Содержание 
 

Введение

    Проблема  национальной идентичности в последние годы привлекает значительное внимание. Возник ряд импульсов, которые определили возвратный интерес к этой теме и появление новых направлений ее изучения.

    Обновился набор сквозных проблем, связанных  с государственной (национальной, страновой) идентичностью, актуальных для международных исследований и для изучения национальных процессов. С одной стороны, это вопросы глобализации идей и ценностей, их влияние на формирование идентичностей государств, их поведение на международной арене. С другой – это проблемы трансформации социальной структуры стран под влиянием мировых миграционных и политических процессов.

1.Понятие  национальной идентичности

    Существует  множество определений идентичности. Идентичность ( от лат. Identifico - отождествляю) предполагает действие, некий процесс соотнесения объекта (субъекта) с другими, выявление общих или, напротив, специфических признаков, черт, самоотождествление индивида с другим человеком, группой, образцом, идеалом, в наше случае с определенной нацией.

    Понятие идентичности стало одним из центральных  исследований Э. Эриксона. По мнению Эриксона, решающую роль в формировании идентичности играет отношение человека к его  социальной среде. В ходе этого процесса личные характеристики, растущее разнообразие социального опыта, включая оценки и признания другими, развиваются с помощью культурных средств, которые индивид черпает из культурного набора своего социального круга, уподобляясь, таким образом, остальным его членам, но в то же время сохраняя своеобразие. Изменение социокультурных условий существования личности ведет к утрате прежней и необходимости формирования новой идентичности; иногда это приводит к глубоким личностным затруднениям и «потере себя».

    Рассматривая  понятие нация обнаруживаем, что  в философской, социологической, этнографической литературе фактически нет общепринятого определения нации. Напомним, что существуют два традиционных подхода к определению нации: объективный и субъективный. Первый подход связан с тем, что нацию можно идентифицировать на основе определенных объективных признаков, не зависимых от субъективных воззрений ее представителей. В качестве таких признаков берутся чаще всего общие, а не специфические характеристики: территория, экономическая жизнь, общность языка, национальный характер культуры. Представители субъективного подхода видят в нации; «большой коллектив», основанный на фундаментальном согласии своих членов. Здесь нельзя рассматривать оба подхода по отдельности, надо рассматривать их в совокупности.

    Итак, нация складывается из сознательного соотнесения с ней реальных индивидов, в результате чего проявляется отношение к национальному, инонациональному в целом, самосознание, чувства и переживания. О национальной принадлежности мы судим по двум параметрам. Во-первых, по национально-государственным, культурным атрибутам, по той объективной символике, которая обозначает некоторую целостность (культурную, территориальную, хозяйственную); во-вторых, по сознательной идентификации индивидов, по их субъективному отношению, их ценностной ориентации. Т.е. каждый индивид национален, во-первых, объективно, во-вторых, субъективно, сознательно, он признает себя частью той или иной общности, культуры. Причем без последнего, несмотря на наличие объективных факторов, национальная общность аморфна, ее нельзя полностью признать субъектом исторического процесса.

    Исходя  из этого, можно определить нацию  как духовно-психологическую общность, основанную на территориально-экономическом  и историко-культурном единстве.

    Рассмотрев  составные элементы национальной идентичности, теперь необходимо выделить главный - системообразующий. Таким скрепляющим элементом является некая смысловая целостность, воспринимаемая как характеристика нации. Именно данная целостность соединяет всю конструкцию воедино. Изменить идентичность невозможно без смены ее главной идеи. И наоборот - никакая идентичность не устоит, если произойдет размывание «основной идеи».

    Исходя  из сказанного, нам представляется, что национальную идентичность можно определить как заданную национальным образом мира и национальной историей основную идею, которой живет социум в данную историческую эпоху и потому приемлемую для его большинства. Идентичность несет в себе ответ на вопрос о сущности своего народа, нации, ее месте, роли и задачах в мировой истории и идеальных формах ее существования.

    Таким образом, национальная идентичность развивается в процессе исторических перемен, представляя из себя определенную ступень роста национального самосознания. Можно говорить о том, что идентичность - это относительно замкнутая система взглядов, а потому она, с одной стороны, довольно устойчива, но, с другой стороны динамика среды ее обитания (каковой является внутренняя и внешняя жизнь нации) приводит к определенным изменениям в этой системе. Связь элементов идентичности весьма сильна, а потому замена одного из них на новый делают необходимой потребность ее существенной корректировки, если не полной замены.

    Таким образом, понятие национальной идентичности сложно и многопланово. Оно может  быть рассмотрено в двух аспектах: 1) в философско-антропологическом - как процесс осознания принадлежности к определенной нации, национальной культуре, и 2) осмысление национальных особенностей как императива в определении исторического пути развития нации.

    Национальная идентичность может быть определена как заданная национальным образом мира и национальной историей основная идея, которой живет социум в данную историческую эпоху. Идентичность несет в себе ответ на вопрос о сущности нации, ее месте, роли и задачах в мировой истории.

    Если  вспомнить слова великого психолога  К.Г.Юнга, национальная идентичность стоит  в ряду тех факторов, которые «гонят перелетных птиц через моря». Для  народов стран, слабо затронутых процессом глобализации или не затронутых ею вовсе, национальная идентичность остается сверхценностью. А ведь таковых в международном сообществе подавляющее большинство: это можно сказать о большей части Африки и Латинской Америки, в значительной мере – о России, обо всех странах Ближнего Востока (за исключением Израиля) и о значительной части Азии.

    Таким образом, для большей части мира национальная идентичность все так  же прочно связана с национальным государством, как и прежде. В  подавляющем большинстве стран  именно государство продолжает оставаться несущей конструкцией национальной идентичности. Особенно это относится к странам, где гражданское общество, которое может выступить в качестве ее опоры, не получило такого развития, как в государствах «семерки» или в объединенной Европе. За пределами этих стран государство выступает в качестве средоточия всех устремлений нации, носителя и гаранта национальной идентичности.

2. Мировые политические  процессы, влияющие на национальную идентичность государства

    Существенные  изменения в национальной идентичности и ее составляющих, с одной стороны, являются следствием экономических, политических и культурных перемен, а с другой – сами приводят к значимым общественным трансформациям. Так, постепенное утверждение в массовом сознании граждан восточноевропейских стран европейских либеральных ценностей, которое происходило на протяжении 1960-х – 1980-х годов, во многом подготовило «мягкое» крушение режимов советского образца в этих странах и утверждение демократических основ национальной государственности.

    Вместе  с тем современные процессы глобализации ведут к размыванию национально-государственной идентичности, что, в свою очередь, влияет на развитие отдельных стран и целых регионов мира.

    Одной из негативных тенденций является усиление этнических конфликтов. Как писал  Г. Киссинджер, «мир может превратиться в двухъярусную систему, в которой глобализирующиеся элиты связаны общими ценностями и технологиями, в то время как большая часть населения чувствует себя исключенной (из процесса глобализации) и обращается к национализму и этничности в попытках освободиться от того, что она считает американской гегемонией». По мнению М. Кастельса, «националистические движения как движения, рационализирующие интересы определенной элиты, создают национальную идентичность, которая, в случае ее успеха, поддерживается государством-нацией, затем распространяется пропагандой среди его граждан до такой степени, что они готовы отдать жизнь за свою нацию». Национализм не обязательно является элитным феноменом. Более того, чаще всего в настоящее время национализм является реакцией против глобальных элит. Конечно, глобализация не является единственной причиной обострения этнических конфликтов, однако информационная прозрачность делает их доступными широкой аудитории и усиливает их.

    Сущность  национализма заключается в идентификации  индивида с нацией или национальным государством. Глобализация приводит к личной идентификации с глобальным сообществом и не требует личной идентификации с государством. Государство, формирующееся без национальной идентификации, с населением, которому по-прежнему требуется идентификация с какой-либо группой, подвержено общественному расколу. Индивиды идентифицируют себя не с государством, а с кланами, семьями, территориями, определенной культурой или субкультурой.

    Целый ряд процессов глобализации непосредственно  влияют на обострение кризиса идентичности. Эти процессы - демократизация, экономизация, информатизация, культурная стандартизация, ценностная универсализация и др. - неизбежно наталкиваются на национальную идентичность как на препятствие своему естественному развитию,

    Демократизация, как мировой политический процесс современного мира, властно диктует необходимость перехода к общим правилам игры как во внутренней, так и во внешней политике, необратимо меняя иерархию основных элементов социума. На первое место в этой иерархии объективно выходит личность, на второе - общество, оттесняя государство на третье место и делая его в первую очередь инструментом защиты интересов личности и общества. Любая страна, претендующая на сколько-нибудь заметную роль в мировых делах, сегодня вынуждена строго соблюдать эту иерархию. Демократизация внешней среды, идущая пусть непоследовательно и противоречиво, никому не даёт возможности безнаказанно попирать демократические нормы и процедуры, игнорировать интересы и права человека. 

    Ни  одно государство современного мира не может себе позволить одну политику внутри своих границ и принципиально  другую - за её пределами. С другой стороны, если не учитывается внешняя ситуация, то какие бы не принимались усилия по формированию национальной стратегии развития, они легко опрокидываются всемирными глобальными потоками и процессами в финансовой, производственной, социальной, экономической, политической и других сферах. Глобализация, таким образом, стирает грани между внешней и внутренней политикой.

    Собственно  уже одним этим обстоятельством  национальная идентичность в начале XXI века серьёзно ограничивается, попадая  в зависимость от демократических  механизмов и институтов, которые  к тому же также имеют тенденцию к глобализации. 

    Кроме того, войны и конфликты также  оказывают влияние на национальную идентичность.

    Вторая  мировая война (Великая Отечественная  война), ее причины, итоги и последствия  занимают одно из центральных мест в процессе формирования идентичности в посткоммунистических странах.

    Трансформация политических режимов в так называемых посткоммунистических странах, изменение  экономической системы и характера  внешнеполитической ориентации в них  неизбежно повлияли на процесс формирования национальной идентичности. Для стран, переживающих процесс социально-экономических изменений характерна высокая доля людей с размытой, неясной идентичностью. При этом переоценка фундаментальных духовных основ происходит в условиях упадка культурных традиций и моральных ценностей.

    До  начала 90-х гг. для анализа причин Второй мировой войны, происхождения  нацизма использовалась всемирно-историческая теория и целый ряд связанных  с ней методологических подходов (методология историзма, объективизма и т.д.). Итоги войны закреплены в Уставе ООН и многочисленных международных документах. 

    Провозглашение  суверенитета посткоммунистических стран  привело к пересмотру концептуальных подходов. Демократизация общества, существенное расширение источниковой документальной базы, в том числе архивной, провозглашение свободной конкуренции идей и концепций дали возможность активизировать научную деятельность историков, глубже осмыслить сложные политические, социально-экономические и духовные процессы прошлого. Однако, как это бывает в переломные периоды истории, не удалось избежать перекосов, ошибок и конъюнктурных суждений. Процессы демократизации породили тенденциозность отдельных ученых, желание подменять аналитическое исследование наукообразными доводами в пользу национальной борьбы, стремлением показать историческую приверженность европейским ценностям.

    Во  многих странах бывшего Советского Союза в зависимости от глубины  общественного кризиса формируется  негативный тип идентичности. Негативная идентичность строится по схеме «я/мы не такие-то» и содержит неприятие или тотальное противопоставление «нас» «им». Само общество в данном случае формируется на основе негативного фактора, чужого или враждебного, и этот фактор становится условием групповой солидарности и символом самой группы. При этом в случае затяжного кризиса индивиды могут потерять возможность на преобразование элементов негативной (отрицательной) идентичности в позитивную. При сохранении негативной идентичности возможны межэтнические конфликты и кризис гражданского общества.

    Одной из характерных черт для многих стран  постсоветского пространства является то, что национально-государственное  строительство в них происходит на антироссийской основе, развиваются  идеи об оккупационном характере  длительного существования в рамках СССР. Формируется образ России как врага, ответственного за все сложные моменты в истории этих стран. Предпринимаются попытки возложить ответственность за историю на современную Россию. В целях внутриполитической мобилизации, борьбы за власть и привлечения внешнего внимания новые элиты активно используют антироссийскую риторику. Аналогичные процессы происходят и в странах бывшего «социалистического лагеря», в частности в Польше.

    В последствии раздел Германии на два  лагеря во времена «Холодной войны» углубил кризис идентичности немецкой нации, возникший в результате поражения Германии во Второй мировой войне и раскола Германии. Вовлечение двух частей расколотой нации впротивостояние Востока и Запада оказало заметное влияние на попытки преодоления кризиса идентичности по обе стороны германской границы.

    Установление  Берлинской стены 13 августа 1961 г. было, пожалуй, важнейшей попыткой преодолеть кризис не столько общегерманской, сколько восточногерманской идентичности: были жестко установлены границы между двумя Германиями. Берлинская стена устанавливала необходимые пространственные рамки восточногерманской идентичности, проводя разграничение между западной и восточной частями немецкой нации.

Берлинская  стена забрала у восточных  немцев право на свободу и стала внешним символом «государства СЕПГ». Отделение восточных немцев от западных оказывалось таким образом основой господства СЕПГ (Социалистической единой партии Германии) над населением Восточной Германии. ГДР была, как провозглашалось в программе СЕПГ (1963 г.), «национальной и социальной альтернативой господствующему в Западной Германии империализму».

    Новая Конституция ГДР 1968 г. начиналась с  положения: «Германская Демократическая Республика является социалистическим государством немецкой нации. Она является политической организацией трудящихся в городе и селе, которые сообща под руководством рабочего класса и его марксистско-ленинской партии осуществляют социализм».

    В 1990 году берлинская стена была разрушена. Попытки «режима СЕПГ» навязать восточногерманскую идентичность «сверху» потерпели неудачу, поскольку основывались не на общественном согласии, а на принуждении.

Заключение

    Проблема  национальной идентичности уже давно  вышла за пределы истории отдельных  этносов и через такие категории, как «национальное самоопределение», «национальное государство», «государственный суверенитет» стала проблемой международных отношений. На протяжении почти четырех столетий крупнейшие страны мира, военные коалиции, международные организации втягивались в решение этих сложнейших проблем. На рубеже XX–XXI вв. в результате распада многонациональных государств проблемы национального самоопределения и государственного суверенитета вновь заняли одно из центральных мест в мировой политике, нашли отражение в международно-правовых документах.

    Развитые  страны вновь оказались перед необходимостью актуализации своей идентичности. Не случайно инициатива организации осенью 2009 г. “больших дебатов” о национальной идентичности во Франции, стране с богатыми традициями государственного регулирования социальной и культурной сфер, исходила непосредственно от государства. По мере адаптации общества к новым социальным вызовам «национальный вопрос» (как вопрос о коллективной мотивации национального сообщества) будет, если воспользоваться формулой французского социолога А.Турена, вновь и вновь возвращаться «в форме дебатов об идентичности». 
 

Список  литературы

1. Гаджиев К.С. Геополитика. - М.: Наука, 2004. – 654 с.
2. Дугин А. Основы геополитики. - М.: Проспект, 2005. – 578 с.
3. Косолапов Н.А. Национальная безопасность в меняющемся мире // Мировая экономика и международные отношения. - 2006.- № 10. – С.10-12.
4. Международные отношения: социологические подходы / Под ред. П.А. Цыганкова. -М.: АСТ, 2003. – 389 с.
5. Уткин А.И. Глобализация: процесс и осмысление. - М.: Проспект, 2001. – 278 с.
6. Цыганков П.А. Теория международных отношений. - М.: Флинта, 2002. – 448 с.