Политология: предмет, объект и методы.

1.Политология: предмет, объект и методы.

Предмет политологии

 
Важную роль в изучении вопроса  о предмете политологии и в  интернационализации ее академического признания сыграл известный Международный  коллоквиум по вопросам содержания и  структуры политической науки (Париж, 1948 г.), созванный по инициативе ЮНЕСКО.¹ 
 
Политологи из различных стран договорились о неком едином международном стандарте в понимании объекта, предметного поля и границ политической науки, согласно которому последняя должна включать в себя следующие основные компоненты: 1) политическую теорию (теорию политики и историю политических идей); 2) публичные (государственные) институты (центральные, региональные и местные; законодательные, исполнительные и судебные), их структуру и функционирование, 3) политическое участие и давление граждан (партии, групповые объединения, общественное мнение); и 4) международные отношения (международные организации и мировая политика). Таким образом, политологи пошли тогда во многом по пути «суммативного описания» предмета и границ политической науки посредством простого перечисления объектов и сфер, которые, по-видимому, она должна исследовать.² 
 
Этот путь привел со временем к достаточно распространенной точке зрения на «суммативное» определение предмета политической науки, как совокупности политических объектов и соответствующем комплексе знаний, отражающих ситуацию, когда нет одной политической науки, но есть многие политические науки, а посему «политология это то, что делают политологи». С одной стороны, эта точка зрения имеет некоторые видимые достоинства. Во-первых, всегда можно добавить еще один сюжет или раздел к предметному полю политологии в связи с появлением новых политических феноменов и структур, что обеспечивает как бы внешнюю открытость самого познавательного процесса. Другим распространенным аргументом в поддержку этой позиции является утверждение о приобретаемом таким способом целостном и интегральном характере освоения мира политики. Последний якобы системно и многоаспектно должен изучаться политической наукой, представляющей собой, поэтому междисциплинарный комплекс философских, исторических, социологических, психологических и всех прочих видов знаний о политической жизни. 
 
Но есть и другая, оборотная сторона медали в этом «расширительном» и «интегративном» подходе. Не говоря уже о том, что определения предмета политологии такого типа, как «науки о политике», или же «того, чем занимаются политологи» тавтологичны и релятивны, они скорее затуманивают проблему, а не проясняют ее. Можно сразу же заметить, что они снова возвращают политическую науку в свое первозданно синкретическое лоно обществознания, ставя тем самым под вопрос саму специфическую идентичность и необходимость автономного существования политологии. Ведь зачем вообще нужна еще одна общественная наука как некий эклектический набор из разных областей знаний? 
 
Кроме того, вместо теоретического поиска внутренних связей и объяснения глубинных механизмов и зависимостей политики на передний план выходит задача (сама по себе в отдельности конечно же верная) максимально подробного и разнообразного описания различных сторон и явлений политической жизни (психологических и идеологических, институциональных и социокультурных и т.д.), что, при отсутствии интегральной концепции, непременно приводит к фрагментарному, дескриптивному анализу или же дедуктивному, метафизическому философствованию. К тому же нельзя забывать и то, что традиционно в научном анализе существует известное различие между «объектом» и «предметом» науки, поскольку последний связан лишь с одним из многих аспектов и сторон познаваемого объекта, предполагая тем самым не абстрагирование «всех на свете» законов, а познание лишь какой-либо определенной, специфической группы связей, механизмов и закономерностей. Таким образом, в «интегративном» подходе к определению предмета политологии происходит подмена тезиса, когда «предмет» науки попросту заменяется ее «объектом».³ 
 
Возможно и другая, более «узкая», и вместе с тем более детальная трактовка предмета политологии, согласно которой, помимо других общественных наук, в число интересов которых попадают политические объекты, должна существовать и особая наука, общая теория политики (или «политология» в узком смысле этого слова). Эта специальная теория политики изучает политическую сферу жизни общества и человека, во-первых, не в общем ряду многих прочих объектов (как философия, социология, история и др.), а как единственный и основной объект; во-вторых, изучает не отдельные аспекты политической жизни (психология, правоведение, демография и др.), а рассматривает ее как многомерную, целостную систему; и, в-третьих, в качестве главного своего предмета имеет познание имманентных, присущих только политике, закономерностей властеотношений, то есть устойчивых тенденций и повторяющихся связей в особого рода человеческих отношениях, взаимодействиях между властвующими и подвластными людьми, властью управляющих и влиянием управляемых. В этом смысле политология со своими концептами, связанными со взаимозависимостями властвующих и подвластных, «внутренними» механизмами властеотношений, «пронизывает» анализ всех измерений политики (от государственных институтов до психологии и культуры властвования), и как общая теория политики она аккумулирует и интегрирует научные результаты, полученные с помощью научного арсенала других видов обществознания.⁴ 
 
Вполне вероятно, что так называемые «широкое» и «узкое» понимания предмета политики, в известном плане, вовсе и не противоречат друг другу, составляя скорее два «концентрических круга» накопления политического знания, чем антиномию между ними. В широком смысле политология (как политическая наука) включает в себя все политическое знание, представляя собой комплекс дисциплин, изучающих политику, тогда как в более строгом значении политология (или общая теория политики) связана лишь со специфической группой закономерностей отношений социальных субъектов по поводу власти и влияния, исследуя особый тип механизмов отношений и взаимодействий между властвующими и подвластными, управляемыми и управляющими. 
^

Объект политологии

 
Объектом изучения политологии является политика. Обратимся к содержанию понятия политика. 
 
«Политика» — одно из наиболее употребимых слов в общественном лексиконе. Еще древнегреческий политический деятель Перикл утверждал: «Лишь немногие могут творить политику, но судить о ней могут все». Мы говорим о политике государства, о политике партий, о семейной политике и т.д. Означает ли это, что во всех перечисленных случаях мы говорим об одном и том же, или же существует разница в содержании понятия «политика» применительно к каждому из них? Что такое политика? Чем она отличается от других сфер жизни? Какие области человеческой жизнедеятельности связаны с политикой?⁵ 
 
Термин «политика» (греч. politika — государственные и общественные дела; polis — городгосударство) получил распространение под влиянием трактата Аристотеля о государстве, правлении и правительстве, названного им «Политика».⁶ 
 
Необъятен диапазон представлений о политике. Вот лишь некоторые ее определения⁷: 
 
«Политика означает стремление к участию во власти или оказанию влияния на распределение власти, будь то между государством /будь то внутри государства между группами людей, которые оно в себе заключает» (М. Вебер). 
 
Политика есть «область отношений между классами общества, их отношения к государству как к орудию господствующего класса», «концентрированное выражение экономики» (В.И. Ленин). 
 
«Политика в высшем смысле есть жизнь, а жизнь есть политика» (О. Шпенглер). 
 
«Изучение политики есть изучение влияния и влияющего ...иными словами, кто что получает, когда и как» (Г. Лассуэлл). 
 
«Политика — борьба интересов, маскируемая под борьбу принципов. Руководство общественными делами во имя личной выгоды»(А.Бирс). 
 
«Политика — это процесс управления» (О. Ренни). 
 
«Политика — властное распределение ценностей внутри общества» (Д. Истон). 
 
«Изучение политики есть изучение принятия общественно значимых решений» (Р. Шнайдер). 
Каждое из этих определений содержит рациональное зерно, ибо отражает тот или иной аспект реального мира политики, который характеризуется многогранностью и соответственно сложностью его познания (схема 1). 
 
 
 
 
Схема 1. Содержание мира политики 
 
Анализ различных подходов к теоретической интерпретации политической сферы позволяет сделать вывод о ее многомерном характере. Политика выступает в единстве трех взаимосвязанных аспектов: 1) как сфера общественной жизни; 2) как один из видов активности социальных субъектов; 3) как тип социальных отношений(между индивидами, малыми группами и т.д.).⁸ 
 
В первом аспекте политика предстает в контексте структуры общества как его элемент, занимающий свое место и играющий в нем. Второй аспект рассмотрения политики связан с ее интерпретацией как способа совокупной и индивидуальной активности социальных субъектов, вида человеческой деятельности и социального поведения. Именно в этом ракурсе М. Вебер анализирует политику как предприятие и профессиональную деятельность ее субъектов, занимающихся политической деятельностью «по случаю», «по совместительству» и «профессионально». 
 
Что же касается третьего аспекта, то уже Аристотель определяет политику как высший вид человеческого общения. Французские историки периода Реставрации и марксисты трактуют политику как отношения классов по поводу государственной власти. В XX в. разрабатываются концепции «конфликта—консенсуса», характеризующие политику как тип конфликтных отношений и социальных взаимодействий. 
^

Методы политологии

 
Политические явления и процессы познаются с помощью различных  методов. Методы – это средства анализа, способы проверки и оценки теории. 
 
Основные типы методов и уровни методологии политических исследований сложились постепенно в ходе исторического развития политической мысли. Периодизация развития методологии политической науки может быть представлена следующим образом⁹: 
 
1) классический период (до XIX в.), связанный преимущественно с дедуктивным, логико-философским и морально-аксеологическим подходами; 
 
2) институциональный период (XIX — начало XX в.) — на ведущие позиции выходят историко-сравнительный и нормативно-институциональный методы; 
 
3) бихевиористский (англ. behavior, behaviour — поведение) период (20—70е гг.), когда стали активно внедряться количественные методы; 
 
4) в последней трети XX в. наступил новый, постбихевиористский этап, характеризующийся сочетанием «традиционных» и «новых» методов. 
 
Споры о приоритетных подходах продолжаются до сих пор, основными течениями в рамках методологии политической науки по-прежнему являются «традиционалистское» (исповедующее качественные методы классической и институциональной политологии) и «бихевиористское» (ратующее за приоритет «точных», эмпирических и количественных методов). 
 
Институциональный метод связан со стремлением выявить определенные юридические нормы, проанализировать основные законы общества, начиная с конституции, и их смысл для существования и нормального развития общества. Большое влияние оказали здесь воззрения Ш. Монтескье, Дж. Локка, Э. Берка, Т.Джефферсона и др. 
 
В данном подходе основное внимание уделяется политическим институтам (парламенту и правительству, партиям и избирательным процедурам, механизмам разделения властей и конституционному устройству). Анализ строится, исходя из сложившихся и общественно укорененных политических форм. Эти формы или институты, с одной стороны, являются логическим продолжением и закреплением социальных отношений и норм, а с другой — призваны вносить в общество стабилизирующее начало. 
 
Сравнительный (компаративный) метод известен со времен Аристотеля, Платона, Монтескье. Его особенность заключается в сопоставлении двух (или более) политических объектов. Сравнительный метод позволяет установить, в чем состоит их подобие, вычленить общие черты либо показать, по каким признакам они (политические объекты) различаются. 
 
Любое сравнительное исследование включает следующие этапы: а) отбор и описание фактов; б) выявление и описание тождества и различий; в) формирование взаимосвязей между элементами политического процесса и другими социальными явлениями в форме экспериментальных гипотез; г) последующая проверка гипотез; д) «признание» некоторых основополагающих гипотез¹⁰. 
 
Сравнительный политический анализ позволяет: 1) разработать поддающуюся проверке систему знаний о политике; 2) дать оценку политическому опыту, институтам, поведению и процессам с точки зрения причинно-следственных связей; 3) прогнозировать события, тенденции и последствия. 
 
Для того чтобы понять истинную сущность мира политического, необходимо изучать различные формы его проявления в различных странах и регионах, социально-экономических, общественно-исторических ситуациях, у разных наций и народов и т.д. В этом контексте в качестве объектов сравнительного анализа могут выступать не только политическая система во всей целостности, ее формы, типы и разновидности, но и ее конкретные составляющие, такие, как государственные институты, законодательные органы, партии и партийные системы, избирательные системы, механизмы политической социализации и т.д. Современные компаративные политические исследования охватывают десятки, а то и сотни сравниваемых объектов, проводятся с использованием, как качественных подходов, так и новейших математических и кибернетических средств сбора и обработки информации. 
 
С помощью социологического метода можно выявить взаимосвязь политики и других сфер жизни, раскрыть социальную природу власти, государства, права и т.д., определить социальную направленность принимаемых государством решений, установить, в интересах каких групп они осуществляются. 
 
^ Антропологический метод, который исходит из природы человека, широко используется при анализе механизмов, институтов власти и социального контроля преимущественно в доиндустриальных обществах, а также проблем адаптации и трансформации традиционных механизмов контроля при переходе к современным политическим системам. Этот метод дает ключ к изучению таких проблем, как связь типа человека (устойчивых черт его интеллекта, психики) и политики, влияние национального характера на политическое развитие, и наоборот.¹¹ 
 
Психологический метод ориентирован на изучение субъективных механизмов политического поведения, индивидуальных качеств, черт характера, а также типичных механизмов психологических мотиваций. В основание этого метода легли наиболее значительные идеи Аристотеля, Сенеки, Н. Макиавелли, Ж.Ж. Руссо,Т. Гоббса и др. о соотношении личности и власти, о природе человека в политике, о воспитании гражданина, о том, каким надлежит быть правителю. 
 
Своеобразную революцию в политической науке совершил бихевиористский метод, возникший как альтернатива юридическому методу, в рамках которого политическая жизнь анализировалась путем изучения государственно-правовых и политических институтов, их формальной структуры, процедур их деятельности. 
 
Применение бихевиористского метода в политологии основывается на убеждении, что политика как общественное явление имеет прежде всего индивидуальное измерение, и потому все групповые формы деятельности она стремится вывести именно из анализа поведения индивидов, соединенных групповыми связями. Подход такого рода предполагает, что доминирующим мотивом участия в политике является психологическая ориентация. Для бихевиористов политика — это вид социального поведения индивидов (групп), характеризующийся установками и мотивациями, связанными с участием во власти и властвовании. 
 
Основные принципы бихевиорального движения можно сформулировать следующим образом: 1) стремление к обнаружению элементов единообразия в политическом поведении, их обобщение и выражение в теориях и моделях, имеющих эвристическую и прогностическую ценность; 2) любые выводы должны соотноситься с эмпирическими фактами и строиться на их основе; 3) для получения данных необходимо использовать адекватные методы; 4) интерпретация полученных данных и их оценка должны быть дифференцированы, их нельзя путать; 5) исследование должно носить системный характер, т.е. стремится раскрыть основные причинно-следственные связи, вое многообразие наблюдаемых структур; 6) политическая наука должна активно использовать результаты и данные других наук: психологии, антропологии, социологии и т.д. 
 
Из психологии и медицины в политическую науку начали вторгаться тесты и лабораторные эксперименты, из социологии — анкетные опросы, интервью, наблюдения, из математики и статистики — регрессионный, корреляционный, факторный и другие виды анализа, а также математическое моделирование и методы теории игр. Впоследствии начали активно создавать информационные базы политических данных и экспериментальные системы «искусственного интеллекта» на основе электронно-вычислительной техники. 
 
В основе метода экспертных оценок лежит проведение экспертных оценок специалистами в той области политической деятельности, по поводу которой ведется экспертиза. Опыт показывает, что наиболее эффективным является применение метода экспертных оценок для решения широкого круга неформализуемых проблем политической жизни — выработки управленческого решения, оценки политической ситуации, прогноза политического развития и т.д. Понятно, что особое значение для данного метода имеет подбор экспертной группы.¹² 
 
Коммуникативный метод позволяет разработать кибернетическую модель политического процесса, рассматривая политические структуры как коммуникативные единицы, единицы общения. Политические взаимодействия рассматриваются как информационные потоки, главный из которых — политическое решение и реакция на него агентов политики. Последние должны быть адекватны поставленной в решении цели, что возможно при учете всех информационных потоков, исходящих от людей. 
 
Метод политического моделирования состоит в исследовании политических процессов и явлений путем разработки и изучения их моделей. Возможны различные классификации моделей. Например, по назначению выделяют измерительные, описательные, объяснительные, критериальные и предсказательные модели. 
 
Некоторые политические процессы — такие, как принятие решений на выборах или распределение голосов избирателей, могут быть определены полностью в математических терминах. «Математические модели помогают политологам ... изучать особенности политических процессов... Во многих случаях возможна и компьютерная имитация политического процесса. Используя математические средства, политолог оказывается в состоянии взять на вооружение многие из методов, разработанных в логике, статистике, физике, экономике и других отраслях знаний, и применить их к изучению политического поведения» 
 
Сегодня в связи с совершенствованием ЭВМ и программных средств моделирование политических макро и микропроцессов стало одним из перспективных направлений в развитии методологии политической науки, которое в свою очередь имеет множество собственных разветвлений. Одно лишь системное моделирование политики охватывает и динамические, и стохастические модели политической жизни, активно применяемые для анализа циклически повторяющихся избирательных процессов и кампаний, а также для прогнозирования выборов в парламент.

2.Определите общие черты и различия в функционировании тоталитарного и авторитарного политических режимов. Возможно ли возвращение в Украину режимов диктаторского типа?

Признаки тоталитаризма  

  1) Первый признак - абсолютная концентрация власти, представляющая собой  контроль и вмешательство государства в экономическую и политическую жизнь страны, возведенное в высшую степень, включает в себя:

A.  Законодательная и исполнительная власть оказывается в одном лице, а независимая судебная власть практически отсутствует

Б.  Появления вождя харизматического, мистического типа.   

  2)Второй признак - однопартийная политическая система, которая единолично осуществляют  политическую власть в тоталитарном государстве, недопускающая никаких иных политических организаций. Такая политическая система  тесно связана со следующими моментами:                         

Основу  однопартийной системы обязательно составляет монистическая-единая, главенствующая  идеология, исходящая исключительно от правящей партии и не терпящая никакой оппозиции или критики. В нутрии самой партии также поддерживается идейное единство.

Основным методом монистической  идеологии является массовая пропаганда, базирующаяся на социально - классовой(СССР), расово - националистической (Германия) или религиозной (Иран времен аятоллы  Хомейни) демагогии. Рассмотрим для  примера СССР. В годы консервации  режима руководящая роль партии была узаконена 6-й статьей конституции  СССР. Весь механизм власти был сведен к следующему: политические структуры  – это исключительная привилегия партийцев, во всех остальных органах  и учреждениях партийцы либо непосредственно  хозяйничали, либо держали управление под своим надзором. Достаточно было центру провести заседание или опубликовать статью, как мгновенно приводился в действие весь государственно-общественный механизм. А чуть где сбой, партия и полиция в кратчайшие сроки  устраняли "неисправность"- отклонение от общего мнения. В последующем  подробнее будет рассмотрена  коммунистическая партия, находившаяся у власти, как в Советском Союзе, так и в странах Восточной  Европы. Коммунистическая партия партией  особого типа являлась не только потому, что была централизованна, по-армейски дисциплинированна, стремилась к определенным целям и т. п. Между тем лишь в коммунистической партии идеологическое единство, тождественность мировоззрений  и взглядов были обязательны для  всех без исключения членов, хотя данный императив касался скорее головных органов и высших инстанций партии. Тем, кто пониже, только формально  было вменено в обязанность соблюдать  единство, "блюсти идейную чистоту  своих рядов"; их прямой задачей  было выполнять решения. Однако и  низы должны были усваивать взгляды  вождей. Во времена Сталина идейное  единство, то есть обязательное философское  и прочее, стало условием пребывания в партии. Единогласность стала законом  для всех компартий. Раз в любой  партии власть сосредоточена в руках  вождей и высших инстанций, то идейное  единство как приказ несло с собой  владычество центра над умами  рядовых партийцев. Прекращение  всякой идейной борьбы в партии означало паралич свободы в обществе, так  как общество целиком и полностью  в ее власти, а внутри самой партии - ни проблеска свободы. Идеологическое единство-духовная основа личной диктатуры, которую без него невозможно представить. Одно порождает другое. Идеи - плод творчества отдельных людей, а приказной идейный монополизм, осуществляемый с помощью пропаганды и террора, придает этим идеям характер закона. Устранение идейной разноголосицы в среде высших руководителей автоматически упразднило фракции и течения, а с тем и всякую демократию в коммунистических системах. В коммунизме возобладал принцип "вождь знает все»: идеологами партии становились обладатели власти - партийной и прочей - вне зависимости от скудоумия таких лидеров. Получилось так, что надо было быть не просто марксистом, а марксистом в соответствии с предписаниями верхов, центра. Коммунисты воспитывались на убеждении, что идейное единство, идейное подчинение есть неприкосновеннейшая из святынь, а фракция в партии – черное злодейство. В борьбе за власть над умами не гнушались никакими средствами, широко применяли террор, запугивание, пропаганду или круговую поруку по обстоятельствам. Конечно, Сталин знал, что Троцкий, Бухарин и Зиновьев никакие не иностранные шпионы или предатели социалистического отечества. Но нужно было свалить на кого-то вину за нерешенные вопросы, в частности продовольственный, благо они еще и "чистосердечно" признались, и устранить несогласных, инакомыслящих. Идеологическое единство, прошедшее немало фаз и приобретшее на этом пути разнообразные формы, было самой отличительной чертой партии большевистского, коммунистического типа. Во-вторых, однопартийная политическая система сопровождалась фактическим отсутствием демократических институтов, таких как парламент, Советы депутатов и др., в результате чего достигалось тотальное отчуждение индивида от политической власти. Индивид мог получить политическую власть, только вступив в партию и « съев» то есть тем или иным образом устранив вышестоящего сотрудника, тем самым, заняв его кресло. Возможное существование некоторых общественных организаций ничего не меняло, так как они контролировались партийными и государственными органами. Примером могут быть созданные фашистами профсоюзы, основной задачей которых было внедрение идеологических мифов в массовое сознание и контроль за ним. Отрицанием демократических институтов режим реализовывал важную задачу - ликвидацию тех промежуточных звеньев, которые стоят между индивидом и государством, в результате чего происходит полное поглощение индивида государством, превращение его в "винтик" огромной государственной машины. Тоталитарный режим - детище ХХ века, так как в предыдущие годы техника не была столь развита, чтобы человек быстро получал и усваивал пропаганду идейного единства-поддержки режима. До ХХ века политическая деятельность была, как правило, уделом интеллигенции, грамотных слоев общества, умеющих через прессу и телеграф, почту обращаться к себе подобным. Научно-технический прогресс значительно расширил возможности общения. Исключительная роль здесь принадлежит радио, повсеместное распространение которого позволило приобщить к политике широкие слои неграмотного населения, люмпен-пролетариат, что весьма расширило базу политической борьбы. Кто не умел читать, мог слушать. А когда был проведен ликбез, подключились и газеты. Пропаганда шла по всем каналам: в первых классах начальной школы проходили ленинские уроки, по окончании года дарились книжки под названием "Из жизни В. И. Ленина", и будущий первоклассник, еще не выучив таблицы умножения, уже знал о том, каким хорошим пловцом был Владимир Ильич; в школьных учебниках (особенно по иностранному языку) муссировалась тема лучшей страны в мире - Советского Союза, ну а самая большая часть пропаганды приходилась на историю. Широко практиковались различные фальсификации. По радио передавались бесконечные речи вождей, в газетах каждый день печатался портрет Сталина, в предисловиях любое произведение рассматривалось с точки зрения марксизма-ленинизма-сталинизма. Пропаганда превращалась в воспитательный процесс. В лестнице октябрята - пионеры - комсомол - партия вышестоящие шефствовали, воспитывали нижестоящих. Пропагандой и поддержкой общественно-политического движения, о котором позже, режим решал весьма важную задачу взяв под практически полный контроль души граждан, он прививал людям тоталитарное сознание, готовность подчиняться идеям, идущим из центра. Особо стоит сказать о роли церкви. Являясь более древним институтом, чем политические партии, обладая значительным весом в обществе, церковь стала тем камнем преткновения, который не позволял полностью подчинить душу индивида. Попытки тоталитарного режима устранить, или, по крайней мере, сотрудничать с ней не везде приводили к успеху. В тех странах, где церковь сохранила свои позиции (Италия, Испания), отрицательные последствия тоталитаризма были не столь глубоки, как там, где она была жестоко подавлена (Германия, Россия). Общественно-политическое движение и атомизация общества – основа существования тоталитарного режима.

   Третий признак - общественно-политическое движение, (в дальнейшем ОПД) составляет массовую социальную базу тоталитарного режима. В ранних концепциях тоталитаризма роль самого народа в создании и функционировании тоталитарного режима ошибочно, практически не рассматривалась.                           

Народные массы чаще выступали  в облике несчастных жертв, бедных непротивленцев, являющихся объектом приложения тоталитарных сил. Некоторые исследователи советского тоталитаризма производят искусственное  разделение общества на отдельные части.

С одной стороны, лидер-диктатор во главе единственной массовой политической партии, террористический полицейский  контроль, сверхцентрализованная система  управления, а с другой - страдающий, несчастный народ. Если первая часть  буквально аккумулирует в себе страшные черты тоталитаризма, то вторая часть  общества находится как бы в стороне, вызывая симпатии и даже любовь. Известно, что в Германии и Италии установлению тоталитарных режимов  предшествовали массовые движения, участники  которых совершенно добровольно  поддерживали и разделяли фашистскую идеологию.

Сталинские репрессии  по свидетельству очевидцев воспринимались значительной частью населения сочувственно.

Советский опыт свидетельствует, что тоталитаризм всегда имел социальную поддержку в лице народа. Без нее  он не мог бы так долго существовать и видоизменяться.

Документальные кадры: делегат  от доярок надрывно кричит и от имени  колхоза имени Буденного требует  смерти для "врагов народа". Казалось, каждый колхоз, фабрика, парикмахерская, столовая должны отметиться и потребовать "высшей меры"; лица требующих  сменяются, но слова поразительно похожи. Из западных исследователей первой обратила внимание на фактор общественно-политического  движения Х. Арендта, которая считала, что тоталитарные режимы возникают  на его базе

Какова же роль тоталитарного  ОПД ?

В характере тоталитарного  режима фактор ОПД занимает определяющее место по следующим причинам:

Во-первых, именно через ОПД как социальную базу режима происходит формирование в общественном сознании "тоталитарной идеи".

Во-вторых, через ОПД достигается всеохватывающий контроль над всеми проявлениями общественной жизни, что и обеспечивает осуществление тоталитарного господства власти.

В-третьих, через ОПД тоталитарный режим внедряет мифы в общественное сознание, формирует позитивное отношение масс к тоталитарному режиму.

Еще до прихода к власти тоталитарное движение строится на принципах  предельной атомизации своих членов; сначала достигается верность движению, преобладание связей с движением  над личными связями, а затем  их полная утрата в пользу своего места  в движении.

Положительной чертой  при этом становится безусловная и неизменная преданность Движению со стороны каждого его члена. 

Итак, через ОПД общества достигается эффект "слияния с  властью" несмотря на абсолютную отстраненность людей от нее , и как результат-"народ  не безмолвствует, как в феодальных государствах прошлого, «нет, народ  поет, кричит "ура" и рукоплещет казням. И сам им способствует».

Теперь несколько слов о том, что такое тоталитарная идея. Тоталитарная идея заключает  в себе основной ценностный критерий организации тоталитарного общества; именно тоталитарной идеей отличаются различные формы тоталитаризма. В зависимости от основного ценностного  критерия можно выделить три формы  тоталитаризма.

Правой форме соответствует  национальный критерий (фашистские режимы Гитлера, Муссолини и др.).

Левой форме - классовый (социальный) критерий (сталинизм).

Религиозной форме - религиозный  критерий организации общества (исламский  фундаментализм в Иране периода  Хомейни).

В то же время, пожалуй, это  различие между формами все-таки не является принципиальным; по глубинной  сути своей все тоталитарные режимы очень близки.    

 Признаки тоталитарного  ОПД следующие:

·      Цель Движения - установление диктатуры в какой-либо форме;

·      обращение к силе в качестве главного инструмента для достижения цели, а отсюда - террористические потенции Движения; Неприятие оппозиционных мнений, непримиримость к другим партиям, движениям;  идея своего особого предназначения.           

 Террор - логическое продолжение  тоталитарной пропаганды.

Четвертый признак - государственно-организованный террор, основанный на постоянном насилии со стороны государства. Основой тоталитарного режима может быть только всеобщая преданность граждан, в обеспечении которой террор играет не последнюю роль, представляя собой логическое, более жёсткое  продолжение тоталитарной пропаганды.

Такое давление со стороны  государства ликвидирует не только любую оппозицию, но и любую попытку  к инакомыслию.

С. Цвейг  так описал атмосферу государственного террора: "Систематически совершенствуемый, деспотически осуществляемый государственный террор парализует волю отдельного человека «ночное ожидание - а за кем пришли? а не за мной? - и никакой попытки к сопротивлению», ослабляет и подтачивает всякую общность. Он въедается в души, как изнурительная болезнь, и ... вскоре всеобщая трусость становится ему помощником и прибежищем, потому что, если каждый чувствует себя подозреваемым, он начинает подозревать другого, а боязливые из-за страха еще и торопливо опережают приказы и запреты своего тирана. "

А боязливым может стать  практически любой - наказание за

недонесение закреплено законодательно.

Пятый признак - экономическая  автаркия при жесткой регламентация экономики и существенной доле внеэкономических форма принуждения.       

Появление тоталитарных тенденций  в общественном развитии было обусловлено  выходом ряда стран из патриархального, феодального состояния и включением их в новую систему государств с развитой экономикой. При этом развивающиеся государства вступали в конфликт с уже развитыми, занимая  подчиненное положение, подобное положению  полуколоний. Отсюда стремление к экономической  автаркии как залога независимоcти.

С точки зрения внутреннего  развития тоталитарному режиму также  требовалась жестко регламентированная, замкнутая на государство экономическая  структура.

Более того, стоящей у  руководства группировке была необходима такая экономическая структура, которая не просто замыкалась на государство, но в значительной степени зависела от воли лидеров.

Партийная бюрократия, монопольно владея природными ресурсами, осуществляя  политическую диктатуру,  обрела право диктовать на каких и в каких условиях люди будут трудиться. При такой системе невозможны свободные профсоюзы, а забастовки-явление исключительное.

Отсутствие забастовок коммунисты объясняли тем, что рабочий класс  якобы находится у власти и  опосредованно - через "свое" государство  и "авангард" – КПСС – является собственником средств производства: таким образом, забастовки были бы направлены против него самого.

Настоящая причина в том, что партбюрократия располагала  всеми ресурсами (и аппаратом  подавления в том числе) и, главное, рабочей силой: любая эффективная  акция против нее, если она не носит  всеобщего характера, была трудноосуществима.

Как только все материальные богатства были сосредоточены в  одних руках, возникла необходимость  планирования. Центр тяжести планирования в любой коммунистической системе  был на отраслях, имеющих решающее значение для политической стабильности режима. Ими были тяжелая и военная  промышленность; им было подчинено  все. Как следствие, возникала неизбежная несбалансированность и различные  перекосы.

Идеологические и политические мотивы в большей степени, чем  интересы национальной экономики как  единого целого, являлись движущей силой коммунистического планирования.

Именно эти мотивы являлись доминирующими каждый раз, когда  режим должен был выбирать между  экономическим прогрессом, уровнем  жизни народа и своими политическими  интересами. 

Признаки авторитаризма: 

Большинство признаков авторитарного  режима схожи с признаками тоталитарного  режима, поэтому я не буду рассматривать  их столь развёрнуто. Выделяют следующие, универсальные для авторитаризма  характеристики:

1) стремление исключить  политическую оппозицию (если таковая существует) отстранение  её от политических позиций и принятия решений

2) стремление использовать  силу в разрешении конфликтных  ситуаций и отсутствие демократических механизмов контроля за осуществлением власти

3) стремление поставить под свой контроль все потенциально оппозиционные общественные институты — семью, традиции, группы интересов, средства массовой информации и коммуникации и пр.;

4) относительно слабая укорененность власти в обществе и вытекающие отсюда желание и, одновременно, неспособность режима подчинить общество всеобъемлющему контролю;

5) перманентные, но  чаще всего не слишком результативные  поиски режимом новых источников  власти (традиции и харизма лидера) и новой, способной сплотить элиту и общество идеологии;

6) относительная  закрытость правящей элиты, которая сочетается с наличием внутри нее разногласий и борющихся за власть группировок, (в отличие от тоталитаризма

 Различия между тоталитарным и авторитарным режимом

Не смотря на множество  похожих черт в этих режимах есть в них и много различий, вот  основные из них: 
1. Наиболее серьёзное различие связано с пониманием цели, "исторической миссии" данного режима, будь то доктрина "расового превосходства", специфические национально-имперские идеи или какие-то другие. Можно сказать, что двигателем тоталитаризма на момент зарождения была та или иная утопическая мечта, направленная на ликвидацию либеральной демократии, капиталистической экономической системы и в какой то мере отвечавшая желаниям большинства населения страны. Подвижники тоталитарного идеала рассматривали его как прообраз будущего миропорядка. Поэтому тоталитаризм не только на создание совершенного общества в какой-либо отдельной стране, но и пытается реализовать свои потенции "вовне", т. е. глобально  распространить аналогичный своему общественный строй на другие страны. 
Авторитарные государства в подавляющем большинстве случаев не ставят перед собой задачу полного преодоления предшествующего социального строя. Военные хунты в Латинской Америке обычно приходили к власти под лозунгами сохранения утвердившегося порядка, избавления от реальной или мнимой угрозы его изменения. Авторитаризм склоняется к идее органичного развития, под которым часто скрывается желание воспрепятствовать вообще всяким заметным изменениям. 
2.Второе различие тоталитарной и авторитарной системы, заключается в неодинаковой степени регламентации различных аспектов общественной жизни в них. Тоталитаризм стремится реализовать утопический идеал во всех сферах общественной жизни. В результате предполагается не только создание и пропаганда новой системы ценностей, но и формирование такого политизированного человека, индивидуальность которого должна быть подчинена коллективности, растворена в ней. Для авторитаризма, напротив, характерна намеренная деполитизация масс, их довольно слабая политическая информированность. 
3.При авторитарных режимах часто остаются некоторые признаки демократии, формально существуют парламент, партии, разделение властей и другие атрибуты демократии: гражданское общество не полностью поглощено государством, и возможно даже "дозированное инакомыслие". Диктатура может признавать или терпеть определенные социальные конфликты.  
4. Авторитарные диктатуры предпочитают сохранять традиционные классовые, сословные или племенные перегородки, которые тоталитаризму чужды. Тоталитаризм в период становления в соответствии со своим утопическим идеалом разрушает прежнюю социальную структуру, разрывает традиционные социальные связи, ликвидирует сложившуюся прежде социальную дифференциацию, т. е. "превращает классы в массы". 
Это одновременно порождает огромный слой людей, утративших свои социальные корни и готовых следовать за новыми вождями, которым они безоговорочно доверяют. Тоталитарные режимы активно вторгаются в экономическую сферу, либо устанавливая над ней строгий контроль, либо подвергая её полному или почти полному огосударствлению. 
5. Многие авторитарные режимы стремились сохранить прежний социально-экономический уклад. Латиноамериканские хунты, например, подходили к делу довольно прагматично. Военные академии в Бразилии и в Перу давали своим выпускникам не только военные знания; они включали в программу обучения и курсы экономической науки, управления, основы социологии и т. д. Это позволяло им трезво оценивать преимущества той или иной системы хозяйствования. И, захватывая власть, военные оставались скорее контролерами, чем специалистами. Они весьма осторожно относились к экономическим процессам, а непосредственное управление ими, как правило, поручали специалистам из гражданских лиц. В противоположность тоталитарным диктатурам такие авторитарные режимы, как, например, в Южной Корее, на Тайване, оказались достаточно эффективными в экономическом отношении. 
6. Еще одно различие между тоталитаризмом и авторитаризмом заключается в самой структуре власти. В тоталитарной системе центром власти является одна партия, и партийные органы пронизывают весь государственный аппарат, общественные организации и производственные структуры. Решения партийных органов служат руководством к деятельности для всех остальных центров власти, а также для армии и службы внутренней безопасности. 
7. В авторитарных диктатурах государство обладает высшей ценностью, являясь средоточием властных функций. Само государство подчиняется в своей деятельности своду норм, зафиксированных в законодательных кодексах их стран, и по своей сути призвано осуществлять не репрессивную, а управленческую функцию. Безусловно, факты коррупции и прямого злоупотребления законом в авторитарных государствах более чем часты, но идея государства как надклассового верховного арбитра, которое в случае необходимости может силой прекращать социальное противостояние, очень живуча. 
8. Еще одно из отличий авторитаризма от тоталитаризма заключается в характере репрессий ,в том  какую роль они играют в обоих режимах. В период зарождения, становления и господства тоталитарная диктатура осуществляет систематический террор по отношению к своим противникам легально и организованно. Он проводится секретной службой безопасности, значение которой со временем возрастает настолько, что она пытается соперничать с правящей партией за власть. 
9. Авторитарный режим также имеет тайную полицию, которая часто попирает закон и терроризирует противников режима. Но массовые узаконенные репрессии с созданием специальных лагерей авторитаризму, как правило, не свойственны. Авторитарные диктаторы обычно применяют тактику избирательного террора, направленного на устранение или запугивание оппозиционных депутатов, видных общественных деятелей, несогласных с политикой режима, и т. д. Чаще всего с ослаблением репрессий начинают расти и набирать вес в обществе, в политической борьбе оппозиционные силы, и тоталитаризм постепенно перерастает в авторитаризм.

Возможно ли возвращение в Украину режимов диктаторского типа?

В первую очередь, напомним, что экономика не может  развиваться за счет собственных  внутренних ресурсов, ей требуется  «внешний» источник энергии. В СССР это была низкая оплата труда, принудительные работы для миллионов ссыльных и  заключенных, с 70-х годов – нефтедоллары. Сейчас Украину не спасут даже репрессии  – в лагерях высокотехнологичная  продукция не создается, электроэнергия не генерируется, а среди желающих лес рубить и в шахты спускаться – и так конкуренция.

Маловероятно также, что украинский народ готов к  общественным работам «за еду», к  задержкам зарплаты и принудительной покупке гособлигаций. Нынешнее общество в Украине, как и в большинстве  стран мира, приобрело все характеристики потребительского. Проведенные реформы  и распроданная в частные руки госсобственность – от объектов ЖКХ  до станций генерации электроэнергии и инфраструктуры услуг связи  – дают понять, что народу нужны  деньги, как минимум, чтобы оплачивать счета за потребленные услуги. Иначе  – отрасли лягут с эффектом домино.

Другая сторона  медали. Госрегулированием в пользу экспортно-ориентированных отраслей создается приток внешних инвестиций, совместно с западом внедряются инновационные проекты в модных нынче сферах энергосбережения и  альтернативной энергетики, которые  стоят миллионы, а экономический  эффект посчитать сложно. Запад кредитует  приобретение своей же продукции, а  не технологии, в страну худо-бедно  идут инвестиции. Точнее, одни бюрократы  дают денег другим бюрократам. Если посмотреть на восточного соседа, можно  вспомнить еще и нанотехнологии (отрасль, финансирование которой предполагает далеко не нано-«откаты»). Параллельно  осуществляется государственное регулирование  экономики, протекционизм, жесткий  валютный контроль, регулирование цен, управляемая эмиссия – почти  все то же, что и теперь, но возведенное  в систему, без оглядки на мнение оппонентов.

Какого результата ждать? Далеко ходить не надо, достаточно вспомнить 70-е годы. Инфляция, пустые прилавки, продажа из-под полы. Хаос, удержать который без полицейского государства и масштабного идеологического  зомбирования невозможно. Чтобы выжить в таких условиях Украине как  государству придется замкнуться на внутренних рынках сбыта – внешние  для нее закроются.

Диктатура может  быть успешной только для власти, которая  будет иметь все. Но не для народа, на плечах, чтобы не сказать костях, которого будет это все создаваться.

Впрочем, есть вариант  введения так называемой стабилизационной диктатуры для проведения либеральной  экономической политики. В этом случае прекращается поддержка из бюджета  неэффективных отраслей экономики, сокращаются социальные гарантии работникам. Словосочетание «коллективный договор» придется забыть. Как и акции протеста, митинги и демонстрации. Для бизнеса  слова «частная собственность» становятся священными. Но неприкосновенность этого  бизнеса прямо пропорциональна  удаленности его владельца от властной верхушки – чем дальше, тем опаснее.

Сразу вспоминается нацистская Германия, где Гитлер пришел к власти, опираясь на крупный капитал. У бизнеса не было выбора. Либо поддержать власть, либо бежать – угроза национализации была неотвратима.

Даже если гипотетически  предположить, что в Украине нынешняя борьба за власть ведется не ради власти, а ради будущего государства, это  не означает, что украинское общество сегодня готово пожертвовать имеющимися сегодня свободами. Свободой говорить и быть услышанным – если не властью, то единомышленниками. Свободным бизнесом. Элементарной свободой выбора.

Диктатура (или  скорее авторитаризм) в Украине могут  создать эфемерную возможность  усиления роли государства в экономике  – внешней и внутренней, деолигархизации  власти (власть диктует бизнесу, а  не бизнес инвестирует во власть ради поддержки), господдержку стратегическим отраслям и, возможно, некоторые социальные преференции. Однако при этом отбирается гораздо большее. Стоит привести цитату российского политика Немцова: «В условиях кризиса все страны мира имеют одну и ту же проблему –  усиление роли государства.

Если государство  сильное, тогда все решения, которые  принимаются государством, доходят  до адресатов. Если государство слабое – деньги разворовываются по пути следования». Никакой авторитаризм или диктатура не спасут от кризиса  сами по себе, без усиления полицейских  функций государства. Без борьбы с коррупцией (реальной, а не мнимой), без ужесточения наказания за злоупотребление государственными средствами. Готова ли нынешняя власть публично выпороть сама себя или пороть будут только неугодных и стрелочников?

В то же время, не все  так плохо и у любой диктатуры  есть позитивные последствия. Это –  консолидация общества для ее свержения. В условиях, когда в избирательных  списках уже не первый год полностью  отсутствует выбор, а интеллектуальная элита голосует по принципу «меньшего  зла», возможно, именно приход диктатора  даст повод сознательному населению, интеллигенции, на худой конец, поднять  голову и заняться формированием  реальной протестной оппозиции.