Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Период дворцовых переворотов

Содержание:

Введение………………………………………..3

1.Внутренняя политика в период

«дворцовых переворотов»……………………..4

1.1 Екатерина 1…………………………………4

1.2 Петр 2………………………………………..6

1.3 Анна Иоанновна…………………………….9

1.4 Иван Антонович……………………………12

1.5 Елизавета Петровна………………………..14

1.6 Петр 3……………………………………….17

2.Правление Екатерины 2……………………..18

Заключение……………………………………..20

Список литературы…………………………….21

Введение:

Основная причина, легшая в основу дворцовых переворотов, состояла в противоречиях между различными дворянскими группировками по отношению к петровскому наследию. Было бы упрощением считать, что раскол произошел по линии принятия и непринятия реформ. И так называемое “новое дворянство”, выдвинувшееся в годы Петра благодаря своему служебному рвению, и аристократическая партия пытались смягчить курс реформ, надеялись в той или иной форме дать передышку обществу, а в первую очередь, - себе. Но каждая из этих групп отстаивала свои узкосословные интересы и привилегии, что и создавало питательную почву для внутриполитической борьбы. Дворцовые перевороты были порождены острой борьбой различных группировок за власть. Как правило, она сводилась чаще всего к выдвижению и поддержке того или иного кандидата на престол. Активную роль в политической жизни страны в это время стала играть гвардия, которую Петр воспитал как привилегированную “опору” самодержавия, взявшую на себя, к тому же, право контроля за соответствием личности и политики монарха тому наследию, которое оставил ее “возлюбленный император”. Отчужденность народных масс от политики и их пассивность служили благоприятной почвой дворцовых интриг и переворотов. В значительной степени дворцовые перевороты были спровоцированы нерешенностью проблемы престолонаследия в связи с принятием Указа 1722г., сломавшего традиционный механизм передачи власти.

1. Внутренняя политика в период «дворцовых переворотов»

Екатерина I (1725-1727)

28 января 1725 года, в день кончины Петра Великого, под бой барабанов двух гвардейских полков, подошедших к императорскому дворцу, на российский престол взошла супруга Петра I Екатерина Алексеевна. Ей присягнули первые лица государства – члены сената, Синода, вельможи, высшие военные чины.

Так в 1725 году бывшая прачка стала государыней могущественной Российской империи. Вместе с ней к власти пришли сподвижники Петра I во главе с фаворитом Екатерины, Меньшиковым. К этому времени в его руках была сконцентрирована огромная власть. Он был президентом Военной коллегии, генерал-фельдмаршалом, вице-адмиралом, подполковником Преображенского полка, генерал-губернатором Петербурга. А.С. Пушкин писал: «Полудержавный властелин стал властелином полным».

В начале 1726 года с целью поддержки императрицы был учрежден новый высший орган управления страной – Верховный тайный совет. Его создание стало заключением своеобразного компромисса между родовитой знатью и новыми людьми, выдвинувшимися при Петре I. Они на равных принимали участие в работе Совета. Председательствовать в нем должна была императрица. Ни одно решение без общего ведома и обсуждения не утверждалось. Изначально в Верховный тайный совет входили шесть человек: светлейший князь Александр Меньшиков, граф Федор Апраксин, барон Андрей Остерман, граф Петр Толстой, граф Гавриил Головкин, князь Дмитрий Голицын. Впоследствии состав Совета расширился. Ему были подчинены сенат и коллегии.

Однако вскоре все вернулось на круги своя. Меньшиков фактически стал главой Тайного совета. Сначала он отстоял себе право лично докладывать императрице о делах Военной коллегии, которой руководил, а затем – и обо всех делах, рассматриваемых в Совете. В дни работы «верховников» аудиенция у Екатерины II давалась светлейшему дважды: до начала заседания и после него. Сначала Меньшиков совещался с государыней о том, какие вопросы и каким образом решать, а потом давал ей отчет о том, как прошло совещание.

Нельзя сказать, что Александр Данилович преднамеренно изолировал императрицу от работы в Верховном тайном совете. Без сомнения, светлейшему князю было выгодно, что Екатерина Алексеевна смотрит на все его, Меньшикова, глазами. Но в то же время – разве смог бы он препятствовать императрице, если бы она высказала желание председательствовать на заседаниях верховников? Видимо, и Екатерину такой ход событий устраивал. Оказалось, что государственными делами ей заниматься было неинтересно. Когда траур по мужу окончился, Екатерина устроила себе нескончаемый праздник. Балы, маскарады, смотры полков, поездки по Неве с пальбой из пушек, спуск на воду галер, торжества по случаю вручения наград, снова балы.…Такой образ жизни быстро сказался на её здоровье, Екатерина начала часто болеть.

А между тем внутреннее положение страны требовало от правительства особого внимания. Более чем 20-летняя война, череда неурожайных лет привели Россию к тому, что финансовая система страны оказалась в довольно сложной ситуации. Не хватало средств на самые неотложные государственные нужды – например, на поддержание в боеспособном состоянии флота. Недоимки, накопившиеся за годы недорода и войны, отсутствие учета убыли населения, распространение обязанности выплаты подушной подати на младенцев и стариков, не способных трудиться, довели крестьянство до полного обнищания. Отчаявшиеся люди, чтобы спастись от государственных поборов, наказаний за недоимки и, наконец, от голодной смерти, бежали «за рубеж польский и в башкиры». Деревни обезлюдели, увеличивался дефицит казны.

Осенью 1726 года Меньшиков предложил собственную программу улучшения положения в стране. Но светлейшему князю недоставало ни масштабности, ни глубины государственного мышления, свойственных Петру Великому. Поэтому решению важнейших государственных проблем нередко предшествовал весьма поверхностный анализ состояния дел. Главным пунктом его программы было облегчение страданий трудового населения. Но справиться с этой сложнейшей задачей Меньшиков предложил необычным способом.

По программе Меньшикова для уменьшения казенных расходов предлагалось уменьшить затраты на содержание административного аппарата, отменив выплату жалованья мелким чиновникам Вотчинной коллегии, Юстиц-коллегии и провинциальных учреждений. Теперь такие чиновники должны были существовать за счет акциденций, т.е. взяток, даваемых просителями за рассмотрение дел. Воплощение этой программы не улучшило положения городского и сельского населения, так как осталась самая обременительная, непосильная для него повинность – подушная подать. Взимали ее по-прежнему беспощадно, хотя и в несколько раз уменьшенном размере.

Система акциденций привела к невиданному до тех пор в России расцвету в среде чиновников взяточничества, вымогательства и волокиты при рассмотрении дел. Чиновники смотрели в руки просителям – кто больше даст, тому и внимания больше. В конце концов, сбор подушной подати был возложен на воевод, от чего в свое время отказался Петр I. Это было проще и выгоднее государству: воевода не получал от него жалованья, а жил за счет населения. Воевод за их произвол в народе прозвали волками.

Между тем болезнь императрицы Екатерины I принимала все более опасное течение. 6 мая 1727 года Екатерина Алексеевна скончалась, назвав своим преемником единственного оставшегося в живых по мужской линии Романова, 11-летнего Петра Алексеевича, который взошел на трон под именем Петра II.

1.2. Петр II (1727-1730)

После смерти Екатерины I российский престол занял Петр Алексеевич. До совершеннолетия он должен был находиться под контролем коллективного регента – Верховного тайного совета. В первые месяцы правления Петра II влияние Меньшикова достигло пика: он стал фактическим регентом царя-мальчика.

Петр Алексеевич издал два высочайших манифеста, тщательно продуманных Меньшиковым. Согласно первому, с крепостных крестьян списывались все давние недоимки (долги), а отправленным за неуплату подушной подати на каторжные работы даровалась свобода. По второму манифесту тайным недругам Меньшикова – князьям Долгорукому и Трубецкому – были вручены фельдмаршальские жезлы, а Бурхарду Миниху помимо звания фельдмаршала даровался титул графа. Так светлейший князь Александр Данилович пытался задобрить своих противников. В это же время юный государь объявил, что возводит самого Меньшикова в звание генералиссимуса и назначает его главнокомандующим всеми вооруженными силами Российской империи.

Вскоре после воцарения Петра II была шумно отпразднована его помолвка с Марией Меньшиковой (дочерью А.Д. Меньшикова), состоявшаяся 25 мая 1727 года. Согласно желанию отца, она получала титул Ее Императорское Высочество и годовое содержание в 34 тысячи рублей.

Петр поселился в доме Меньшикова. Воспитателем юноши был назначен Андрей Иванович Остерман, строгий и взыскательный наставник. Занимались в основном древней историей и много времени проводили в увлекательных беседах о свершениях Петра Великого и его верных соратников.

Дворцовая жизнь быстро научила цесаревича лицемерию. Петр называл Меньшикова «батюшкой Александром Даниловичем», с его дочерью Марией – своей нареченной невестой – был приветлив и ровен. Юный император олицетворял собой саму любезность, расточая знаки внимания будущему тестю и невесте. Внешне в их взаимоотношениях все выглядело благополучно. Но в душе Петр ненавидел Марию, которая далеко не блистала умом; в письмах он называл ее «мраморной статуей», «фарфоровой куклой».

После помолвки дочери Меньшиков заболел: у него обнаружились признаки туберкулеза. Сильный организм справился с недугом, но за несколько недель его отсутствия отношение юного монарха к Александру Меньшикову резко изменилось. Были извлечены на свет секретные протоколы допросов царевича Алексея Петровича, которые были подписаны членами Тайного суда Меньшиковым, Толстым и Ягужинским. Ознакомившись с ними, Петр Алексеевич был потрясен циничным отношением судей к искренним, по его мнению, признаниям покойного отца. Над Меньшиковым стали сгущаться тучи.

К 13-14 годам Петр II был рослым красавцем, про которого говорили, что он обладал жестоким сердцем, посредственным умом и огромным властолюбием. Подлинной страстью Петра стала охота, на которой он порой пропадал по три-четыре месяца кряду. Если Екатерина I превратила русских дворян в участников огромного непрекращающегося бала, то Петру II удалось сделать главным занятием псовую охоту. Долгорукие и Остерман умело пользовались этими отсутствиями, желая вывести царя из-под влияния Меньшикова.

Петр II вскоре объявил, что больше не нуждается в помощниках и будет сам руководить страной. Он переехал из дома Меньшикова в Петергоф, а в сентябре 1727 года по его приказу майор князь Салтыков заключил главу Верховного тайного совета под домашний арест. Увидев караул у дверей, несгибаемый Меньшиков впервые в жизни упал в обморок. Венчавшись на царство 24 февраля 1728 года, Петр II нанес заключительный удар Меньшикову. Здание, которое так долго строил Александр Данилович, разлетелось как карточный домик. Падение светлейшего князя было стремительным. Его лишили чинов и званий, российских и иностранных орденов, в том числе и за Полтавскую победу, имущество конфисковали.

Следствие по делу Александра Меньшикова тянулось несколько месяцев. Приговор был суров – ссылка вместе с семьей в Сибирь, в село Березово. В пути умерла его жена, затем дочь Мария. Вскоре умер от туберкулеза и он сам.

Устранив могущественного противника, молодой император потерял смысл жизни. В довершение всего тяжело заболела любимая сестра Петра Алексеевича Наталья. Петр II не находил себе места от одиночества, пока не сблизился с бойкой княжной Екатериной Алексеевной Долгоруковой, готовой на все, лишь бы император надел ей на палец обручальное кольцо. С ней юный император проводил все свободное время, оставив государственные дела на Остермана. Ее отец, отставной дипломат, умел расположить к себе любого собеседника, всегда находя нужный тон и тему беседы. При дворе открыто говорили о том, что Долгоруковы «навели порчу» на Петра.

Постепенно Петр II стал охладевать к княжне Екатерине и начал грубо обращаться с ней даже в присутствии сановников. Как рассказывали, поводом к этому послужили слухи о том, что девушка будто бы неверна ему. Долгоруковы забили тревогу, и 30 ноября 1729 года в Лефортовском дворце состоялось обручение Петра Алексеевича и Екатерины Долгоруковой. Петр II огласил указ, по которому все Долгоруковы получали высшие должности при императоре, а свадьба назначалась на 19 января 1730 года.

Подавленное состояние духа императора, которого мучила совесть за судьбы Меньшикова и Елизаветы (дочери Петра I), усугубилось после его тайной встречи с Остерманом. Чувствуя неизбежные перемены с возвышением хитрых, деспотичных Долгоруковых, вице-канцлер приехал на Рождество в Москву, надеясь отговорить Петра от бракосочетания. Россия все дальше уходила от свершений и планов Петра I. Петр II объявил о прекращении кораблестроения на Балтике: «Когда нужда потребует употребить корабли, я пойду в море, но я не намерен гулять по нему, как дедушка».

При новом правительстве, возглавляемом Долгорукими и Остерманом, были предприняты шаги по оздоровлению подорванной экономики: отменены некоторые монополии, в том числе на продажу соли. Россия стремилась не втягиваться в военные конфликты. Мир способствовал возрождению народного хозяйства.

В 1730 году в Москве полным ходом шли приготовления к свадьбе царя. Однако за несколько дней до торжества, во втором часу ночи 19 января, 14-летний император простудился и вскоре скончался.

1.3. Анна Иоанновна (1730-1740)

Поскольку прямого наследника по мужской линии не оставалось, речь пошла о наследовании по женской линии. Дочери Петра I Анна (а значит, и ее сын Петр) и Елизавета сразу же были отклонены: по мнению знати, их мать, императрица Екатерина I, была подлого происхождения. Русская родовитая аристократия не простила Петру I его выбора, теперь она диктовала стране свою волю.

Верховники остановили свой выбор на 37-летней вдовствующей герцогине курляндской Анне Иоанновне, дочери умершего в 1698 году соправителя Петра – Ивана Алексеевича, которая полностью зависела от политической и материальной поддержки России. Князь Голицын разработал программу политического переустройства страны, ее перехода от самодержавной формы правления к олигархической. Для России это был бы шаг вперед по пути цивилизационного развития.

Верховники согласились с этой программой и тут же приступили к выработке кондиций (условий) приглашения на российский престол Анны Иоанновны.

Они требовали, чтобы правительница не вступала в супружество и не назначала себе преемника. Это означало бы, что в России прекращает свое существование наследственная монархия. Правительница не должна была в ключевых вопросах принимать решения без согласия Верховного тайного совета, т.е. самодержавная власть ограничивалась. У императрицы не было права объявлять войну и заключать мир, отягощать подданных новыми налогами, представлять к воинским званиям выше звания полковника. Гвардия и другие армейские части переходили в ведение Верховного тайного совета. Без суда правительница не могла отнимать у дворян имения и имущество и по своей воле предоставлять им вотчины и земли, населенные крестьянами. Анну Иоанновну обязывали не возвышать в придворные чины дворян без согласия Совета. Кроме того, верховники желали поставить бюджет страны под свой контроль. Казалось, что очередной дворцовый переворот удался и Россия вступила на новый путь развития, получив в виде кондиций Конституцию, которая регулирует отношения монарха и страны.

Однако Россия не была готова к такому повороту событий. Проект верховников взбудоражил все дворянское сословие. Дворянство шло дальше верховников, оно хотело вольностей для целого сословия. Однако об отмене крепостного права в проектах не было ни слова. В политической жизни России нарастала новая грозная сила. В дворянской среде все более крепла самодержавная партия. Ее основной пружиной являлись гвардейские полки, правительственная бюрократия, часть дворянства, которая ненавидела зарвавшихся вельмож. В этой среде стал разрабатываться свой проект государственного устройства России: уничтожение Верховного тайного совета, ликвидация кондиций, восстановление неограниченного самодержавия, возрождение власти Сената такой, какой она была при Петре I. Для этой группы людей петровский абсолютизм являлся идеальным образцом управления страной.

Обо всем этом Анна Иоанновна имела полную информацию. Анна Иоанновна окружила себя преданными и близкими ей людьми. Из Курляндии был вызван ее фаворит – обер-камергер Эрнст Иоганн Бирон. С тех пор он постоянно находился с царицей и направлял ее действия. Человек представительный и образованный, Бирон предпочитал оставаться в тени, но держал в руках все нити управления страной. Коренные интересы России Бирону были чужды. Под стать ему оказались глава правительства А.И. Остерман и глава армии – фельдмаршал Б.Х. Миних. Выходцев из немецких земель поставили во главе гвардейских полков.

Анна Иоанновна уничтожила Верховный тайный совет. Вместо него появился Кабинет в составе трех человек. Ведущая роль в нем принадлежала А.И. Остерману. Была воссоздана и Тайная канцелярия (орган политического сыска).

По настоянию Бирона и Остермана Анна Иоанновна удалила от власти Д.М. Голицына, который оказался в Шлиссельбургской крепости. Долгоруких разослали по их имениям, а потом отправили в Березов, где еще недавно томился Меньшиков.

Для упрочения своего положения императрица провела ряд мероприятий. Срок службы был установлен в 25 лет. Был отменен закон о единонаследии, теперь имения можно было делить между сыновьями; поместья были окончательно уравнены с вотчинами и должны были именоваться имение–вотчина. Был создан Кадетский корпус, откуда дворянские дети выходили сразу офицерами и не должны были, как при Петре, тянуть солдатскую лямку. Все это примирило дворянское сословие с властью.

Новое правительство пошло навстречу промышленникам: старые порядки обеспечения предприятий крепостным трудом подтверждались. Более того, предпринимателям разрешалось покупать крестьян и без земли. Сфера крепостного труда в экономике расширилась.

Со второй половины 1730-х годов Анна Иоанновна все меньше занималась государственными делами. Тяга императрицы к развлечениям и роскоши расцвела пышным цветом. Балы, маскарады, торжественные обеды и ужины, сопровождаемые иллюминациями и фейерверками, сменяли друг друга.

На рубеже 1730-1740-х годов Россия находилась в состоянии глубокого экономического, политического и морального кризиса. Финансы страны не выдерживали расточительства двора и малорезультативных войн. Ситуацию обостряла обстановка страха, доносов и репрессий. Немецкое засилье в правящих кругах ощущалось все сильней, что возмущало значительную часть русской знати. Гвардейские офицеры отказывались подчиняться иностранным командирам.

В связи с тяжелым заболеванием Анны Иоанновны встал вопрос о наследовании престола. Детей у императрицы не было, и пришлось вновь выбирать наследников на стороне. Анна Иоанновна остановилась на Иване Антоновиче – двухмесячном сыне своей племянницы Анны Леопольдовны, вышедшей замуж за герцога брауншвейгского Антона Ульриха. Чета уже долгое время жила в России на попечении Анны Иоанновны.

1.4. Иван Антонович (1740-1741)

Анна Иоанновна передала престол своим ближайшим родственникам по линии царя Ивана, обойдя наследников по петровской линии – его дочь Елизавету и 12-летнего сына Анны Петровны, который носил имя своего деда – Петр.

Эрнст Иоганн Бирон стремился стать регентом при грудном младенце, который по завещанию Анны Иоанновны, мог стать полноправным правителем лишь с 17-ти лет.

Определившись с наследником, больная императрица не могла определиться с регентом. Бирон и близкие к нему люди настаивали на кандидатуре фаворита. Но при дворе были свои люди у Антона Ульриха и Анны Леопольдовны. Как родители они также претендовали на регентство. Анна Иоанновна колебалась и, только когда врач объявил ей, что ее часы сочтены, вписала в завещание имя Бирона.

К власти в стране пришел иностранец, который никак не был связан ни с царствующей династией, ни с Россией. Это вызвало возмущение брауншвейгского семейства – отца и матери императора-младенца, других влиятельных немцев, в первую очередь Остермана и Миниха, русскую знать и гвардию. Против Бирона объединились все. Инициатором заговора стал хитроумный Остерман, а исполнителем – Миних, получивший согласие Анны Леопольдовны на его регентство. Участь Бирона была решена. Его регентство продолжалось лишь три недели. Эрнст Иоганн был арестован и отправлен в Шлиссельбургскую крепость.

Анна Леопольдовна объявила себя правительницей. Но на роль главы такого государства, как Россия, Анна Леопольдовна подходила менее всего: она не знала, что делать с полученной властью, и откровенно тяготилась государственными обязанностями. Заботы о собственном ребенке были для нее важнее государственных дел.

Победа брауншвейгцев и Остермана стала пиком владычества выходцев из немецких земель в России, но они так и не сумели удержаться у власти. Это были слабые государственные деятели. Анну Леопольдовну больше занимали развлечения, ее муж Антон Ульрих не обладал ни военными, ни организаторскими талантами. Возглавившие коллегии немцы мало, что понимали в российских делах, порой не могли даже говорить по-русски.

Все глубже обозначался раскол между немецкой руководящей верхушкой и русским обществом. В гвардии шло брожение. Позиции немецких временщиков были непрочны.

В ночь с 24 на 25 ноября 1741 года дочерью Петра I, Елизаветой Петровной был совершен дворцовый переворот. 30 гвардейцев ворвались в покои Анны Леопольдовны.

Елизавета издала несколько манифестов, доказывая, что у нее больше прав на русский престол, чем у Ивана и его матери. Императрица публично заявила, что брауншвейгское семейство будет с почетом отправлено за границу, в Германию, и даже распорядилась везти их к западной границе России. Доехали они только до Риги, где их и арестовали. Шли годы. Одна тюрьма сменялась другой. Когда было приказано доставить узников в Ранненбург, начальник конвоя, плохо знавший географию, чуть было не завез их в Оренбург. Последним пристанищем брауншвейгского семейства стал архиерейский дом в Холмогорах. Маленького Ивана отделили от родителей. Они так и не узнали, что произошло с ребенком, а он 12 лет прожил довольно близко от родителей, братьев и сестер, даже не догадываясь об этом.

1.5. Елизавета Петровна (1741-1761)

В конце ноября 1741 года при поддержке гвардии произошел очередной дворцовый переворот, приведший к власти младшую дочь Петра I – Елизавету.

Вступая на престол, Елизавета провозгласила себя продолжательницей дела своего великого отца. Следование петровским «началам» обусловило, в частности, интерес императрицы к экономическим вопросам, развитию промышленности и торговли. Поощряя дворянское предпринимательство, Елизавета повелела в 1753 году учредить Дворянский заемный банк, выдававший ссуды помещикам под залог земли. В 1754 году был основан Купеческий банк. Быстрыми темпами создавались новые мануфактуры (промышленные предприятия). В Ярославле и Серпухове, Иркутске и Астрахани, Тамбове и Иванове, в городах Сибири в дворянских имениях мануфактуры производили сукно и шелк, парусину и канаты. Появился опыт передачи казенных заводов (в частности, уральских) дворянам. Была введена монополия дворян на винокурение, что давало им колоссальные барыши. Правительство сокращало казенные монополии, справедливо считая, что свобода и конкуренция частных предпринимателей и торговцев будут содействовать развитию экономики.

Из-за нехватки вольнонаемных рабочих расширялось применение посессионных и приписных крестьян. Крепостнический труд оставался основой крупного производства.

Важные последствия имело решение правительства Елизаветы, принятое в 1753 году, об отмене внутренних таможенных пошлин, которые взимались по городам и дорогам России издревле. В результате этой реформы удалось покончить с экономической раздробленностью России. Теперь можно было, без каких бы то ни было платежей, развозить товары по стране. Был ликвидирован внутренний аппарат таможен, где процветала коррупция. Новый протекционистский тариф защищал интересы отечественных промышленников. Это был смелый по тем временам шаг. Во Франции, например, внутренние таможни перестали существовать лишь в ходе революции конца XVIII века, а в Германии – в 30-х годах XIX века.

Свое царствование Елизавета Петровна начала с небольшого сокращения подушной подати. Вместе с тем крепостные крестьяне не были допущены к присяге новой императрице. За них присягу давали господа. Это четко указывало на внутриполитическую ориентацию нового правительства: крепостничество по-прежнему оставалось незыблемым. Елизавета лишь несколько ограничила использование крепостного труда в промышленности, так как его невыгодность все больше давала о себе знать. Было ограничено также, право покупать крестьян к мануфактурам, сокращалось число приписных крестьян. Императрица объявила о ликвидации Кабинета и учреждении императорского Совета. В его состав вошли ближайшие сторонники императрицы. Лидером стал соперник Остермана, опытный сановник Алексей Петрович Бестужев-Рюмин, вернувшийся из ссылки незадолго перед переворотом. Засияли старые русские фамилии – Трубецкой, Нарышкин, Черкасский, Куракин. Высокие придворные звания получили Шуваловы и А.Г. Разумовский. Фельдмаршал Василий Долгорукий был назначен президентом Военной коллегии.

Сенат снова стал Правительствующим (главным после императрицы) органом власти в стране, он был пополнен русскими вельможами. Елизавета Петровна восстановила некоторые петровские коллегии и Главный магистрат. Террор в отношении русской знати и дворянства прекратился, но Тайная канцелярия продолжала существовать. Через ее застенки за время правления Елизаветы Петровны прошло 80 тысяч человек.

Императрица поощряла строительство новых кораблей на Балтике, восстановила количественный состав русской армии. Частично был сокращен правительственный аппарат, усилен принцип единоначалия, восстановлен в прежнем объеме прокурорский надзор.

Елизавета значительно расширила права и вольности дворян. В частности, она отменила закон Петра I о недорослях, по которому дворяне должны были начинать военную службу с юных лет солдатами. При Елизавете детей приписывали в соответствующие полки уже с рождения. Таким образом, в десять лет эти юнцы, не зная службы, становились сержантами, а в полк являлись уже 16-17-летними капитанами. Также Елизавета Петровна сократила срок государственной службы в армии, на флоте, в системе управления. Дворяне получили право ссылать провинившихся крестьян в Сибирь, причем эти люди засчитывались в качестве отданных государству рекрутов. Дворяне могли также продавать своих крепостных крестьян другим лицам для отдачи в рекруты.

В период правления Елизаветы Петровны сложились благоприятные условия для развития русской культуры, прежде всего науки и образования. В 40-50-е годы к существовавшей с 1726 года первой гимназии в Петербурге прибавились еще две – при Московском университете (1755 год) и в Казани (1758 год). А 1752 году Навигацкую школу, основанную Петром I, реорганизовали в Морской шляхетский кадетский корпус, где готовили офицеров российского военно-морского флота.

25 января 1755 года Елизавета подписала указ об основании Московского университета. Распространение университетского образования в России было заветной мечтой российского ученого и просветителя М.В. Ломоносова. В одном ряду с этим событием стоит учреждение в 1756 году русского профессионального театра Федора Волкова и Александра Сумарокова, а в 1758 году – Академии художеств.

Возникновение интереса к изящным искусствам в русском обществе времен Елизаветы Петровны напрямую связано со страстным увлечением ими самой императрицы. Можно сказать, профессиональный театр, опера, балет, хоровое пение вышли из стен ее дворца.

Елизавету весьма волновал внешний вид Москвы и Петербурга. Она издала немало указов, которые касались облика и быта обеих столиц. Немало замечательных памятников зодчества относится ко времени правления Елизаветы, в том числе Зимний дворец в Петербурге, Большой дворец в Петергофе, Большой Царскосельский дворец, собор Смольного монастыря, дворцы елизаветинских вельмож Воронцова, Строганова и Штагельмана в Петербурге. Все эти шедевры созданы архитектором В.В. Растрелли. В 1755 году по приказу императрицы была привезена из Петербурга и смонтирована в Царскосельском дворце знаменитая Янтарная комната (кабинет), подаренная в свое время Петру I прусским королем Фридрихом Вильгельмом I.