СОДЕРЖАНИЕ 
 
 

    Введение 3

    1 История возникновения мондиализма     4

    2 Теория мондиализма       11

    3 Мондиализм - субъективный фактор  глобализации  17

    Заключение         20

    Список  используемых источников     22 
 

ВВЕДЕНИЕ 

     Смысл мондиализма сводится к постулированию неизбежности полной планетарной интеграции, перехода от множественности государств, народов, наций и культур к униформному миру — One World.

    Истоки  этой идеи можно разглядеть в некоторых  утопических и хилиастических движениях, восходящих к Средневековью и, далее, к глубокой древности. В ее основе лежит представление, что в какой-то кульминационный момент истории произойдет собирание всех народов земли в едином Царстве, которое не будет более знать противоречий, трагедий, конфликтов и проблем, свойственных обычной земной истории. Помимо чисто мистической версии мондиалистской утопии существовали и ее рационалистические версии, одной из которых можно считать учение о "Третьей Эре" позитивиста Огюста Конта или гуманистическую эсхатологию Лессинга.

     Мондиалистские идеи были свойственны чаще всего умеренным европейским и особенно английским социалистам (некоторые из них были объединены в "Фабианское общество"). О едином Мировом Государстве говорили и коммунисты. С другой стороны, аналогичные мондиалистские организации создавались начиная с конца XIX века и крупными фигурами в мировом бизнесе например, сэром Сэсилом Роудсом, организовавшим группу "Круглый Стол". Часто социалистические мотивы переплетались с либерал-капиталистическими, и коммунисты соседствовали в этих организациях с представителями крупнейшего финансового капитала. Всех объединяла вера в утопическую идею объединения планеты.  

    1 История возникновения мондиализма

    Идеи всеединства человечества имеют очень давние исторические корни. Отдали им дань мыслители, философы и писатели России. В частности, Ф.М. Достоевский утверждал, что Россия должна собрать в братском всеединстве все человечество. Его идеологический противник русский философ К.Н. Леонтьев предрек России роль не собирательницы человечества в братском всеединстве, а родины Антихриста. Третий глубокий ум России Г.П. Федотов высказал не только веру в великое будущее России, но и тревогу по поводу ее духовного, политического, экономического и иного перерождения, в частности по поводу подмены религиозного начала в духовной жизни России национальным.

    Задолго до победы Запада над Востоком возникла геополитическая концепция мондиализма. Ее сущностью является утверждение полной планетарной интеграции, создание единого мира. Например, О. Конт в письме к Тулузу от 26 августа 1852 г. утверждал:

    “Человечество – это всемирная родина, призванная объединить, по крайней мере в будущем, всех обитателей планеты. Это совокупность всех способных к ассимиляции, всех как живущих поколений, так и сошедших со сцены, так, наконец, и грядущих; к нему не принадлежат разве Нероны, Робеспьеры и Бонапарты,– одним словом те, кто нарушает своими действиями человеческую гармонию; индивид сам по себе не существует, представляя только абстракцию... Человечество является всемирной семьею; оно стало бы ею, если бы люди были в достаточной степени братьями, но этого еще нет в действительности; вот почему отечество пока напоминает собой тот громадный интервал между индивидом и семьею”.

    Четырьмя  годами раньше К. Маркс и Ф. Энгельс сформулировали в “Манифесте” похожие идеи, и наиболее яркая, запоминающаяся из них: “Пролетарии всех стран, соединяйтесь!”. Концепции Л.Б. Троцкого и Н.И. Бухарина о перманентной революции, лозунг 1950-х гг., рожденный после победы коммунистов в Китае в октябре 1949 г. (“Русский с китайцем – братья навек!”), – тоже во многом попытка воплощения этих идей.

    Давнюю  историю имеют и притязания на американскую исключительность. Начало им положили взгляды первых поселенцев – пуритан, прибывших в Северную Америку еще в XVII в. Они пытались реализовать библейскую заповедь “града на холме”, где все поселенцы равны и свободны. Отсюда и обоснование концепции экспансии с помощью принципов свободы и демократии как проявление логики Божественного Провидения. От этой мысли до идеи предначертания Америки реформировать весь мир и вести его за собой – один шаг. Уже в середине XIX в. американские идеологи Т. Пеше и Ч. Генн утверждали, что в ближайшем будущем США станут центром, вокруг которого все нации объединятся в единый народ. А У. Макгаффи прогнозировал, что США, подобно Солнцу, окажут “славное влияние на страны Европы, а дальше – на азиатские империи”. Философ Дж. Фиске в 1895 г. говорил, что в ближайшем будущем все страны мира станут английскими по своему языку, религии, своим политическим обычаям и в значительной степени по крови населяющих их народов.

    Видно, что идеи, сформулированные в “доктрине  Монро” в 1823 г., утверждавшие главенствующее и руководящее положение США сначала в Латинской Америке, затем в Западной Европе, а в середине XX в. уже во всем мире, нашли многих сторонников. Наиболее четко эти установки были провозглашены в лозунге “американского века”, сформулированном Г. Льюисом в 1941 г.: “XX век должен стать в значительной степени американским веком”. Американские капиталисты, учителя, врачи, агрономы и инженеры, поддерживаемые американской мощью, утверждал он, должны взять на себя бремя белого человека, неся с собой повсюду “стабильность” и “прогресс” американского образца.

    Подобные  же идеи в 1945 г. стали основой государственной внешней политики Соединенных Штатов. Президент Г. Трумен 19 декабря 1945 г. сказал: “Хотим мы этого или нет, но мы должны признать, что одержанная нами победа возложила на американский народ бремя ответственности за дальнейшее руководство миром”. В завтрашней Америке в те годы видели истинную столицу мира, базу руководства им такие политики, как президент Д. Эйзенхауэр и вице-президент Г. Хэмфри, немало сделавшие для реализации в практике внешнеполитической деятельности “доктрины Трумэна”. В наиболее жесткой форме особая миссия США была воплощена во внешней политике во время президентства Р. Рейгана и Дж. Буша. Идея о предназначении Америки руководить миром, спасти “больное человечество” от грозящих ему опасностей была idee fixe Рейгана и его администрации.

    В XX в. мондиалистские идеи высказывали  и многие политические деятели Западной Европы, но они в отличие от американцев  не носились с эгоцентристскими мыслями  об абсолютном мировом господстве. США стали главным идеологическим и политическим центром мондиализма. Там был создан своего рода штаб по реализации этой концепции. В нем работали сотни различных советников, аналитиков, на него замыкались центры стратегических исследований, были созданы параллельные властные структуры. По замыслу  американских геостратегов для реализации идей мондиализма создавались надправителъственные структуры – ООН, ЮНЕСКО, их комитеты и комиссии.

    Подходы к созданию Организации Объединенных Наций были намечены во время Тегеранской  конференции глав трех держав, воюющих с фашистской Германией (28 ноября –1 декабря 1943 г.). На Крымской (Ялтинской) конференции, состоявшейся 3–11 февраля 1945 г., главы трех держав обговорили основные цели ООН и принципы работы ее важных подразделений. Во время одной из встреч в Ялте У. Черчилль высказывал опасение, как бы не подумали о том, что три великие державы хотят господствовать над миром. Президент США Ф.Д. Рузвельт, развивая мысль Черчилля, отметил: “Ясно, что разговоры о стремлении к мировому господству ни к чему... друг Черчилль не сможет назвать ни одной державы, которая хотела бы властвовать над миром”.

    И.В. Сталин, резюмируя разговор по созданию ООН, ее Устава, который, по мнению Черчилля, защитит их от обвинений в желании  властвовать над миром, тем не менее особо подчеркнул: “Мы не позволим, чтобы имела место новая агрессия... Но пройдет 10 лет, или, может быть, меньше, и мы исчезнем. Придет новое поколение, которое не прошло через все то, что мы пережили, которое на многие вопросы, вероятно, будет смотреть иначе, чем мы. Что будет тогда?”.

    И вот прошло всего лишь немногим более  года, как в США, в небольшом  городе Фултоне, гражданин Великобритании У. Черчилль (в 1945 г. проигравший выборы) в своей программной речи с одобрения нового хозяина Белого дома Г. Трумэна объявил СССР “холодную войну”, целью которой было победить Советский Союз, но уже не военными (хотя они тоже не исключались), а иными средствами. Организация Объединенных Наций, ее комиссии и комитеты, Совет Безопасности ООН уже не устраивали США, стремящиеся к мировому господству.

    Постепенно  теория мондиализма наполнялась  новым содержанием. По мнению специализированного  консультанта при высшем военном  командовании НАТО А. Стригаса, народы абсолютного большинства стран мира в настоящее время управляются через их политическое и военное руководство согласно распоряжениям двух глобальных центров – Трехсторонней комиссии и Бильдербергского клуба, формирующих планетарную политику XXI в. И эта политика маргинализировала национальные правительства очень многих стран, которые и теперь зависят от этих международных центров. Эти два центра, по мнению Стригаса, контролируют 93% международного богатства.

    Бильдербергский клуб – международный исполнительный орган, названный по имени гостиницы неподалеку от голландского города Оостербеека, где состоялось его первое заседание в 1954 г. Штаб Бильдербергского клуба находится в Гааге (Голландия). В заседаниях клуба принимают участие так называемые “протагонисты” (руководящие лица) и “супернумерарии” (внештатные работники). Последним позволяют говорить с трибуны несколько минут и всегда в первый день заседания. Руководящий комитет клуба – это обычно бывшие американские и европейские политики, известные личности, и среди них никогда не бывает представителей стран третьего мира. Этот клуб сегодня контролирует 33% мирового богатства.

    В 1973 г. был создан более могущественный центр – Трехсторонняя комиссия. Она образована по решению могущественного клана братьев Рокфеллеров, которые контролировали тогда различные формы собственности более чем в 500 млрд долл. Президентом ее сейчас является Д. Рокфеллер, владелец “Чейз Манхэттен банк”, а исполнительным директором – З. Бжезинский. Комиссия насчитывает около 200 членов. Ее рядовыми функционерами были многие ведущие .политики США; Европы и Японии. Например, будущий президент США Дж. Картер возглавлял когда-то один из ее подкомитетов. Комиссия объединяет три так называемых “Больших пространства”: Американское (Северную и Южную Америку), Европейское, Тихоокеанское (последнее контролировалось Японией).

    Трехсторонняя комиссия выступает как основной центр мировых исследований и анализа. Она контролирует 60% мирового богатства. Комиссия управляет выборами президентов и премьер-министров. Выбор кандидата делается после тщательного изучения аналитиками Агентства национальной безопасности (АНБ), на которое работают ЦРУ, американская военная разведка, агентства по борьбе с наркотиками. Кандидаты в президенты и премьеры должны гарантировать сохранение доходов двух глобальных управляющих центров.

    Агентство национальной безопасности было основано 4 ноября 1952 г. при президенте Г. Трумэне. Его штаб находится в Форт Мид (США). Оно имеет в штате более 2 млн агентов и ученых, проживающих во многих странах, оснащено уникальным электронным оборудованием: его компьютеры собирают и анализируют ежедневно всю информацию с сети станций контроля, являющейся по сути планетарной. Об АНБ не говорили до тех пор, пока не случилось скандального разоблачения сети “Эшелон”, которая прослушивала связь не только враждебных, но и дружественных стран. АНБ является исполнительным органом не США (конгресс не имеет права даже заслушивать руководителей этой организации), а Бильдербергского клуба и Трехсторонней комиссии.

    Экономический и идеологический тип этих пространств  будет схожим, следовательно, между ними не могут возникнуть какие-либо противоречия. Никакие геополитические факторы не будут оказывать существенное влияние. По своему содержанию “геоэкономический” проект переустройства мира является промежуточным вариантом между атлантизмом и мондиализмом.

    Геополитические идеи Аттали более детально представил Карло Санторо,профессор Института международных политических  исследований (Милан). Концепции многополярности мира Фукуямы предполагают существование Мирового правительства. Его ядром могут стать международные институты типа ООН и его комитетов.

    Как видим, мондиализм, атлантизм и неомондиализм  полагали переплавить множество  народов, наций и культур в  единое общество. Такое общество, в  частности общество западных стран, рисует в своей футуристической книге “Глобальный человейник” русский философ, ученый и писатель Александр Александрович Зиновьев (1922–2006).

    Многие  из перечисленных качеств западоидов были названы еще в начале XX в. Максом Вебером в работе “Протестантская этика и дух капитализма”. Как показала практика, за истекшее время эти качества приняли на Западе, особенно в США, гипертрофированные размеры.

    Основная  линия всех мондиалистских проектов заключалась в переходе к единой мировой системе, под стратегической доминацией Запада и «прогрессивных», «гуманистических», «демократических» ценностей. Для этого вырабатывались параллельные структуры, состоящие из политиков, журналистов, интеллектуалов, финансистов, аналитиков и т.д., которые должны были подготовить почву перед тем, как этот мондиалистский проект Мирового Правительства смог бы быть широко обнародован, так как без подготовки он натолкнулся бы на мощное психологическое сопротивление народов и государств, не желающих растворять свою самобытность в планетарном melting pot.

2 Теория мондиализма

 
          Первая наиболее пацифистская и "примиренческая" версия мондиализма известна как "теория конвергенции". Разработанная в 70-е годы в недрах C.F.R. группой "левых" аналитиков под руководством Збигнева Бжезинского, эта теория предполагала возможность преодоления идеологического и геополитического дуализма холодной войны через создание нового культурно-идеологического типа цивилизации, который был бы промежуточным между социализмом и капитализмом, между чистым атлантизмом и чистым континентализмом. 

         Марксизм Советов рассматривался как преграда, которую можно преодолеть, перейдя к его умеренной, социал-демократической, ревизионистской версии через отказ от тезисов "диктатуры пролетариата", "классовой борьбы", "национализации средств производства" и "отмены частной собственности". В свою очередь, капиталистический Запад должен был бы ограничить свободу рынка, ввести частичное государственное регулирование экономики и т.д. Общность же культурной ориентации могла бы быть найдена в традициях Просвещения и гуманизма, к которым возводимы и западные демократические режимы, и социальная этика коммунизма (в его смягченных социал-демократических версиях). 

        Мировое Правительство, которое могло бы появиться на основе "теории конвергенции", мыслилось как допущение Москвы до атлантического управления планетой совместно с Вашингтоном. В этом случае начиналась эпоха всеобщего мира, холодная война заканчивалась бы, народы смогли бы сбросить тяжесть геополитического напряжения. 

         Важно провести здесь параллель с переходом технологических систем от "талассократии" к "эфирократии": мондиалистские политики начинали смотреть на планету не глазами обитателей западного континента, окруженного морем (как традиционные атлантисты), но глазами "астронавтов на космической орбите". В таком случае их взгляду представал действительно One World, Единый Мир.

     
      Теории конвергенции были той идеологической основой, на которую ссылались Михаил Горбачев и его советники, осуществившие перестройку. При этом за несколько лет до начала советской перестройки аналогичный проект начал реализовываться в Китае, с которым представители "Трехсторонней комиссии" установили тесные отношение с конца 70-х. Но геополитические судьбы китайской и советской "перестроек" были различны. Китай настаивал на "справедливом" распределении ролей и на соответствующих сдвигах в идеологии Запада в сторону социализма. СССР пошел по пути уступок значительно дальше. 

    Следуя за логикой американских мондиалистов, Горбачев начал структурное преобразование советского пространства в сторону "демократизации" и "либерализации". В первую очередь, это коснулось стран Варшавского договора, а затем и республик СССР. Началось сокращение стратегических вооружений и идеологическое сближение с Западом. Но в данном случае следует обратить внимание на тот факт, что годы правления Горбачева приходятся на период президентства в США крайних республиканцев Рейгана и Буша. Причем Рейган был единственным за последние годы президентом, последовательно отказывавшимся участвовать во всех мондиалистских организациях. По убеждениям он был жесткий, последовательный и бескомпромиссный атлантист, либерал-рыночник, не склонный ни к каким компромиссам с "левыми" идеологиями даже самого умеренного демократического или социал-демократического толка. Следовательно, шаги Москвы, направленные на конвергенцию и создание Мирового Правительства со значительным весом в нем представителей Восточного блока, на противоположном полюсе имели самые неблагоприятные идеологические препятствия. Атлантист Рейган (позже Буш) просто использовали мондиалистские реформы Горбачева в сугубо утилитарных целях. Добровольные уступки heartland'а не сопровождались соответствующими уступками со стороны Sea Power, и Запад не пошел ни на геополитические, ни на идеологические компромиссы с самоликвидирующейся Евразией. НАТО не распустился, а его силы не покинули ни Европу, ни Азию. Либерально-демократическая идеология еще более укрепила свои позиции. 

      В данном случае мондиализм выступил не как самостоятельная геополитическая доктрина, реализовавшаяся на практике, но как прагматически использованный инструмент в "холодной войне", от логики которой, основанной на тезисах Макиндера и Мэхэна, США так и не отказались.   
      После распада СССР и победы Запада, атлантизма мондиалистские проекты должны были либо отмереть, либо изменить свою логику. 

    Новой версией мондиализма в постсоветскую  эпоху стала доктрина Фрэнсиса Фукуямы, опубликовавшего в начале 90-х программную статью "Конец Истории". Ее можно рассматривать как идейную базу неомондиа лизма. 

    Фукуяма предлагает следующую версию исторического процесса. Человечество от темной эпохи "закона силы", "мракобесия" и "нерационального менеджирования социальной реальности" двигалось к наиболее разумному и логичному строю, воплотившемуся в капитализме, современной западной цивилизации, рыночной экономике и либерально-демократической идеологии. История и ее развитие длились только за счет нерациональных факторов, которые мало-помалу уступали место законам разума, общего денежного эквивалента всех ценностей и т.д. Падение СССР знаменует собой падение последнего бастиона "иррационализма". С этим связано окончание Истории и начало особого планетарного существования, которое будет проходить под знаком Рынка и Демократии, которые объединят мир в слаженную рационально функционирующую машину. 

    Такой Новый Порядок, хотя и основанный на универсализации чисто атлантической  системы, выходит за рамки атлантизма, и все регионы мира начинают переорганизовываться по новой модели, вокруг его наиболее экономически развитых центров.   
 
       Аналог теории Фукуямы есть и среди европейских авторов. Так, Жак Аттали, бывший долгие годы личным советником президента Франции Франсуа Миттера на, а также некоторое время директором Европейского Банка Реконструкции и Развития, разработал сходную теорию в своей книге "Линии Горизонта".

    Аттали  считает, что в настоящий момент наступает третья эра "эра денег", которые являются универсальным эквивалентом ценности, так как, приравнивая все вещи к материальному цифровому выражению, с ними предельно просто управляться наиболее рациональным образом. Такой подход сам Аттали связывает с наступлением мессианской эры, понятой в иудейско-каббалистическом контексте (подробнее этот аспект он развивает в другой книге, специально посвященной мессианству "Он придет"). Это отличает его от Фукуямы, который остается в рамках строгого прагматизма и утилитаризма. 

    Жак Аттали предлагает свою версию будущего, которое "уже наступило". Доминация на всей планете единой либерально-демократической идеологии и рыночной системы вместе с развитием информационных технологий приводит к тому, что мир становится единым и однородным, геополитические реальности, доминировавшие на протяжении всей истории, в "третьей эре" отступают на задний план. Геополитический дуализм отменяется. 

    Но  единый мир получает все же новую геополитическую структурализацию, основанную на сей раз на принципах "геоэкономики ". Впервые концепции "геоэкономики" предложил развивать историк Фритц Рериг, а популяризировал ее Фернан Бродель. 

    "Геоэкономика" это особая версия мондиалистской  геополитики, которая рассматривает  приоритетно не географические, культурные, идеологические, этнические, религиозные и т.д. факторы, составляющие суть собственно геополитического подхода, но чисто экономическую реальность в ее отношении к пространству. Для "геоэкономики" совершенно не важно, какой народ проживает там-то и там-то, какова его история, культурные традиции и т.д. Все сводится к тому, где располагаются центры мировых бирж, полезные ископаемые, информационные центры, крупные производства. "Геоэкономика" подходит к политической реальности так, как если бы Мировое Правительство и единое планетарное государство уже существовали. 

    В модели Аттали нашли свое законченное  выражение те идеи, которые лежали в основании "Трехсторонней комиссии", которая и является концептуально-политическим инструментом, разрабатывающим и осуществляющим подобные проекты.

    Несомненно  одно: переход к геоэкономической логике и неомондиализму стало возможным только после геополитической самоликвидации евразийского СССР.

    Неомондиализм не является прямым продолжением мондиализма  исторического, который изначально предполагал присутствие в конечной модели левых социали стических элементов. Это промежуточный вариант между собственно мондиализмом и атлантизмом.  

 
       Существуют более детальные версии неомондиализма. Одной из наиболее ярких является футурологическая геополитическая концепция, разработанная миланским Институтом Международных Политических Исследований (ISPI) под руководством профессора Карло Санторо. 

    Согласно  модели Санторо, в настоящий момент человечество пребывает в переходной стадии от биполярного мира к мондиалистской версии многополярности (понятой геоэкономически, как у Аттали). Международные институты (ООН и т.д.), которые для оптимистического мондиализма Фукуямы представляются достаточно развитыми, чтобы стать ядром "Мирового Правительства", Санторо представляются, напротив, недейственными и отражающими устаревшую логику двухполярной геополитики. Более того, весь мир несет на себе устойчивый отпечаток "холодной войны", геополитическая логика которой остается доминирующей. Санторо предвидит, что такая ситуация не может не кончиться периодомцивилизационных катастроф.

    Эта модель является промежуточной между мондиалистским оптимизмом Фукуямы и атлантистским пессимизмом Хантингтона.   

     3 Мондиализм – субъективный фактор глобализации

     Переход к мондиалистскому варианту развития требует образования очень мощных транснациональных институций. Не таких беспомощных, аморфных, и, вообще, довольно жалких, как ООН, ЮНЕСКО и им подобных, а чего-то вроде СУПЕР-НАТО, даже лучше – СУПЕР-ЕС. Если находящиеся сейчас в эмбриональном состоянии планы по созданию СУПЕР-НАФТА или объединённый и централизованный ЕВРО-АМЕРИКИ, с введением единой внешней политики, единых вооружённых сил и единой финансовой системы, в том числе, единой валюты, осуществятся, то можно говорить о первой серьёзной заявке на мондиализм. Однако и здесь этот процесс будет протекать по аналогии с интеграцией в Европейском союзе, то есть долго, маленькими, постепенными шагами.

     Если  мондиализм и будет реализован как  стратегия развития в XXI в., то для этого будут необходимы соблюдение трёх условий: обязательное ослабление сегодняшних мощных суверенных государств; увеличение толщины и веса транссистемного глобального интегративного слоя; ламинарное, то есть без катаклизмов, катастроф и войн течение мировой истории. При таком сценарии наиболее вероятен именно мягкий мондиалистский вариант: то есть формально суверенные государства будут продолжать существовать, у их правительства останутся весьма серьёзные полномочия в области внутренней политики, экологии, социальной сферы, образования и здравоохранения, всего того, что сейчас находится в ведении местного правительства американского штата или германской земли. При этом будет существовать некий Единый Планетарный Орган Власти, который будет обладать исключительной монополией на решение всех проблем глобального характера и следить за неукоснительным соблюдением любыми местными властями некоего универсального кодекса прав и свода законов, касающихся, по-видимому, прав человека, глобальных вопросов экономики и экологии, общепланетарных аспектов любых проблем человеческой жизни и деятельности. То есть, иными, словами, по этому сценарию будет осуществлено некое всемирное подобие нынешнего Европейского союза.

     В случае, если в промежутке между 2020 и 2040 годами произойдёт какой-то глобальный катаклизм – экологическая катастрофа или мировая война, или что-то ещё не менее ужасное, что предрекают нам новоявленные пророки и мрачные фантасты и что, к сожалению, может сбыться, в том числе и в качестве самосбывающегося пророчества, – то тут возможен вариант жёсткого мондиализма. Победившая или сумевшая сохранить в наибольшей степени свой аппарат власти насилия и принуждения организованная политическая сила может установить свою власть на Планете в целом или на её пригодной для какой-либо жизни части. Это плохой сценарий, мы тут не станем делать хорошую мину при очень плохой игре.