Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Отмена крепостного права в России. 16

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ГОУ ВПО САХАЛИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ФАКУЛЬТЕТ ЕСТЕСТВЕННЫХ НАУК

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА ПО ДИСЦИПЛИНЕ

«ИСТОРИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ГОСУДАРСТВА И ПРАВА»

Тема: «Отмена крепостного права в России»

Костюниной Марины Александровны

студента II курса заочной формы обучения (4 года)

специальность юриспруденция

2013 год

г. Южно-Сахалинск

Содержание

Введение …………………………………………………………….3
Предпосылки отмены крепостного права…………….………….4
Подготовка к отмене крепостного права…………………………6
Содержание «Положения» от 19 февраля 1861 г. ………………7
Итоги реформы 1861 г. ……………………………………………15
Заключение …………………………………………………………17
Список литературы ……………………………………………..…18

Введение

19 февраля 1855 г. на престол вступил старший сын Николая I - Александр II Николаевич (1855 - 1881 гг.).

Александр Николаевич по желанию отца воспитывался в простой обстановке. Николай I говорил, что хочет в сыне воспитать, прежде всего, человека. В воспитатели цесаревичу был выбран поэт В.А. Жуковского, человек умный, образованный, благородный. Целью воспитания и образования В.А. Жуковский провозгласил "образование для благодетели". Отец позаботился о том, что цесаревич стал "военным человеком". Александр Николаевич с детства мог часами смотреть на парады, разводы петербургской гвардии. Александр Николаевич находился под сильным влиянием отца, перенял многие его качества, но был человеком мягким и великодушным.

В первый день восшествия на престол Александр Николаевич был одушевлён самым искренним намерением сделать всё для устранения недостатков русской жизни.
В день коронации 26 августа 1856 г. была дарована амнистия декабристам, 9000 человек получили освобождение от полицейского надзора, был закрыт цензурный комитет, было отменено ограничение числа студентов университетах, был разрешён выезд российских подданных за границу, многих николаевских сановников Александр II отправил в отставку.

Александр II был намерен искоренить недостатки русской жизни. Главным недостатком он считал крепостное право. К этому времени идея отмены крепостного права получила широкое распространение в "верхах": правительстве, среди чиновничества, дворянства, интеллигенции. Александр II крепостное право также считал величайшим злом и решил его уничтожить.

В правление Николая I был собран большой подготовительный материал по проведению крестьянской реформы. По свидетельству П.Д. Киселёва, незадолго до своей кончины в беседе о крепостном праве Николай I сказал наследнику: "Гораздо лучше, чтобы это произошло сверху, нежели снизу". И Александр II решился.

Предпосылки отмены крепостного права

В исторической науке существуют различные мнения относительно причин, которые заставили самодержавие пойти на отмену крепостного права. В советский период господствующей являлась точка зрения, что крепостное право себя изжило: не заинтересованность крестьян в результатах своего труда, ужесточение эксплуатации в помещичьих имениях вели к заметному застою и деградации сельского хозяйства. Доходность помещичьих имений падала. Крепостное право тормозило развитие производительных сил в сельском хозяйстве, мешало развитию промышленности и торговли. Это привело к росту социальной напряжённости на рубеже 50-х - 60-х гг. XIX в. А так же стало одной из причин поражения в Крымской войне (1853-1856 г.г.) Социальная напряжённость выразилась в подъёме крестьянского движения и выступлениях радикальных общественных деятелей - Н.Г. Чернышевского, Н.А. Добролюбова и др. Вследствие этого в 60-х гг. в России сложилась революционная ситуация. По мнению В.И. Ленина, революционная ситуация не переросла в революцию, так как в России тех лет не было революционного класса. Революционные силы были настолько слабы, что, проведя буржуазные реформы, правительство смогло снять революционную ситуацию.

Основные положения другой точки зрения заключаются в том, что крепостное право далеко не исчерпало своих возможностей, антиправительственные выступления были крайне слабы. Ни экономическая, ни социальная катастрофа России не грозили. Главной бедой русского крестьянина в то время было не отсутствие земли и свобод, а разболтанность, нежелание работать, уход в другие религии. Но, сохраняя крепостное право, Россия могла выбыть из числа великих держав. Крестьянская реформа была вызвана в первую очередь внешнеполитическими факторами, необходимостью сохранить статус России как великой державы.

Собирая воедино разные точки зрения, можно выделить несколько главных причин отмены крепостного права в России:

- во-первых, крепостничество сдерживало развитие промышленности, медленно шло накопление капитала. Россия могла перейти в разряд второстепенных государств;

- во-вторых, крестьянские хозяйства разорялись, так как помещики увеличивали барщину в Черноземье, а оброчные крестьяне уходили на заводы, подрывалась основа крепостнической экономики, базирующейся на принудительном, крайне неэффективном труде крепостных крестьян;

- в-третьих, кризис крепостничества явился одной из главных причин поражения страны в Крымской войне, которая показала военно-техническую отсталость России. Была подорвана финансовая система; крестьяне разорялись из-за рекрутских наборов, роста повинностей. Началось массовое бегство крестьян от помещиков;

- в-четвертых, рост числа крестьянских волнений (в 1860 г. произошло 126 выступлений крестьян) создавал реальную угрозу превращения разрозненных выступлений в новую «пугачевщину»;

- в-пятых, осознание правящими кругами, что крепостное право - «пороховой погреб» под государством. От либеральных помещиков, ученых, даже родственников царя, в частности младшего брата великого князя Константина, в адрес правительства стали поступать предложения, проекты реформирования земельных отношений. Александр II, выступая в 1856 году перед представителями московского дворянства, говорил: «Если мы не освободим крестьян сверху, то они освободят себя снизу»;

- в-шестых, крепостное право, как форма рабства, осуждалось всеми слоями русского общества.

Подготовка к отмене крепостного права

В стране было 25 млн. крепостных крестьян. Крепостное право слагалось на Руси веками - с 1497 г. по 1649 гг.- и было тесно связано с разными сторонами жизни русского крестьянина. Крестьянин зависел от феодала в личном, земельном, имущественном, юридическом отношениях. Мир вокруг русского крестьянина не менялся веками. Теперь крестьянина нужно было освободить от опеки помещика, дать ему личную свободу.

Нужно было решить сложнейшую задачу: с землёй или без земли освобождать крестьянина; за чей счёт наделять его землёй - у государства такого количества земли не было.

В начале 1857 г. для подготовки крестьянской реформы был учреждён Секретный комитет. Затем правительство решило ознакомить общество о своих намерениях, и Секретный комитет был переименован в Главный комитет. Дворянство всех областей должно было создавать губернские комитеты для выработки крестьянской реформы. Во всех комитетах развернулась настоящая борьба по вопросу: с землёй или без земли освобождать крестьян. В начале 1859 г. для обработки проектов реформы дворянских комитетов были созданы Редакционные комиссии во главе с Я.И. Ростовцевым. Комиссии стали готовить проект крестьянской реформы. В сентябре 1860 г. выработанный проект реформы был обсуждён депутатами, присланными дворянскими комитетами, а затем передан в высшие государственные органы.

В середине февраля 1861 г. Положение об освобождении крестьян было рассмотрено и одобрено Государственным советом.

18 февраля 1861 г. в шестую годовщину смерти своего отца Николая I император долго молился у его гробницы в Петропавловском соборе. На другой день, 19 февраля, ему принесли для подписания документы об отмене крепостного права.
Это был великий закон. Александр II знал, насколько глубокие изменения в русской жизни последуют за его подписанием. Он приказал всем выйти из кабинета. Царь хотел остаться наедине со своей совестью.

19 февраля 1861 г. Александр II подписал два документа:
Манифест "О всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей"; "Положение" о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости.

В этих двух документах содержалась суть крестьянской реформы.
Манифест был объявлен в обеих столицах в большой религиозный праздник - Прощённое воскресенье - 5 марта 1861 г., в других городах - в ближайшую неделю. Власть словно бы просила прощения у русского крестьянства за все те обиды, которые она ему нанесла.

Манифест и "Положения" касались трёх основных вопросов: личное освобождение крестьян; наделение их землёй; выкупная сделка.

Содержание «Положения» от 19 февраля 1861 г.

«Положения» 19 февраля 1861 г. были представлены 17 законодательными актами: «Общим положением», четырьмя «Местными положениями о поземельном устройстве крестьян», «положениями» — о выкупе, об устройстве дворовых людей, о губернских по крестьянским делам учреждениях, а также «правилами» — о порядке введения в действие «Положений», о крестьянах мелкопоместных владельцев, о приписанных к частным горным заводам людях и пр.

Ликвидация феодальных отношений в деревне — не единовременный акт 1861 г., а длительный процесс, растянувшийся более чем на два десятилетия. Полное освобождение крестьяне получали не сразу с момента обнародования Манифеста и «Положений» 19 февраля 1861 г. В Манифесте объявлялось, что крестьяне в течение еще двух лет (до 19 февраля 1863 г. — такой срок устанавливался для введения в действие «Положений») обязаны были отбывать хотя и несколько измененные, но, по сути дела, те же самые повинности, что и при крепостном праве. Отменялись лишь особо ненавистные крестьянам так называемые «добавочные сборы» натурой — яйцами, маслом, льном, холстом, шерстью, грибами и пр. Обычно вся тяжесть этих поборов ложилась на женщин, поэтому их отмену крестьяне метко окрестили «бабьей волей». Кроме того, помещикам запрещалось переводить крестьян в дворовые. В барщинных имениях размеры барщины сокращались со 135—140 дней с тягла в год до 70, несколько сокращалась подводная повинность, оброчных крестьян запрещалось переводить на барщину. Но и после 1863 г. крестьяне долгое время находились на положении «временнообязанных», т. е. они обязаны были нести установленные «Положениями» феодальные повинности — платить оброк или выполнять барщину. Завершающим актом ликвидации феодальных отношений в бывшей помещичьей деревне являлся перевод крестьян на выкуп. Окончательная дата перевода на выкуп и, следовательно, прекращения временнообязанного положения крестьян законом не была определена. Однако разрешался перевод крестьян на выкуп сразу по обнародовании «Положений» — либо по обоюдному соглашению их с помещиком, либо по одностороннему его требованию.

По Манифесту крестьяне сразу получали личную свободу. Необходимо подчеркнуть исключительную важность этого акта. Требование предоставления «воли» было главным в многовековой истории крестьянского движения. Богатые крепостные крестьяне шли на значительные жертвы, чтобы выкупиться на «волю». И вот, в 1861 г. бывший крепостной, являвшийся до этого фактически полной собственностью помещика, который мог отнять у него все его достояние и его самого с семьей или отдельно от нее продать, заложить, подарить, теперь получал не только возможность свободно распоряжаться своей личностью, но и ряд общих имущественных и гражданских прав: от своего имени он мог выступать в суде, заключать разного рода имущественные и гражданские сделки, открывать торговые и промышленные заведения, переходить в другие сословия. Все это давало больший простор крестьянскому предпринимательству, способствовало росту отхода на заработки и, следовательно, складыванию рынка рабочей силы, а главное — раскрепощало крестьян нравственно.

Правда, вопрос о личном освобождении в 1861 г. не получил еще окончательного разрешения. Черты внеэкономического принуждения еще продолжали сохраняться на период временнообязанного состояния крестьян: за помещиком оставалось право вотчинной полиции на территории его имения, ему в течение этого периода подчинялись сельские должностные лица, он мог требовать смены этих лиц, удаления из общины неугодного ему крестьянина, вмешиваться в решения сельских и волостных сходов. Но с переводом крестьян на выкуп эта опека над ними помещика прекращалась.

Последующие реформы в области суда, местного управления, образования, военной службы расширяли права крестьянства: крестьянин мог быть избран в присяжные заседатели новых судов, в органы земского самоуправления, ему открывался доступ в средние и высшие учебные заведения. Конечно, этим полностью не снималась сословная неравноправность крестьянства. Оно продолжало оставаться низшим, податным, сословием. Крестьяне обязаны были нести подушную и разного рода другие денежные и натуральные повинности, подвергались телесным наказаниям, от которых были освобождены другие, привилегированные, сословия.

Со дня обнародования Манифеста 19 февраля 1861 г. предусматривалось ввести в селениях бывших помещичьих крестьян в девятимесячный срок «крестьянское общественное управление». Оно было введено в течение лета 1861 г. За образец было взято крестьянское самоуправление в государственной деревне, созданное в 1837— 1841 гг. реформой П. Д. Киселева.

Вводились следующие сельские и волостные органы управления. Первоначальной ячейкой являлось сельское общество, которое ранее составляло имение помещика. Оно могло состоять из одного или нескольких селений или части селения. Сельское общество (общину) объединяли общие хозяйственные интересы — общие угодья и общие обязательства перед помещиком. Сельское управление здесь состояло из сельского схода, представленного всеми дворохозяевами, и избираемых на 3 года сельского старосты, его помощника и сборщика податей. Кроме них, сельский сход нанимал сельского писаря, назначал или избирал смотрителя запасного хлебного магазина, лесных и полевых сторожей. На сельском сходе выбирались и представители на волостной сход из расчета один от 10 дворов. Дворохозяину дозволялось послать на сельский сход вместо себя кого-либо из своей семьи. К участию в делах сельского схода не допускались дворохозяева, находившиеся под следствием и судом, отданные под надзор общества, а также выкупившие досрочно свои наделы и тем самым выделившиеся из общины. Сельский сход ведал вопросами общинного землепользования, раскладкой государственных и земских повинностей, имел право удалять из общества «вредных и порочных членов», устранять от участия в сходе на три года тех, кто совершил какие-либо проступки. Решения схода имели законную силу, если за них высказалось большинство присутствовавших на сходе. Несколько смежных сельских обществ, в которых числилось в общей сложности от 300 до 2000 крестьян мужского пола, составляли волость. Всего в бывших помещичьих селениях в 1861 г. было образовано 8750 волостей. Волостной сход выбирал на 3 года волостного старшину, его помощников и волостной суд в составе от 4 до 12 судей. Часто из-за неграмотности старшины ключевой фигурой в волости являлся служащий по найму схода волостной писарь. Волостной сход ведал раскладкой мирских повинностей, составлением и проверкой рекрутских списков и очередностью рекрутской повинности. При рассмотрении рекрутских дел на сходе присутствовали назначаемые в рекруты юноши и их родители. Волостной старшина, как и сельский староста, выполнял ряд административно-хозяйственных функций: следил за «порядком и благочинием» в волости; в его обязанность входило задержание бродяг, дезертиров и вообще всех «подозрительных» лиц, «пресечение ложных слухов». Волостной суд рассматривал крестьянские имущественные тяжбы, если размер претензий не превышал 100 рублей, дела по маловажным проступкам, руководствуясь нормами обычного права. Он мог приговаривать к 6 дням общественных работ, штрафу до 3 рублей, содержанию в «холодной» до 7 дней или к наказанию розгами до 20 ударов. Все дела велись им устно, лишь, вынесенные приговоры записывались в «Книгу решений волостного суда». Сельские старосты и волостные старшины обязаны были беспрекословно выполнять требования «установленных властей»: мирового посредника, судебного следователя, представителя полиции.

Важную роль в проведении в жизнь крестьянской реформы на местах играл созданный летом 1861 г. институт мировых посредников, на которых были возложены многочисленные посреднические и административные функции: проверка, утверждение и введение уставных грамот (определявших пореформенные повинности и поземельные отношения крестьян с помещиками), удостоверение выкупных актов при переходе крестьян на выкуп, разбор споров 1 между крестьянами и помещиками, утверждение в должности сельских старост и волостных старшин, надзор за органами крестьянского самоуправления.

Мировые посредники назначались Сенатом из местных потомственных дворян-землевладельцев по представлению губернаторов одного совместно с губернскими предводителями дворянства. На губернию приходилось от 30 до 50 мировых посредников, а всего их было назначено 1714. Соответственно столько же было создано и мировых участков, состоявших каждый из 8—10 волостей. Мировые посредники были подотчетны уездному съезду мировых посредников (иначе — «мировому съезду»), а съезд — губернскому по крестьянским делам присутствию. Однако закон предоставлял относительную самостоятельность мировым посредникам и независимость от местной администрации. Мировые посредники призваны были проводить правительственную линию — учитывать, прежде всего, государственные интересы, пресекая корыстные поползновения откровенных крепостников, и требовать от них строго придерживаться рамок закона. На практике мировые посредники в своем большинстве не были «беспристрастными примирителями» разногласий между крестьянами и помещиками. Будучи сами помещиками, мировые посредники защищали, в первую очередь, помещичьи интересы, иногда идя даже на нарушения закона. Однако среди мировых посредников были и представители либерально-оппозиционного дворянства, критиковавшие несправедливые условия реформы 1861 г. и выступавшие за дальнейшие преобразования в стране, добросовестно исполняли свой долг, придерживаясь рамок закона, за что навлекли на себя гнев местных помещиков-крепостников. Однако вскоре все они были удалены со своих должностей или сами подали в отставку.

Центральное место в реформе занимал вопрос о земле. Изданный закон исходил из принципа признания за помещиками права собственности на всю землю в их имениях, в том числе и на крестьянскую надельную, а крестьяне объявлялись лишь пользователями этой земли, обязанными отбывать за нее установленные «Положениями» повинности (оброк или барщину). Чтобы стать собственником своей надельной земли, крестьянин должен был выкупить ее у помещика.

Во время подготовки реформы, как уже отмечалось выше, был, отвергнут принцип безземельного освобождения крестьян. Полное обезземеление крестьян было и экономически невыгодной и социально опасной мерой: лишая помещиков и государство возможности получать прежние доходы с крестьян, оно создало бы многомиллионную массу безземельного пролетариата, что грозило всеобщим крестьянским восстанием. На это неоднократно указывали в своих проектах помещики и в донесениях представители местной власти. Правительство не могло не считаться и с тем, что требование предоставления земли стояло на первом плане в крестьянском движении предреформенных лет.

Но если полное обезземеление крестьян в силу указанных соображений было невозможно, то и наделение их достаточным количеством земли, которое поставило бы крестьянское хозяйство в независимое положение от помещичьего, было невыгодно помещику. Поэтому разработчики закона определили такие нормы надела, которые в силу их недостаточности привязали бы крестьянское хозяйство к помещичьему путем неизбежной для крестьянина аренды земли у своего бывшего барина. Отсюда и явились на свет пресловутые «отрезки» от крестьянских наделов, составившие в среднем по стране свыше 20% и достигавшие в некоторых губерниях 30—40% от их дореформенных размеров.

При определении норм крестьянских наделов учитывались особенности местных природных и экономических условий. Исходя из этого, вся территория Европейской России была разделена на три полосы — нечерноземную, черноземную и степную, а «полосы», в свою очередь, делились на «местности» (от 10 до 15 в каждой «полосе»). В нечерноземной и черноземной «полосах» устанавливались «высшая» и «низшая» нормы наделов, а в степной — одна так называемая «указная» норма. Закон предусматривал отрезку от крестьянского надела в пользу помещика, если дореформенные его размеры превышали «высшую» или «указную» нормы, и прирезку, если он не достигал «низшей» нормы. Разрыв между «высшей» и «низшей» нормами (в три раза) приводил на практике к тому, что отрезки стали правилом, а прирезки — исключением. В то время как отрезка по отдельным губерниям была произведена у 40—65% крестьян, прирезка коснулась только 3— 15% крестьян. При этом размер отрезанных от надела земель в десятки, раз превысил размеры прирезанных земель к наделу. Впрочем, прирезка оказалась, в конечном счете, даже выгодна помещикам: она доводила надел до определенного минимума, необходимого для сохранения крестьянского хозяйства, и в большинстве случаев была связана с увеличением повинностей. Кроме того, законом разрешалась отрезка от крестьянских наделов и в тех случаях, когда у помещика оказывалось менее 1/3 земли по отношению к крестьянской надельной (а в степной полосе — менее ½) или когда помещик предоставлял крестьянам бесплатно («в дар») ¼ «высшей» нормы надела.

Тяжесть отрезков для крестьян заключалась не только в их размерах. Особое значение имело то, какие земли попадали в отрезку. Хотя законом было запрещено отрезать пахотные земли, но получалось так, что крестьяне лишались наиболее необходимых им угодий (лугов, выгонов, водопоев), без которых невозможно было нормальное ведение хозяйства. Крестьянин вынужден был арендовать эти «отрезные земли». Отрезки превратились таким образом в руках помещиков в весьма эффективное средство нажима на крестьян и базисом отработочной системы ведения помещичьего хозяйства.

Землевладение крестьян было «утеснено» не только в результате отрезков от наделов, но и чересполосицей, лишением крестьян лесных угодий (лес включался в состав крестьянского надела лишь в некоторых северных губерниях). При крепостном праве землепользование крестьян не ограничивалось предоставленными им наделами. Крестьяне пользовались бесплатно также выгонами помещика, получали разрешение пасти скот в помещичьем лесу, по скошенному лугу и убранному помещичьему полю. С отменой крепостного права крестьяне могли пользоваться этими помещичьими угодьями уже за дополнительную плату. Закон предоставлял помещику право переносить крестьянские усадьбы на другое место, а до перехода крестьян на выкуп обменивать их наделы на свою землю, если на крестьянском наделе открывались какие-нибудь полезные ископаемые или эта земля оказывалась необходимой помещику для его хозяйственных нужд. Таким образом, получив надел, крестьянин еще не становился его полноправным хозяином.

При переходе на выкуп крестьянин получал наименование «крестьянина-собственника». Однако земля предоставлялась не отдельному крестьянскому двору (за исключением крестьян западных губерний), а общине. Общинная форма землевладения исключала для крестьянина возможность продать свой надел, а сдача последнего в аренду ограничивалась пределами общины.

При крепостном праве некоторая часть зажиточных крестьян имела собственные покупные земли. Закон тогда запрещал крепостным крестьянам производить покупки недвижимости на свое имя, поэтому они совершались на имя их помещиков. Помещики в силу этого становились юридическими собственниками этих земель. Только в семи губерниях Нечерноземья покупных земель у помещичьих крестьян насчитывалось 270 тыс. десятин. При проведении реформы многие помещики пытались завладеть ими. Документы архивов отражают полную драматизма борьбу крестьян за свои покупные земли. Далеко не всегда результаты тяжебных дел оказывались в пользу крестьян.

Для ограждения интересов мелкопоместного дворянства особые «правила» устанавливали для него ряд льгот, что создавало еще более тяжелые условия для крестьян в этих имениях. Мелкопоместными считались владельцы, имевшие менее 21 души мужского пола. Таковых числилось 41 тыс., или 42% от общего числа поместного дворянства. У них находилось в общей сложности 340 тыс. душ крестьян, что составляло около 3% всего крепостного населения. На одно мелкопоместное владение приходилось в среднем по 8 душ крестьян. Особенно много таких мелких помещиков было в Ярославской, Костромской и Смоленской губерниях. В них насчитывались десятки тысяч дворянских семей, владевших от 3 до 5 душ крепостных. Таким помещикам предоставлялось право вовсе не наделять крестьян землей, если к моменту отмены крепостного права они ею не пользовались. Также эти помещики не обязаны были прирезывать крестьянам землю, если их наделы были меньше низшей нормы. Крестьянам, принадлежавшим этим владельцам и вовсе не получившим надела, предоставлялось право переселиться на казенные земли с пособием от казны для обзаведения хозяйством. Наконец, мелкопоместный владелец мог передать крестьян с их полевыми наделами в казну, за что получал вознаграждение в сумме 17 годовых оброков, взимаемых им со своих крестьян.

Наиболее обделенными оказались «крестьяне-дарственники», получившие «нищенские», или, как их называли, «сиротские», наделы. Таких крестьян насчитывалось 461 тыс. мужского пола. «В дар» им было предоставлено 485 тыс. десятин — по 1,05 десятины на душу. Более ¾ дарственников находилось в южных степных, поволжских и центрально-черноземных губерниях. Формально, по закону, помещик не мог принудить крестьянина взять дарственный надел. Но нередко крестьяне оказывались поставленными в такие условия, когда они были вынуждены соглашаться на дарственный надел, даже требовать его, если их дореформенный надел приближался к низшей норме, а платежи за землю превосходили ее рыночную стоимость. Получение дарственного надела освобождало от высоких выкупных платежей, дарственник полностью порывал с помещиком. Но перейти «на дар» крестьянин мог только с согласия своего помещика. Стремление перейти «на дар» преимущественно проявлялось в малонаселенных многоземельных губерниях и особенно в первые годы проведения реформы, когда рыночные и арендные цены на землю там были сравнительно невелики. К получению дарственного надела особенно стремились зажиточные крестьяне, имевшие свободные денежные средства для покупки земель. Именно эта категория дарственников смогла наладить предпринимательское хозяйство на покупной земле. Большинство же дарственников проиграли и оказались в бедственном положении.

Наделение крестьян землей носило принудительный характер: помещик обязывался предоставить надел крестьянину, а крестьянин взять его. По закону до 1870 г. крестьянин не мог отказаться от надела. Но и по истечении этого срока право отказа от надела было обставлено условиями, сводившими его на нет: он должен был полностью рассчитаться с податями и повинностями, в том числе с рекрутской. В итоге после 1870 г. в течение последующих 10 лет смогли отказаться от своих наделов всего 9,3 тыс. душ мужского пола.

«Положение о выкупе» допускало выход крестьянина из общины, но он был крайне затруднен: необходимо было уплатить за год вперед оброк помещику, казенные, мирские и прочие сборы, погасить недоимки и т. д. Поэтому выход из общины, связанный с большими материальными расходами, могли осуществить лишь зажиточные крестьяне, а для остальных он практически был невозможен. Закон предусматривал до перехода крестьян на выкуп, т. е. на период временнообязанного состояния, отбывание ими за предоставленную землю повинности в виде барщины и оброка. Размеры того и другого фиксировались в законе. Если для барщинных имений устанавливалась единая норма барщинных дней (40 дней мужских и 30 женских за один душевой надел), то для оброчных размеры повинности определялись в зависимости от промысловых и торговых «выгод» крестьян. Закон устанавливал следующие нормы оброка: за «высший» надел в промышленных губерниях — 10 руб., в имениях, находившихся в пределах 25 верст от Петербурга и Москвы, он повышался до 12 руб., а в остальных был определен в размере 8—9 руб. с души мужского пола. В случае близости имения к железной дороге, судоходной реке, к торгово-промышленному центру помещик мог ходатайствовать об увеличении размера оброка.

По закону нельзя было повышать оброк выше дореформенного, если не увеличивался земельный надел. Однако закон не предусматривал уменьшения оброка в связи с сокращением надела. В результате отрезки от крестьянского надела происходило фактическое увеличение оброка в расчете на 1 десятину. «Какое же это улучшение быта? Оброк-то на нас оставили прежний, а землю обрезали», — горько сетовали крестьяне. Установленные законом нормы оброка превосходили доходность с земли, особенно в нечерноземных губерниях, хотя формально считалось, что это — плата за предоставленную в надел крестьянам землю. Реально же это была плата за личную свободу.

Несоответствие между оброком и доходностью с надела усугублялось и так называемой системой «градаций». Суть ее заключалась в том, что половина оброка приходилась на первую десятину надела, четверть — на вторую, а другая четверть раскладывалась на остальные десятины. Система «градаций» преследовала цель установить максимум повинностей за минимальный надел. Она распространялась также и на барщину: половина барщинных дней отбывалась за первую десятину, четверть — за вторую, другая четверть — за остальные десятины. 2/3 барщинных работ отбывалось летом и 1/3 — зимой. Летний рабочий день составлял 12, а зимний — 9 часов. При этом вводилась «урочная система»: устанавливался определенный объем работ («урок»), который крестьянин обязан, был выполнить в течение рабочего дня. Однако вследствие массового плохого исполнения барщинных работ в первые годы после реформы барщина оказалась настолько неэффективной, что помещики стали быстро переводить крестьян на оброк. Только за 1861—1863 гг. удельный вес барщинных крестьян сократился с 71 до 33%.

Как уже было отмечено выше, завершающим этапом крестьянской реформы являлся перевод крестьян на выкуп, однако закон 19 февраля 1861 г. никакого окончательного срока завершения такого перевода не устанавливал.

28 декабря 1881 г. было издано «Положение», предусматривавшее перевод остававшихся еще на временнообязанном положении крестьян на обязательный выкуп, начиная с 18 января 1883 г. Одновременно был принят указ о снижении на 12% выкупных платежей с крестьян, ранее перешедших на выкуп. К 1881 г. временнообязанных крестьян по отношению ко всем бывшим помещичьим крестьянам оставалось всего 15%. Перевод их на выкуп был завершен к 1895 г. В итоге на 1 января 1895 г. на выкуп были переведены 9159 тыс. душ мужского пола крестьян в местностях с общинным землевладением и 110 тыс. домохозяев с подворным землевладением. Было заключено в общей сложности 124 тыс. выкупных сделок, из них 20% по обоюдному соглашению с помещиками, 50% —по одностороннему требованию помещиков и 30% — «правительственной мерой», т. е. переводом на обязательный выкуп.