Первая философия
“ПЕРВАЯ ФИЛОСОФИЯ”,
ИЛИ МЕТАФИЗИКА
Основной вопрос философии. Известно, что история философии в своей сущности есть история борьбы материализма и идеализма. Правда, эта борьба не всегда была явной.
У Аристотеля нет столь очевидной постановки основного вопроса философии. Этот вопрос присутствует у него в неявной форме и в нескольких вариантах в виде вопросов, с которыми мыслитель обращается прежде всего к самому себе. Это, во-первых, вопрос о том, существуют ли какие-либо сущности кроме тех, которые даны нам в нашем чувственном восприятии: “…следует выяснить, существует ли помимо чувственно воспринимаемых сущностей какая-нибудь неподвижная и вечная… и что же она такое, если существует… ”. И во-вторых, вопрос о том, достаточно ли одной материи для того, чтобы все существующее могло существовать: “…главным образом нужно рассмотреть и обсудить вопрос… имеется ли кроме материи причина сама по себе или нет, а также одна ли она или имеется большее число таких причин…”. Ответы на данные вопросы у Аристотеля не однозначны, что объясняется сложностью последних.
Противоположности. Для того чтобы разобраться в философском мировоззрении Аристотеля, необходимо прежде всего обратиться к его представлению о законе, которому, как думал философ, подчиняются и бытие и мышление. Определяя предмет философии, Аристотель спрашивает себя: “…должна ли искомая… наука заниматься и теми началами, из которых все исходят в доказательстве, как, например, выяснить, возможно ли в одно и тоже время утверждать и отрицать одно и тоже или нет…”. Философ отвечает на этот вопрос положительно: философия должна заниматься началами доказательства. Аристотель развивает учение о противоположностях и анализирует различие и его виды. Аристотель определяет противоположность как наибольшее или “законченное различие”. В контексте учения о противолежащем и его видах Аристотель формулирует тот основной закон, или принцип,
бытия и мышления, который определяет и его логику, и его учение о бытии, онтологию. Сам Аристотель называет этот принцип, “началом
для всех других аксиом”. Развернутая формулировка этого принципа
звучит так: ” …невозможно, чтобы одно и тоже в одно и тоже время было и не было присуще одному и тому же в одном и том же отношении…”. Здесь явно видны два аспекта этого принципа: гносеологический и онтологический. Следуя своему пониманию закона бытия и мышления, Аристотель подвергает критике Гераклита.
Предмет философии. Теперь необходимо выяснить предмет “первой философии” Аристотеля. Выше мы уже видели что “первая философия” занимается тем, что мы назвали основным принципом, или законом, бытия и мышления и что сам Аристотель называл “началом для всех других аксиом”, или началом доказательства. Кроме того, философия, как и всякая наука, должна заниматься проблемой отыскания причин, начал и элементов. Говоря словами Аристотеля, философия “есть некоторая наука, исследующая сущее как таковое, а также то, что ему присуще само по себе. Эта наука не тождественна ни одной из так называемых частных наук, ибо ни одна из других наук не исследует общую природу сущего как такового, а все они, отделяя себе какую-то часть его, исследуют то, что присуще этой части, как например, науки математические. А так как мы ищем начала и высшие причины, то ясно, что они должны быть началами и причинами чего-то самосущного…”. Таким образом, предметом философии является сущее как таковое и наиболее предельные начала и причины всего того, что существует.
Не-сущее. Однако у Аристотеля анализ сущего не ограничивается поиском в нем первых причин и высших начал. Аристотелевское сущее многообразно. Его сущее, бытие настолько различно внутри себя, что включает в себя и свою противоположность - не-сущее, небытие, но в качестве подчиненного сущему. Аристотель признает существование небытия в относительном смысле. По Аристотелю, “не-сущее имеет троякий смысл”. Так как о не-сущем речь может идти только в связи с сущим, ведь не-сущее само по себе не существует, оно как бы тень сущего, то в тех же смыслах, в каких мы можем говорить о не-сущем, мы говорим и о сущем. Итак, “о сущем и не-сущем говорится, во-первых, в соответствии с видами категорий; во-вторых, как о сущем и не-сущем в возможности или действительности применительно к этим категориям
и к тому, что им противоположно; в-третьих, в самом основном смысле сущее и не-сущее – это истинное и ложное”. Такова диалектика бытия и
небытия у Аристотеля. Философ отрицает небытие как самостоятельно существующее и тем более первичное по отношению к бытию. Он утверждает что “бытие предшествует небытию…”.
Сущее. Теперь рассмотрим многообразие сущего не со стороны
не-сущего, а со стороны самого сущего. Сущее – это и есть суть вещи, и некое определенное нечто, и истина, и качество, и количество, и место, и время, и возможное, и действительное.
Сущность. У Аристотеля сущее не просто многообразно, оно еще и упорядоченно. Основой этой упорядоченности является сущность. Учение о сущности – центр “первой философии” Аристотеля. Именно сущность – предмет наибольших колебаний философа. Сущность – главная и основная причина сущего, первое в сущем – предмет поиска в философии как теоретической науке о первых причинах и высших началах. Ко времени Аристотеля накопилось уже немало трактовок сущности. А по Аристотелю, в роли сущности могут выступать общее и род, субстрат и суть бытия вещи, а также сочетание субстрата и сути бытия. В своем анализе он руководствуется по крайней мере двумя критериями – сущность должна существовать самостоятельно и быть определимой в понятии.
Субстрат. Аристотель дает логическое и онтологическое определение субстрата. Субстрат – всегда логический субъект в суждении. Онтологически, бытийно субстрат – носитель всех свойств, качеств, отношений, количественных характеристик, действий и страданий.
Материя. Слова “материя” Аристотель не знал. Его материя – это материал. Материя как материал природы, согласно Аристотелю, пассивный, сырой, необработанный материал, который сам по себе ничего из себя произвести не может. Самое общее его определение материи: “…то, из чего состоит все вещи, из чего как первого они возникают и во что как в последнее они, погибая, превращаются, причем сущность хотя и остается, но изменяется в своих проявлениях…”. У Аристотеля материя как таковая не только пассивна, но и неизменна. Она лежит ниже всех изменений и превращений. Материя – носитель
противоположностей. Все
противоположности имеют
Аристотель говорит о материи как о сущности, но все же отказывает ей быть сущностью. Материя Аристотеля – носитель всех качеств и отношений, всех различий и противоположностей, основа множеств. Он считает эту материю вечной. Для него материя – одно из искомых философией первоначал сущего, одна из первопричин.
Общее и род. Они также указаны Аристотелем в качестве того, что принимают за сущность. Невозможно, считает Аристотель, самостоятельное, обособленное существование ни для сущности, ни для общего вообще. Таким образом, он не допускает для общего возможности существовать самостоятельно. Следовательно, общее не соответствует одному из критериев сущности, хотя общее определимо: определим и вид, и род, и род родов. Аристотель даже сводит общее к качеству и отказывает ему в праве быть сущностью.
Единичное. В “Метафизике” Аристотеля есть много мест, где автор отвергает общее в качестве сущности и настаивает на том, что “определенное нечто” именно как единичная и конкретная вещь – сущность. Под сущностью у Аристотеля понимается реальная вещь, подверженная изменениям под действием внешних и внутренних факторов и рассматриваемая в ее конкретной целостности. Однако такое понимание его учения о сущности отражает лишь одну, и не главную, сторону дела. Склоняясь к отождествлению сущности с единичным, отдельным предметом, Аристотель не удерживается на этой позиции. Подобные сущности не отвечают такому критерию, как определимость, они не познаваемы разумом.
Определение. Оно “состоит из рода и видового отличия”. “ Род есть то, что сказывается по сути о многих и различных по виду”. Видовое отличие - тот признак, по которому предметы, входящие в один и тот же род, различаются между собой, распадаясь на виды. Аристотель говорит, что “в определение не входит ничего… кроме рода и видовых отличий”. По Аристотелю “определение есть обозначение, образуемое из видовых отличий”. Вернемся теперь к проблеме сущности у Аристотеля. Утверждая, что общее не может быть сущностью, он склоняется к мысли, что начала и причины должны быть вне вещей, а это и есть
общее. Аристотель отдает предпочтение роду не только перед индивидом, но и видом. Он указывает, что “видовое… отличие, как относящееся к роду, нужно ставить вместе с родом”. Он подчеркивает, что “для указания сути вещи более подходит род, чем видовое
отличие”.
Колебания Аристотеля. Мы имеем два варианта понимания сущности Аристотелем: 1) сущность есть единичное, отдельное, индивидуальное; 2) сущность есть общее, причем это не столько вид, сколько род. Однако ни та не другая крайность не характерны для его понимания сущности. Аристотель все же утверждает, что роды как таковые все же не существуют. Ему нужно найти такую сущность, которая была бы определима через род и видовое отличие и которая существовала бы отдельно. Ближайший к индивидам вид все еще определим, и почти существует отдельно. Из этого “почти” вырастает идеализм Аристотеля.
Суть бытия. Выше мы рассмотрели в качестве возможных сущностей субстрат как материю, общее, род, единичное. Теперь остается сказать о “сути бытия” вещи и о том, что состоит из “сути бытия” и субстрата. “Суть бытия” – это то, что выражается в определении: ”…определение есть речь, выражающая суть бытия вещи…”. При этом не всякое определение выражает “суть бытия” вещи. От “сути бытия” вещи надо отличать “собственное”. “Собственное” – это то, что хотя и не выражает суть бытия, но присуще только ей и взаимосвязано с ней. “Суть бытия” вещи – это ее вид, а не она сама. Но в тексте есть места, исходя из которых можно доказывать, что Аристотель под “сутью бытия” понимал саму “эту вещь”. “…суть бытия каждой вещи означает то, что эта вещь есть сама по себе… сутью бытия называется сущность отдельной вещи… знать отдельную вещь – значит знать сущность ее бытия… ”. Отдельная вещь и суть ее бытия одно и то же только тогда, когда отдельная вещь берется без ее привходящих свойств. Но отдельная вещь не может существовать без тех или иных привходящих свойств, качеств, количественных особенностей, отношений, вне места и времени, она оказывает различные воздействия на другие вещи и сама испытывает то одно, то другое без всего того, что Аристотель распределяет по категориям.
Категории. У Аристотеля категории – высшие родовые понятия, несводимые друг к другу. Число их доходит до десяти. Существовало мнение, что состав категорий выведен Аристотелем из грамматических различий. О категориях говорится в “Метафизике”, но там перечисляются не все категории, в целом названо восемь категорий. Категория сущности может быть названа категорией лишь условно – она не есть признак, она сама носитель всех признаков, качеств, отношений. Бытие или сущее присуще первично только тому, что попадает под категорию сущности.
Суть бытия как форма. Мы подошли теперь к тому пункту учения Аристотеля о сущности, в котором происходит качественный скачок. Он вытекал из того расхождения между двумя критериями сущности, которые скрыто определяли анализ Аристотеля о различных понятиях сущности и привели к тому, что Аристотель не смог заполнить брешь между отдельным и общим. Это не была брешь между отдельным и общим, а брешь между индивидом и видом, ближайшим к индивиду. Ученый определяет “первую сущность” – это “суть бытия” вещи. Этому определению он придает объективное, самостоятельное существование, делает его не просто определением вещи, но ее причиной и началом, которое называется “формой”. Для Аристотеля форма – первая причина и высшее начало в списке искомых философией первопричин, она стоит на первом месте перед материей. Сущность его учения об общем, особенном и отдельном в том, что у него не род и не индивид, но вид как нематериальная форма есть сущность, первичная по отношению к индивиду и роду, а “определенное нечто” под которым подразумевается конкретная единичная вещь, переосмысливается им как та же самая форма.
Материя и форма. Видовое, приобретя самостоятельное существование, оказывается первопричиной, самостоятельным началом, которое, будучи придано материи, определяет ее, формирует в те или иные предметы. Аристотель требует, чтобы во всякой составной сущности были четко разделены форма и материя – без этого не возможно познание. В ряде случаев разделение вещи на материю и форму сделать весьма трудно, а то и невозможно. Ведь часто отделимость материи от формы и формы от материи явно не видна. Она не видна в том случае, если форма всегда сочетается с одним и тем же
материалом . Аристотель становится в тупик – здесь сказывается вся искусственность противопоставления материи и формы как самостоятельных начал. Иногда он тесно сближает материю и форму, почти отождествляет их. Но это не означает, что форма превращается в материю, а материя в форму. Форма – это не только внешняя форма, но и структура, строение вещи. Ученый ставит в один ряд форму и образ. Тесное сближении материи и формы не следует понимать буквально.
Возможность и действительность. Это те же материя и форма, но когда форма выступает уже не только как сущностно определенное в вещах, но и как активная сила, вносящая в материю эту определенность, оформляющая ее как подлинную действительность. Форма первична по отношению к вещам. Аристотель делил все сущее на две части – на то, что существует в действительности и на то, что существует в возможности. Его “материя” не содержит в себе никакой силы и мощи, она пассивна и беспомощна. Она – предмет домогательств со стороны форм. Именно формы – та сила и мощь, которые вносят в материю действительность. Отождествляя материю с возможностью, он отождествляет форму с действительностью. Аристотель отождествляет форму и энтелехию. Энтелехия – это сила в целенаправленном действии и результат осуществления цели, полное раскрытие внутри заложенной цели, т.е. законченная и полная действительность.
Телеология. Аристотелевское мировоззрение глубоко телеологично. Целенаправленность и целесообразность деятельности человека как сознательного и целеполагающего существа распространяется Аристотелем на весь мир. По его мнению естественный мир и мир искусственный, созданный человеком, в этом положении подобны. У Аристотеля форма стремится к материи, а материя к форме, точнее говоря к формам, т.к. форм много. Формы даже борются между собой за материю. Стремление всего к своей наиболее полной оформленности как своей реализации есть стремление к своему благу. Не всякая цель есть подлинная цель, благо. Аристотель отождествляет благо и цель. Цель как благо – одна из первопричин искомых философией.
Первичность форм. У Аристотеля каждая отдельная вещь – составная сущность, а состоит она из своей материи и из “сути бытия”, формы, сущности или энтелехии. Материя, как бы она не была оформлена, всегда остается материей. Но по мере дальнейших оформлений она все больше утрачивает свои возможности. Подлинно действительна лишь форма, а не отдельная вещь. У Аристотеля форма как энтелехия не только действительнее отдельных вещей, но она первее и вещей и их материи. Форма первее материи и отдельных вещей как составленных из материи и формы. Это учение о первенстве формы перед материей, о первичности формы и вторичности материи есть идеализм. Брешь между отдельной вещью и ее сущностью как формой и целью еще более возрастает, а также брешь возрастает между отдельным, единичным и общим.
Движущее. Следующая и последняя искомая “первой философией” первопричина всего сущего – “движущая причина”, или “источник движения”. Аристотель настаивает на том, что в мире имеется самостоятельный и обособленный источник движения. Ответить на вопрос о причине движения для него означает найти особую движущую первопричину. Он совершенно не допускает мысли о том, что материя сожжет быть источником движения самой себя. Природа у него имеет начало движения вне себя. Сейчас же на природу распространяется положение о том, что искусственные предметы не сами себя делают, а производятся человеком как движущей причиной. В самой общей форме он определяет движение через понятие “энергия”. Движение бывает только там, где есть материя. Формы сами по себе неподвижны и неизменны. Там же, где замещена материя, только движение является причиной единства материи и формы. Аристотель различает движущееся, которое само по себе не может быть движущим себя, движущее, которое само при этом движется, и движущее как таковое, которое неподвижно. Таким первым источником движения является перводвигатель. Если бы он сам двигался, то согласно Аристотелю, по которому все, что движется, должно приводиться в движение чем-то иным, его бы что-то двигало, а потому он не был бы перводвигателем. Этот перводвигатель вечен и является источником вечного движения.
Четыре первопричины. Подытожим аристотелевское учение о первопричинах. Причиной называется то содержимое вещи, из чего она возникает. Одно и тоже может иметь несколько причин и притом не по случайному совпадению. Аристотель понимает материю настолько
широко, что туда входит и бестелесное. Материальная, формальная, движущая и целевая – все эти причины существуют самостоятельно, не сводятся друг к другу, они вечны. Правда не все имеет все четыре причины: неподвижные вещи ни имеют целевой, ни движущей причины. Таковы например математические предметы. Таково учение Аристотеля о четырех первопричинах. Но у него есть и другой вариант первопричин. Иногда двумя причинами оказывается форма и лишенность формы, а о целевой и движущей причине не говорится.
Итоги. У Аристотеля есть три варианта сущности: 1) сущность есть отдельная, единичная вещь; 2) сущность есть род; 3) сущность есть суть бытия вещи. Третий вариант понятия сущего приводит Аристотеля к понятию формы, без которого аристотелевская философия немыслима. Подытоживая учение о бытии и небытии, обратим внимание на то, что сущее настолько многообразно, разновидно, что включает в себя
не-сущее. Подытоживая учение о противоположностях, отметим, что ученый допускает, что одно и тоже может сочетать в себе противоположности, но только в сфере возможного. Аристотель насчитывает еще три причины, которые противостоят материи - в перводвигателе материи нет, как нет ее во всем вечном и неподвижном. В доказательство необходимости вечных и неизменных сущностей он приводит доводы: 1) без таких сущностей не будет никакого порядка;
2) если таких неизменных
сущностей нет, то все будет
преходяще. Для Аристотеля
Теология. У Аристотеля “первая философия” как теоретическая наука о неподвижных, нематериальных и вечных сущностях оборачивается теологией. В представлениях Аристотеля именно бог – самая первая сущность. Именно в нем сходятся формальная, целевая и движущая
причины. Нет в нем только материи. Лишенный материи бог – чистая действительность и осуществленность, энтелехия. Бог и есть чистый деятельный разум. Предмет мысли и мысль о предмете в нем совпадают. Бог Аристотеля отделен от чувственного мира. Он также идеальный философ. Он мыслит самое божественное и самое ценное. Бог мыслит и формы бытия, и формы мысли. Он и онтолог и логик. Бог не подвергается изменению. Божественное самомышление является также перводвигателем, который сам неподвижен. Так движет человеком предмет его мысли, желания любви, но не находясь в движении. Бог пробуждает все к движению как цель стремления и предмет мысли.
Бог – вместилище вечных бестелесных сущностей. Для нашего философа характерна внутренняя теология: стремление к богу превращается в стремление всего живого к собственному благу и осуществленность этого стремления – энтелехия – совершается не в потустороннем. Природа, по Аристотелю, существует реально, объективно и вечно, и в боге она повторяется слабо.
ВТОРАЯ ФИЛОСОФИЯ, ИЛИ ФИЗИКА
Первая философия не единственная наука, изучающая сущее. Этим занимаются и другие науки. Но они “не дают никакого обоснования для сути предмета”. Таковы математика и физика, и “вторая философия”.
Математика. Если первая философия рассматривает главным образом неподвижные и обособленные от материи предметы, первые сущности, формы, то “у математики некоторые отрасли имеют дело с объектами неподвижными, но которые не существуют отдельно, а даются в материи”. Аристотель различает “общую математику”, геометрию и астрономию. Мысль об универсальности математики не получила развития у Аристотеля. В центре внимании я мыслителя не отдельная специальная математическая проблема вроде задачи на удвоение куба, а основной вопрос философии математики – о природе числа. Ученый решает трудности, связанные с определением предмета математики. При этом его точка зрения – своего рода отрицание отрицания. Аристотель вернул числа в вещи, но не путем наивного отождествления того и другого: в вещах находятся не сами числа, а такие их свойства,
которые путем абстрагирующей работы мышления становятся в человеческом сознании числами.
Предмет физики. Физика изучает подвижное и не обособленное от материи, она “имеет дело с таким бытием, которое способно к движению, и с такой сущностью, которая соответствует понятию, но не может существовать отдельно”. Физические сущности не могут существовать без материи. Аристотель ставил физику на второе место после метафизики и говорил о ней как о “второй философии”.
Природа. Аристотель отмечает, что о природе говорится в шести значениях: 1) возникновение рождающихся вещей; 2) то основное в составе вещи, из чего вещь рождается; 3) источник первого движения каждой из природных вещей; 4) тот основной материал, из которого или состоит, или возникает какая-либо из вещей, т.е. материя; 5) форма; 6) сущность. Он говорит, что “природа есть известное начало и причина движения”. Он подчеркивает, что “природа двояка: с одной стороны как материя, а с другой – как форма…”. Но все же он считает, что “скорее форма является природой, чем материя”.
Теология в природе. Форма, как известно, связана с целью. Цель и источник движения – внешние причины, а форма и материя – внутренние. Аристотель рассматривает природу как единый живой организм, где “одно возникает ради другого”. Приводимые им примеры касаются в основном лишь живой природы и характеризуют целесообразность строения и деятельности особи. Он допускает целесообразность в отношениях между живой и неживой природой.
Случайность и самопроизвольность. Аристотель подчеркивает объективность случайности. Философ согласен с тем, что все имеет свою причину. Но причина причине – рознь. Далеко не все существует необходимым образом. Признавая объективность случая, он подчиняет его целевой причине. Случайность оборачивается у него непреднамеренностью. Философ не считает, что случайное и самопроизвольное – некая самостоятельная причина, достойная включения в список четырех первоначал сущего, а тем более заменяющая и вытесняющая некоторые из причин.
Непреднамеренность и самопроизвольность. Самопроизвольное – род, а случайное – вид. Но случайное не всегда произвольно и наоборот. Самопроизвольность свойственна и неодушевленным предметам и живым существам, тем, кто, совершая целенаправленные действия, не обладает способностью выбора. Случайность – нечто большее чем самопроизвольность. Мы говорим “случайно” о событиях, которые происходят как бы сами собой с существами, обладающими способностью выбора.
Необходимость. Есть три ее значения: 1) условие, без которого невозможна жизнь или благо; 2) насильственное принуждение, идущее вразрез с естественным влечением; 3) то, что не может быть иначе. Логическая необходимость – доказательство. В полном смысле необходимы только “вечные и неподвижные вещи”.
Виды изменения движения. Аристотель говорит, что “все изменяется всегда в отношении сущности, количества, качества или места”. Движение в отношении качества – качественное изменение, в отношении количества – рост и убыль, в отношении места – перемещение. Он подчеркивает, что качественное изменение – это изменение в пределах одной и той же формы.
Бесконечное. Эта проблема существует и в области математики и области мысли. Аристотель подчеркивает трудность этой проблемы, т.к. “много невозможного и за отрицанием его существования и за признанием”. Философ рассматривает ее и в возможности и в действительности. Нужно говорить и об актуально бесконечном и о потенциально бесконечном. Отрицание актуально бесконечного, не означает отрицания бесконечности вообще. Бесконечность существует потенциально. Бесконечное – это процесс, то оно всегда законно. Целое и законченное – это то, вне чего ничего нет.
Выводы Аристотеля. Пять оснований, исходя из которых люди приходят к идее бесконечности: 1) время бесконечно; 2) есть только потенциальная бесконечность; 3) источнику возникновения, для того чтобы не иссякнуть, необязательно быть неиссякаемым; 4) не всякое ограничение тела предполагает наличие чего-либо за его пределами;
5) не все то, что
мыслимо, есть в
Место. О границе можно говорить двояко: это и граница самого тела и граница объемлющего тела. Можно иметь границу и быть нигде и ни в чем. Аристотель решает апорию Зенона: “если тело находиться в пространстве, то и пространство должно быть в своем пространстве, и так до бесконечности”. Аристотель возражает, говоря, что это верно лишь в том смысле, что тело, которое является местом для заключенного в нем тела, объемля его, само может быть в каком-то мест е, но это только в том случае, если и это объемлющее тело в свою очередь чем-то объемлемо. Но бесконечности здесь нет.
Пустота. Движение есть, но пустоты нет. Для движения нет необходимости в пустоте. Все движется в круговороте, уступая друг другу место. В пустоте нет ни верха, ни низа, нет оснований для движения тела в ту или другую сторону. В действительности учение Аристотеля о естественных и насильственных движениях и естественных местах надолго затормозило развитие физической мысли.
Время. Движение связано не только с пространством, но и с временем. Время не есть движение, но оно не существует без движения и изменения. Вечные сущности – вне времени. Время – мера движения. И само время измеряется движением. Мерой времени является не всякое движение, а лишь равномерное круговое движение небесной сферы, “круг времени”. Там где есть мера, есть и число. Время исчисляемо.
Проблема настоящего времени. Диалектика времени достигает у Аристотеля своей кульминации в проблеме “теперь”, т.е. настоящего времени. Аристотель поднимается до высот диалектики, изменяя своей логике. “Теперь” – это не часть времени. “Теперь” – это “крайний предел прошедшего, за которым нет еще будущего, и предел будущего, за которым нет уже прошлого…”. “Теперь” – это граница. Оно и связывает прошлое и будущее, и разделяет их, но потенциально. “Теперь” неделимо.
Аристотель об апориях Зенона. 1) “Дихотомия” : “…перемещающееся тело должно прежде дойти до половины, чем до конца…”, т.е. сначала до половины, затем до половины этой половины. Суть: движение невозможно, ибо двигающееся тело должно коснутся бесконечного множества точек в конечное время. 2) “Ахиллес” : “…существо более
медленное в беге никогда не будет настигнуто самым быстрым, ибо преследующему нужно прийти в место раньше, откуда уже двинулось убегающее, так что более медленное всегда имеет некоторое преимущество”. Это док-во основывается на дихотомии. 3) “Стрела” : время слагается из “теперь”, а там двигающееся тело неподвижно.
4) “Стадион” : Аристотель опровергает, что тело тратит равное время на то, чтобы пройти мимо покоящегося или движущегося навстречу ему тела, т.к. Зенон не учел сложения скоростей.
Вечность движения. Он доказывает вечность движения. Движение предполагает наличие движущихся предметов. Для возникновения предметов нужно движение. Если возникло движение, то или возникли предметы, или они были, не двигаясь.
Вечность времени. Если возникло движение, то время считали вечным. Но если вечно время, то вечно и движение, ибо время есть известное свойство движения.
Физическая догма Аристотеля. Сторонники положения о том, что движение существовало, не всегда выдвигают три аргумента: 1) всякое изменение конечно; 2) покоящееся поздно или рано приходит в движение и наоборот; 3) живое существо то движется, то нет.
Космология Аристотеля. Учение о вечности Вселенной – учение о ее изменчивости. Земля неподвижна и пребывает в центре Вселенной. Земля и космос шарообразны. Вселенная: лунно-надлунный и подлунный мир. Подлунный мир: земля, вода, воздух, огонь. Они переходят друг в друга. Эфир - пятый элемент. Он не смешивается с остальными элементами. На небе никаких перемен нет! Эфирное небо вращается вокруг Земли. Вне конечного и замкнутого космоса нет ни места, ни пустоты, ни времени. Но это не значит, что за пределами космоса ничего нет. Там есть то, что существует не в пространстве, что не старится со временем – это бог.
Ненаучность метода Аристотеля. Его метод физики - аналитический. Философ расчленяет понятия о природе, времени, движении, пространстве и находит в них разные смыслы, формулирует проблемы, иногда находит их решение. Его анализ глубокомысленен. Но он нигде не пытается проверить свои гипотезы и они остаются противоречивыми. Его физика не всегда была на вершине физики его времени. Но все же в активе его физики были и немаловажные
моменты - учение о вечности и несотворенности материи, движения и мира.
