Образование и воспитание в Древнем Риме

ГОУ ВПО «Чувашский государственный педагогический университет им. И.Я. Яковлева»

Психолого-педагогический факультет

Кафедра педагогики начального образования

по учебной дисциплине: История педагогики и образования

Контрольная работа

на тему:

Образование и воспитание в Древнем Риме

Выполнила:

Якимова Анастасия Александровна

1 курса группы  СП заочного обучения

Проверил:

кандидат педагогических наук, доцент

Вишневский Вениамин Александрович

Чебоксары 2010 г.

Содержание

Введение…………………………………………………………………………...3

1. Воспитание в семье  в Древнем Риме………………………………………….5

        1.1. Детство и юность человека сенатроского или всаднического сословия……………………………………………………………………………5

       1.2. Детство и юность крестьянского сына или сына ремесленника……..9

2. Основные типы образовательных  учереждений…………………………....11

        2.1. Школы Рима……………………………………………………………12

        2.2. Атеней………………………………………………………………….14

3. Представители………………………………………………………………...16

        3.1. Педагогические взгляды Катона……………………………………...16

        3.2. Педагогические взгляды Цицерона………………………………......18

        3.3. Педагогические взгляды Квинтиллиана……………………………..21

        3.4. Педагогические взгляды Лукреция…………………………………..23

Заключение………………………………………………………………………26

Список использованной литературы…………………………………………..28

Введение

«Рим, по преданию, был основан в 752 г. до н. э. В конце VI в. до н. э. он стал столицей Римской республики, которая на протяжении нескольких столетий вела захватнические войны. С 31 г. до н. э. Рим превратился в столицу огромной империи, город с миллионным населением. В 330 г. н. э. императорская резиденция была перенесена в Константинополь. В V в. разрушенный германским племенем вандалов «вечный Рим», как говорили о нем, стал провинциальным городом, пока не возродился в VIII в. в качестве резиденции пап и столицы папской области.

В Древнем Риме существовала смешанная греко-римская культура, и образованные римляне владели как латинским, так и греческим языком. Традиции образования детей и юношества у римлян, как и у других народов, уходят своими истоками в практику семейно-домашнего воспитания. Семейное устройство было типично патриархальным. По римским «Законам XXII таблиц» отец имел право лишить жизни сына-младенца, продать взрослого сына, т.е. был полновластным владыкой в семье. За воспитание детей глава семьи-дома нес ответственность перед общиной. Отцы воспитывали и обучали как своих собственных сыновей, так и приемных.

Со II века до н. э. в Риме начинает преобладать грамматический идеал воспитания, однако со своими особенностями. На второй план уходят занятия математикой, их оттесняет изучение законов. Уроки музыки и гимнастики фактически отсутствуют, а вместо них юношество обучается верховой езде, фехтованию и плаванию. В семьях римской знати — нобилей — продолжает господствовать домашнее обучение с приглашением учителей-греков. Эта традиция в большей или меньшей степени сохранялась на протяжении всей римской истории.

Школьное обучение в Риме было организовано следующим образом. Элементарное образование давалось в так называемых тривиальных школах. Это были частные школы с неопределенным сроком обучения и различными программами. Нередко в них наряду с мальчиками учились и девочки. Размещались тривиальные школы где придется: в жилище учителя, в мастерской ремесленника, а то и прямо на улице во дворике или на перекрестке, откуда и пошло название школ: тривиум — перекресток (букв. — трехпутье). Дети сидели на полу, а учитель на стуле, который и являлся его кафедрой. Детей учили законам Рима, чтению, письму, счету» [2;152].

1. ВОСПИТАНИЕ В СЕМЬЕ В ДРЕВНЕМ МИРЕ

1.1 Детство и юность человека сенаторского или всаднического сословия.

Рождение ребенка было праздником, о котором оповещали всех соседей венки, повешенные на дверях. Отец поднимал младенца, которого клали перед ним на землю; это значило, что он признавал его своим законным ребенком. А он мог отвергнуть его, и тогда новорожденного выбрасывали. Только при Александре Севере выбрасывание детей было объявлено преступлением, которое приравнивалось к убийству.

Право выбросить ребенка, продать его или даже убить целиком принадлежало отцу: — «нет людей, которые обладали бы такой властью над своими детьми, какой обладаем мы».

Сын может дожить до преклонных лет, подняться до высших ступеней государственной карьеры, приобрести почет и, он все равно не выходит из-под отцовской власти, и она кончается только со смертью отца. Жизнь сумела обойти ряд законов: поставить иногда раба, бесправное существо, «вещь», выше всех свободных, дать женщине, которая всю жизнь должна находиться под опекой отца, брата, мужа, права, которые уравнивали ее с мужчиной, — отцовская власть оставалась несокрушимой.

Ребенка, которого «поднял» отец, купали, заворачивали в пеленки и укладывали в колыбель. На восьмой день девочке и мальчику на девятый нарекали имя; день этот был семейным праздником: собирались близкие, приносилась жертва, очищавшая ребенка и мать, и устраивалось угощение, соответствовавшее достатку родителей. Крохотное беспомощное существо было особенно легкой и привлекательной добычей для таинственных злых сил, которые всегда начеку: к спящему младенцу ночью подлетают стриги, страшные существа с загнутым клювом и крючьями вместо когтей, которые роются во внутренностях малютки и упиваются его кровью. Ничего не стоит сглазить ребенка: человек часто сам не знает, что у него злой глаз; есть ведь отцы, которым матери боятся показать их собственных детей. Ребенка надо защитить и охранить: против сглаза помогает черный непрозрачный камень, который называется апирашез: его следует надеть новорожденному на шею. Предохранят его также кораллы и янтарь, а если ребенку повесить волчий зуб, у него легко прорежутся зубы, и он не будет подвержен испугу. Золото отвращает всякое колдовство, и ребенку дарят маленькие золотые вещички, которые служат ему одновременно и игрушками, и амулетами. Их нанизывают на цепочку или на шнурок и вешают через плечо или на шею.

Обычай брать для новорожденного кормилицу стал, однако, к  концу республики очень распространенным; Цицерон по крайней  мере пишет, что его современники «всасывают заблуждения с молоком кормилицы» (не матери). Кормилицы упоминаются в ряде надписей; иногда кормилица с гордостью сообщает, кто были ее вскормленниками.

Кормилица часто оставалась в доме и после того, как ее питомец подрос.  Она забавляет его, болтает с ним, рассказывает ему сказки, которые вызывают пренебрежительную усмешку в образованных кругах — «старушечьи россказни», и которые были бы кладом для современного этнографа. Эта рабыня или отпущенница, преданная, любящая, сроднившаяся с ребенком, который вырос на ее руках, постепенно превращалась из служанки в своего человека, жившего радостями и печалями семьи. Нередко случалось, что няня переселялась в новую семью своей питомицы, когда та выходила замуж. Женская и детская половины дома оставались тем местом, где она была помощницей, доверенным лицом и правой рукой своей молодой госпожи, вместе с ней переживая радости и печали ее новой семейной жизни.

К мальчикам приставляли «педагога» — старого, почтенного раба или отпущенника, обычно грека, чтобы дети еще в раннем возрасте выучивались греческому языку. «Педагог» исполнял обязанности нашего «дядьки» XVIII в., сопровождал всюду своего питомца, учил его хорошим манерам — «так следует ходить, так вести себя за обедом», дирал за уши, а иногда прибегал и к более крутым мерам.

Дети, подрастая, принимались за игры. Братья и сестры росли вместе: играли, ссорились, поколачивали друг друга, плакали и мирились по сто раз на дню. Им покупали игрушки, ценность которых зависела, конечно, от состояния родителей, но «сюжеты» которых были неизменно одинаковы: глиняные раскрашенные звери и животные, повозочки и специально для девочек куклы, часто с подвижными членами. Одну такую куклу, вырезанную из дуба и прекрасно сохранившуюся, нашли в Риме; на пальцах у нее были надеты миниатюрные кольца. Так же, как и теперь, у кукол имелось свое «хозяйство»: одежда, которую шили иногда заботливые руки няни или матери, а то и неумелые пальцы самой маленькой хозяйки, украшения, посуда. Дети часто сами находили себе игрушки: раковинки и пестрые камешки занимали среди них первое место. Иногда они делали игрушки сами.

Играли они в те же игры, в какие и сейчас играют дети по всему свету: бегали взапуски, строили из песка домики, прятались друг от друга, играли в чет и нечет, бегали с обручем, гоняли, подстегивая хлыстиком, кубарь, скакали верхом «на длинной тростинке», качались на качелях. Специально мальчишеской игрой было бросание камешков в цель и пускание их по воде «блином»; «игра эта состоит в том, чтобы, набрав на берегу моря камешков, обточенных и выглаженных волнами, взять такой камешек пальцами и, держа его плоской поверхностью параллельно земле, пустить затем наискось книзу, чтобы он как можно дальше летел, кружась над водой, скользил над самой поверхностью моря, постепенно падая и в то же время показываясь над самыми гребнями, все время подпрыгивая вверх; тот считается победителем, чей камешек пролетает дальше и чаще выскакивает из воды».(Мальчики играли в солдат, в гладиаторов, в цирковых возниц; подарок маленькой зеленой туники того самого цвета, который носили настоящие возницы «партии зелёных», приводил мальчугана, конечно, в восторг. Играли они также «в суд и судьи». Перед «судьей» шли ликторы с пучками розог и секирами, он садился на возвышении и творил «суд».

Семилетний возраст был поворотным пунктом в жизни мальчика. Сестры его оставались с матерью и няней, он же «уходил из детства»: начинались годы учения, и первые шаги мальчик делал под руководством отца.

Плутарх в биографии Катона Старшего оставил хорошую памятку об этом первоначальном обучении в старинных римских семьях: отец учил сына читать и писать (Катон собственной рукой крупными буквами изложил для мальчика отечественную историю), ездить верхом, метать дротик, биться в полном воинском снаряжении, бороться с водоворотами и стремительным речным течением. Не были забыты уроки «бокса»; отец закалял мальчика, приучая его к физическому напряжению, к боли, к тому, чтобы стойко переносить жару и холод: он был для него «и учителем, и законодателем, и руководителем в физических упражнениях». Можно не сомневаться, что по мере того как мальчик подрастал, отец знакомил его с сельским хозяйством в разных его аспектах, начиная со свойств почвы и севооборота и кончая правилами рациональной постановки дела.

Еще важнее, чем знания, приобретаемые на этих уроках, была та нравственная атмосфера, в которой ребенок рос. Горячая любовь к своей стране, готовность жертвовать для нее всем, — «благосостояние государства да будет главным законом», — убеждение в ее абсолютном превосходстве над всеми другими, гордость родовыми традициями, — маски предков мог он рассматривать ежедневно, и о деяниях этих мужей, которыми семья гордилась, часто рассказывали ему старшие — сознание того, что он наследник их доблести и долг его не изменить тому, что завещано рядом поколений, — вот тот «духовный воздух», которым с малолетства дышал мальчик и в котором его воспитывали. Он не раздумывал над тем наследием, которое оставили предки, и не оценивал его; работала не мысль, а чувство, и оно предписывало определенную линию поведения на всю жизнь от момента, когда он надевал тогу взрослого человека, и до того часа, когда вереница предков провожала до погребального костра достойного представителя их рода.

Когда мальчик надевал тогу взрослого — обычно 15—16 лет от роду, отец поручал его заботам кого-либо из крупных государственных людей, и для юноши начиналась «начальная школа форума». Отец Цицерона привел его к Кв. Муцию Сцеволе, авгуру, великому знатоку права, — «я не отходил от него ни на шаг... я старался стать образованнее, поучаясь у него» . Юноша сопровождал своего наставника в сенат, присутствовал при обсуждении государственных вопросов часто первостепенной важности, слушал выступления первых ораторов своего времени, наблюдал за борьбой партий, «был зрителем, прежде чем стать участником»; в действии изучал он механизм государственной машины; вместе со своим руководителем шел он в суд, отправлялся в народное собрание, — «учился сражаться на поле сражения». После этого практического введения в политическую жизнь начиналась военная служба, и юноша или оставался в рядах армии, или же возвращался в Рим и начинал свою политическую карьеру.

Так проходило детство и юность человека сенаторского или всаднического сословия.

1.2.Детство крестьянского сына или сына ремесленника.

«Мальчик мог тоже строить домики из песка, забавляться камешками и ловить птиц, но уже очень рано начинал он в меру сил и способностей принимать участие в трудовой жизни семьи: помогал матери в огороде, пропалывал вместе со старшими ячмень и пшеницу, пас вместе с домашней собакой несколько штук овец или коз. С возрастом и работа становилась труднее; большой мальчик, он был уже помощник отцу: жал и косил, на легкой почве ходил за ралом. Это практическое обучение шло рядом с воспитанием нравственным; отец был человеком бедным и незнатным, но богатством чувств и мыслей не уступал представителю старинного рода.

Крестьянский мальчик так же, как и его аристократический ровесник, рос в здоровой атмосфере строгой дисциплины, твердых семейных устоев и спокойного патриотизма. Он был связан с родной землей кровными, неразрывными узами: ее слуга и хозяин, защитник и сын.

Хуже жилось, конечно, городским ребятам, особенно если город, в котором они жили, был таким большим, разноплеменным и во многих отношениях нездоровым, как Рим. Пусть крестьянскому мальчику приходилось иногда тяжело, и он уставал, но он работал на чистом воздухе; окружающая природа насыщала юную душу впечатлениями прекрасными и величавыми, и грозными, и идиллически тихими. Городской ребенок их не знал: он рос в духоте маленькой каморки над мастерской отца или на ее задах, на грязной шумной улице. Он, конечно, тоже, как мог, помогал отцу в его работе и матери в ее хлопотах по дому, а свободные часы проводил на улице со своим сверстниками. Пробирались дети в цирк и в амфитеатр, увязывались за похоронной процессией, глазели на разные диковины, которые выставлялись на всеобщее обозрение. На носорога или тигра стоило посмотреть. А возвращение из школы сопровождалось, разумеется, шумной болтовней и веселыми забавами, не всегда, правда, невинными.

Апулей, вспоминая изречение древнего мудреца, писал: «Первая чаша утоляет жажду, вторая веселит, третья услаждает, четвертая безумит; с чашами Муз наоборот: чем их больше, чем крепче в них вино, тем лучше для душевного здоровья. Первая чаша у начального учителя: она кладет основы; вторая — у грамматика: сообщает знания; третья — у ритора: вооружает красноречием». Дети бедного населения пили только первую чашу: учились в начальной школе» [3;402].

2. ОСНОВНЫЕ ТИПЫ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УЧЕРЕЖДЕНИЙ

«В Риме учебные заведения, или школы (scholae) для совместного обучения мальчиков и девочек, были известны с III в. до н.э. Как в Греции, до 7 лет дети воспитывались дома под присмотром рабов, нередко ими были греки, учившие их греческому языку. Затем они отправлялись в школы, где обучались сыновья и дочери свободных римлян и вольноотпущенников, то есть бывших рабов. Владельцами таких частных школ чаще всего были греческие рабы, получившие свободу.

Начальную пятилетнюю школу (с 7 до 12 лет) дети проходили под руководством литератора, который учил их (как в Греции грамматист) чтению, письму и счету. Иногда арифметикой занимался особый учитель, именуемый знакомым нам словом калькулятор. Счетным материалом, как и в Греции, служили камешки, а также пальцы на руках. На левой руке были единицы и десятки, на правой — сотни и тысячи. Таблицу умножения ребята должны были зазубрить. Заучивая на память, ученики повторяли хором за учителем. В школе царила жесточайшая дисциплина. Применялись и телесные наказания, против которых выступали милосердные учителя и прогрессивные философы.

Учебный год начинался в марте. Свободные от учебы дни назывались в Риме "фериями" (feriae), то есть праздничными днями.

Религиозных и государственных праздников было много, так что дети успевали отдохнуть от уроков. Летом занятий не было: приблизительно с конца июля, когда всходил Сириус, самая яркая звезда в созвездии Большого Пса (Canis Major), наступали каникулярные дни — каникулярии (caniculares), иначе, "дни собачек", самые знойные в году. Дети прекращали занятия и возобновляли их только к середине октября, когда спадала жара. Зато учились римские мальчики и девочки целый день, от зари до вечера, делая перерыв лишь для обеда.

Специальных школьных зданий, подобных современным, не было, обычно снимали помещение в частном доме. Столов тоже не было, учитель восседал на катедре (кафедре) — кресле с высокой спинкой, а дети располагались на стульях или табуретах, держа в руках и на коленях школьные предметы. Писали, как и греки, на навощенных табличках. Иногда использовали папирусные свитки и даже пергамен, который после употребления продавался торговцам для обертывания. На стенах школьного помещения висели разной величины таблицы и картины с изображением мифологических и исторических сцен.

Дети из малообеспеченных семей в начальной школе завершали свое образование. Девочки под руководством частного учителя — грамматика — продолжали обучение дома. Римляне серьезно относились к воспитанию и образованию женщин. Девушки должны были знать литературу, грамматику, риторику, уметь петь, танцевать, понимать музыку, некоторые из них специально занимались географией, геометрией, математикой и даже медициной. Лучшим комплиментом молодой римлянке были слова "puella docta". Мальчики 12 лет приступали к среднему школьному образованию. На этом этапе их учителем был грамматик, с которым они читали греческих и римских поэтов, писателей, философов, драматургов. От него они получали знания о литературе, ее жанрах, о музыке. Необходимым считалось изучение астрономии, грамматики и геометрии.

Для знатных юношей 16 (18) лет была доступна и третья высшая ступень образования: школа ритора (риторика значит "красноречие"). Здесь учились ораторскому искусству, искусству спора, упражнялись в составлении речей на исторические, литературные и политические темы, овладевали декламацией. Жители провинций отправляли подростков и юношей учиться в большие города» [4;121].

2.1. Школы Рима

Школы Рима - античные образовательные учреждения с 5 в. до н.э. вплоть до V в. н.э., опыт которых активно использовали окрестные народы, включая и знатные семьи Великой Скифии. Со времен шумерских школ "э-дуба" многие цивилизационные традиции образования шли к Древней Греции, а от нее и к Древнему Риму. Римская знать обычно учила детей в Афинах или иных греческих городах, приглашала в свои семьи учителей-греков. Рабы-педагоги (дядьки) водили малолетних в школы, оберегали их и следили за дисциплиной. Дети получали образование в зависимости от достатка родителей. Самые бедные, помогая старшим по хозяйству, читать и писать учились лишь самостоятельно. Дети знати с 6 лет могли посещать начальную общую школу - лудус ("лудить" - втирать, закатывать, вбивать "знания").

Русское диалектное "залудить" означает утверждать примитивное, несуразное, чего хватало в древних "лудус". Дети завершали обучение здесь в возрасте 11 лет и дальнейшее образование обычно получали дома. Девочки готовились к замужеству, так как многие из них выдавались замуж по достижению 12 лет.

Большинство греческих и римских школ помещались в одной большой комнате, как и в городах Северного Причерноморья (Фанагории, Танаисе и т.д.). У римлян это были помещения на первом этаже или позади какой-нибудь лавки, так что здесь быстро постигались и азы экономического образования. Школа состояла из одного класса, в среднем примерно из 12 учеников. Эта традиция дожила и до средних веков, правда, классы для мальчиков объединяли обычно 6 учеников.

Письму учились, процарапывая буквы на вощеных дощечках (церах) заостренным металлическим или костяным стержнем - стилем, стилом. Царапали буквы и на черепках битых глиняных горшков, чтобы не мазаться сырой глиной. Старшие школьники могли писать на листах папируса и пергамента (пергамина) особыми чернилами, тушью. Римляне вместо свитков-книг постепенно переходили к кодексам-книгам, напоминающим современные. Эти книги стали популярны и в средневековой Руси, такими книгами являются почти все летописи и иные произведения сотен русских писцов.

Младшие школьники запоминали алфавит и азы счета. Старшие учили и декламировали сочинения знаменитых авторов.

«Достигнув 11 лет, некоторые мальчики переходили к грамматику (средняя школа), у которого получали "учение книжное" - богословие (мифологию), историю, философию, географию, геометрию, музыку и астрономию. Наиболее важным предметом в Риме, как и на юге Скифии и в округе Приазовья, оставался греческий язык. Большинство лучших книг по разным отраслям знаний были написаны на греческом. Греческая культура (как затем византийская на Руси) оказывала огромное влияние на все стороны жизни Римской империи, где оказывалось все больше выходцев из Скифии.

Среднее образование готовило учеников к занятиям высшего уровня - с учителями красноречия и логики рассуждений, - риторами и софистами. Желавшие стать политическими деятелями или юристами (например, консулами), иметь высшее для своего времени образование должны были красиво и выразительно говорить, одерживать убедительные победы в спорах. Риторы и софисты начинали обучать юношей, когда тем исполнялось около 14 лет. Занятия могли продолжаться очень долго. Знаменитый Цицерон учился риторскому искусству до 30 лет. Центрами риторского образования античности оставались Афины и остров Родос» [4;148].

2.2.Атеней

Первый атеней был основан в Риме в 135 году н. э. императором Адрианом. Целью Адринана было взять высшее образование под контроль, придав ему официальный статус и устранив, таким образом, возможность конфликтов между государственной властью и образованными людьми. Атеней и в дальнейшем пользовался покровительством римских императоров.

Античные источники называют Римский атеней «школой изящных искусств» (лат. ludus ingenuarum artium). В их число входили: грамматика, элоквенция (риторика), философия, диалектика (логика) и юриспруденция.

Поскольку школа имела статус официального учреждения, в ней был постоянный состав профессоров (лат. professores) и учителей (doctores), которые получали значительные оклады. Императоры после Адриана повышали юридический статус сословия учителей особыми законами и устанавливали их штат. При императоре Феодосии числилось 3 преподавателя элоквенции, 5 — диалектики, 2 — юриспруденции, 1 — философии и 10 грамматиков.

Помимо учебной деятельности римский атеней время от времени устраивал публичные чтения новых поэтических произведений и научных сочинений, которые нередко посещались императорами.

Как учебное заведение римский атеней пользовался высоким престижем: молодые люди из обеспеченных слоёв населения римских провинций, получив образование у себя дома, зачастую приезжали в Рим для поступления в римский атеней с целью пополнить в нём своё образование.

Убранство здания римского атенея оценивалось высоко. Его точное местоположение неизветсно: оно находилось или поблизости форума, у подошвы Авентина, или на Капитолии.

Впоследствии римский атеней получил название «Римской школы» (Schola romana), сохраняя своё значение до V века.

2. ПРЕДСТАВИТЕЛИ
1. Педагогические взгляды Катона.

Катон (Старший), Марк Порций Катон Цензор; Marcus Porcius Cato Censorius, 234-149 гг. до н. э., римский политик, оратор и писатель. Благодаря изобилию источников, Катон принадлежит к числу наиболее известных личностей II в. до н. э. Он родился в Тускуле, происходил из всаднического рода (эквитов) и воспитывался на родине в стране сабинян, где дольше всего продержались суровые древнеримские обычаи. С ранней молодости он готовился заниматься хозяйственными делами, работая в поле, зачастую вместе с рабами. В 217-216 гг. поступил на военную службу, с 214 г. был военным трибуном на Сицилии. Как первый среди Порциев (homo novus), Катон начал добиваться должностей. В 204 г. был в Африке квестором при Публии Корнелии Сципионе Африканском Старшем. На обратном пути в Рим взял с собой с Сардинии поэта Энния. Народным эдилом он был в 199 г., затем в 198 г. в качестве претора пребывал на Сардинии, искореняя ростовщичество. Будучи консулом в 195 г., одержал победу в Испании, за что получил в 194 г. право на триумф. В 184 г. стал цензором, и эту должность исполнял с необычайной суровостью (отсюда его прозвище), среди прочего удалив из сената 7 сенаторов. От общественной жизни никогда не отходил. Непримиримый враг Карфагена, постоянно призывал к его разрушению. Но прежде всего он боролся всеми возможными способами против наступающей эллинизации, особенно преследовал римских филэллинов, а среди них с особой настойчивостью - Сципиона. Именно эта неприязнь к эллинизации и стремление воспитать в римских традициях сына Марка (ок. 192 г.) и сделали из Катона писателя. Вскоре после вступления в должность цензора Катон собственноручно написал для сына большими буквами историю Рима, разумеется, понятую и трактуемую по-своему, а когда сын немного подрос, изложил ему практическую житейскую мудрость, добытую собственным опытом, в Наставлении сыну (Praecepta ad filium). Это произведение, признанное повсюду первой римской энциклопедией, содержало наставления в сельском хозяйстве, риторике и медицине. Все указания пронизаны моралистическими тенденциями, как это видно на примере определения оратора, который является "справедливым человеком, владеющим искусством красноречия". Поучение сыну служило хорошим пособием и руководством для ряда поколений. Из него мы узнаем, что условием для оратора Катон считал прямой, здоровый ум, связанный с доблестью помыслов, ибо только благородный человек может быть хорошим оратором. Он предпочитал и прославлял сельскую жизнь, считая, что земледелие способствует воспитанию нравственно сильных граждан и хороших защитников отечества. Педагогическим произведением следует считать и его стихотворение о нравах.

Славу доброго супруга и отца он считал выше почестей хорошего сенатора. Дом свой он держал в строгости, но однако, считал, что кто бьет свою жену и детей, тот оскорбляет самые дорогие святыни, какие только могут существовать для людей.

   Тот  же дидактический характер имело прозаическое сочинение Об обычаях (Carmen de moribus). Катон создавал также пособия по различным вопросам, важным для помещика и гражданина. Мы знаем следующие названия: Медицинские записки (Commentarius de medicina), Заметки о гражданском праве (Commentarii iuris civilis), О военном деле (De re militari). К этому ряду специальных трудов принадлежало также произведение О сельском хозяйстве (De agri cultura), наиболее древний памятник латинской прозы. Это не систематическое изложение современных автору знаний о земледелии, но собрание относительно упорядоченных указаний по ведению хозяйства в поместье. Некие попытки систематизации можно обнаружить лишь в начальной части, а именно в разделах 1-54, касающихся покупки и обустройства поместья, выделки вина и оливок, а также полевых работ. Оставшаяся часть представляет собой разнообразные хозяйственные советы, не объединенные какой-либо основной мыслью и - кроме частых повторений - без какой-либо связи с начальной частью. Этот непритязательный сборник советов доброго хозяина, постоянно дополняемый и перерабатываемый, создавался на протяжении многих лет; он показывает нам Катона человеком, который постоянно чему-то учился. Уже в старости, ок. 168 г., Катон приступил к обработке истории Рима, которую довел до 149 г.; не сохранившееся произведение носило довольно своеобразное название Начала (Origines). Оно содержало 7 книг, из которых первая была посвящена легендарной истории Рима от основания Энеем в 751 г. до н. э. до падения царской власти, а книги II-III излагали легенды об основании других италийских городов. Легендарный материал Катон дополнял обильными географо-этнографическими сведениями. Оставшиеся книги, своеобразие которых видно даже из фрагментов, содержали историю Рима. Таким образом, Катон стал подлинным творцом римской историографии. Из-за ненависти к аристократическим родам, представители которых управляли римской политикой, Катон не приводит в Началах ни одного имени. Это была история Рима, предназначенная для римлян; исторические события Катон оценивал по-своему. Все сочинения Катона отличаются добросовестностью обработки и хорошим знанием предмета, там, где считал это необходимым, использовал даже греческие источники. Катон выступал поборником древней римской добродетели и потому не даром получил название последнего из римлян.

Будучи строгим, правдивым, энергичным, деятельным, Катон стремился сделать таковым и воспитание.

Катона, как и Цицерона, считают первыми римскими теоретиками воспитания.

2. Педагогические взгляды Цицерона.

Цицерон /106 - 43 гг. до н.э./ - цвет римской литературы. Получив блестящее образование, будучи знаменитым оратором, он свои взгляды на воспитание излагал в философских и риторических сочинениях, имея в виду по преимуществу оратора. В сочинениях Цицерон обращает особое внимание на сущность и задачи воспитания.

Он принимает человека за разумное и, следовательно, способное к воспитанию существо. Он указывал, что в человеке живет сила, призывающая его к добру и отпугивающая от зла. Эта сила не только древнее всякого человеческого общества, но она современна даже охраняющему и правящему небом и землею божеству. Ибо разум есть существенное свойство Бога, и этот божественный разум необходимо определяет в нас, что право и что неправо. Поэтому возвысься духом и помни, что смертей не ты, а это тело. Воспитание есть завершение дарованных природой способностей человека, и оно необходимо тем более, что высокое качество духа, особенно разума, на который опирается добродетель, требует тщательного развития. Наставник должен относиться к своим ученикам с надлежащей кротостью, строгостью и справедливостью. Наставление детей должно совершаться и словом и делом. Дисциплина должна быть ни слишком сурова, ни слишком мягка. Наказание должно соответствовать вине и в одинаковых случаях должно быть одинаковым. Никогда не следует наказывать рассердившись. К наказаниям следует прибегать изредка, когда другие средства не дают нужных результатов.

Воспитание следует начинать с раннего детства. Детям следует разрешать только такие игры, которые совместимы с хорошим поведением. При дальнейшем развитии ребенка следует особое внимание обратить на развитие памяти. Для этого Цицерон рекомендует учить наизусть отрывки из греческих и римских писателей. Когда отрок развился в юношу, ему необходимо избрать себе занятие, которое соответствовало бы его природным наклонностям. Ибо самая первая обязанность человека состоит в том, чтобы не делать ничего противоречащего природе. К чему от природы у нас больше всего дарований, то и должно быть избранным своим делом. Каждый, по возможности, должен оставаться верным своему характеру, не недостаткам его, а особенностям. Ничто, предпринятое наперекор своей природе и вопреки ей, не преуспевает, указывал Цицерон.

Молодые люди должны остерегаться неумеренности, вести себя благонравно, уважать старших и, выбрав из них лучших и правдивейших, довериться советам и руководству. В этом возрасте следует избегать чувственных наслаждений; следует приучать дух и тело к воздержанию, терпению, перенесению усилий.

Для своего развития будущий оратор должен упражняться в произношении речей, разных точек зрения. Помимо наставлений и природных способностей, оратору необходимо приобрести запас знаний по всем отраслям науки и, в первую очередь, освоиться с законоведением, историей и философией.