Содержание.

Глава1. Жизнь Платона…………………………………………….......................2

1.1 Объективный идеализм Платона…………………………………………….5

1.2Платоновский идеализм………………………………………………………6

1.3Философия Платона……………………………………………………….....10

Глава 2 Неоплатонизм…………………………………………………………...20

Список  литературы……………………………………………………………….2

Жизнь Платона

     Платон  родился в 427г. до н.э. При рождении он был назван Аристоклом. Платоном назвал его учитель гимнастики впоследствии то ли за широту плеч, то ли за широту лба. “Платон” означает широкий. При рождении Платона ходили слухи, что он рожден не от своего отца, а от бога Аполлона. Тем самым ему приписывались  особые дарования без тени оскорбления  отца. Платон в молодости увлекался  поэзией. Сохранились некоторые  отрывки из его поэтических произведений.

     В двадцать лет, когда Платон воспринял  влияние Сократа, он бросил поэтическое  сочинительство и решил посвятить  себя философии. С этого времени  он стал одним из восторженных слушателей и учеников Сократа. После Казни  учителя в 399г. до н.э. Платон с другими  учениками Сократа покинул Афины  из соображений безопасности. Сократа  обвиняли в атеизме и в развращении  молодежи. Развращением власти называли попытки Сократа поднять авторитет  истины выше авторитета богов и законов.

     Платон  вернулся в Афины лишь через десять с лишним лет. К этому времени  относится его первая поездка  к Дионисию Старшему в Сицилию. Он надеялся повлиять на него посредством  приобщения его к философии. Однако, Платон вскоре был разочарован. В  Седьмом письме он пишет об этой поездке: “Как только я сюда приехал, мне очень не понравилась здешняя  привольная жизнь с италийскими  и сиракузскими пирами, где доедаются  дважды в день, а бражничают всю  ночь, и во всем остальном ведут  себя соответственно: от такой жизни  мудрецом не станешь и умеренности  не научишься. Какой нрав выдержит подобное житье?” (326в.) Более того, Платон попал  в немилость и решил уехать из Сицилии на корабле спартанского посла Поллида. Он не знал, что Дионисий тайно приказал послу убить Платона  в открытом море или продать его  в рабство. Как сообщает Диоген Лаэртский, это распоряжение тирана было сделано  не без злорадства. Дионисий притворно  заявил, что Платон ведь не понесет  никакого ущерба, т.к. будучи человеком справедливым, он и в рабстве будет испытывать счастье. Поллид не решился убить всеми почитаемого философа, но тем не менее, боясь ослушаться Дионисия, продал его в рабство на острове Эгине. Некий Анникерид, житель Эгины, отправлялся на состязание колесниц в Элиду. Когда он перед отъездом случайно повстречал Поллида и узнал в готовом для продажи невольнике известного философа Платона, он сразу же купил его за 30 мин. Он купил его только для того, чтобы немедленно отпустить на свободу. И этим, как говорят, стяжал гораздо большую славу, чем в состязании колесниц. Ведь никто и не узнал бы о нем, если бы он не выкупил Платона.

     Второй  раз Платон ездил в Сицилию  к Дионисию Младшему для претворения  в жизнь своего проекта государства. Говорят, что тиран обещал помочь ему в этом деле, но не помог. В  третий раз Платон ездил для примирения Дионисия Младшего с Дионом, но и  на этот раз безрезультатно.

     Жизнь Платона умеренной в пределах Академии. Он не участвовал в политической жизни государства, соблюдая идеологическую осторожность. Судьбы Анаксагора, Протагора, Продика, Сократа свидетельствуют  об опасности, которая подстерегала любого ученого, философа и софиста  в Афинах, где господствовала государственная  идеология, основанная на мифологии  и вере в богов. Власти проявляли  враждебность ко всем тем, кто вызывал  сомнение в существовании богов. Известно, в частности, что во время  судебного процесса над Анаксагором  поэт Диопейт внес законопроект, считать  государственными Уреступниками тех, кто научным образом объясняет  небесные явления. Это предложение  было принято.

     Спустя 33 года после казни Сократа, в 366 г. до н. э.  когда военачальник Хабрий был обвинен в сдаче крепости Оропа фиванцам, как свидетельствует Диоген Лаэртский, один только Платон заступился за Хабрия. И когда он вместе с Хабрией шел на акрополь, сикофант Кребил обратился к нему: "Ты заступаешься за другого и не знаешь, что тебя самого вдет Сократова цикута?" Платон ответил: "Я встречался с опасностями, сражаясь за отечество, не отступлю и теперь, отстаивая долг дружбы". Сикофант - доносчик, нанятый государством. Платон постоянно чувствовал эту опасность и соблюдал осторожность также в личной переписке. Например, во Втором письме к Дионисию Младшему -тирану Сицилии Платон пишет: "Ты говоришь, что тобой недостаточно воспринято учение о природе первопричины. Я должен ответить тебе иносказательно, дабы, если эта табличка испытает какие-либо превратности на суше и море, тот, кому она попадет в руки, ее бы не понял".

     Даже  в личной переписке Платон пользовался  не только различными формами иносказания, но и различными условными знаками - словами для различения серьезных  писем от несерьезных. В частности, в Седьмом письме он напоминает: "Относительно знака, какие письма я посылаю тебе всерьез, а какие  нет, я думаю, ты помнишь, однако прими  это особенно к сведению и будь к этому внимателен. Ведь меня заставляют писать тебе многие, которым нелегко  напрямик отказать. Итак, в серьезных  письмах вначале упоминается  бог, боги же  в несерьезных"(363в).

     После возвращения в Афины Платон купил  участок земли в роще бога Академа  и в 387г. до н. э. основал школу, названную  Академией. На входной двери в  школу была надпись: "Не геометр  да не войди". Он строго изолировал свою школу от горожан, и по выражению  Т. Гомперца, он как бы окружил ее рвом и окопом. Известно только, что  внутри школы преподавание велось устно. Из соображений безопасности ничего не записывалось. Отбор учеников производился с осмотрительностью и чуть ли не со всей Греции. Самым любимым  учеником долгое время был Аристотель из города Стагиры. Он учился в Академии 17 лет, затем открыл свою школу - Лицей (или Ликей). Говорят, что отношения  между Платоном и Аристотелем  к концу жизни Платона, стали  натянутыми. Платон называл Аристотеля Полом ("Пол" - по-гречески - жеребенок). Известно, что жеребенок, досыта насосавшись  молока, лягает свою матку. Платон тем  самым намекал на неблагодарность  Аристотеля, который стал замечательным  ученым и философом благодаря именно ему. Став самостоятельным мыслителем, Аристотель раскритиковал некоторые воззрения Платона. Аристотелю приписывается выражение, ставшее крылатым: "Платон мне дорог, но истина дороже". Говорят, что Аристотель не пришел к умирающему Платону и даже попортил его книги. Поводом к охлаждению взаимоотношений послужило то обстоятельство, что Платон не одобрял его манеры держать себя и одеваться. Аристотель слишком придавал значение одежде и обуви, стриг волосы и любил покрасоваться своими многочисленными кольцами. В его лице было что-то надменное, а многословие, в свою очередь, изобличало суетность нрава. Не приходится говорить, что эти качества, не свойственны истинному философу. Поэтому Платон не допускал к себе Аристотеля, предпочитая ему Ксенократа, Спевзиппа, Амикла и других, кого отличал всяческим образом, в частности, разрешением принимать участие в своих философских беседах.

     Академия  просуществовала около девяти веков - до 529г., когда византийский император  Юстиниан закрыл все нехристианские школы, считая их рассадниками ложной мудрости. Главой школы был Платон, который еще при жизни назначил своим преемником Спевзиппа - сына своей  сестры Потоны.

Объективный идеализм Платона

     Мир по Платону и не телесный космос, лишенный индивидуальности, и не отдельные  материальные вещи, наполняющие Вселенную. Прекрасный, материальный космос, собравший  множество единичностей в одно нераздельное целое, живет и дышит, весь наполнен бесконечными физическими силами, но зато он управляется законами, находящимися вне его, за его пределами. Это  самые общие закономерности, по которым  живет и развивается весь космос. Они составляют особый надкосмический мир и называются у Платона  миром идей. Увидеть их можно не физическим зрением, а умственным, мысленно. Идеи, управляющие Вселенной, первичны. Они определяют жизнь материального  мира. Мир идей находится вне времени, он не живет, а пребывает, покоится в вечности. И самая высшая идея идей - это абстрактное благо, тождественное абсолютной красоте.

        Платоновский идеализм потому и называется объективным, что он признаёт существование вполне реального, независимого от сознания человека, то есть объективного идеального бытия.

           Однако, сильной стороной философии Платона, его положительным  вкладом в историю философии  менее всего является его объективный  идеализм как мировоззрение. Общее  не остается у Платона лишь противостоящим единичному, оно осмысляет всякую единичность и трактует как принцип  единичного, как закон проявления этого единичного, как модель его  построения.

Платоновский  идеализм

     Сочинения Платона (427-347 гг.  до н.э.) - уникальное явление в отношении выделения  философской концепции. Это высокохудожественное, захватывающее описание самого процесса становления концепции, с сомнениями и неуверенностью, подчас с безрезультатными попытками разрешения поставленного  вопроса,  с возвратом к исходному  пункту, многочисленными повторениями и т.п.  Выделить в  творчестве  Платона  какой-либо аспект  и  систематически изложить его довольно сложно,  так как приходится реконструировать мысли Платона из отдельных  высказываний, которые  настолько  динамичны,  что в процессе эволюции мысли  порой превращаются в свою противоположность.

     Платон  неоднократно  высказывал  свое  отношение к математике и она  всегда оценивалась им очень высоко:  без  математических  знаний «человек с любыми природными свойствами не станет блаженным», в своем идеальном  государстве он предполагал «утвердить законом и убедить тех, которые  намереваются занять в городе высокие должности,  чтобы они упражнялись в науке счисления».  Систематическое широкое использование математического  материала имеет место у Платона,  начиная с диалога «Менон»,  где Платон подводит к основному выводу  с  помощью геометрического доказательства.  Именно  вывод  этого диалога о том, что познание есть припоминание, стал основополагающим принципом платоновской гносеологии.

     Значительно в большей мере,  чем в гносеологии, влияние математики обнаруживается  в онтологии Платона.  Проблема строения материальной действительности у Платона получила такую трактовку:  мир вещей, воспринимаемый посредством  чувств,  не есть мир истинно существующего; вещи непрерывно возникают и погибают. Истинным бытием обладает мир идей, которые бестелесны, нечувственны и  выступают по отношению к вещам  как их причины и образы,  по которым эти вещи создаются. Далее,  помимо чувственных предметов и  идей он устанавливает математические истины,  которые от  чувственных  предметов  отличаются тем, что вечны  и неподвижны,  а от идей - тем, что некоторые математические истины сходна друг с другом,  идея же всякий раз только одна. У  Платона в  качестве материи началами являются большое и малое, а в качестве сущности - единое,  ибо идеи (они  же числа)  получаются из большого  и  малого  через  приобщение их к единству.  Чувственно воспринимаемый мир, согласно Платону, создан Богом. Процесс  построения космоса описан в диалоге  «Тимей».  Ознакомившись с этим описанием, нужно признать,  что  Создатель был хорошо знаком с  математикой и на многих этапах творения существенно использовал математические положения, а порой и выполнял точные вычисления.

     Посредством математических отношений Платон пытался  охарактеризовать и некоторые явления  общественной жизни,  примером чего  может служить трактовка  социального  отношения «равенство» в диалоге  «Горгий» и в «Законах». Можно  заключить, что Платон существенно  опирался на математику  при  разработке основных разделов своей философии:  в концепции «познание - припоминание», учении о сущности материального бытия, об устройстве космоса,  в трактовке социальных явлений и т.д.  Математика сыграла значительную роль в конструктивном оформлении его философской системы.  Так в чем же заключалась его концепция математики?

     Согласно  Платону,  математические науки (арифметика, геометрия, астрономия и гармония) дарованы человеку богами,  которые «произвели число, дали  идею  времени и  возбудили потребность исследования вселенной». Изначальное назначение математики в том,  чтобы «очищался  и оживлялся тот орган души человека,  расстроенный и ослепленный  иными делами», который «важнее,  чем тысяча глаз,  потому что им одним созерцается истина». «Только  никто не пользуется ею (математикой) правильно, как наукою,  влекущей непременно к сущему». «Неправильность» математики Платон  видел,  прежде всего, в ее применимости для решения  конкретных практических задач. Нельзя сказать, чтобы он вообще отрицал  практическую применимость математики. Так, часть геометрии нужна для  «расположения лагерей», «при всех построениях как во время самих  сражений, так и во время походов». Но, по мнению Платона, «для таких вещей ...достаточна малая часть геометрических и арифметических выкладок, часть  же их большая, простирающаяся далее, должна ...способствовать легчайшему усвоению идеи блага».  Платон отрицательно  отзывался о  тех попытках использования  механических методов для решения  математических задач,  которые имели  место в науке того времени. Его  неудовлетворенность вызывало также  принятое современниками понимание  природы математических объектов.  Рассматривая идеи своей науки  как  отражение реальных связей действительности,   математики в своих исследованиях  наряду с абстрактными логическими  рассуждениями  широко использовали чувственные образы,  геометрические построения.  Платон всячески старается  убедить,  что объекты математики существуют  обособленно от реального мира, поэтому при их исследовании неправомерно прибегать к чувственной оценке.

     Таким образом, в исторически сложившейся  системе математических знаний Платон выделяет только умозрительную,  дедуктивно построенную компоненту и закрепляет за ней право называться математикой. История математики мистифицируется,  теоретические разделы резко  противопоставляются вычислительному  аппарату, до предела сужается область  приложения. В таком искаженном виде некоторые реальные стороны  математического  познания  и  послужили  одним  из оснований для построения системы  объективного идеализма Платона. Ведь сама по себе математика к идеализму  вообще  не ведет,  и в целях  построения идеалистических систем ее приходится существенно деформировать.

     Вопрос  о  влиянии,  оказанном  Платоном на развитие математики, довольно труден.  Длительное  время  господствовало  убеждение,  что вклад Платона  в  математику  был значителен.  Однако более глубокий анализ привел к изменению этой оценки. Так, О.Нейгебауэр пишет: «Его собственный прямой вклад  в математические знания,  очевидно, был равен нулю...  Исключительно  элементарный характер примеров  математических рассуждений,  приводимых Платоном и Аристотелем, не подтверждает гипотезы о том,  что Эвдокс или Теэтет  чему-либо  научились  у Платона... Его  совет астрономам заменить наблюдения спекуляцией мог бы разрушить  один из наиболее значительных вкладов  греков  в  точные науки». Такая  аргументация  вполне убедительна;  можно также согласиться и  с тем, что идеалистическая философия  Платона в целом сыграла отрицательную  роль в развитии математики. Однако не следует забывать о сложном  характере этого воздействия.

     Платону принадлежит  разработка некоторых  важных методологических проблем математического  познания: аксиоматическое построение математики, исследование  отношений  между  математическими методами и диалектикой, анализ основных форм математического знания.  Так, процесс доказательства  необходимо связывает набор доказанных положений в систему,  в основе которой лежат некоторые недоказуемые положения.  Тот факт, что начала математических наук «суть предположения», может вызвать сомнение в истинности всех  последующих  построений.  Платон считал такое сомнение необоснованным.  Согласно его объяснению, хотя сами математические науки,  «пользуясь предположениями, оставляют их в неподвижности  и  не могут дать для них основания»,  предположения находят основания посредством диалектики. Платон высказал и ряд других положений,  оказавшихся  плодотворными  для развития математики.  Так, в диалоге «Пир» выдвигается  понятие  предела;  идея  выступает здесь как предел становления вещи.

     Критика, которой подвергались методология  и  мировоззренческая система  Платона  со стороны математиков,  при всей своей важности не затрагивала  сами основы идеалистической концепции. Для замены разработанной Платоном  методологии  математики более продуктивной системой нужно было подвергнуть  критическому разбору его учение об идеях, основные разделы его философии  и как следствие этого = его  воззрение на математику. Эта миссия выпала на долю ученика Платона - Аристотеля.

Философия Платона

     Древнегреческая философия, чистая в своих истоках  и приведшая к замечательному прорыву в понимании человеком  устройства мира, в котором он живет, вскоре замутилась вследствие некоего  демонического влияния, проявившегося, во-первых, в атеизме Гераклита  и Демокрита, а во-вторых, в скептицизме  софистов. Во второй половине V в. до н.э. софисты грозили увлечь за собой  наиболее талантливых греческих  юношей, фактически монополизировав  сферу образования. Успех софистов на ниве просвещения завел бы греческую  философию в тупик. В результате мы не имели бы ни Платона, ни Аристотеля. Однако во второй половине V в. до н.э  в Афинах у софистов появился мощный конкурент. Им оказался Сократ, последователь философии Анаксагора. Сократ воспринял лучшие традиции милетской школы, восходившей к светлому, незамутненному источнику истинного знания (Тертуллиан в "Апологетике" говорит о том, что философия в своих истоках восходит к божественному откровению). Между Сократом и софистами разгорелась настоящая борьба за души греческих юношей, интересующихся наукой и философией. Чтобы одержать победу в этой борьбе Сократ должен был показать, что он не только умнее, но и нравственно выше своих противников: не только искусством спора, но и примером своей жизни он должен был завоевать, привлечь к себе души своих учеников. Из учеников Сократа наиболее способным был Платон. Личность Сократа, его мученическая смерть, принятая с необыкновенным мужеством, - все это, несомненно, произвело сильное впечатление на Платона. В этом контексте уместно вспомнить евангельские слова: "Если зерно, падшее в землю, не умрет, то останется одно, а если умрет, то принесет много плода" (Ин. 12.24). Обладая прекрасной памятью, Платон запомнил беседы Сократа в мельчайших подробностях и позднее записал их. Записи бесед (диалогов), в которых Сократ играет главную роль, составляют основную часть философского наследия Платона.

     Наследие  Платона оказало громадное влияние  на европейскую философию. Систематическое  изучение философии Платона продолжалось в течение всего античного  периода в стенах, основанной Платоном Академии (закрытой по приказу императора Юстиниана лишь в 529 г. н.э.); после  некоторого упадка интереса к платонизму в течение средних веков, изучение философии Платона было продолжено в Италии в ХV веке. Главная заслуга  в подготовке переводов трудов Платона  на латинский язык и комментировании  их принадлежит великому итальянскому гуманисту Марсилио Фичино (1420-1499). Вот  что пишет о Платоне Марсилио Фичинo во введении к латинскому переводу диалога Платона "Протагор";

     "Существует  у греков правдивейшее о Платоне  высказывание: Феб родил двух выдающихся сыновей - Эскулапа и Платона. Эскулап лечил тела, а Платон - души[...] Болезнь же души состоит в ложных мнениях и дурных нравах. Таковое же зло одаренным душам никем так легко не причиняется, как софистами. Истинными философами являются те, кто старательно ищет истину из любви к самой истине. Софисты же привязываются к мнениям из любви к мнению”.

     Тот же Марсилио Фичино в предисловии  к другому диалогу Платона "Второй Алкивиад или о молитве" показывает, что истинное отличие философа от софиста состоит также и в  том, что философ верит в Бога и просит у Него мудрости, тогда  как софист верит только в себя: "Что просит Сократ? Блага. Какого блага? Мудрости, т.е. познания божественной истины, которое может дать лишь Бог. Что просит прежде всего? Чтобы  Бог сделал его достойным мудрости. Кто достоин божественной мудрости? Тот, кто готов нести ее свет".

     Таким образом, мы видим, что философия, грозившая  было сойти с правильного пути, в лице Сократа снова возвращается к своим чистым истокам: божественной истине.

     Софисты желали казаться праведными, подобно  фарисеям, о которых мы читаем в  Евангелии. Сократ же желал не казаться, а быть праведным, вследствие чего он неизбежно должен был претерпеть гонения, ибо здесь на земле истина ходит в терновом венце. Трагедия Сократа и вообще всякого страдающего  праведника объяснена в диалоге  Платона "Государство":

     "Самая  высшая несправедливость - это когда  праведным выглядит тот, кто  не является праведным. Поэтому  дадим несправедливейшему максимальную  несправедливость, но позволим, чтобы  тот, кто много совершил неправедного, всему почитался как справедливый[...] Когда установим такого, рядом  с ним поставим мужа праведного, простого и незнатного человека, который, как у Эсхила, хочет  не казаться, но быть добрым. Уберем  от него, таким образом, всякую  добрую славу, чтобы он никому  не казался праведным. Ибо если  он будет казаться праведным,  то получит почести и награды. Поэтому будет неясно, ради почестей или наград он таков, или нет. Итак, лишим его всех вещей, кроме праведности и представим его таким, чтобы он был полной противоположностью неправедному, т.е. чтобы не делая ничего неправедного, всем казался несправедливейшим, так чтобы он был испытан неким испытанием на праведность и ни по причине дурной славы, ни по причине того, что из нее следует. Не отклонялся от своего намерения, но пребыл недвижим даже до смерти, будучи в течение всей своей жизни почитаем неправедным, являясь в действительности праведным; и когда оба достигнут предела: этот - праведности, а тот - неправедности, рассудим, кто из них окажется счастливее".

     Из  этого замечательного противопоставления мы видим, как глубоко понимал  Сократ трагичность своей миссии. Софисты, будучи лжецами, кажутся всем мудрыми, а истинный мудрец и праведник  обречен на гонения и страдания. По сути Сократ пришел к выводу, который  афористично выразит позднее  св. ап. Павел: “Все желающие жить по Христу будут гонимы”.

     Какая же судьба, согласно Сократу, ожидает  того праведника, который хочет не казаться, а быть праведным? В диалоге "Государство" мы читаем: "Скажут, что такого праведника будут бить, мучить, и свяжут его цепями; вырвут у него глаза и, наконец, после  того как он претерпит всевозможные мучения, повесят его, чтобы он знал, что следует желать не быть, а  казаться праведным".

     Та  же дилемма стоит и перед философом: искать истину и казаться безумным, или не искать истину и казаться мудрым.

     Кульминация несправедливости состоит в том, что несправедливый человек как  будто сможет добиться милости богов, так как "захватив власть в своей  стране и желая казаться праведным[...] будет щедрыми дарами и жертвоприношениями чтить богов и гораздо лучше, чем праведник, сможет примириться  с любым из людей или богов: из чего следует, как они думают, что он будет угоднее Богу, чем праведник".

     Здесь Сократ полемизирует с софистами, считавшими, что неправедный богач, приносящий богам щедрые жертвы, и раздающий  нищим богатую милостыню, более  угоден Богу, чем нищий праведник, который ничего, не может предложить ни Богу, ни людям. Этим рассуждением софисты  обличают свое неверие в справедливость и всеведение Божие. Сократ же следует  Фалесу, утверждавшему, что "от богов  не скроется не только неправедный, но и умышляющий неправду". Позднее  Иисус Христос похвалит бедную вдову, положившую мелкую монету в сокровищницу храма, и скажет, что эта вдова  положила больше, чем многие богачи, ибо отдала все свое пропитание. Тем самым Иисус даст понять, что  Богу нужны не подачки, а сердце человека.

     Несколько слов о терминах, которые использует Платон в данном тексте. В греческом  подлиннике "справедливый" звучит как "dikaios" что Марсилио Фичино переводит латинским прилагательным "justus", а на русский язык можно  перевести и как "справедливый", и как "праведный". Греческий  словарь приводит помимо прочих следующее  значение слова "dikaios": “исполняющий свои обязанности по отношению к  богам и людям, честный, справедливый”. Это слово встречается уже  в "Одиссее" Гомера, а также  в Новом Завете, например Мф. 1,19: "Иосиф  же, муж ее, будучи праведным[...]"

     Комментируя диалог "Государство", Марсилио Фичино пишет: "Задача философии состоит  не в том, чтобы лишить душу всякого  религиозного страха, как учит в  своих пошлых стихах нечестивый Лукреций, хотя из смердящей этой клоаки многие сегодня стремятся черпать чистоту  и элегантность латинской древности, явно с большим ущербом для  добрых нравов[...] Я не говорю об истинной религии, ибо знаю, что Платон не ведал ее, но о религиозном чувстве, которое, если кто истребит из душ  человеческих, тот разрушит основания  государства".

     О связи платонизма и христианства Марсилио Фичино пишет следующее: "(Платон) не знал истину, ибо не знал Христа, Который есть путь, и истина, и жизнь. Небесполезно нам, однако, рассматривать сии искры, сияющие посреди тьмы: чтобы мы знали, что Бог никогда не оставлял мир без свидетельства".

     Что касается космологических воззрений  Платона, то, например, о форме Земли  Платон пишет в диалоге "Федон" (повествование ведется от лица Сократа): "Если бы кто-нибудь[...] сделался крылатым и взлетел ввысь, то, словно рыбы здесь .у нас, которые высовывают головы из моря и видят этот наш  мир, так же и он, поднявши голову, увидел бы тамошний мир[...] Итак, друг, рассказывают прежде всего, что та Земля, если взглянуть  на нее сверху, похожа на мяч, сшитый из двенадцати кусков кожи и пестро расписанный разными цветами". В комментарии к этому месту  в Собрании сочинений Платона (М., 1969-1972) сказано: "Земля в рассказе Сократа обладает формой совершенного тела, т.е. шара или сферы, о чем  учили пифагорейцы: "Из форм тел  самое прекрасное шар". По Пифагору, существует пять телесных математических фигур, причем из додекаэдра возникла "сфера Вселенной" (у Платона  Земля - тоже додекеэдр). Пифагореец Гиппас первый разгласил и начертил шар  из двенадцати пятиугольников”.

     Следует также сказать несколько слов о диалоге Платона "Тимей”. В  этом диалоге впервые прозвучала идея сотворения мира из аморфной материи. Любопытно, что, согласно Платону, и  само время творится одновременно с  миром. Вначале участники диалога  обращаются с молитвой к Богу: "Ибо  все, кои хоть в какой то мере обладают здравым умом, во всяком деле, большом  или малом, прежде всего имеют  обыкновение призывать Бога: тем  более это прилично нам, собирающимся обсуждать вопрос, рождена ли вселенная  или не рождена; если мы не безумцы, то должны призвать Бога в помощь". Что касается вечности вселенной  у Платона, то комментатор ХV1 в. Себастиан  Морцилло пишет: "Если мы хотим объяснить  его (Платона - И.Л.) истинное суждение, то ясно, что он, как и Аристотель, считал, что мир вечен и не рожден ни от какого начала. Поскольку сущность мира Платон называет вечной, он говорит, что Бог не заново ее произвел, но сообщил ей форму и привел ее в порядок". Морцилло считает, что, согласно Платону, время существовало до сообщения Богом формы миру, но было "нечетким и неопределенным": "Ибо и до сотворения неба субстанция вселенной существовала, хотя и была невозделанной и неупорядоченной; также и время было тогда нечетким и неопределенным. Когда же был рожден мир, и время вместе с небом сделалось упорядоченным и благодаря движению его (неба - И. Л.) четким".

     В заключение скажем о восприятии Платона  в России. На русский язык сочинения  Платона были переведены в 70-ые годы ХVIII века трудами переводчиков Императорской  Академии наук в Санкт-Петербурге. Во введении переводчики (священник Иоанн  Сидоровский и коллежский регистратор  Матфей Пахомов) пишут:

     "Весь  свет со удивлением взирает  на то блаженство России, Отечества  нашего, до коего возвысилась  она в настоящем златом веке. Но может ли что иное быть  источником благосостояния какого-либо  царства, как не едина токмо  мудрость предержащия власти? Платон, знаменитейший из всех древних  философов, полагая сию истину  всякого сомнения чуждою, в пятой  книге своего гражданства (речь  идет о диалоге "Государство" - И.Л.) сказует, что всякое царство  тогда достигнет своего блаженства, когда или цари будут любомудрствователи, или любомудрствователи сделаются  царями. Таковой истины, как бы  прорекательне Платоном изреченной, зрится в России ныне, паче  нежели в предшедшие веки, самое  событие. Отечество наше, коль  величайшею ни блистает теперь  пред прочими державами славою, коликим ни наслаждается благоденствием  всему сему есть виновница  державствующая во днех сих  августейшая монархиня наша[...]” 

     В этом же введении дается краткая биография  Платона и обзор его творчества. В частности, авторами введения говорится, что "многие порицают сего писателя (Платона - И,Л.) за то, что он не предлагает о вещах просто и ясно, и сим самым причиняет читателям своим темноту и неудобовразумительность". Отвечая на это обвинение в адрес Платона, переводчики пишут: "Известно, что обретаются два образа сочинений. Един есть простый и сухий образ, свойственный мафиматикам, представляющий истины, чуждые всяких украшений[...] Сей образ тогда бывает изящен и полезен, когда употребляется пред человеками просвещенными, разумными и непричастными предрассуждениям. Вопреки, он лишается всея своея силы, если предлагаем будет людям предубежденным, легкомысленным и жестоковыйным[...]"  

     Это введение к Собранию сочинений Платона  представляет собой первый отечественный  опыт анализа философии выдающегося  греческого мыслителя.  

     При жизни Платона ходили слухи о  том, что в Академии преподается  в устной форме особая  тайная философия, о которой в диалогах ничего прямо не говорится. Диоген Лаэртский свидетельствует:"Словами Платон пользовался очень разными, желая, чтобы его учение не было легко уяснимым для людей несведущих". Из этого следует, что Платон свои диалоги предназначал как для сведущих, так и для несведущих. И действительно, любое иносказание предполагает разделение читателей по крайней мере на двух типов. Их можно назвать по разному Диоген называет их сведущими и несведущими, я - А. Т. Геворкян называв их первыми и вторыми. Первые читатели не улавливают цели иносказаний, или вовсе не воспринимают иносказаний; вторые же обнаруживают иносказательный покров и выявляют то, что скрыто под различными Формами иносказания. Сам Платон также разделял своих читателей на два типа. Об этом свидетельствует Седьмое письмо, где он говорит:"Если бы показалось, что следует написать или сказать это в понятной для многих форме, что более прекрасного могло быть сделано в моей жизни, чем принести столь великую пользу людям, раскрыв всем в письменном виде сущность вещей? Но я думаю, что подобная попытка не явилась бы благом для людей, исключая очень немногих, которые и сами при малейшем указании способны все это найти". Из этого можно видеть, что сам Платон разделял своих читателей на "многих" и "немногих". Именно на этих немногих и рассчитывал Платон при построении сложной структуры диалогов, в которых под различными формами иносказания он скрыл свои подлинные воззрения.