Особенности борьбы плебеев с патрициями

Введение

Неравенство между рабовладельцами и рабами определяло характер производственных отношений в Риме. Вместе с тем в Риме до начала III в. до н.э. социальные конфликты развивались преимущественно в форме борьбы патрициев и плебеев. Эта борьба развернулась вокруг жизненно важных вопросов – аграрного (и вытекающего из него долгового вопроса) и вопроса о политических правах.

На первом месте по степени значимости, конечно, стоял вопрос о политических правах. Но и разногласия между патрициями и плебеями по поводу аграрного вопроса были не менее острыми, что объясняется его актуальностью в земледельческой Лации. Аграрный вопрос осложнялся тем, что у патрициев и плебеев были совершенно различные формы землепользования.

Актуальность наше исследования состоит в том, что анализ причин, этапов и результатов борьбы между плебеями и патрициями позволяет глубже понять особенности сложившегося политического устройства римского государства.

Цель работы – изучить особенности борьбы плебеев с патрициями.

Задачи работы следующие:

1. Охарактеризовать социальную  структуру раннего Рима, выявить  причины противостояния плебеев  и патрициев.

2. Проследить основные  этапы борьбы плебеев с патрициями.

3. Определить основные  результаты борьбы плебеев с  патрициями, их историческое значение.

В качестве источниковой базой нами использовались выдержки из работ римских и греческих авторов, правовые документы римского периода.

Книга Тита Ливия, которая по традиции называется «История Рима от основания города», является по сути основным источником по истории Рима республиканского периода, поэтому общий ход и основные события римской истории от легендарных начал Города до середины II в. до н.э. известны нам главным образом только от него, и сведения, им сообщаемые, чаще всего находят себе подтверждение в других источниках. Труд Ливия дошел до нас не полностью; утрачены все его части, относившиеся к событиям второй половины II в. до н.э., к кризису Республики, гражданским войнам и становлению принципата. Таким образом, по теме нашей работы извлечения из «Истории…» Тита Ливия представляются возможным.

Из греческих авторов необходимо упомянуть Плутарха, автора известных «Избранных жизнеописаний». Из его работы мы воспользовались выдержками из жизнеописания Камилла, одного из участников завершающегося этапа борьбы плебеев с патрициями. Занимая сторону патрициев в их постоянной борьбе с плебеями, Камилл, однако, сыграл определенную роль в примирении сословий: убедил патрициев пойти на определённые уступки по отношению к плебеям. Критический анализ текста не позволяет цитировать его дословно, однако сопоставление с более поздними источниками представляется целесообразным, т.к. определяется возможность определения достоверности в тексте Плутарха.

Из историков-антиковедов укажем на работу Ф.М. Нечая «Образование римского государства», не потерявшей свою научную значимость. Автор использует широкий круг литературных, археологических и других источников, анализируя которые, выделяет причины распада первобытно-общинного строя и образование римского государства. Однако недостатком данной работы является её излишняя приверженность марксисткой концепции происхождения государства, которая в настоящее время считается не достаточно безупречной, и имеющий ряд существенных изъянов в объяснении происхождения государства.

В вопросе определения происхождения плебеев автор исходил из единства римского народа, а разделение на патрициев и плебеев происходило в силу социально-экономических факторов. Данная версия позже была поддержана и развита Е.М. Штаерман в статье «К проблеме возникновения государства в Риме».

1. Социальная структура  республиканского Рима

Древнейший Рим развивался на гентильной основе. Род был основной структурной единицей, живым и действующим организмом. Этнический состав римских gentes не был однородным. И это, как пишет И.М. Маяк, «отразило предшествующую историю притибрской зоны Лация, населенного издревле лигуро-сикулами». Эта зоны испытала множество миграций, представлявшими собой, вероятно, разновременные вкрапления в местную лигуро-сикульскую среду небольших групп. Но если движение племен и народностей проходило и значительными массами, то сколько-нибудь обширных и постоянных поселений на территории будущего Рима они не основывали, во всяком случае прочно там не закреплялись. Исключение составляют племена латинов и сабинов.

Согласно преданию, все население состояло из 300 родов. Каждые 10 родов объединялись в курию (объединение нескольких патрицианских родов), а каждые 10 курий – в трибу (племя). Таким образом, было всего 3 трибы, каждая из которых представляла собой особое племя. Эти 300 родов составляли римский народ, к которому мог принадлежать лишь тот, кто был членом рода, а через свой род – членом курии и трибы.

Римский род был патриархальным, состоящим из больших отцовских семей. Полного имущественного равенства среди них уже не существовало. Об этом свидетельствует наличие клиентелы.

Б. Нибур, основатель критического направления, считал, что первоначальное население Рима, объединенное в гентильную организацию из трех триб и 30 курий дало начало патрициату, чужаки же, не включенные в эту организацию, переселенные Анком Марцием в Рим, стали называться плебеями.

В середине XIX в. первой в России по проблеме происхождения плебеев и патрициев стала работа Д. Крюкова, автор которой исходил из положений, разработанных Нибуром. Однако основным различием между патрициями и плебеями считал религиозное. Он считал патрициев латинами, с примесью сабинов, а плебеев – этрусками, с примесью латинов.

Д. Азаревич в своей работе, в отличии от Крюкова, подошел к решению проблемы с государственно-правовой точки зрения. По его мнению, древний Рим представлял собой единый нераздельный народ. В царский период не было обособления патрициев от народа. Они обособились вскоре после образования республики.

Начиная с 1970-х гг. усиливается тенденция к восприятию новых гипотез, выдвинутых современной западной наукой.

Ф.М. Нечай исходил из единства римского populus’а, в рамках которого разделение на патрициев и плебеев происходило в силу социально-экономических факторов. Е.М. Штаерман также считает, что в древности существовал единый народ граждан, который не делился на патрициев и плебеев. С началом имущественной дифференциации стали выделяться отдельные рода, особенно те, которые входили в сенат, занимали должности в жреческих коллегиях и т.д. Так конституировалась знать, противостоящая массе не принадлежащего к ней населения.

По мнению Л.Л. Кофанова , populus – это римский народ в совокупности, а plebs – это populus за исключением либо сенаторов, либо patres, либо патрицианских родов.

В целом, придерживаясь концепции Нибура, И.Л. Маяк нашла ряд новых аргументов в ее пользу, развила и довела до логического конца с учетом нового источникового материала и историографии. Она разделяет момент возникновения плебса от фазы его дальнейшего пополнения. И.Л. Маяк склонна рассматривать первоначальный populus, как патрициев, и считает, что плебеи не входили в состав populus. Не входили они и в состав патрицианских родов, а соответственно и в курию, почему не имели и доступа к управлению. Одной из целей борьбы плебеев было вхождение в состав populus, чего они постепенно добились.

Таким образом, мы видим, что до сих пор остается нерешенным вопрос о происхождении особого слоя древнеримского населения – плебеев. Источники о происхождении плебеев чрезвычайно сбивчивы и противоречивы, единого мнения в исторической науке не сложилось. Вероятно, первоначально под плебеями подразумевались переселенцы (добровольные) либо насильственно переселенные в Рим, а также представители покоренных племен, лично свободные люди, имевшие право владеть землей и обязанности нести военную службу.

Первоначально плебеи не входили в состав родов, курий и триб, а потому не пользовались никакими политическими правами. Но затем, перемешавшись с незнатными родами самого римского народа и принимая на себя клиентские обязанности, они постепенно, на урезанных правах включались в родовую организацию.

Как отмечает Ф.М. Нечай, «если объективно подходить к устойчивым взглядам традиции по вопросу деления populus Romanus на патрициев и плебеев в царский период до реформы Сервия Туллия, то можно констатировать, что в источниках нет данных подтверждающих, что этнический дуализм является основой, на которой произошло деление populus Romanus на патрициев и плебеев». Следовательно, нет основания утверждать, что завоеванное и инкорпорированное Римом население покоренных городов, будто бы очутившееся вне populus Romanus, зародившееся в Риме ко времени Ромула, постепенно возрастало и увеличивалось в недрах родоплеменного строя, достигнув ко времени шестого римского царя отношения один к восьми. Именно имущественное неравенство было принято Сервием Туллием в качестве основы деления populus Romanus на патрициев и плебеев.

Около VIII в. до н.э. в Риме установилась частная собственность на землю и скот. Вместе с ней возникли предпосылки для образования имущественного неравенства среди римских граждан. Шестой римский царь Сервий Туллий осуществил реформу, в результате которой законодательным путем были зафиксированы происшедшие изменения в социально-экономическом развитии Рима.

Происходят изменения в среде патрициев: при родоплеменном строе патриции – это те семьи, из которых выбирались старейшины родов. С образованием общественного строя, основой которого была частная собственность на средства производства, патриции – это господствующее сословие, в руках которого концентрировалась земля, скот, рабы, а также политическая власть.

Сервий Туллий ввел новое устройство римской общины – на основе территориально-имущественного принципа. Римская городская территория теперь поделилась на 4 трибы. К трибам приписывалось все гражданское население – как патрицианское, так и плебейское, – владевшее в данном округе землей. Таким образом, плебеи и патриции были фактически включены в состав единой с патрициями гражданской общины. Кроме того, Сервий Туллий разделил все мужское население Рима – патрициев и плебеев – на 5 классов, принадлежность к которым определялось имущественным цензом. Беднейшие слои населения – неимущие не входили ни в один из классов.

Деление на пять классов было проведено не только с целью определения воинских повинностей, но и для участия в выборных собраниях. При этом каждому имущественному разряду, как голосующей группе, независимо от количества в ней гражданского населения, было определено столько центурий (а так как центурия имела один голос, то и голосов), чтобы сумма голосов всех пяти имущественных разрядов не превышала количества голосов патрициев, т.к. граждан первого имущественного разряда. Отсутствие прямого избирательного права и введение принципа группового избирательного права в соответствии с имущественным положением членов группы стало той основой структуры комиций, или механики голосования в комициях, на которой покоилось политическое господство патрициев в республиканском Риме.

Количественный состав одной центурии каждого имущественного разряда (класса) в центуриатных комициях точно отражает социальную структуру Рима в период образования государства и показывает форму установления политического господства патрициев путем определения меры политических прав граждан различных классов в зависимости от их богатства.

Политическое бесправие плебеев шестого класса тесно переплеталось с экономическим гнетом, ложившимся на их плечи. Население Рима, отнесенное к шестому классу, было почти безземельное.

Как отмечает Е.М. Штаерман, «тщательный анализ источников показывает, что возникновение Рима сословий патрициев и плебеев было аналогично возникновению сословий знати и простого народа во всех обществах, стоявших на сходной стадии развития. Как и в других случаях, знать и простой народ входили в одни и те же общины и различались по социальному статусу, по месту в руководстве общиной в мирное и военное время, а не по своим владельческим правам и не по месту в процессе производства».

Плебс как таковой не был объектом эксплуатации как класс, он эксплуатировался потому, что лично обеднел, попал в кабалу, был вынужден стать колоном или прекаристом и т.д. Среди плебеев были как состоятельные люди, стремившиеся в первую очередь к уравнению в правах и доступу к магистратурам, так и люди бедные, для которых главным было наделение землей и отмена долгового рабства.

Таким образом, сословно-классовая структура римского общества и противоречия, связанные с делением Рима на патрициев и плебеев, определяли характер римского государства с момента возникновения в VI в. до н.э. вплоть до законов Лициния и Секстия, по которым плебеи получили доступ к занятию консульской должности и по которым был установлен максимум земельного владения для патрициев, и Петелия об отмене долгового рабства для римских граждан.

2. Этапы борьбы плебеев  с патрициями

При Сервии Туллии и Тарквинии Гордом Рим становится единым городом с символом его единства – Капитолийским холмом и с заменой деления по куриям на деление по трибам. При них развивалось ремесло и торговля, внутренняя и внешняя. Все это благоприятно сказывалось на положении плебса, сумевшего в большей мере сплотиться. Несколько оттеснены были знатные роды – носители раздробленности. Когда с изгнанием Тарквиния началась вековая борьба плебеев и патрициев, плебеи имели преимущество: народу как целому в пределах всего города, а не в пределах только общины, принадлежала законодательная власть. Важным условием победы плебеев было их участие в военной организации. При почти непрерывных войнах отказ плебеев идти в поход всегда вынуждал патрициев соглашаться на уступки.

Началом борьбы плебеев с патрициями условно считается момент изгнания последнего римского царя Тарквиния Гордого, пытавшегося упрочить царскую власть. В результате он был провозглашен тираном и изгнан патрициями из Рима. Установившаяся в Риме республика явилась формой диктатуры патрициев.

Отметим, что к этому времени сложилась следующая система владения землей: основная масса земли считалась принадлежавшей всей патрицианской общине. Это было так называемое общественное поле. Собственностью граждан, передаваемой по наследству, была земля в 2 югера, по сути приусадебный участок.

Патриции имели право занимать из общественного земельного фонда для себя и своих клиентов такое количество земли, какое они могли использовать не только для земледелия, но и для скотоводства. Фонд общественного поля непрерывно увеличивался, т.к. по римскому обычаю часть захваченных во время войн земель конфисковывалась и превращалась в общественное поле.

Таким образом, использование общественного поля в скором времени становится основным источником обогащения патрициев. Плебеи к его эксплуатации не допускались. Поэтому к описанной выше политической причине начала борьбы плебса и патрициев добавляется экономическая, но подкрепленная политическими соображениями: в античном обществе владельцем земли мог быть лишь полноправный член общины (в первую очередь, в политических правах).

По традиции, первым крупным социальным конфликтом, возникшем вследствие увеличения имущественного неравенства и в первую очередь неравенства в землепользовании, явилось вооруженное выступление беднейшего населения в Риме в 494-493 гг. до н.э. Требованием восставших было наделение безземельного и малоземельного населения Рима участками из общественной земли, образовавшихся после Латинской войны. Вокруг аграрных требований малоземельного римского крестьянства разгорелась политическая борьба.

Произошла так называемая первая сецессия, т.е. уход плебеев из Рима. Тит Ливий свидетельствует, что в 494 г. до н.э. плебеи, изнывающие от притеснений патрициев и обремененные долгами, отказались выступить в военный поход и в полном вооружении удалились из Рима на Священную гору, где расположились лагерем. Они выставили требование о наделении их землей и учреждении должности плебейских трибунов.

Патрициям пришлось пойти на уступки: была учреждена новая магистратура – народные трибуны, избиравшиеся исключительно из плебеев (первоначально два) и обладавшие священной неприкосновенностью; они имели право вмешиваться в деятельность остальных магистратов (интерцессия), налагать запрет на любые их решения (вето) и привлекать их к судебной ответственности.

Сенат вынужден был провести наделение малоземельных и безземельных плебеев в размере 7 югеров на душу (в традиции закон фигурирует как закон народного трибуна Лициния).

Историческая традиция сообщает о трех сецессиях. Но многие ученые считают первую сецессию легендарной, и возникновение трибуната относят к более позднему времени – 471 году до н.э.

К 486 г. до н.э. традиция приурочивает попытку осуществить первую аграрную реформу. Консул Спурий Кассий предложил разделить завоеванные земли между плебеями. Законопроект, однако, не прошел, т.к. ему воспротивился другой консул. Затем Спурий Кассий был обвинен патрициями в стремлении к тирании и казнен. Но уже в 456 г. до н.э. народному трибуну Ицилию удалось провести закон о разделе земли между плебеями на Авентинском холме.

Первое, вполне достоверное событие ранней римской истории – запись действующего права – относится к середине V в. до н.э. Как в свое время демос, так теперь римские плебеи страдали от произвола в судах и выдвинули требование кодификации законов.

В 451 г. до н.э. была избрана специальная комиссия из 10 человек – так называемых децемвиров, которые были наделены самыми широкими полномочиями. Ни консулы, ни народные трибуны в этом году не избирались. Однако децемвиры не сумели в течение года закончить составление свода законов, и поэтому на 450 г. до н.э. была избрана новая чрезвычайная комиссия, которая состояла из 5 патрициев и 5 плебеев.

Этим новым децемвирам традиция приписывает тиранические наклонности, поэтому с ней начинает борьбу новая, третья сецессия плебеев. В 449 г. были восстановлены прежние магистратуры, а записанные децемвирами законы были высечены на двенадцати медных досках и выставлены для всеобщего обозрения.

Текст XII таблиц до нашего времени не сохранился, но исследователи имеют о нем довольно четкое представление благодаря цитатам и ссылкам у более поздних авторов.

В современной историографии многие законы этого кодекса считаются нововведением, ставшим результатом полувековой борьбы плебса. В то же время совершенно очевидно, что новые законы не возникают на пустом месте и обычно опираются как на прежние правовые акты, так и на отраженные в праве социальные явления, ставшие обычаем. Поэтому многие исследователи справедливо полагают, что создание законов XII таблиц – это прежде всего фиксация уже действующего права. Кроме того, существует мнение, что отдельные юридические нормы были заимствованы из законодательства Солона, а возможно, и из некоторых других греческих сводов.

Из 104 статей законов XII таблиц большинство относится к определению правил по охране права собственности на землю и на урожай, получаемый с ней. Первые две таблицы посвящены рассмотрению процедурной стороны в судебном процессе. Содержание остальных составляет определение прав, так или иначе связанных с землевладением. Законы утверждали суровое долговое право (должника могли продать в рабство и даже казнить), установив при этом предел ростовщического процента (8,33% годовых); определяли юридический статус основных социальных категорий римского общества (патрициев, плебеев, патронов, клиентов, свободных, рабов); запрещали браки плебеев с патрициями.

В законах причудливо смешались пережитки родового строя и новые установления. Особенно это касалось семейных отношений. Отец семейства по-прежнему пользовался неограниченной властью родового владыки вплоть до продажи собственных детей в рабство («Если отец трижды продаст сына, то пусть сын будет свободен [от власти] отца»), женщина по-прежнему оставалась в семье совершенно бесправной («[Пользуясь] постановлением XII таблиц, приказал своей жене взять принадлежащие ей вещи и, отняв [у нее] ключ, изгнал [ее]»). Имущество умершего без завещания отходило агнатам – тем, кто находился под властью одного и того же главы семьи.

Однако законодательство двенадцати таблиц уже допускало полную свободу завещаний. Законами признавалась родовая месть, за ряд проступков устанавливались штрафы. По существу, эти законы характеризовали римское общество в период утверждения рабовладельческого строя, но при наличии стойких пережитков родовых отношений.

Эти законы не удовлетворили ни плебеев, ни патрициев; злоупотребления децемвиров и их попытка продлить свои полномочия спровоцировали в 449 до н.э. вторую сецессию плебеев (на Священную гору). Децемвирам пришлось отказаться от власти; консулат и трибунат были восстановлены. В том же году консулы Луций Валерий и Марк Гораций провели закон об обязательности для всех граждан, в том числе и для патрициев, решений трибутных комиций (плебисцитов), если они получат одобрение сената. Это вынудило патрициев также принимать участие в собраниях по трибам и привело к тому, что в Риме возник новый, более демократический вид народных собраний – трибутные комиции.

По закону, предложенному народным трибуном Канулеев в 445 г. до н.э., отменялся запрет на браки между патрициями и плебеями. Другой законопроект Канулея ставил вопрос о допуске плебеев к высшей магистратуре – консулату. Этот законопроект не прошел, но в порядке компромисса в 444 г. до н.э. начали избираться военные трибуны с консульской властью. Эта должность была доступна и для плебеев.

Таков был итог первого этапа борьбы плебеев и патрициев. В ходе этой борьбы плебейская верхушка добилась существенных результатов, которые подготовили её слияние в единое сословие с патрицианской знатью. Наступившее затем временное затишье в борьбе между патрициями и плебеями объясняется напряженной внешнеполитической обстановкой – борьбой с этрусками и галлами.

После галльского нашествия в Римской республике вновь обострилась борьба между плебеями и патрициями. В 370-х гг. до н.э. разразился очередной кризис власти, спровоцированный патрициями. Они попытались провести реорганизацию управления республикой, прежде всего избрав после почти 20-летнего перерыва 2 консулов. Не исключено, что тогда же патриции выдвинули идею о создании новых магистратур – претуры и курульного эдилитета. Правы были плебеи, когда сразу заподозрили в предлагаемых реформах главным образом попытку навечного отстранения их от высшей магистратуры, потому что, хотя юридически не существовало запрета для плебеев исполнять консульскую должность, но фактически после децемвирата они были лишены этого права. Поэтому народные трибуны наложили вето на законопроект патрициев. Разразился кризис, т.к. патриции не хотели больше выбирать коллегию консулярных трибунов, а народные трибуны препятствовали консульским выборам.

Как только возникла опасность войны, патриции должны были отступить, и в 370 г. до н.э. снова в качестве высших магистратов действовали военные трибуны с консульской властью. Но успех плебеев был относительным – все 6 консулярных трибунов были выбраны из патрициев. То же повторилось в 369 и 368 гг. до н.э.

Вот тогда у плебеев и родилась мысль согласиться с предложениями патрициев, но при этом законом зафиксировать свое право на одно из консульских мест. С таким законопроектом выступили народные трибуны 368 г. до н.э. Луций Секстий и Гай Лициний. Теперь возмутились патриции, что привело ко второму кризису, заставившему назначить диктатором Марка Фурия Камилла. Первая попытка добиться компромисса не увенчалась успехом. Но Камилл все-таки сумел к своей славе полководца и «второго основателя Рима» добавить славу примирителя сословий, восстановившего внутренний мир в государстве. В 367 г. до н.э. соглашение было достигнуто. Плебеи не возражали против реорганизации системы магистратур, а патриции позволяли Секстию и Лицинию провести свои законы.

Отметим, что важнейшим по-прежнему оставался аграрный вопрос, однако теперь он ставился по-иному. Военные успехи конца V и особенно IV века чрезвычайно расширили фонд римского общественного поля. Вскоре после разрушения Вей на их месте были учреждены четыре сельские трибы. В 357 г. до н.э. две сельские трибы были основаны на территории вольсков.

По мере роста завоеваний большая часть земель оставалась нераспределенной. Римским гражданам предоставлялось право свободно их занимать. Основным содержанием аграрного вопроса становится теперь не столько борьба за право доступа к общественному полю, сколько бурный рост крупных земельных владений и концентрация земельной собственности на территории общественного поля.

Крупными земельными собственниками оставались преимущественно патриции. Это и привело к новому обострению борьбы между плебеями и патрициями, тем более что неизбежным следствием было разорение свободного производителя, рост задолженности и кабального рабства.

Законодательство Лициния и Секстия подтверждает, что эти явления были широко распространены уже в первой половине IV в. до н.э. Это законодательство ставило своей целью разрешение всех коренных вопросов, вокруг которых шла борьба между патрициями и плебеями, – аграрной и долговой проблем, а также вопроса о политической власти.

Согласно традиционной версии, народные трибуны Лициний и Секстий боролись за утверждение своих законопроектов в течение десяти лет. В 367 г. до н.э. эти законы были наконец приняты.

Первый из них ограничивал определенной нормой владение общественной землей. Никто не имел права владеть более чем 500 югерами (125 гектарами) земли. Второй касался вопроса о политических правах. Восстанавливалась должность консулов, вместо которых в последние годы избирались военные трибуны с консульской властью. Один консул должен был избираться обязательно из плебеев. Третий закон частично удовлетворял интересы должников. Проценты на совершенный заем засчитывались в долг, а оставшуюся сумму можно было погашать в течение трех лет. Разумеется, это облегчение было относительным. Его никак нельзя сравнивать с «сейсахвией» Солона.

Законы Лициния и Секстия стали вехой в развитии дальнейшей истории Рима, в частности в области формирования нобилитета, в состав которого наряду со старыми патрицианскими родами стали входить богатые представители плебса, добившиеся консулата.

Таким образом, в 367-366 гг. до н.э. была осуществлена административная реформа, в результате которой военные трибуны с консульской властью, каждый из которых имел равные права и обязанности, что создавало неудобство управления, были заменены 2 консулами, претором и 2 курульными эдилами. Одновременно с этим реформа стала поворотным пунктом в борьбе плебеев за право исполнения высшей магистратуры, так как впервые их право на консулат было зафиксировано в законе.

В 326 г. до н.э. был принят закон Петелия, согласно которому должник отвечал перед кредитором своим имуществом, а не личностью. Закабаленные были освобождены. Продажа в рабство за долги запрещалась навсегда. Так в Риме, как некогда в Афинах благодаря реформам Солона, было отменено долговое рабство.

Большое значение для всего Рима имела и деятельность цензора 312 г. до н.э. Аппия Клавдия. Должность цензора с 442 г. по 351 г. до н.э. замещалась только патрициями. В своей деятельности Аппий Клавдий опирался на торговые ремесленные круги плебса. Кроме того, Аппий Клавдий на правах цензора разрешил гражданам, которые не имели земельной собственности, приписываться не только к городским трибам, но и к сельским.

С тех пор представители торгово-ремесленных кругов – городской плебс и вольноотпущенники, будучи более равномерно распределенными по трибам, могли оказывать влияние на голосование и более организованно отстаивать свои интересы в комициях. Проведений этой реформы означало фактическое приравнение денежного ценза к земельному.

Таким образом, в IV в. до н.э. плебеи получили доступ ко всем должностям в республике, включая и высшие жреческие.

К 287 г. до н.э. традиция относит новую сецессию плебеев на Яникульский холм. Диктатор Квинт Гортензий, назначенный из плебеев, провел закон, сущность которого сводилась к повторению закона Валерия и Горация. Решения трибутной комиций получали силу закона для всех граждан и не нуждались в одобрении сената. Событиями 287 г. до н.э. завершилась борьба между патрициями и плебеями, что привело к существенным изменениям в социальной структуре Римской республики.

Анализируя характер борьбы плебса с патрициями можно отметить наличие параллели борьбы демоса против аристократов в Афинах.

Во-первых, борьба демоса в Афинах в VIII-VI вв. до н.э. была обусловлена примерно теми же причинами, что и плебса в Риме: в Греции с одной стороны начинали развиваться промышленность и торговля, входили в употребление и приобретали большое значение деньги, росла новая сила – демос, народ, а с другой усиливались произвол и злоупотребления правящей аристократии, экономический гнет и задолженность массы, особенно бедственная вследствие сурового долгового права, обрекавшего неисправного должника на рабство.