Предмет этноконфликтологии. Понятие этнического конфликта

 Предмет этноконфликтологии. Понятие этнического конфликта

Один из важных аспектов исторического развития состоит  в неуклонном расширении этнических контактов. Развитие коммуникаций, рост мобильности населения, совершенствование  средств массовой информации — все  это разрушает замкнутость этносов, расширяет сферу их взаимодействия и взаимозависимости. Наряду с этим наблюдается и противоположная  тенденция. В настоящее время  в мире насчитывается свыше 2 тыс. этносов, среди которых 96,2% населения  составляют этносы численностью в один миллион и более человек (их в  мире 267). Происходит увеличение численности  этносов и уменьшение малочисленных  народов. Этнические общины стремятся  сохранить себя, свой исторический опыт, культуру, самобытность[1].

По мнению ряда политиков, географов, социологов, существующие границы государств будут  терять свое значение, если они не соответствуют  языковым и территориальным границам проживающих там этносов. Результатом  этой тенденции может стать увеличение числа независимых государств со 190 (в настоящее время) до 300 с лишним (через 25—30 лет). Нередко вторая тенденция  оказывается определяющей в системе  межэтнических отношений и часто  приводит к межэтническим конфликтам.

Межэтнические конфликты представляют собой конфликты, происходящие между отдельными представителями, социальными группами различных  этносов, и конфронтацию двух или  нескольких этносов. В качестве типов  межэтнических конфликтов можно  выделить: межличностные, этносоциальные и межэтнические конфликты в строгом смысле термина.

По мере разрешения главных идеологических конфликтов XX в. затяжные этнические конфликты  непременно станут заметными и ожесточенными. Важно уметь разобраться в  истоках межэтнических конфликтов, знать и пути их урегулирования.

Этнический  конфликт — тип социального конфликта, выражающийся в противоречии интересов, взаимной неприязни, эмоциональной  вражде, противоречивом состоянии и  действиях этносов по отношению  один к другому.

Основные  особенности межэтнических конфликтов:

· Эти конфликты  имеют исторические корни, вытекают из элементов этнической культуры.

· Наряду с  социальными и политическими  целями имеют национальный аспект.

· Принимают  резкий характер при резком и существенном изменении сложившейся этнической, экономической и социальной ситуации.

· Носят чаще всего более острый, непримиримый характер, чем другие социальные конфликты.

· Активное участие в разрешении конфликтов и в самом конфликте принимает  государство.

· Разрешение межэтнического конфликта является более трудным и течет более  медленно, чем многие другие социальные конфликты.

· Последствия  межэтнического конфликта проявляются  длительное время, откладываясь в исторической, этнической, коллективной памяти и  национальной психологии этноса.

· Межэтнические  конфликты особенно разгораются  после достижения независимости  государств, т.к. возникают споры  о границах для угнетаемых ранее  наций.

· Этнические права уже изначально заключают  в себе элементы социального расизма.

· Тенденция  к демократии вступает в противоречие со стремлением этносов к самоутверждению  и даже к самоизоляции.

Субъектом межэтнического конфликта является этническая группа[2].

Как и всякий конфликт, межэтнический конфликт играет как конструктивную, так и деструктивную  роль.

Конструктивная  роль межэтнического конфликта:

может привести к решению значимой этнической проблемы;

усиливает адаптационные  возможности этноса. «Чем чаще и  слабее происходят конфликты в социальной системе, тем вероятнее, что изменения  в системе в результате приведут к повышению степени ее адаптированности и интегрированности»[3].

Деструктивная роль межэтнического конфликта заключается  в том, что он приводит к разрушению государства.

Факторы, усиливающие  этнический конфликт:

1. отсутствие  национальной политики;

2. крайности,  непоследовательность в национальной  политике;

3. рост национальной  элиты;

4. бездействие  власти в ответ на акции  насилия;

5. давние  исторические корни межэтнического  конфликта;

6. отрицательный  образ центральной власти.

Итак, межгрупповые отношения состоят из неразрывной  связи конфликтов и сотрудничества, но главные проблемы для любого общества вносятся многочисленными конфликтами. Когда мы говорим – «межгрупповые  конфликты», на ум приходят революции, религиозная нетерпимость, межэтнические  столкновения, соперничество между  полами, острые трудовые споры. Русско-американский социолог П.Сорокин подсчитал, что за 24 века в истории человечества на четыре мирных года приходится один год, сопровождающийся насильственными конфликтами – войнами, революциями, бунтами. Среди межгрупповых (или социальных в широком смысле слова) конфликтов обычно выделяют:

политические  конфликты, когда борьба идет за власть, доминирование, влияние, авторитет;

социально-экономические (или социальные в узком смысле слова) – «между трудом и капиталом», например между профсоюзами и  работодателями;

этнические – по поводу прав и интересов этнических общностей[4].

Итак, одними из наиболее значимых являются конфликты между этническими общностями. Однако можно согласиться с В.А.Тишковым, что этнических конфликтов в «чистом» виде фактически не существует[5]. В реальности мы встречаемся с взаимопроникающими конфликтами, каждый из которых составляет питательную среду для другого. Не случайно, даже специалисты-конфликтологи часто не могут прийти к единому мнению, с каким конфликтом имеют дело – с этническим в политическом камуфляже или наоборот. По мнению Тишкова, к категории этнических можно отнести практически все открытые конфликты на территории бывшего СССР, ведь: «В силу полиэтничного состава населения бывшего СССР и нынешних новых государств..., фактически любой внутренний конфликт, социально-экономический или политический по своей природе, обретает этническую окраску, что, как правило, углубляет и осложняет возникающие противоречия, придавая конфликтам дополнительный эмоциональный фон»[6].

Исследователи предлагают самые разные классификации  этнических конфликтов. При классификации  по целям, которые ставят перед, собой  вовлеченные в конфликт стороны  в борьбе за ограниченные ресурсы, их можно подразделить на:

социально-экономические, при которых выдвигаются требования гражданского равноправия (от прав гражданства до равноправного экономического положения):

культурно-языковые, при которых выдвигаемые требования затрагивают проблемы сохранения или  возрождения функций языка и  культуры этнической общности;

политические, если участвующие в них этнические меньшинства добиваются политических прав (от автономии местных органов  власти до полномасштабного конфедерализма);

территориальные – на основе требований изменения  границ, присоединения к другому  – «родственному» с культурно-исторической точки зрения – государству или  создания нового независимого государства[7].

Социолога, политологи и этнологи, стремясь выделить конфликт из других близких феноменов, часто рассматривают его исключительно  как реальную борьбу между группами, как столкновение несовместимых  действий. Так, В.А.Тишков дает определение «...этнического конфликта как любой формы гражданского, политического или вооруженного противоборства, в котором стороны, или одна из сторон, мобилизуются, действуют или страдают по признаку этнических различий»[8]. При таком понимании конфликта он оказывается стадией крайнего обострения противоречий, проявляющейся в конфликтном поведении, и имеет точную дату начала – как начала противоборства[9].

Но с точки  зрения психолога, учитывающего динамику конфликта, само противоречие между  группами, имеющими несовместимые цели в борьбе за ограниченные ресурсы (территорию, власть, престиж), оказывается лишь одной из стадий конфликта – той  стадией, которую обычно называют объективной  конфликтной ситуацией. Любые межгрупповые отношения состоят из непрерывной  связи конфликтов и сотрудничества. Разделяют несколько типов этнических конфликтов. Однако чистых типов практически  не встречается. Более того, практически  все открытые конфликты на территории бывшего СССР, независимо от их внутренней природы, обретают этническую окраску, что усугубляет их отрицательный  эмоциональный фон.

С общесистемной  или общесоциальной точки зрения большинство этнических конфликтов - это выражение объективно существующих противоречий между группами, которые имеют несовместимые цели в борьбе за ограниченные ресурсы (территорию, власть, престиж). Такие противоречия между этносами на Земле существуют, к сожалению, почти повсюду.

Чаще всего, как уже говорилось, напряженность  существует между доминантной этнической общностью и этническим меньшинством. Конфликт между ними в своем развитии проходит несколько стадий:

1. стадия  скрытой (тлеющей) напряженности.  Противоречия не осознаются, но  сравнение между группами делается  преимущественно в пользу своей.

2. стадия  осознания и эмоционального вызревания  конфликта. Стороны осознают несовместимость  своих интересов, причем у низкостатусных этнических меньшинство это проявляется как "пережитые исторические несправедливости" и вызывает желание восстановить справедлидвость. Этнос сплачивается вокруг идеи "отмщения". Стадия очень длительная (многолетняя). Примеры: со времени изгнания евреев из земли обетованной прошли многие столетия, но именно этот факт явился обоснованием их многолетней борьбы за возвращение; в наше время в Татарстане отмечаются дни памяти жертв захвата Казани войсками Ивана Грозного в 1552 году.

3. собственно  конфликтное взаимодействие. Переход  переходит, к счастью, далеко  не всегда. Необходимым условием  здесь служит нестабильность  высокостатусного этноса, а "спусковые механизмы", как правило, эмоциональны или даже иррациональны. Пример: именно в ситуации нестабильности, вызванной развалом СССР, настали самые удобные моменты для "мщения за травмы" (конфликты между осетинами и ингушами, между азербайджанцами и армянами, грузинами и абхазами и т.д.). Стадия имеет тенденцию к саморазрастанию (эскалации) - от массовых ненасильственных действий (митинги и пр.) к столкновениям и военным действиям.

4. прекращение  прямого противодействия, урегулирование  конфликта. Как правило, при  этом стороны возвращаются к  стадии 1, что проявляется в образе  врага и предубеждениях[10].

Глава 3. Психологические  и социальные аспекты межэтнических  конфликтов

Психологическое направление в изучении межэтнических  конфликтов связано с так называемой «теорией фрустрации — агрессии —  смещения». Согласно ей конфликт между  группами — лишь проективный симптом  внутренних психических состояний  индивидов — результат накопления фрустрации, переходящей во внешнюю  агрессию (З. Фрейд).

Негативные  этнические предрассудки выступают  лишь как инструмент на последней  стадии развития агрессии (повод к  ней), воплощаясь в конкретных этностереотипах.

Межэтнические конфликты — групповые. А в  толпе агрессивность возрастает многократно, коллективная внушаемость  также возрастает.

Разжигание  ненависти обуславливает продолжительность  и трудность в предвидении  и прогнозировании межэтнического конфликта. Ненависть, в отличие  от злобы, чувство более глубокое, более длительное, и направлено именно на уничтожение объекта.

В основе отношения  людей к власти лежит определенный образ восприятия ими этой власти. У каждого человека он разный. И  в формировании этого образа огромную роль играют СМИ, с их огромными возможностями  воздействия на сознание человека, манипуляции им.

Согласно  теории А. Грамши, большие изменения  происходят в результате регулярных кратковременных воздействий на мысли среднего человека. Эту функцию  успешно выполняют СМИ и интеллигенция. В том числе и в межэтнических  конфликтах[11].

Человек воспринимает информацию о внешнем мире во многом избирательно. В психике существуют определенные «фильтры» восприятия информации: тактильные, ценностные, языковые, и др. (Д. Гриндер, Р. Бендлер). При переработке информации также действуют определенные ограничения. Информация, восприятие действительности у человека во многом искажены. Проще говоря, человек во многом видит то, что хочет видеть, и не видит того, чего видеть не хочет, с трудом меняет установки и убеждения («самая неприступная крепость — это человеческий череп» — восточная мудрость). Это в полной мере относится к этническим стереотипам.

Социологическое направление в исследованиях  этнических конфликтов основано на постулате, что группы имеют несовместимые  цели и конкурируют одна с другой за овладение ресурсами, которые  не беспредельны.

В основе непосредственных столкновений больших этнических групп  лежит расхождение между достигнутым  уровнем получения материальных и культурных благ и твердым убеждением, что доступ к ним блокирован противоположной  стороной.

 Изучение этнических конфликтов в отечественной и зарубежной конфликтологии.

В данной статье подробно рассматривается идеология  подхода к изучению конфликтной  ситуации по К. Хорни, а также излагаются основные подходы к изучению конфликта, разработанные российскими учеными.

Центральным понятием теоретической схемы К. Хорни является понятие базисной тревожности, однако, в отличие от 3. Фрейда и К. Юнга, К. Хорни не считает, что конфликт свойственен природе человека изначально. Уже начиная со своих ранних работ, она исходит из того, что “неврозы вызываются культурными факторами - что, более точно, означает, неврозы генерируются нарушением равновесия в человеческих взаимоотношениях”. Под влиянием этого базисного чувства тревожности человек вырабатывает компенсирующие стратегии поведения, которые, постепенно закрепляясь в его характере, становятся частью личности, приобретая характер потребностей.

Первоначально К.Хорни выделила 10 таких потребностей, названных ею невротическими в силу иррациональности подобного решения проблемы; среди них потребности власти, эксплуатации, престижа и др. Затем она сочла возможным объединить их в 3 группы, каждая из которых выражает “базисный антитюд в отношении других и себя и определенную философию жизни”.

Так появляются три основные тенденции личности - “движение к людям”, “движение  против людей” и “движение от людей”. Эти три базисные ориентации характерны для любого человека, поскольку, по мнению К. Хорни, они вовсе не исключают друг друга. Однако невротическая личность, обладающая повышенной базисной тревожностью, следует какой- либо одной тенденции как доминирующей, подавляя или отрицая две другие, т.е. при переходе человека от одной ситуации к другой он использует тот путь, который является более эффективным для данной ситуации. Однако если используется исключительно одна схема, независимо от ситуации, это является признаком невроза.

Подобная  направленность личности является весьма устойчивой; противоположные тенденции (например, чувство симпатии) разрушают  целостность и незыблемость той  картины мира, которую создал себе человек, поэтому он будет подавлять эти противоположные тенденции и, напротив, укреплять свойственные ему враждебные.

Таковы некоторые  моменты теоретической концепции  К. Хорни. Из них следует, что межличностные конфликты должно рассматривать как проявление внутриличностной тенденции движения “против людей”, которая может быть более или менее выраженной в зависимости от степени невротичности личности. Возникая как реакция на детерминированное средой чувство тревожности, эта ориентация личности стабилизируется и может стать доминирующей у отдельных людей.

Все человеческие отношения К. Хорни рассматривает через призму влияния интрапсихических процессов. Конечно, межличностное окружение способно влиять на интрапсихические процессы, однако возможности этого влияния ограниченны. Благоприятная окружающая среда может быть гарантией против формирования невротического характера, однако надежды на разрешение внутренних конфликтов с помощью изменения внешней среды были бы ошибочны. В полном соответствии с психоаналитической традицией, хотя и подновленной, К. Хорни считает, что ошибка, заключенная во всех этих экспектациях, лежит не в переоценивании важности человеческих отношений, но в переоценке силы интрапсихических факторов.

Среди первых работ привлекают внимание теоретические  и экспериментальные исследования А. С. Залужным коллективных отношений  детей различных возрастов в том числе преддошкольного и дошкольного (1928). Это зачатки первых социально-психологических исследований в нашей стране. А. С. Залужный дал классификацию социального взаимодействия и взаимоотношения детей и указал на существование трудностей в них, выделив четыре типа социального поведения: защит- но-негативистский, агрессивный, первично-социальный, коллективно-социальный.

Можно с полным основанием считать, что важнейшие  методологические принципы Л.С.Выготского применительны к изучению трудновоспитуемых детей, работают и сейчас. Одна из главных идей, отстаивавшихся Л. С. Выготским, заключается в том, что особенности трудного ребенка надо рассматривать не в статике, как сумму его “дефектов”, его недочетов, а в динамике.

Однако, интересующая нас проблема не стала предметом специального исследования А. И. Аржановой. Наряду с вопросами дружбы и товарищества у дошкольников, она изучала некоторые трудности в отношении детей, и в первую очередь явление детской замкнутости, в основе которой, по мнению А. И. Аржановой, лежат глубокие нарушения процесса общения.

Помимо общих  причин замкнутости, А. И. Аржанова сделала  попытку определить и частные. К  ним она относит: неблагоприятные  условия воспитания в семье (запугивание  и наказание, замкнутость и необщительность  родителей и т.п.); различные психические  травмы (потеря родителей, большой испуг  при несчастном случае и т.п.); насмешки со стороны окружающих по поводу имеющихся  у ребенка физических недостатков  и, наконец, недостатки воспитания в  детском саду.

В 1970-е гг. значительно возрастает интерес  к проблемам детских конфликтов, трудного поведения, негативизма. Прежде всего, это исследования Е. Д. Беловой (1970,1974, 1978), А. Н. Белкина (1974), В. П. Ивановой (1975), Т. Н. Счастной (1979) и других, проведенных с дошкольниками. Изучая явления негативизма (капризы, упрямство и пр.) у старших дошкольников, Е. Д. Белова в качестве основных, главных его причин выдвигает нарушение взаимоотношений в семье, ошибки домашнего воспитания. Акцент, таким образом, делается на отношении “взрослый - ребенок”.

Необходимость изучения контактов ребенка со сверстниками подчеркивает М. И. Лисина, многие годы посвятившая исследованию общения  ребенка со взрослыми. “Чем дальше продвигалось исследование, - пишет она, - тем яснее становилось, что формирование социального поведения и личности ребенка нельзя понять, если ограничиться изучением контактов детей только со взрослыми. Большое и все увеличивающееся с возрастом место в жизни ребенка занимает также его общение с другими детьми” (1980, с. 3).

Предварительные исследования психологов школы М.И.Лисиной показали, что независимо от того, что послужило причиной психологического конфликта (какого рода искажения ведущей деятельности), он может захватывать и разные сферы детских отношений, и саму личность ребенка. Соответственно были дифференцированы варианты конфликтов: в деловых и межличностных отношениях детей. Кроме того, был выделен внутриличностный конфликт. Авторы предположили также, что в психологическом конфликте возможны 2 этапа: неосознанный (потенциальный) и осознанный (реальный). Первому этапу соответствует скрытый характер конфликта, тогда как второму - открытый, и, наконец, могут существовать скрытые от наблюдения конфликты. Специфика рассматриваемых конфликтов привела к необходимости уточнения самого понятия внутреннего психологического конфликта прежде всего по той причине, что до сих пор не существует какого-либо дифференцированного подхода к детским конфликтам. И в педагогической, и в психологической литературе применительно к дошкольному возрасту понятия внутреннего и внешнего конфликтов четко не разграничены. В работах М. И Лисиной, А. А. Рояк отмечается, что у ребенка до 7 лет сменяется четыре формы общения со взрослыми: ситуативно-личностная, ситуативно-деловая, внеситуативно-познавательная и внеситуативно-личностная. Под формой общения имеется в виду коммуникативная деятельность на определенном этапе ее развития, характеризуемая несколькими параметрами. Такими параметрами считают:

- время возникновения  данной формы общения;

- место, которое  она занимает в жизни ребенка;

- главное  содержание потребности, которая  удовлетворяется детьми в ходе  общения;

- ведущие  мотивы, побуждающие малыша к  общению со взрослыми;

- основные  средства общения, с помощью  которых осуществляются коммуникации  с другими людьми.

В младшем  дошкольном возрасте возникает внеситуативно-познавательная форма общения. Она включена в совместную со взрослым деятельность, но уже не в практическую, а познавательную. Развитие любознательности, совершенствование способов ее удовлетворения побуждают ребенка ставить все более сложные вопросы.

Но решить подобные проблемы самостоятельно он не может. Путь к пониманию явлений, сложных проблем - общение со взрослыми. Ведущим становится познавательный мотив. А взрослый теперь выступает в новом качестве - как эрудит, “энциклопедист”, способный ответить на любой вопрос, сообщить необходимую информацию. Сотрудничество приобретает внеситуативный-теоретический “характер”, поскольку обсуждаются проблемы, не обязательно связанные с данной ситуацией. У дошкольников возникает потребность в уважении взрослого, что и определяет повышенную обидчивость детей и их чувствительность к оценкам старших. Дошкольники добиваются уважения, обсуждая важные, серьезные проблемы познавательного характера. Основным коммуникативным средством становится речь, которая обеспечивает внеситуативность общения и позволяет передать и получить максимально содержательную информацию.

К концу дошкольного  возраста появляется высшая форма общения  со взрослыми - внеситуативно-личностная. Она аналогична ситуативно-личностной, но в отличие от последней - внеситуативна, что определяет коренное различие в возможности, природе контактов со старшими и их влияние на психическое развитие детей.

Главным мотивом  общения становится личностный. Взрослый выступает перед дошкольником в полноте своих особенностей, дарований, жизненного опыта. Он не просто индивидуальность, а конкретное историческое социальное лицо, член общества. Он получает в глазах ребенка собственное независимое существование. Поэтому для дошкольника приобретают значение такие детали жизни взрослых, которые их не касаются, но позволяют воссоздать полный образ данного человека.

В разговорах преобладают темы не о животных, природе и предметах, а о жизни, работе взрослых, их взаимоотношениях. Общение имеет “теоретический”  характер и включено в познавательную деятельность. Ребенок сосредоточен на социальном окружении, на “мире  людей”, а не предметов. Возникает  потребность не просто в доброжелательном внимании, а во взаимопонимании и  сопереживании. Детям важно знать, как нужно делать, как поступать  правильно. Они соглашаются исправить  ошибки, изменить свою точку зрения или отношение к обсуждаемым  вопросам, чтобы достичь единства мнений со взрослым. Совпадение своей позиции с позицией взрослого выступает для ребенка доказательством ее правильности.

Проблему  внутриличностного конфликта активно разрабатывал В. И. Захаров, считая, что конфликтная ситуация является психической презентацией назревшего противоречия как внутри личности, так и между людьми. Конфликт перерастает в невроз, если переживание этого конфликта начинает занимать центральное место в системе отношений личности.

Симптомы  детского неблагополучия выявлялись В. И. Захаровым с: помощью: а) методики одномоментных срезов структуры  групп; б) методики хронометрированных наблюдений; в) социометрической методики (дошкольный вариант); г) оценочной методики; д) методики исследования уровня притязаний; е) анкетирования.

По мнению Н. Д. Левитова, конфликт - это внутренняя борьба, когда человек напряженно размышляет, сопоставляет разные мотивы, он борется сам с собой. Эта внутренняя борьба всегда отражает внешние, объективно данные противоречия, конфликты. Каждый конфликт рассматривается автором как внешний и внутренний одновременно.

Внешний конфликт понимается в том смысле, что он определяется объективными внешними причинами, внутренний конфликт - это переживание  внутреннего разлада, внутренняя борьба.

Таким образом, в зарубежной и отечественной  литературе психологический конфликт описывается как состояние личности, возникающее вследствие противоречий или столкновения различных личностных образований.

Мы не ставим своей целью рассмотреть подробно внутриличностный конфликт. Но хотелось бы заметить, что межличностные конфликты часто являются проявлениями в поведении человека его внутриличностного конфликта или изменением его внутренней позиции и роли.

Понятие конфликта  необходимо также рассматривать  в связи с понятиями взаимоотношения  и взаимодействия людей, так как  существует неразрывная связь между  триадой понятий - общение, взаимодействие, взаимоотношения.

Я.Я. Коломинский определяет общение как информационное и предметное взаимодействие, в процессе которого реализуются, проявляются и формируются межличностные взаимоотношения В процессе взаимодействия между людьми вырабатываются навыки общения, формируются отношения как положительные, так и отрицательные. Такое же понимание социально-психологического конфликта прослеживается в работах В.Д. Парыгина, рассматривающего конфликт как одну из возможных форм взаимодействия людей в процессе общения. Е.А. Орлова считает, что система взаимодействия людей, подобно любой другой системе, характеризуется, в частности, набором объективно свойственных ей состояний. Одним из таких состояний межличностного взаимодействия является конфликтное состояние.

В настоящее  время в отечественной психологической  науке заметно возрос интерес  к проблемам межличностных конфликтов; идет интенсивное накопление эмпирических данных, на основании которых формируется  понятийный аппарат исследуемого явления. Мы согласны здесь с выводами Н. В. Гришиной о том, что исследования межличностных конфликтов в отечественной  психологии ведутся по следующим  основным направлениям: