Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Политический портрет Иосифа Сталина

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение

Оренбургский государственный университет

Юридический факультет. Кафедра всеобщей истории.

Контрольная работа по дисциплине

«Отечественная история»

ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ

ИОСИФА СТАЛИНА

Научный руководитель: старший преподаватель

кафедры всеобщей истории, кандидат

исторических наук - Голоктионова А.А.

Исполнитель: студент юридического факультета

группы 10 юр-3 Гребенюк К.

г. Оренбург 2010

Содержание:

1)НАЧАЛО ПОЛИТИКИ СТАЛИНА.

2)ФОРМИРОВАНИЕ СИСТЕМЫ ТОТАЛИТАРНОЙ БЮРОКРАТИИ

3)ОШИБКИ И ПРОСЧЕТЫ В ВОЕННОЙ ПОЛИТИКЕ

Сталин-это имя до сих пор вызывает множество противоречий, при своем звучании. Спор идет с такой страстью, будто обсуждается политик, активно действующий и по сей день, а не ушедший из жизни почти 50 лет назад. Ясно одно, что Сталин – одна из крупнейших фигур XX столетия. Но оценки его противоположны. Нельзя сказать, что всё сделанное им достаточно всесторонне и объективно проанализировано. Сейчас, когда проснулся невиданный интерес к подлинным страницам отечественной истории, общество оказалось буквально расколотым по вопросу оценки роли Сталина. Но если вдуматься, то не Сталин сейчас находится в фокусе исторического интереса. Просто Сталин символизирует всё то, что уценено историей. Культ Сталина - одного из более жестоких и своекорыстных диктаторов в истории человечества, и по сей день остается наименее проясненной для общественного сознания и понятой им безмерной трагедии, которой отмечен XX век. Свыше 30 лет был недоступен нашей широкой общественности доклад Н. С. Хрущева о культе личности Сталина, хотя с позиций сегодняшнего дня мы видим всю его ограниченность и недоговоренность, чрезмерную сосредоточенность на личности, а не на феномене сталинизма. Ставшие теперь известными нам факты, свидетельства, воспоминания, очень скудные пока документы многих потрясли, перевернули их сознание, вызвав мучительную переоценку того, что представлялось многим устоявшимся и непоколебимым. Страдания эти можно понять. Но ведь в основе их - не правда, сказанная сейчас, а ложь, что сеялась в прошлом. Жить на лжи невозможно. Эта древняя истина в наши дни обрела вовсе не абстрактное, а вполне конкретное, почти осязаемое наполнение. Часто звучат такие предостережения: "Подождем, пока откроются архивы - тогда узнаем всю правду". Но истина черпается не только из хранилищ документов. Кроме того, где гарантии, что Сталин и его подручные не уничтожили наиболее компрометировавшие документы. Основываясь на современных исторических исследованиях и романах, мы, в свою очередь, попытаемся создать объективную картину состояния общества в период правления Сталина и проанализировать его политический портрет.

1)НАЧАЛО ПОЛИТИКИ СТАЛИНА.

В конце 20-х годов прошлого века определились две основные стратегии экономического развития страны. Первая из них была связана с именами Н.И. Бухарина и М.П.Томского. Эти руководители выступали за повышение жизненного уровня широких масс, высокие темпы развития народного хозяйства, рост удельного веса «социалистического хозяйственного сектора». Они также стремились к всемерному развитию кооперации, отвергали путь повышения промышленных или резкого понижения сельскохозяйственных цен, повышения налогов с крестьянства, понимали пятилетний план как прогноз основных тенденций в развитии экономики с неизбежными поправками в будущем.

Данную стратегию следует рассматривать, как стратегию регулируемого рынка с использованием товарно-денежных отношений и преодоления диспропорций экономическими методами. Одновременно с данной программой, в работах крупных экономистах того времени Н.Д.Кондратьева, А.В.Чаянова, Л.Ю.Юровского выдвигались идеи и конкретные предложения о развитии товарно-социалистической системы хозяйства, об экономическом равновесии. Они утверждали, что создание плана вопреки рынку приведут к неизбежной замене торговли за деньги распределением по нарядам и карточкам. Но в условиях однопартийности, эти люди были лишены возможности воздействовать демократическим путем на принимаемые решения.

Вторая стратегия, сторонниками которой были И.В.Сталин, В.В.Куйбышев, В.М.Молотов и другие лица, отвергали возможность равномерного движения по всем главным целям одновременно. Они предлагали форсирование развития тяжелой промышленности, коллективизации деревни, рассматривали планы как директивы, обязательные для выполнения, утверждали неизбежность обострения классовой борьбы. Это предполагало, что страна готова пойти на значительные жертвы ради достижения «светлого будущего».

В каждой группе существовала своя социальная и политическая база. Сторонников и самого Бухарина поддерживала значительная часть партийной интеллигенции, хозяйственников, квалифицированных рабочих-коммунистов и крестьян. Они понимали недейственность командно-бюрократических методов, искали пути превращения промышленного рабочего хозяина на предприятии.

Но, как известно, большинство членов партии склонялись к политики Сталина. Партийная и государственная бюрократия не желала прощаться с рычагами власти. Рабочий класс требовал решительных мер по распределению богатств. Отказ от связи заработка с конечными результатами работы предприятия, возведения сдельщины в ранг социальной формы распределения вели к отчуждению рабочего коллектива от средств производства, ставших впоследствии собственностью государства. В таких условиях руководство страны ощущало сильное давление низов, требовавших скорейшего воплощения социалистических идеалов.

В 1928-1929 годах произошло открытое столкновение позиций Сталина и Бухарина, началом которого стал хлебный кризис на рубеже 1927-1928 гг. Снижения количества хлебозаготовок было вызвано с отсутствием на рынке промышленных товаров, снижением цен на хлеб, возможностью уплаты налога за счет источников дохода. Руководство партии принимало чрезвычайные меры: обыскивали людей, ввели запрет на рыночную торговлю, применяли ст. 107 УК, карающую за спекуляцию, к тем, кто отказывался продавать хлеб по невыгодным ценам.

Одновременно в течение 1928-1929 годов шла борьба в руководстве партии. Результатом этой борьбы стала подготовка и принятие первого пятилетнего плана. В легкой, а особенно тяжелой промышленности, готовился резкий рост производства.

Осенью 1928 года сторонники Сталина начали борьбу с правым уклоном в партии. В течение 1929 года резкой критики подвергается группа Бухарина. Параллельно возникают новые трудности. На силовые методы крестьянство ответило сокращением посевных площадей, самоликвидацией высокотоварных хозяйств. Экспорт хлеба резко сократился. С конца 1928 года в городах была введена карточная система.

Сталинская группа заговорила о необходимости ускорения темпов индустриализации и коллективизации. Деревня рассматривалась как источник рабочей силы для промышленности. Хлеб был главным источником валюты для закупки оборудования.

В период с1931 по 1932 года около половины всего мирового экспорта машин направлялись в СССР. Резкого повышения товарности сельского хозяйства предполагалось достичь путем ускоренной коллективизации. Решения были приняты на пленуме ЦК в ноябре 1929 года, а также окончательно раскритикована группа Бухарина и объявлена «правыми оппортунистами».

2) ФОРМИРОВАНИЕ СИСТЕМЫ ТОТАЛИТАРНОЙ БЮРОКРАТИИ

Сегодня мы знаем, что Сталин не был бы тем Сталиным, если бы он не использовал насилие как важнейший инструмент для достижения политических целей. Насилие фактически стало одним из решающих средств реализации социально-экономических планов и программ. Такой поворот в политическом курсе, начатый ещё в конце 20-х годов и особенно рельефно проявившийся после XVII съезда партии, повлек за собой полосу горьких лет, когда только великий социальный заряд Октября, приверженность партии ленинизму не позволили народу усомниться в ценностях социализма и прекратить начатое Лениным беспрецедентное переустройство мира. Речь идет об определенной, постоянно действующей системе уничтожения, на которую, как на свою "идеальную модель", ориентируется бюрократия. Именно с главной задачи - постоянного упразднения огромных человеческих масс - началось качественное отличие административной системы тоталитарных режимов - тоталитарной бюрократии - от авторитарной бюрократии традиционных обществ и рациональной бюрократии индустриальных капиталистических обществ.

Принципиально важно и то, что упразднение осуществлялось по проявлениям человека не только в политике, экономике, идеологии, но и в науке, в общей культуре, в повседневной жизни. Это и делало новую бюрократию совершенно универсальным инструментом управления, инструментом прямого насилия, опирающегося на силу оружия ("Ваше слово, товарищ маузер...").

Но и это еще не все. Не было такой области, включая быт (главный объект нападок со стороны "левых" писателей и публицистов, превращавших быт в предмет официального манипулирования со стороны "пролетарской диктатуры"), семейные отношения (вспомним Павлика Морозова), наконец, даже отношения человека к самому себе, к своим сокровенным мыслям (образ Вождя, непременно присутствующий даже при самых задушевных размышлениях), на право, распоряжаться которой не претендовала бы эта бюрократия. Ей, например, принадлежало окончательное решение относительно того, каким должен, а каким не должен быть замысел очередного литературного произведения.

Причем и в искусстве отказ подчиниться был чреват репрессиями точно так же, как и в области политики или экономики. Под дулом пистолета людей заставляли делать то, что в корне противоречило их природе. Но для того, чтобы стать тотальной, то есть всеобщей, охватывающей общество, бюрократия должна была осуществлять сплошную перековку народа и делать каждого чиновником, пусть даже мелким, мельчайшим, но все-таки находящимся у нее на службе. В отличие от авторитарной бюрократии, опирающейся на традиционные структуры общественной жизни, в отличие от рациональной буржуазной бюрократии, пекущейся об обеспечении эффективности производства, тоталитарная бюрократия фактически определяет свою высшую роль как самоукрепление, самовозвышение, абсолютное подчинение Вождю, волей которого власть бюрократии получает свое развитие и углубление. Однако такая власть может быть осуществлена лишь при условии, что все, с чем она имеет дело, превращено в аморфный, совершенно пластичный материал. Возвращение общества в аморфное, бесструктурное состояние - принципиальное условие самоутверждения и саморазвития тоталитарной бюрократии. И поэтому все, что обеспечивает самостоятельность человека, не говоря уже о той или иной общественной группе, подлежит беспощадному искоренению. Идеальным материалом тоталитарно-бюрократической воли к власти оказывается люмпен - человек без корней, не имеющий ничего за душой, а потому представляющий собой ту самую "чистую доску", на которой, как говорил Мао Цзэдун во времена китайской "культурной революции", можно писать любые письмена. Аморфное, бесструктурное общество превращало бюрократа в необходимейшую фигуру. Ибо там, где упразднялись как сложившиеся, традиционные, так и общественно-необходимые (экономические, товарно-денежные) связи между людьми, там возникала необходимость в бюрократе, который предложил бы хоть некоторое подобие таких связей - их эрзац, как-то сопрягающий людей друг с другом. Нужна была только "личность", которая осознала бы фантастические, невиданные, немыслимые даже в далеком рабовладельческом прошлом перспективы концентрации власти в руках одного человека, сумевшего возглавить тоталитарно-бюрократический аппарат.

Аппарат искал Вождя, без которого тоталитарно-бюрократическая система остается незавершенной, Вождя, который не знал бы никакой другой ценности, кроме власти, и был бы готов уложить за нее любое количество народа, доказывая, что эти жертвы приносятся исключительно ради народного блага. Абсолютно схоластическим представляется вопрос о том, что же здесь чему предшествует: курица - яйцу или яйцо - курице? Вряд ли вообще стоит вычленять начало этого сложного процесса, пытаться выяснить, что именно считать началом сталинщины: самого Сталина, внесшего наибольший вклад в создании бюрократии тоталитарного типа, или эту бюрократию, по мере своего развития утверждающую абсолютную власть Вождя. Значительно важнее другое: не зная никаких ограничений в своем стремлении к власти, бюрократия тоталитарного типа не имеет и никаких гарантий своего существования, независимых от воли Вождя.

Между тем, для него единственным способом утверждения абсолютной власти над бюрократией было постоянное ее перетряхивание, чистка бюрократического аппарата. Это, если хотите, предупредительная мера самозащиты: верхушка бюрократического аппарата тоталитарного типа точно так же склонна к пожиранию Вождя, как он сам - к истреблению своих возможных конкурентов и преемников. А это создает внутри аппарата ситуацию постоянной предельной напряженности - перманентного ЧП, - которая с помощью этого самого аппарата создавалась внутри общества в целом, когда в нем "срезали" один слой за другим. И все-таки, наверное, не Сталин создал аппарат, а аппарат создал Сталина. Но аппарат есть мертвая машина, которая не способна к творчеству. Бюрократия насквозь проникнута духом посредственности. Сталин есть самая выдающаяся посредственность бюрократии. Сила его в том, что инстинкт самосохранения правящей касты он выражал тверже, решительнее и беспощаднее других. Но в этом была его слабость. Он был проницателен на небольших расстояниях. Исторически же был близорук. Выдающийся тактик, он не был стратегом. Сознание своей посредственности Сталин нес в самом себе. Отсюда и его потребность к лести. Овации во славу себе Сталин поощрял, и, случалось, расстреливал тех, кто мало ему аплодировал.

Сталин упивался собственной властью. Он проявлял личную мстительность, злопамятство, садизм и прочие темные страсти, свойственные его натуре. И при этом, не считался ни с какими классовыми интересами, обнаруживая исключительную жестокость, коварство и жажду власти. Но как такому тирану удалось прийти к власти? И далеко не последнюю роль в этом сыграла способность Сталина максимально использовать партийный аппарат для достижения своих целей.

Он увидел в этом механизме идеальный инструмент власти. К такому пониманию власти Сталина подтолкнула партийная система, организованная Лениным. Большевики вытесняют с политической арены России почти все партии и в 20-е годы остаются единственной партией. Превращению большевистской партии в государственную структуру власти способствовали глубокие изменения внутри самой партии. В первую очередь к концу 20-х годов в результате Ленинского и Октябрьского призывов она становится массовой, насчитывающей к 1927 году 1200 тысяч человек. Подавляющая масса принятых тогда в партию - люди малограмотные, от которых требовалось, прежде всего, подчиняться партийной дисциплине. Коммунисты массовых призывов, прошедшие через борьбу против оппозиции, прочно усвоили основы репрессивного мышления: необходимость политического отсечения идейного оппонента и подавления всякого инакомыслия. Слой же старой большевистской гвардии становился все тоньше и тоньше. К тому же его верхушка была втянута в борьбу за власть и, была расколота, а затем и вовсе уничтожена. Следующим важным шагом на пути превращения в государственную партию и утверждения административно-командной системы управления в стране явился XVII съезд ВКП (б). Резолюции съезда позволили большевистской партии непосредственно заниматься государственным и хозяйственным управлением, дали неограниченную свободу высшему партийному руководству, узаконили безусловное подчинение рядовых коммунистов руководящим центрам партийной иерархии. Прежде всего, съездом была введена новая структура партийных комитетов.

Взамен "функционалки", как пренебрежительно был назван до тех пор существовавший принцип организации парткомовских отделов, создавались теперь "целостные производственно-отраслевые отделы". Возникли, таким образом, параллельные отделы парткомов наряду с существовавшими уже при исполкомах Советов отделами по промышленности, сельскому хозяйству, культуре, науке и учебным заведениям и т.д.

Однако функции этих одинаково названных отделов имели существенное различие. Политическая роль партийных комитетов на деле становилась решающей и приводила к подмене власти советских и хозяйственных органов партийными. Врастание партии в экономику и государственную сферу с этого времени стало отличительной особенностью всего советского периода.

Следующим существенным решением XVII съезда явилось упразднение прежней системы партийно-советского контроля, предложенного еще Лениным. Съездом учреждалась новая децентрализованная, лишенная силы система контроля. Упраздняя наркомат Рабоче-крестьянской инспекции, съезд преобразовал Центральную Контрольную комиссию, избираемую съездом, в Комиссию партийного контроля при ЦК ВКП (б). Руководитель комиссии назначался из числа секретарей ЦК. Одновременно была преобразована комиссия исполнения при СНК Союза Сер в намечаемую съездом партии и утверждаемую ЦИК и СНК Союза Сер комиссию советского контроля при СНК Союза Сер. Руководитель и этой комиссии также назначался из числа заместителей председателя СНК Союза Сер. Таким образом, съезд учредил "зоны вне критики". Исторический опыт показал, что даже ЦКК-РКП не смог подняться над ЦК партии и оказался орудием в борьбе Сталина за единоличную власть…

Более того, в подчинении всех и вся своей единоличной власти Сталин использовал и чисто психологические моменты. Главным из них стало чувство страха, заставляющее людей шпионить друг за другом, подозревать, "закладывать" и молчать. В сталинскую эпоху любое высказывание, выражающее легкую критику государства и Сталина, рассматривалось как буржуазная агитация и пропаганда. Да и высказываться было не обязательно. Достаточно было подозрения, что человек мыслит как-то не так.

Достаточно было случайной оговорки или опечатки. Исследователи говорят, что Сталин обладал исключительно гениальной способностью - "видеть людей насквозь". Поэтому очень умело подбирал кадры. Людей талантливых или самостоятельных в руководстве он уничтожал и окружал себя исполнителями, которые никак не могли конкурировать с ним, да и боялись этого пуще огня.

Кроме того, удивительно разбираясь в людях, он умел так их растравлять и стравливать между собой, что, в конечном счете, это шло на пользу только ему одному. В результате его жертвы располагались как бы цепями, подчас предварительно сыграв роль палачей. Сталин любил заманивать свою жертву почетом, оставлял его на высоком посту, тем временем арестовывая его жену, брата или сына. Сталин как бы проверял на людях магию своей власти. Если человек проявлял покорность, иногда оказывал милость. Но и в этом не было строгой закономерности. Вождь наслаждался, владея жизнью и смертью людей, которым он мог принести как зло, так и добро. Обещая убить, он мог возвысить, и наоборот. В этой безграничной возможности подменять добро злом проявлялась непостижимая для других загадочность Сталина.

Это проявлялось и в большой политике. Сталин убил Кирова, а затем, приписав это убийство своим идейным противникам, развязал цепь показательных судебных процессов. Это был гениальный ход сталинской тактики и политики. Магическое воздействие Сталина распадается на две части - светлую и темную. Днем ликуют народы, возводятся постройки, совершаются парады, расцветает искусство социального реализма. Но главные дела производятся ночью - и аресты, и расстрелы, и политические интриги, и государственные заседания. Этот ночной стиль жизни отвечал тайне, которую Сталин вложил в содержание власти.

3)ОШИБКИ И ПРОСЧЕТЫ В ВОЕННОЙ ПОЛИТИКЕ

Во время пребывания Сталина на посту Генерального Секретаря ЦК Ленин выражал серьезное недовольство и по другим вопросам. Проблемы внешне были связаны с тем, что Сталин относился к людям как к пешкам. Когда Ленин заболел, Сталин стремился создать такую обстановку, в которой Ленин был практически отрезан от информации, изолирован от жизни в партии и необходимой для него работы. Раскол партии оказался неизбежным осенью 1923 года в связи с появлением «левой» оппозиции. Это группа не принимала сталинское руководство партией, и в тот момент, когда она начала оформляться в оппозицию, Троцкий стал во главе ее. Сталин в борьбе с Троцким мог опираться на двух самых авторитетных большевистских руководителей – Зиновьева и Каменева. Они рассчитывали, что Коба, имеющий узкий теоретический кругозор, не представляет собой настоящего соперника для них. Троцкий им казался более сильным противником. Зиновьев и Каменев оставили практически без внимания пожелания Ленина о перемещении Сталина. Троцкий в этом вопросе тоже не проявил дальновидности. Вожди-интеллектуалы пришли к компромиссу, оставив Сталина на посту Генсека. Они полагали, что такое решение принесет наименьшее зло. Последствия этого проявились только через несколько лет. В это время партия только начинала знакомиться со сталинской тактикой постепенных шагов.

Ошибки оппозиции прежде всего состояли в том, что ее лидеры прелись за событиями. Из-за своих личных амбиций они не сразу поняли опасность усиления ведущей роли Сталина и вытекающие отсюда непоправимые последствия. В борьбе с оппозицией Сталин еще использовал сравнительно тонкие методы. «Оппозиция рвется к власти» - эта мысль проскальзывала в речи Сталина. Он обнародовал закрытое решение 1921 года о запрещении фракций, что было равнозначно требованию об организационной ликвидации оппозиций.

После смерти Ленина в 1924 году началась решительная кампания борьбы с троцкизмом. В 1924 году еще никто не знал, что может сделать с аппаратом Сталин. Но он уже утверждал, что он – человек, выступающий за единство партии, а тот, кто выступает против него, противопоставляет себя единству партии.

Ленин умер вскоре после XIII партийной конференции. Сталин сразу же овладел обстановкой, он явился главным организатором похорон. Он уже выступал как главный преемник вождя. Однозначной заявкой на это явилось его выступления, посвященной памяти Ленина на II Всесоюзном съезде советов. Сталин, произнося священную клятву, прощался от имени партии, рабочего класса с Лениным, не оставляя ни у кого сомнения в том, что сейчас Ленин и партия равнозначны Сталину. Это послание в значительной степени было адресовано оппозиции. Сталин сделал все, чтобы верные ему партийные работники попали на важные должности в аппарате вместо старых большевиков-интеллигентов. В пользу Сталина изменился не только персональный состав власти, не только усилилась бюрократическая диктатура внутри партии, но и ожило проявление антисемитизма. Но позднее, в 30-е годы, перед широкой общественностью он представлял себя защитником евреев.

На идеологическом фронте Сталин разгромил оппозицию. И, совершив это, он ринулся осуществлять «большой скачок» в социализм. В своих решениях он всегда прежде всего руководствовался политической целесообразностью. В поисках средств выполнения задачи он думал только о технике дела. Его не сдерживали моральные соображения, не занимали такие вопросы, как человеческие жертвы. В то время он часто употреблял русскую пословицу «Лес рубят, щепки летят». Сталин решил ликвидировать кулачество. Эту задачу он не ограничивал только экономическим и политическим уничтожением, хотя под влиянием протестов против огромных жертв ему пришлось на некоторое время объявить отступление. Неподготовленность и прагматизм привели к чрезвычайным потерям, которые нельзя было оправдать необходимостью перелома. В результате резкого поворота руля, осуществленного Сталиным и стоящей за ним группой руководителей, несомненно, произошли большие перемены и обострилось множество противоречий. Неподготовленность коллективизации заранее предполагала ее проведение по типу военной акции. В ноябре 1927 года Сталин еще говорил о том, что коллективизация в сельском хозяйстве будет осуществляться постепенно, мерами экономического, финансового и культурно-политического порядка, он даже не намекал, что может пойти по пути принуждения. Тем самым он ввел в заблуждение слои беднейшего крестьянства и работников аппарата, которые составляли базу коллективизации. Органической частью сталинской политики является соответствующая дозировка намеченных целей и поэтапное их осуществление. Бухарин называл его «гениальным дозировщиком». Ускорение коллективизации привело к разорению самого сельского хозяйства. Методы раскулачивания вызывали глубокое недовольство, породили страх и среди промышленных рабочих. Богатые крестьяне довольно часто формировали вооруженные отряды, выступая против властей. Подлинную черту перекосов и крайностей, допущенных в то время, можно найти в образе мышления Сталина, изучив его побудительные мотивы. Характерной чертой политической линии Сталина было частое и сознательное противоречие между делами и речами. Так, в период коллективизации в статье «Головокружение от успехов», опубликованной в «Правде» от 2 марта 1930 года, он отмежевался от «левых» загибов, от «искривлений» в ходе коллективизации, для того, чтобы затем вновь перейти в наступление. Внизу все эти потрясения и чистки вызывали взрывы эмоций и даже стимулировали преданных коммунистов на борьбу с новыми трудностями. Сталин мыслил не категориями перспектив социализма, его интересовал исключительно настоящий момент, условия существования политической власти, вопросы создания «сильного государства». Сталин был политиком сохранения государства и власти. Он ставил знак равенства между интересами сохранения Советского Союза и интересами укрепления своей собственной власти. Это интересы он, может быть и не осознавая до конца, часто менял местами. Его типичным ответом на кризисную обстановку было отступление.

1932 год в истории Советского Союза выдался не из лучших. Природа усугубила положение в сельском хозяйстве засухой. Крестьяне стали забивать скот. Сталин выжидал для того, чтобы возложить ответственность за возникшие трудности на подходящего козла отпущения, а самому остаться обладателем философского камня мудрости и спасителем. Главную вину он возложил на административный аппарат, работающий в деревне. Сталин оценил нежизнеспособные ростки социализма, как коммуны. Но именно они являли собой экспериментальную модель, имевшую целью создание настоящих форм хозяйствования на основе добровольности и самоуправления.

1931-33 годы представляли собой своеобразный переходный период в развитии Советского Союза, в строительстве политического режима нового типа, который создавал Сталин. Общество раздиралось вихрями коллективизации и индустриализации. Бывшие оппозиционеры были разгромлены. Что касается отношения к политическому руководству, то стали проявляться другие настроения. Вновь усилились голоса, требующие ухода Сталина. Уже в 1930 году оппозиционная группа С.И. Сырцова и В.В. Ломинадзе высказалась за смещение Генерального секретаря. Спустя два года аналогичное требование выдвинула группа М.Н. Рютина, А.П. Смирнова, Н.Б. Эйсмонта, М.Г. Толмачева. Эти годы были напряженными для Сталина с точки зрения создания его личной диктатуры. Кризисную обстановку для Сталина усилило то, что в ноябре 1932 года его вторая жена Надежда Аллилуева покончила с собой, оставив сиротами двоих детей. XVII съезд ВКП(б), проходивший в 1934 году, получил название «съезд победителей». Он был демонстрацией большого единства, но обстановка внутри высшего партийного руководства была по-прежнему напряженной. Впоследствии этот съезд назвали съездом репрессированных. На нем собирались выбрать Генсеком Кирова. Сталин этого не забыл. Сталин к Кирову вначале относился неплохо, затем делал попытки «приручить» его, а 1 декабря 1934 года он был убит выстрелом в спину. Киров привлек внимание партийных руководителей, недовольных сталинскими методами руководства. Это привело к тому, что его стали рассматривать как возможную альтернативу Сталину. После убийства Кирова началась подготовка к организации больших процессов, проводилось расширение сети исправительно-трудовых лагерей, осуществлялись массовые высылки. Все это проходил не без одобрения Сталина. Хотя Сталин пытался оправдать политику массового террора выдвинутым им тезисом обострения классовой борьбы по мере строительства социализма, это ни коим образом не уменьшает его личной ответственности. Первый большой процесс был сфабрикован по делу бывших руководителей «ленинградской оппозиции» - Зиновьева и Каменева. Согласно обвинению зиновьевцы несли моральную ответственность за убийство Кирова. Однако обвинительное заключение содержало и такие невероятные положения, как стремление обвиняемых к реставрации капитализма, разжигание террористических настроений.

Затем было распущено Общество старых большевиков. Второй процесс проходил 23-30 января 1937 года о «параллельном антисоветском троцкистском центре». На скамье подсудимых оказалось 17 человек (Радек, Пятаков, Сокольников, Серебряков и др.). Им инкриминировались такие преступления, как подготовка террористических акций, актов саботажа, поджогов, взрывов, крушения поездов. Им было предъявлено обвинение в шпионаже в пользу Германии и Японии. Бухарина и Рыкова арестовали после заседания пленума ЦК Согласно обвинению, подсудимые организовали заговорщицкую группу под названием «правотроцкистский блок», целью которой было свержение существующего строя. К моменту завершения крупных судебных процессов старые противники Сталина или его бывшие союзники были все уничтожены или томились в лагерях. Масштабы репрессий были поразительны. Рой Медведев считает, что с учетом даже «запрещенных» Сталиным итогов переписи населения 1937 года чистки по политическим мотивам в 1936-39 годах затронули 4-5 миллионов человек, приблизительно 10 процентов из них было расстреляно. Если же говорить об общем числе репрессированных за весь период правления Сталина, контингент Гулага (Главного управления лагерей НКВД) насчитывал 12-13 миллионов человек. 80 процентов делегатов XVII съезда ВКП(б)были репрессированы. В то же время сформировался механизм комплекса явлений, позднее названного «культ личности», получило распространение безмерное прославление личности и гениальности Сталина. Илья Эренбург писал: «В представлении миллионов людей Сталин превратился в мифического полубога; все с трепетом повторяли его имя, верили, что он один может спасти Советское государство от нашествия и распада». Религиозное восхваление Сталина деформировало сознание людей, их образ мышления, оказывало парализующее влияние на духовный облик общества. Атмосфера постоянного террора и подозрительности отравляла человеческие взаимоотношения. Все это являлось особенным контрастом по сравнению с революционными экспериментами и инициативами. Обыденное мышление людей пронизывал страх, выражавшийся в обязательных канонах культа. Слова Сталина «Жить стало лучше, товарищи. Жить стало веселее» превратились в плакатный лозунг. Однако во всем мире Сталин представал как личность, которая ведет борьбу против собственного культового восхваления. Он был решительно против издания книги «Рассказы о детстве Сталина» .

Диктаторская роль Сталина с середины 30-х годов приобрела неограниченные масштабы и в духовной жизни. Вместе с числом жертв судебных процессов и репрессий увеличивалось количество произведений культуры, которых ждало уничтожение или полное забвение. Ставилась задача проведения «профилактической» цензуры, приступили к «большой чистке» литературы. Из библиотек были изъяты все издания, которые разрушали миф о величии вождя.