Политическое лидерство. 35

Учреждение образования

«Гомельский государственный университет

имени Франциска Скорины»

Заочный факультет

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

По дисциплине «политология»

На тему: «ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЛИДЕРСТВО»

Вариант № 15

Выполнила

студентка группы ЭУ-21

Фамилия, имя, отчество

Сыч О.Н

Домашний адрес: г.Гомель.,

ул. Рабочая 4/409

Гомель 2011

Содержание

1.     Лидерство: природа и функции………………………………..

2.     Основные теории политического лидерства………………….

     3. Типологии политических лидеров…………………………….

                  Список используемой литературы

1 Лидерство: природа и функции.

Лидерство как социальное и политическое явление универсально. Можно смело утверждать, что там, где сложилась та или иная человеческая общность, должны появиться политические лидеры, а в наиболее крупных социальных общностях – и общественно-политическое лидерство.

Политическими лидерами являются наиболее влиятельные лица, способные мобилизовать общество (или его значительную часть) для достижения значимых целей. Политическое лидерство – это способ взаимодействия лидера и масс, в процессе которого лидер оказывает значительное влияние на общество. Лидерство в политике обладает рядом специфических особенностей:

1) между общенациональным лидером и обществом, как правило, не существует прямого взаимодействия, оно опосредовано партиями, группами интересов, средствами массовой информации;
2) оно носит многоролевой характер, лидер ориентирован на согласование различных социальных интересов, вынужден стремиться к оправданию массовых ожиданий от его деятельности;
3) политическое лидерство корпоративно, за решениями, которые принимаются высшими руководителями, всегда скрывается не видимая для общества работа многочисленных экспертов, ближайшего окружения лидера;
4) политическое лидерство в той или иной степени институционализировано, т.е. деятельность лидера ограничена в той или иной степени существующими социальными отношениями, нормами, процедурами принятия решений.

В современной политологии существует несколько определений политического лидерства.

1. Политическое лидерство – это постоянное приоритетное влияние со стороны определенного лица на все общество, политическую организацию или большую социальную группу.
2. Политическое лидерство - это управленческий статус, социальная позиция, связанная с принятием властных решений, это руководящая должность. Иными словами, лидерство - это положение в обществе, которое характеризуется способностью занимающего его лица направлять и организовывать коллективное поведение его членов.

3. Политическое лидерство – это символ общности и образец политического поведения группы (групп), способный реализовать ее (их) интересы с помощью власти.

Политическое лидерство выполняет ряд важнейших функций к ним относятся:

1. Определение и формулирование интересов социальных групп целей социальной и политической деятельности, выявление способов и методов реализации интересов и достижения целей (программная функция).
2. Процесс выработки и принятия политических решений (управленческая функция).
3. Мобилизация масс на достижение политических целей, распределение социальных ролей и функций в обществе, инициирование и социальных инноваций (мобилизационная функция).

4. Интеграция общества, объединение масс. Лидер призван обеспечивать национальное единство в масштабах большого сообщества, которым он руководит, или государства в целом (интегративная функция).
5. Коммуникация власти и масс, т.е. организация связи между обществом и властью. Убеждение общества в целесообразности и правильности принимаемых властных решений (коммуникативная функция).
6. Легитимация власти. Обеспечение поддержки власти на основе личного авторитета и влияния на массы (функция легитимации).

Политическая наука, анализируя феномен политического лидерства, опирается на результаты исследований и достижения в области социологии, политической психологии, истории. Причины возникновения лидерства как политического явления многими учеными. В результате появилось несколько теории политического лидерства. Одной из наиболее распространенных является теория “личностных черт”, согласно которой лидерами становятся лица с определенными доминирующими чертами характера. Некоторые ученые попытались определить перечень качеств сущих лидеру. Согласно Р. Каттелу и Г. Стайсу, к ним относится нравственная зрелость, способность влиять на окружающих, целостность характера, социальная смелость и предприимчивость, проницательность, независимость от сильных вредных влечений, воли, отсутствие излишних переживаний. Р. Манн в список необходимых свойств лидеров включил интеллект, приспосабливать, способность влиять на людей, экстравертность, восприимчивость и умение понимать других (см.: Кудряшова Е.В. Лидер и лидерство. Исследования лидерства в современной западной общественно-политической мысли. Архангельск, 1996. С. 55-57).

Приверженцы ситуативной теории характеризуют лидерство как производное определенной ситуации. Это означает, что каждая конкретная ситуация требует лидера с определенным набором черт и качеств личности. Причем качества, пригодные для решения проблем в одной ситуации, в другой - могут оказаться не актуальны ми, в третьей препятствующими достижению целей. Меняющиеся проблемы требуют изменения подходов к их разрешению, новых стилей и методов лидерства. Таким образом, лидерство оказывается ситуативным. В зависимости от изменения социальной среды на роль лидера могут выдвигаться различные индивиды.

Ряд исследователей попытались объединить достижения теории “личностных черт” и ситуативного подхода в личностно-ситуативной теории. К формирующим лидерство факторам были отнесены: личностные черты лидера, его образы в сознании последователей, ролевые характеристики лидера, социальная и политическая ситуация, в которой развивается лидерство.

Значительный вклад в изучение лидерства внесли теории конституентов (решающей роли последователей лидера). В рамках этих теорий были высказаны предположения о влиянии ожиданий последователей по реализации их интересов и определенных действий со стороны лидера. Некоторые ученые сфокусировали свое внимание на особенностях восприятия лидера в сознании масс. Соотнесение представлений об «идеальном» лидере и лидере реальном определяет отношение последователей к лидеру (поддержка, требования изменения поведения, протест). Таким образом, степень свободы лидера, направленность его действий, методы руководства определяются нормами допустимого в сознании тех групп, на которые он опирается.
Широкое распространение в политической науке получили психологические теории лидерства. Среди них можно выделить три основных направления: психоаналитическое,мотивационное и прикладное.

Психоаналитические направление исследований акцентирует внимание на бессознательных влечениях и комплексах, определяющих как стремление к власти, так и специфические особенности ее осуществления. С точки зрения классического психоанализа, корни лидерства надо искать в сфере бессознательного личности, в особенностях детского и юношеского развития. Поэтому значительное внимание уделяется влиянию ранних периодов жизни (психобиографическим особенностям) на механизм бессознательного личности (внутренние конфликты, душевные травмы и переживания). Этот метод получил название психобиографии.

Его основоположниками считаются З. Фрейд и американский политолог Г. Лассуэлл.

Фрейд вместе с американским дипломатом В. Буллитом написали одно из первых психобиографических исследований, посвященных американскому президенту В. Вильсону. Специфические особенности лидерства 28-го президента США авторы объясняли такими причинами, как неразрешенность эдипова комплекса, бессознательное самоотождествление американского лидера с Христом, бесконечные рационализации, уход в мир иллюзии и т.д.

Лассуэл написал работу «Психопатология и политика», считающуюся ныне классической. В ней американский политолог разрабатывает проблему лидерства, исходя из адлеровской теории компенсации. Для Лассуэла, как и для Адлера, стремление к власти – лишь форма компенсации комплекса неполноценности и определенных психологических травм. Бессознательные конфликты разрешаются путем переноса «запретных» чувств на близкие или отдаленные социальные объекты. От способов разрешения разнообразных конфликтов зависит тип и особенности политического лидерства. Подобные способ анализа и его различные модификации применялись для изучения личностей А. Гитлера, И. Сталина, В. Ленина, Р. Никсона и других политических деятелей.

Ныне компенсаторная концепция политического лидерства довольно широко распространена в политико-психологической науке. Так, А. Джордж выделил пять типов эйфории, возникающих при компенсации низкой самооценки властью и лидерством: 1) чувство незначительности компенсируется чувством уникальности; 2) чувство моральной неполноценности – чувством превосходства; 3) чувство непосредственности – чувством высочайших способностей; 4) чувство слабости – чувством обладания высшей силой; 5) чувство неадекватности – чувством компетентности. Эмпирические исследования политического лидерства в России во многом подтверждают компенсаторную теории лидерства.

Однако, несмотря на привлекательность психобиографического метода, его авторы так и не смогли ответить на вопрос: почему становится возможной реализация данных мотивов власти в определенном обществе? Поиск ответа на этот вопрос осуществляется в рамках психоисторического метода, у истоков которого стоял Э. Эриксон. Опираясь на идеи эго-психологии, американский психолог сформулировал концепцию формирования харизматического лидерства. Согласно ее положениям, харизма возникает в результате «пересечения» двух факторов: глубокого и затяжного кризиса личности и кризиса общественного сознания. Отдельные личности, переживая собственный кризис и стремясь к его преодолению, творят новую «идентичность» - новое видение мира и новые идеалы, в которых остро нуждается общество, находящееся в состоянии нравственного и социокультурного кризиса.

Мотивационное направление исследований политического лидерства концентрирует внимание на изучении влиянии различных мотивов, их комбинаций на политическую деятельность, стиль и характер принимаемых высшим руководством решений. Исследования психологов показали, что политики с ярко выраженным мотивом власти будут активнее вести себя в переговорах, прибегая к обману и давлению на партнеров. С самого начала они нацелены на больший выигрыш. Американский психолог Л. Этеридж проанализировал взаимосвязь между такими факторами, как интенсивность проявления властных мотивов, тип личности (была взята за основу типология по Юнгу: экстравертный – интравертный тип) и характером вырабатываемой политики. Полученные результаты наглядно представлены в табл. 10.



Согласно исследованиям Б. Гудштадта и Л. Хьелле, существует связь между выбором тех или иных методов политического воздействия и локусом контроля. Лидеры с внешним локусом контроля (ощущающие себя отчужденными и бессильными, неуравновешенные, подозрительные) гораздо чаще полагаются на силовые методы давления и принуждение. Лидеры же с внутренним локусом контроля (уверенные в себе, склонные к самоанализу) в большей степени полагались на такие методы, как убеждение и стимулирование. Д. Винтер и А. Стюарт высказали предположение, что политики,; которых доминирует потребность в достижении, будут наиболее активны, независимо от характера отношения к своим обязанности и проявят большую способность к принятию важных и значительных решений. В то же самое время, политические лидеры у которых преобладают аффилиативные мотивы (потребность в одобрении любви со стороны других людей) будут проявлять меньшую г кость в решении тех или иных проблем. Политические лидеры ярко выраженной потребностью в достижении склонны формировать свое окружение в большей степени исходя из принципа компетентности, нежели личной преданности.

М. Херманн выделяет три комбинации мотива власти и потребности в любви и одобрении, в зависимости от характера кс формируются соответствующие модели поведения лидера.

В первом случае, когда оба мотива почти одинаково выражены, модель поведения лидера определяется как “модель мотивации личных анклавов». В соответствии с ней выделяется стремление лидера к установлению контроля, с одной стороны, и установлению тесных дружественных связей со своими приверженцами – с другой. Такие лидеры как бы создают вокруг себя анклав из тех, кто их поддерживает и защищает. Мир за границами такого анклава воспринимается как враждебный и, если лидер считает, что анклаву угрожают внешние силы, он может прибегнуть к силовым методам, ражая при этом свою агрессивность.

Во втором случае, когда мотив власти выражен несколько сильнее нежели аффилиация, мы имеем дело с “моделью имперской мотивации”, для которой характерно подчинение лидера воле вы двинувшей его группы. Себя он рассматривает только как выразителя интересов и воли группы, жертвуя личными интересами во имя групповых. Лидеров подобного типа отличает высокая работоспособность, чувство ответственности и продуктивность. Они стремятся к сплочению своей группы на основе взаимного доверия и, не за водя себе фаворитов, дают всем ясно понять, что последует за на рушением групповых норм.

“Модель мотивации конкистадора” присуща лидерам, чьи потребности во власти значительно превосходят аффилиативные. Политических деятелей с такой комбинацией мотивов отличает частое применение насилия при захвате и осуществлении власти. Они считают, что лучше других знают, что хорошо для государства, нации, социальной группы. Их отличает неспособность к установлению тесных личных контактов с окружением, ибо лица, окружающие лидера, существуют только для того, чтобы проводить в жизнь его реализовывать и воплощать его замыслы. Политики этого привержены к установлению своих “правил”, которые могут меняться в зависимости от ситуации. В глазах своих последователей они могут обладать харизматическими чертами, которые в дальнейшем могут утрачиваться в силу неэффективности действий и излишней жестокости.

Прикладное направление психологических теорий политического лидерства исследует когнитивные и перцептивные факторы лидерства, возможные стратегии принятия решений.

Приверженцев этого направления интересуют стереотипы, соотношение эмоциональных и рациональных оценок в мышлении политических лидеров, разработанность причинно-следственных связей, категорий прошлого, настоящего и будущего.

Для изучения природы лидерства большое значение имеет типологизация политических лидеров. В соответствии с различными основаниями и критериями выделяются множество типов лидерства.

Многие исследования лидерства опираются на типологию легитимного господства, разработанную М. Вебером. Соответственно выделяются:

1) традиционное лидерство, основанное на традициях, обычаях привычке последователей к подчинению;
2) харизматическое лидерство, основывающееся на вере в необыкновенные, выдающиеся качества вождя;
3) рационально-легальное (бюрократическое) лидерство, осуществляющееся на основе законов и в рамках законов.

Наибольший интерес вызывает “харизматическое лидерство”. Внимание исследователей концентрируется на характерных чертах этого типа и механизмах его осуществления. A . M . Гантер, к примеру, выделяет ряд базовых качеств, присущих харизматическим лидерам:

- “обмен энергией” или умение воздействовать на людей эмоционально, способность заряжать энергией окружающих;
- “завораживающая внешность” или образ, вызывающий симпатии у масс;
- “хорошие риторические способности и некоторый артистизм” или выдающиеся коммуникативные способности, дар и искусство увлекать своими выступлениями большие скопления людей;
- “положительное восприятие восхищения своей персоной” или состояние психологического комфорта при повышенном внимании и восхищении со стороны общества;
“достойная и уверенная манера держаться” или имидж сильных людей, способных добиваться любых целей.

Механизм деятельности харизматического лидерства описывается во многих научных работах. В них подчеркивается способ воздействовать на коллективное бессознательное с помощью массовых символических акций, ритуальных действий, кампании, характер которых соответствует социокультурной среде. Харизматическое лидерство воспроизводится в условиях мифологизации массового сознания. Деятельность вождя должна быть проста и на массам. Как правило, лидер-харизматик демонстрирует свою эффективность через борьбу с “врагами”. Он вынужден постоянно подтверждать свою харизму “великими”, “эпохальными” свершениями и “судьбоносными” решениями в глазах восхищающихся им приверженцев.

М Херманн подразделяет лидеров по имиджу на “знаменосцев”, «служителей”, “торговцев” и “пожарных”. Лидеры “знаменосцы” стремятся к воплощению “великой мечты”, изменению политической системы. Имидж “служителя” формируется у политика, который стремится выступить в роли выразителя интересов своих приверженцев. “Торговец” отличается способностью убеждать людей, “продавать” им свои идеи. И наконец, лидер “пожарник” откликается на порожденные ситуацией экстремальные события и проблемы, насущные требования момента. Для проявления качеств этого типа лидера необходимы экстремальные ситуации. В реальной политической практике большинство лидеров используют все четыре образа лидерства в различном порядке и сочетаниях (см.: Херманн М.Г. Стили лидерства в формировании внешней политики //Полис. 1991. №1).

На основе эмоционального отношения к лидеру его последователей С. Джибб формулирует три типа лидеров: 1) лидер “патриарх”, по отношению к которому члены общества испытывают одновременно чувство любви и страха; 2) лидер “тиран”, в отношении к которому доминирует чувство страха; 3) “идеальный” лидер – характеризуется чувством симпатии к нему со стороны большинства социальных групп.

Интересный подход к типологизации лидерства предлагает Французский ученый Ж. Блондель. В основе его классификации два критерия: первый - характеризует отношение лидеров к традициям и инновациям; второй – объем сферы деятельности лидеров.
Значительный интерес представляет изучение стилей лидерства. Стиль лидерства - это совокупность приемов и методов деятельности политического лидера, характер взаимодействия с членами последователями. Традиционно выделяются три : авторитарный, демократический и невмешивающийся.

Для авторитарного стиля характерен упор на жесткие распоряжения, угрозы, директивы, лидер четко обозначает цель, намечает мер по ее достижению, распределяет роли и требует безусловного повиновения и исполнения поставленной цели. Позиция члена группы, его мнения и инициативы, в случае расхождения с установками лидера, жестко подавляются. Основной метод воздействия на подчиненных - санкции или угроза их применения рения и вознаграждения - крайне редки. Оценки результатов дельно субъективны. С точки зрения социального пространства лидер находится как бы над группой.

Демократическому стилю соответствует иной подход лидера организации взаимодействия внутри группы. Для успешного достижения целей поощряется активность и инициативность группы. Усилия лидеров сосредоточиваются на координации ролевого поведения, а также межгруппового взаимодействия. В арсенале методов доминируют поощрения, вознаграждения, похвала, поддержка. Лидер с демократическим стилем охотнее использует методы манипулирования, нежели методы прямого насилия и давления. При принятии решений он стремится взвесить и учесть все точки в том числе и те, которые противоречат его собственным установкам.

Выделяется также отстраненный или невмешивающийся стиль лидерства. Лица, придерживающиеся этого стиля, редко проявляют мление к какой-либо деятельности. Их позиция - положение стороннего наблюдателя, внимательно следящего за происходящим, не выражающего своего отношения к событиям или мнениям. «Невмешивающиеся” лидеры всячески стараются избегать роли арбитра, судьи, некоего посредника в урегулировании конфликтов. При малейшей возможности они охотно уступают или передают функции по разрешению конфликтов своим заместителям.

Интересный подход к изучению стилей лидерства предложил американский политолог Р. Барбер. Под политическим стилем он понимает “набор образцов привычных действий личности в ответ на ролевые требования”. Типологизацию стилей лидерства Барбер основывает на измерении меры активности личности в исполнении президентских функций и ее отношения к выполняемым обязанностям. Обе меры измеряются при помощи шкал: активность-пассивность (в выполнении возложенных функций) и позитивно-негативное (отношение к своим обязанностям). Совмещая различным образом эти шкалы, Барбер получает четыре типа стилей: 1) активно-позитивный, ориентирующийся на достижение; 2) активно-негативный, направленный на удовлетворение личного самолюбия; 3) пассивно-позитивный, характеризующийся как привязанность к снимаемой должности; 4) пассивно-негативный, отличающийся минимальным исполнением долга

2 Основные теории политического лидерства

Феномен лидерства занимает особое место в политической психологии в силу своей яркости и занимательности. Если для политической науки главной проблемой является власть, то для политической психологии — конкретное выражение этой власти в «человеческом факторе» политики. Это конкретное выражение имеет две ипостаси. С одной стороны, власть в политико-психологическом измерении — это способность властвующего субъекта («верхов») заставить себе подчиняться, то есть некоторая потенция лидера, политического института или режима. С другой стороны, власть — это готовность «низов» подчиняться «верхам». Так возникают две стороны одной медали: способность «верхов» и готовность «низов». Каков «удельный вес» каждого из этих компонентов, зависит от многих обстоятельств в каждом конкретном случае.

Феномен лидерства — наиболее изучаемая проблема политической психологии. Именно здесь накоплен основной массив исследований, концепций и попыток теоретического обобщения. При изучении этого раздела политической психологии наиболее продуктивно постоянное обращение к истории проблемы, углубленный исторический экскурс в проведенные ранее исследования. В исследованиях феномена лидерства пока еще нет «окончательного диагноза», который позволил бы кратко суммировать и обобщить достижения, отбросив заведомо неверные концепции.

Феномен лидерства — наиболее благодарная тема для политических психологов. Занятие ею обеспечивает интерес широкой публики и спрос самих политиков. То есть, одновременно, приносит редкое сочетание славы и денег. Все сказанное объясняет повышенное внимание, которое проявляется к данной проблеме. Учитывая это, рассмотрим накопленные научные данные максимально широко. Отметим, что каждый последующий подход не зачеркивал предыдущие, а надстраивался над ними. Так сложилось объемное, многомерное понимание феномена лидерства.

Пропустим, по причине чистой описательности и отсутствия серьезного анализа, предысторию изучения феномена лидерства. Попытки его политико-психологического рассмотрения — достояние всей письменной истории человечества. Однако до конца XIX — начала XX веков основные подходы к проблеме носили сугубо описательный характер. Анализ стал достоянием XX века. Различные теории вплотную попытались объяснить природу лидерства и выявить факторы, влияющие на этот феномен. В обобщенном виде можно выделить несколько групп подобных теорий.

Теории «героев» и «теории черт». Теории данной группы — из самых древнейших. Кратко упомянем лишь некоторые их истоки. Как известно, значительная часть политико-психологических черт и особенностей детерминирована социокультурными обстоятельствами. Так, древние египтяне приписывали своему императору «божественные черты»: «властное высказывание» в устах, «понимание в сердце», но «язык его — усыпальница справедливости». Гомеровская Илиада раскрыла четыре необходимых, по мнению древних греков, качеств вождей: справедливость (Агамемнон), мудрость (Нестор), хитрость (Одиссей) и доблесть (Ахилл). Перечни таких или похожих качеств встречаются в самых разных культурах: Правда, модели поведения лидеров и «наборы» лидерских «черт» со временем не раз менялись. Тем не менее, образы героев были, есть и всегда будут. Во всяком случае, пока сохраняются сторонники понимания истории как творения «героев», великих людей. Значит, будут множиться и списки «героических» черт.

В XX веке известные представители «героической» теории (Т. Карлайл, Е. Джен-нингс, Дж. Дауд и др.) пытались изучать качества, «передающиеся по наследству» и «способствующие завлечению масс». Затем, вслед за «героической», уже «теория черт» попыталась дать ответ на вопрос, какими свойствами должен обладать лидер как особый субъект деятельности. Ее сторонники (Л. Бернард, В. Бинхам, О. Тэд, С. Килбоурн и др.) считали, что лидером человека делают определенные психологические качества и свойства («черты»). Лидер рассматривался ими через призму ряда факторов, Во-первых, к таким факторам относились его «способности» — умственные, вербальные и т. д. Во-вторых, «достижения» — образование и физическое развитие. В-третьих, «ответственность» — зависимость, инициатива, упорство, желание и т. д. В-четвертых, «участие» — активность, кооперация и т. д. В-пятых, «статус» — социально-экономическое положение, популярность. В-шестых, важными признавались «ситуативные черты» личности.

Выделим основные качества, которые сторонники этой теории считали необходимыми для лидера:

        сильное стремление к ответственности и завершению дела;

        энергия и упорство в достижении цели, рискованность и оригинальность в решении проблем;

        инициативность;

        самоуверенность;

        способность влиять на поведение окружающих, структурировать социальные взаимоотношения;

        желание принять на себя все последствия действий и решений;

        способность противостоять фрустрации и распаду группы.

Можно по-разному относиться к подобным взглядам. Однако обратим внимание на любопытные результаты, которые принесло комплексное исследование лидерского поведения, проведенное в прикладных целях по заказу госдепартамента США в 1979 году. Оно показало, что наиболее важные черты современного политического лидера — это неформализованные организаторские навыки, избегание бюрократических подходов, терпимость к фрустрации, прямота суждений, способность выслушать чужое мнение, энергичность, ресурс роста и юмор. Согласимся, что годы идут, а качества, приписываемые лидеру, остаются неизменными. При этом забавно, что интеллектуальные способности до сих пор не считаются обязательными для лидера.

В разработку «теории черт» внес свой вклад М. Вебер. Он считал: «три качества являются для политика решающими: страсть, чувство ответственности и глазомер...

Страсть в смысле ориентации на существо дела, страстной самоотдачи делу... Глазомер, способный с внутренней собранностью и спокойствием поддаться воздействию реальностей... требуется дистанция по отношению к вещам и людям... Проблема состоит в том, чтобы втиснуть в одну и ту же душу и жаркую страсть, и холодный глазомер» (Избранные произведения, — М.: Прогресс, 1990. — С. 690-691.).

При всей своей занимательности, теории «героев» и «черт» мало продуктивны в научном отношении. Они позволяют красиво описывать яркий феномен, но не приближают проникновение в его суть. Несмотря на общее признание этого, теории такого рода продолжают множить число своих сторонников, создавать все новые списки необходимых лидерских качеств. В определенной мере, это инерция прежних, описательных подходов. Научное изучение феномена лидерства пошло дальше.

Теории среды. Основное положение группы теорий, объединяемых под этим названием, гласит: лидерство является функцией окружения, т. е. определенных времени, места и обстоятельств, в том числе культурных. Этот подход игнорировал индивидуальные различия людей, объясняя их поведение исключительно требованиями среды. Так, согласно Е. Богардусу, тип лидерства в группе прежде всего зависит от природы группы и проблем, которые ей предстоит решать.

В. Хоккинг предполагал, что лидерство — функция группы, которая передается лидеру, только когда группа желает следовать выдвинутой им программе. В этой связи X. Персон выдвинул две гипотезы: 1) каждая ситуация определяет как качества лидера, так и самого лидера; 2) качества индивида, которые определяются ситуацией как лидерские качества, являются результатом предыдущих лидерских ситуаций. Не вызывая отторжения, такие выводы, однако, также мало чего проясняли.

В свое время Дж. Шнейдер с удивлением обнаружил, что количество генералов в Англии в разные времена было прямо пропорционально количеству военных конфликтов, в которых участвовала страна. Это стало наиболее яркой иллюстрацией справедливости теорий среды. Для оценки их сути воспользуемся высказыванием А. Мэрфи: ситуация вызывает лидера, который и должен стать инструментом разрешения проблемы. То есть ситуация ситуацией, но и сам лидер что-то значит.

Личностно-ситуационные теории. Эта группа теорий является как бы симбиозом двух предыдущих. В ее рамках одновременно рассматриваются как психологические черты лидера, так и условия, в которых происходит процесс лидерства. В частности, по мнению С. Казе, лидерство генерируется тремя основными факторами: личностными качествами лидера, группой его последователей и сложившейся ситуацией или «событием» (например, проблемой, которую решает группа).

Р. Стогдилл и С. Шартл предложили описывать лидерство через понятия «статус», «взаимодействие», «сознание» и «поведение» индивидов по отношению к другим членам организованной группы. Следовательно, лидерство рассматривается скорее как система отношений людей, а не как характеристика изолированного индивида.

X. Герт и С. Миллз считали, что для понимания феномена лидерства надо уделять специальное внимание таким факторам, как черты и мотивы лидера, его общественный имидж, мотивы его последователей, черты лидерской роли, а также учитывать «институциональный контекст» и «ситуацию».

Таким образом, в разных вариантах теории данной группы пытались расширить достоинства предыдущих подходов. Однако достичь желаемого удалось не во всем.

Теории взаимодействия-ожидания. Согласно взглядам Дж. Хоманса и Дж. Хемфилда, теория лидерства должна рассматривать три основные переменные: действие, взаимодействие и настроения. Это предполагает, что усиление взаимодействия и участие в совместной деятельности связано с усилением чувства взаимной симпатии, а также с внесением большей определенности в групповые нормы. Лидер в этой теории определяется как, прежде всего, инициатор взаимодействия.

Например, теория «усиления ожиданий» Р. Стогдилла основана на простом утверждении. У членов группы, считал он, в процессе взаимодействия усиливаются ожидания того, что каждый из них будет продолжать действовать соответствующим образом. Роль индивида определяется взаимными ожиданиями, экспектациями, и, если его действия совпадают с ожиданиями группы, ему будет разрешено к ней присоединиться, т. е. его допустят («примут») в группу. Лидерский потенциал человека зависит от его способности инициировать нужные взаимодействия и ожидания.

Согласно теории «целевого поведения» (path-goal theory) M. Эванса, степень проявления внимания лидером определяет осознание последователями будущего поощрения, а степень инициирования структуры лидером определяет осознание подчиненными того, какое именно поведение будет поощрено. Близкая к ней «мотивационная теория» (Р. Хау, Б. Басе) понимала лидерство как попытку изменения поведения членов группы через изменение их мотивации. Ф. Фидлер считал, что «лидерское поведение» зависит от требований конкретной ситуации. Например, «ориентированный на работу» лидер будет эффективным в крайних ситуациях (слишком легкая или слишком тяжелая работа). Лидер же, ориентированный «на взаимоотношения», обычно эффективен при решении «умеренных», как бы «промежуточных» проблем.

«Гуманистические» теории лидерства. Группа теорий лидерства, получивших название «гуманистические», во главу угла ставила развитие эффективной организации. По мнению представителей этого подхода, человек по самой своей природе — «существо мотивированное», а организация по своей природе всегда структурирована и контролируема. Главной функцией лидерства является модификация организации с целью обеспечения свободы индивидов для реализации их мотивационного потенциала и удовлетворения своих нужд — однако, при одновременном достижении целей организации.

Д. Мак-Грегор разработал две теории организующего лидерства. Первая, так называемая теория X, основана на предположении, что индивиды обычно пассивны, противостоят нуждам организации и, следовательно, их необходимо направлять и «мотивировать». Вторая, теория Y, основана на предположении, что люди уже обладают мотивацией и стремятся к ответственности, поэтому необходимо так их организовывать и направлять, чтобы они одновременно реализовывали и свои цели, и цели организации. Две эти теории отражали, по сути, два этапа развития организации.

С. Аргирис также указывал на наличие конфликта между организацией и индивидом. По его мнению, природа организации предполагает структурирование ролей ее членов и контроль над исполнением ими своих обязательств. В природе человека заложено стремление к самореализации через проявление инициативы и ответственности. Значит, эффективное лидерство должно принимать это во внимание и опираться, прежде всего, на эти качества.

Р. Ликерт считал, что лидерство — процесс относительный, и лидер должен принимать во внимание ожидания, ценности, межличностные навыки подчиненных. Лидер должен дать подчиненным понять, что организационный процесс направлен на их пользу, так как обеспечивает им свободу для ответственного и инициативного принятия решений.

В рамках данной теории Р. Блайк и Дж. Моутон сумели изобразить лидерство графически: по оси абсцисс — забота об индивидах, по оси ординат — забота о результате. Чем выше значения этих координат, тем больше развиты отношения доверия и уважения в организации.

В целом же, отметив условную «гуманистичность» данных теорий, сделаем вывод: это был все-таки шаг вперед по сравнению с предшественниками. Гуманистический подход опирается на углубленный анализ личностно-психологических корней феномена лидерства.

Теории обмена. Представители данной теории (Дж. Хоманс, Дж. Марч, X. Саймон, X. Келли и др.) исходят из того, что общественные отношения представляют собой форму особого обмена, в ходе которого члены группы вносят определенный не только реальный, производительный, но и сугубо психологический вклад, за что получают некий психологический «доход». Взаимодействие продолжается до тех пор, пока все участники находят такой обмен взаимовыгодным. Т. Джакобс сформулировал свой вариант теории обмена следующим образом: группа предоставляет лидеру статус и уважение в обмен на его необычные способности к достижению цели. Процесс обмена сложно организован, он включает многочисленные системы «кредитования» и сложные «выплаты».

Данная группа теорий, будучи суперрационалистичной, отражает, безусловно, лишь одну из сторон феномена лидерства. Однако ее влияние на современную политическую психологию значительно. Обобщенно говоря, вся история изучения феномена лидерства привела к тому, что воцарились два суперподхода: рационалистический и гуманистический.

Мотивационные теории лидерства. Согласно В. Стоуну, мотив — это своеобразная выученная «навязчивая идея», основанная на внутренней потребности компетентно обращаться с окружающей средой. Независимо от первоначальной потребности (власть, престиж, самовыражение), мотивация зависит от осознаваемых человеком возможностей. Естественно, слишком сильная мотивация может исказить восприятие. Например, слишком сильно мотивированный кандидат, объективно имеющий мало шансов на успех, может слепо верить в свою победу на выборах. Однако, чаще всего, индивид выставляет свою кандидатуру, когда он осознает, что у него есть вероятность победить, достаточно навыков и серьезная поддержка. Как заметил Д. Шлезингер, «амбиции часто развиваются в специфической ситуации как ответная реакция на возможности, открывающиеся политику». «Теория амбиций» предполагает рациональную оценку ситуации. Дж. Штерн предложил следующую формулу мотивации:

мотивация = f (мотив х ожидание х стимул).

Это означает, что амбиции кандидата представляют собой функцию от трех переменных. Во-первых, от его личных мотивов (власть, успех, уважение). Во-вторых, от его ожиданий относительно занятия должности. В-третьих, от «ценности приза». Ожидания индивида определяются его отношением к политической системе, будущими возможностями как политика, оценкой собственных способностей и вероятной поддержкой. Другими словами, три вещи — будущий престиж, власть и зарплата — определяют амбиции политика.

Мотивация, по Дж. Аткинсону, подразделяется на два типа: мотивация успеха (МУ) — и мотивация избежания неудачи (МН). На языке формул можно записать:

МУ = f (МУхОУхСУ),

МН = f (МНхОНхСН).

То есть уровень удовлетворения в случае успеха и степень унижения в случае поражения зависят от субъективных ожиданий индивида относительно возможных последствий как того, так и другого. В случае, если в мотивационной модели индивида МН превышает МУ, индивид выбирает либо ситуацию со стопроцентным успехом, либо очень рискованные предприятия (для легкого оправдания своего провала). Если МН равна МУ, то результативная мотивация равна нулю, она практически отсутствует. И наконец, чем больше МУ по сравнению с МН, тем выше субъективная вероятность успеха, так как относительная сила мотивации влияет на эту вероятность и смещает ее вверх. Беспокойство относительно провала тем сильнее, чем меньше возможность успеха приближается к границе 50/50.

Итак, для лидерства важен мотив плюс возможность его реализации, так как мотив без такой возможности равен движению без направления. Известный сторонник гуманистической психологии А. Маслоу в своей теории иерархических потребностей утверждал, что корни лидерства возникают в процессе трансформации человеческих желаний (мотивы, исходящие из чувств) в потребности, социальные стремления, коллективные ожидания и политические требования, т. е. в мотивы, зависящие от среды. В иерархии потребностей на низшем уровне находятся физиологические потребности, на среднем — обеспечение безопасности, на высшем уровне — аффективные потребности. Фрустрация низших потребностей увеличивает мотивацию для их удовлетворения. Задача лидера — предотвращение фрустрации, апатии, неврозов и других форм «общественных расстройств» через трансформацию потребностей граждан в социально-продуктивном направлении. Лидеры как бы конвертируют надежды и стремления в санкционированные ожидания. Цепочка контролируемого лидером состояния ведомых такова:

желания и потребности=>надежды и ожидания=>требования=>политические действия.

Что касается самого лидера, то А. Маслоу различал у него два типа властных потребностей: