилась переходу земли в частную собственность, стояло на позициях социального равенства. Особую ненависть вызывали богатые торговые города. В этой обстановке получает распространение учение, которое в религиозной форме провозглашало несправедливость и сосредоточение власти в руках родовой знати; признавало формальное равенство свободных людей, связанных новой религией (независимо от принадлежности к племени); а также намечало выход из сложившегося социального кризиса путем завоеваний, осуществляемых под флагом религиозной войны.

Возникновение новой религии – Ислама связано с именем Мухаммеда (приблизительно 570г.-632г.). Он провозглашал необходимость нового порядка, исключавшего прежнюю племенную рознь. Все арабы, вне зависимости от своего племенного происхождения, призваны были составить единую народность. Их главой должен быть Пророк – «наместник Бога на земле». Единственным условием вступления в эту общность являлось признание новой религии и строгое выполнение ее предписаний. Среди простых людей новые идеи нашли ревностных сторонников. Они приняли Ислам, так как давно потеряли веру в могущество племенных Богов, не защитивших их от бедствий и разорений.

К 20-м – 30-м г.г. VIIв. было завершено организационное оформление мусульманской религиозной общины, возглавляемой Мухаммедом. Созданные ею военные отряды вели борьбу за объединение страны под знаменем ислама. Деятельность этой военно-религиозной организации постепенно приобретала политический характер. Возникшее государство решало одну из важнейших задач, ставшую перед страной – преодоление племенного сепаратизма. К середине VIIв. объединение Аравии было, в основном, завершено.

1. ИСТОКИ АРАБСКОГО ХАЛИФАТА

В VIIв. у арабских племен, центром расселения которых являлся Аравийский полуостров, началось разложение родоплеменного строя. Усилилась имущественная, а затем и социальная дифференциация. Шейх (глава племен) и саиды (племенные старейшины) захватывают лучшие земли оазисов. В их собственность переходит большое количество скота. Появляются рабы. Право занимать общественные должности стало наследственной привилегией наиболее богатых семей.

Разложение родоплеменных отношений особенно далеко зашло в Хиджазе (район побережья Красного моря). Здесь вокруг оазисов концентрировались полуоседлые племена, занимавшиеся не только скотоводством, но и земледелием. В этом районе были торгово-ремесленные города, такие как Мекка и Ясриб, через которые пролегал большой караванный путь с юга на север. В городах доминировали богатые купцы-ростовщики. Особившись в привилегированную группу, они, тем не менее, не порывали родственных связей с определенными племенами и их знатью. В этих районах находилось большое количество обездоленных бедуинов. Рушились вековые связи, узы и традиции взаимопомощи, связавшие всех соплеменников. Бедствием для простых людей была усилившаяся межплеменная рознь. Постоянные взаимные военные набеги сопровождались убийствами, угоном людей и скота. Так в обстановке глубокого социально-экономического кризиса рождалось новое классовое общество. И, как это имело место у других народов, идеология общественного движения, объективно выступившего за новый строй, приобрела религиозную форму. Народный характер первоначального движения отпугнул богатых, но это продолжалось не долго. Наблюдая за действием приверженцев Ислама, знать начала понимать, что новая религия не угрожает их коренным интересам. Вскоре представители родоплеменных и торговых верхов вошли в состав правящей элиты мусульман.

2. ЗНАЧЕНИЕ АРАБСКОГО ХАЛИФАТА В ИСТОРИИ МИРОВОЙ КУЛЬТУРЫ

Арабские завоеватели, в целом, довольно толерантно относились к людям, исповедующим другие религии, и быстро усваивали многие элементы культуры покоренных народов.

Классический ислам, в принципе, не проводит национальных различий, признавая три статуса существования человека: в качестве правоверного (мусульманина), в качестве покровительствуемого (иудеи и христиане в мире ислама, они же — «ахл ал-китаб» — люди Книги, держатели Писания, не подлежащие насильственному обращению в ислам) и в качестве многобожника, непременно подлежащего обращению. Возникла богатейшая единая арабская культура. Язык Корана, арабский, стал средством объединения многих народов. На его основе, с привлечением сюжетов персидской, индийской и античной мифологии сложился замечательный всемирно известный сборник арабских сказок – "Тысяча и одна ночь". Ислам почитал знание одним из признаков всемогущества Аллаха, и искусство – видом знания. Здесь больших высот достигли математика (арабские цифры), астрономия, медицина, навигация (изобретение астролябии). Были переведены на арабский язык, сохранены и размножены утерянные в Европе труды греческих, латинских и византийских авторов. Лишь много позже они были переведены на европейские языки и вновь стали достоянием европейской культуры. Были созданы замечательные памятники архитектуры, многие из которых сохранились до наших дней: Купол Скалы, Мечеть Омейядов в Дамаске и мечеть Тулуна в Каире.

3. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ИСЛАМА

«Бисмилляхи-р-рахмани-р-рахим» — «Во имя Бога милостивого, милосердного». Такими словами начинали свои труды по истории Арабского халифата мусульманские ученые, переходя затем к биографии основателя ислама — пророка Мухаммеда. Именно его учение стало тем краеугольным камнем, на котором было затем воздвигнуто здание новой мировой империи – предмета гордости, зависти, страха и восхищения средневековых народов.

Мухаммед, известный в Европе под именем Магомета, родился в 570г. в городе Мекке на территории нынешней Саудовской Аравии в сотне километров от восточного берега Красного моря. Предание возводит его происхождение к одному из наиболее известных и почитаемых у арабов семейств — курайшитам. Род курайшитов делился на две ветви. Родоначальником одной из них был прадед Мухаммеда — Хашим, хранитель Каабы. Так назывался мекканский храм, бывший одним из наиболее почитаемых мест паломничества жителей Аравийского полуострова.

После смерти Хашима его сын Абд-аль-Муталиб унаследовал почетную должность и политическое влияние отца. Отец пророка — Абдаллах был младшим сыном Абд-аль-Муталиба. Он женился на Амине – представительнице того же рода. Единственным ребенком от этого брака и стал Мухаммед. Его рождение, если верить позднейшим преданиям, сопровождалось особыми обстоятельствами. Амина не испытывала обычных болей во время родов. В момент появления мальчика на свет небо озарилось необыкновенным блеском, а сам новорожденный, подняв глаза к небу, воскликнул: «Велик Бог! Нет Бога, кроме Бога, и я Его пророк»! Детство пророка прошло в племени Бану-Саад, где с особым трепетом относились к сохранению древних арабских традиций. Сам он впоследствии с гордостью говорил оппонентам: «Я более араб, чем кто-либо из вас: я — курайшит, и меня вскормило племя Бану-Саад». При этом ни отрочество, ни юность Мухаммеда не были легкими и радостными, так что для всего этого периода у него нашлось затем всего три слова: «Я был сиротой». С пятнадцати лет пророк, в качестве оруженосца, участвовал в многочисленных межплеменных столкновениях. Известно также, что ему приходилось заниматься торговлей. Впрочем, ни первое, ни второе не могло привлечь внимания соплеменников, так как было делом для араба обычным. Известность пришла после того, как основатель ислама удалился в пустыню, где и принял божественное откровение.

Вернувшись в Мекку, он начал жизнь проповедника. Единобожие (монотеизм), о котором говорил Мухаммед, снискало ему симпатии небогатых горожан, некоторых кочевых племен и рабов. Последних привлекало то, что новая религия объявила богоугодными выкуп невольников и их освобождение. Большинство арабов были, в описываемый период, язычниками и поклонялись многочисленным Богам, каждый из которых имел свое изображение — идола. Наиболее известные идолы носили имена Хубель, Лат, Менат, Узза, Сува, Йегус, Неср и т.д. Каждое племя имело своего особо почитаемого бога. В Каабе и вокруг нее насчитывали около трехсот шестидесяти изображений богов. Каждый идол посещался поклонниками в строго определенный день. Таким образом, в течение года поток паломников в Мекку не иссякал. Это, в свою очередь, способствовало превращению города в религиозный и торговый центр арабского мира, наиболее развитой частью которого была область Хиджаз, тянувшаяся по побережью Красного моря от залива Акаба до Йемена.

С Меккой соперничали другие города Хиджаза, расположенные несколько южнее, — Ясриб и Таиф. Именно в Ясриб пришлось отправиться Мухаммеду и его сторонникам, когда власти Мекки сочли его проповеди слишком опасными для существовавшего там порядка, а монотеизм — подрывающим традиционные языческие устои. Это переселение (хиджра) произошло в 622г., который до сих пор считается начальной точкой летосчисления в исламском мире. Изменило хиджра и название города Ясриба, впоследствии он стал называться Мединой (Мадиной), что означало («Мадинат ан-набиий») «город пророка».

До принятия ислама арабский мир представлял собой конгломерат отдельных племен, вожди которых именовались шейхами. Бульшая их часть вела кочевую жизнь, хотя в Хиджазе и Йемене у арабов были и города. Отношения между этими племенами можно охарактеризовать, как череду кровавых и запутанных междоусобиц. Споры возникали в первую очередь из-за границ районов, где происходило кочевье. Из-за кровной мести, вражда не прекращалась на протяжении многих десятилетий. Столкновения несколько затихали только в месяцы Зулькада (Джулькада), Зульхиджа (Джульхиджа) и Мухаррам, то есть с мая по август, а также в месяц Раджеб (Раджаб) – январь-февраль, которые назывались запретными, ибо в это время возбранялось проливать кровь. В «запретные месяцы» активизировались часто совмещавшиеся торговая деятельность и паломничество.

Как вероучение и мировоззрение ислам развивался и вследствие контактов его адептов с представителями других религий. На Аравийском полуострове, помимо язычников-политеистов, жили в то время иудаисты и христиане. Единобожия придерживалось также племя Ханифов, отвергавшее поклонение идолам. Мухаммед, зарекомендовавший себя в Мекке как противник язычества и его жрецов, концентрировавшихся вокруг храма, выступил в Ясрибе (Медине) уже в качестве борца за объединение арабов. Эта консолидация должна была проходить под знаменем ислама и вокруг нового места обитания пророка, где он был признан арбитром в межплеменных спорах. В результате, мединцы начали вооруженную борьбу с Меккой, которая продолжалась вплоть до 630г., когда был достигнут компромисс. Мекканцы признали власть Мухаммеда и его учение, однако их город сохранил значение главного арабского религиозного центра, а основной святыней новой веры стал храм Кааба, куда должны были по-прежнему стекаться паломники – уже не язычники, но мусульмане. Слово это происходило от арабского «муслим» — приверженец ислама (во множественном числе — «муслимуна»). Объединенные вокруг Мухаммеда, ислама и Мекки с Мединой арабы нашли в себе силы создать качественно новое государственное образование с тенденцией к территориальному расширению. Мощным стимулом экспансии стала новая религия. Мухаммед сделал главное, в чем нуждались арабы в начале VIIв.: он сплотил их, дал им учение и веру, указал тот путь, по которому следовало направить свои силы и энергию. Путь этот был теперь ясен: правоверные должны обратить неверных, поставить всех под знамя великого учения святого пророка. Этот путь полностью соответствовал как заповедям ислама (джихад), так и извечному стремлению кочевников к наживе за счет военной добычи: четыре пятых ее распределялось между воинами, а одна пятая шла пророку и предназначалась для нужд бедных и одиноких. Сам Мухаммед не успел полностью осознать масштабы начатого им, так как скончался уже в 632г.

4. ХАЛИФАТ ОМЕЙЯДОВ

Омейяды (династия халифов, основанная Муавией в 661г.) энергично взялись за укрепление своей власти, за создание основ сильной политической структуры, призванной эффективно управлять гигантским государством, состоявшим из весьма разнородных частей. Откупившись от претензий на власть старшего сына Али и Фатимы внука пророка – Хасана, и расправившись затем с поднявшим было мятеж и погибшим близ Кербелы младшим его братом Хусейном, омейядские халифы сумели потом покончить и с остальными недовольными и восставшими против них арабами. По преданию, Хасан получил от Муавии пергамент, на котором ему было предложено самому поставить любую цифру откупа. Брат же его был буквально растерзан на части, ибо ни кто не хотел брать лично на себя ответственность за смерть внука пророка. После этого Хусейн стал Святым мучеником всех шиитов, ежегодно отмечающих день его гибели не только торжественными процессиями и самобичеванием, а даже самоубийством религиозных фанатиков – шахсей-вахсей.

Опираясь, прежде всего на военную силу, халифы вместе с тем сумели выдвинуть на передний план два важных фактора, которые позволили им добиться успеха.

Первым из них была исламизация завоеванного населения. Распространение ислама среди покоренных народов шло на редкость быстро и успешно. Частично это можно объяснить тем, что христиане на отвоеванных у Византии территорий и зароастрийцы Ирана видели в новой религиозной доктрине нечто не слишком им чуждое: сложившаяся на доктринальной базе иудаизма и христианства, частично также и зароастризма, очень много взявшая из Библии (Коран насыщен такого рода заимствованиями) мусульманская религия была достаточно близкой и понятной тем, кто уже привык верить в единого великого Бога, символизирующего собой все светлое, доброе, мудрое, справедливое. Кроме того, этому способствовала экономическая политика первых халифов: принявшие ислам платили в казну халифата только десятину – ушр, в то время как не мусульмане были обязаны выплачивать поземельный налог – харадж (от одной до двух третей урожая) и подушную подать – джазию.

Вторым важным фактором усиления власти халифов была арабизация. В ходе завоеваний и быстрого расширения захваченных арабами территорий большое количество воинов-арабов, вчерашних бедуинов, расселялось иногда чуть ли не целыми племенами на новых местах, где они, естественно, занимали ключевые места и брали в жены представительниц местного населения, к тому же и в не малых количествах, благо то было санкционировано освещающим многоженство Кораном. Исламизированные жены из числа местного населения арабизировались, как, естественно, и их многочисленные дети, в первую очередь. Кроме того, близость арабского языка и культуры семитского, в основном арамейскому населению Сирии и Ирака способствовала быстрой арабизации этих районов.

Христианизированное население Египта, Ливии и всего Магриба арабизировались позже и медленнее, но и здесь процесс арабизации шел своим чередом и за несколько веков добился немалых успехов, чему способствовало, в частности, превращение арабского языка и письменности в распространенное и престижное средство общения. Коран был написан по-арабски и переводить его запрещалось; все учившиеся обучались прежде всего мудрости ислама, то есть изучали арабский и читали священную книгу, и в конечном счете превращались в носителей арабского языка и арабской культуры.

Менее успешно шла арабизация в землях Ливана и Палестины, где позиции христиан были особенно сильны. Только, собственно, Иран – страна с древнейшей культурой и весьма независимой политической традицией, успешно противостоял арабизации. Если в период первых четырех халифов управление находилось в руках местных властей и велось в основном на греческом и персидском языках, то с Омейядов, правда не сразу, ситуация начала меняться. Арабский язык повсюду вводится в качестве обязательного в делопроизводство. Он был единственным в сфере наук образования, литературы, религии, философии. Быть грамотным – означало говорить, писать и читать по-арабски, и вообще быть арабом – означало быть представителем своего родного языка и этноса.

Важнейшей особенностью халифата и вообще всех исламских стран вплоть до наших дней является неотъемлемая слитность религии и политики, о чем уже упоминалось. Ислам никогда не был хоть сколько-нибудь отделен от государства и, тем более, не противостоял ему церковью. Напротив, ислам был идейно-институциональной основой, сутью исламского государства, причем это тоже, в немалой степени, способствовало усилению власти халифов, особенно в начале, когда это было очень важно для новой политической структуры. Халиф формально обладал всей полнотой власти, религиозной (имамат) и светской (эмират). В столице Омейядов Дамаске чеканились золотые и серебреные дирхемы с его именем; это же имя упоминалось при торжественных пятничных богослужениях в мечетях. Центральная власть и государственный аппарат халифа эффективно управляли всей огромной страной, для чего была налажена регулярная почтовая связь с окраинами, реорганизованы войска (солдаты получали жалования из казны или наделялись земельными наделами катиа), по персидскому образцу созданы полицейские отряды, строились дороги, каналы, караван-сараи и т.д. Вновь завоеванные территории были разделены на наместничества, одним из которых стала и Аравия. Пять наместничеств с центрами в Ираке, Аравии, Египте, Закавказье и Западной Африке управлялись всевластными эмирами, которые, хотя и подчинялись центру, были фактически хозяевами в своих эмиратах.

Верховным собственником всех земель халифата было государство (формально собственником считался Аллах, от его имени всем распоряжался Халиф). Практически же, земли были во владении эмиратов и их аппарата власти. Существовало несколько различных категорий земельного владения. Наиболее распространенным было общинное землевладение на землях государства с выплатой в казну ренты-налога в форме хараджа или ушра. Ушр выплачивали и владельцы частных отчуждаемых земель (мульк) – разница была вправе отчуждать, причем мульки, как правило, были небольшими владениями. Земли савафи (это владения членов правящего дома, включая самого халифа) и вакфы (земли религиозных учреждений) налогами не облагались, но и не могли отчуждаться. Часть государственно-общинных казенных земель в форме икта, то есть условного владения с правом взимать в свою пользу причитающиеся с этих земель ренту-налог (включая и подушную подать, если она взималась), получали от государства служивые, чиновники и офицеры. Воины, во всяком случаи часть их, имели необлагавшиеся налогом наделы катиа.

Все земли обрабатывались крестьянами, обычно, кроме перечисленных исключений, выплачивавшими государству либо его представителям (иктадарам – владельцам вакуфов, земель савафи) строго установленную норму ренту-налога. Некоторая часть мульковых земель нередко сдавалась в аренду с выплатой землевладельцу до половины урожая, но при этом землевладелец платил в казну налоги. В казну халифа, а затем и эмиров стекались также доходы от пошлин, взимавшихся с городского населения, а также пятая часть от всей военной добычи, за счет чего нередко выплачивались пенсии обедневшим потомкам пророка (сейидам) и его сподвижникам.

Важно иметь ввиду, что все вышеупомянутые принципы и нормы землепользования и налогообложения не были абсолютно незыблемыми, хотя в основе своей функционировали достаточно стабильно. Так, например, условные владения типа икта, обычно передававшиеся по наследству от отца к сыну (при условии, что сын наследует должность отца и служит, например, в качестве офицера), имели заметную тенденцию превратиться в отчуждаемую собственность их владельцев. Впрочем, государство всегда твердо стояло за противоположную тенденцию сохранения за собой права распоряжаться этим условным владением. Нестабильным было и положение мусульман-неарабов. Вначале всех их, о чем уже говорилось, освобождали от хараджа и джизии, но со временем то одну, то другую из этих форм выплат порой вновь заставляли платить. Эти чувствительные для населения халифата колебания нередко служили поводом для народных восстаний, порой принимавших форму сектантских движений.

Именно такого рода недовольством воспользовались, в частности, враги Омейядов, сгруппировавшиеся в середине VIIIв. вокруг влиятельного рода Аббасидов (вторая династия арабских халифов, происходившая от Аббаса ибн Абд аль-Мутталиба, дяди пророка Мухаммеда). Аббасиды спровоцировали в 747г. в Хорасане восстание, во главе которого встал бывший раб Абу Муслим. Восставшие, среди которых было не малое число шиитов (Иран уже в эпоху Омейядов стал центром шиитской оппозиции, в немалой степени использовавшей в своих интересах этнокультурные традиции и претензии персов, не очень-то довольных абсолютным арабским заселением), вело успешные сражения с войсками Омейядов, но плодами их успехов воспользовались Аббасиды, представитель которых в 749г. был провозглашен халифом.

5. ХАЛИФАТ АББАСИДОВ

Вскоре власть Омейядов окончательно рухнула, и на смену им пришли халифы новой династии. Хотя Аббасиды стали господствовать почти над всей территорией халифата – только в Испании, бежавший туда один из Омейядов, создал независимый от них Кордовский эмират, впоследствии тоже халифат, власть которого была значительно менее прочной и стабильной. Уже с первых десятилетий существования нового халифата стало вполне очевидно, что зенит политического могущества арабов и их государства позади. Новых походов Аббасиды практически не предпринимали; их сил едва хватало на то, чтобы сохранить завоеванное. Но и с этой задачей они справлялись плохо. Начиная с IXв. от халифата одна за другой стали отпадать его части. Правители, эмиры которых становились практически независимыми государями, а в лучшем случаи (да и то если они не были шиитами) признававшими сакральный авторитет и сюзеренитет халифа. Как это не парадоксально, но политическое ослабление могущества арабов по времени совпало с наивысшим взлетом арабо-мусульманской культуры, как духовной (расцвет догматики ислама, исламского права, литературы, философии, науки), так и материальной (развитие ремесел и торговли в процветающих богатых городах, успехи в мореплавании и др.). Выступив преемником древних эллинистических культур, римско-христианских и персидских традиций, впитав в себя наследие высокоразвитой городской культуры недавнего прошлого, исламский халифат способствовал ирригационному строительству и освоению новых земель, развитию агротехники и выращиванию новых сельскохозяйственных культур. Конечно, ислам при этом оставался исламом, то есть религией довольно жесткой, а в некоторых аспектах и фанатично-нетерпимой. Но нельзя забывать, что распространение, пусть даже исламского по сути своей образования, на широкие территории от Испании до Китая способствовало увеличению количества грамотных и образованных людей, росту культурного стандарта. Разумеется, речь идет о восточном стандарте, не более. Уважения к человеку, правам и достоинствам личности ислам с собой, увы, не нес. Произвол власти и право сильного оставались здесь неоспоримым законом социальных и политических отношений. Вместе с тем не следует забывать, что в сфере высокой теории, преимущественно в форме богословских споров, в халифате шли оживленные диспуты по многим серьезным проблемам – о божественном предопределении и свободе воли, например.

В управлении государством Аббасиды, в жилах которых текло не мало иранской крови, возродили административную систему персов, выдвинув на авансцену политической жизни, в частности, должность великого визиря, наделенного огромными полномочиями. Визирю подчинялись центральные ведомства – диваны и весь разветвленный административно-бюрократический аппарат. Только просвещение и суд были выведены из сферы его компетенции – здесь “заправляли” духовные лица во главе с судьями – кади.

Особое место в халифате Аббасидов заняла армия. Она сильно видоизменилась. На смену воинам-арабам из числа кочевников-бедуинов пришла намного лучше организованная наемная армия, в которой немалую роль стали играть профессиональные воины из числа хоросанцев, берберов, затем также и тюрок. Арабское ополчение теперь играло второстепенную роль. Главное же место в армейской иерархии заняла гвардия халифа, составленная из арабов-гулямов (мамлюков). Привезенные издалека в детском возрасте, купленные либо полученные от покоренного населения далеких окраин в форме, своего рода, тяжелого налога (налога «кровью» – девширме), оторванные от корней и лишенные связей в Багдаде, юноши из тюрок, кавказцев и славян воспитывались в духе абсолютной преданностью халифу, от милостей которого зависели их благосостояние. Вначале глубоко преданная халифу, эта гвардия вскоре почувствовала свою силу и стала не только навязывать халифу свою волю, но и подчас свергать неугодных правителей, а то и возводить на трон собственных предводителей.

Аграрные отношения при Аббасидах остались, в основном, прежними, а налоги даже несколько уменьшились, что с лихвой компенсировалось доходами от процветающего ремесла и развитой торговли. Тем не менее, на протяжении всей истории халифата Аббасидов народные выступления, чаще всего принимающие форму сектантских движений, не прекращались. Борьба с этими движениями стоила халифам немалых усилий и средств. Кроме того, росли злоупотребления в сфере взимания налогов, особенно после введения института посредников-откупщиков – мультозимов. Это, естественно, тоже рождало недовольство, так что для поддержания порядка, халифам все чаще приходилось обращаться к помощи влиятельной знати, особенно наместников-эмиров. За эту помощь необходимо было платить, а формой расплаты стало постепенное укрепление экономической и политической самостоятельности эмиров, превращавшихся в наследственных правителей той или иной части халифата со всеми вытекающими отсюда последствиями для центральной власти.

Начиная с IXв. сепаратизм эмиров, не говоря уже о феодальных владетелях рангом поменьше и тем более вождях племен или сект, захвативших силой определенную территорию и официально не признававшихся халифатом, ощущался все заметнее. Еще в конце VIIIв. в Марокко возникло фактически независимое государство Идрисидов (788г.-905г.), которым управляли шииты из числа алидов. Затем полунезависимым стал Хорасан, где был создано государство Тадиридов (821г.-873г.), после чего едва ли не все земли Средней Азии оказались под властью эмирата Саманидов (875г.-999г.), а Тунис и Алжир превратились в полунезависимый эмират Аглабидов (808г.-909г.). Наконец в 868г. захватил власть в Египте наместник халифа из числа тюрок-гулямов, основавший династию Тулунидов (868г-905г.). На развалинах халифата обретали свою былую независимость и многие местные династии. Например, в 875г. возродилось царство Багратидов и Армении.

Политический распад халифата в конце IXв. был усугублен восстаниями зинджей и карматов. Зинджи (чернокожие рабы из Занзибара) использовались на тяжелых работах в Южном Междуречье близ Басры, где десятки тысяч их, организованные в отряды, занимались строительством каналов и расчисткой солончаком. Бывшие собственностью халифата зинджи в 869г. восстали и на протяжении четырнадцати лет удерживали под своей властью район Басры и часть Хузистана, действуя при этом с большой жестокостью: перестав быть рабами, зинджи в основанном ими собственном халифате стали превращать в рабов едва ли не всех остальных, начиная с племенных арабов.

В восстании зинджей участвовала и группа шиитов из крайне шиитской секты исламистов, получившая название карматов. В конце IXв. карматы подняли еще одно восстание, распространившееся на Сирию, Ирак и Бахрейн. В Сирии и Ираке оно скоро было подавлено, а в районе Бахрейна карматы закрепились надолго, создав здесь собственное государство сектантов. Это государство просуществовало около полутора столетий. По некоторым описаниям, восходящим к середине IXв. оно управлялось выборной коллегией руководителей, население его не платило никаких налогов, а казна пополнялась за счет военной добычи.

Восстания и сепаратистские устремления, а также акции эмиров привели в своей совокупности к тому, что на рубеже IXв.-Xв. реальная власть халифа сильно уменьшилась. Практически возглавлявшееся им государство в начале Xв. контролировало лишь западную часть Ирана и небольшую прилегающую к ней территорию вместе со столицей Багдадом. Но и это продолжалось недолго.

В 935г. в западноевропейских землях возникли Буиды (шиитская конфедерация в области Гилян), которые в 945г. захватили Багдад и окончательно лишили халифа светской власти. Они присвоили себе титул “эмир эмиров” и стали управлять Ираком и Западным Ираном. Халиф же остался духовным главой правоверных, да и то лишь для ортодоксальных мусульман-сунитов. В этом состоянии он, а с ним и халифат как институт, просуществовал в Багдаде еще около трех веков. Впрочем, и это следует подчеркнуть, номинально халиф всетаки продолжал считаться верховным правителем всех правоверных, хотя функции его ограничивались вручением инвеституры очередному претенденту на власть в том или ином из эмиратов.