Предмет философии и его историческая эволюция. Структура и функции философии

1. Предмет философии и его историческая эволюция. Структура и функции философии

Термин “философия” возник из соединения двух греческих слов “phileo” — любовь и “sophia” — мудрость и означает любовь к мудрости.

Философия как способ и  форма духовной деятельности зародилась в Индии и Китае, но классической формы достигла в Древней Греции. Для обозначения особой сферы знания термин “философия” впервые употреблен Платоном. Вначале философия включала в себя всю совокупность знаний о мире.

К настоящему времени философия  прошла в своем развитии свыше  двух тысяч лет, за которые сформировалось множество направлений и школ, отстаивающих свою оригинальную позицию  по вопросам познаваемости мира, человека, общества, культуры. К историческим типам философии относят: античную, средневековую, философию эпохи  Возрождения и Просвещения, философию  Нового времени, Немецкую классическую философию, неклассическую философию  и постнеклассическую.

Рост потребности в  получении знаний и расширение масштабов  их применения на практике стимулировали  увеличение их объема и многообразия и привели к дифференциации знаний, выражающейся в появлении разных наук. Разложение единого знания на отдельные науки, начавшееся еще  в период античности, не означало исчезновения философии. Наоборот, появилась потребность  в особом разделе знания, способном  выступить в качестве средства интеграции знания, и способа выработки наиболее общих принципов и норм познавательной и преобразовательной деятельности людей. Постепенно философия сконцентрировала свое внимание на теоретизировании вокруг наиболее общих мировоззренческих  проблем природы, общества и мышления, стремясь дать ответы на вопросы о  целях и смысле существования  общества и личности. На эти вопросы, возникающие в исторически конкретных условиях жизни, невозможно дать ответы, пригодные для всех времен и всех народов. Люди, ставящие мировоззренческие вопросы, стремились получить такие ответы на них, которые соответствовали их потребностям и уровню интеллектуального развития. Причем в разных исторических условиях меняется не только набор мировоззренческих вопросов, но и преобразуется сама их иерархия, а также характер желаемых ответов на них. Это закладывает основу для специфики в понимании предмета философии и в его содержание.

Следует учесть, что долгое время предмет философии многими  учеными отождествлялся с предметом  науки вообще, а знания, содержащиеся в рамках отдельных наук, рассматривались  как компоненты философии. Такая  ситуация сохранялась вплоть до ХVIII в. Однако на передний план философствования разные мыслители выделяли те грани предмета философии, которые были для них объектом первоочередного интереса. Нередко отдельные мыслители ограничивали предмет философского исследования лишь некоторыми, казавшимися им наиболее существенными частями. Иными словами, надо иметь в виду, что предмет философии, как и представления о нем формируется с развитием научного знания, т. е. сведения о нем складываются в ходе преобразования самой философии. Например, из истории философии известно, что в качестве предмета философии для первых древнегреческих философов выступал природный мир, позднее для Аристотеля в этом качестве выступил весь мир. Для эпикурейцев и поздних стоиков предмет философии главным образом очерчен кругом проблем, относящихся к человеку в мире. Христианские философы средневековья предмет философии сводили к взаимосвязи между человеком и Богом. В Новое время на передний план в структуре предмета философии выдвигаются проблемы познания, методологии. В эпоху просвещения для многих европейских философов предметом размышлений снова становится человек со всем множеством его отношений. В ХIХ — ХХ вв. многообразию школ и представлений в мировой философии соответствует и богатство представлений о характере ее предмета. В наши дни в качестве предмета философских размышлений выступает природный и социальный мир, а также человек в нем как многомерная и многоуровневая система во всем изобилии связей. Философия изучает наиболее общие стороны, свойства, тенденции развития мира, выявляет всеобщие принципы самоорганизации, существования и развития природы общества, человека и его мышления, раскрывает цели и смысл существования человека в мире. При этом современная философия свои выводы основывает на обобщении данных частных наук.

В предмет философии включается и рассмотрение вопросов о том, как  возникает, развивается и преобразуется  сама философия, как она взаимодействует  с разными формами общественного  сознания и практики.

Иными словами, в качестве предмета философии рассматривается вся совокупность наиболее общих вопросов, касающихся взаимосвязи человека и мира, ответ на которые дает возможность человеку оптимизировать реализацию своих потребностей и интересов.

Философия как особый вид духовной деятельности и система знаний связана  с общественно-исторической практикой  людей, будучи ориентированной на решение  определенных социальных задач, стремится  дать целостное представление о  мире, о материальных и идеальных  процессах, об их взаимодействии, о  познании и преобразовании действительности в ходе практической деятельности.

Выполнение философией своего назначения предполагает реализацию ею целого ряда взаимосвязанных функций, через  которые реализуется ее назначение.

Наиболее существенными из них выступают:

Мировоззренческая функция способствует формированию целостности картины мира, представлений об его устройстве, месте человека в нем, принципов взаимодействия с окружающим миром.

Эта функция философии считается одной из важнейших. В ней проявляется способность философии выступать основой мировоззрения, которое представляет собой целостную устойчивую систему взглядов о мире и закономерностях его существования, о явлениях и процессах природы и общества, имеющих значение для поддержания жизни общества и человека. Мировоззрение личности выступает в виде совокупности чувств, знаний и убеждений. Особую роль в мировоззрении человека играют представления о принципах, которые определяют его отношения к миру, обществу и самому себе.

Методологическая функция заключается в том, что философия вырабатывает основные методы познания окружающей действительности.

Мыслительно-теоретическая функция выражается в том, что философия учит концептуально мыслить и теоретизировать – предельно обобщать окружающую действительность, создавать мыслительно-логические схемы, системы окружающего мира.

Гносеологическая – одна из основополагающих функций философии – имеет целью правильное и достоверное познание окружающей действительности (то есть механизм познания).

Роль критической функции – подвергать сомнению окружающий мир и существующее значение, искать их новые черты, качества, вскрывать противоречия. Конечная задача данной функции – расширение границ познания, разрушение догм, окостенелости знания, его модернизация, увеличение достоверности знания.

Аксиологическая функция философии (в переводе с греческого axios – ценный) заключается в оценке вещей, явлений окружающего мира с точки зрения различных ценностей – морально-нравственных, этических, социальных, идеологических и др. Цель аксиологической функции – быть «ситом», через которое пропускать все нужное, ценное и полезное и отбрасывать тормозящее и отжившее. Аксиологическая функция особенно усиливается в переломные периоды истории (начало средних веков – поиск новых (теологических) ценностей после крушения Рима; эпоха Возрождения; Реформация; кризис капитализма конца XIX – начала ХХ вв. и др.).

Социальная функция – объяснить общество, причины его возникновения, эволюцию современное состояние, его структуру, элементы, движущие силы; вскрыть противоречия, указать пути их устранения или смягчения, совершенствования общества.

Воспитательно-гуманитарная функция философии состоит в том, чтобы культивировать гуманистические ценности и идеалы, прививать их человеку и обществу, способствовать укреплению морали, помочь человеку адаптироваться в окружающем мире и найти смысл жизни.

Прогностическая функция заключается в том, чтобы на основании имеющихся философских знаний об окружающем мире и человеке, достижениях познания спрогнозировать тенденции развития, будущее материи, сознания, познавательных процессов, человека, природы и общества.

Рассмотрение функций  философии как реализации направлений  ее назначения предоставляет основание  для выделения в ней особых разделов или элементов ее структуры.

Что касается структуры философии, то она до сих пор точно не определена. Наиболее распространена её трактовка как состоящей их трёх тесно друг с другом связанных частей (уровней):

• онтологии (учении о бытии),
• гносеологии (учение о познании)
• аксиологии (всеобщая теория ценностей).

На онтологическом уровне решаются проблемы наиболее общих взаимоотношений между миром и человеком. Человек как особая мыслящая структурная единица бытия и реального мира необходимо вступает с ним во взаимодействие. Это приводит человека к постановке вопросов о сущности мира и его происхождении, о том, что лежит в основе мира (например, материальная или духовная субстанция). Человек пытается выявить основные формы проявления мира, ставит вопросы о том, един или множественен мир, в каком направлении он развивается и развивается ли вообще. В отличие от частных наук, философия ставит эти вопросы в предельной форме, говоря о наиболее общих предпосылках бытия, о его наиболее общих закономерностях. Это порождает разнообразие философских систем по их решению онтологических проблем. Например, философы по-разному отвечающие на вопрос о том, что лежит в основе: дух или материя, дают нам идеалистическое или материалистическое решение данного вопроса. Являясь частью бытия, человек в то же время определенным образом противостоит ему и осознает это свое противостояние. Поэтому окружающий мир воспринимается как объект познания. На этом уровне, называемом гносеологическим, философия ставит вопрос о познаваемости мира. В рамках этого вопроса строится теория познания. Человек не только познает мир, но и живет в нем как его часть, эмоционально воспринимает и осознает свое существование, взаимоотношения с другими людьми, свои права и обязанности. Эти проблемы решаются на аксиологическом уровне. Здесь происходит выявление всеобщих ценностных оснований бытия человека, его практической деятельности и поведения. Аксиологию интересует человеческое отношение к бытию, а не бытие как таковое или законы его познания. Имеются и другие уровни в структуре философии. Например, праксиологический уровень связан с анализом практической деятельности человека по освоению реального бытия, предметного мира. Человек познает закономерности бытия, оценивает их значимость для своего развития и развития человечества в целом, имея возможность творчески применять полученные знания. Для каждого уровня философии характерной является определенная философская дисциплина. Однако не все дисциплины можно отнести к какому-то одному уровню. Назовем эти дисциплины, возникшие в результате дифференциации философского знания. Логика - учение о последовательном и упорядоченном мышлении. Они изучает формы выражения мыслей и формы развития знаний, приемы и методы познания, а также особые законы мышления. Философская антропология исследует проблемы природы, сущности и существования человека как особой формы бытия. Этика изучает проблемы добра. Ее цель - выявить фундаментальные, предельные основания справедливых, разумных и осмысленных действий в совместной жизни людей. Эстетика исследует сущность прекрасного, формы его проявления в искусстве и природе, а также его воздействие на воспринимающего. Социальная философия - дисциплина, связанная с выяснением вопросов о том, что такое общество, что можно отнести к общественным явлениям, как реализуют себя в общем бытии социальные закономерности. Философия языка рассматривает возникновение, развитие и функции языка, а также его значение в жизни человека и общества. Философия религии ставит вопрос о сущности феномена религиозной веры и религиозного сознания, о специфики их функционирования в обществе, о значении религии для человека.

2. Характеристика основных проблем и направлений философии 19 - нач. 20ввеков(позитивизм, материализм, философия Ф.Ницше)

Позитивизм (лат. Positivus - положительный) в качестве главной проблемы рассматривает вопрос о взаимоотношении философии и науки. Главный тезис позитивизма состоит в том, что подлинное (положительное) знание о действительности может быть получено только лишь конкретными, специальными науками.

Первая историческая форма позитивизма возникла в 30-40 г. ХIХ века как антитеза традиционной метафизике в смысле философского учения о началах всего сущего, о всеобщих принципах бытия, знание о которых не может быть дано в непосредственном чувственном опыте. Основателем позитивистской философии является Огюст Конт (1798-1857), французский философ и социолог, который продолжил некоторые традиции Просвещения, высказывал убеждение в способности науки к бесконечному развитию, придерживался классификации наук, разработанной энциклопедистами.

Кант утверждал, что всякие попытки приспособить «метафизическую» проблематику к науке  обречены на провал, ибо наука не нуждается в какой-либо философии, а должна опираться на себя. «Новая философия», которая должна решительно порвать со старой, метафизической («революция в философии») своей  главной задачей должна считать  обобщение научных данных, полученных в частных, специальных науках.

Вторая историческая форма позитивизма (рубеж XIX-XXвв.) связана с именами немецкого философа Рихарда Авенариуса (1843-1896) и австрийского физика и философа Эрнста Маха (1838-1916). Основные течения – махизм и эмпириокритизм. Махисты отказались от изучения внешнего источника знания в противовес кантовской идеи «вещи в себе» и тем самым возрождали традиции Беркли и Юма. Главную задачу философии видели не в обобщении данных частных наук (Конт), а в создании теории научного познания. Рассматривали научные понятия в качестве знака (теория иероглифов) для экономного описания элементов опыта – ощущений.

В 10-20 гг. ХХ века появляется третья форма позитивизма  – неопозитивизм или аналитическая  философия, имеющая несколько направлений.

Логический позитивизм или логический эмпиризм представлен  именами Морица Шлика (1882-1936), Рудольфа Карнапа (1891-1970) и других. В центре внимания проблема эмпирической осмысленности научных утверждений. Философия, утверждают логические позитивисты, не является ни теорией познания, ни содержательной наукой о какой-либо реальности. Философия – это род деятельности по анализу естественных и искуственных языков. Логический позитивизм основывается на принципе верификации, который означает эмпирическое подтверждение теоретических положений наука путём сопоставления их с наблюдаемыми объектами, чувственными данными, экспериментом. Научные утверждения, не подтверждённые опытом, не имеют познавательного значения, являются некорректными. Суждение о факте называется протоколом или протокольным предложением. Ограниченность верификации впоследствии выявилась в том, что универсальные законы науки не сводимы к совокупности протокольных предложений. Сам принцип проверяемости также не мог быть исчерпаем простой суммой какого-либо опыта. Поэтому сторонники лингвистического анализа – другого влиятельного направления неопозитивизма Джордж Эдуард Мур (1873-1958) и Людвиг Винтгенштейн (1889-1951), принципиально отказались от верификационной теории значения и некоторых других тезисов.

Четвёртая форма  позитивизма – постпозитивизм характеризуется отходом от многих принципиальных положений позитивизма. Подобная эволюция характерна для творчества Карла Поппера (1902-1988), пришедшего к выводу, что философские проблемы не сводятся к анализу языка. Главную задачу философии он видел в проблеме демаркации – разграничении научного знания от ненаучного. Метод демаркации основан на принципе фальсификации, т.е. принципиальной опровержимости любого утверждения, относящегося к науке. Если утверждение, концепция или теория не могут быть опровергнуты, то они относятся не к науке, а к религии. Рост научного знания заключается в выдвижении смелых гипотез и их опровержении.

Материализм (от лат. materialis — вещественный) — философское мировоззрение, в соответствии с которым материя (объективная реальность) является онтологически первичным началом (причиной, условием, ограничением), а идеальное (понятия, воля, дух и тому подобное) — вторичным (результатом, следствием). Материализм признает существование единственной субстанции — материи; все сущности образованы материей, а явления (в том числе сознание) — являются процессами взаимодействия материальных сущностей.

Материальное  — всё, что принадлежит действительности (объективной реальности) и отображается ощущениями субъекта, существуя независимо от них. Состояние материальных объектов обуславливается только действием  физических сил (гравитационные, электромагнитные, слабые и сильные взаимодействия и т. п.). В отличие от термина  «действительность», термин «материальное» носит онтологический оттенок.

Противоположностью  материального является всё, относящееся  к идеальному, то есть, относящееся к субъективной части реальности, которая существует в (сильной) зависимости от субъекта («нематериальное»). Основной (часто единственной) причиной идеального является субъект. К идеальному относят мысли, эмоции, смысл текста и т. п.

Следует отметить, что идеальное и материальное имеет диалектическую взаимосвязь, то есть с течением времени материальное становится причиной идеального, которое  становится причиной нового материального  состояния. Неверно утверждать, что  только материальное является причиной идеального.

Нужно учитывать, что следствием применения критерия Поппера к философскому всеобъемлющему понятию является невозможность  научными методами ни опровергнуть материализм, ни строго доказать его. Многие идеалистические  и материалистические предстваления оказывались опровергнутыми развивающимся научным знанием. Например, теория биологической эволюции опровергает идеалистические представления о разумном («по образу и подобию», с целью, по замыслу) сотворении человека и других живых организмов, ушли в прошлое и вполне материалистические представления о теплороде или геоцентрическая система мира. В то же время для науки характерна опора на объективные материальные явления и процессы, хотя целью науки и не является доказательство или опровержение какой-либо философской концепции.

Развитие материализма можно проследить во всей истории  западной мысли от самого её возникновения  и встретить повсюду в истории  философии. В том числе, и в  истории восточной философии (Китай, Корея, Япония, Индия).

В античности еще  Фалес Милетский считал, что все  возникает из воды и в неё превращается.Анаксимен полагал, что все возникает из воздуха. Гераклит считал, что все возникает из огня. Наиболее последовательно проводили материалистическую линию Левкипп, Демокрит, Эпикур и Лукреций Кар. Для античного материализма, особенно для Эпикура, характерен упор на личное самосовершенствование человека: освобождение его от страха перед богами, от всех страстей и приобретение способности быть счастливым в любых обстоятельствах. По мнению, некоторых исследователей глубокие исторические корни имеет материалистическая традиция в Китае. Видным представителем этой традиции считается философ Ван Чун.

В современном  смысле материализм зарождается начиная с работ Томаса Гоббса. Бурного расцвета материализм достигает в эпоху французского Просвещения (Ж. Ламетри, П. Гольбах, Д. Дидро), но он в этот период остаётся механистическим и редукционистским (то есть склонён отрицать специфику сложного, сводя его к простому). Английскую материалистическую мысль в это время представляют такие мыслители как Джон Толанд, Антони Коллинз, Давид Гартли и Джозеф Пристли. Определяющее влияние на европейскую философию материализм приобретает в XIX веке (К. Маркс, Ф. Энгельс, Л. А. Фейербах, Д. Ф. Штраус, Я. Молешотт, К. Фогт, Л. Бюхнер, Э. Геккель, Е. Дюринг).

Соединение гегелевской  диалектики и материализма началось почти одновременно в России (А. И. Герцен, Н. Г. Чернышевский и другие) и в Западной Европе (Маркс, Энгельс). Диалектический материализм Маркса и Энгельса, в отличие от всех остальных видов материализма, не сводит материю только к веществу. Материя охватывает и физические поля, и происходящие процессы. С  учётом накопленных естествознанием  знаний, Ленин дал новое определение: материя — это «…философская  категория для обозначения объективной  реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них» (Ленин В. И. Полное собрание сочинений, том 18, стр. 131).

Долгое время  считалось, что ход истории обусловлен лишь субъективной волей и поступками руководителей и не имеет отдельной  самостоятельной объективной направленности. Гегель в своей работе «Философия истории» предположил, что в основе исторического процесса лежит саморазвивающееся  идеальное начало, высшая идея, которая  становится объективной необходимостью для всех остальных. Исторический материализм  окончательно отбросил опору на идеализм. Маркс считал, что причиной и движущей силой исторического развития являются внутренние противоречия в производственной сфере, которые с развитием общества приобретают форму классовой борьбы. Эта причина объективна и, фактически, не зависит от конкретных людей, участвующих в исторических процессах. Естественнонаучный материализм. Как особый вид материализма выделяют естественнонаучный материализм, получивший распространение в естествознании XIX—XX вв.

Философия Ф. Ницше

Философское учение Ф. Ницше (1844-1900) непоследовательно и противоречиво, но оно едино по духу, тенденции  и цели. Оно не исчерпывается рамками  философии жизни. Его основные работы: «Так говорил Заратустра» (1885), «По  ту сторону добра и зла» (1886) и  другие. Ранний Ницше находился под  влиянием Шопенгауэра, но в отличие  от последнего вопросам бытия и познания уделял гораздо меньшее внимание. Его творчество в основном посвящено  критике европейской культуры и  проблемам морали. Нерациональная воля, «жизнь» в ее противоположности  научному разуму образует исходную реальность. Мир есть мир нашей жизни. Независимый  от нас мир не существует. Мир  рассматривается в процессе непрерывного становления, это мир постоянной борьбы за существование, столкновения воль. Ницше, как и другие философы-современники, биологизирует мир, который для него в основе – «органический мир». Становление его - проявление воли к власти, которая и порождает относительно устойчивый порядок действительности, так как большая воля побеждает меньшую. В отличие от Шопенгауэра Ницше исходит из плюрализма воль, их борьба формирует действительность. «Воля» понимается конкретнее – как воля к власти. Наконец, он отстаивает необходимость укрепления воли, критикуя Шопенгауэра за его стремление  успокоить последнюю. Необходимо стремиться не к небытию, а к полноте жизни – таков принцип философии Ф. Ницше. Он критически относится к идее развития: есть лишь становление и «вечное возвращение». Периодически наступает эпоха нигилизма, воцаряется хаос, отсутствует смысл. Возникает необходимость воли, появляется примирение с самим собой и мир снова повторяет сам себя. Вечное возвращение – судьба мира, на ее основе складывается «любовь к року». Познание мира недоступно логике, обобщающей науке, познание - средство овладения миром, а не получения знания о мире. Истина – лишь «полезное заблуждение». В процессе познания мы не проникаем в сущность мира, а лишь даем интерпретацию мира, воля к власти проявляется в создании своего «мира» человеческим субъектом.

Критикуя современную  ему культуру, Ницше отмечает особое историческое место своей эпохи. Это эпоха, когда «Бог умер», и  Ницше провозглашает новую эру  прихода сверхчеловека. Его Заратустра – пророк этой идеи. Современный  человек слаб, он есть «нечто, что  нужно преодолеть». Христианская религия  как религия сострадания –  религия слабых, она ослабляет волю к власти. Отсюда антихристианство Ницше (при высокой оценке личности Иисуса). Христианская церковь, считает он, все перевернула («любую истину превратила в ложь»). Необходима «переоценка ценностей». Переоценке подлежит и традиционная мораль. Современная мораль – эта мораль слабых, «рабов», это орудие их господства над сильными. Один из виновников морального переворота - Сократ, и поэтому Ницше идеализирует досократиков, у которых мораль не была еще извращена. Ницше превозносит аристократическую мораль, которой присущи отвага, щедрость, индивидуализм. В ее основе - связь человека с землей, радость любви, здравый рассудок. Это и есть мораль сверхчеловека, сильного, свободного человека, который освобождается от иллюзий и реализует высокий уровень «воли к власти», возвращаясь «к невинной совести хищного зверя». Декларируемый Ницше «аморализм» и связан с заменой «морали рабов» на «мораль господ». Новая мораль, по сути, - новая интерпретация мира. Философия Ницше нередко получала неоднозначные оценки: ее пытались использовать идеологи фашизма, в ней видели идеологию империалистической буржуазии. В то же время она оказала влияние на ряд течений в современной философии и культуре.

3. Задача

Определите  социально-философскую оценку истории  человечества, выраженную вследующем высказывании Н.Я. Данилевского: « Мы возвели Европу в сан нашей МарьиАлексеевны, верховной решительницы достоинства наших поступков...»:

-европоцентризм;

-евразийство;

-сбциоцентризм.

Высказывание Н.Я. Данилевского определяет европоцентризм.

По образованию Данилевский  был ботаником, по роду деятельности – статистиком. Причем отличным. Он совершил пятнадцать экспедиций и умер в последней из них в Грузии, занимаясь подсчетами рыбных запасов. Все остальные его работы называются достаточно научно, как, например, «Климат Вологодской губернии» или двухтомный «Дарвинизм», где он в пух и прах разнес теорию естественного отбора знаменитого англичанина. Вряд ли эти опусы кто-то сегодня вспомнил бы, не будь другой, главной книги Данилевского с завлекательным названием «Россия и Европа».

Ее он, кстати, написал  на территории нынешней Украины –  в Крыму, где купил небольшое  имение Мшатка на Южном берегу. Это сегодня цены на землю в районе ЮБК зашкаливают, а тогда усадьба стоила сущие копейки. Она состояла из огромного сада и развалин барского дома, который французы сожгли в Крымскую войну. Тут, на юге, сидя среди руин на фоне роскошной крымской природы, Данилевский и начал свой знаменитый труд о необходимости завоевания Россией Константинополя. Он требовал, ни более ни менее, как водружения православного креста на захваченной турками святой Софии: «Каким дух занимающим восторгом наполнило бы наши сердца сияние нами воздвигнутого креста на куполе святой Софии!»

Константинополь для Данилевского – это «цель стремлений русского народа с самой зари его государственности, идеал просвещения, славы, роскоши  и величия для наших предков, центр православия, яблоко раздора  между нами и Европой»...

То ли автор уловил дух  эпохи – оформил на бумаге мысли, буквально носившиеся в воздухе, то ли бросил в почву готовое прорасти зерно, но его книга стала таким  же определяющим русскую политику империи  трех последних Романовых идеологическим текстом, как «Капитал» для марксистов или «Майн Кампф» для Третьего рейха – поистине, Евангелием панславизма.

Данилевский принадлежал  к тому первому поколению европейски образованных русских людей, которые  разочаровались в Европе. Их прадедушки при Петре I у Европы учились, их дедушки  и бабушки подражали парижским  модам и радостно подхватывали любой  интеллектуальный вирус, порожденный  европейским климатом: масонство  – в Лондоне, вольтерьянство –  в Париже, католический мистицизм  – в Риме. Их отцы, вернувшись из заграничных походов против Наполеона, привезли в своих офицерских ранцах и гусарских ташках декабризм. А  дети уже слишком хорошо познали  Запад, чтобы ему доверять.

Современниками Данилевского были Лев Толстой, которого тошнило  от доморощенного русского «европейства», великий евроскептик Федор Достоевский, высмеивавший в своих романах «новых людей», отравленных европейскими «измами», и сибарит Константин Леонтьев – русский дипломат, считавший, что современная ему Россия так хороша, что ее нужно не развивать, а только «заморозить» – чтобы не разлагалась.

Все они были детьми Крымской войны, наглядно показавшей России, что  Европа – это не только Вольтер  и просвещение, но, прежде всего, пушки, солдаты и паровые корабли, рыскающие  у русских берегов. Варварская бомбардировка  англичанами Одессы, разрушенный  дотла Севастополь, предательство  Австрии, которую всего за несколько  лет до этого Николай I спас от венгерской революции и полного развала, доказало им, что причины европейской  русофобии не в том, что русские  – варвары, а в том, что эти  «варвары» способны в одиночку сражаться  со всей Европой.

Вывод, сделанный Данилевским, был логичен и прост. Европа плюет  на нас? Значит, и мы плюнем на Европу. «Мы возвели Европу в сан нашей  общей Марьи Алексеевны, – писал  он, – верховной решительницы достоинства наших поступков. Вместо одобрения народной совести, признали мы нравственным двигателем наших действий трусливый страх перед приговорами Европы, унизительно-тщеславное удовольствие от ее похвал».

«Возьмем определенный, всем известный пример, – продолжал  Данилевский. – Европа обвиняет нас  в честолюбивых видах на Константинополь, и мы стыдимся этого обвинения, как  будто и в самом деле какого-то дурного поступка. Англия завладела  чуть не всеми проливами на земном шаре; а по отношению к нам считается  непозволительным хищничеством добиваться свободного входа в наш собственный  дом, обладание которым при том  сопряжено с лежащей на нас  нравственной обязанностью – выгнать  турок из Славянской и Греческой  земли».

Скромный статистик отлично  разбирался в геополитических вопросах: «Входы и выходы из Балтийского моря не в наших руках и попасть  в наши руки никоим образом не могут. Мы не можем, следовательно, по нашему произволу оказывать влияние  на ход всемирных событий нашею  балтийскою морскою силою»...

Почему, спрашивается? Да потому, что Балтика чуть ли не полгода  скована льдом. На ней можно только обороняться. Но выйти на широкий оперативный простор невозможно по природным причинам. Следовательно, «одно Черное море в состоянии дать России силу и влияние на морях». Но только в том случае, если у Турции будет отнят Константинополь: «Такой укрепленный морской лагерь, единственный в целом мире, и дает России природа в Черном море, с его рядом дефилей – Дарданеллами и Босфором и Керченским проливом, с передовым плацдармом – Мраморным морем; с обширным внутренним пространством, самим Черным морем – как бы рейдом, в котором флот может обучаться и приобретать всю необходимую морскую практику; с цитаделями в Керченской и Севастопольской бухтах; с запасными арсеналами в Николаеве».

Обладание Черноморскими  проливами даст России ключ к господству над Европой, Азией и Африкой: «При удобном случае флот может делать вылазки; разгромлять неприятельские эскадры, которые ему под силу; защищать Адриатическое и Эгейское прибрежье; высылать крейсеров в Средиземное и Красное море; угрожать Суэцкому каналу, Мальте, Тулону; укрываться в случае неудачи или перед превосходными неприятельскими силами в свое недоступное убежище; устраиваться и комплектоваться там на просторе и выступать на новые подвиги при изменившихся благоприятствующих обстоятельствах, всегда располагая выбором удобного времени».

Иными словами, Данилевский  предлагал России занять место уничтоженной турками Византийской империи. Что  останется у евроатлантистов в Евразии из ключевых точек, если Россия выйдет в Босфор и Дарданеллы? Да ничего! Только Гибралтар у британцев. Но обладание им станет бессмысленным, если базирующийся на Константинополь русский флот нанесет удар по Суэцкому каналу и перекроет судоходство в Средиземном море. Данилевский предавал гласности ночные кошмары британского адмиралтейства и предугадывал аналогичный ужас в Вашингтоне уже в наши дни. Царьград – не просто город с громким названием. Это действительно ключ к мировому господству. В ослабевшей руке прозападной Турции этот ржавый ключ ничего не откроет. Только запрет Россию в Черноморской луже. Но стоит вырвать его у старого карлика и тогда перед славянской империей откроются небывалые перспективы.

Следует напомнить, что свой труд Данилевский писал в то время, когда в Европе было только одно независимое славянское государство  – Россия. Все прочие были порабощены либо Австро-Венгрией, либо Турцией, которых  автор «России и Европы» считал живыми мертвецами – потенциальными «вампирами и вурдалаками», которые, «хоть и не легли еще в свои могилы, а сидят между живыми, но давно уже смердят и заражают политическую атмосферу гнилыми миазмами. О, как взыграет славянское сердце, когда Россия, поняв свое историческое призвание, с честью погребет и этих мертвецов, насыплет над ними высокий могильный холм, заострит осиновый кол и забьет его по самую маковку, – чтобы на месте-пусте заиграла широкая, самобытная славянская жизнь!»

Царьград, по мысли автора, должен был стать столицей не России, а всего Всеславянского союза, а  мир – освободиться от ига англосаксов  и перейти под владычество  более молодого суперэтноса – славян. Таким образом, со времени выхода в свет «России и Европы» панславизм превратился в смертельно опасную для Запада идеологию. Ею он остается и до сих пор.

Ведь если чехи, словаки, хорваты, болгары, поляки почувствуют  себя не гражданами Евросоюза, а прежде всего славянами, Западу придет конец. Не Лондон и Нью-Йорк будут править  миром, а Царьград.