Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Методы психологического воздействия. 2

Оглавление

Введение ………………………………………………………………………….. 3

Глава 1. Понятие психологического воздействия……………………………… 4

Глава 2. Классификация методов психологического воздействия………….. 11

Заключение……………………………………………………………………….22

Список нормативных актов и литературы …………………………………... 23

Введение

Актуальность темы контрольной работы определяется тем, что в сфере управления довольно часто возникает вопрос как заставить людей добровольно, т.е. без дополнительных санкций, выполнять то, что необходимо для пользы дела, но порой, в сложившихся ситуациях вызывает у определенной влиятельной части коллектива возражения. Другими словами, как в этой ситуации можно оказать психологическое воздействие на людей, так как ни административных, ни юридических рычагов для решения проблем, оказывается недостаточно.

"Повторяемость" подобных запросов стала основой размышлений о месте психологического воздействия в деятельности самых различных профессионалов и тех проблемах, которые в связи с его использованием возникают. Естественен вопрос: у кого возникают проблемы в связи с наличием возможности и стремления использовать психологическое воздействие для достижение своих целей конкретными профессионалами? Оказывается, что проблемы в рамках этой практики могут быть у всех: у самих профессионалов, у психологов, у общества в целом или его отдельных групп в связи с проблемой обеспечения и защиты прав человека

Цель данной работы – наиболее полно рассмотреть применение методов психологического воздействия.

Поставлены следующие задачи:

Изучить понятие психологического воздействия;
Рассмотреть виды психологического воздействия.

Объектом контрольной работы является человек.

Предметом является метод психологического воздействия.

Максимально раскрыть данную тему мне помогли современные источники литературы, такие как: Климов Е.А., Портнов А.А., Ковалев Г.А., а также другие источники, указанные в списках нормативных актов и литературы.

Понятие психологического воздействия.

Если исходить из необходимости уточнения понимания того, что обозначается словосочетанием "психологическое воздействие", то соотносимое с ним явление проявляется весьма разнообразно. На уровне бытового сознания психологическое воздействие чаще всего понимается как воздействие чего-то нематериального, например, слова или особых флюидов на поведение человека, его мысли и чувства. Типичный образ такого понимания воздействия - отнесение к этому классу явлений действий гипнотизера, психотерапевта, мага, группы ловкачей, обводящих вокруг пальца доверчивых граждан и т.п. Вместе с тем, интуитивное понимание сущности феномена ограничивает возможности его научного исследования, хотя на определенном этапе может служить его отправной точкой. Поэтому, когда приходится обращаться к исследованию вопроса о том, что же при строго научном подходе может вскрыться за тем, что на интуитивном уровне воспринимается как совершенно очевидное, отправным пунктом может стать обращение к толковым словарям, в надежде найти опорные моменты для разработки определения через указание на род, к которому это явление может быть отнесено, и его видовое отличие.

Если мы воспользуемся толковыми словарями и попытаемся установить, что же такое воздействие, в том числе и психологическое, то обнаружим, что под этим подразумевается "действие, направленное на кого-либо, что-нибудь, с целью добиться чего-нибудь". Вместе с тем, из опыта мы знаем, что в психологическом воздействии, в интуитивном понимании этого термина, это "с целью добиться чего-нибудь" не всегда имеет место. Как раз такой цели иногда и не славят специально, но результат, скорее менее, чем более желательный для воздействующей стороны, наблюдается. В связи с этим, приведенное определение воздействия для его использования в научном контексте мало чем может быть полезным.

Более широкие возможности для определения сущности такой разновидности воздействия, как психологическое, открываются, если обратиться к источникам, трактующим воздействие в контексте философской категории "взаимодействие". "Философский энциклопедический словарь" представляет "взаимодействие" как философскую категорию, отражающую процессы воздействия различных объектов друг на друга, их взаимную обусловленность, изменение состояния, взаимопереход, а также порождение одним объектом другого.

Определяет воздействие именно в указанном ключе Г.А. Ковалев. Под воздействием он понимает "процесс... который реализуется в ходе взаимодействия двух и более равноупорядоченных систем и результатом которого является изменение в структуре (пространственно-временных характеристиках), состоянии хотя бы одной из этих систем" [3, С. 4-5].

Считая системный подход наиболее продуктивным при разработке этой проблематики, мы, тем не менее, считаем, что в данном случае использование соответствующей терминологии ничего по сути не раскрывает, а наоборот, вызывает дополнительные вопросы. Что понимается под равноупорядоченностью и можно ли считать группу и отдельного человека равноупорядоченными системами? Эта недоговоренность (или избыточность) не позволяет использовать данное понимание воздействия для выявления специфики более узкого класса явлений - психологического воздействия.

Не умаляя достоинств уже разработанных другими исследователями определений понятия "психологическое воздействие" и не ставя перед собой задачу их критического анализа, обозначим собственную позицию по данному вопросу. Это позволит позднее обратиться к более конструктивному анализу сложившихся определений и выявить общность и различия нашей собственной позиции и позиций других авторов.

Ключевым в подходе к рассмотрению данного феномена для нас является положение, принадлежащее Ф. Энгельсу, в котором взаимодействие увязывается с категорией "материи". "Взаимодействие - это первое, что выступает перед нами, когда мы рассматриваем движущуюся материю..." [5, С. 546]. Исходя из существования нескольких уровней организации материи, воздействие между взаимодействующими объектами может рассматриваться в контексте того уровня организации материи, на котором оно происходит. Поэтому можно говорить о физико-химическом уровне воздействия, биологическом уровне, психологическом и социальном уровнях. И процесс, и результат взаимодействия на каждом из этих уровней протекает и проявляется в соответствии с законами, характерными для этого уровня организации материи. Человек в соответствии с этим, осуществляя взаимодействие с внешними факторами, будь то другие люди или иные объекты, может испытать физическое, химическое, биологическое, психологическое или социальное воздействия.

Чтобы представить проявление всего спектра указанных видов воздействия, рассмотрим ситуацию, когда человек оказался в силу каких-либо обстоятельств на зараженной радиоактивными веществами территории. Если им не использовались специальные средства защиты и последующей противорадиационной обработки, то его тело, как и прочие объекты, находившиеся на данной территории, вызовут определенную реакцию поднесенного к ним счетчика Гейгера. Это явится свидетельством наличия результата физико-химического воздействия на материю, образующую тело человека. При определенной дозе облучения у него возможно изменение течения биологических процессов, обеспечивающих жизнедеятельность данного субъекта, как представителя определенного биологического вида. В этом случае уже следует говорить о биологическом уровне воздействия, дифференцируя его в зависимости от глубины биологического поражения (генетическое поражение, морфологическое, физиологическое, функциональное). На фоне переживаемого облученным субъектом физического дискомфорта и определенного отношения к собственному здоровью, жертва облучения может испытывать определенные эмоции. Эмоции и переживания возникают также из-за осознания самого факта лучевого поражения. Люди неосведомленные могут относиться к поражающим факторам не только со страхом, но испытывать и другие эмоции. Эмоции, чувства, переживания, изменение образа мира или мировоззрения - это уже проявление результата соприкосновения человека с радиацией на психологическом уровне.

Воздействие на социальном уровне может проявиться, например, в изменении в обществе отношения к ядерным технологиям, к конкретным государственным программам (так, после Чернобыльской катастрофы были "заморожены" некоторые программы развития предприятий атомной энергетики), в разработке новых нормативных актов, регламентирующих международное взаимодействие в определенной сфере, в возникновении неформальных общественных объединений и т.д.

При всей ясности такого подхода определенный класс эффектов все же оказался не отраженным в представленной выше схеме анализа. Это психофизиологические реакции и их проявление на психологическом уровне. Если вернуться к нашему примеру, то можно предположить, что поражение может быть столь выраженным, что это приведет к изменению функционирования нервной системы в целом и уже вторично обусловит изменение не только функционального состояния, но и состояния сознания облученного. Это отразится, возможно, ограниченно во времени и на поведенческом уровне. Психиатрам известно явление, получившее название "рентгеновское похмелье", - эйфорического возбуждения на начальной стадии лучевой болезни. Но на этой же стадии может развиваться и дисфорическое состояние (подавленность, раздражительность, чувство дискомфорта) [6, С. 279]. По наблюдениям психиатров, состояние сознания в зависимости от тяжести радиационного поражения может изменяться от оглушенности вплоть до комы [6, С. 280].

Другая группа эффектов обусловлена отражением человеком социальных феноменов, возникших в связи с фактором воздействия (в нашем примере в связи с пребыванием на радиационно загрязненной территории) в контексте его ценностно - потребностных образований. Так, человек может переживать как социальную несправедливость отношение общества к нему как к жертве профессиональной несостоятельности тех, чья деятельность вызвала радиационное загрязнение, кто не обеспечил ему должную физическую и социальную защиту. Эти переживания, в свою очередь, могут привести к изменению системы ценностей, политической ориентации и т.п. Таким образом, не сам факт воздействия радиации вызовет изменение системы ценностей, а возникшая в связи с этим значимая для личности социальная ситуация. Можно было бы обозначить это воздействие как косвенное, в нашем примере проявляющееся в конкретной социальной ситуации.

Мы специально остановились на столь "остром" примере, чтобы продемонстрировать, что даже при таком неспецифическом для психического уровня организации материи воздействии эффект на психологическом уровне может быть весьма разнообразным и иметь различную природу:

быть прямым следствием актуального психофизиологического состояния;
явится результатом отражения и осмысления ситуации в контексте сложившейся системы ценностей и отношений;
в процессе отражения быть опосредованным некоторыми дополнительными обстоятельствами и внешними факторами, в том числе и социальными.

Следуя принятой логике анализа, мы должны были бы констатировать, что человек постоянно испытывает психологическое воздействие со стороны внешних факторов, ведь любое внешнее воздействие, достигнув определенной величины, как минимум, вызовет определенную реакцию в соответствующем анализаторе и т.д. Это вполне укладывается в трактовку психологического воздействия, встречающуюся в психологической справочной литературе. Под воздействием традиционно понимается "целенаправленный перенос движения и информации от одного участника взаимодействия к другому". Передача движения может осуществляться непосредственно в виде импульса или опосредованно - в виде комплекса сигналов, несущих сообщение о чем-либо и ориентирующих воспринимающую систему относительно смысла и значения этих сигналов [8, С. 58].

Вместе с тем, такая трактовка представляется чрезмерно расширительной. Какой смысл вводить дополнительный термин для того, чтобы фиксировать общепризнанный факт отражения человеком на психическом уровне внешних воздействий? На самом деле посредством термина "психологическое воздействие" пытаются отразить несколько иную реальность, разграничивая ситуации, когда импульсы и сигналы, отражаясь субъектом, только ориентируют его в контексте осуществляемой деятельности и в рамках определенных обстоятельств и когда это отражение изменяет контекст деятельности или рамки обстоятельств. Остановимся на этом подробнее.

Представим себе человека, осуществляющего какую-то деятельность. У него есть определенный образ того, что он делает, что он хочет достичь; он воспринимает окружающее и ориентируется в нем, изменяя сообразно внешним и своим внутренним характеристикам темп, интенсивность, приемы деятельности. Целесообразно ли эту ситуацию рассматривать в контексте психологического воздействия? Прибавит ли использование этого термина дополнительные возможности для характеристики ситуации? Пожалуй, нет.

Представим себе, что какие-то внешние изменения привели к тому, что деятельность потеряла смысл для субъекта, или возникли такие эмоции, переживания, такое состояние, которые дезорганизовали деятельность, или, наоборот, привели к неожиданной ее интенсификации. Здесь уже контекст воздействия кажется более приемлемым, т.к. что-то извне не только отражалось субъектом в целях регуляции текущего процесса взаимодействия субъекта и среды, но и изменило саму регуляцию деятельности.

Далее представим ученика, усваивающего новые знания, расширяющего свой кругозор. Эта ситуация, так же как и первая, "не укладывается" в контекст психологического воздействия. Происшедшее же на основе внешнего воздействия изменение сферы интересов учащегося кажется более приемлемым рассматривать в этом (воздейственном) контексте.

Классификация методов психологического воздействия

Как показывает анализ конкретных документов, достижение практических результатов на основе использования психологического воздействия, как правило, осуществляется за счет некоторой совокупности случаев применения средств психологического воздействия. Эти композиции могут быть более или менее объемными, сорганизовываться посредством различных по сложности и временной масштабности алгоритмов.

"Организационный" и "воздейственно - психологический" планы в психологическом воздействии.

Изучение подобных последовательностей позволяет очертить некоторые этапы воздействия, преследующие вполне определенные цели не только в психологическом, но и в организационном, событийном плане. Рассмотрим более подробно оба этих плана взаимодействия - "организационный" и собственно "воздейственно - психологический".

Целью организационного плана выступает обеспечение оптимальной ситуации взаимодействия реципиента со средствами психологического воздействия.

Так, нужные субъекты, по крайней мере, должны получить возможность контакта (непосредственного или опосредованного) в оптимальный момент времени. Например, учитель считает необходимым поговорить с учеником по поводу происшедшего события "по горячим следам", что, по мнению педагога, может быть очень важным для решения определенных педагогических задач. Планируется в связи с этим факт разговора. Действия, обеспечивающие контакт, имеют чисто организационный характер, т.к. разговор, как некоторый факт биографии ученика и учителя, может и не иметь какой-то особой психологической нагрузки. Эффект психологического воздействия возникнет в зависимости от содержания беседы, а также от того, когда, где и каким образом состоялся контакт. Особенности контакта, как правило, обуславливаются теми психологическими задачами, которые решаются в конкретном взаимодействии. При этом организационный контекст может быть явным или скрытым от реципиентов.

Особенности реализации организационного контекста диктуются решаемыми психологическими задачами: разбрасывать перья именно малыми пучками, подбросить лягушку непременно скрытно, потребовать у Исава клятву, пока он голоден.

Организационный контекст психологического воздействия решает в отношении ситуации взаимодействия реципиента со средствами психологического воздействия двоякую задачу - обеспечивает контакт между взаимодействующими субъектами и психологически его оптимизирует.

Организационный контекст также играет определенную "воздейственную" роль. Недостаточное внимание к этому факту может существенно повлиять на эффективность психологического воздействия в целом. Это удается выявить в случаях, когда описывается неудовлетворительный относительно планируемого результат воздействия. (Можно себе представить, как бы изменился психологический контакт между доктором и пациенткой, если бы ему не удалось незаметно эту лягушку подсунуть.)

Можно говорить о двух системах целей, которые реализуются при взаимодействии в контексте решения задач психологического воздействия. Первая - система оптимизации взаимодействия; вторая - система реализации психологической задачи. Обе эти системы отражаются профессионалами, и "хорошее" (эффективное, с точки зрения воздействующей стороны) воздействие гармонично их сочетает.

Несмотря на то, что в событийном (организационном) плане эти два эпизода идентичны (необходимо что-то тайно привнести в ситуацию), и на определенном этапе решается одна и та же психологическая задача - формирование определенного образа ситуации, психологически они все же различны. Это различие становится очевидным, если рассмотреть формирование требуемого образа ситуации в контексте конечной цели воздействия. В первом случае конечная цель несомненно состояла в изменении картины мира больного путем убеждения, когда наличие материального объекта выступает как аргумент; во втором же случае демонстрация извлеченной пули может быть средством решения различных, в том числе, и более общих психологических задач: это и ситуационная оптимизация психического состояния больного, в отличие от предыдущего случая, где цель - разрушение бредового образования, или же "сохранение лица" врача, поддержание его авторитета в глазах больного, его окружения, а возможно и коллег, т.е. формирование собственного образа как субъекта значимых для социального окружения ролей. Общее в этих случаях состоит в том, что они оба - манипуляции, однако объекты ее и конечные цели могут различаться.

Приведенный пример позволяет обозначить основную, по нашему мнению, сложность при обучении методам психологического воздействия. Она состоит в необходимости дифференцированной рефлексии указанных планов воздействия, разделения конечной цели и тех психологических задач, решение которых является достаточным для ее достижения, а также индивидуализации организуемых действий с учетом специфики конкретных обстоятельств. Формирование профессионального мастерства, в отличие от не может осуществляться лишь на основе интуитивного постижения элементов технологии. Системность в передаче профессионального опыта обеспечивается его обобщением, выделением типического, общих закономерностей и частных проявлений. В основе этого лежит процесс упорядочения и классификации элементов (составляющих) профессионального опыта, в частности профессиональной технологии. Таким образом, психологическое воздействие, являясь элементом профессиональных технологий, также должно быть типизировано и расклассифицировано, если иметь в виду обеспечение эффективности передачи и развития соответствующих навыков у профессионалов.

Те же сложности возникают и при анализе исследователем конкретной деятельности профессионалов. Обобщение очень различных по организационному контексту случаев оказывается невозможным без опоры на классификацию психологических задач. Итак, необходимым условием как передачи опыта, обучения, так и анализа конкретных достижений профессионалов является наличие перечня задач, которые могут решаться в рамках психологического воздействия, а также перечня приемов их реализации, вариативность которых обеспечивает адекватность воздействия ситуации.

Таким образом, дальнейшее развитие настоящего исследования было бы непродуктивным без выделения и классификации психологических задач, которые решаются в психологическом воздействии самыми различными профессионалами в различных областях общественной практики. Остановимся на возможных вариантах в реализации этой задачи.

Первый способ - анализ прецедентов. Теоретически получение подобного перечня задач возможно из анализа отдельных прецедентов, их обобщения и классификации. Однако этот способ является очень трудоемким и не гарантирует охвата всех возможных вариантов воздействия, даже если анализу будет доступен любой по объему массив информации о самых разнообразных сферах практики, где психологическое воздействие является элементом технологии.

Второй способ типизации и классификации вариантов психологического воздействия - использование сложившейся традиции. Практики, имеющие даже самое отдаленное представление о научной психологии, тем не менее, достаточно устойчиво называют то, за счет чего психологическое воздействие на человека может быть оказано. Как правило, выделяется воздействие путем внушения (в терминологии непсихологов - приказа, побуждения, происходящего от убежденности говорящего), убеждения (рассуждения, аргументации, примеров), эмоционального заражения (организации сопереживания, сочувствия, взаимного возбуждения, возбуждения или угнетения от музыки и света), подражания (стремление быть как все, следовать примеру, обезьянничание). Во многих психологических источниках именно внушением, убеждением, подражанием и эмоциональным заражением исчерпываются все методы психологического воздействия. По-видимому, это связано с тем, что именно эти варианты взаимодействия легче всего рефлексируются в контексте интенции воздействия, тогда как непроизвольное воздействие в поле внимания не попадает и в сознании профессионала как бы теряет свою значимость. Таким образом, опора лишь на хорошо рефлексируемые способы воздействия обедняет классификации, оставляя "за бортом" анализа часть того, что в реальности существует в виде самостоятельных задач.

Научный подход к анализу психологического воздействия в деятельности конкретных групп профессионалов позволил исследователям создать более сложные классификации методов психологического воздействия, соотнесенные, как правило, с конкретными видами общественной практики или с конкретными объектами, или конкретными формами реализации приема воздействия. Этот подход к разработке классификации также не позволяет избежать фрагментарности или повторений, когда психологически сходное, но различно именуемое в различных системах объединяется в общей классификации, построенной по принципу слияния существующих вариантов классификаций.

В связи с этим, представляется более целесообразным идти от анализа тех психологических задач, которые в принципе, исходя из теоретических предположений, могут решаться в структуре психологического воздействия. Перечень же приемов с известной степенью полноты может быть составлен на основе анализа прецедентов. "Привязка" психологической задачи и приема, который, по нашему мнению, ее решает, может осуществляться на основании имеющихся теоретических и экспериментальных исследований.

Нам представляется целесообразным в качестве основания для классификации психологических задач, решаемых в психологическом воздействии, а соответственно и методов воздействия, остановиться на достаточно общей модели, в основу которой положены представления о психологических механизмах, лежащих в основе обеспечения активности.

Теоретическая модель, используемая для классификации методов психологического воздействия.

Выделение различных классов задач, которые решаются в ходе психологического воздействия, может базироваться на выявлении специфической роли различных психологических факторов, рассматриваемых в контексте феномена активности. Остановимся на этом подробнее, опираясь на понимание сущности психических регуляторов активности, представленных в работах Е.А. Климова. Так он пишет: "Можно выделить три основные разновидности регуляторов активности человека:

Отображения (как субъективные модели и в этом смысле образы) субъектно-субъектных и субъектно-объектных отношений: ценностные представления, направленность личности, образ мира, мировоззрение; характер как система устойчивых отношений человека к разным сторонам действительности; эмоции, чувства; потребности, потребностные состояния.
Отображения самого субъекта, актуальный "Я - образ" (знание о своем функциональном состоянии в данный момент, своем месте в системе межлюдских отношений, своих возможностях и ограничениях); обобщенный "Я - образ" ("Я - концепция": я в прошлом, я ныне, я в будущем, я среди других, я как представитель профессиональной общности, я как организм, как неповторимая индивидуальность, как член группы, общества).
Отображения объектов (предметов, процессов природы и культуры, социальных процессов и систем, людей как предметов рассмотрения, партнеров, сотрудников, любых "изделий" людей, включая и теоретические, информационные): чувственные образы (результат работы органов чувств); репрезентативные конкретные образы (представления памяти, воображения); репрезентативные отвлеченные образы (понятия, схемы, системы понятий, усвоенные алгоритмы действий; эту группу психических регуляторов часто не называют образами, относя это слово только к конкретным представлениям - мысленным картинкам. Здесь мы использовали этот термин в широком теоретическом смысле для обозначения любых субъективных моделей действительности)" [2,С. 114].

Как мы видим, ключевым моментом психической регуляции выступают образы субъектно-субъектных и субъектно-объектных отношений, "Я - образ" и любые субъективные модели действительности. Следовательно, решаемые при психологическом воздействии задачи распадаются на две большие группы, в соответствии с теми целями, которые с их помощью достигаются:

изменяется та реальность, отражение которой лежит в основе образа, т.е. реальные субъектно-субъектные и субъектно-объектные отношения, конкретные физические, психологические, социально-психологические, социальные характеристики человека и параметры окружающей предметной и информационной среды;
оказывается воздействие на процесс построения образов.

Параллельное изменение как реальной основы построения образа, так и воздействия на процесс отражения осуществляется при решении достаточно широкого круга задач, в частности, при создании имиджа конкретного профессионала, в том числе и политических деятелей. Даже использование такого средства воздействия как вовлечение специальным образом в организованную деятельность предполагает создание наряду с объективными условиями осуществления деятельности, отражаемыми реципиентом при построении образа ситуации, так и воздействие на процесс построения самого образа, в частности за счет демонстрации соответствующих оценок, придания особой значимости тем или иным аспектам ситуации.

Процесс построения образов становится основной мишенью при воздействии на массовое сознание. Под мишенью воздействиями понимаем то, в отношении чего на конкретном этапе воздействия решаются конкретные воздейственные задачи. Создание и распространение специально сконструированных образов характерно для деятельности СМИ. В деятельности специалистов в области PR (связи с общественностью) эта составляющая также весьма выражена, хотя она реализуется в более широком комплексе задач. Показательным в этом смысле является следующее определение PR, данное в словаре Уэбстера (Webster New International Dictionary): "Содействие установлению взаимопонимания и доброжелательности между личностью, организацией и другими людьми, группами людей или обществом в целом посредством распространения разъяснительного материала, развития обмена (информацией) и оценки общественной реакции" [1, С. 17]. Как видно из определения, решение задач PR обеспечивается за счет информирования на основе изучения общественной реакции.

Пожалуй наиболее ярким примером воздействия на активность граждан с помощью процесса конструирования образов являются современные предвыборные кампании, в частности, предшествовшие президентским выборам. Элементы такой практики использовались и раньше, но со всей полнотой развернулись во время предвыборной кампании Никсона 1968 года и продолжают практиковаться далее. Технология создания и продвижения образа президента Никсона в 1968 г., описанная Дж. Макгиннесом в 1972 в его книге "Продажа президента 1968", имеет основной посылкой, определившей возможность "продажи" образа, утверждение о том, что "...избиратель реагирует на образ, а не на человека... Имеет значение не то, что есть, а то, что проецируется, и даже более того. Не столько то, что проецируется, сколько то, что избиратель воспринимает. Мы должны менять не человека, а воспринимаемое от него впечатление" [7, С. 268].