Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Общественный строй

Общественный строй франков можно представить по Салической правде - памятнику обычного права начала VI в. В нем отражен переход от родоплеменного строя к государству. Здесь нашли отражение такие новые общественные отношения как территориальные, или соседские, связи крестьян-общинников, подчинение свободных франков королю и его должностным лицам. Требовало также твердой фиксации появление частной собственности на движимое имущество и защита ее. Салическая правда закрепляла следующую социальную структуру франкского общества: светские феодалы в лице новой служилой аристократии; духовенство; свободные франки - крестьяне (основная масса населения страны), литы - полусвободные, галло-римлянине, рабы. Свободные франки занимались земледелием и жили соседской общиной - маркой. Именно они составляли основу социальной организации. Общее собрание полноправных членов общины решало наиболее важные вопросы. Только оно могло при согласии всех членов общины принять в свой состав нового жителя деревни; также и по приказу короля любой мог поселиться на общинных землях.

Пахотная земля находилась в коллективной собственности марки. Верховные права на эту землю сохраняла вся крестьянская община в целом, но она уже не перераспределялась, а находилась в наследственном пользовании каждого отдельного крестьянина. Свой надел франк не мог отчуждать, в случае его смерти земля переходила к сыновьям. Пашня считалась владением, а не собственностью. Леса, луга, выгоны для скота находились в совместном пользовании. Община отвечала за убийство на ее территории. Сородичи обязывались платить штраф за правонарушения своих родственников. Франки ежегодно призывались на сборы, получившие название "мартовские поля". Король проводил смотр ополчения.

Личная собственность крестьянина-франка в те времена состояла обычно из дома, скота, приусадебного участка. Остальная земля была наделена подворно; в таком подворном пользовании находились пашня, виноградники; иногда луга и леса. Состоятельная семья имела рабов и полусвободных литов в качестве слуг, ремесленников. Из их числа Салическая правда упоминает кузнеца, конюха, свинопаса, виноградаря.

Следует иметь в виду, что Салическая правда в статьях об общине фиксирует уже новые общественные связи: родовая община, основанная на кровном родстве, заменяется общиной соседской (маркой). Община-марка явилась основой хозяйственной и социальной организации франкского общества.

Пребывание в общине-марке не являлось обязанностью: ее член мог выйти из общины путем так называемого отказа от родства. Для этого было необходимо на заседании суда сломать над головой три ветки мерой в локоть, разбросать их в четыре стороны и сказать, что отказываешься от сопряжничества, наследства и от помощи сородичей (титул X). Выход из общины путем отказа от родства был выгоден наиболее богатым и могущественным людям. О расслоении свободных франков на бедных и богатых говорит также титул "О горсти земли", титулы о задолженности и способах ее погашения, о займах и их взыскании с должника и другие.

Указы (капитулярии) королей VI в., дополнявшие Салическую Правду и характеризовавшие процесс классового расслоения франкского общества, говорили уже о малоземельных франках, крупных землевладельцах, владеющих поместьями в разных местах и о разорившихся людях, не могущих уже платить штрафы и бродящих по стране. А причины разорения были очевидны: тяжесть военной службы, отрыв от хозяйства; обременительные налоги, распространенные в VI в. и на свободных франков и вызвавших ряд волнений; непосильные штрафы за разного рода правонарушения.

Салическая правда содержит положение об аллодах - участках земли, принадлежащих их владельцам на праве частной собственности. С каждым годом аллодов становилось все больше. В королевстве появился слой новой служилой знати, представители которой получали от короля земли на праве аллода2. Эта знать постепенно превращалась в крупных землевладельцев - феодалов. Крупными собственниками стали приближенные короля, его чиновники (графы, сацебароны), его дружинники (антрустионы). Салическая правда выделяет их из остальной массы франков, особо охраняя их жизнь тройным вергельдом (штрафом в 600 солидов3 за убийство) и создавая из них наряду с духовенством привилегированное сословие служилой аристократии.

Образование частной земельной собственности (аллода) должно было в дальнейшем привести к широкому развитию крупного землевладения. Расширение частновладельческих земель несло угрозу самому существованию общины.

Как уже указывалось, общинная собственность на пахотную землю, луга и леса совмещалась у франков с индивидуальной (семейной) собственностью на дом, приусадебный участок, скот, домашнюю утварь, сельскохозяйственный инвентарь. Эти франкские общины сосуществовали с сохранившейся со времен Западной римской империи частной земельной собственностью галло-римлян и появившихся у служилой феодальной аристократии и церкви аллодов. Однако сосуществование продолжалось сравнительно недолго. Общинная собственность франков на значительной части территории страны уступила место аллоду. В то же время наблюдался процесс постепенного установления зависимости от светских и духовных феодалов свободного крестьянского населения. Этот процесс происходил в VII - VIII вв. в различных формах: в виде отдачи свободного человека под покровительство крупных феодалов (коммендация)4; долговой кабалы; путем поселения разорившихся свободных людей на земле феодала под условием выполнения соответствующих повинностей в пользу крупного землевладельца. При этом широкое распространение приобретает практика так называемых прекариев, как при получении безземельным от феодала участка земли в пожизненное (а иногда и в наследственное) пользование, так и при коммендации, когда крестьянин передает в собственность феодалу свой аллод с получением этой земли обратно с обязанностью платить оброк (ценз) и выполнять барщинные работы.

Одновременно с ростом крупного землевладения и закрепощением крестьянства шел процесс усиления личной власти крупных магнатов путем предоставления им так называемых иммунитетов (королевских иммунитетных грамот), в результате которого феодальная знать получила право в пределах своих владений на выполнение в известных пределах административных, судебных, полицейских, военных и фискальных функций.

Необходимо отметить рост церковного землевладения, в результате которого церковные магнаты - епископы и аббаты крупных монастырей - по своему влиянию, привилегиям и могуществу не уступали светским магнатам.

Землевладельческая знать начинает занимать господствующее положение как в центральном, так и в местном управлении королевства. Увеличивается роль и значение съезда светской и духовной знати, без согласия которой король не мог принять сколько-нибудь важного решения. Во Франкском государстве происходит процесс децентрализации, которая сопровождается междоусобными войнами.

Во второй половине VII в. из среды землевладельческой знати франкского государства выдвинулся сильный клан Пипинидов (Арнульфингов), который сумел объединить его и в дальнейшем заменить династию Меровингов новой династией Каролингов. Арнульфинги завладели высшей должностью франкского королевства - палатного мэра (майордома). В первые годы правления власть майордома Карла (715-741), прозванного позднее Мартеллом (что значит "молот") упрочилась окончательно. В это время над франками нависла серьезная опасность со стороны Арабского халифата: арабы, завоевав Испанию, с 720 г. начали наступление на Галлию. Войны с арабами показали преимущество конницы над пехотным ополчением, составлявшим основную массу франкского войска. Чтобы создать конницу, а также укрепить социальную базу своей власти, Карл Мартелл секуляризовал ряд церковных и монастырских земельных владений и передал их представителям светской знати. Последние должны были раздать эти земли в виде бенефициев на условиях несения военной службы возможно большему числу лиц, которые должны были являться на коне при соответствующем оружии. В битве под Пуатье (732) арабы потерпели поражение, движение ислама на запад было остановлено.

Реформой Карла Мартелла крестьяне были почти отстранены от военной службы. Базой для созданий нового профессионального конного войска послужили крупные землевладельцы, средние и мелкие феодалы. До Карла Мартелла преобладающей формой королевских земельных пожалований были дарения земли на праве аллода. Такие дарения быстро уменьшали фонд королевских земель и вместе с тем не устанавливали никакой новой связи между королем и феодалами. Карл Мартелл ввел совершенно новую систему пожалования земли в виде бенефициев на условиях преимущественно несения военной службы5. Бенефициарий обычно получал землю вместе с сидящими на ней людьми, которые в его пользу платили оброк и выполняли барщинную работу.

Следует отметить, что реформа Карла Мартелла усилила центральную власть. Укрепившийся благодаря ей слой средних и мелких феодалов составил на определенное время опору каролингской династии.

По примеру короля другие крупные магнаты тоже стали практиковать раздачу бенефиций, что содействовало созданию иерархической структуры феодального общества и земельной собственности.

В дальнейшем сын Карла Мартелла Пипин Короткий, пользуясь поддержкой римского папы, произвел в 751 г. государственный переворот, заточив в монастырь последнего короля франков из династии Меровингов, и сам стал первым королем из представителей новой династии Каролингов. Королевство франков достигло своего наивысшего могущества при сыне Пипина Короткого Карла Великом (768-814), которому в результате войн удалось создать огромную державу, включавшую в себя, помимо франков, множество других племен и народностей. Говоря об основных изменениях в общественном строе франков, необходимо отметить важность процесса превращения бенефиция из пожизненного владения в наследственное (в феод. лен).

Что касается правового положения зависимого крестьянства, то в эпоху Каролингов оно подразделялось на колонов и сервов. Среди них главную массу составляли колоны, которые в отличие от рабов считались людьми свободными. Но колон не имел права уйти со своего надела, он находился в поземельной зависимости от своего феодала, а занимаемая им земля - в наследственном пользовании колона. Рабы были двух категорий: дворовые рабы и рабы, посаженные на землю (сервы). Сервы считались прикрепленными к земле и не могли отчуждаться без земли.

Кроме зависимого населения, на землях феодалов проживали лично независимые от них свободные арендаторы.

По сравнению с колонами положение сервов было более тяжелым; так сервы работали на помещика без ограничения срока ("сколько им прикажут").

Ремесло не было еще отделено от сельского хозяйства; иногда отдельные ремесленники содержались на барском дворе, обслуживая не только феодалов, но и нужды остального населения поместья. При этом следует отметить, что в эпоху Каролингов торговля несколько оживляется; растет сеть местных рынков, с 759 г. появляется ярмарка. Оживляется и внешняя торговля, для которой учреждается сеть таможен на границе; развиваются торговые отношения с Британией и даже с Востоком. Устанавливается регламентация мер и весов, вводится новая монетная система; чеканка монеты вновь становится королевской монополией.

"САЛИЧЕСКАЯ ПРАВДА".

Краткая справка

«Салическая правда», «Салический закон» - памятник обычного права салических франков, первая кодификация их обычаев, правовой источник значительной части населения Франкского государства эпохи Меровингов. Одна из характерных черт заключается в том, что преступника наказывали с учетом особенностей обычаев этнической группы, к которой он принадлежал (за одно и то же свершенное деяние преступники несли разные наказания). В ней, в частности, рассмотрено 150 разновидностей кражи, в их числе 74 касаются домашних животных. Для иллюстрации средневекового законодательства приведем образчик текста «Салической правды»: «Кто вырвет другому руку, ногу, глаз или нос, платит 100 солидов, но если рука еще висит, то лишь 63 солида. Оторвавший большой палец платит 50 солидов, но если палец остается висящим, то только 30» (Жак ле Гофф. Цивилизация средневекового Запада. М., 1992. С. 37).

Анализ и комментарии.

Судебник «Салическая правда» - важнейший источник сведений о жизни и нравах франков. Он был составлен, по-видимому, при Хлодвиге.

В «Салической правде» подробно рассматриваются различные ситуации и перечисляются наказания за нарушения закона, начиная от кражи курицы и кончая выкупом за убийство человека. Свои своды законов - «Правды» имелись также у франков рипуарских, бургундов, англосаксов и других германских племен.

«Салическая правда» отражает обычаи народа, недавно переселившегося в сравнительно слабо романизированные части Галлии и поэтому сохранившего в более чистом виде нормы своей жизни.

Время записи и редактирования этого «обычного» (от слова «обычай») народного права - VI-IX века.

«Салическая правда» делилась на титулы (главы), а каждый титул - на параграфы. Многие титулы были посвящены штрафам за всевозможные кражи. Встречались в ней и такие титулы: «Об убийствах или если кто украдет чужую жену», «О том, если кто схватит свободную женщину за руку, за кисть или за палец», «О четвероногих, если убьют человека», «О прислужнике при колдовстве» и т. п. В титуле «Об оскорблении словами» определялись наказания за обиду в зависимости от степени оскорбления. В титуле «О нанесении увечий» устанавливалось: «Если кто вырвет другому глаз, присуждается к уплате 62 и 1/2 солида»; «Если оторвет нос, присуждается к уплате... 45 солидов»; «Если оторвет ухо, присуждается к уплате 15 солидов». Солид - римская монетная единица. В VI веке 3 солида соответствовали стоимости коровы, «здоровой, зрячей и рогатой».

Изучая «Салическую правду», можно сделать вывод, что хозяйство франков стояло на более высоком уровне, чем хозяйство германцев (хозяйство германцев было описано римским историком Тацитом (ок. 58 - ок. 117) в очерке «Германия»).

Важную роль в хозяйстве франков во все времена играло животноводство. «Салическая правда» скрупулезно устанавливала, какой штраф надлежит платить за кражу свиньи, за годовалого поросенка, за свинью, украденную вместе с поросенком, за молочного поросенка отдельно, за свинью из запертого хлева и пр.

Весьма подробно в «Салической правде» рассматривались все случаи кражи крупных рогатых животных, овец, коз, случаи конокрадства. О развитии птицеводства свидетельствовали штрафы, установленные за украденных домашних птиц (кур, петухов, гусей). В «Салической правде» имелись титулы, устанавливавшие штрафы за кражу пчел и ульев с пасеки, за порчу и кражу плодовых деревьев из сада (франки умели делать прививки плодовым деревьям путем черенкования), за кражу винограда из виноградника. Представляют интерес титулы, которые определяют штрафы за кражу рыболовных снастей, лодок, охотничьих собак, птиц и зверей, прирученных для охоты.

«Салическая правда» свидетельствует о том, что в хозяйстве франков имелись самые разнообразные отрасли - животноводство, пчеловодство, садоводство, виноградарство, а также охота и рыболовство. Однако основную роль в хозяйстве франков играло земледелие. Они сеяли зерновые культуры, лен, имели огороды, где выращивали бобы, горох, капусту, репу. Франки были хорошо знакомы с плугом и бороной. Пахота производилась на быках. Порча вспаханного поля каралась штрафом. Урожаи хлеба были богатыми. Урожай с полей франки увозили на телегах, в которые впрягали лошадей. При доме каждого свободного франкского крестьянина имелись хозяйственные постройки. Полученный урожай складывался в амбары и риги. В хозяйстве франков были нередки водяные мельницы.

Согласно «Салической правде», усадебная земля находилась в индивидуальной собственности каждого свободного франка. На это обстоятельство указывают высокие штрафы, установленные за порчу и уничтожение изгородей или проникновение с целью воровства в чужие дворы. Вместе с тем луга и леса находились в коллективной собственности крестьянской общины. Принадлежавшие крестьянам соседних деревень стада паслись на общих лугах. Свободный крестьянин мог брать из леса любое дерево, в том числе срубленное, если на нем имелась пометка, что оно было срублено более года назад. Крестьянская община сохраняла верховные права на пахотные земли. Однако пахотная земля не перераспределялась, а находилась в наследственном пользовании каждого свободного франкского крестьянина.

Крестьянин имел свой участок земли. На время пахоты, сева и созревания хлебов огораживал его и передавал по наследству своим сыновьям. Женщине земля по наследству не передавалась. Верховные права общины на пахотную землю проявлялись в том, что никто из ее членов не имел права продавать свою землю. Когда крестьянин умирал, не оставляя после себя сыновей, эта земля возвращалась общине и попадала в руки «соседей».

Существовавшая в то время община уже не была родовой, которую описывали Цезарь и Тацит. Родовую общину сменила община соседская, которая состояла уже не из родичей, но значительная часть деревни, владевшая определенными землями, еще продолжала оставаться связанной родовыми отношениями. Одновременно в деревне жили и чужаки - переселенцы из других мест, поселившиеся тут по соглашению с другими общинниками или в соответствии с королевской грамотой. «Салическая правда» в титуле «О переселенцах» устанавливала, что каждый свободный человек мог поселиться в чужой деревне, если против этого не протестовал никто из ее жителей. При наличии хотя бы одного человека, который выступил против, чужак в данной деревне поселиться не мог. «Салическая правда» рассматривала порядок выселения и наказания в виде штрафа того переселенца, которого община не захотела принять в число своих «соседей». «Если же переселившемуся в течение 12 месяцев не будет предъявлено никакого протеста, он должен остаться неприкосновенным, как и другие соседи.»

Королевская грамота также гарантировала неприкосновенность переселенцев. «Салическая правда» определяла огромный штраф в 200 солидов каждому, кто осмеливался протестовать против королевской грамоты.

«Салическая правда» не сообщает прямо о существовании крупных поместий, но, судя по отдельным данным (перечисление дворовых ремесленников и др.), в V-VI веках поместья существовали рядом со свободной франкской общиной. Крупными землевладельцами были сам король, его дружинники, высшее духовенство и римские землевладельцы, частично сохранившие свои владения, и близкие к королевскому двору («королевские сотрапезники», как называет их «Салическая правда»). Тем не менее основной фигурой франкского общества этой эпохи был свободный франк - полноправный член сельской общины, свободный земледелец.

Родовые связи у франков были очень сильны. Род в «Садической правде» выступает не только как верховный собственник общинных земель, но и как политическая организация. Существовали такие обычаи, как уплата денег за убийство того или иного человека его родичами, наследование имущества (кроме земли) по материнской линии, уплата родичами за своего несостоятельного родственника части выкупа (вергельда) за убийство. «Салическая правда» утверждала и закрепляла возможность передачи имущества не родичу. Добровольный выход из родового союза назывался «отказом от родства». Процедура «отказа от родства» подробно рассматривалась «Салической правдой» в титуле 60. Человек, который желал отказаться от родства, доджей был явиться на заседание избранных народом судей, сломать над головой три ветки мерой в локоть, разбросать поломанные ветки в четыре стороны и сказать о том, что он отказывается от наследства и от всяких счетов со своими родичами. Человек, отказавшийся от родства, после этой процедуры не мог участвовать ни в наследовании, ни в получении вергельда. Его наследство поступало в казну.

Титул «О горсти земли» сообщает об ответственности за убийство. Если кто лишит жизни человека, говорится в этом титуле, и, отдавши все имущество, не будет в состоянии уплатить следуемое по закону, он должен представить 12 родичей, которые поклянутся в том, что ни на земле, ни под землей он не имеет имущества более того, что им уже отдано. После этого убийца должен войти в свой дом, набрать из его четырех углов горсть земли, стать на пороге, повернувшись лицом внутрь дома, и бросать эту землю левой рукой через плечо на отца и братьев. Если отец и братья уже платили, тогда он должен той же землей бросать на близких родственников по матери и по отцу. «Потом в рубашке (одной) без пояса, без обуви, с колом в руке, он должен прыгнуть через плетень, и эти три [родственника по матери] должны уплатить половину того, сколько не хватает для уплаты следуемой по закону виры. То же должны проделать и три остальные, которые приходятся родственниками по отцу. Если же кто из них окажется слишком бедным, чтобы заплатить падающую на него долю, он должен в свою очередь бросить горсть земли на кого-нибудь из более зажиточных, чтобы он уплатил все по закону.»

Основную массу франкского населения составляли в это время свободные крестьяне. Они жили соседскими общинами, в которых сохранялись пережитки родового строя. За убийство свободного франкского крестьянина «Салическая правда» определяла высокий вергельд, который равнялся 200 солидам. Если человек погибал от удара или укуса домашнего животного, то вергельд уплачивался владельцем животного в половинном размере.

За человека, находившегося на службе у короля, выплачивался тройной вергельд - 600 солидов. Вергельд за жизнь графа или королевского дружинника утраивался (доходил до 1800 солидов), если убийство было совершено в то время, когда убитый находился на королевской службе, например во время похода. Жизнь священника, охранялась тройным вергельдом (в 600 солидов), епископа - 900 солидов. Высокими штрафами карались ограбления и сожжения церквей и часовен. Особый слой во Франкском королевстве составляли полусвободные литы и бывшие рабы, отпущенные на волю. За убийство полусвободного и вольноотпущенного платился половинный вергельд - 100 солидов, за убийство раба определялся не вергельд, а штраф.

Франки славились чистотой семейных отношений. Женщина могла выходить замуж только за человека, равного ей по рождению и состоянию. Если она выходила за представителя низшего сословия, закон был строг к ней и ее мужу. Выходя за раба, она сама делалась рабой. У франков был символический обычай: если женщина хотела выйти за раба, ее призывали на суд семейства и клали перед ней меч и веретено. Она могла взять меч и убить раба, избранного в женихи. Если же брала веретено, это значило, что она вступает в брак и становится рабой.

Брак у германцев совершался куплей: молодой человек отправлялся к отцу, брату или опекунам невесты и покупал ее. Цены были значительными: у алеманнов платили, например, от 300 до 400 шиллингов, а за один шиллинг можно было купить годовалого быка; разумеется, были сделки и гораздо дешевле. Эта сумма отдавалась жене после смерти мужа. Впрочем, она никогда не была полновластной хозяйкой, ибо даже после смерти мужа находилась под властью сыновей. Самый обряд брака имел символическое значение: у невесты обрезали длинную косу в знак поступления в рабство; жених надевал ей на руку кольцо - звено той цепи, которой она с ним связывалась; на ногу он надевал ей башмак - знак, что она должна будет ходить по его стопам. Когда она входила в дом мужа, над ней держали меч - символ охраны мужа и строгого наказания в случае проступка; на пороге дома ей подавали связку ключей - с этого момента на ней лежали все хозяйственные заботы.

Подобные пережитки родовых отношений долго сохранялись у франков.

В дополнениях к «Салической правде» сообщается об обедневших и совсем разорившихся франках, которые были уже не в состоянии заплатить наложенные на них штрафы и бродили по лесам, как бродяги и разбойники. Процесс исчезновения свободного крестьянства во Франкском государстве проходил далеко не одинаково в разных областях. Наиболее интенсивно он шел в западной части королевства - Нейстрии, отчасти на юго-востоке - в Бургундии, гораздо слабее - в северо-восточных округах - Австразии. Здесь дольше сохранялись родовые - общинные отношения. В Австразии крестьянин продолжал играть ведущую политическую роль вплоть до VIII века.

поземельные отношения франков по «Салической правде»

До завоевательных походов собственником земли у франков являлся род, распадавшийся на отдельные большие семьи, которые обрабатывали сообща, предоставленную им землю, подвергавшуюся переделу из года в год.

Продолжительные военные походы, завоевание новых территорий и расселение на них ускорили ослабление и распад родовых и складывание новых, территориальных связей, на которых сложилась соседская община-марка.

Община-марка отказалась от права периодического передела пахотной земли, но передала свои земли отдельным лицам только с целью использования их в качестве пашен и лугов, но не для какой-нибудь другой цели. На то, что выходило за эти пределы (найденные в земле сокровища, право добычи руд и т.д.) частный владелец не имел никакого права, все это принадлежало общине.

Однако пользование полем и лугом строго контролировалось и регулировалось общиной. Там, где господствовало трехполье, - а это было почти везде, - вся пахотная земля делилась на три одинаковых по размеру поля. Каждое из них попеременно предназначалось один год для озимых посевов, второй год для яровых, а третий год шло «под пар». Таким образом, село каждый год имело свое озимое, яровое и паровое поле. При распределении земли заботились о том, чтобы каждый член общины получал одинаковую долю во всех трех полях и мог бы, без ущерба подчиняться принудительному севообороту общины. В соответствии с этим, озимые он мог сеять только на своем участке озимого поля и т.д. А паровое поле являлось общим владением и использовалось всей общиной под пастбища. Когда заканчивалась уборка на двух других полях, они также становились общим владением до нового посева. Тоже самое относится и к лугам, после осеннего сенокоса. На всех полях, где должен был пастись скот владелец обязан был удалить изгороди. Вся остальная земля - леса, пастбища, пустоши, болота, реки, пруды, озера, дороги, места охоты и рыбной ловли, - оставались собственностью общины, предназначенной для совместного использования и доля пользования каждого члена общины этими общими угодьями была одинакова.

Таким образом, по «Салической правде» в этот период у франков существовала вполне развитая частная собственность на движимое имущество. Например, «Салическая правда» устанавливает высокие штрафы за кражу хлеба, скота, птицы, лодок, сетей. Но она ничего не говорит о купле и продаже земли, о дарении или передаче по наследству постороннему человеку, т.е. частной собственности на землю у франков в ту пору еще не было. Собственником земли являлась община, отдельный франк лишь пользовался своим земельным участком.

Анализируя положения «Салической правды», сопоставив размеры штрафов взыскиваемых за нарушение прав владения отдельными земельными угодьями (в рамках домохозяйства - пахотное поле, жатва, сад, виноградник) конкретным лицом, А. И. Неусыхин в своем исследовании делает вывод о том, что «…Салическая правда лучше всего ограждает права каждого домохозяйства на его жатву или пахотное поле. Это вполне естественно, ибо оно представляет наибольшую ценность для членов земледельческого племени. Однако ограждение прав на пахотное поле и жатву объясняется, по-видимому, не только их большей хозяйственной ценностью, но и большей определённостью владения ими. Недаром, Салическая правда карает самый факт нарушения границы пахотного поля… и налагает различные штрафы за разные стадии его освоения захватчиком…». Собственником же основного земельного фонда каждой деревни являлись все ее жители - свободные мелкие земледельцы, составлявшие общину.

Однако впоследствии появилась проблема возникновения аллода - свободно отчуждаемой земельной собственности, права наследования которой передавались во времена короля Хлодвига - мужчинам (сыновьям и братьям), а во времена короля Хильперика, согласно его эдикту - еще и женщинам.

В связи с положением «Салической правды» (титул LIX, § 5), характеризующим наследование земли по мужской линии, А. И. Неусыхин поясняет следующее: «Какими бы особенностями родового строя ни объяснялось исключение женщины из числа возможных претендентов на земельное наследство, в интересующей нас связи важно прежде всего то, что в главе «Об аллодах», устанавливающей этот порядок, даже не поставлен вопрос о том, кому же доставалась земля в случае отсутствия сыновей у умершего домохозяина. Очевидно, что до фиксации прав сыновей на наследование земли подобные вопросы вовсе не возникали по отношению к недвижимости, а после предоставления им этого права они не возникали по отношению к выморочным земельным участкам. До этого вообще не было представления о наследовании земли, а когда оно появилось, то старая традиция продолжала сохранять свою силу применительно к выморочным участкам. Самый институт передачи недвижимости по наследству …только еще зарождается, поэтому его действие и ограничено кругом прямых мужских потомков. Таким образом, возникновение аллода в форме наследования недвижимости сыновьями представляет собой первый крупный шаг в сторону выделения собственности отдельных домохозяйств на землю из общей собственности виллы (деревни)».

Уже чуть позже, процесс выделения земельной собственности был частью закреплен эдиктом внука Хлодвига, который имел своей целью устранить общинно-родовую связь в этом отношении. Эдикт Хильперика распространяет права наследования земли на дочерей, братьев и сестер умершего и вместе с тем отменяя притязания соседей, он тем самым юридически оформляет тот процесс выделения индивидуально-семейной собственности, который начался еще задолго до того и отражен уже в «Салической правде». Отмена притязаний соседей вполне естественна: они могли считаться обоснованными лишь до тех пор, пока эти соседи были сородичами; т.к. их право на участок коренилось в том, что ко времени фиксации главы «Об аллодах» право наследования земли предоставлялось только сыновьям, и тем самым в случае их отсутствия земельный участок вовсе не становился объектом индивидуального наследования в пределах семьи и оставался в пределах рода.