Отмена крепостного права. 15

Содержание

Введение…………………………………………………….....2

I.Подготовка отмены крепостного  права…………………….3

II.Положение от 19 февраля  1861 года………………………7

   1. Личное освобождение……………………………………8

   2. Размеры полевого  надела………………………………...9

   3. Повинности………………………………………………12

   4. Выкуп…………………………………………………….15

   5. Правовое положение……………………………………17

III.Последствия крестьянской  реформы……………………18

Заключение…………………………………………………...23

Список литературы…………………………………………..25

Введение

Время царствования Александра II (1856-1881) стало эпохой «великих реформ». Ее центральным событием стала отмена крепостного права[1].

В 1856—1857 гг. в ряде южных  губерний произошли крестьянские волнения. Они быстро затихли, но лишний раз  напомнили, что помещики сидят на вулкане[2].

Крепостное хозяйство  таило в себе угрозу. Оно не обнаруживало явных признаков скорого своего краха и развала. Оно могло  просуществовать еще неопределенно  долгое время. Но свободный труд производительнее подневольного — это аксиома. Крепостное право диктовало всей стране крайне замедленные темпы  развития. Крымская война наглядно показала растущее отставание России. В ближайшее время она могла  перейти в разряд второстепенных держав. Крепостное право, слишком похожее  на рабство, было безнравственно.

События отмены крепостного  права в России 1861 г. будут освещены в работе. Таким образом, цель работы  рассмотреть следующие вопросы -

подготовка отмены крепостного  права, положение от 19 февраля 1861 года, последствия крестьянской реформы.

I.Подготовка отмены крепостного  права

Отмена крепостного права  затрагивала жизненные основы огромной страны. В конституционных государствах все крупные мероприятия сначала  разрабатываются в соответствующих  министерствах, затем обсуждаются  в Совете министров, а затем вносятся в парламент, которому принадлежит  решающее слово. В России в то время  не было ни конституции, ни парламента, ни Совета министров. Поэтому потребовалось  создать громоздкую систему центральных  и местных учреждений специально для разработки крестьянской реформы.

 Вскоре после заключения  Парижского мира Александр II, выступая в Москве перед предводителями  дворянства, заявил, что "лучше  начать уничтожение крепостного  права сверху, нежели ждать того  времени, когда оно начнет само  собой уничтожаться снизу". Намекая  на пугачевщину, царь затронул  очень чувствительную для помещиков  тему. "Передайте слова мои  дворянам для соображения", - сказал  он в конце речи.

  Подготовка отмены  крепостного права началась с  января 1857 года с создания Секретного  комитета «для обсуждения мер  по устройству быта помещичьих  крестьян». Подчиняясь воле монарха,  комитет признал необходимость  постепенной отмены крепостного  права. В ноябре 1857 года был  подписан и разослан по всей  стране рескрипт на имя виленского  генерал-губернатора В.И. Назимова, который объявлял  о начале  постепенного освобождения крестьян  и предписывал создать в каждой  губернии дворянские комитеты  для внесения предложений и  поправок в проект реформы[3].

Рескрипт Назимову был  опубликован. 21 февраля Секретный  комитет переименовали в Главный  комитет по крестьянскому делу. Реформа  стала разрабатываться в обстановке гласности. Началось широкое обсуждение реформы в печати.

Обстановка гласности  вынудила помещиков откликнуться на призыв царя. К лету 1858г. почти повсеместно  были созданы губернские дворянские комитеты.  Губернские дворянские комитеты составляли проекты по крестьянскому  вопросу и посылали их в Главный  комитет по крестьянскому делу, который  в соответствии со своей программой планировал предоставление крестьянам личной свободы без земли, остававшейся собственностью помещиков. Для рассмотрения этих проектов и составления подробного проекта реформы были образованы редакционные комиссии[4].

 Все текущие дела  по подготовке реформы сосредоточились  в руках министра внутренних  дел Николая Алексеевича Милютина (1818-1872). Милютин был близок к  Кавелину и старался реализовать основные положения его записки. Большую помощь оказал ему славянофил Ю.Ф. Самарин, член редакционных комиссий.

 Помещики с недоверием  отнеслись к редакционным комиссиям,  и Александр II обещал, что представители  дворянства будут вызваны в  Петербург, ознакомлены с документами  и смогут высказать свое мнение. К августу 1859 г. проект был  подготовлен и встал вопрос  о приезде дворянских представителей. Опасаясь, как бы они не образовали  какое-нибудь подобие парламента, правительство решило вызвать  дворян в столицу в два приема (сначала от нечерноморских губерний, а затем от черноморских). Вызванным  было запрещено собираться на  официальные заседания. Их приглашали  по 3 4 человека в редакционные  комиссии и просили отвечать  на задаваемые вопросы. Дворяне  были очень недовольны таким  поворотом дела.

 Помещики нечерноморских  губерний не возражали против  наделения крестьян землей, но  требовали за нее выкуп, несоразмерный  с ее стоимостью. Тем самым  они пытались включить в сумму  выкупа компенсация за оброк.  Они настаивали также на том,  чтобы правительство гарантировало  выкупную операцию.

 Кроме того, помещики  опасались, что власть правительственной  бюрократии слишком усилится, если  она заберет в свои руки  все дело управления крестьянами.  Чтобы отчасти нейтрализовать  эту опасность, дворянские депутаты  требовали свободы печати, гласности,  независимого суда и местного  самоуправления. В ответ правительство  запретило на ближайших дворянских  собраниях обсуждать вопрос о  реформах.

 Этот запрет вызвал  сильное брожение среди дворянства, особенно в нечерноморских губерниях,  где оно было более просвещенным  и либеральным. На собрании  тверского дворянства помещик  А.И. Европеус (бывший петрашевец) произнес яркую речь против  произвола бюрократии, нарушающей  законные права дворян, и был  отправлен в новую ссылку в  Пермь. Вятка была избрана местом  ссылки для тверского губернского  представителя дворянства А.М.  Унковского. Александр II показал,  что он кое-чему научился у  своего отца. Эти события напомнили  о том, как слабо защищены  в России права отдельных граждан. 

 Тем временем, в начале 1860 г., в Петербург съехались дворянские  представители от черноморских  губерний. Их критика правительственного  проекта была еще резче. Они  увидели в деятельности редакционных  комиссий проявление демократических,  республиканских и даже социалистических  тенденций. Громкими криками о  разных опасностях, якобы грозящих  государству, помещики хотели  замаскировать свое нежелание  дать крестьянам землю. Но землевладельцы  их южных губерний не выдвигали  требований относительно гласности  и различных свобод, и правительство  не подвергло их репрессиям. Дворянским  представителям было обещано,  что их замечания по возможности  будут учтены.

  Председателем редакционных  комиссий был назначен министр  юстиции граф В.Н. Панин, известный  консерватор. На каждом последующем  этапе обсуждения в проект  вносились те или другие поправки  крепостников. Реформаторы чувствовали,  что проект все более сдвигается  от "золотой середины" в сторону  ущемления крестьянских вопросов. Тем не менее обсуждение реформы  в губернских комитетах и вызов  дворянских представителей не  остались без пользы. Милютин  и Самарин (главные разработчики  реформы) поняли, что она не  может осуществляться на одинаковых  основаниях во всей стране, что  нужно учитывать местные особенности.  В черноморских губерниях главную  ценность представляет земля,  в нечерноморских крестьянский  труд, овеществленный в оброк.  Они поняли также, что нельзя  без подготовки отдать помещичье  и крестьянское хозяйство во власть рыночных отношений; требовался переходный период. Они утвердились в мысли, что крестьяне должны быть освобождены с земли, а помещикам следует предоставить гарантированный правительством выкуп. Эти идеи и легли в основу законоположений о крестьянской реформе.

II.Положение от 19 февраля  1861 года

19 февраля 1861г., в шестую  годовщину своего восшествия  на престол, Александр II подписал  все законоположения о реформе  и манифест об отмене крепостного  права. Поскольку правительство  опасалось народных волнений, публикация  документов была отложена на  две недели для принятия предупредительных  мер. 5 марта 1861 г. манифест был  прочитан в церквях после обедни. На разводе в Михайловском  манеже Александр сам причитал  его войскам. Так пало крепостное  право в России. "Положения  19 февраля 1861, г." распространялись  на 45 губерний Европейской России, в которых насчитывалось 22 563 тыс.  душ обоего пола крепостных  крестьян, в том числе 1467 тыс.  дворовых и 543 тыс., приписанных  к частным заводам и фабрикам.

1.Личное освобождение

«Положения 19 февраля 1861 года о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» состояли из ряда отдельных  законов, трактовавших те или иные вопросы  реформы. Наиболее важным из них являлось «Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости», в котором  излагались основные условия от­мены  крепостного права. Крестьяне получали личную свободу и право свободно распоряжаться своим иму­ществом. Помещики сохраняли собственность  на все принадлежавшие им земли, однако обязаны были пре­доставить в  постоянное пользование крестьянам «усадебную оседлость», т.е. усадьбу, с  приусадебным участком, а также и  полевой надел «для обеспечения  их быта и для выполнения их обязанностей перед правительством и помещиком..,». За пользование помещичьей землей крестьяне  обязаны были отбывать барщину или  платить оброк. Они не имели права  отказаться от полевого надела, по крайней  мере в первые девять лет (в последующий  период отказ от земли был ограничен  рядом  условий, затруднявших  осуществление  этого права).

Это запрещение достаточно ярко характеризовало помещичий характер реформы: условия «освобождения» были таковы, что крестьянину сплошь и  рядом было невыгодно брать землю. Отказ же от нее лишал помещиков  либо рабочей силы, либо дохода, получаемого  ими в виде оброка.

2.Размеры полевого надела

Размеры полевого надела и  повинности должны были быть зафиксированы  в уставных грамотах, для составления  которых отводился двухлетний срок. Составление уставных грамот поручалось самим помещикам, а проверка их-так  называемым мировым посредникам, которые  назначались из числа местных  дворян-помещи­ков. Таким образом, посредниками между крестьянами и помещиками выступали те же помещики.

Уставные грамоты заключались  не с отдельным крестьянином, а  с «миром», т. е. с сельским обществом  кре­стьян, принадлежавших тому или  иному помещику, в результате чего и повинности за пользование землей взи­мались с «мира». Обязательное наделение землей и установление круговой поруки в отношении уплаты повин­ностей фактически приводили  к закрепощению крестьян «миром». Крестьянин не имел права уйти из общества, получить паспорт — все это зависело от решения «мира». Крестьянам предоставлялось  право выкупа усадьбы, выкуп же полевого надела определялся волей помещика. В случае желания помещика продать  свою землю кре­стьяне не имели права  отказываться. Крестьяне, выкупившие свои полевые наделы, именовались крестьянами-собственниками «выкуп производился также не отдельным  лицом, а всем сельским обществом». Таковы основные условия отмены крепостного  права, изложенные в «Общем положении».

Эти условия полностью  отвечали интересам помещиков. Установление временнообязанных отношений сохраняло  на неопределенный срок феодальную систему  эксплуатации. Прекращение этих отношений  определялось исключительно волей  помещиков, от желания которых зависел  перевод крестьян на выкуп. Реали­зация  реформы передавалась целиком в  руки помещиков.

Размер земельных наделов, а также платежи и повинности за пользование ими определялся  «Местными положениями». «Местных положений» было издано четыре.

1. «Местное положение о  поземельном устройстве крестьян, водворенных на помещичьих землях  в губерниях: великороссийских, новороссийских  и белорусских» 

2. «Малороссийское местное  положение», распространявшееся на  Левобережную часть Украины: Черниговскую, Полтавскую и остальную часть  Харьковской губернии.

3. «Положение» для Левобережной  Украины определялась тем, что  на Украине общины не существовало  и наделение землей производилось,  в зависимости от наличия тягловой  силы.

4. «Местные положения»  для Правобережной Украины —  губерний Киевской, Подольской, Волынской,  а также для Литвы и Белоруссии  — губерний Виленской, Гродненской,  Ковенской, Минской и части  Витебской . Это определялось  политическими соображениями, ибо  помещиками в этих районах  было польское дворянство.

Согласно «Местному положению» семейные участки сохранялись в  дореформенных размерах, уменьшаясь пропорционально производимым отрезкам. Подобное распределение земли соответствовало  фактическому положению, определявшемуся  наличием разных категорий крепостных, хотя различие между тягловыми и  пешими юридически ликвидировалось. Безземельные крестьяне получали наделы в том  случае, если произ­водилась прирезка земли.

По «Малороссийскому положению» помещику также предоставлялось  право уменьшать крестьянский надел  до одной четверти высшего, если по взаимному соглашению помещик передавал  его крестьянам безвозмездно.

В несколько лучшем положении  оказались крестьяне Правобережной  Украины, т.е. в тех районах, где  поме­щиками было польское дворянство. По «Местному положению» для Киевской, Волынской и Подольской губерний за крестьянами закреплялась вся  земля, которой они пользовались согласно инвентарным правилам 1847 и 1848 гг. Если помещик уменьшил крестьянские наделы после введения инвентарей, то согласно «Положению» он должен был возвратить эту землю крестьянам.

По «Местному положению», распространявшемуся на Виленскую, Гродненскую, Ковенскую, Минскую и  часть Витебской губернии, за крестьянами  сохранялась вся земля ко времени  утверждения «Положения», т.е. к 19 февраля 1861 г., которой они пользовались. Правда, помещик также имел право  сокращать размеры кре­стьянских  наделов, если у него оставалось менее  одной трети удобных земель. Однако согласно «Положения» крестьянский надел «...не может быть ни в каком  случае... уменьшаем более чем  на одну шестую часть; остальные пять шестых образуют неприкосновенную землю  крестьянского надела...»

Таким образом, при обеспечении  крестьян землей в большинстве губерний помещикам предоставлялись широкие  возможности для ограбления крестьянства, т. е. обезземеливания его. Помимо уменьшения кресть­янского надела, помещики могли  еще ограбить крестьян, переселяя  их на заведомо негодные земли.

3.Повинности

Повинности за пользование  землей подразделялись на денежные (оброк) и издольщину (барщину). В «Положении»  говорилось, что крестьяне не обязаны  нести в пользу помещика какие-либо дополнительные повинности, а также  уплачивать ему натуральную дань (птицей, яйцами, ягодами, грибами и  т. д.). Основной формой повинностей  был денежный оброк, размер которого в каждой губернии примерно соответствовал дореформенному. Это обстоятельство ясно обнаруживало, что оброк определялся  не стоимостью земли, а теми доходами, которые получал помещик от личности крепостного крестьянина.

Наивысший оброк устанавливался там, где земля приносила незначительный доход, и, наоборот, преимущественно  в черноземных губерниях оброк  был значительно ниже. Это указывало  на полное несоответствие между ценой  на землю и устанавливаемым оброком. Последний не являлся своеобразной арендной платой за пользование землей и сохранял характер феодальной повинности, обеспечивавшей поме­щику тот доход от личности крестьянина, который он получал до реформы.

Если учесть, что земельные  наделы были уменьшены по сравнению  с дореформенным периодом, а оброк  остался прежним, то станет ясно, что  доход помещика не только не уменьшался, но даже увеличивался. Размер оброка мог  быть по ходатайству помещика увеличен до одного рубля с души (в случае занятия крестьянина торговлей, либо промыслами, либо, учитывая выгодное местоположение деревни,— близость к крупным торговым центрам и  городам и т.д.). Крестьянам также  предоставлялось право просить  о снижении оброка по причинам низкого  качества земли либо по другим основаниям. Ходатайства крестьян о снижении оброка должны были быть поддержаны мировым  посредником и разрешаться губернским по крестьянским делам присутствием.

Средством для установления еще большего несоответствия между  доходностью земли и повинностями служили так называемые градации оброка, вводившиеся для всех трех полос (на Украине, в Литве и в  западных губерниях Белоруссии эти  градации отсутствовали). Суть их заключалась  в том, что оброк, установленный  для высшего душевого надела, не уменьшался пропорционально в случае предоставления крестьянину неполного  надела, а, наоборот, исчислялся обратно  пропорционально размеру надела.

Для определения суммы  оброка, взимавшегося по «Великороссийскому положению» за крестьянские усадьбы  подразделялись на четыре разряда. К  первому разряду относились усадьбы  в земледельческих районах, т.е. в  черноземных губерниях, «не представлявшие никаких особенных выгод».  K второму  разряду относились усадьбы в  тех имениях, где хозяйство крестьян не ограничивалось только земледелием, а «поддерживалось преимущественно  торговлей и заработками от отходных или местных промыслов».  К  третьему разряду относились усадьбы, представлявшие «какие-либо важные местные  выгоды», а также находившиеся не далее 25 верст от Петербурга и Москвы. К четвертому разряду относились усадьбы, приносившие особый доход.

Оброк должен был уплачиваться помещику от всего общества «при круговом друг за друга ручательстве» крестьян. При этом помещик имел право требовать  его вперед за полгода. Определявшийся «Положением» раз­мер оброка устанавливался сроком на 20 лет, после чего предполагалось переоброчка на следующее двадца­тилетие, предусматривавшая повышение оброка в связи с подорожанием земли. Взимание оброка за усадьбу предполагалось в тех случаях, когда крестьяне  не пользовались полевым наделом  либо выкупали лишь одну усадьбу.

Другим видом повинности является барщина. Работы на земле помещика подразделялись на конные и пешие  дни. Конный день отбывали с одной  лошадью и необходимыми орудиями (соха, борона, телега). Соотношение  между конными и пешими днями  определялось по усмотрению помещика. Продолжительность работы устанавливалась  в летнее время 12 часов, а в зимнее—9 . Если душевой надел был менее высшего или указного, то количество барщинных дней уменьшалось, однако не пропорционально.

Градации существовали не только при уплате оброка, но и при  отработке барщины. Выполнение барщинной  повинности могло осуществляться и  на основе урочного положения, если этого  требовали помещик или крестьянское общество. Барщину должны были выполнять  мужчины в возрасте от 18 до 55 лет, женщины—от 17 до 50 лет. За исправное  отбывание барщины отвечало все  общество (община) на основе круговой поруки. До истечения двухлетнего срока  со дня издания «Положения» крестьяне  имели право переходить с барщины  на оброк лишь с согласия помещика; по истечении этого срока согласия не требовалось, однако крестьяне обязаны  были предупредить помещика за год  вперед.

Итак, оброк, установленный  «Положениями», представлял собой  по-прежнему феодальную ренту. Размеры  оброка не только полностью обеспечивали сохранение дореформенного дохода помещиков, но даже несколько увеличивали его, принимая во внимание уменьшение крестьянских наделов. Барщина же по сравнению  с доре­форменным периодом была существенно  сокращена, однако это мало задевало интересы помещиков. Во-первых, основной формой повинности после реформы  становился оброк. Во-вторых, помещики сохраняли широкие возможности  для использования труда крестьян в виде различных форм отработок  за пользование отрезанной у них  земли.

4.Выкуп

По «Общему положению» крестьяне обязаны были выкупить усадьбу, выкуп же полевого надела зависел  исключительно от воли помещика. Условия  выкупа излагались в специальном  «Положении о выкупе крестьянами, вышедшими  из крепостной зависимости, их усадебной  оседлости и о содействии правительства  к приобретению сими крестьянами  в собственность полевых угодий». Выкуп усадьбы разрешался в любое  время при условии отсутствия недоимки. Как и во всех статьях, касавшихся установления размера надела и повинностей, в «Положение о выкупе» была включена стереотипная фраза о том, что размер выкупа как за усадьбу, так и за полевой надел устанавливаются «по добровольному соглашению». Наряду с этим вводились точные нормы, которые и определяли в действительности размер выкупа. Сумма как за усадьбу, так и за полевой надел должна была определяться количеством оброка, установленного для крестьян. Выкуп надела мог быть осуществлен либо по добровольному соглашению помещика с крестьянами, либо по одностороннему требова­нию помещика вопреки желанию крестьян.

Крестьяне, за исключением  единиц, не могли внести единовременно  всей суммы капитализированного  оброка. Помещики же были заинтересованы в получении выкупа сразу. В целях  удовлетворения интересов помещиков  правительство оказывало «содействие  в приобретении крестьянами в  собственность их полевых угодий», т.е. организовало «выкупную операцию».

Сущность ее заключалась  в том, что крестьяне получали выкупную ссуду, выдававшуюся государством единовременно помещику, которую  крестьяне постепенно погашали. «Содействие  правительства», т.е. выдача выкупных ссуд распространялось по «Положению о выкупе»  лишь на крестьян, состоявших на оброке. Условия выкупной операции предполагали выдачу ссуды в размере 80% стоимости  капитализированного оброка при  условии соответствия надела размерам его по уставной грамоте и ссуды  в размере 75% в случае уменьшения надела по сравнению с уставной грамотой. Эта сумма, за вычетом долга помещика кредитным учреждением (в случае, если имение было заложено), выдавалась ему пятипроцентными государственными банковыми билетами и выкупным свидетельством. Помимо этого, крестьяне, приступая  к выкупу, должны были внести предварительно в кассу уездного казначейства дополнительный платеж, доплачиваемый к выкупной ссуде, в размере одной пятой  выкупной ссуды, если приобретался весь надел, и одной четверти, если приобреталась  часть надела. Если же выкуп полевого надела осуществлялся не в результате добровольного соглашения между  помещиками и крестьянами, а вследствие одностороннего требования помещика, то дополнительный платеж не полагался. Полученную от правительства выкупную сумму крестьяне обязаны были погашать в течение 49 лет по 6% ежегодно.

 «Положения 19 февраля  1861 г.» являются просто грабежом  крестьян. И при этом наиболее  грабительской была выкупная  операция. Именно благодаря ей  крестьяне нередко принуждены  были отказываться от той земли,  которую они имели право получить  по условиям реформы.

Погашение крестьянами выкупных платежей производилось сельскими  обществами, т.е. «миром», на основе принципа круговой поруки. Вплоть до окончания  погашения выкупных платежей крестьяне  не имели права ни закладывать, ни продавать приобретенную ими  в собственность землю.

Выкупная операция, несмотря на ее буржуазный характер, была крепостнической. В основу выкупа была положена не фактическая  стоимость земли, а капитализированный оброк, представлявший собой одну из форм феодальной ренты. Следовательно, выкупная операция давала возможность  помещику сохранить в полном раз­мере тот доход, который он получал  до реформы. Именно вследствие этого  перевод крестьян на выкуп соответ­ствовал  интересам основной массы помещиков, особенно той ее части, которая стремилась перейти к капитали­стическим методам  своего хозяйства.

5. Правовое положение

По «Общему положению» крестьяне получили «права состояния  свободных сельских обывателей».

Однако зачислялись они  в разряд так называемых податных сословий, которые в отличие от привилегированных должны были платить  подушную подать, нести рекрутскую повинность. Крестьяне оста­вались  в известной зависимости от местного дворянства, и временно обязанные  к тому же и от своих прежних  владельцев.

По отношению к временно обязанным помещик имеет широкие  права—он являлся «попечителем»  сельского общества. Ему предоставлялось  «право надзора за охраной общественного  порядка и общественной безопасности на пространстве принадлежащего ему  имения», помещику предоставлялись  права вотчинной полиции, т. е. в  полицейском отношении ему подчинялись  сельские власти (помещик имел право  требовать смены сельского ста­росты  либо других лиц сельской администрации). Более того, в течение первых девяти лет помещику предостав­лялось «...право, если он признает присутствие какого-либо крестьянина в обществе вредным  или опасным, предложить самому обществу об исключении того крестьянина и  представлении его в распоряжение правительст­ва». Если общество не соглашалось  с помещиком, он мог добиться высылки  из общества неугодного ему крестьянина. Согласно «Положению» в селениях бывших помещичьих крестьян создавались  органы крестьянского «общественного»  управления, находившиеся в большой  зависимости от местного дворянства и административно-полицейских властей.

«Положения 19 февраля», несмотря на их крепостнический грабительский  характер, имели огромное перво­степенное  значение для развития новых, буржуазных отношений. Ликвидация личной зависимости, перевод крестьян на выкуп, хотя и ограниченный волей помещика, - все это создавало условия для утверждения в России капиталистической формации.

III.Последствия крестьянской  реформы

Обнародование «Положений» 19 февраля 1861 г., содержание которых  обмануло надежды крестьян на «полную  волю», вызвало взрыв крестьянского  протеста весной 1861 г. За первые пять месяцев 1861 г. произошло 1340 массовых крестьянских волнений, всего же за год —1859 волнений. Более половины их (937) было усмирено военной силой. Фактически не было ни одной губернии, в которой в  большей или меньшей степени  не проявился бы протест крестьян против невыгодных для них условий  дарованной «воли». Продолжая уповать  на «доброго» царя, крестьяне никак  не могли поверить, что от него исходят  такие законы, которые на два года оставляют их фактически в прежнем  подчинении у помещика, вынуждают  исполнять ненавистную барщину  и платить оброки, лишают их значительной части прежних наделов, а предоставленные  им земли объявляют дворянской собственностью. Одни считали обнародованные «Положения»  поддельным документом, который был  составлен помещиками и договорившимися  с ними заодно чиновниками, скрывшими  настоящую, «царскую волю», другие же пытались отыскать эту «волю» в некоторых  непонятных, потому по-разному толкуемых, статьях царского закона. Появлялись и подложные манифесты о «воле».