Потсдамская конференция

Подготовка конференции началась сразу после капитуляции Германии. Особенно торопилось английское правительство, считая, что, чем раньше будет созвана конференция, тем сильнее будут на ней позиции Англии и США. Черчилль спешил еще и потому, что в начале июля предстояли парламентские выборы. Не будучи уверен в том, как проголосуют английские избиратели, он стремился еще до выборов принять участие во встрече руководителей трех держав. Однако американское правительство предложило назначить конференцию на середину июля 1945 г. Именно на это время в Соединенных Штатах Америки намечалось испытание первой атомной бомбы. По-видимому, США считали, что главным козырем для них на конференции послужит именно это событие.

На предстоящей конференции английское правительство намеревалось занять по всем вопросам самую жесткую позицию и попытаться навязать Советскому Союзу свои условия. Черчилль хотел, особенно на заключительной стадии, «дать бой» советской делегации. Он даже не пытался скрыть, что готов скорее пойти на «открытый разрыв», чем согласиться на предложения СССР относительно западной границы Польши.

Президент США также предполагал занять на конференции жесткую позицию, но в тех условиях не считал возможным идти так далеко, как Черчилль, В известной мере это объяснялось тем обстоятельством, что Соединенные Штаты Америки еще вели войну с Японией. Поэтому правительство США не считало возможным пойти на обострение отношений с СССР, так как нуждалось в его участии в разгроме японских агрессоров.

Правительства трех держав выразили единое мнение, что наиболее подходящим местом для проведения конференции является Берлин. Однако, вследствие того что он был сильно разрушен, решили провести конференцию вблизи Берлина, в Потсдаме.

Потсдамская конференция открылась 17 июля. Делегацию Советского Союза возглавлял И. В. Сталин, Соединенных Штатов Америки — Г. Трумэн, Англии — У. Черчилль, а с 28 июля — новый премьер К. Эттли. Сюда же прибыли министры иностранных дел трех держав: В. М. Молотов, Дж. Бирнс и А. Идеи (впоследствии его сменил Э. Бевин), а также другие дипломатические и военные деятели.

Главным вопросом, обсуждавшимся в Потсдаме, был германский. После разгрома и безоговорочной капитуляции Германия была оккупирована войсками союзников, которые осуществляли в ней верховную власть. Требовалось безотлагательно наметить дальнейший путь развития этой страны, согласовать политику оккупирующих держав, определить цели оккупации, а также решить ряд других важных политических и экономических проблем. Не были установлены границы Германии, она не имела ни правительства, ни каких-либо органов общегосударственной власти. Экономика страны находилась в состоянии разрухи. Тотальная война, которую вели гитлеровцы, довела ее до полного краха. При обсуждении вопроса, что же, собственно, представляет собой сейчас Германия, Сталин отметил, что трудно дать иное определение, кроме как «разбитая страна».

Опираясь на решения по Германии, принятые тремя державами на Крымской конференции, в Европейской консультативной комиссии и на первых заседаниях Контрольного совета в Германии, представители СССР, США и Англии рассмотрели мероприятия по демилитаризации, денацификации и демократизации Германии, а также многие другие важнейшие вопросы, связанные с определением дальнейшей судьбы немецкого народа.

В Потсдаме были приняты «Политические и экономические принципы, которыми необходимо руководствоваться при обращении с Германией в начальный контрольный период». Целью этого соглашения являлось развитие Германии как демократического и миролюбивого государства. «Германский милитаризм и нацизм будут искоренены, — говорилось в заключительном коммюнике конференции, — и Союзники, в согласии друг с другом, сейчас и в будущем, примут и другие меры, необходимые для того, чтобы Германия никогда больше не угрожала своим соседям или сохранению мира во всем мире». В то же время три державы заявляли, что они не собираются уничтожить или ввергнуть в рабство немецкий народ. Они провозглашали свое намерение дать народу Германии возможность осуществить реконструкцию своей жизни на демократической и мирной основе, с тем чтобы со временем он смог занять место среди свободных и миролюбивых народов мира.

В развитие решений Крымской конференции в Потсдаме была достигнута договоренность, что цель оккупации Германии — полное разоружение и демилитаризация ее, а также ликвидация всей германской промышленности, которая может быть использована для военного производства, или контроль над ней. Чтобы навсегда предупредить возрождение германского милитаризма и фашизма, было решено распустить все сухопутные, морские и воздушные вооруженные силы Германии, СС, СА, СД и гестапо со всеми их организациями, включая генеральный штаб, а также другие военные и полувоенные организации, служившие интересам поддержания военных традиций. Все вооружение подлежало передаче союзникам или уничтожению, производство оружия, военного снаряжения и орудий войны, а также всех типов самолетов и морских судов запрещалось.

Решения Потсдамской конференции предусматривали уничтожение национал-социалистской партии и подконтрольных ей организаций, предупреждение их возрождения в любой форме и предотвращение всякой фашистской деятельности или пропаганды. Отменялись все фашистские законы. Активные члены национал-социалистской партии удалялись с ответственных постов в общественных организациях и на крупных предприятиях. В то же время разрешались и поощрялись все демократические партии, свободные профсоюзы, населению Германии предоставлялась свобода слова и печати в рамках оккупационного режима.

Устанавливалось, что Германия в период оккупации должна рассматриваться как единое экономическое целое. Это касалось промышленности и сельского хозяйства, зарплаты и цен, импорта и экспорта, денежной системы и налогов, транспорта и коммуникаций. Предусматривалось создание центральных административных департаментов в области финансов, транспорта, коммуникаций, внешней торговли и промышленности.

В Потсдаме было подтверждено, что в начальный контрольный период верховная власть в Германии будет осуществляться главнокомандующими вооруженными силами СССР, США, Англии и Франции соответственно в их зонах оккупации. По вопросам, общим для всей Германии, они должны были действовать совместно как члены Контрольного совета.

Советская делегация внесла предложение, чтобы главный арсенал: германского милитаризма — Рурская промышленная область в административном отношении была поставлена под совместный контроль США, Великобритании, СССР и Франции, а управление ею осуществлял Союзный совет из их представителей. Однако Соединенные Штаты Америки и Англия не согласились установить над Руром контроль с участием СССР. В их правящих кругах начал рассматриваться вопрос, как бы превратить Германию в форпост против Советского Союза и использовать в своих интересах ее военно-экономический потенциал, сосредоточенный главным образом в западных зонах оккупации.

Одним из вопросов, который наглядно выявил империалистическую сущность политики США и Англии и вызвал острую дискуссию, был вопрос о репарациях. Согласованное решение по нему было достигнуто лишь в самом конце конференции. Репарации должны были явиться средством экономического разоружения Германии и одновременно средством частичного возмещения ущерба, причиненного государствам — жертвам агрессии. Еще в Ялте была достигнута договоренность, что Германия обязана возместить ущерб, причиненный ею другим государствам в ходе войны, причем США согласились с предложением Советского Союза о сумме репараций в 20 млрд. долларов в качестве базы для обсуждения в репарационной комиссии. Теперь, на Потсдамской конференции, правительство США отреклось от своей прежней позиции по этому вопросу.

Территория Соединенных Штатов Америки не подвергалась оккупации гитлеровскими войсками, напротив, американские монополии, как и в первую мировую войну, разбогатели на военных поставках. Естественно, США не могли выставить особых репарационных претензий к Германии, а тот факт, что СССР был заинтересован в том, чтобы в результате получения репараций в какой-то степени возместить ущерб, причиненный ему нашествием фашистских варваров, мало беспокоил американские правящие круги. Скорее, наоборот. Они даже рассчитывали использовать испытываемые Советским Союзом трудности, чтобы попытаться навязать ему по ряду вопросов выгодные для себя решения. Кроме того, они не хотели, чтобы изыманием репараций произошло ослабление позиций германской буржуазии, опасаясь, что это скажется на соотношении классовых сил в Германии.

Американская делегация высказалась против установления определенной суммы репараций. Вместе с тем она внесла следующее предложение: каждая из оккупационных держав будет взимать репарации в своей зоне. Фактически это означало, что СССР должен был иметь самые невыгодные условия для получения репараций. Важнейшие промышленные районы и военно-экономические центры Германии, которые могли бы обеспечить поступление репараций, находились в западных зонах. Нельзя не учитывать и то обстоятельство, что американские войска, в ходе военных действий заняв часть советской зоны, вывезли оттуда значительное количество промышленного оборудования и другого имущества, угнав в том числе 20 тыс. железнодорожных вагонов.

Немецко-фашистские агрессоры причинили народному хозяйству СССР огромный ущерб. Тем не менее репарационные требования Советского Союза были самыми скромными. «Мы потеряли очень много оборудования в этой войне, страшно много, — отмечал на конференции И. В. Сталин. — Надо хоть одну двадцатую часть возместить». Даже буржуазные исследователи признавали требования Советского правительства справедливыми. Так, западногерманский автор В. Мариенфелъд характеризовал сумму советских репарационных претензий в 10 млрд. долларов как вполне понятную, законную и не вызывающую сомнений, если соразмерить ее с масштабом военных опустошений в СССР.

Представители США и присоединившаяся к ним делегация Великобритании заняли по вопросу о репарациях Советскому Союзу из западных зон, по сути дела, обструкционистскую позицию. Так, 30 июля государственный секретарь США Бирнс внес предложение, в котором проблема репараций СССР оказалась связанной с урегулированием вопроса о западной границе Польши и установлением тремя великими державами дипломатических отношений с Румынией, Болгарией, Венгрией и Финляндией. На следующий день, когда этот вопрос снова был поднят на конференции, Сталин отметил ненормальный характер установления подобной искусственной связи при решении различных, по существу, вопросов и заявил, что советская делегация будет голосовать по каждому из них отдельно. В конце концов было решено, что репарационные претензии США, Англии и других стран, имевших право на репарации, будут удовлетворены из западных зон и за счет германских вложений за границей. Репарационные претензии СССР подлежали удовлетворению из советской зоны оккупации Германии. Кроме того, Советский Союз должен был получать 25 процентов того промышленного оборудования, которое будет изъято в репарационных целях из трех западных зон оккупации Германии (10 процентов безвозмездно и 15 процентов в обмен на продовольствие, уголь, лесоматериалы, нефтепродукты и другие товары). Из своей доли СССР согласился удовлетворить репарационные претензии Польши.

В острой дискуссии проходило обсуждение судьбы германского военно-морского и торгового флота. Черчилль, по существу, пытался отделить эту проблему от решения вопроса об общем возмещении ущерба, причиненного Германией другим странам. Он хотел разделить германский флот в соответствии с тем, сколько кораблей каждая из трех держав потеряла в ходе войны. Эта попытка не увенчалась успехом: было решено поделить военно-морской и торговый флот Германии поровну между СССР, Англией и США. Большинство германских подводных лодок по предложению Великобритании подлежало уничтожению. Для подготовки конкретных предложений о распределении военных кораблей и торговых судов предусматривалось создание тройственных комиссий. Передачу соответствующим державам германских военных кораблей было решено осуществить до 15 февраля 1946 г., а торговых судов — после окончания войны с Японией.

На конференции снова встал вопрос о Восточной Пруссии, неоднократно служившей германским агрессорам плацдармом для экспансии на Восток. Глава Советского правительства выдвинул предложение о передаче Союзу ССР района Кенигсберга и напомнил, что «президент Рузвельт и г-н Черчилль еще на Тегеранской конференции дали свое согласие на этот счет, и этот вопрос был согласован между нами. Мы бы хотели, — продолжал он, — чтобы эта договоренность была подтверждена на данной конференции». Представители США и Англии согласились с советским предложением о передаче СССР Кенигсберга и прилегающего к нему района, что и было зафиксировано в решениях конференции.

Обсуждался также вопрос о наказании фашистских военных преступников. В решениях конференции провозглашалось, что военные преступники и те, кто участвовал в планировании или осуществлении мероприятий, влекущих за собой или имеющих своим результатом зверства или военные преступления, должны быть арестованы и преданы суду. Правительства трех держав подтверждали свои намерения предать главных военных преступников скорому и справедливому суду. Это решение отражало справедливые требования народов, понесших страшные жертвы и неимоверные лишения в результате преступных действий германских фашистов, которые, развязав войну, истребили и угнали в рабство миллионы людей, совершили бесчисленные злодеяния против человечества.

Много времени и усилий потребовала выработка согласованной позиции в отношении Польши. Прежде всего рассматривался вопрос о польском эмигрантском правительстве в Лондоне. 5 июля США и Англия признали польское Временное правительство национального единства, созданное в соответствии с решениями Крымской конференции. Однако эмигрантское правительство в Лондоне во главе с Т. Арцишевским не торопилось сворачивать свою деятельность. По предложению советской делегации было принято решение, в котором выражалось удовлетворение в связи с образованием польского Временного правительства национального единства, признанного тремя державами. В нем констатировалось, что это привело к прекращению признания Англией и США бывшего польского правительства в Лондоне, которое «больше не существует». Тем самым судьба правительства Арцишевского была окончательно решена.

Острая борьба развернулась в связи с определением послевоенной польско-германской границы. Основываясь на решениях Крымской конференции, советская делегация вручила делегациям США и Англии проект соглашения об установлении западной границы Польши по линии, идущей от Балтийского моря через Свинемюнде до Одера, включая в состав Польши город Штеттин, далее вверх по течению Одера до устья Нейсе и отсюда по реке Западная Нейсе до границы с Чехословакией. Предложение соответствовало фактическому положению, поскольку подавляющее большинство немецкого населения покинуло эти территории и они уже находились под властью польской администрации. Представители США и Англии под разными предлогами выступали против советского предложения. Британская делегация была согласна на передачу Польше лишь части Восточной Пруссии, Данцига, части Померании (но не до Одера) и Верхней Силезии. 22 июля Черчилль заявил, что его правительство хотя и допускает мысль, что Польша должна увеличить свою территорию, но не хочет идти столь далеко, как это делает Советское правительство.

В соответствии с решением Крымской конференции о том, что но этому вопросу должны быть проведены консультации с польским правительством, советская делегация настаивала на приглашении в Потсдам представителей Польши. Делегации западных держав попытались было уклониться от приглашения представителей Польши, но советской делегации удалось добиться соблюдения этого постановления Крымской конференции. Польские представители во главе с Берутом, прибыв в Потсдам, встретились с главами правительств и министрами иностранных дел трех держав и подробно изложили свою точку зрения относительно установления западной границы Польши по Одеру и Западной Нейсе. Советская делегация полностью поддержала требования правительства Польши. Однако представители США и Англии старались отложить решение этого вопроса. Характерно признание Черчилля, что в случае его переизбрания он намерен был «схватиться» по этому вопросу с Советским правительством. «Ни я, ни мистер Идеи, — писал он впоследствии, — никогда не согласились бы, чтобы линия границы проходила по Западной Нейсе».

Пока Англию на конференции представляли Черчилль и Идеи, польский и ряд других вопросов приходилось переносить с одного заседания на другое, так как согласовать позиции трех держав оказывалось невозможным. Это признают и некоторые английские историки, которые пишут, что Черчилль отнюдь не сожалел по поводу медленного развития переговоров. И лишь после того как 26 июля в Великобритании были объявлены результаты голосования, показавшие полное поражение консерваторов, в связи с чем Черчилля и Идена в Потсдаме заменили лидеры лейбористов Эттли и Бевин, положение несколько изменилось. Правда, позиция и этого правительства в Потсдаме, по существу, была продолжением политики консерваторов. Вместе с тем лейбористские лидеры, по-видимому, не считали возможным начинать свою внешнеполитическую деятельность со срыва конференции, и это позволило выработать согласованные решения по обсуждаемым вопросам.

Потсдамским соглашением была установлена новая польско-германская граница по линии Одер — Западная Нейсе, которая начиналась от Балтийского моря чуть западнее Свинемюнде (включая город Штеттин в состав Польши). Установление этой границы было подкреплено решением конференции о переселении немецкого населения, оставшегося в Польше, а также в Чехословакии и Венгрии.

Правда, в решениях конференции говорилось, что окончательное определение западной границы Польши должно произойти на мирной конференции. Однако уже тот факт, что в Потсдаме было предусмотрено выселение немцев с передаваемых Польше территорий, означал одно: решения эти окончательные. Впоследствии решения о границе были закреплены в договорах, заключенных Польской Народной Республикой 6 июля 1950 г. с Германской Демократической Республикой и 21 декабря 1972 г. — с Федеративной Республикой Германии.

В связи с окончанием войны в Европе назрела необходимость ускорения подготовительной работы по мирному урегулированию с бывшими союзниками фашистской Германии. Делегации решили учредить Совет министров иностранных дел пяти держав (СССР, США, Англии, Франции и Китая) и в качестве первоочередной задачи возложить на него составление мирных договоров для Италии, Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии. Кроме того, на совет возлагалась подготовка «мирного урегулирования для Германии, с тем чтобы соответствующий документ был принят пригодным для этой цели правительством Германии когда такое правительство будет образовано».

В решении конференции подчеркивалось, что при разработке текста мирного договора с той или иной страной совет должен состоять из представителей государств, подписавших условия капитуляции. В вопросе мирного урегулирования с Италией Франция рассматривалась как подписавшая условия капитуляции Италии. Другие члены совета должны были участвовать в его работе при обсуждении вопросов, прямо их касавшихся. Несмотря на учреждение совета, считалось необходимым продолжать периодические консультации министров иностранных дел СССР, США и Англии, о чем была достигнута договоренность еще на Крымской конференции. В связи с учреждением Совета министров иностранных дел Европейская консультативная комиссия прекращала свою деятельность.

Важное место в работе конференции заняло согласование политики трех держав в отношении европейских стран, воевавших на стороне Германии, но затем порвавших с ней. Вопрос этот был поставлен американской делегацией еще на первом заседании конференции. Трумэн предложил поддержать ходатайство Италии — одного из главных союзников германского фашизма — о вступлении в Организацию Объединенных Наций. Он также считал желательным прекращение действия условий капитуляции Италии, с тем чтобы они были заменены определенными обязательствами ее правительства, вытекавшими из новой ситуации в стране. В то же время президент потребовал немедленной, реорганизации правительств Румынии и Болгарии и подчеркнул, что дипломатическое признание этих государств, заключение мирных договоров с ними может последовать только после реорганизации их правительств.

Против американского предложения относительно Италии выступили английские представители, считая преждевременной отмену условий капитуляции. Что касается стран Центральной и Юго-Восточной Европы, то даже в вышедших в США работах отмечается, что Черчилль и Трумэн выдвинули программу, обеспечивающую организацию Румынии и Болгарии по западному образцу и сохранение их в орбите Запада.

Советское правительство, естественно, не могло согласиться с подобными требованиями. Сталин прямо заявил, что, облегчая положение Италии, следует одновременно решать аналогичные вопросы с Румынией, Болгарией, Венгрией и Финляндией, а именно начать с восстановления с ними дипломатических отношений. Советская делегация 20 июля внесла на рассмотрение конференции соответствующий проект решения.

Это была одна из тех проблем, по которым на конференции развернулась острая борьба. Подход правящих кругов Англии и США к ее решению определялся их стремлением не допустить какого-либо ослабления устоев капитализма в Европе, а также прогрессивных социальных сдвигов в европейских странах. Несмотря на усиленное давление со стороны США и Англии, советская делегация предотвратила попытки западных держав вмешаться во внутренние дела государств Центральной и Юго-Восточной Европы. Вместе с тем Советскому правительству удалось добиться того, что принятые решения обеспечивали благоприятные условия для дальнейшего развития стран народной демократии и укрепления их международного положения.

В решениях Потсдамской конференции указывалось, что три правительства считают желательным, чтобы теперешнее аномальное положение Италии, Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии было прекращено заключением мирных договоров. Далее говорилось, что заключение таких договоров с признанными демократическими правительствами этих стран сделает возможным поддержать их просьбу о принятии в члены ООН. «Три правительства, каждое в отдельности, согласны изучить в ближайшее время в свете условий, которые будут тогда существовать, вопрос об установлении в возможной степени дипломатических отношений с Финляндией, Румынией, Болгарией и Венгрией до заключения мирных договоров с этими странами».

При обсуждении спорных вопросов правительство США пускало в ход и «тяжелую артиллерию». И в этом особая роль отводилась шантажу атомной бомбой. 16 июля, в день прибытия американской делегации в Берлин, поступило краткое сообщение, что рано утром успешно произведен атомный взрыв. Американцы проинформировали об этом Черчилля. 21 июля специальный курьер доставил в Потсдам подробную информацию о взрыве. Это сразу же повлияло на позиции делегации США. Когда на следующий день военный министр США Г. Стимсон ознакомил с ней Черчилля, тот отметил, что теперь ему понятно, почему так изменилось поведение Трумэна, занявшего жесткую позицию. Британский премьер считал полезным проинформировать о бомбе советскую делегацию, с тем чтобы в переговорах использовать это как аргумент в свою пользу. Характеризуя настроения Черчилля, начальник британского имперского генерального штаба А. Брук отметил в своем дневнике, что премьер уже видел себя способным уничтожить все промышленные центры и население России.

23 июля из США поступили сведения, что первая атомная бомба будет готова для применения в начале августа. Хотя эту бомбу намечалось сбросить на Японию, решено было использовать ее и как средство политического давления на СССР. Государственный секретарь США Бирнс полагал, что наличие такого оружия может сделать Россию более сговорчивой. Так было положено начало пресловутой американской «атомной дипломатии».

24 июля после заседания конференции президент Трумэн с подчеркнуто важным видом направился к главе советской делегации Сталину и сообщил ему, что американцы создали новую бомбу исключительной разрушительной силы. Однако он был вынужден с огорчением констатировать, что это не оказало особого впечатления на его собеседника. «Русский премьер, — писал впоследствии Трумэн, — не проявил какого-либо интереса». Рассчитанный американцами ход явно не удался. Против СССР механизм «бомбы» не сработал. А это означало, что США не могли надеяться на то, что смогут диктовать на конференции свою волю. Кое-кто из англичан и американцев поспешил с выводами, будто Сталин не в состоянии понять, о каком открытии тут идет речь.

На конференции обсуждался и вопрос о скорейшем завершении войны на Дальнем Востоке, то есть о разгроме японских агрессоров. США проявляли большую заинтересованность в том, чтобы СССР принял участие в борьбе против Японии, опасаясь, что иначе война с ней затянется и потребует от США больших жертв и усилий. Советская делегация подтвердила, что СССР выполнит взятые на себя обязательства и в установленный срок примет участие в разгроме дальневосточного агрессора. Был согласован также ответ Советского правительства на полученное им обращение правительства Японии, стремившегося любой ценой избежать безоговорочной капитуляции. Правительства США, Англии и Китая 26 июля опубликовали декларацию, в которой потребовали от Японии немедленной безоговорочной капитуляции.

Все принятые на Потсдамской конференции решения были зафиксированы в протоколе, подписанном главами правительств трех стран. Большинство из них вошло в согласованное тремя сторонами Сообщение о Потсдамской конференции трех держав, опубликованное сразу же после ее окончания.

По мере того как на конференции принимались решения по тому или иному вопросу, правительства СССР, США и Англии передавали их французскому правительству с просьбой присоединиться к ним. 7 августа министр иностранных дел Франции Ж. Бидо вручил дипломатическим представителям трех держав в Париже шесть нот, в которых излагалась позиция Франции в связи с принятыми в Потсдаме решениями. В принципе французское правительство выражало согласие с ними, но, ссылаясь на отсутствие своего представителя на конференции, а также необходимость получения дополнительной информации и совместного обсуждения некоторых вопросов, оговорило или зарезервировало свою позицию по отдельным конкретным вопросам. Так, им были одобрены главные цели оккупации Германии, но сделаны оговорки относительно целесообразности создания общегерманских политических партий и центральных административных департаментов. Бидо рассматривал эти вопросы прежде всего с точки зрения борьбы с коммунизмом. В беседе с американским послом в Париже Дж. Кеффери он высказал мысль, будто указанные меры могут привести к «большевизации» всей Германии. Французское правительство заявило об отсутствии у него возражений против соглашения о западной границе Польши. Оно выразило согласие принять участие в работе Совета министров иностранных дел и Союзной репарационной комиссии.

Несмотря на различный подход участников Потсдамской конференции к рассматривавшимся на ней вопросам, она успешно завершила свою работу принятием согласованных решений, которые подводили итоги многолетней кровавой войны, развязанной гитлеровской Германией, и заложили основы послевоенного устройства в Европе. Потсдамские соглашения ознаменовали победу демократических принципов в определении путей решения германской проблемы. Это был суровый, но справедливый приговор силам фашизма и войны. В то же время принятые в отношении Германии решения были пронизаны не духом мести, а заботой о будущем ее народа, о создании условий для его демократического развития. Денацификация и демократизация Германии рассматривались в решениях конференции как лучшее средство предотвращения того, чтобы она снова стала очагом войны в Европе.

В результате усилий советской делегации принципы демократии и прогресса восторжествовали и при решении проблем, связанных с судьбой стран Центральной и Юго-Восточной Европы. Благодаря твердой позиции СССР не увенчались успехом попытки США и Англии навязать решения, которые создали бы возможность империалистическим державам вмешиваться во внутренние дела этих стран с целью восстановления капиталистических порядков.

Принятие в Потсдаме демократических и справедливых решений определялось той ролью, которую играл на конференции Советский Союз. Несмотря на все надежды правящих кругов западных держав на ослабление СССР в ходе войны, он вышел из нее могущественной державой. Авторитет Советского Союза во всем мире неизмеримо вырос. Правительства США и Англии не могли не считаться с его позицией и были вынуждены искать на конференции взаимоприемлемые решения.

На конференции рассматривался вопрос о положении на Тихоокеанском театре военных действий. Была принята декларация трех держав — США, Англии и Китая, в которой содержалось предложение правительству Японии о безоговорочной капитуляции и немедленном окончании войны. В Потсдамской декларации излагались также основные принципы послевоенного развития Японии, содержалось положение о необходимости ликвидации японского милитаризма, создания условий для возрождения и укрепления демократических традиций в стране. Одновременно подтверждались условия Каирской декларации об изгнании японских захватчиков с оккупированных территорий и ограничении суверенитета Японии островами Хонсю, Хоккайдо, Кюсю, Сикоку и другими, менее крупными. После вступления Советских Вооруженных Сил в войну с Японией к Потсдамской декларации присоединился и Советский Союз.

Успешное завершение Потсдамской конференции явилось наглядным доказательством того, что три державы, сотрудничавшие в годы войны в борьбе против общего врага, при желании могут, несмотря на имеющиеся различия в их позиции, найти основу для сотрудничества и в мирное время. Советское правительство наглядно продемонстрировало на конференции свою добрую волю к такому сотрудничеству.