Николай Алексеевич Милютин – государственный деятель и реформатор

2

ГОУ ВПО Красноярский Государственный Педагогический Университет

имени В.П. Астафьева

Контрольная работа

Тема: Николай Алексеевич Милютин – государственный деятель и реформатор

Выполнила: студентка II курса

отделения ОНО

Абрамова Т.В.

Проверила: Д.И.Н., профессор

Федорова В.И.

Красноярск, 2011

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………..............3

ГЛАВА I. Формирование личности Н.А. Милютина………………………...............5

1.1. Семья и окружение………………………………………………………………...5

1.2. Либеральный кружок и  русское географическое общество…………………....7

ГЛАВА II. Реформаторская деятельность Н.А. Милютина………………………....9

2.1. Новое Городовое положение……………………………………………………...9

2.2. Подготовка крестьянской  реформы 1861 года………………………...............12

2.3. Земская реформа 1864 года……………………………………………………...20

ГЛАВА III. Н.А. Милютин и польский вопрос……………………………………..23

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………………..25

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ………………………………………………………….....27

ВВЕДЕНИЕ

Россия, которая была богата на коренные перевороты, резкие скачкообразные переходы от одного качественного состояния к другому, именуемые революциями, в последние годы словно бы приоткрыла для себя полузабытые страницы отечественной истории, повествующие об иных средствах, иных методах усовершенствования государственных и общественных институтов, в основе которых лежат изменения, переустройство, иначе – реформа. Это обстоятельство диктует необходимость нового вдумчивого прочтения истории эпохи великих реформ 60-70-х годов XIX в. Преобразования, в корне изменившие политический и социально-экономический облик России, во многом стали возможны благодаря появлению на политической авансцене плеяды новых государственных деятелей.

Николай Алексеевич Милютин, не сыскавший больших государственных должностей и званий был едва ли не самой яркой политической звездой конца 50-х – начала 60-х годов XIX века. Рано вспыхнувшей, преждевременно сгоревшей, чтимой современниками, забытой потомками.

Актуальность данной темы в том, что изучение личности и деятельности одной из ведущих фигур XIX столетия Н.А.Милютина – это попытка найти ответ на поставленные и во многом неразрешенные до сих пор вопросы российской действительности, экономического процветания государства, его политической стабильности, обеспечение интересов, прав и свобод всех слоев общества, а так же решения «крестьянского вопроса», который начиная с XVI века и по наши дни является постоянной головной болью всех правителей. Изменялся общественный строй, изменялись формулировки вопроса (крестьянский, аграрный, колхозный, сельскохозяйственный и т.д.). Разрабатывались и воплощались в жизнь реформы, программы, совершались социальные революции. Однако аграрные проблемы так по сей день, и остаются проблемами. При написании данной работы была использована логика исследования:

Объектом исследования является История России XIX- начала XX века;

Предметом исследования является деятельность Николая Алексеевича Милютина;

Проблема исследования: выяснить какую роль в истории России играла деятельность Н.А. Милютина.

Цель данной работы – изучение личности и реформаторской деятельности Н.А. Милютина, и его роль в истории России. Для достижения поставленной цели было необходимо выполнить следующие задачи:

1)           дать характеристику среды и окружения, в котором формировалась личность Милютина;

2)           рассмотреть  направления реформаторской деятельности Милютина;

3)           определить роль и значение деятельности реформатора в решении польского вопроса.

Для написания этой работы была использована литература которая помогла раскрыть главы и подпункты данной работы: Мунчаев Ш.М., Устинов В.М. История России, История России / под ред. А.С. Орлова, Литвак Б.Г. Переворот 1861 года в России: почему не реализовалась реформаторская альтернатива, Шестопалов А.П. Николай Алексеевич Милютин: исторические портреты и многие другие. Ценность этой литературы заключается в том, что в ней хорошо рассматривается личность и реформаторская деятельность Н.А. Милютина.

         Цель ясна и понятна, но переходит неразрешенной из одного поколения в другое. Кроме  крупномасштабных  общеисторических  проблем,  данная  тема  позволяет  еще  более углубить  представление  о  развитии  политических  и  социальных  идей  в  России,  особенностях правительственной идеологии, внести посильный вклад в поиск причин неудачи конституционной альтернативы в истории России. Практическая значимость контрольной работы заключается в том, что ее можно использовать в учебных заведениях в качестве материала к семинарам, лекциям, а также к внеклассным мероприятия по Истории России.

ГЛАВА I. Формирование личности Н.А. Милютина

1.1.Семья и окружение

Фамилия Милютиных во второй половине XIX века была одной из самых громких в империи. Старший брат Милютина - Дмитрий Алексеевич Ми­лютин был крупнейшим военным деятелем России, занимавшим в течение двадцати лет  с 1861 по 1881 г.г. - пост военного министра. Его выдающи­еся знания, огромный вклад в разработку и реализацию военных реформ принесли ему заслуженную славу и непререкаемый авторитет. Младший брат - Владимир Алексеевич Милютин был крупным историком-экономи­стом, профессором, его лекции пользовались популярностью среди петер­бургского студенчества.

Николай Алексеевич Милютин - потомок предприимчивого серба, обосновавшегося в России в конце XVII века. К началу XVIII века прадед Н.А. Милютина уже владел шелковой и парчовой мануфактурами, снабжавшими тканями даже царский двор, был замечен Петром I, пославшим его во Фран­цию изучать шелкоткацкое дело, возведен в дворянское достоинство. Впро­чем, к моменту рождения Николая Алексеевича 1818 года дела пришли в упа­док, отец Милютина - Алексей Михайлович был обременен долгами и в конце концов разорился. Его поддерживала лишь государственная служба в Министерстве иностранных дел, где A.M. Милютин дослужился до чина дей­ствительного статского советника. Мать Н.А. Милютина, Елизавета Дмитри­евна, урожденная Киселева, была родной сестрой известного политического деятеля графа П.Д. Киселева, реформировавшего государственную деревню, за что Николай I назвал его «начальником штаба по крестьянскому делу». Почти двадцать лет Павел Дмитриевич занимал пост министра государствен­ных имуществ, став одним из самых авторитетных государственных чинов­ников своего времени. Родители всерьез занимались образованием сыновей, отдав их в Московский университетский пансион. И все же, испытывая недостаток в средствах, молодой Н.А. Милютин, едва ему исполнилось 17 лет, в 1835 году не без помощи влиятельного дяди, поступает на службу в хозяй­ственный департамент Министерства внутренних дел.

На первых порах служба мало удовлетворяла пытливого, любознатель­ного юношу, однако он не роптал и, занимаясь «канцелярскою хриею», про­должал упорно работать над собой. Не имея университетского образования, Милютин не переставал учиться. Знание нескольких иностранных языков позволило ему прочитать новейшую европейскую литературу по истории, политэкономии, социологии, статистике. В двадцать три года он был заме­чен министром А.С. Строгановым. Прочитав записку Милютина о голоде в ряде российских губерний, властный сановник был восхищен талантом мо­лодого автора и пригласил его для личного знакомства. Еще более был пора­жен Строганов, когда вскоре Милютин представил ему новую записку «О заведении железных дорог в России». До того времени Россия имела лишь одну железную дорогу, построенную чешским инженером Ф.А. Герстнером в 1837 году. Небольшая железная ветка длиной всего 27 километров, связывавшая меж­ду собой Петербург и Царское Село, была скорее экзотическим, чем эконо­мически целесообразным сооружением. Выводы Н.А. Милютина в пользу строительства железных дорог в стране были подкреплены необходимыми аргументами и статистическими исследованиями. После этого карьера Ми­лютина пошла круто вверх, он оставался заметным при всех последовательно менявшихся начальниках.

Круг друзей и знакомств Милютина был достаточно широк. Огромное влияние на формирование его политических и экономических взглядов ока­зал П.Д. Киселев. Многие годы большая личная дружба связывала Милюти­на с близким к Киселеву известным русским экономистом и статистиком А.П. Заблоцким - Десятовским. В 1841 году под его руководством Милютин обследовал ряд губерний России для сбора статистических сведений о положе­нии помещичьих крестьян. В результате была составлена записка «О крепост­ном состоянии в России», явившаяся по сути обвинительным актом крепост­ничеству, его экономической несостоятельности и архаичности.

1.2 Либеральный кружок и  Русское географическое общество

Семейство Милютиных было тесно связано с либеральными кругами московской интеллигенции, из которых позднее выйдут многие известные славянофилы и примыкавшие к ним общественные и политические деятели. Жизненные дороги Милютина впоследствии пересекутся с И.С. Аксаковым, Ю.Ф. Самариным, В.А. Черкасским. Будучи в Петербурге Н.А. Милютин в середине 1840-х годов стал группировать вокруг себя довольно многочислен­ный кружок либерально настроенных чиновников, в который вошли: братья Д.А. и В.А. Милютины, А.П. Заблоцкий - Десятовский, И.П. Арапетов, К.А. Грот и другие. В конце 1840-х годов к этому кружку примкнул видный запад­ник, идеолог либерализма К.Д. Кавелин. Кружок Милютиных - Кавелина называли в столице не иначе как «партией петербургского прогресса». Его члены достаточно открыто выражали недовольство положением дел в Рос­сии. Однако их взгляды были далеки от идеалов революционной демокра­тии, уже тогда будоражившей умы части русского общества. Большинство «милютинцев» решительно отмежевывалось от лагеря революционной де­мократии, считало, что революция взыскивает за прогресс слишком боль­шую социальную цену. Милютин и его единомышленники были либерала­ми, признавали только мирное, постепенное и легальное развитие, называли революцию «разрушительной силой», заявляли себя противниками револю­ционных переворотов, революционной борьбы и народного движения.

Все участники милютинского кружка стали членами Русского географического общества, основанного в 1845 году. Его председателем был избран великий князь Константин Николаевич, известный своими либераль­ными воззрениями и признанный в будущем глава чиновников-реформа­торов в России. Это общество стало настоящей кузницей государственных кадров России, внесшей неоценимый вклад в формирование идеологии и практики реформ 1860-х - 1870-х годов. Милютин был одним из самых деятельных членов географического общества. Под его руководством и непосредственном участии было подготовлено и осуществлено восьми­томное издание «Городские поселения в России» (два первых тома - «Об­щественное устройство и хозяйство городов» этого издания были написа­ны лично Милютиным), ряд сборников о ценах на землю в 1850-х годах, «Отчет Нижегородской ярмарки». Современники высоко ценили научные достижения Милютина, отмечая его исследовательский и аналитический талант.

ГЛАВА II. Реформаторская деятельность Н.А.Милютина

2.1. Новое Городовое положение

Сам Николай Алексеевич по духу, по складу ума и характера был прирожденный реформатор-преобразователь. Свой первый большой реформаторский проект он сумел реализовать в 1846 году. Это был проект нового Городового положения для Петербурга. В соответствии с ним городское управление в северной столице поручалось выборной думе. Городское населе­ние делилось на пять разрядов по сословному признаку; каждый разряд вы­бирал своих гласных, которые составляли «Общую думу» (750 гласных, по 150 человек от каждой сословной группы), ведавшую делами всего города. Каждое из пяти отделений «Общей думы» представляло то сословие, из кото­рого оно было выбрано, и занималось делами своего сословия. В «Общей думе» председательствовал городской голова, а в ее отделениях - сословные старшины. «Общая дума» не издавала никаких распоряжений, непосредственно все ее постановления передавались для исполнения в распорядительную думу, которая состояла из городского головы, членов по выбору от каждого из городских сословий  и одного  члена по назначению от правительства; в общем порядке управления она была подчинена Сенату, а в местном - гу­бернатору. Для исполнения постановлений, принятых сословными отделе­ниями думы,  служили  управы:  купеческая, мещанская и ремесленная, подчиненные распорядительной думе. Это был важный шаг к устройству го­родского управления по европейскому образцу. Прежние обветшавшие, потерявшие всякое значение учреждения, которые подчиняли город неогра­ниченному произволу местных властей, заменялись новыми, правильно орга­низованными и основанными на началах самоуправления. Николай I утвер­дил проект, и он приобрел силу закона. Вскоре новое Городовое положение было введено также в Москве и Одессе. Некоторые идеи, использованные молодым чиновником в этом законе, позднее нашли свое отражение в город­ской реформе 1870 года.

Этот закон принес молодому реформатору  всероссийскую известность и одновременно немало врагов. Воз­мущенное новым законом дворянство решительно протестовало против по­добного уравнения в правах высшего сословия с ремесленниками и купцами, увидев в том посягательство на свои корпоративные привилегии и интересы. За Милютиным прочно закрепилось прозвище «красный». Но в те же годы Милютин приобрел себе и влиятельных друзей. На автора нашумевшего про­екта обратила внимание великая княгиня Елена Павловна (жена младшего брата Николая I - великого князя Михаила Павловича). Эта энциклопеди­чески образованная, либерально настроенная женщина несомненно сыграла немаловажную  роль  в  успешной  подготовке и проведении российских реформ второй половины XIX века. Милютин был приглашен в 1847 году посе­щать «четверги» великой княгини в Михайловском дворце, на которых соби­рался цвет русского образованного общества. На «четвергах» Елены Павлов­ны Милютин получил поддержку не только самой великой княгини, но и другого влиятельного и дальновидного члена императорской фамилии вели­кого князя Константина Николаевича.

Главной темой обсуждения в салоне Елены Павловны был «крестьянский вопрос», меры по улучшению положения крепостных крестьян. Осведомленность Милютина в тончайших нюансах этого вопроса поражала его собеседников, отдававших ему безоговорочный приоритет в знании об­суждаемой проблемы.

К моменту, когда в 1852 году он стал директором хозяйственного департамента Министерства внутренних дел, Милютин приобрел такой опыт, что министр Д.Г. Бибиков на вопрос Киселева о племяннике ответил: «Лучше его спросите, доволен ли он мною; я же могу только сказать, что, если бы государь мне велел уйти из Министерства и самому назначить преемника, я без всякого колебания указал бы ему на Милютина»[1]. Удивительно другое обстоя­тельство, как Милютин смог не только выжить в тяжелой обстановке нико­лаевского времени, получить безграничное доверие такого консервато­ра, каким был Бибиков, но и не потерять при этом вкуса к преобразованиям, к трезвому взгляду на необходимость значительного обновления экономи­ческого строя России.

Милютин отличался огромными знаниями, редкой работоспособностью и не был новичком в бюрократической среде, что делало его прекрасным чиновником.  Помимо этого он обладал оратор­скими способностями, смелостью, талантом организатора, четким видением цели и настойчивостью в ее достижении.

Современники оставили немало страниц, посвященных памяти Милю­тина. Хорошо знавший братьев Милютиных, известный либерал, видный юрист и историк, Б.Н. Чичерин в своих воспоминаниях так описывал Н.А. Милютина: «Это был человек, совершенно из ряду вон выходящий. Ум его был более сильный и живой, нежели у его брата (Д.А. Милютина). У него был практический взгляд на вещи, способность быстро схватывать вся­кое дело, даже мало ему знакомое, и с тем вместе знание людей, умение с ними обходиться, ладить с высшими, а низших поставить каждого на надле­жащее место... Многим его блестящая личность колола глаза; его обзывали либералом, демократом и чиновником; но, несмотря на свою видимую пыл­кость, он не давал против себя оружия и умел завоевать себе положение, тонко понимая людей, соединяя откровенность с осторожностью и зная, что кому следует сказать, чтобы направить его к желанной цели. И это он делал, никогда не кривя душой. Характер у него был прямой, возвышенный, благо­родный... Широкая его душа не терпела ни рутины, ни формализма... Одним словом, это был государственный человек в истинном смысле этого слова, такой, какой был нужен России на том новом пути, который ей предстояло совершить»[2]. Милютин был востребован временем через несколько лет, сыграв одну из решающих ролей в подготовке и разработке крестьянской реформы 1861 года.

2.2. Подготовка крестьянской  реформы 1861года

Поражение в Крымской войне (1853-1856 гг.) шокировало Россию. Огромная держава, сто пятьдесят лет подряд одерживавшая победу за побе­дой, была разбита объединенными англо-французскими войсками, пришед­шими на помощь Османской империи. Среди множества вопросов, постав­ленных позорным поражением перед русским обществом, наиболее очевид­ной была проблема отмены крепостного права. Дальнейшее существование этого института грозило превращением России во второстепенную европей­скую державу, а с этим самодержавие не могло не считаться. Крепостное право становилось «пороховым погребом под государством», что требовало умелых, профессиональных действий со стороны верховной власти по обез­вреживанию существовавшей угрозы.

3 января 1857 года был образован Секретный комитет по крестьянскому делу, перед которым была поставлена задача «безотлагательно приступить к разработке плана постепенного, без крутых и резких поворотов» освобождения крестьян. Но разработка этого плана была поручена ста­рым николаевским выдвиженцам, явно не желавшим форсировать события. Первую по­ловину 1857 года Секретный комитет практичес­ки ничего не делал. Оказавшись перед лицом явного сопротивления сановной бюрократии, император был вынужден ввести в комитет своего брата, великого князя Константина Ни­колаевича, известного своими антикрепостни­ческими взглядами, и поручил ему ведение заседаний. Под нажимом великого князя Сек­ретный комитет со скрипом принял все таки решение о начале подготовки мер «по улуч­шению быта помещичьих крестьян»[3]. Осенью 1857 года, в ответ на адрес дворянства литовских губерний, заявившего о своем согласии освободить крестьян от личной крепостной зависимости, но при условии сохранения всей земли в руках помещиков, император подписал рескрипт на имя генерал-губернатора В.И. Назимова, которым предписыва­лось образовать в каждой из трех литовских губерний (Виленской, Ковенской и Гродненской) губернские комитеты для подготовки предложений об устройстве быта помещичьих крестьян. Рескрипт был разослан для сведения другим губернаторам и опубликован в печати. Поскольку Секретный коми­тет был «рассекречен», 18 февраля 1858 года он был переименован в Главный комитет по крестьянскому делу. В ходе обсуждения проектов реформы была выработана новая концепция реформы: вместо первоначального плана осво­бождения крестьян без земли предлагалось освободить их с земельным наде­лом. Своеобразный рубеж был перейден. Предстояло сделать следующий шаг. И он был сделан.

17 февраля 1859 года для рассмотрения предложений губернских комите­тов и выработки общего проекта положений о крестьянах были учреждены Редакционные комиссии. Повелевалось создать две комиссии: одну в составе чиновников заинтересованных министерств и ведомств, другую в составе экспертов, избранных председателем комиссий, для составления местных положений. Формирование структуры комиссий поручалось их председа­телю. Им стал член Главного комитета генерал-адъютант Я.И. Ростовцев, который в конечном ито­ге их слил в одну в составе нескольких отделений (хозяйственного, админи­стративного, юридического и финансового), но название во множественном числе сохранилось. Редакционные комиссии были совершенно новым эле­ментом в российском государственном устройстве. Это учреждение порвало с многолетней традицией узковедомственного решения государственных воп­росов. Использование «свободного совещательного элемента в государственном вопросе», а также широкие полномочия Ростовцева, обеспечивавшие его суверенность и независимость от всех, даже самых высших государствен­ных учреждений, повысили авторитет Редакционных комиссий и создали благоприятные условия для их деятельности.

Приступив к формированию редакционных комиссий, Ростовцев сразу же обратил внимание на Милютина, ставшего к тому времени вторым лицом в Министерстве внутренних дел. Председатель вскоре смог убедиться, что не ошибся, так как Милютин оказался звездой первой величины в ансамбле деятелей Редакционных комиссий. Задолго до официального призвания на «крестьянскую службу» Милю­тин слыл одним из крупнейших знатоков крестьянского дела. В обществе не осталось незамеченным его сотрудничество с великой княгиней Еленой Пав­ловной, которая первой среди членов императорской семьи решилась на ос­вобождение своих крестьян в качестве примера для подражания. Извест­ный юрист А.Ф. Кони писал по этому поводу: «Проницательным умом сво­им она понимала, что освобождение 15 тысяч душ с землей, сделанное русской великой княгиней и старейшим членом императорского дома, будет в нашей внутренней жизни событием первостепенной важности, последствия кото­рого, в смысле нравственного воздействия и подражания, могут быть огром­ны. Так был положен первый камень к практическому осуществ­лению освобождения крестьян»[4].

Для составления соответствующей записки императору был призван Милютин, который и выполнил эту задачу, назвав совместный проект «пла­ном действий для освобождения в Полтавской и смежных губерниях кресть­ян тех помещиков, которые сами того пожелают». Когда Елена Павловна в марте 1856 года доложила своему племяннику план, тот его внимательно про­читал и одобрил, видимо, подобное уже лежало в русле его собственных представлений о механизме подготовки реформы. Но не удовлетворившись локальной реформой, Милютин предлагает императору собственноручную записку «Предварительные мысли об устройстве отношений между помещи­ками и крестьянами». Главная мысль записки заключалась в том, что кресть­яне освобождаются с земельным наделом, который они выкупают в свою собственность. Это был разрыв с традицией подобных реформ, осуществлен­ных в Прибалтике, где освобождение личности не сопровождалось наделе­нием землей. В качестве образца Милютин предлагал реформу в Пруссии, где крестьяне выкупили часть помещичьей земли, которой они пользова­лись. Николай Алексеевич пытался убедить Александра II в возможности и абсолютной безопасности ориентации на «повсеместный в империи выкуп из частного владения крестьянских общин с большим и меньшим, смотря по местности и промыслам, количеством земли. Самая операция выкупа могла бы совершиться лишь при посредстве кредита, постепенною выплатою выкупной суммы крестьянами». Акцентируя внимание на экономической сто­роне преобразований, Милютин кроме того допускал определенные послаб­ления в политической области, предлагая обсуждение проектов реформы в печати «под непосредственным надзором правительства, в специальных из­даниях», журналах Министерства внутренних дел, Министерства государствен­ных имуществ, Министерства народного просвещения, в записках и трудах Вольного экономического общества. «Рассуждения подобного рода, - писал Милютин, - не касаясь щекотливой нравственной и политической стороны крепостного права и притом будучи излагаемы в виде ученых статей, а не в форме всем доступных легких литературных произведений, не представили бы, как кажется, никакой опасности, а между тем принесли бы неисчисли­мую пользу, что в самое короткое время в нашем обществе сложились бы здравые и ясные экономические и финансовые понятия, отсутствие которых ныне еще так ощутительно и так невыгодно отзывается на решение настоя­щего дела». Дальше контролируемой гласности он не шел, и этим записка отличается от подобных трудов либеральных общественных деятелей, наста­ивавших на проведении не только необходимых экономических преобразо­ваний, но и осуществлении крупных политических реформ, не исключая введения представительных учреждений в России.

Милютин был убежденным врагом крепостничества. Ненависть к крепостному рабству сближала его с декабристами, но по своим государственным взглядам он был сторонником «просвещенного абсолютизма», не верившим в возможности развития представительных на­чал на российской почве. Реформа сверху этому вполне способствовала, ибо в реформаторские потен­ции дворян помещиков он не верил: «Сегодня правительство либеральнее об­щества. Конституция прежде времени... Ни демократии, ни конституции...». Не случайно, именно в Милютине дворянство почувствовало основную опас­ность своим привилегиям. К моменту решающей схватки за освобождение крестьянства Милютин оказался на левом фланге государственно мыслящей бюрократии, но на правом фланге либеральной общественности.

Непросто складывались в этот период отношения Милютина с императором. Крепостники всячески старались очернить в глазах Александра II Николая Алексеевича, пытаясь убедить монарха чуть ли не в революционно­сти его взглядов, предпринимаемых им попытках существенно ущемить пра­ва дворянства. Александр II, сомневавшийся в революционных наклоннос­тях Милютина, тем не менее считал его деятелем чересчур радикальным, бескомпромиссным. Этим объясняется его весьма нелицеприятное суждение о Милютине, относящееся к началу 1858 года: «Этот Милютин давно уже имеет репутацию красного, за ним нужно понаблюдать»[5]. Последнему ничего не оставалось, как подать в отставку. И лишь весомое ручательство министра внутренних дел С.С. Ланского, питавшего глубочайшее уважение к своему подчиненному, заставило императора отклонить отставку. В середине 1858 года, после длительных раздумий, Александр II, по представлению Ланского, на­значил Милютина временным товарищем министра внутренних дел. Назна­чение Милютина было редким исключением из общего бюрократического правила, по которому министры, из чувства самосохранения, представляли на пост своих заместителей людей более бездарных, чем они сами. Те же, в свою очередь, сделавшись министрами, отдавали предпочтение еще более бездарным. Ланской поломал эту традицию, интересы дела и государства у него превалировали над всем остальным. В качестве временного (убрать эту приставку император так и не решился) Милютин проработал вплоть до сво­ей отставки, получив в чиновничьей среде ехидное прозвище «временно-постоянный».

Став практически правой рукой Ростовцева в Редакционных комиссиях, Милютин сосредоточил в своих руках разработку теоретической части крестьянской реформы. Милютин настоял на том, чтобы для выработки «Крестьянс­кого положения» созваны были люди из общества, практически знакомые с делом.

Работа Редакционных комиссий отличалась необычайной активностью. За год и 7 месяцев существования было проведено 409 заседаний, в то время, как Секретный и Главный комитеты за 1857-1858 гг. заседали только 39 раз. В ходе работы было рассмотрено и изучено свыше 1000 различных проектов. Вместе с Милютиным в комиссиях работали такие известные общественные деятели, как Ю.Ф. Са­марин, В.А. Черкасский, Г.П. Галаган, П.П. Семенов (будущий знаменитый путешественник Семенов-Тян-Шанский) и другие. Но наряду с этими приверженцами реформы в комиссиях оказались и ярые противники преобразований: предводитель петербургского дворянства, граф П.П. Шувалов, пред­водитель орловского дворянства В.В. Апраксин, генерал-адъютант, князь Ф.И. Паскевич и ряд других.

Уже за первые полгода напряженной работы Редакционные комиссии подготовили проект реформы, который составил три тома «Материалов», представленных 8 сентября 1859 года Александру II. Социально-политические основы реформы сводились к полной отмене крепостного права, наделению крестьян гражданскими правами и ликвидации вотчинной власти помещика, что вело к созданию особого крестьянского управления в деревне. Комиссии решительно отвергли вариант безземельного освобождения крестьян, хотя сторонники такого освобождения имелись и среди членов комиссий.

Обстановка в дворянском обществе накалялась. Лозунгом крепостни­ческой партии стал призыв: «Пора положить предел слишком далеко зашед­шим увлечениям друзей «Колокола» и последователей социализма». Съехав­шиеся в августе 1859 г. в Петербург депутаты решительно возражали против выведенных комиссиями земельных норм, значительно увеличенных по срав­нению с нормами, предложенными в губернских комитетах. В то же время они признавали разорительными для помещиков нормы оброков, установ­ленные комиссиями. Но с наибольшим единодушием депутаты нападали на проект административного устройства крестьян, стремление комиссий под­чинить создаваемые ими органы крестьянского самоуправления местной уез­дной полиции, чем нарушался и сам принцип самоуправления. Верховная власть усмотрела в этих требованиях стремление дворянства ограничить цен­тральную власть на местах путем расширения политических прав помещиков и дворянства в целом. Но вырвав одну политическую уступку, дворянство могло бы замахнуться на святая святых - прерогативы самого. По большому счету, различия между позици­ями редакционных комиссий и депутатов были даже не в понимании конк­ретных мер реформы, а в определении инициатора этих мер. Депутаты и большинство помещиков, поддерживавших их, не хотели, чтобы столичная бюрократия все решала за них. Милютин же и его единомышленники (благо, что в их числе оказался и сам император) полагали, что они решат все лучше, ибо цель их действий - благо государства, а не эгоистические интересы помещичьего дворянства. Такую позицию Редакционных комиссий трудно назвать безупречной, но для тех конкретных условий, в которых решался крестьянский вопрос, она оказалась предпочтительной.

Смерть руководителя Редакционных комиссий Ростовцева, последовав­шая 6 февраля 1860 года, и назначение на этот пост убежденного консерватора, министра юстиции В.Н. Панина (шаг этот был вынужденной уступкой крепостникам), усугубили обстановку вокруг либерального проекта реформы. Новый начальник, несмотря на соответствующие инструкции императора, оказал негативное воздействие на окончательную доработку проекта. Хотя при Панине удалось отстоять основные либеральные положения проекта реформы, Милютину и его сторонникам пришлось пойти на неко­торые существенные уступки. Эти уступки сводились к понижению норм наделов во многих уездах, а также к некоторому повышению нормы оброка в нечерноземных губерниях по сравнению с ранее зафиксированными.