Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Поведение животных при полете в космосе

Оглавление:

Введение 3.
Животные штурмуют космос 3.
Влияние невесомости на взрослых животных 8.
Первые запуски ракет с животными 19.
Заключение 31.
Список литературы 32.

1.Введение.

Огромный вклад в освоение космоса вложили советские ученые, но не менее заметный вклад внесли и первые космонавты – животные. На “алтарь науки” они отдали свои жизни, положив начало полетам в космос человека.

Полёты животных имели цель проверить, могут ли будущие космонавты выжить после полёта, и если да, то как полёт может сказаться на их здоровье. В эпоху пилотируемой космонавтики животных посылают в космос для изучения различного рода биологических процессов, эффектов микрогравитации и в других целях.

В начале космической эры техника намного опережала медицину. Была техническая возможность вывести на орбите человека, но уверенности в том, что человек выживет, не было. Опыты на собаках, кроликах, крысах, мышах и других «братьях наших меньших» позволили оценить влияние невесомости на состояние жизненно важных функций.

2.Животные штурмуют космос

В начале 60-х не было более популярных собак, чем 2 дворняжки Белка и Стрелка, которые больше суток летали вокруг планеты и вернулись живыми домой. Достаточно сказать, что по личному распоряжению Никиты Сергеевича Хрущева одного из щенков Стрелки - Пушка - отправили за океан жене американского президента Джона Кеннеди Жаклин на память. Но до того, как полеты в космос удались, 18 собак погибли при испытаниях. Их смерть не была бесполезной. Только благодаря животным полеты в космос стали возможны и человеку. А то, что космос необходим людям, сегодня не сомневается никто.

Перед первым длительным полетом на 18 суток Николаева и Севастьянова в космос отправили собак Ветерка и Уголька на 22 дня. Интересно, что в космос всегда отправляли только дворняжек. Причина? Более сообразительны и выносливы, чем их породистые собратья.

Вернулись из космоса Ветерок и Уголек совершенно голые. То есть без шерсти, которая осталась в плохо подогнанных скафандрах, о которые собаки все эти нескончаемые дни терлись. А еще собаки настолько ослабели, что на ногах держаться не могли. Впрочем, после операции (у собак сняли трубки в желудке, через которые их кормили в космосе) вскоре все восстановилось.

Пес Ветерок - впрочем, настоящее его имя Пэр - прижился под рабочим столом того, кто отправлял его в космос, Андрея Назина. Ходил везде, где хотел, но возвращался спать неизменно домой - под стол.

С годами у собаки стали выпадать зубы. Причину уже знали - результат интенсивного вымывания кальция из костей. Чем только не пичкали пса! Не помогло. Не то что кости, докторскую колбасу несчастная собака скоро жевать не могла. Тогда вместо него это стала делать вся лаборатория. Жевали колбасу - и под стол собаке изо дня в день в течение всех последних трех лет жизни Пэра. А умер он от старости. Прожив после полета 12 лет.

Космический инкубатор

22 марта 1990 года перепеленок, пробивший скорлупу пестренького серо-коричневого яичка в специальном космическом инкубаторе, был первым живым существом, родившимся в космосе. Это была сенсация!

Конечная цель опытов с японскими перепелами в невесомости - создание системы жизнеобеспечения экипажей космических кораблей во время сверхдлительных межпланетных космических полетов. Во время таких полетов человеку придется воспроизводить привычную для него земную среду: выращивать растения, разводить небольших домашних животных. Одомашненные японские перепела стали одним из звеньев искусственной космической экосистемы.

С грузовым кораблем на орбитальную станцию «Мир» отправился контейнер с 48 яичками перепела, который космонавты аккуратно поместили в космическое «гнездо». Для сравнения в то же время контрольная группа яиц также находилась в инкубаторе. Сомнений в возможности правильного течения эмбрионального и постэмбрионального развития живого существа в условиях невесомости было множество. Ведь хорошо известно, что яйцо не безразлично к силе тяжести. Ожидание было напряженным, но точно на 17-й день лопнуло на орбите первое пятнистое яичко. Новый космический житель массой всего 6 граммов проклюнул скорлупку. К радости биологов, то же произошло и в контрольном инкубаторе на Земле. За первым цыпленком появился второй, третий... Здоровенькие, шустрые, они хорошо реагировали на звук и свет, обладали клевательным рефлексом. Однако в космосе мало родиться, нужно приспособиться к его жестким условиям. Увы... Перепелята не смогли адаптироваться к невесомости. Они, как пушинки, хаотически летали внутри каюты, не умея зацепиться за решетку. Из-за отсутствия фиксации тела в пространстве они не смогли самостоятельно кормиться и впоследствии погибли. Впрочем, 3 птенца вернулись на Землю, пережив еще и перелет обратно. Но, по словам биологов, в этом эксперименте было доказано главное - невесомость не оказалась непреодолимым препятствием для развития организма.

Не получая за это ни званий, ни наград

31 января 1961 с американского космодрома ракета-носитель вывела на суборбитальную траекторию капсулу «Mercury-2». Пассажиром корабля был шимпанзе Хэм. Врачи утверждали, что нельзя рисковать человеческой жизнью, не проверив воздействия космического полета на животных.

Перед полетом Хэма научили двигать (направо или налево) рычаг по световому сигналу. За верное выполнение команды его награждали банановыми шариками, поступающими по желобу в рот. Если шимпанзе ошибался, его бил легкий электрический ток (по лапе). Кульминацией многолетних исследований, усилий сотен инженеров и затрат миллионов долларов стали банановые шарики и удары током, призванные управлять сумасбродным «игральным автоматом», перенесенным в космос.

Рейс в космос оказался более сложным, чем планировалось. Говорят, что техника сделала все, чтобы погубить первого американского астронавта. Ракета-носитель истратила топливо на 5 секунд раньше срока, система управления почувствовала «что-то неладное»; тотчас сработала система аварийного спасения - и корабль «сдуло» с ракеты (то есть послало его намного выше и быстрее, чем предполагалось). Бедный Хэм испытал вдвое большие перегрузки, чем рассчитывалось. Бортовое оборудование отказало, и Хэм стучал по всем рычагам. Возможно, он выполнял команды правильно, но получал не банановые шарики, а удары током. Пролетев на 122 мили дальше расчетной точки, аппарат спускался с сокрушительным торможением. Рывок парашюта был страшен. Затем капсулу, оглушительно стукнувшуюся о поверхность океана, стало заливать водой, а Хэма укачало. Вертолет-спасатель поднял капсулу, залитую водой настолько, что спасатели взяли на руки почти утопшего, бормочущего и задыхающегося шимпанзе.

Мемориал Лайке

3 ноября 1957 года обычная, подобранная на улице дворняга Лайка стала первым животным, совершившим космический полет, который открыл путь в космос человеку. Лайка выступала в роли камикадзе. Космический корабль, на котором она летала, не имел спускаемого аппарата, и собака была обречена сгореть вместе со спутником в верхних слоях атмосферы.

40 лет спустя в память о первой собаке-космонавте была открыта мемориальная доска на здании лаборатории института авиационной и космической медицины, где ее готовили к полету. Ее полет готовился почти десять лет под руководством одного из основоположников отечественной биологии академика Газенко.

После Лайки специалисты еще 4 года отрабатывали космические полеты животных. В таких экспедициях, называвшихся «Ноевым ковчегом», попарно участвовали не только собаки, но и мыши, кролики, насекомые. Успех был закреплен удачными полетами Белки и Стрелки, что позволило принять окончательное решение о первом пилотируемом человеком космическом полете, который совершил Юрий Гагарин.

Для чего отправляли обезьян в космос?

Во-первых, только в экстремальных условиях можно оценить влияние невесомости или, точнее, микрогравитации на организм. На приматах выясняли механизм различных расстройств и вырабатывали профилактические мероприятия для космонавтов. Во-вторых, космонавтам медики не вживляли электроды в интересующие структуры мозжечка ствола головного мозга, в мышцы конечностей. Эффект микрогравитации связан с потерей веса, в результате искажаются поступающие в мозг сигналы о положении тела, о состоянии органов. Для противодействия этому необходимы эксперименты. В-третьих, в условиях микрогравитации возникает изменение внутримозгового кровообращения из-за перемещения жидких сред организма в верхнюю половину тела. Для космонавтов важны меры профилактики этого неприятного и травмирующего процесса.

Для обезьянок были изготовлены специальные полетные костюмы на растягивающихся лямках, чтобы обеспечить обезьянкам максимально возможную свободу движений. «Экипажу» пришлось трудиться на орбите по несколько часов в день, получая в качестве поощрения любимый сок. В частности, они должны были распознавать объекты, работая глазами, головой, рукой, и отвечать на сигнал, как можно скорее нажимая на специальную педаль ногой. Таким образом специалисты получили данные об особенностях «поведения» вестибулярной системы в невесомости, т.е. о причинах нарушений восприятия пространства и построения движения.

Особое внимание в полете было уделено изучению обмена веществ - поступления кислорода к тому или иному участку организма и к коре мозга. Помимо двух самцов макак-резусов в полете участвовали тритоны, жуки-чернотелки, плодовые мушки, улитки, высшие и низшие растения.

В процессе подготовки к полетам ученые выяснили, что обезьянки для полета в космосе осваивают задание всего за 2 месяца и действительно кое в чем превосходят людей. Например, в скорости реакции. На выполнение упражнения «тушение мишеней» обезьянке требовалось 19 минут. А человеку на то же задание - час!

3.Влияние невесомости на взрослых животных

Нам посчастливилось жить в удивительное время, на глазах нашего поколения и при нашем участии космическая биология и медицина сформировалась как наука, пройден путь от восприятия самого факта полета в космос как чуда до полетов, длившихся более года.
Исследования с животными на биоспутниках "Космос" были начаты в тот период, когда уже было ясно, что человек может жить и достаточно эффективно работать в условиях невесомости. Был накоплен большой материал о влиянии факторов космического полета на различные стороны жизнедеятельности. И все же многие вопросы оставались нерешенными. Открытым оставался и вопрос о том, какой ценой осуществляется адаптация к невесомости, не сопровождается ли она скрытыми патологическими изменениями во внутренних органах, неблагоприятными отдаленными последствиями, снижением продолжительности жизни. "Человек победил боль и страх, он доказал возможность существования в условиях невесомости… - писал в 1969 году И.В.Давыдовский. - Правда, человек еще не может сказать, это дело будущего - какой ценой он достигнет новых, более высоких форм адаптации". Ответить на этот вопрос можно было только на основе экспериментов с животными, прежде всего с млекопитающими, экспонированными на борту космических летательных аппаратов в полетах разной продолжительности. Только такие эксперименты могли позволить детально изучить структуру и метаболизм внутренних органов и тканей организма, находящегося в невесомости, использовать разнообразные, в том числе достаточно сложные нагрузочные пробы, изучить отдаленные последствия действия факторов космического полета и, наконец, обеспечить статистическую значимость полученного материала. Основной задачей было изучение процессов адаптации и приспособительных возможностей млекопитающих, экспонированных в условиях невесомости, поэтому для экспериментов были выбраны белые лабораторные крысы - наиболее адекватная модель, обычно используемая для решения аналогичных задач в земных условиях (при адаптации к гипоксии, высоким и низким температурам и т.д.). Вместе с тем при анализе результатов следует конечно, помнить, что пусковые механизмы действия невесомости у крыс, стоящих на четырех конечностях, и у человека не могут быть полностью одинаковыми, и это касается прежде всего изменений, связанных с перераспределением крови. Надо обратить внимание и на достаточно высокую (в сравнении с человеком) устойчивость крыс к действию экстремальных факторов.

Замечательный физиолог Л.А.Орбели говорил, что правильное понимание явления возможно при использовании одними и теми же исследователями четырех приемов, принципиально различных, но вместе с тем ведущих к одной цели. Это изучение онтогенеза, использование материалов эволюционной физиологии, клинического материала и специальных экспериментальных приемов. Моя лекция - попытка подытожить то, что дал нам взгляд на проблему невесомости с позиций онтогенеза: изучения влияния факторов космического полета на взрослых животных, на развитие плода и процессы старения.

Исследованиям на биоспутниках серии "Космос" предшествовала разработка общих принципов и методов проведения автоматизированных экспериментов с млекопитающими в условиях космического полета. При испытаниях систем содержания животных оценивалась не только техническая надежность отдельных узлов и блоков, но и их "биологическая надежность". Задача сводилась к выбору системы, длительное содержание в которой вызывало бы в организме минимальные отклонения от физиологической нормы.

Для вычленения эффектов невесомости из общей суммы факторов, действующих на животных в космическом полете, была разработана единая схема проведения контрольных экспериментов, предусматривавшая использование интактной контрольной группы, содержавшейся в виварии, и контроля в наземном макете биоспутника, условно называемого синхронным. В нем моделировались условия содержания животных на борту космического летательного аппарата, а также физиологически значимые факторы, связанные с запуском и приземлением.

Во всех экспериментах на биоспутниках "Космос" работа с животными проводилась одним и тем же коллективом. Это позволило создать единую схему работ, совершенствовавшуюся от полета к полету в течение десятилетий.

Успеху экспериментов способствовала и разработка широких комплексных программ послеполетного обследования животных с привлечением лучших исследовательских коллективов нашей страны и ряда зарубежных стран: Болгарии, Венгрии, Германии, Польши, Румынии, Словакии, Чехии, США и Франции при головной роли Института медико-биологических проблем.

При наблюдении за крысами в виварии в первые дни после космических полетов было обращено внимание на их вялость, снижение общего тонуса и двигательной активности: животные как бы создавали себе "щадящий режим", функциональную гипокинезию, облегчающую реадаптацию к земной силе тяжести после невесомости. Можно предположить, что снижение двигательной активности - универсальная реакция на увеличение силы тяжести, поскольку аналогичная картина наблюдается и у животных, помещаемых в условия гипергравитации. Надо отметить, что при изучении механизмов адаптации в физиологических экспериментах незаслуженно мало внимания обращается на возможность приспособления за счет изменения поведения, в то время как при адаптации в природных условиях именно эти приспособительные реакции играют первостепенную роль.

При послеполетном наблюдении за поведением животных в лабиринте Я.Домбровской, проведенном Н.Н.Лившиц и соавторами (1977, 1979), были отмечены изменения высшей нервной деятельности крыс, вернувшихся из полета, указывающие на снижение работоспособности высших отделов центральной нервной системы. Эти изменения выражались в увеличении времени прохождения лабиринта, увеличении числа отказов от работы и количества ошибок, в ослаблении реакции на экстренный раздражитель (звонок) у животных полетной группы. Однако все эти изменения были нетяжелыми и обратимыми.

В эксперименте на биоспутнике "Космос-1129" учениками Н.Н.Лившиц, З.И.Апанасенко, М.А.Кузнецовой, Е.С.Мейзеровым и другими впервые было изучено поведение животных непосредственно во время космического полета (Апанасенко и др., 1982). Оценивались характеристики условнорефлекторной деятельности крыс при предъявлении им выработанного до полета стереотипа из двух положительных (разной силы) и одного дифференцировочного световых сигналов. Положительные стимулы подкреплялись подачей пищи, наличие условных рефлексов регистрировалось по появлению целенаправленной двигательной реакции в зоне кормушки. Выработанные до полета условные рефлексы сохранялись и в опыте, и в синхронном контроле. Однако в полетной группе было зарегистрировано значительное снижение уровня условнорефлекторной деятельности животных; это снижение обнаруживалось с самого начала полета и, волнообразно меняясь по величине, сохранялось на всем его протяжении. Наибольшие различия между группами отмечались на 1-2-е сутки полета. В это время было максимально снижено число ответных реакций на сильный и слабый раздражители, не наблюдалось суточной ритмики изменений межсигнальной двигательной активности. Затем наступало постепенное улучшение состояния животных, охватывавшее период с 3-х до 11-х суток полета; его сменяло новое ухудшение на 12 - 14-е сутки, характеризовавшееся снижением числа реакций на слабый раздражитель, уравниванием величин реакций на сильный и слабый раздражители, десинхронозом, увеличением ответов на дифференцировочный раздражитель; к концу полета (к 18-м суткам) вновь наблюдалось улучшение условнорефлекторной деятельности, однако восстановление до исходного уровня происходило не по всем показателям. Эта, к сожалению, редко вспоминаемая работа представляется очень важной для понимания динамики процесса адаптации животных в условиях невесомости.

При обследовании крыс после космических полетов длительностью 1 - 3 недели (до 1/50 части жизни животных данного вида) были изучены структура и метаболизм практически всех органов и тканей. При этом сразу после полета были обнаружены достаточно выраженные изменения, условно разделенные на две группы: специфические и неспецифические, связанные с развитием умеренно выраженной стресс-реакции. Результаты этой части исследований изложены в ряде обзорных статей (Газенко и др., 1978, 1980, 1981, 1987; Португалов, 1978; Оганов, 1980; Ильин, 1988; Ильин и др., 1989; Константинова, 1988; Попова, Григорьев, 1992; Серова, 1987, 1988, 1989, 1993, 1996, 2001; Смирнов, Уголев, 1981; Ступаков, Воложин, 1989; Тигранян, 1988).

Наиболее существенными сдвигами, развившимися под влиянием невесомости, были атрофические изменения в мышечной ткани, остеопороз и замедление роста костей, снижение активности эритроидного кроветворения, изменение метаболизма липидов, воды и электролитов, коллагена.

Принципиально, однако, что при обследовании животных через 25 - 26 суток после трехнедельного космического полета различия между опытом и контролем полностью нивелировались. Это позволило сделать заключение, что невесомость не вызвала необратимых патологических изменений ни в одном из органов подопытных животных.

Изменения в скелетных мышцах, отмеченные при обследовании животных после экспериментов на биоспутниках, включали атрофию, перестройку мышечных волокон и молекулярного состава сократительных белков, адекватную условиям космического полета. При этом выраженность изменений достаточно четко коррелировала со степенью участия мышц в осуществлении антигравитационной функции на Земле, наибольшие изменения обнаружены в камбаловидной мышце.

При исследовании миокарда крыс, вернувшихся на Землю после 18 - 22- суточных космических полетов, было выявлено снижение активности АТФазы миозина в среднем на 44 %. При этом изменения фракционного состава белков были незначительными. По мнению М.С.Гаевской, снижение АТФазной активности миозина может быть следствием "недогрузки" мышечного аппарата сердца в условиях невесомости - адаптивной реакцией на "облегченную" работу. Поскольку период полураспада миозина миокарда составляет 6 - 8 суток, можно предположить, что под влиянием недогрузки миокарда в невесомости синтезируется миозин, характеризующийся меньшей АТФазной активностью. При этом возращение к земной гравитации может повлечь за собой несоответствие между потребной силой сокращения миокарда и возможностью ее обеспечения при сниженной АТФазной активности миозина. В полетах длительностью 18 - 22 суток описанные изменения были обратимыми и к 25 - 26-м суткам после полета полностью нивелировались. Вместе с тем в эксперименте на биоспутнике "Космос-690", где действие невесомости было отягощено дополнительным ?-облучением животных во время полета, такой нормализации не наблюдалось, хотя само по себе облучение (в наземном синхронном эксперименте) вызывало не снижение, а, наоборот, увеличение АТФазной активности миозина. Это дало М.С.Гаевской основание предполагать, что при внесении в ход эксперимента различных отягчающих обстоятельств, а также при удлинении экспозиции в условиях невесомости восстановление метаболизма миокарда может затянуться, что скажется на его функции и соответственно на общем состоянии и работоспособности организма.

В костной ткани, как и в ткани скелетных мышц, наибольшие изменения под влиянием невесомости возникали в тех звеньях системы, которые несут максимальную нагрузку в условиях земной гравитации - в бедренных костях. Обнаружены остеопороз губчатых отделов, умеренное истончение и разрежение кортикальной пластинки, значительное разрежение спонгиозы метафизов, уменьшение периостального костеобразования, замедление созревания остеоида и минерализации костной ткани, замедление роста костей в длину, снижение их механической прочности. Обнаружено снижение механической прочности не только костей периферического скелета, но и отдельных позвонков и позвоночного столба в целом.

Следует отметить, что некоторые изменения в опорно-двигательном аппарате животных, возникшие под влиянием невесомости, сходны с эффектами, выявленными в модельных экспериментах с гипокинезией. Общность некоторых реакций определяется, очевидно, наличием в генезе данной группы воздействий общего компонента - функциональной недогрузки опорно-двигательного аппарата. В качестве одной из главных причин изменений, возникающих в опорно-двигательном аппарате животных, находящихся в условиях невесомости, можно рассматривать изменение характера деятельности отдельных мышц при отсутствии статической нагрузки на большую группу мышц и звеньев скелета, обеспечивающих сохранение позы и участвующих в формировании тонического компонента движений в земных условиях. Последнее, по всей вероятности, сопровождается изменением характера и качества проприоцептивной импульсации, являющейся в нормальных условиях обязательным звеном в системе управления движением и нервного контроля структуры и функции мышц.

Функциональной недогрузкой в условиях невесомости могут быть объяснены не только изменения в опорно-двигательном аппарате, но и изменения в эритроцитарной системе: усиление спонтанного гемолиза in vivo, снижение активности эритроидного кроветворения, снижение числа стволовых кроветворных клеток.

В эксперименте на биоспутнике "Космос-936" были обследованы две группы животных, одна из которых находилась в условиях невесомости, а другая - на бортовой центрифуге при искусственной силе тяжести величиной 1 G. Прижизненный гемолиз и другие характеристики жизненного цикла эритроцитов изучались с помощью оригинального метода (Landaw et al., 1970), основанного на количественном определении СО, выделяющейся с выдыхаемым воздухом, после предварительной (до полета) метки группы эритроцитов 2-С14-глицином. Полученные результаты говорят о том, что создание искусственной силы тяжести предотвращает изменения характеристик жизненного цикла эритроцитов, развивающиеся в условиях космического полета без дополнительного центрифугирования, что позволяет однозначно связать эти изменения с действием невесомости.
При биохимическом анализе внутренних органов животных, обследованных после завершения космических полетов, получены данные, свидетельствующие о наличии обратимых изменений практически всех видов обмена веществ.

Изменен обмен нуклеиновых кислот. Проявлением этих изменений является снижение содержания РНК в клетках Пуркинье мозжечка, в крупных нейронах межпозвоночных узлов спинного мозга, в печени, селезенке. При этом общая направленность изменений укладывается в известную гипотезу Ф.З.Меерсона (1963, 1967), согласно которой гиперфункция органа сопровождается активацией синтеза нуклеиновых кислот и белков, а снижение активности должно вести к угнетению синтеза.

При изучении мышц отмечены изменения ферментативной активности саркоплазматических белков, которые достаточно четко коррелировали со степенью атрофического поражения, выявленного гистологическими методами и определявшегося для разных мышц степенью их участия в осуществлении антигравитационной функции на Земле.
Большие изменения произошли под действием факторов космического полета в обмене липидов, при этом есть данные об активации и липолитических, и липогенетических процессов.

Об изменении углеводного обмена говорят такие данные, как изменение спектра изоферментов ЛДГ в скелетных мышцах, изменение уровня глюкозы, лактата и пирувата в крови и ряд других.

При изучении водно-солевого обмена животных после космического полета была обнаружена неадекватная реакция при нагрузочной пробе с введением калия, выразившаяся в том, что, несмотря на дефицит калия в организме, способность задерживать его при нагрузке была снижена . После кратковременных космических полетов (7 - 9 суток) у крыс отмечено снижение содержания калия в ткани миокарда, после более длительных полетов эти изменения выявлены не были .

Существенно, что в полетах, длительность которых составила около 1/50 части жизни животных, отмечены признаки активации и катаболических и анаболических процессов. Об активации катаболизма говорят задержка роста животных, уменьшение массы мышц и другие изменения. Об активации анаболизма позволяют думать такие факты, как высокая усвояемость корма во время полета (Кондратьев и др., 1979), увеличение потребления кислорода (Голов и др., 1977). Видимо, при данной длительности полета организм способен частично компенсировать процессы распада, возникающие как реакция на недогрузку опорно-двигательного аппарата. Вместе с тем, несмотря на филогенетически определенную консервативность реакции активации анаболизма, есть основание думать, что при удлинении сроков полета эта реакция, не находя адекватного подкрепления, может угаснуть и мы столкнемся с некомпенсированной прогрессирующей активацией катаболических процессов.

К разряду неспецифических изменений, отмеченных после полета, были отнесены признаки умеренной стресс-реакции, найденные в гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системе, в лимфоидных органах и крови. Описано повышение функциональной активности нейросекреторных клеток гипоталамуса, повышение функциональной активности АКТГ-клеток передней доли гипофиза и снижение содержания нейросекреторной субстанции в задней доле, гипертрофия надпочечников, увеличение объема ядер клеток пучковой зоны, делипоидизация коркового слоя надпочечников, увеличение содержания в них кортикостерона. К признакам стресс-реакции, отмеченным после полета в лимфоидных органах, относятся снижение массы тимуса и селезенки, числа тимоцитов и спленоцитов. При гистологическом исследовании тимуса животных, экспонированных в условиях невесомости, отмечен массовый распад тимоцитов и накопление ядерного детрита в корковом веществе, уменьшение размеров лимфоидных фолликулов и их светлых центров, в селезенке - гипоплазия белой и красной пульпы и резкое (в 30 раз) увеличение содержания полидезоксирибонуклеотидов, обычно сопровождающее действие "острых" повреждающих факторов.