Понятие «трудовой правосубъектности работника»
1. Понятие «трудовой правосубъектности работника».
Трудовая правосубъектность – первый‚ вводный элемент содержания юридического статуса работника.
Трудовая правосубъектность есть правосубъектность отраслевая‚ разновидность общей правосубъектности. Идею о различии общей и отраслевой правосубъектности выдвинул академик А.В. Венедиктов‚ который утверждал, что общая правосубъектность гражданина выражается в отраслевой правосубъектности‚ признаваемой законом за гражданином в определенной области правоотношений‚ проявляется как общее в особенном и получает вместе с ней конкретное выражение (осуществление) в принадлежащих гражданину субъективных правах и лежащих на нем обязанностях. Справедливости ради следует заметить‚ что существовало и отрицательное отношение к понятию “отраслевая правосубъектность”.
Отечественная правовая наука единодушна в признании правосубъектности как самостоятельной юридической категории‚ однако по поводу ее содержания имеют место существенные разногласия.
Некоторые ученые полагают‚ что правосубъектность – это общее‚ регулятивное правоотношение‚ обязанной стороной в котором выступает неопределенное множество лиц (так называемое абсолютное правоотношение). Им обоснованно возразила Р.О. Халфина. Действительно‚ правосубъектность является не юридической связью‚ а специфическим свойством‚ качеством субъекта права. “Логически правосубъектность – условие возможности правоотношения”‚ – справедливо отмечает Л.Я. Гинцбург. Правосубъектность есть предпосылка участия лица в правоотношении‚ обладания им определенными правами и обязанностями. По мнению Е.А. Флейшиц‚ нужно уже быть субъектом права‚ что затем приобрести конкретные права и стать субъектом юридических обязанностей.
Значительный вклад в создание учения о трудовой правосубъектности внес профессор Б.К. Бегичев. В своей работе “Трудовая правоспособность советских граждан” он детально исследовал трудовую правосубъектность граждан в ее развитии. Б.К. Бегичев определил трудовую правосубъектность как правовое понятие‚ выражающее способность граждан иметь трудовые права и обязанности‚ а также обладание конкретными трудовыми правами и обязанностями‚ непосредственно вытекающими из закона. Похожую дефиницию дает профессор Ю.П. Орловский: с его точки зрения‚ трудовая правосубъектность представляет собой правовую категорию‚ выражающую наличие прав и обязанностей‚ непосредственно вытекающих из закона‚ способность граждан быть субъектами трудовых правоотношений и приобретать своими действиями права и создавать для себя обязанности‚ связанные с вступлением в эти правоотношения.
В современных работах трудовая правосубъектность рассматривается иначе: как способность иметь и лично осуществлять принадлежащие лицу трудовые права и обязанности‚ выступать в качестве субъекта трудового права.
Думается‚ что такой подход к трудовой правосубъектности более обоснован. Необходимо “различать способность к правообладанию и само правообладание”. Главный вывод‚ сделанный Б.К. Бегичевым‚ заключался в том‚ что в сфере трудовых отношений‚ наряду с возможностью правообладания‚ гражданин в силу признания его субъектом трудового права реально имеет известную сумму прав и обязанностей до вступления в конкретное правоотношение‚ которые при вступлении в трудовое правоотношение реализуются‚ а не приобретаются. Отсюда следует‚ что Б.К. Бегичев в понятие трудовой правосубъектности включает не только способность субъекта к правообладанию‚ но и само обладание правами. Напротив‚ Н.П. Черноморченко60 ограничила объем понятия трудовой правосубъектности только способностью к правообладанию‚ исключив из него само правообладание.
Трудовая правосубъектность является способом определения круга лиц‚ которые могут быть носителями трудовых прав и обязанностей‚ выступать в качестве субъектов трудового права. В то же время субъект трудового права в силу тех или иных обстоятельств может и не реализовать свою трудовую правосубъектность и‚ соответственно‚ не стать субъектом определенного правоотношения в сфере трудового права. В таком случае реального правообладания не возникнет.
Таким образом‚ трудовая правосубъектность‚ с одной стороны‚ и обладание трудовыми правами и обязанностями‚ с другой‚ – самостоятельные правовые явления. ТК РФ также разграничивает их‚ предусматривая в ст. 63 возрастные критерии начала трудовой правосубъектности‚ а в ст. 21 – основные права и обязанности работника. Объединяет трудовую правосубъектность и основные трудовые права и обязанности то‚ что они представляют собой отдельные элементы содержания сложного понятия – трудоправового статуса.
С.Н. Братусь высказал мысль‚ что правосубъектность не является врожденным качеством человека‚ а представляет собой общественное свойство индивида‚ которое придается людям и их организациям в соответствии с потребностями развития общественных отношений. Итак‚ трудовая правосубъектность – социально-юридическая характеристика‚ учитывающая интересы всего общества.
Содержание трудовой правосубъектности работника составляют правоспособность и дееспособность. В теории советского трудового права считалось общепризнанным‚ что трудовая правоспособность и трудовая дееспособность едины и нераздельны. Так‚ профессор Н.Г. Александров63 исходил из того‚ что трудовые право- и дееспособность‚ в отличие от гражданских право- и дееспособности‚ образуют единое свойство‚ придаваемое правом физическому лицу. С.П. Маврин подчеркивает‚ что “ни одна из норм трудового права вообще не дает оснований для дифференциации трудовой правоспособности и трудовой дееспособности”.
Оспорить это традиционное мнение попытался Б.К. Бегичев‚ который аргументировал свою позицию следующими доводами: “…во-первых‚ – пишет он‚ – право- и дееспособность не исчерпывают трудовой правосубъектности граждан. Правосубъектное лицо в трудовом праве наряду со способностью иметь права и обязанности и осуществлять их обладает известной суммой конкретных прав и обязанностей‚ вытекающих из правового статуса гражданина. В силу уже одного этого обстоятельства трудовая правосубъектность не может конструироваться как право- и дееспособность: трудовая дееспособность нужна для самостоятельного осуществления как правоспособности‚ так и конкретных прав и обязанностей‚ предоставляемых по статусу‚ и‚ следовательно‚ выступает тем общим условием‚ которое некоторым образом выносится за скобки”.
Подобные суждения представляются не очень убедительными. Совершенно ясно‚ что дееспособность означает способность приобретать и осуществлять все трудовые права и обязанности‚ а соединение ее с правоспособностью означает то‚ что свою способность к труду работник может реализовать только лично. Это подтверждает и ст. 15 ТК РФ‚ предусматривающая личный характер выполнения работником трудовой функции.
Б.К. Бегичев выделял в трудовом праве две группы прав и обязанностей: “Одни трудовые права и юридические обязанности непременно требуют совпадения в одном лице возможности как иметь их‚ так и самостоятельно своими личными действиями осуществлять”. Далее он приводит пример: участие в трудовых правоотношениях всегда связано с трудовой деятельностью. Эта деятельность требует обязательного личного участия уполномоченного и обязанного лица. Единство этих возможностей сказывается здесь в общности предпосылок‚ а также в недопустимости института представительства. Однако нельзя не заметить‚ что в трудовом правоотношении имеет место группа прав‚ реализация которых не требует обязательного личного участия уполномоченного и которые могут осуществляться через представителя. К ним относятся‚ в частности‚ право на получение заработной платы‚ гарантийных и компенсационных выплат‚ право на возмещение ущерба‚ причиненного здоровью работника‚ право на обращение за защитой нарушенных трудовых прав.
Как справедливо отмечал Л.Я. Гинцбург‚ возражая Б.К. Бегичеву‚ “приведенные примеры взяты из гражданского права и процесса‚ а не из трудового права. Можно получить причитающуюся заработную плату через представителя (по доверенности) или через представителя предъявить иск в суде о взыскании заработной платы. Однако это совершенно иное по своей природе отношение‚ чем возникновение самого права на заработную плату‚ которое приобретается только личным трудом”. Нельзя обладать трудовой правосубъектностью и при этом не иметь возможности лично реализовать принадлежащие лицу права и возложенные на него обязанности.
Итак‚ трудовая правосубъектность – это предусмотренная нормами права способность лица иметь и лично осуществлять трудовые права и обязанности‚ а также нести трудоправовую ответственность (выделено мной – В.Ф.).
Мы выделяем деликтоспособность в составе трудовой правосубъектности‚ поскольку рассматриваем ответственность в качестве самостоятельного элемента содержания юридического статуса. Интерес представляет мнение С.С. Алексеева‚ полагающего‚ что “если лицо обладает правосубъектностью (т.е. способностью иметь субъективные права и обязанности‚ а также их самостоятельно осуществлять)‚ то оно тем самым и деликтоспособно”. Ответственность‚ с его точки зрения‚ и есть один из видов несения юридических обязанностей. Автор настоящего исследования считает‚ что деликтоспособность дополняет трудовые право- и дееспособность.
Будучи субъектами трудового права‚ все физические лица должны обладать фактической способностью к труду‚ зависящей от совокупности тех возможностей‚ которыми располагает человек и которые он проявляет в трудовой деятельности. Практика показывает‚ что фактическая способность к труду возникает достаточно рано‚ примерно на четвертом-пятом году жизни. Несмотря на это‚ трудовое законодательство признает физических лиц субъектами трудового права не с момента появления у них фактической способности к труду‚ а с возникновением способности к труду как юридической категории‚ т.е. трудовой правосубъектности. Тем не менее‚ фактическая способность к труду – основа трудовой правосубъектности.
В теории трудового права в качестве условий трудовой правосубъектности рассматриваются возрастной и волевой критерии. Волевой критерий связывается с психическим состоянием индивида. Отдельные авторы выделяют также третий критерий – физическое состояние лица. По мнению большинства ученых‚ трудовая правосубъектность никоим образом не зависит от психического и физического состояния индивида. Так‚ профессор Н.Г. Александров утверждал: “Признание за недееспособным по гражданскому праву трудовой дееспособности не является парадоксом”. Напротив‚ профессор О.В. Смирнов писал‚ что “наличие некоторой фактической способности к труду душевнобольного или слабоумного‚ признанного недееспособным‚ не должно порождать иллюзий относительно его трудоспособности… Гражданин‚ признанный недееспособным‚ не может стать субъектом права на труд‚ так как из-за отсутствия у него дееспособности он не может обладать трудовой правосубъектностью”. Две эти противоположные позиции попытался сблизить профессор Б.К. Бегичев‚ который отмечал‚ что данный “критерий трудовой правоспособности имеет весьма относительное значение. Состояние психики лица не влияет на состояние трудовой правоспособности в целом‚ а сказывается на одном из ее элементов”. Профессор С.П. Маврин предлагает решить эту проблему законодательным путем‚ посредством придания акту признания гражданина недееспособным межотраслевого значения‚ что необходимо отразить в гражданском и трудовом законодательстве.
Вызвало спор и понимание физического состояния лица как условия трудовой правосубъектности. Так‚ Б.К. Бегичев указывал на то‚ что физическое состояние лица‚ даже абсолютная утрата способности трудиться (по причине инвалидности)‚ не влияет и не должна влиять на трудовую правоспособность. Профессор В.Н. Скобелкин придерживается иной позиции‚ утверждая‚ что физическое состояние лица оказывает влияние на объем его трудовой правоспособности. Он считает‚ что “полного совпадения по объему между трудовой правоспособностью и трудовой дееспособностью может и не быть. Скажем‚ способность к обладанию правом на труд у инвалида I группы сохраняется‚ а способности к реализации этого права обычно не бывает. Юридическая способность к реализации права находится здесь в прямой зависимости от физической способности трудиться”.
На наш взгляд‚ даже полная утрата трудоспособности не означает‚ что лицо впоследствии‚ восстановив ее полностью или частично‚ не сможет заключить трудовой договор. Безусловно‚ способность к постоянному систематическому труду у психически больных с разными видами заболеваний различается иногда в значительной степени‚ поэтому такое лицо в сфере трудового права‚ по общему правилу‚ правосубъектно и потому дееспособно‚ т.е. оно вполне может собственными действиями приобретать и осуществлять трудовые права и обязанности. Однако нужно признать‚ что в реальной жизни объем возможностей у такого лица по сравнению со здоровым человеком меньше.
В тех отраслях права‚ где правоспособность и дееспособность представляют собой относительно обособленные проявления правосубъектности‚ правоспособность вообще не находится в какой бы то ни было зависимости от состояния здоровья. Следует учитывать то‚ что отраслевая трудовая правосубъектность физических лиц – это самостоятельная категория трудового права и поэтому отличается от гражданской правоспособности и дееспособности. В связи с этим нельзя согласиться с мнением О.В. Смирнова‚ полагающего‚ что “трудовая дееспособность является важнейшей составной частью (элементом) общегражданской дееспособности”.
Итак‚ диссертант исходит из того‚ что в качестве единственного необходимого условия трудовой правосубъектности выступает возрастной критерий‚ тогда как от волевого (психического) критерия и критерия физического состояния лица зависит лишь объем трудовой правосубъектности в части личного осуществления трудовых прав и несения обязанностей. Данные рассуждения подтверждаются позицией отечественного законодателя. В Кодексах законов о труде РСФСР 1918‚ 1922 и 1971 гг. отсутствовали волевой (психический) критерий и критерий физического состояния лица как условия трудовой правосубъектности.
В то же время даже возрастной критерий не был полностью независимым от определенных условий. Так‚ согласно ст. 173 КЗоТ РСФСР 1971 г. в первоначальной редакции‚ заключение трудового договора с лицом‚ достигшим 15-летнего возраста‚ находилось в зависимости от согласия профсоюзного органа – фабрично-заводского местного комитета (ФЗМК). По этому поводу Н.Г. Александров заметил‚ что трудовая правосубъектность лица возникает с 16 лет‚ а в возрасте с 15 до 16 лет трудовая правосубъектность несовершеннолетних носит условный характер. Однако некоторые ученые не согласились с такой точкой зрения и высказались за то‚ что трудовая правосубъектность появляется с 15 лет‚ но при наличии сложного фактического состава‚ включающего согласие соответствующего профсоюзного органа. Данное суждение вскоре стало преобладать в научной и учебной литературе. Действительно‚ такой сложный фактический состав (трудовой договор и согласие ФЗМК) являлся основанием возникновения трудового правоотношения. Следовательно‚ трудовая правосубъектность возникала с 15 лет. Как мы уже выяснили‚ трудовая правосубъектность должна устанавливаться нормами трудового законодательства‚ а не актом профсоюзного органа. Теперь‚ в соответствии с ТК РФ‚ на смену согласию профсоюзного органа пришло согласие родителей и органов опеки и попечительства при заключении трудового договора с лицами моложе 15 лет.
ТК РФ воспринял дифференцированный подход
к возрастному критерию трудовой правосубъектности
при игнорировании волевого (психического)
критерия и критерия физического состояния
лица. Тем не менее‚ волевой (психический)
критерий имеет значение при конститулировании
условий заключения и прекращения трудового
договора. Например‚ согласно п. 3 ст. 21
Федерального закона “Об основах государственной
службы РФ”‚ гражданин не может быть
принят на государственную службу и находиться
на ней в случае признания его недееспособным
или ограниченно дееспособным решением
суда‚ вступившим в законную силу. Ст.
ТК РФ предусматривает в качестве одного
из оснований прекращения трудового договора
по обстоятельствам‚ не зависящим от
воли сторон‚ признание работника полностью
нетрудоспособным в соответствии с медицинским
заключением. Как следует из ст. ТК РФ‚
трудовой договор должен быть прекращен‚
если он заключен на выполнение работы‚
противопоказанной данному лицу по состоянию
здоровья в соответствии с медицинским
заключением. Из приведенных положений
закона вовсе не следует того‚ что трудовая
правосубъектность прекращается вследствие
признания лица нетрудоспособным в установленном
порядке. Пока отсутствует специальная
законная процедура лишения дееспособности
в трудовом праве‚ мы можем утверждать‚
что трудовая правосубъектность прекращается
только в случае смерти лица или объявления
гражданина умершим в судебном порядке
на основании ст. 45 ГК РФ.
В ст. 63 ТК РФ проводится дифференциация возрастного критерия начала трудовой правосубъектности. По общему правилу‚ заключение трудового договора допускается с лицами‚ достигшими возраста 16 лет. Из этого правила та же статья ТК РФ содержит три исключения‚ когда трудовая правосубъектность возникает в более раннем возрасте при наличии дополнительных условий:
а) с 15 лет несовершеннолетние правомочны самостоятельно заключать трудовой договор в случаях получения основного общего образования либо оставления в соответствии с федеральным законом общеобразовательного учреждения;
б) с 14 лет полномочием заключать трудовой договор наделяются учащиеся с согласия одного из родителей (опекуна‚ попечителя) и органа опеки и попечительства для попечительства для выполнения в свободное от учебы время легкого труда‚ не причиняющего вреда их здоровью и не нарушающего процесса обучения;
в) лица до 14 лет могут заключать трудовые договоры только с организациями кинематографии‚ театрами‚ цирками‚ театральными и концертными организациями с согласия одного из родителей (опекуна‚ попечителя) и органа опеки и попечительства для участия в создании и (или) исполнении произведений без ущерба их здоровью и нравственному развитию.
Необходимо отметить‚ что части 3 и 4 ст. 63 ТК РФ содержат неточность‚ поскольку‚ согласно статьям 32 и 33 ГК РФ‚ несовершеннолетним‚ не достигшим 14 лет (малолетним)‚ при отсутствии родительской опеки назначаются опекуны‚ а несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет – попечители.
Таким образом‚ при заключении трудового договора в соответствии с ч. 3 ст. 63 ТК РФ должны быть соблюдены следующие необходимые условия:
несовершеннолетний‚ достигший 14-летнего возраста‚ является учащимся;
предлагаемая ему работа относится к разряду легкого труда‚ не причиняющего вреда здоровью; предусмотренная трудовым договором работа выполняется только в свободное от учебы время и не нарушает процесса обучения; на заключение трудового договора с несовершеннолетним‚ достигшим 14-летнего возраста‚ получено согласие одного из родителей и органа опеки и попечительства. Если родители отсутствуют‚ то должно быть получено согласие попечителя и органа опеки и попечительства.
Автор настоящего исследования полагает‚ что физические лица приобретают трудовую правосубъектность работника по достижении 14-летнего возраста‚ который является общим условием возникновения у них трудовых прав и обязанностей. Трудовая правосубъектность лиц в возрасте от 14 до 15 лет появляется при наличии сложного фактического состава‚ включающего согласие одного из родителей (попечителя) и органа опеки и попечительства.
Сложнее обстоит дело с юридической квалификацией трудовой деятельности малолетних. Раньше законодательство также предусматривало возможность применения труда лиц‚ не достигших 14-летнего возраста. Причем приведенные нормативные акты подходили к данному вопросу дифференцированно. В теории трудового права имеют место различные точки зрения. Так‚ В.Н. Скобелкин80 отрицает существование особой разновидности трудовой правоспособности малолетних и определяет ее как появление или наличие отдельных элементов правосубъектности. По этой проблеме диссертант разделяет мнение Б.К. Бегичева‚ который писал об отдельных проявлениях трудовой правоспособности малолетних‚ называя ее исключительной правоспособностью.
Такая правоспособность малолетних отличается большим своеобразием. Оно‚ в основном‚ заключается в том‚ что в этой правоспособности находит свое отражение признание за малолетними возможности вступать в трудовые правоотношения‚ связанные исключительно с одним видом деятельности – художественно-артистическими выступлениями малолетних. Сфера применения трудоспособности представляется крайне узкой: лица‚ не достигшие возраста 14 лет‚ не могут заключать трудовые договоры‚ связанные с осуществлением иных видов деятельности‚ кроме тех‚ которые сопряжены со сферой искусства. Подобная правоспособность – всего лишь исключение из общего правила о начале трудовой правосубъектности физических лиц. Тем не менее‚ это вовсе не умаляет ее самостоятельного характера‚ поэтому ее нельзя относить к ограниченной правосубъектности.
Итак‚ на наш взгляд‚ “исключительная правоспособность малолетних” – это допускаемая нормами трудового законодательства в особых случаях возможность лиц‚ не достигших возраста 14 лет‚ вступать в трудовые правоотношения до наступления общего возраста полной трудовой правосубъектности по причине возникновения у них отдельных элементов “базовой” правоспособности.
Установленный ст. 63 ТК РФ возрастной критерий возникновения трудовой правосубъектности вполне соответствует международным правовым стандартам в сфере труда. Согласно п. 3 ст. 2 Конвенции МОТ № 138 “О минимальном возрасте для приема на работу” от 26 июня 1973 г. по общему правилу‚ минимальный возраст приема на работу не может быть ниже возраста окончания обязательного школьного образования и‚ во всяком случае‚ не может быть ниже 15 лет. Кроме того‚ ст. 7 указанной Конвенции предусматривает‚ что национальным законодательством или правилами может допускаться прием на работу по найму лиц в возрасте от 13 до 15 лет для выполнения легкой работы‚ которая не окажется вредной для здоровья или развития‚ не наносит ущерба учебе. Для участия в художественных выступлениях компетентный орган власти после консультаций с соответствующими организациями предпринимателей и трудящихся может в отдельных случаях допускать исключения из запрета приема на работу лиц моложе установленного минимального возраста. Такой допуск должен быть оформлен путем выдачи специального разрешения‚ в котором ограничивается продолжительность рабочего времени и устанавливаются условия‚ при которых может выполняться работа по найму или другая работа.
В отношении дифференциации трудовой правосубъектности профессор Н.Г. Александров предложил использовать понятие специальной трудовой праводееспособности. Ее служебную роль он усматривал в том‚ чтобы дополнять общую трудовую праводееспособность. В поддержку этой конструкции высказалась К.Я. Ананьева‚ по мнению которой‚ “для заключения трудового договора о работе в качестве врача‚ медицинской сестры‚ фельдшера необходимо обладать специальной трудовой правоспособностью”. Идею Н.Г. Александрова в настоящее время развивает профессор С.П. Маврин‚ который считает необходимым использовать категорию “специальная трудовая правосубъектность”‚ которая характеризуется ограничением возможности лиц выступать участниками тех или иных трудовых правоотношений либо особым порядком реализации способности к труду. Концепция профессора Александрова не нашла поддержки у многих известных ученых.
Диссертант также отрицает необходимость введения в понятийный аппарат трудового права категории специальной трудовой правосубъектности.
Во-первых‚ ее использование предполагает выделение понятия “специальный субъект трудового права”‚ которое‚ в свою очередь‚ ведет к образованию другого термина – “специальный трудоправовой статус”.
Во-вторых‚ получается‚ что специальная трудовая правосубъектность должна дополнять (выделено мной – В.Ф.) общую трудовую правосубъектность. Возникает закономерный вопрос: что значит дополнять? Слово “дополнение” толкуется как то‚ чем дополнено‚ прибавление. Иными словами‚ дополнение – это всегда увеличение наличного‚ существующего. Следовательно‚ при наличии‚ например‚ документа о соответствующей специальной подготовке у физического лица появляется что-то большее‚ чем просто общая трудовая правосубъектность‚ хотя‚ естественно‚ никто не может обладать иной совокупностью возможностей в данной области общественных отношений‚ нежели той‚ которая закрепляется законодательством за всеми гражданами. Выходит‚ что у того лица‚ которое не имеет так называемой специальной трудовой правосубъектности‚ наличествует неполная‚ ограниченная трудовая правосубъектность. Думается‚ что введение категории специальной трудовой правосубъектности умалит значение общей трудовой правосубъектности.
Для возникновения некоторых видов трудовых правоотношений недостаточно единичного факта‚ а требуется наступление их совокупности (юридического состава). Как справедливо заметил А.Е. Пашерстник‚ “для вступления в конкретное трудовое правоотношение‚ кроме правоспособности‚ требуется еще наличие определенного фактического состава”. Таким образом‚ замещение должностей‚ требующих специального образования‚ лицом‚ имеющим диплом‚ происходит не в силу того‚ что оно обладает дополнительной правосубъектностью‚ а потому‚ что имеют место все элементы юридического состава как основания возникновения правоотношения. Тем самым мы переходим из плоскости правосубъектности в плоскость юридических фактов. Наличие диплома‚ удостоверения и т.п. представляет собой юридический факт‚ который как таковой не влечет появления трудовых правоотношений‚ но‚ будучи составной частью предусмотренного законодательством юридического состава‚ создает возможность возникновения этих отношений. Лицо‚ имеющее‚ к примеру‚ диплом‚ не приобретает еще конкретных прав и обязанностей‚ но он может (выделено мной – В.Ф.) их приобрести‚ если‚ реализовав свою правосубъектность‚ вступит в правовые отношения. Значит‚ возможность правообладания создается как наличием неполного состава‚ так и наделением лица трудовой правосубъектностью. Различие этих юридических возможностей состоит в том‚ что если правосубъектность имеет каждый‚ то правовая возможность‚ возникающая из наступившей части юридического состава‚ принадлежит конкретному лицу.
Мы согласны с выделением такого понятия‚ как “ограниченная трудовая правосубъектность”. В теории трудового права ограниченная трудовая правосубъектность определяется по-разному. Так‚ А.Е. Пашерстник утверждает‚ что об ограничении трудовой правосубъектности можно говорить‚ когда объем предоставленных гражданам прав сужается вследствие совершения ими преступления (ограниченная трудовая правосубъектность). При этом “объем трудовой правосубъектности может быть временно ограничен только по суду…”. Б.К. Бегичев91 ограничение трудовой правосубъектности трактует как лишение на известный срок в нормативном или индивидуальном порядке права гражданина‚ совершившего преступление‚ занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Отдельные авторы рассматривают ограничение трудовой правосубъектности в качестве субъективного фактора дифференциации трудовой правосубъектности и вида специальной трудовой правосубъектности.
Итак‚ по своей юридической природе ограничение трудовой правосубъектности представляет собой лишение права‚ по своему характеру и пределам – предусмотренное законом лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.
Современное законодательство требует изменения подхода к ограниченной трудовой правосубъектности. Ограничение трудовой правосубъектности может применяться только в судебном порядке. Сейчас трудовая правосубъектность ограничивается в следующих случаях:
1) назначение уголовного наказания по приговору суда в виде лишения права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью (ст. 47 УК РФ);
2) применение меры административного взыскания по решению судьи в форме дисквалификации‚ заключающейся в лишении лица права занимать руководящие должности в исполнительном органе управления юридического лица (ст. 3.11 Кодекса РФ об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) от 30 декабря 2001 г. Ее сущность состоит в прекращении трудового договора с дисквалифицированным и внесении в его трудовую книжку записи‚ какие должности он лишен права занимать.
Таким образом‚ трудовая правосубъектность‚
выступая в качестве вводного элемента
содержания юридического статуса работника‚
является условием‚ предпосылкой обладания
последним трудовыми правами и обязанностями.
