Общекультурологическое значение детства
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ
1 Общекультурологическое
значение детства
2 Западная концепция
детства
3 Культурно-антропологический подход в исследованиях
феномена детства
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ
ЛИТЕРАТУРЫ
ВВЕДЕНИЕ
Детство - неотъемлемая часть жизни как отдельного человека, так и человечества в целом. Взрослый человек не может вернуться в оставленную страну своего детства, но в то же время несет его наследие в себе и, даже при желании, не может от него освободиться.
Детство - это сложное социокультурное явление, которое имеет историческое происхождение и природу. В классических исследованиях показано, как складывалось понятие детства на протяжении исторического развития человечества и чем оно отличалось в разные эпохи. Историки проанализировали произведения живописи, литературные произведения, письма людей прошлых времен и пришли к выводу, что развитие общественной жизни, появление новых социальных институтов приводит к выделению возрастов человеческой жизни. Так, внутри семьи зарождается период раннего детства, связанный с «балованием» и «нежением» малыша.
Парадокс сегодняшней ситуации состоит в том, что, несмотря на множество исследований, единое понимание феномена детства отсутствует, также как отсутствует согласованное представление о современном ребенке, его психофизиологических особенностях и культурно-социальных потребностях, что сказывается, в конечном итоге, на качестве взаимодействия взрослого мира с миром детства – как в социальном, образовательном и других аспектах.
Прежде всего детство - это не только проблема целого спектра наук, не только проблема образовательного или профессионального сообщества. Детство – это культурно-исторический феномен, «от понимания того, как мы будем мыслить парадигму детства, в буквальном смысле слова зависит политическое развитие страны».
Сегодня взрослый мир отодвинулся от мира детства, что очень тревожно. Ребенок сегодня стал качественно другим. Знания, накопленные о детстве, устарели. Необходимо понять сегодняшнего ребенка. Для этого необходимы сравнительные исследования. Известно, что резко сдвинулись возрастные границы. Физиологические и нейрофизиологические исследования свидетельствуют о том, что граница начала дошкольного возраста резко снизилась, а граница подросткового возраста поднялась.
Сегодня пространство ребенка, - это пространство Интернета, телевизора, компьютера, сотового телефона. Уже в два года ребенок виртуально открывает мир через Интернет, тогда как прежде светочем знаний был учитель. Изменилось взрослое сообщество, изменилось и детство. Необходимо понять, как оно изменилось.
Необходимо исходить из того, что дети являются полноправными участниками общественных отношений. Как когда-то было переосмыслено отношение к правам женщин, инвалидов, так сегодня следует изменить наши взгляды на детство.
Тема «Детства» будет вновь и вновь исследоваться специалистами и экспертами в области детства.
Цель данной контрольной работы является изучение феномена детства в истории культуры. В соответствии с данной целью в работе определены следующие задачи:
- определить культурологическое значение детства как культурно-исторический феномен
- проанализировать различия поведенческих моделей для человека западной цивилизации и для представителя «доиндустриального» общества.
1 Общекультурологическое значение детства
Общекультурологических
концепций детства существует несколько.
Одна из них психокультурная теория
детства Л. Демоза и типология
культур в связи с
Создателем "психогенной" теории истории, согласно которой причины культурного развития коренятся во взаимоотношениях детей и родителей, является Л. Демоз. "Центральная сила исторического изменения, - пишет он, - не техника и экономика, а психогенные изменения в личности, происходящие вследствие взаимодействий сменяющих друг друга поколений родителей и детей". История детства представляет собой последовательный ряд все более тесных отношений между ребенком и родителями. Типы воспитания, распространенные в обществе, являются не просто одной из его особенностей, а главным условием воспроизводства и развития всех прочих элементов культуры.
Всю предшествующую историю в зависимости от стиля воспитания Л. Демоз делит на шесть периодов.
Первый период (с древности до IV в. н.э.) характеризуется инфантицидным стилем по отношению к ребенку, т.е. убийство ребенка не наказывалось и даже практиковалось в этот период.
Второй период (с IV в. до XIII в.) отмечен бросающим стилем, иначе говоря, стремлением сбыть ребенка кормилице, в монастырь или не замечать его присутствия и дома.
Амбивалентное (двойственное) отношение к ребенку характерно для периода с XIV по XVII в. Ребенку уже не отказывали во внимании, но не разрешали самостоятельно духовно развиваться. Педагогический образ эпохи - лепка характера из податливого материала.
В четвертый период (XVIII в.) преобладал навязчивый стиль - стремление контролировать не только поведение ребенка, но и его внутренний мир, что усиливало конфликты отцов и детей.
Период с XIX до середины XX в. отличается социализирующим стилем, целью воспитания становится подготовка ребенка к будущей жизни.
И наконец, во второй половине XX в. утвердился помогающий стиль, согласно которому ребенок лучше родителей знает, что ему нужно на каждой стадии жизни.
Концепция Л. Демоза - это оригинальный способ показать эволюцию культуры (правда, только европейской) через модели детства.
Под иным углом зрения подходила к типологии культуры в соответствии с особенностями детства М.Мид. Она выделяла три типа культур: "постфигуративный, где дети прежде всего учатся у своих предшественников, кофигуративный, где и дети и взрослые учатся у сверстников, и префигуративный, где взрослые учатся также и у своих детей".
Постфигуративная культура - это классический вариант традиционного общества. Каждое изменение протекает в ней настолько медленно и незаметно, что "деды, держа в руках новорожденных внуков, не могут представить для них никакого иного будущего, отличного от их собственного прошлого". Прошлое взрослых - схема будущего для их детей. Без письменных и иных форм фиксации прошлого люди постфигуративных культур были вынуждены включать всякое изменение культуры в свое сознание и хранить его в памяти вместе с различными формами действий. Определяющую роль в таких культурах играло старшее поколение. Оно служило законченным образцом жизни, символом культуры. Данный тип культуры основан на реальном присутствии в обществе представителей трех поколений, на чувстве вневременности всепобеждающего обычая и предполагает успешную передачу из поколения в поколение неистребимых штампов определенных культурных форм.
Кофигуративной называется культура, в которой преобладающей моделью поведения для людей оказывается поведение их современников. Идеалом для подражания становится уже не прошлое, а настоящее. Кофигурация предполагает непосредственную передачу знаний, научений от представителей актуально действующего поколения. В самом простейшем виде кофигуративная культура - это общество, в котором отсутствует третье поколение (деды и бабушки). Они не проживают совместно с внуками, и поэтому нет преемственности поколений. Более того, становится частью культуры установка на то, что дети, повзрослев, вне влияния родителей самостоятельно выработают свой стиль жизни. Кофигуративная культура предполагает изменения в образе жизни и не исключает изменения места жительства, в том числе в новом культурном окружении. Задача выработки моделей поведения и стиля становится функцией средств массовой информации. Для кофигуративной культуры характерны контркультура и субкультура молодежи (тинэйджеры).
По мнению М.Мид, в 60-е годы родилась новая культура, которую она назвала префигуративной. Особенность такой культуры - неизвестность будущего ввиду ускоренного развития общества. Разница в форме передачи культурных знаний будет настолько велика даже в рамках двух поколений, что не исключено, что дети будут передавать полученные знания родителям. М.Мид была не только создателем учения о трех типах культур, она участвовала в разнообразных исследованиях, посвященных анализу различных аспектов детства как феномена культуры [1].
2 Западная концепция детства
Чтение этнографического материала по обрядам инициации вызывает у западного читателя два рода чувств. Описание некоторых исключительно суровых обрядов, во время которых подростки подвергаются лишениям, опасным испытаниям, калечатся сексуально, питаются тошнотворной пищей и т.д., вызывает у западного читателя отвращение к этим варварским обычаям и укрепляет в нем чувство превосходства цивилизованного человека. С другой стороны, все это вызывает у него ностальгию по утерянному раю: представитель примитивной культуры неразрывно связан с природой, от которой цивилизация оторвала человека Запада; он умеет внимательно слушать ритмы природы и космоса. Всякое сравнение этих двух миров тщетно, т.к. между западной цивилизацией и первобытной культурой существует много контрастов и непримиримых противоречий. Однако всеобщность подростковых обрядов у первобытных народов и их исчезновение в нашем обществе вновь ставят исключительно важный вопрос связи поколений в нашей культуре.
Западная концепция детства - "Детские дети" (И.С. Кон) - вовсе не дети, а такие же условные символы некоего идеального мира, как "счастливые дикари" XVIII в. Детская невинность и непосредственность противопоставляются "извращенному" и холодному миру рассудочной взрослости. Но в романтических стихах и рассуждениях фигурирует не реальный, живой ребенок, а отвлеченный символ невинности, близости к природе и чувствительности, недостающих взрослым [6].
В обществах первичной формации социализация детей осуществляется совместными усилиями всей общины, главным образом путем последовательного практического включения детей, по мере их роста, в различные формы игровой, общественно-производственной и ритуальной деятельности, которые еще недостаточно отделены друг от друга, так что все древнейшие институты социализации, например: возрастные группы, выполняют одновременно трудовые, социально-организационные и ритуальные функции.
По мере урбанизации и индустриализации общества значение общественных институтов и средств социализации неуклонно возрастает. Воспитание становится непосредственно общественным, общенациональным делом, требующим планирования, управления, систематической координации усилий отдельных институтов, среди которых наиболее важны семья, школа, общество сверстников и средства массовой коммуникации. Взаимоотношения между этими институтами нередко приобретают конфликтный характер.
Чрезвычайно важный факт, доказывающий условность возрастных границ и периодизации жизненного цикла зависело от свойственной каждой данной культуре символики чисел. Хотя все народы имеют свои излюбленные "священные числа", числа эти не всегда совпадают. Так например, греко-римской традиции, воспринятой позже в средневековой Европе, одним из главных священных чисел было 7.
Для понимания возрастного символизма особенно важен вопрос, означает ли данный ритуал только переход индивида из одной стадии жизни в другую или же появление новой социальной идентичности, т.е. переход в другую возрастную степень, класс или группу. Ван Геннеп изучая так называемые "пубертатные инициации", столкнулся с тем, что физиологическое половое созревание и "социальный пубертат" качественно различны и очень редко совпадают по срокам.
Средневековая иконопись
изобилует изображениями
В гл. 3 библейской Книги Бытия (повествующей об истории грехопадения первых людей) заданы:
а) причинно-следственное объяснение цикла человеческой жизни через общую идею греха: рождение - познание - наказание - смерть;
б) связь между выбором и ответственностью за него.
Эта мифологема обусловила научное представление о кризисном переходном (подростковом) возрасте (социально-психологическом феномене), который зачастую некорректно отождествляется с пубертатным периодом (феноменом по преимуществу биологическим).
Культурология основывается на своих мифах (как и любая другая наука), тем более, что в них схватывается определенный аспект реальности. В данном случае - это объективный момент повторяемости в развитии.
Детство подразделяется на три периода: период вскармливания, раннее детство и школьный возраст.
Отрочество - период жизни, лежащий между детством и взрослостью. Это кажущееся простым определение содержит проблему, особенно если речь заходит о конечной точке отрочества. Несомненно, что пубертат представляет собой его легко определяемое начало, а постепенное половое созревание значительно меняет процесс взросления, но с окончанием отрочества, совпадающим с включением индивида в общество взрослых, все обстоит иначе.
Достижение пубертата
Зоны развития и основные задачи развития в подростковом возрасте
1. Пубертатное развитие. В течение
относительно короткого
2. Когнитивное развитие. Развитие интеллектуальной сферы подростка характеризуется качественными и количественными изменениями, которые отличают его от детского способа познания мира. Становление когнитивных способностей отмечено двумя основными достижениями: развитием способности к абстрактному мышлению и расширением временной перспективы.
3. Преобразования социализации. Отрочество
также характеризуется важными
изменениями в социальных
4. Становление идентичности. В течение всего подросткового возраста постепенно формируется новая субъективная реальность, преобразующая представления индивида о себе и другом. Становление психосоциальной идентичности, лежащее в основе феномена подросткового самосознания, включает в себя три основные задачи развития: 1) осознание временной протяженности собственного Я, включающей детское прошлое и определяющей проекцию себя в будущее; 2) осознание себя как отличного от интериоризованных родительских образов; 3) осуществление системы выборов, которые обеспечивают цельность личности (в основном речь идет о выборе профессии, половой поляризации и идеологических установках).
Выделяют три исторических типа детства:
1. Квазидетство - на ранних этапах человеческой истории, когда детское сообщество не выделено, а непосредственно включено в совместную со взрослыми трудовую деятельность и ритуальную практику (первобытное детство), что явилось исторической предпосылкой возникновения игры. Первые игры и игрушки долгое время выполняли одновременно и собственно игровую и ритуальную функции. Без включения ритуальных предметов - прообразов символической игрушки - в игры дальнейшее игровое употребление упрощенных орудий труда (Д.Б.Эльконин) было бы невозможным. Дети просто не смогли бы осмыслить общее значение данного действия.
2. Неразвитое детство — мир детства выделен, и перед детьми возникает новая социальная задача — интеграция во взрослое сообщество. Ролевая игра берет на себя функцию преодоления межпоколенного разрыва, выступая как способ моделирования смысловых оснований деятельности взрослых. Социализация происходит по мере освоения ребенком строго очерченного доля готовых смыслов деятельности. Пример — детство в Средние века и в Новое время.
3. Развитое детство (термин В.В. Давыдова) — складывается тогда, когда смыслы и мотивы деятельности взрослых не самоочевидны (современное детство). Образ взрослости, на который ориентируется ребенок, — принципиально неполный, незавершенный, И ребенок должен свободно и творчески «самоопределиться в куль туре». Современное «развитое» детство предполагает творческое освоение культуры как открытой многомерной системы. Продуктивный, творческий характер психического развития современного ребенка реализуется уже на ранних этапах в виде феноменов детской субкультуры, «умения ставить проблемы», «чувства комического», «коммуникативной инициативности» и т.д.
3 Культурно-антропологический
подход в исследованиях
В истории существовало ряд цивилизаций, культуру которых можно считать традиционной. Речь идет о Древнем Египте, Древнем Китае, Шумере, Ассирии, Древней Индии и пр. Данные традиционные общества воспроизводили существовавший образ жизни тысячелетиями, когда прошлое взрослых оказывалось будущим их детей. Гибель одних государств и возникновение на их месте других не меняло сам тип культуры. Основание культуры сохранялось, передавалось в качестве социальной наследственности, обеспечивая воспроизводство традиционного типа развития. Не только человек не ощущал разлада с обществом, но и природа органично взаимодействовала с данной культурой, многочисленными примерами доказывая с ней свое единство. К традиционной культуре можно отнести и культуру Самоа.
Mид Маргарет (1901-1978) - американский
антрополог, в течение 40 лет изучала
психическое развитие ребенка
в условиях примитивных
У американских подростков кризис отрочества наполнен стрессами, тревогами и конфликтами. Большинство же подростков включалось во взрослую жизнь, приспосабливая свое поведение к тем нормам и правилам, которые преобладали в разных социальных группах. Многие из них, однако, испытывали чувства страха, вины или подавленности, связанные с моральными и социальными запретами, которые характеризовали их сексуальную жизнь. В этом отношении работы М. Мид ясно продемонстрировали, как социальные институты конкретной культуры формируют содержание жизненного опыта подростка.
Сравнивая воспитание детей в разных обществах, пришла к выводу, что во многих культурах нет подчеркивания контраста между взрослым и ребенком, который существует в американской системе воспитания. В этих культурах дети с малого возраста включены в труд взрослых, имеют обязанности, несут ответственность. С возрастом то и другое увеличивается, но постепенно. В отношениях взрослого и ребенка существует взаимосвязь. Поведение не поляризуется: одно для ребенка, другое для взрослого. Это позволяет ребенку с детства приобретать умение и представления, которые будут ему необходимы в будущем. В таких условиях переход от детства к взрослости протекает плавно, ребенок постепенно учится способам взрослого поведения и оказывается подготовленным к выполнению требований статусов взрослого.
Иначе протекает переход от детства к взрослости в условиях, когда важные требования к детям и взрослым не совпадают, являются противоположными (как, например, в обществах с высоким промышленным развитием). В результате этого складывается неблагополучная ситуация: в детстве ребенок усваивает то, что ему не пригодится как взрослому, и не учится необходимому для будущего. Поэтому, он оказывается не подготовленным к нему при достижении “формальной” зрелости. В этих условиях возникают разные сложности в развитии и воспитании подростка. Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что представление о кризисе как о явлении обусловленном биологически и генетически заданной программой развитии, факты не подтверждали.
Вся динамика возрастного развития на Самоа зависит только от наличия определенных физических сил, необходимых для выполнения тяжелого физического труда, и чем более тяжелый труд может выполнять ребенок, тем взрослее он считается.
Если рассмотреть проблему
выбора, например, относительно будущего
профессионального
Юноши и девушки в нашем индустриальном обществе располагаются «посередине» между детством и взрослостью, и растут в обществе, которое само по себе постоянно меняется. Именно это отличает разные типы культур и, соответственно разные типы взросления и развития.
«На Самоа сразу же после рождения ребенок теряет свою церемониальную значимость и обретает ее вновь только по окончании пубертатного периода. В большинстве самоанских деревень в честь девочки не устраивают никаких праздников до тех пор, пока она не выйдет замуж. ... Относительный возраст имеет большое значение, так как старший всегда может приказывать младшему, до тех пор, пока социальные различия между взрослыми не отменят этого правила. Фактический же возраст может быть полностью забыт».
Таким образом, взрослые
в таком обществе это люди, которые не
имеют между собой жесткой подчиненной
связи, что опять таки относительно, потому
что в их подчинении будут дети и будет
ответственность за семью и за выполнение
определенных обязанностей.
В семнадцать лет самоанская девушка все
еще не хочет выходить замуж. Ведь лучше
жить девицей, не неся никакой ответственности,
испытывая все богатство и разнообразие
чувств. Учитывая систему взаимоотношений
в самоанском обществе, можно увидеть,
что это лучший период в ее жизни. Под нею
столько же низших, которых она может обижать,
сколько и высших над нею, тиранящих ее.
Оказываясь, в такой, середине иерархии
семьи самоанская девушка имеет богатые
возможности для проявления крепнущего
чувства собственной значимости.
Дети Непала рано вовлекаются в трудовой процесс. Уже в три года различные обязанности занимают до десяти процентов времени ребенка, а к девяти годам он работает до трети своего внешкольного времени. Выделяются три категории работ: уход за детьми; все категории работ, кроме ухода за детьми и оплаченного труда (домашняя работа и труд по поддержанию существования); общий показатель детского труда. В третью категорию входят две первые и, кроме того, оплачиваемая работа, товарный труд. В соотношении натурального и товарного труда последнему отводится подчиненная роль, и на его долю остается мало времени.
Во всех примитивных культурах существуют ритуальные церемонии, отмечающие переход к новой ступени взросления или к новому социальному статусу. Роль этих "обрядов перехода" состоит в указании смены одного социального состояния другим, а их функции - в облегчении этого перехода.
Функция подобных обрядов - обеспечение переходов от подросткового статуса к социально признанному взрослому статусу. Этот переход включает три последовательных этапа: ритуал отлучения от прежнего статуса, обусловливающий разграничение ролей и разрыв с прежней группой, переходный период, или период досуга, который готовит участников к новому статусу, и ритуал приема нового члена в общество взрослых, роль которого состоит в публичном признании участника инициации отныне полноценным взрослым.
По Харту (Hart, 1975), инициация представляет собой исключительно важный "институт воспитания" у примитивных народов, которые затрачивают много времени и сил, чтобы превратить подростка в социализированного в данной культуре взрослого. Правила проведения обряда очень строго определены, одинаковы для всех и должны неукоснительно соблюдаться. Обряд инициации отрывает подростка от семьи, на попечении которой он до сих пор находился и которая была ответственна за обучение способам охоты, рыбной ловли и т.д. С наступлением пубертата о "школе инициации" начинают заботиться посторонние люди, умножая запреты и табу, регулирующие усвоенные в семье формы поведения. "Программа обучения" в школе инициации состоит исключительно из тех знаний, которые определяют культуру племени, - мифов, верований, социальных ценностей в целях превращения подростка в "гражданина", социализированное существо, каковым он ранее не был. Примитивные народы изобрели превосходный аппарат "гражданского воспитания" подростков в рамках своей культуры, по сути забросив обучение навыкам, направленным на обеспечение выживания, таким, как производство пищи, овладение сельскохозяйственной техникой, навыки охоты и рыбной ловли. В отличие от западного общества, примитивные народы несмотря на тяжелые условия существования и частую угрозу вымирания, гораздо больше заботятся о воспитании "граждан", которые смогут "вписаться" в культуру, чем о "работниках", которые могли бы изучить и преумножить способы добывания пиши.
Организация социальной жизни на Самоа кажется призванной уменьшить все виды глубоких эмоциональных привязанностей между людьми: ребенок очень рано отдаляется от семьи и вступает в разветвленную сеть родственных отношений, которые гораздо шире семейного круга; верность между влюбленными и супругами не является обязательной. Это сильно отличается от западной модели семейной жизни, которая протекает в ограниченном семейном кругу, большое значение придает любви, а также отношениям привязанности и зависимости. На Самоа царит атмосфера беззаботности: отсутствуют экономический и социальный прессинг; главное же, нет необходимости социального, морального и профессионального самоопределения (Взросление на Самоа", М.Мид с.144,145)
Мифологическая ориентация психолого-педагогических наук имеет и более глубокие объективно-исторические основания. Дело отнюдь не только в том, что социум проецировал свои мифы о развитии на реалии детства, а психология, педагогика и др. «онаучивали» и достраивали их. Объективным источником мифа служит «привязанность» человека к определенным циклам воспроизводства его жизни - внешним и внутренним. Так, для архаического и средневекового человека это были природные циклы, зависимость от которых смогла преодолеть научно-промышленная революция Нового времени. Для промышленной цивилизации зависимость от природных циклов перестала быть абсолютной. Но развитие промышленности вовлекло человека в новые циклы воспроизводства жизни - технические и технологические, включая социальную технику и технологию.
