Правовое положение психиатра-эксперта в уголовном и гражданском процессе

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение

Уральская государственная юридическая академия

Факультет сокращенных образовательных программ

Кафедра правовой психологии и судебных экспертиз 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Судебная  психиатрия

Контрольная работа

Правовое  положение психиатра-эксперта

в уголовном и гражданском  процессе 
 
 
 
 
 
 
 

                                          Выполнила: Музафарова Эльвира,

                                    студентка заочного отделения

                         ФСОП, 315 группа 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Екатеринбург

2012 год

Содержание 

1. Психиатр-эксперт. Его права и обязанности
2. Правовое положение психиатра-эксперта в уголовном процессе
3. Психиатр-эксперт в гражданском процессе
4. Список использованных информационных источников

1. Психиатр-эксперт. Его права и обязанности 

     Наименование  «эксперт-психиатр» употребляется  в двух основных значениях. Согласно первому из них, эксперт-психиатр есть сотрудник судебно-психиатрического экспертного учреждения, в должностные  обязанности которого входит производство судебно-психиатрических экспертиз. Как уже говорилось ранее, это  может быть лицо, занимающее должность  судебного психиатра-эксперта, или  лицо, включенное органом управления здравоохранением в состав членов судебно-психиатрической  экспертной комиссии (СПЭК).

     Второе  значение рассматриваемого термина  носит процессуальный характер. Сотрудник  экспертного учреждения становится экспертом в процессуальном смысле только при проведении им конкретной экспертизы. Экспертом-психиатром в  процессуальном смысле становится также  лицо, не являющееся сотрудником экспертного  учреждения, если ему в предусмотренном  законом порядке поручено производство судебно-психиатрической экспертизы.

 Приведенное  разграничение значений понятия  «эксперт-психиатр» немаловажно  в практическом отношении.

  Эксперт-психиатр как сотрудник экспертного учреждения – это служащий, на которого распространяются нормы законодательства о труде (о рабочем времени и времени отдыха, заработной плате, трудовой дисциплине и пр.). Он обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка своего учреждения.

  Эксперт-психиатр во втором значении – это самостоятельная процессуальная фигура. Здесь его деятельность регламентируется соответствующими положениями Уголовно-процессуального и Гражданского процессуального кодексов. Они могут не совпадать с нормами трудового права.

     УПК и ГПК наделяют судебного эксперта процессуальными правами и возлагают  на него процессуальные обязанности, призванные содействовать успешному проведению экспертизы.

     Основной  обязанностью эксперта-психиатра является исследование представленных ему объектов и материалов, включая психиатрическое  освидетельствование испытуемого, и дача объективного заключения по вопросам, поставленным органом, ведущим  производство по делу. Кроме того, эксперт-психиатр обязан:

а) явиться  по вызову органа, назначившего экспертизу. Вызов может быть обусловлен необходимостью проведения экспертных исследований в  кабинете следователя или в зале суда либо необходимостью допросить  эксперта по поводу проведенной им экспертизы (ст. 192, 289 УПК; ст. 180 ГПК);

б) заявить  самоотвод при наличии оснований, указанных в законе (ст. 59, 61, 67 УПК; ст. 20, 22 ГПК);

в) сообщить в письменном виде о невозможности  дать экспертное заключение, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных  познаний эксперта или представленные ему материалы недостаточны для  дачи заключения (ст. 82 УПК; ст. 76 ГПК);

г) не разглашать данные предварительного следствия  без разрешения органа дознания, следователя, прокурора (ст. 139 УПК);

д) проводить  экспертизу в присутствии следователя. Следователь присутствует прежде всего  при производстве экспертизы в его  кабинете. При комиссионной экспертизе в медицинском учреждении речь может  идти лишь о присутствии следователя  на заседании экспертной комиссии, освидетельствующей испытуемого. Присутствие следователя на других этапах экспертного исследования либо недопустимо по этическим и правовым соображениям, либо неисполнимо фактически. Например, совещание экспертов между собой должно проходить в отсутствии посторонних. Это служит одним из условий свободного выражения каждым экспертом своего мнения. Что касается фактической неисполнимости требований ст. 190 УПК, то нельзя, скажем, реально обеспечить присутствие следователей при производстве всех стационарных экспертных исследований, ибо некоторые из них длятся непрерывно в течение недель.

     Если, по мнению эксперта, присутствие следователя  способно негативно повлиять на ход  экспертных исследований (к примеру, сильно осложнить необходимый психологический  контакт с испытуемым), то эксперт  вправе просить следователя о  проведении исследований с испытуемым наедине. Однако окончательное решение  остается за следователем.

     Аналогичными  должны быть подходы, когда возникает  вопрос о присутствии при проведении судебно-психиатрической экспертизы прокурора или судьи.

     За  неисполнение или ненадлежащее исполнение перечисленных обязанностей эксперт-психиатр несет юридическую ответственность  – дисциплинарную и уголовную. Уголовная  ответственность наступает за разглашение  данных предварительного расследования (ст. 310 УК), а также за заведомо ложное экспертное заключение (ст. 307 УК). Эксперт, давший неверное заключение вследствие небрежности, выбора неправильной методики исследования и тому подобных причин, уголовной ответственности не подлежит, но может быть привлечен к дисциплинарной ответственности.

     Теперь  обратимся к процессуальным правам эксперта-психиатра. При производстве конкретной экспертизы он вправе:

а) знакомиться  с материалами дела, относящимися к предмету экспертизы (ст. 82 УПК; ст. 76 ГПК). По общему правилу, в распоряжение экспертов-психиатров предоставляются  материалы уголовного или гражданского дела в полном объеме. Медицинская  документация испытуемого является составной частью этих материалов. При направлении на экспертизу лица, содержащегося под стражей, экспертам предоставляется также личное дело арестованного;

б) ходатайствовать  о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения (ст. 82 УПК; ст. 76 ГПК);

 в)  присутствовать с разрешения  следователя или суда при производстве  следственных (судебных) действий, задавать  допрашиваемым вопросы, относящиеся  к предмету экспертизы, и просить  занести в протокол существенные  для дачи заключения обстоятельства (ст. 82,288 УПК);

г) совещаться с другими экспертами при производстве комиссионной экспертизы (ст. 80 УПК; ст. 75 ГПК);

д) указывать  в своем заключении на обстоятельства, по поводу которых не были поставлены вопросы органом, назначившим экспертизу, при условии, что эти обстоятельства имеют значение для дела и их установление входит в компетенцию эксперта (ст. 191, 288 УПК; ст. 76 ГПК). Отмеченное правомочие эксперта именуется правом экспертной инициативы;

е) излагать на допросе свои показания собственноручно (ст. 192 УПК);

ж) получать возмещение расходов, связанных с  явкой по вызову к следователю  и в суд, а также с производством  экспертизы. Если ее производство входит в круг служебных обязанностей врача-психиатра (см. выше), то он не имеет права на дополнительное вознаграждение за проведенную  экспертизу, а расходы по явке (проезду, найму жилого помещения, суточные) возмещаются  ему в порядке командировочных  выплат. Если же судебно-психиатрическая  экспертиза поручена лицу, в служебные  обязанности которого производство судебно-психиатрических экспертиз  не входит, то эксперт имеет право  как на оплату расходов, связанных  с явкой, так и на вознаграждение за проведенное им экспертное исследование. Основания, порядок и размеры  указанных выплат установлены Инструкцией  о порядке и размерах вознаграждения лицам в связи с их вызовом  в органы дознания, предварительного следствия, прокуратуру или в  суд (СП РСФСР. 1990. № 18. Ст. 132).

     С вопросом процессуально-правового  статуса эксперта тесно связан вопрос о его отводе. Лица, привлекаемые к производству судебно-психиатрической  экспертизы, должны быть компетентными (обладать познаниями, необходимыми для  дачи заключения) и объективными (незаинтересованными  в исходе данного дела). Если лицо не отвечает указанным требованиям, то оно не вправе проводить экспертизу и подлежит отводу. Обстоятельства, ставящие под сомнение объективность  и компетентность эксперта или основания  для его отвода, перечислены в  процессуальном законе (ст. 59, 67 УПК; ст. 17, 20, 22 ГПК).

На психиатра-эксперта распространяются общие основания  для отвода судебного эксперта. Эксперт-психиатр подлежит отводу, если он по данному  делу является участником процесса либо родственником кого-либо из участников процесса, либо, наконец, если он находился  или находится от указанных лиц (т.е. следователя, прокурора, судьи, обвиняемого, потерпевшего, истца, ответчика и т.д.) в служебной или иной зависимости. Не может быть экспертом также лицо, участвовавшее в данном деле в качестве специалиста. Не могут проводить по одному делу экспертизу эксперты, состоящие в родстве между собой. Эксперт подлежит отводу и в случае, если обнаружится его некомпетентность.

     На  последнем основании следует  остановиться чуть более подробно. Согласно действующей инструкции о  производстве судебно-психиатрической  экспертизы, судебно-психиатрическим  экспертом может быть только врач-психиатр. Но как уже отмечалось, не всякий врач-психиатр в состоянии провести любую судебно-психиатрическую экспертизу. Психиатрические познания неоднородны, и весь их массив можно, хотя и несколько  условно, подразделить на три категории.

1) Общепсихиатрические познания. Сюда относится знание основных медицинских вопросов оказания психиатрической помощи диагностики психических расстройств, ухода за психически больными, их лечение и пр. Такого рода вопросами могут ограничиться, например, экспертизы, назначаемые по делам о незаконном помещении в психиатрическую больницу, необоснованном применении иных недобровольных психиатрических мер и пр.

2) Познания  в областях, которые можно было  бы назвать «традиционными» для  судебной психиатрии. Они состоят  в выяснении способности субъекта  права по своему психическому  состоянию самостоятельно совершать  юридические действия и нести  юридическую ответственность. Подобного  рода вопросы ставятся перед  психиатрами-экспертами при возникновении  сомнений во вменяемости, дееспособности, способности к даче свидетельских  показаний и пр.

3) Узкоспециальные  психиатрические познания. Иногда  в ходе судопроизводства необходимы  познания, которыми владеет лишь  относительно небольшое число  специалистов-психиатров. Например, знание  того, как действует на психику  человека новое и еще очень  редко применяемое в отечественной  медицинской практике лекарственное  средство.

     Установить  обстоятельства, отнесенные к первой группе, может по сути любой врач, имеющий психиатрическую подготовку и стаж клинической психиатрической  работы. Вторая группа обстоятельств  предполагает наличие у психиатра  кроме общепсихиатрических также углубленных познаний в традиционных для судебной психиатрии вопросах. Ими обладают сотрудники судебно-психиатрических экспертных учреждений (которые, разумеется, способны установить и обстоятельства, отнесенные к первой группе). Третья группа обстоятельств требует привлечений в качестве эксперта «узкопрофильного» специалиста, сведущего именно в данной предметной области психиатрии.

     Наконец, процессуальное законодательство предусматривает  такое основание для отвода эксперта, как наличие иных (помимо упомянутых выше) обстоятельств, дающих основание считать, что эксперт лично, прямо или косвенно заинтересован в деле. Вопрос о наличии «иных» оснований к отводу решается каждый раз индивидуально, с учетом всех конкретных обстоятельств.

     Тем не менее об одной относительно частой для судебно-психиатрической экспертной практике ситуации следует сказать  особо.

     Речь  идет о допустимости поручать судебно-психиатрическую  экспертизу испытуемого врачу-психиатру, который ранее оказывал ему психиатрическую  помощь (т.е. лечащему врачу). Лечащего врача-психиатра нельзя признать полностью  беспристрастным. Во-первых, ранее он уже обследовал данного гражданина, давал медицинскую квалификацию состояния его психического здоровья, которой он во время экспертизы может  оказаться в известной мере связанным. Во-вторых, во время экспертизы могут  вскрыться ошибки и нарушения, допущенные ранее лечащим врачом (поверхностно проведенное обследование, ошибочная  диагностика, неправильно проведенное  лечение, преждевременная выписка  из психиатрического стационара и т.п.). В ходе экспертизы лечащий врач может  принять меры к сокрытию своих  упущений, отстаивать свои явно ошибочные  решения. Все это способно отрицательно сказаться на экспертных исследованиях  и их результатах. В-третьих, лечащий  врач-психиатр вступает со своим пациентом  в весьма доверительные, эмоционально окрашенные отношения. Пациент и  его близкие вправе ожидать от лечащего врача действий по защите их интересов и нередко связывают  это с необъективностью экспертного  подхода. У лечащего врача невольно могут возникнуть чувство сострадания, жалости к своему пациенту, желание  помочь ему в трудной ситуации, что может нанести ущерб установлению экспертной истины.

     Перечисленные обстоятельства способны оказать реальное негативное воздействие не на каждого  врача. Но даже потенциальная угроза их искажающего эффекта делает поручение  лечащему врачу судебно-психиатрической  экспертизы своего пациента крайне нежелательным. Причем независимо от того, будет эта  экспертиза единоличной или комиссионной. Так что при направлении гражданина на судебно-психиатрическую экспертизу его лечащий врач-психиатр подлежит отводу.

     Лица, ведущие производство по делу, и  руководители судебно-психиатрических  экспертных учреждений не должны привлекать к производству экспертизы психиатров, которые по тем или иным основаниям должны быть отведены. Отвод заинтересованному  или недостаточно компетентному  эксперту может быть заявлен участниками  процесса. Если основания для отвода известны самому эксперту, он заявляет самоотвод. Вопрос об отводе лица, уже  назначенного по делу экспертом, решается лицом или органом, произведшим  это назначение. 
 

     2. Правовое положение психиатра-эксперта в уголовном процессе 

     В настоящее время эксперт выступает  в качестве самостоятельного субъекта уголовного процесса, обладающего собственными процессуальными обязанностями  и правами, которые отличают его  от иных субъектов. Самостоятельность  положения эксперта среди других субъектов процесса, содействующих  осуществлению правосудия, обеспечивается его функцией предоставления доказательства в виде заключения эксперта, а также  особой процессуальной формой реализации этой функции.

     В целом правовое положение эксперта как участника уголовного судопроизводства закреплено в ст. 57 УПК РФ, согласно которой экспертом является лицо, обладающее специальными знаниями и  назначенное в порядке, установленном  Кодексом, для производства судебной экспертизы и дачи заключения.

     Как указано в ч. 2 ст. 195 УПК, судебная экспертиза производится государственными судебными экспертами и иными  экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями. В УПК РФ разъяснения относительно понятия  государственного судебного эксперта отсутствует, однако оно содержится в Федеральном законе от 31.05.2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон).

     В соответствии со ст. 12 данного Закона государственным судебным экспертом  является аттестованный работник государственного судебно-экспертного учреждения, производящий судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей. Статья 13 Закона устанавливает, что  должность эксперта в указанных  учреждениях может занимать гражданин  РФ, имеющий высшее профессиональное образование и прошедший последующую  подготовку по конкретной экспертной специальности в порядке, установленном  нормативными правовыми актами соответствующих  органов исполнительной власти.

     Между тем законодателем не предъявляется  аналогичных требований к иным экспертам  из числа лиц, обладающих специальными знаниями (ч. 2 ст. 195 УПК РФ). В качестве таковых обычно назначаются представители  профессорско-преподавательского состава  вузов, а также специалисты предприятий  и учреждений, обладающие достаточной  квалификацией для производства соответствующих экспертиз.

     В подобных случаях необходимо выяснить сведения о специальности и компетентности эксперта. Это осуществляется посредством  изучения следователем специальной  литературы, беседы с предполагаемым экспертом и другими специалистами, а также рассмотрения вопроса  о заинтересованности данного лица в исхода уголовного дела. Ознакомившись  с документами, удостоверяющими  личность, а также подтверждающими  специальное образование и опыт эксперта, следователь или суд  может сделать обоснованный вывод о пригодности эксперта в качестве указанного участника уголовного судопроизводства.

     По  мнению Т.Д. Телегиной под специальными знаниями в уголовном процессе следуем  признать системные сведения научного или ненаучного характера, приобретенные  сведущим лицом в рамках специальной  подготовки или самообразования, закрепленные в литературе, практически апробированные не составляющие профессиональных знаний адресата доказывания подлежащие применению с целью получения новой информации на основе исследования скрытых свойств  и взаимосвязей объектов.

     В качестве эксперта не может быть приглашено лицо, обладающее специальными знаниями в области права, поскольку решение  юридических вопросов - прерогатива  следователя (дознавателя), прокурора  и суда (например, имело ли место  убийство или самоубийство, вменяем  ли обвиняемый и др.). Однако некоторые  технические правила закреплены в инструкциях по эксплуатации техники, наставлениях, уставах и т.п. В  этих случаях эксперт может обосновывать свое заключение ссылкой на эти нормативные  акты.

     В качестве эксперта может быть назначено  лицо, обладающее специальными знаниями, как работающее, так и не работающее в экспертном учреждении. Администрация  учреждения, где работает эксперт, не вправе вмешиваться в ход экспертного  исследования и давать эксперту указания, предрешающие содержание выводов по конкретной судебной экспертизе (ст. 14 Закона).

     Части 3-6 ст. 57 УПК определяют права эксперта. Эксперт вправе знакомиться лишь с теми материалами уголовного дела (п. 1 ч. 3), которые относятся к предмету судебной экспертизы. При производстве судебной экспертизы в суде эксперт  не вправе знакомиться с материалами  уголовного дела, не исследованными в  ходе судебного следствия.

     Ходатайство эксперта о предоставлении ему дополнительных материалов (п. 2 ч. 3 ст. 57 УПК) подлежит удовлетворению, если без этих материалов эксперт не может достаточно полно  провести исследование и составить  обоснованное заключение (например, ходатайство  эксперта-психиатра о получении  медицинских документов, касающихся анамнеза заболевания, ходатайство  эксперта-криминалиста о предоставлении пригодных для экспертизы образцов для сравнительного исследования и  т.д.).

     Пункт 4 ч. 3 ст. 57 допускает инициативу эксперта в разрешении вопросов, не поставленных перед экспертом, если они имеют  отношение к предмету судебной экспертизы.

     Эксперт может, соблюдая установленный порядок, выйти за пределы поставленных ему  на разрешение вопросов. Это объясняется  тем, что следователи и судьи, с одной стороны, не всегда знают  возможности конкретной судебной экспертизы, а с другой – порой недостаточно компетентно формулируют вопросы и допускают при этом упущения. Подразумевается, что используя право на экспертную инициативу, эксперт должен сам сформулировать вопросы, которые не были поставлены перед ним работниками правоохранительных органов, но ответы на которые он считает существенными для дела. Однако может оказаться, что эксперт невольно станет выполнять функции следствия и суда. В процессуальной доктрине подчеркивается, что в данном случае имеет место исключение из общего правила, согласно которому формулирование вопросов эксперту составляет компетенцию органов, назначивших экспертизу. В соответствии с требованиями закона определение (постановление) правоохранительных органов о назначении экспертизы должно содержать конкретную, юридически обоснованную, грамотную с профессиональной точки зрения постановку экспертной задачи. При соблюдении этих условий эксперту не потребуется проявлять экспертную инициативу.

     В соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 57 эксперт  вправе отказаться от дачи заключения и составить мотивированное письменное сообщение о невозможности дать заключение и направить его лицу или органу, назначившему судебную экспертизу, если поставленные вопросы  выходят за пределы специальных  знаний эксперта, представленные на судебную экспертизу объекты непригодны или  недостаточны для проведения исследования и дачи заключения либо современный  уровень науки не позволяет ответить на поставленные вопросы (ст. 16 Закона). Если указанные обстоятельства выявляются в ходе экспертного исследования, то они должны быть указаны в заключении эксперта.

     К сожалению, новый УПК РФ не возлагает  на эксперта в целях регламентации  их деятельности никаких обязанностей. Часть 4 ст. 57 УПК РФ говорит лишь о том, чего эксперт не вправе делать. Думается, следовало бы внести в  УПК РФ положение о том, что  эксперт обязан явиться по вызову суда и дать объективное заключение по поставленным перед ним вопросам. В случае неявки без уважительных причин в суд его следовало  бы подвергать приводу. Этот привод мог  бы осуществляться органами милиции  на основании решения суда, вынесенного  в соответствии со ст. 113 УПК РФ.

     Эксперт не вправе приступать к производству экспертного исследования без постановления  о назначении экспертизы, принимать  и исследовать материалы, не указанные  в постановлении суда о назначении экспертизы. Ему запрещается вести (помимо участия в судебном заседании) переговоры с участниками уголовного процесса по обстоятельствам дела, привлекать других лиц к производству порученной ему экспертизы, хранить  материалы уголовного дела, по которому проводится экспертиза, вне служебного помещения. При нарушении указанных  требований он может быть привлечен  к дисциплинарной ответственности.

     Эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы  для экспертного исследования (п. 2 ч. 4 ст. 57) путем обращения в другие экспертные учреждения, истребования медицинских и иных документов, опроса потерпевших и свидетелей и т.п. Если указанные материалы и сведения необходимы эксперту для производства исследований, то он должен обратиться с ходатайством к лицу или органу, назначившему экспертизу, об их истребовании.

     Объекты экспертного исследования, как правило, являются вещественными доказательствами, поэтому всякое их повреждение или  уничтожение в ходе экспертного  исследования допускаются только с  разрешения лица или органа, назначившего экспертизу (п. 3 ч. 4 ст. 57 УПК).

     В п. 5 ч. 4 ст. 57 УПК говорится, что эксперт  не вправе разглашать не только следственную тайну, но и тайну личной жизни, семейную тайну граждан и сведения, которые  могут причинить ущерб достоинству  и чести личности (ст. 6 Закона). Ответственность  эксперта за разглашение следственной тайны наступает лишь при условии, что он был предупрежден об этом.

     Эксперт, работающий в государственном экспертном учреждении, не вправе осуществлять судебно-экспертную деятельность в качестве негосударственного эксперта, то есть он вправе проводить  исследования только по поручению руководителя экспертного учреждения, который, в  свою очередь, действует на основании  поручений следователя (дознавателя), прокурора или суда (ст. 16 Закона).

     Уклонение эксперта от выполнения своих обязанностей без уважительной причины влечет различные виды ответственности. За отказ или уклонение эксперта от дачи заключения при производстве дознания или предварительного следствия, а также в судебном заседании, предусмотрено наказание штрафом, либо обязательными работами, либо исправительными работами (ст. 308 УК РФ).

     За  дачу экспертом заведомо ложного  заключения меры наказания определены ст. 307 УК РФ.

     В примечании к ст. 307 УК РФ указано, что  эксперт освобождается от уголовной  ответственности, если он добровольно  в ходе дознания, предварительного следствия или судебного разбирательства  до вынесения приговора суда или  решения суда заявил о ложности данного  им заключения.

     Разглашение экспертом данных предварительного следствия или дознания без разрешения прокурора, следователя или органов  дознания влечет за собой наказание  штрафом, либо исправительными работами (ст. 310 УК РФ).

     В зависимости от специфики того или  иного вида судебных экспертиз у  судебных экспертов имеются дополнительные обязанности. Так, к одной из ответственных  обязанностей судебно-медицинского эксперта относятся мероприятия по предупреждению распространения острозаразных  заболеваний. Исследование трупов лиц, умерших от инфекционных заболеваний, должно производиться в строгом  соответствии с существующими специальными инструкциями.

     Нарушение судебно-медицинским экспертом санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее массовое заболевание, согласно ст. 236 УК РФ наказывается штрафом, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, либо ограничением свободы, либо лишением свободы на срок до двух лет.

     То  же деяние, повлекшее по неосторожности смерть человека, наказывается ограничением свободы или лишением свободы.

     Принуждение эксперта к даче судебно-следственным органам ложных показаний или  ложного заключения влечет за собой  уголовную ответственность по ст. 302 УК РФ.

     Независимое положение судебного эксперта, позволяющее  ему самостоятельно выполнять возложенные  на него обязанности, гарантируется  представленными ему законом  правами.