Отношение к жизни и смерти в Египте и Мессопатамии

 

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ  И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

СОЧИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  УНИВЕРСИТЕТ 

СОЦИАЛЬНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

КАФЕДРА ОБЩЕЙ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ПЕДАГОГИКИ

 

 

 

 

 

 

 

Контрольная работа

по дисциплине: «Культурология»

 

 

 

 

 

 

Тема:  22. « Отношение к жизни и смерти в культурах    Египта и Месопотамии».

 

 

 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

Сочи-2012

 

ПЛАН

ВВЕДЕНИЕ______________________________________________________3

  1. Отношение к жизни и смерти в культурах Египта и Месопотамии________________________________________________

ЗАКЛЮЧЕНИЕ____________________________________________________13

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ___________________________________________14

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

    Явления культуры изучает множество наук: археология, этнография, история, социология, философия и др. Каждая из них создает определенное представление о культуре как предмете своего исследования, и «образ культуры» в различных науках выглядит по-разному. Это объясняется специфическими интересами конкретных наук и разнообразием мировоззренческих позиций, с которых рассматривается культура. Изучением культуры занимаются многие гуманитарные науки. Прежде всего стоит выделить культурологию.

Культурология – это гуманитарная наука, которая занимается исследованием различных явлений и законов культуры.

Латинское слово культура известно с древнейших времен с несколькими  значениями: возделывание, обработка, уход, улучшение, воспитание. Его употребляли в трактатах и письмах поэты и учёные Древнего Рима.

Культура – это совокупность различных видов деятельности, всевозможных обычаев и верований людей, всего созданного человеком (книги, картины и т. п.), а также знаний о приспособлении к природному и социальному миру (язык, обычаи, этика, этикет и т. д.)1.

        Среди огромного количества научных категорий и терминов трудно найти другое понятие, которое имело бы такое множество смысловых оттенков и использовалось бы в столь разных контекстах. Для нас вполне привычно звучат такие словосочетания, как «культура поведения», «культура общения», «культура чувств» и др. В обычном словоупотреблении термин «культура» служит оценочным понятием и выражает определенную совокупность черт личности человека, которые точнее было бы назвать не культурой, а культурностью. В науке обычно говориться о «культурных системах», «культурной динамике», «типологии культур» и т.д. 


 

    1. Тайлор Э.Б. Первобытная культура. – М., 1989. – С. 18.  

В повседневной жизни понятие «культура» употребляется, как минимум, в трех значениях:

- Во-первых, под культурой подразумевается отдельная сфера жизни общества, которая существует в виде системы учреждений и организаций, занимающихся производством и распространением духовных ценностей (общества, клубы, театры, музеи и т.д.).

- Во-вторых, под культурой понимается совокупность ценностей и норм, присущих большой социальной группе, общности, народу или нации (элитарная культура, русская культура, культура молодежи и т.д.).

- В-третьих, культура интерпретируется как выражение высокого уровня достижений человека в какой-либо деятельности (культура быта, культурный человек в значении «воспитанный и образованный» и пр.).

      Обыденные представления о культуре зачастую сводятся к ее отождествлению с художественной культурой (искусством) или же с образованностью и воспитанностью человека. Однако наиболее распространенным обыденным значением понятия «культуры» является его понимание как совокупности материальных предметов, объектов, идей, образов, созданных человеком на протяжении его истории. В этой интерпретации культура предстает как сумма всех достижений человечества, как «вторая природа», сотворенная самим человеком, образующая собственно человеческий мир в отличие от дикой природы. 

 

 

 

 

 

 

Отношение к жизни и  смерти в культурах Египта и Месопотамии.

  1. Египет.

      Египет - это греческое название страны Кем, что в переводе означает "Тайна, загадка". Действительно, тайной окутано все, что связано с этой древней страной. Современная египтология существует без малого двести лет, и, казалось бы, ею сделаны не малые успехи, но большинство египтологов согласятся с утверждением английского ученого Эрнеста Баджа, что Древний Египет раскрыл исследователям лишь малую толику своих тайн.  Цивилизация Древнего Египта насчитывает более 3000 лет. В конце IV тысячелетия до н.э. в Юго-Восточной Африке, в низовьях реки Нил, сформировалось раннерабовладельческое государство Египет, которое стало одним с самых великих центров мировой культуры. Территория древнеегипетского царства представляла собой узкую речную долину, окруженную безводными пустынями. Это географически изолировало Египет от других цивилизаций и побуждало развивать собственную культуру, на которую редкие контакты с внешним миром почти не оказывали влияния. Нильская долина представляла собой райский уголок. Его обитателям фактически была неведома страшная жизнь пустыни. День за днем солнце неуклонно пересекало безоблачное небо, чтобы назавтра повторить свой путь. Ежегодные разливы Нила, отложения ила в сочетании с жарой и солнечным светом создавали здесь богатую, плодородную почву.

     В египетском пантеоне есть богиня Маат, изображаемая в виде маленькой фигурки коленопреклоненной женщины с пером на голове. По мнению британской исследовательницы Ненси Дженкинс, Маат была не просто божеством, а неким государственным символом, означающим неизменность сущности вещей.

    Символом универсального порядка, антиисторичного, не имеющего ни прошлого, ни будущего. Неизменность мира - вот идеал древнего египтянина! Для египтянина цель жизни была в достижении Маат. «Правда хороша, и ценность ее неизменна и не уменьшилась со времен ее создателя, — писал своему сыну Птахотеп. — Тот, кто нарушает ее законы, будет наказан. Она лежит прямой дорогой даже перед невеждами». Невежество можно победить знаниями, поскольку египтяне верили, что, хотя правильного отношения к жизни достичь нелегко, ему можно выучиться. Сохранилось множество молитв, написанных людьми, которые, по их мнению, прогневили бога; в них они сознаются в грехах, но говорят, что были не злыми, а невежественными. «Не наказывай меня за злые дела, — писал один.


2.Журнал "Чудеса  и Приключения" - №3, март 1999 год

 — Я тот, кто сам себя не знает, слабоумный человек. Весь день я следую велению своего желудка, как вол за кормушкой».

     Такие люди в  «Поучениях» описываются как «страстные», обреченные на несчастья и окончательное падение из-за своей гордости, жадности и придирчивости. Они неудачливы, и их лучше избегать. Противоположностью им служат люди «спокойные», довольные своей участью, скромные, терпеливые и благосклонные. Только они достигают успеха, потому что не разрушают гармонию, существующую в космосе, а являются ее частью. Таким образом, если египтянин поступал неверно, то выступал против божественной системы Маат, а не вступал в конфликт с высшим богом, обычно очень далеким и достижимым только через посредство божественного фараона.

Перевороты позднего периода  с династическими проблемами, неудачи  за границей, подчинение фараонов чужеземными  завоевателями и гибель удачи  нации нанесли идее еще более  чувствительный удар, чем это было в сложные времена первого  переходного периода. Лучшее, что  мог сделать египтянин, — вернуться  в прошлое, когда люди, по-видимому, умели устанавливать гармонию внутри своего мира. Как и все народы до возникновения науки, они в  основном полагались на магию, которая  в прежние времена работала на благо, давала дисциплину, уверенность  и позволяла преодолеть невзгоды. Она давала результаты, поскольку  не входила в область эмпирического  знания. Ежегодно проводили церемонии, обеспечивающие разлив Нила. Во времена  общего упадка древней веры перед  лицом постоянных невзгод позднего периода египтяне все больше полагались на сверхъестественное вмешательство: на оракулов, гороскопы, заклинания, амулеты  и все виды магии, которые вызывали недоумение у греков и римлян. Однако мы должны судить древних египтян  не по ситуации в момент упадка, а  по тем двум тысячелетиям, когда  система работала. По словам Франкфурта, «жизнь человека как индивидуальности и в еще большей степени  как члена общества объединялась с жизнью природы. Опыт такой гармонии, считался величайшим добром, какого мог достичь человек».

         У древних египтян было особое отношение к смерти, к ритуалу отхождения в мир иной, можно  сказать, что к этому важному шагу они начинали готовиться чуть ли не с рождения. Это соответствовало их верованиям о грядущем воскрешении, подобному как ежедневно «умирало» и «воскресало» Солнце. Египтяне обожествляли солнце, так же как и Нил. Бог Амон -  верховное божество египетского пантеона богов. Египтяне, как и другие древние народы, верили в то, что смерть есть не уничтожение человеческого существа, а лишь переход его в другой мир. Этот мир загробной жизни рисовался им в виде фантастических, искаженных форм земного мира. Полагая, что загробная жизнь есть лишь своеобразное продолжение земного существования, египтяне старались дать возможность умершему пользоваться в этом воображаемом мире всеми теми предметами, которыми он пользовался при жизни. Заупокойный культ ярко выразился в способе погребения тела - тела умерших заворачивали в кожу, циновку или ткань, часто хоронили лежащими на боку в скорченном положении, имитирующем положение спящего. Тело умершего искусственно сохранялось, для чего внутренности вынимались и клались в особые сосуды, а тело мумифицировалось - пропитывалось особыми солевыми растворами и смолистыми составами. Изготовленную таким образом мумию обертывали во множество пропитанных специальными смолами льняных покровов и клали в гробницу. На стенах комнат, расположенных внутри гробницы, обычно изображали сцены жизни покойного и его семьи, снабжая их пояснительными надписями и текстами; внутрь гробницы помешали предметы домашнего обихода, пищу, вино и пр. Это должно было дать возможность умершему продолжать вести привычный для него образ жизни и пользоваться своим имуществом в загробном мире. Помимо этих религиозно-магических надписей, появляются гимны, молитвы и заклинания, которые сначала тоже писались на стенах, а затем на свитках папируса, образуя так называемую «Книгу мертвых», где описывалась судьба человека после его смерти. «Книга мертвых» была наиболее крупным и наиболее распространенным религиозно-магическим сборником, которая давала возможность безболезненного прохождения мимо всех Сцилл и Харибд подземного пространства и позволяла «ба» на суде Осириса магически доказать невиновность человека, обеспечив, таким образом, всему комплексу полноценное существование.

      Такое отношение к жизни, как только к преддверию у врат смерти – входа в жизнь настоящую, культ смерти древнего Египта наложил отпечаток на всю жизнь египтян. Диодор Сицилианский,  греческий историк,  отметил эту особенность и сказал, что египтяне заботятся о своих роскошных гробницах, забывая о своих жилищах.  Древний Египет – страна людей и древнеегипетских богов, сделавших из смерти смысл жизни. 

  1. Месопотамия.

      Культура Месопотамии Месопотамская цивилизация возникла на Ближнем Востоке на территории современного Ирака, между реками Тигр и Евфрат, в IV тыс. до н. э. Шумерская и вавилоно-ассирийская культуры во многом отличались от древнеегипетской. Достаточно взглянуть на египетские иероглифические или иератические тексты и сравнить их с любой клинописной системой, чтобы почувствовать всю глубину различия между двумя культурными мирами. В дополнение к египетской цивилизации цивилизация месопотамская представляет особый тип существовавшей на древнем Ближнем Востоке сельскохозяйственной цивилизации, основанной на ирригации. Возделываемые районы были в меньшей степени зависимы друг от друга, чем в долине Нила, и поэтому здесь, в Шумере, ок. 3000 г. до н.э. возникли первые города-государства, которыми правили цари-жрецы. Именно в регионе Двуречья и Евфрата впервые, за исключением Египта, сложились начальные формы классового общества и древнейшего государства, т.е. не было воздействия других более развитых обществ. Важнейшие государства: Ур, Эриду, Ларе, Ниппур, Лагаш, Урук, Сиппар. Богатству своему они обязаны развитию ремесла и торговли. Эпоху ранних династий в Уре, Уруке, Лагаше и Кише называют золотым веком Шумера или «первым расцветом Шумера». Здесь производили предметы из золота, мечи, цветное стекло. Свободные члены общин были еще и владельцами значительной части земли. Владыки городов возводили дворцы, храмы и гробницы. Шумеры заложили основания для позднейшего хозяйственного и культурного развития Месопотамии.

Шумеры изобрели колесо к  повозке, гончарный круг и бронзу, создали клинописную письменность. Шумеры изобрели цветное стекло (около 2400 г. до н.э.), на высоком уровне находилось ювелирное искусство. Влияние шумеров благодаря торговым контактам распространилось на Малую Азию и Египет. Шумеры создали правовые кодексы; в литературе особенное значение имели эпосы мифологического содержания (поэма о Гильгамеше). Около 2300 г. до н.э. Саргон 1 сформировал первую постоянную профессиональную армию, примерно в 2000 г. до н.э. была создана арифметика, в основе которой лежала 60-ричная система исчисления (для сравнения: древнеегипетский «Московский математический папирус» датируется 1900 г. до н.э.), что оказалось важным изобретением в истории человечества.

В связи с этим рассмотрим специфику месопотамской культуры, на которую наложила сильный отпечаток окружающая среда, опыт Природы. И здесь, как в Египте, человек сталкивался с теми же самыми великими космическими ритмами — смена времен года, неизменное движение солнца, луны и звезд, — но он находил здесь также и элементы силы и насилия, которых не было в Египте. Тигр и Евфрат не похожи на Нил: они могут разливаться порывисто и непредсказуемо, разрушая дамбы и затопляя посевы. Здесь дуют знойные ветры, засыпающие человека пылью и грозящие удушить его. Здесь идут проливные дожди, обращающие твердую поверхность земли в море грязи и лишающие человека свободы передвижения; всякое движение застопоривается. Здесь, в Месопотамии, Природа не сдерживает себя; во всей своей мощи она сокрушает и попирает волю человека, дает ему почувствовать во всей полноте, сколь он ничтожен.

Дух месопотамской культуры отражает сокрушающую силу Природы. Человек не склонен переоценивать  свои силы, наблюдая столь могущественные силы природы, как гроза или ежегодное  наводнение. Не случайно житель Месопотамии говорил о грозе, что «ее ужасные вспышки света покрывают землю, словно ткань». Еще более страшные последствия вызывало наводнение. Окруженный такими силами, человек видит, как он слаб, с ужасом осознает, что он вовлечен в игру чудовищных сил. Его собственное бессилие вызывает в нем отчетливое осознание трагических возможностей.

Опыт Природы, породивший это настроение, нашел свое непосредственное выражение в представлении жителя Месопотамии о том космосе, в котором он жил. От его взора ни в коей мере не ускользали великие ритмы космоса; он видел в космосе порядок, а не анархию. Но для него этот порядок отнюдь не был таким безопасным и успокоительным, каким он был для египтянина. Через него и за ним он ощущал множество могущественных индивидуальных воль, потенциально расходящихся между собой, потенциально вступающих в конфликт, чреватых возможностью анархии. Он сталкивался в природе с чудотворными и своевольными индивидуальными силами.                       

Для жителя Месопотамии соответственно космический порядок не казался чем-то данным, он скорее становился чем-то достигнутым путем непрерывной интеграции множества индивидуальных космических воль, каждая из которых столь могущественна, столь пугающа. Поэтому его понимание космоса стремилось быть выраженным в терминах интеграции воль, т.е. в терминах социальных институтов, таких, как семья, община, и в особенности, государство. Короче говоря, космический порядок представлялся ему порядком воль — государством. Следует учитывать, что здесь государство является примитивной демократией, вот почему в космическом государстве общее собрание было собранием богов. Члены собрания обсуждают вопросы, высказываясь «за и против», пока наконец, не возникает единодушие; чашу весов в пользу этого единодушия склоняют своим согласием семеро самых выдающихся богов, среди них Ану (верховный бог, бог неба) и Энлиль (бог грозы); таким образом, судьбы, великие предстоящие события созидаются, утверждаются, поддерживаются объединенными волями великих сил вселенной и приводятся в исполнение Энлилем. Так функционирует вселенная, космос. Понятно, что при таком воззрении на мир не существовало фундаментального разделения на одушевленное и неодушевленное, живое и мертвое. В месопотамской вселенной все, будь то живое существо, вещь или абстрактное понятие — любой камень, любое дерево, любая идея — обладали собственной волей и характером.

Такая картина мира —  представление о действительности в целом как о государстве  — возникла вместе с самой месопотамской (шумерской) культурой около IV тысячелетия до н.э. и было оформлено в произведениях обширной и разнообразной мифологической литературы. Шумерская мифология ориентирована на земное, прекрасно гармонирует с рациональным и логическим началом, воплощенными в этиологическом мифе. Его основная черта — рациональность мышления, подход к событиям с позиций логики, хотя и не всегда близкой к современной, и поэтому не всегда понятной. Этиологический миф отвечает на вопросы — как? почему? для чего? Такой миф — результат мыслительного процесса, а мыслительный процесс — вторичное явление по отношению к эмоциям. Миф же, созданный традицией, не объясняет причин того или иного действия. Интеллектуальная концепция всегда вторична по отношению к чувству, в этом смысле этиологический миф и есть определенная вторичность.

Одной из таких интеллектуальных концепций является мифологема человека в Двуречье — из глины сотворен, на крови бога замешан. Особенно выразительно данная формула звучит в вавилонском мифе об Атрахасисе.

Воистину божье и человечье соединяется, Смешавшись в глине! Чтоб вечно мы слышали стуки сердца, Да живет разум во плоти бога, Да знает живущий знак своей жизни, Не забывал бы, что имеет разум!

Человек был создан для  того, чтобы трудиться вместо богов  и на богов, а также и для  того, чтобы вкушать продукты богинь Лохар — овцы и Ашнан — зерна, которые почему-то не могли есть боги.

В культуре, которая рассматривает  всю вселенную как государство, послушание должно необходимым образом  выступать первейшей добродетелью, ибо государство построено на послушании, на безоговорочном принятии власти. Поэтому неудивительно, что  в Месопотамии «добронравная  жизнь» была «послушной жизнью». Индивидуум стоял в центре все расширяющихся кругов власти, которая ограничивала свободу его действий. Ближайший и теснейший из этих кругов был образован властью в его собственной семье: отец и мать, старшие братья и старшие сестры. В распоряжении ученых имеется гимн, описывающий Золотой век, который характеризуется как век послушания, как

Дни, когда один не должал другому, Когда сын почитал отца, Дни, когда уважение жило в стране, Когда малый почитал большого, Когда младший брат чтил старшего брата. Когда старший сын наставлял  младшего сына, Когда младший подчинялся старшему.

Однако слушаться старших  членов семьи — это лишь начало. За пределами семьи располагаются  другие круги, другие власти; государство, общество и боги.

Если эта монотонная тема послушания — семье, правителям, богам  — была сущностью добронравия, т.е. правилом жизни в древней Месопотамии, то что же, позволительно спросить, выигрывал человек, ведя добронравную жизнь? Наилучший ответ может быть дан в терминах месопотамского мировоззрения, в терминах положения человека в космическом государстве. Человек ведь был создан для рабской службы богам. Он их слуга. Так вот, усердный и послушный слуга может рассчитывать на продвижение, на знаки милости и награды со стороны своего хозяина. Нерадивый, непослушный слуга, с другой стороны, не может рассчитывать ни на что подобное. Таким образом, путь послушания, службы и почитания есть путь для обретения защиты; это также путь к земному успеху, к высочайшим ценностям месопотамской  жизни: к здоровью и долголетию, к почетному положению в общине, к богатству и обилию сыновей.

Хорошо известно, что по мере старения культуры ее основные ценности рискуют потерять свое значение для  ее носителей. Скептицизм, сомнение и  безразличие начинают подтачивать  основные структуры культуры. Такой  скептицизм по отношению ко всем ценностям, крайнее отрицание возможностей добронравной жизни начинают появляться в месопотамской культуре в 1 тысячелетии  до н.э. Этот скептицизм нашел выражение в длинном диалоге между хозяином и его рабом; он известен как «Пессимистический диалог», появившийся в Вавилоне. В нем взвешиваются все типичные занятия месопотамского вельможи, все они оказываются ущербными. Ничто, в сущности, не хорошо, ничто не стоит стараний, будь то искание милостей при дворе, радости стола, набеги на кочевников в пустыню, увлекательность жизни мятежника, начало судебного процесса, любовные приключения или что бы там ни было. Достаточно процитировать несколько строф о любви:

— Раб, соглашайся со мною! — Да, господин мой, да! — Женщину я полюблю! — Полюби, господин, полюби! Любящий женщину позабудет печаль и невзгоды.

— Нет, раб, о нет, я женщину  не полюблю! — Не полюби, господин, не полюби! Женщина — яма, западня  и ловушка, Женщина — острый кинжал, что горло мужчины пронзает.

          В итоге делается вывод о том, что все в мире — суета, в жизни нет толку, т.е. отрицаются все ценности, отрицается существование «добронравной жизни».

        Другой фундаментальной проблемой месопотамской культуры является правомерность смерти, которая представляет собой зло и есть, по существу, высшее наказание. Почему человек должен быть наказан смертью, если он не совершил ничего дурного? Тем более что в условиях культуры Двуречья реалистический подход к природе человека исключал какую-либо надежду на счастливую загробную жизнь. В знаменитом эпосе о Гильгамеше (начало II тысячелетия до н.э.) его герой говорит:

Кто, мой друг, вознесся на небо? Только боги с Солнцем пребудут вечно, А человек — сочтены  его годы, Что б он ни делал, —  все ветер!

Основная идея эпоса —  мечта о вечной славе, заменившая мечту о бессмертии, во имя чего совершались великие подвиги. Эпос представляет собой гимн славным  деяниям человека. В нем проводится мысль о том, что смерть — это зло, но она не может перечеркнуть ценность жизни. Человеческая жизнь по сути своей прекрасна, и это проявляется во всех сторонах обыденной жизни, в радости победы, в любви к женщине, в дружбе:

Боги, когда создавали  человека, — Смерть они определили человеку, Жизнь в своих руках  удержали. Ты же, Гильгамеш, насыщай желудок, Днем и ночью да будешь ты весел, Праздник отправляй ежедневно, Днем и ночью играй и пляши ты! Светлы да будут твои одежды, Волосы чисты, водой омывайся, Гляди, как дитя твою руку держит, Своими объятиями радуй подругу — только в этом дело человека!

    Смерть же знаменует конец жизненного пути индивида. Более того, она как бы стимулирует человека жить мудро и осмысленно, чтобы оставить о себе память в сердцах людей. Следует умирать в борьбе со злом, даже в борьбе со смертью. Не нужно отступать ни перед чем, даже перед богами. В награду за это — «имя» и благодарная память потомков. В этом и состоит бессмертие человека, смысл его жизни.

     Герой эпоса — это типичный человек, трагедия которого состоит в невозможности избежать смерти. Однако здесь  не встречается и нотки пессимистического отношения к жизни. Человек во всех ситуациях остается человеком, он гордится своими героическими деяниями и независимостью перед лицом богов. Вся его жизнь насыщена борьбой за установление справедливости на земле, смерть же выступает кульминацией жизни, завершением выпавших на его долю успехов и побед. Вся жизнь человека предначертана от рождения, в ней нет места для таких понятий, как «каприз судьбы» или «неумолимый рок», заранее исключена возможность как-либо повлиять на ход событий, скажем, с помощью магических средств. Именно на Древнем Ближнем Востоке была выработана мифологическая концепция жесткого детерминизма человеческой жизни. Вместе с тем, в отличие от древнеегипетской мифологии, не знающей ни Эдема, ни прошедшего Золотого века, ни Армагеддона, в мифологии культур Двуречья известны мифы о Золотом веке человечества и райской жизни, вошедшие затем в состав религиозных представлений народов Передней Азии и библейской мифологической литературы. Мы видим, что в рамках культуры Двуречья человек делает попытку нравственно преодолеть смерть, осуществляет бунт против смерти.

 

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

        Проведя анализ  литературы можно отметить, что вся жизнь древнего египтянина — это непрерывное ожидание смерти, они считали, что «жизнь-бездна зла» и к смерти готовились, чуть ли не с рождения. Подавляющие своей мощью пирамиды, кажется, утверждают человека в мысли о бренности всего земного, о краткости и эфемерности жизни, о необходимости презреть мимолетные наслаждения и обеспечить себе достойное существование в ином мире, мире, в котором царит вечность. Но такое представление весьма далеко от истины. Соотношение, в котором находятся для египтянина значимость жизни на земле и в мире мертвых, удачно выразил О.Э. Мандельштам, вообще обладающий тонким чутьем по отношению к другим культурным традициям. Последнее четверостишие его стихотворения «Египтянин» звучит так: 

В столовой на полу пес, растянувшись, лег,  
И кресло прочное стоит на львиных лапах.  
Я жареных гусей вдыхаю сладкий запах —  
Загробных радостей вещественный залог.

        Если говорить  в Месопотамии, в отличие от древнего египтянина, значительно более устойчиво стоящего на земле, и запечатлевшего эту устойчивость в грандиозных пирамидах, и величественных заупокойных храмах, житель древней Месопотамии заботился, главным образом, о дне сегодняшнем.  От созданной им культуры, почти не осталось монументальных сооружений, - на месте цветущих городов сейчас лишь огромные песчаные холмы. Он не питал особых иллюзий по отношению к загробному миру, смерть была для него "страной без возврата"; на загробное воздаяние никто не уповал, все главное совершалось на земле. Основными ценностями для жителя этих мест были богатство, здоровье, наличие потомства. "Плохо быть бедным и больным, хорошо быть здоровым и богатым"

 

 

 

 

 

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Бадж Е.А. Уоллис - "Путешествие Души в Царстве Мертвых" (Египетская Книга Мертвых), "Золотой век", М., 1997, 448 с.
  2. Глебкин В.В. Мир в зеркале культуры. Ч.1. История древнего мира. - М.: Добросвет, 2000. - 256с.
  3. Доброхотов А. Л., Калинкин А. Т. Культурология: учебное пособие. М.: ИД «ФОРУМ»: ИНФРА — М, 2010. — 480 с.: илл. — (Высшее образование).
  4. Коростовцев М.А. - "Религия древнего Египта", М.,1976
  5. Крамер С.Н. - "История начинается в Шумере", М., "Наука", 1965, 128 с.
  6. Редер Д.Г. - "Мифы и легенды Древнего Двуречья", М., "Наука", 1965, 120 с
  7. Рубинштейн Р.И. - "Древний восток", книга для чтения, М., 1974, 168 с.
  8. Тайлор Э.Б. Первобытная культура. – М., 1989. – С. 18
  9. Журнал "Чудеса и Приключения" - №3, март 1999 год 
Отношение к жизни и смерти в Египте и Мессопатамии