Молодежь в России: социокультурная характеристика

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА ПО УЧЕБНОЙ  ДИСЦИПЛИНЕ

«СОЦИОЛОГИЯ»

студентки I курса (ЗФО) Хузеевой Алены

                                                                             Преподаватель: Верчагина И.Ю.

МОЛОДЕЖЬ В  РОССИИ: СОЦИОКУЛЬТУРНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

1. Возрастные особенности самореализации молодежи.
2. Социальная ответственность и гражданская активность молодежи в России.
3. Религиозность российской молодежи.
4. Работа в жизни молодых россиян.

Заключение

Список литературы

     ВВЕДЕНИЕ

     Молодежь, социально-демографическая группа, выделяемая на основе совокупности возрастных характеристик, особенностей социального положения и обусловленных тем и другим социально-психологических свойств, которые определяются общественным строем, культурой, закономерностями социализации, воспитания данного общества [6, с. 833].

     До сегодняшнего дня остается актуальным ценностный подход к изучению всего многообразия общих связей и закономерностей молодого поколения, как органического субъекта развития общества. Именно такой подход отличает ряд крупных работ вышедших в 90-е годы. В них молодежь рассматривается как социально-демократическая группа с характерными для нее социальными, возрастными, психологическими свойствами и социальными ценностями, которые обуславливаются уровнем социально-экономического, культурного развития, особенностями социализации в российском обществе. Такой взгляд способствует более глубокому осмыслению молодежных проблем, дифференцированному подходу к молодежи как внутренне неоднородной и вместе с тем специфически особой общественной группе [8].

В данной контрольной работе я, используя теоретическую и  практическую литературу по теме, попытаюсь ответить на вопрос: «Молодежь новой России: Какая она? Чем живет? К чему стремиться?»

I.  ВОЗРАСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИ САМОРЕАЛИЗАЦИИ МОЛОДЕЖИ

     Возрастная  периодизация, принятая психологами  на одном из международных симпозиумов, позволяет определить границы молодежного возраста от 16 до 29-30 лет, включающие в себя подростковый, юношеский и первый период среднего возраста. В последние десятилетия произошло снижение границы в связи с ускоренным физическим и умственным развитием, с ранним включением молодежи в общественную и трудовую деятельность, с повышением юридической ответственности за свое поведение, а также с признанием со стороны общества самостоятельности молодых людей, с ростом доверия к ним.

     Молодость  отличается большим динамизмом, сменой ролей, изменением ценностных  ориентаций, психики. Происходит ускоренное физическое развитие (акселерация), умственное развитие: раньше формируется логическая память, абстрактное мышление, молодые люди легко пользуются понятиями, категориями.

     Возникает  вопрос, ведет ли ускоренное физическое  и интеллектуальное развитие  к ранней социальной, гражданской  и нравственной зрелости? Умеют ли сегодня молодые люди владеть собой, тормозить негативные порывы, быть терпимыми; могут ли нести ответственность за свои поступки; понять состояния, переживания другого; не только потреблять, но и быть благодарными? Между знаниями, особенно гуманитарными, и нравственность есть связь, но образование не гарантирует нравственной зрелости. Можно знать правила хорошего тона, этику поведения, взаимоотношений, но поступать иначе, если они не становятся нормой. Нравственная зрелость зависит от душевной тонкости, воспитанности, уровня культуры. Ранее физическое и умственное развитие не ведет к ускорению нравственного созревания, к ранней социальной и гражданской зрелости [4, с. 121].

     Возрастные  особенности определяют и самореализацию  молодежи, ее отношение к культуре общества. Важной характерной чертой в этом процессе является эмоционально-чувственное отношение к культуре в целом и к художественной в частности [5, с. 11]. Это проявляется в глубоко личностном восприятии культурной информации, в сопереживании, отождествлении себя с героями произведений, подражании своим придуманным кумирам, как правило, еще не признанным в обществе. Это характерная черта молодежи всех поколений, и ее вчерашние кумиры (Высоцкий, Окуджава и др.) едва ли превосходили в чем-то сегодняшних.

     Психология  возраста определяет предпочтение  молодежью событийности, динамизма  сюжетов, действий, а не рассуждений.  Ей недоступны глубоко интеллектуальные  произведения, поэтому она смотрит  героические, приключенческие, полицейские и т.п. фильмы. Кроме того, молодые люди тянутся к зрелищным формам культурной деятельности как к наиболее эмоционально насыщенным и воздействующим на чувственную сферу. В этом причина буйного поведения молодежи на концертах и спортивных площадках. Эмоционально-чувственное восприятие, стремление противопоставить добро и зло приводят к преобладанию нравственных оценок произведений над художественно-эстетическими. В широком социальном смысле нравственное мировосприятие молодежи является существенной чертой ее самореализации и проявляется в юношеском максимализме – нетерпимости к другим, с одной стороны, и отсутствием требовательности к себе, к своим поступкам - инфантильности, с другой.

     Молодежь ищет  в культуре не только эмоционально-нравственное, но и развлекательное содержание. Рок-культура и другие проявления  массовой культуры вытесняют  ценности, имеющие выход на глубокий  интеллектуальный уровень личности. Поиск эмоционально-нравственного и развлекательного содержания в процессе самореализации сопровождается явлениями группового стереотипа и поведения. В их основе лежит стремление к идентификации со сверстниками, со своей группой и противопоставление себя взрослым, своих чужим, к которым относятся порой и преподаватели, и родители. Молодые люди не хотят быть похожими на других (взрослых), но при этом, сами того не подозревая, оказываются одинаковыми в своей группе, компании, теряют индивидуальность, личностную неповторимость. Примером группового стереотипа является мода с отсутствием индивидуальности – книги, музыкальные инструменты, старинная мебель, иконы и другие вещи, которые приобретаются из-за престижности, но не используются по назначению, не являются предметами, удовлетворяющими духовные потребности и интересы личности. Наиболее ярко групповые стереотипы проявляются в неформальных молодежных объединениях. Их сплачивает страх одиночества  и отчуждения от ровесников, искаженное представление о дружбе, товариществе, превращающееся в чувство толпы. Мода и различные символы становятся знаками приобщенности к своим, чтобы не чувствовать себя второсортным, отверженным. Все это объясняется недостаточно высоким уровнем сформированности самой личности, отсутствием четких знаний, представлений, ценностей, норм, образцов поведения и деятельности.

     Таким образом,  самореализацию молодежи характеризует  стремление к эмоционально –  нравственному самоутверждению  наряду с поисками развлекательного содержания  и под воздействием групповых стереотипных отношений, интересов, установок, ценностных ориентаций. Эти черты присущи молодежной самореализации в культурной деятельности, но могут обладать различной интенсивностью проявления в различных исторических условиях[4, с. 123].

II. СОЦИАЛЬНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ И ГРАЖДАНСКАЯ АКТИВНОСТЬ МОЛОДЕЖИ РОССИИ

     Проблема формирования  гражданского общества в России  тесно связана с воспитанием  у молодого поколения новых  ценностей общественной интеграции. Ценности коллективного действия, характерные для советского общества, потеряли свою значимость, на смену им пришли ценности индивидуального развития[3, с. 32]. Новый этап развития российского общества характеризуется сменой форм противостояния общественного и приватного.

     Вопросы о  том, на каких основаниях граждане  страны готовы объединяться для решения общих задач, не потеряли свою актуальность. Понятие гражданское общество тесно связано с понятием гражданской активности и ответственности. Проекцией понятия гражданского общества выступает контур пространства гражданского действия, складывающийся из следующих элементов: осознание общественного устройства и своего места в нем, выбор действия, гражданская активность и в заключение социальная ответственность за сделанный выбор и реализованное действие в соответствии со своим видением собственной гражданской позиции.

     Социальная  ответственность во многом выполняет  функции идеологии, интегрирующей  характер взаимодействия человека  и общества. Внутри этой концепции  заложена идея обмена между человеком и социальной группой. Гражданская активность – деятельность граждан, направленная на развитие общества, выполняющая функции реализации социальной ответственности.

     На современном  этапе российская государственность  переживает этап становления.  В стране существует несколько  центров формирования общественного мнения, претендующих на выражение идеи гражданского общества: государственная власть, политические партии, общественные и религиозные организации. Целостная система интеграции социальных интересов распалась. На смену ей пришел многополярный мир, адаптация к которому требует широкого набора навыков и умений, не столько профессиональных, сколько социальных. Формальные обязанности граждан, закрепленные законодательно, не имеют широкой общественной поддержки. В обществе отсутствует объединяющая система ценностей, широко поддерживаемая и выполняющая функции интеграции, но и формальные основания объединения не реализуются в полной мере [1, с. 22].

     В наиболее сложном положении оказалась молодежь, которая вынуждена адаптироваться и проходить процессы социализации в условиях отсутствия ярко выраженных социальных образцов поведения и ценностей выбора. Пространство социально-политического выбора в условиях рыночно ориентированного общества расширилось, но потребовались новые ресурсы интеграции граждан и новые институциональные основания взаимодействия, которые пока находятся в стадии формирования. Молодежь, оказываясь в ситуации общей дезорганизации и дезадаптации, тем не менее продолжает свой поиск и создает новое пространство социального позиционирования, которое будет определять развитие российского общества в ближайшем будущем [1, с. 23].

     Структура  молодежной гражданской активности.

     Ценностная  структура молодежи воспроизводит  во многом сложившуюся в обществе  модель взаимоотношений личного  и общественного интересов. По  степени готовности к участию  в общественной деятельности  молодежь незначительно отличается  от старшего поколения. Среди  молодых количество категорически отказывающихся от личного участия в развитии своего города на 10% меньше, чем среди старшей возрастной группы. Старшее поколение, отчасти по традиции, отчасти с ностальгией, поддерживает и готово лично участвовать в проведении субботников и воскресников по уборке территории разного уровня. У молодежи этот вид гражданской активности также занимает первое место по численности аудитории поддержки, но энтузиазм молодых несколько ниже, чем у более старших горожан. Зато молодежь активнее откликается на такие мероприятия, как благоустройство парков, участие в благотворительных и общественно-политических действиях (Источник: исследование «Н.Новгород – столица ПФО») [1, с. 24].

     Это потребность  молодежи в социальных инновациях  вступает в противоречие с традиционной организацией социальной жизни, в результате чего молодое поколение зачастую оказывается вне этой сферы. Ценности, формирующиеся в молодежной среде, во многом определяют и направления вторичной социализации как процесса усвоения навыков гражданской активности и соучастия. Доминирующей в среде молодежи является точка зрения, что развитие страны обеспечивается реализацией социально одобряемого поведения членов (табл.1). Добросовестный труд на своем рабочем месте и воспитание детей, как вклад в нормальное функционирование российского общества, рассматривают 82-85% молодежи. Не разделяют подобную точку зрения 15% молодежи. Маргинальные настроения, неприятие ценностей добросовестного труда и семейных отношений формируются на крайних уровнях социальной пирамиды: среди более состоятельных и, напротив, среди наименее обеспеченных семей. Именно в этих средах уровень оплаты труда никак не соотносится с его добросовестностью и интенсивностью.

                                                                                                               Таблица 1

                        Меры, которые молодежь готова предпринять

для развития России, 2006, в %

  Источник: исследование «Роль общественных молодежных объединений в формировании гражданской ответственности молодежи» [1, с. 25].

     Сохранять  культурно-историческое наследие  страны готовы 57% и 42% молодежи. С  одной стороны, эти намерения  совпадают с ценностями индивидуального саморазвития, а с другой, базируются на значительно укорененном в массовом представлении о ценности российского культурно-исторического наследия.

     Полная уплата  налогов, как мера гражданской  активности, способствующая развитию страны, поддерживается 46-ю % молодежи. Распространенное в молодежной среде отношение к налоговой дисциплине граждан будет в значительной мере определять налоговую культуру страны в ближайшем будущем. Второй обязательный пока по действующему законодательству гражданский долг – служба в армии находит еще меньше сторонников, чем полная уплата налогов.

     Участие в  политической жизни страны в  разных формах готовы принимать от 42 до 23 % молодежи. Выборы, как форма политического участия и вклад в развитие России, рассматривается 42% молодежи [1, с. 26].

     Структура  ценностей гражданской активности  у молодежи отражает сложившееся в обществе представление о гражданском обществе и моделях его развития. Современная молодежь в основной своей массе лояльна и настроена на интеграцию и социальное взаимодействие. Однако в условиях отсутствия в России общеразделяемых моделей социальной ответственности и гражданской активности в молодежной среде возникают собственные представления и стереотипы, бесконтрольное развитие которых может приводить к социальным дисфункциям.

     Основными  проблемными моментами являются:

- вытеснение коллективистских  настроений индивидуалистическими,  в которых отсутствуют элементы социальной интеграции;

- слабость позиций общественных  организаций в социально-политическом  пространстве, вытеснение их с  поля идеологии религиозными  организациями;

- наличие конфликта между  запросом молодежи на новые  формы участия в гражданской  деятельности и традиционными  бюрократическими формами организации  молодежной инициативы;

- отсутствие социальных  институтов, способных преобразовать  инициативы молодых в новые  инновационные формы вовлечения  молодежи в процессы гражданской  деятельности и осуществлять  легитимацию этой активности, удерживая  ее в рамках конструктивного  социального взаимодействия;

- несформированность эффективного  механизма социальной мобильности  молодежи посредством участия  в политических процессах в  рамках организованной, а не спонтанной политической деятельности [1, с. 34].

    III. Религиозность российской молодежи 

     Анализ религиозности  российской молодежи позволяет,  прежде всего, констатировать  новое, по сравнению с данными  доперестроечного периода, явление.  Речь идет о преодолении ранее  бытовавших среди молодежи отрицательных, насаждаемых школьными программами и атеистическим воспитанием в целом, стереотипов (вроде того, что “религия мешает развитию науки”, “религия — удел старушек” и т.д.).

     Если еще  10-15 лет тому назад среди всех  возрастных групп самый низкий  показатель религиозности (1-2%) был  среди молодых (среди взрослых  — около 10%), то ныне возрастные  различия не влияют сколько-нибудь  заметно на религиозность населения.  
     В этом можно убедиться по ответам респондентов всех мировоззренческих групп. Так, верующих в Бога среди опрошенной молодежи оказалось 32,1%, а среди взрослых — 34,9%; колеблющихся между верой и неверием соответственно 27% и 27,6%; безразлично относящихся к религии 13,9% и 14,7%; неверующих — 14,6% и 13,5%. Относительно заметная разница фиксируется лишь среди верующих в сверхъестественные силы (соответственно 12,4% и 9,3%), что, видимо, связано с увлечением молодежи различными формами нетрадиционной религиозности, в том числе вневероисповедной мистикой (вера в общение с духами, магию, знахарство, гадание, колдовство, астрологию). Разжиганию отмеченного интереса к оккультизму, эзотерическим направлениям содействует и распространяемая в последнее время в изрядном количестве оккультная литература, пользующаяся повышенным спросом, особенно среди молодежи и женщин.

     Для объективного  понимания роли и места религии  в сознании молодежи важно  учесть и то, что значительное  число молодых людей, отнюдь  не только верующих в Бога, но и представителей других  мировоззренческих групп, включая  индифферентных и неверующих,  считает себя сторонниками традиционных религий.

     Сказывается здесь среди прочих причин тесная связь религиозного и национального самосознания. Отрицая свою религиозность при мировоззренческой самоидентификации, молодежь в то же время относит себя к приверженцам традиционных религиозных объединений. Таким образом, скажем, православие или ислам воспринимаются не только как собственно религиозная система, а как естественная культурная среда, национальный образ жизни (“русский — поэтому православный”, “татарин — поэтому мусульманин”). Так, к православным отнесли себя не только 56,2% колеблющихся, 24,1% верующих в сверхъестественные cилы, но и 8,8% индифферентных и даже 2,1% неверующих молодых людей.

     Особо подчеркнем и то, что само мировоззрение, в том числе и религиозное, многих молодых людей далеко от “монолитности”, его характеризует довольно сложная структура и размытость. Например, к колеблющимся между верой и неверием отнесли себя 32,7% православных, 30,0% мусульман, 14,3% протестантов; к верующим в сверхъестественные силы 6,5% православных, 6,7% мусульман, 6,3% католиков, 10,0% иудеев, а также 37,7% верующих, не принадлежащих к какой-либо конкретной конфессии.

     Уважение к своим национально-конфессиональным традициям, однако, вовсе не переходит в готовность слепо и беспрекословно следовать социально-политическим и духовным предписаниям религиозных руководителей.     

     Рассмотрим эти проблемы подробнее. Тем интереснее проследить, каким видится место религиозных организаций нынешней молодежи в новых условиях общественно-политической жизни России. Так, на вопрос: “Какую роль, по Вашему мнению, должны играть религиозные организации в духовной и общественной жизни нашей страны?”, ответы распределились следующим образом. За активную роль конфессий именно в общественно-политической жизни общества высказалось лишь 5,4% молодых респондентов. Значительно больше (24,0%) считают, что деятельность конфессий должна быть направлена только на удовлетворение религиозных потребностей верующих, и почти половина (49,2%) молодых людей полагает, что деятельность конфессий должна быть строго ограничена — служить укреплению духовности и нравственности в обществе. Сходные ответы были получены и среди взрослого населения (соответственно 7,0%; 24,0%; 59,7%).

     Популярность этого тезиса в общественном мнении молодежи подтверждает и то, что в поддержку духовно-нравственной деятельности религиозных организаций выступают представители всех мировоззренческих групп (верующие в Бога — 56,1%, колеблющиеся — 52,4%, верующие в сверхъестественные силы — 58,4%, индифферентные — 35,0%, неверующие — 34,2%), а также конфессиональных групп (православных — 56,0%, мусульман — 60,0%, католиков 75,0%, протестантов — 64,3%, буддистов — 50,0%).

     Таким образом, большинство молодежи, положительно относясь к возрастанию влияния религиозных организаций, фактически выражает пожелание, чтобы религиозные организации четко определили свое место в общественной жизни и не вмешивались в сферы, лежащие вне их компетенции. Эти настроения и мнения, кстати, воплощаются также в гражданские действия, политическое поведение населения, что можно проиллюстрировать, например, на отношении верующих к политическим объединениям на конфессиональной основе.

     Конечно, нельзя сбрасывать со счетов и другую, пока недостаточно проявляемую тенденцию: наличие, хотя и малого числа, респондентов в мировоззренческих и конфессиональных группах, выступающих за активную роль конфессий в собственно мирской сфере — общественно-политической жизни (среди верующих в Бога 10,9%, верующих в сверхъестественные силы — 3,7%, православных — 8,0%, мусульман — 10,0%). Подобные клерикальные настроения и ориентации могут при определенных условиях (ущемление национальных чувств, нарушение конституционных принципов, в первую очередь равенства религиозных организаций перед законом, использование религиозных чувств экстремистскими лидерами и т.д.) расшириться. Современная жизнь (увы!) дает основания для таких мрачных предположений.

     Довольно чуткое и заинтересованное отношение верующая молодежь проявляет к разным аспектам политического бытия конфессий, в том числе государственно-церковным отношениям. Интересно в этой связи проследить, насколько уважительно в стране, где Конституция провозглашает светский характер государства, равенство конфессий перед законом, верующая молодежь, как и население в целом, воспринимает идеи религиозного плюрализма. Разумеется, тут перекрещиваются интересы различных религиозных организаций, поэтому восприятие и трактовка этой проблемы не могут быть одинаковыми. И все же главное, как показало исследование, то, что, в отличие от некоторых религиозных руководителей, население, в том числе молодое, не соглашается с идеей исключительности одной религии. Тезис о том, что православие должно стать государственной религией, разделяют 11,5% молодых респондентов и 16,3% взрослых. Равенство религий перед законом, независимо от их вероучения и истории, поддержали 40,0% молодых и 40,8% взрослых. Готовы отдать предпочтение традиционным религиям, ограничивая деятельность новых конфессий, соответственно 23,2% и 28,2%.

     Как видим, хотя в нашем обществе несколько поутихли дискуссии, связанные с миссионерской деятельностью зарубежных религиозных организаций, как и доморощенных новых конфессий, но в общественном мнении (разделяемом почти четвертью опрошенных) существует на этот счет устойчивый иммунитет.

     Примечательны суждения на этот счет в мировоззренческих и конфессиональных группах. Больше всего поддерживают идею придать православию государственный статус верующие в Бога (17,4%), а наименее расположены к этому верующие в сверхъестественные силы (5,7%). За равенство религий выступает большинство во всех мировоззренческих группах с удивительно равными показателями — около среднего значения по молодежной выборке 40,0%. Знаменательно, что аналогичный показатель также среди взрослого населения — 40,8%. Среди сторонников оказывать предпочтение традиционным религиям выявился известный разброс мнений от 22,0% (верующие в Бога) до 18,5% (неверующие).

     В конфессиональных группах государственный статус православия готовы поддержать 18,4% православных и 5,6% буддистов при полном отказе от этого респондентов-мусульман, католиков, протестантов, иудеев. Идея равенства религий нашла более значительную и довольно дружную поддержку, хотя и с разными показателями, у 37,0% православных, 44,0% буддистов, 57,1% протестантов, 70,0% иудеев, 80,% мусульман. За предпочтение традиционным религиям высказались, естественно, представители этих же конфессий - православные 24,2%, мусульмане 20,0%, буддисты 22,2% и только 14,3% протестантов.

     Для понимания роли религии в мировоззрении молодежи важны толкования ею нравственных сдержек, характера возможных действий в различных жизненных ситуациях, в том числе неординарных. Вниманию молодежи был предложен перечень действий, не поощряемых общественной моралью, тем более религиозной. Сравнение ориентаций и действий верующей молодежи с общими данными по выборке наглядно показывает, как это ни парадоксально, что в отношении к сомнительным мирским “развлечениям”, и даже к девиантным формам поведения, нет принципиальной разницы в ответах верующей молодежи со средними данными по выборке. Убедиться в том, что отношение к религии, восприятие ее норм и правил в системе ценностей современной молодежи занимает далеко не ведущее место, помогают ее ответы и по другим позициям.

     Так, на вопрос: “Чем Вы занимаетесь в свободное время?” лишь 3,2% опрошенных ответили “посещаю церковь (религиозные объединения)”. При этом среди конфессиональных групп наиболее склонны посещать религиозную обитель молодые мусульмане (13,3%) и протестанты (57,1%). Менее популярным у молодежи в плане проведения досуга, чем посещение церкви, является только посещение политических организаций (0,4%). Заметим, что, хотя к православным себя относят 46,3% опрошенной молодежи, около 4,0% из них посещают церковь. На вопрос: “Каков Ваш обычный круг неформального общения?” только 4,4% ответили “единомышленники, разделяющие мои религиозные и политические взгляды”.

     Рассматриваемая проблема очевидного “обмирщения” ценностей и предпочтений молодежи может быть раскрыта и путем анализа ответов на вопрос об ее идеалах. Так, если только у 22,0% опрошенных в жизни есть идеал, которому бы хотелось подражать, то из них лишь у 11,4% в качестве идеала для подражания выступает духовный наставник.

     На вопрос “С кем бы Вы могли поделиться своими самыми сокровенными мыслями?” лишь 3,4% опрошенных назвали духовного наставника. Небезынтересно, что среди верующих в сверхъестественные силы этот показатель составил 6,9%, то есть в два раза больше, чем в среднем. Видимо, это говорит о том, что в их жизни большую роль играют новоявленные идолы, гуру, современные “колдуны” и т.д.

     Обратимся далее к кругу вопросов, раскрывающему взаимоотношения конфессионально-мировоззренческих факторов с социально- экономическими, политическими установками и ориентациями молодежи. В частности, ответы во всех мировоззренческих группах будь то верующая, колеблющаяся, индифферентная или неверующая молодежь -  выявили одну общую тенденцию: тех, кто считает, что проиграл от проводимых в России реформ, значительно больше, чем тех, кто считает, что выиграл от них. Однако среди верующих в Бога это противоречие менее острое: выигравших - 13,6%,  
а проигравших - 20,4%, среди неверующих соответственно 12,5% и 33,8%. Ещё более разительные ответы получены на вопрос: проводятся ли нынешние реформы в России в интересах молодежи, будущего страны. В различных мировоззренческих группах ответы отличаются значительной убежденностью в том, что реформы не соответствуют интересам молодежи, будущего страны. Так считают 46,6% верующих в Бога (уверены в таком соответствии только 12,3%), 43,6%  колеблющихся (считают, что соответствуют, 12,2%), 49,0% верующих в сверхъестественные силы (считают, что соответствуют, 11,8%), 53,7% неверующих (считают, что соответствуют, 11,0%). Примечательно, что на фоне отсутствия оптимизма среди значительной части молодежи относительно судеб своей страны все же верующие чуть менее пессимистично оценивают перспективы развития России в ближайшие 5-10 лет.