Предмет и система коллизионного права

Содержание

Введение.................................................................................................................... 3

1 Развитие  коллизионных идей и концепций........................................................ 5

2 Предмет и система коллизионного права.......................................................... 11

3 Нормы коллизионного  права.............................................................................. 13

Заключение.............................................................................................................. 18

Список использованной литературы..................................................................... 21

Введение

Жизнь общества и государства, как и граждан, требует упорядоченности и стабильности. Без правил поведения нельзя наладить совместное существование и деятельность людей. Право, как известно, и выступает официально установленным сводом формализованных норм общественного поведения. Это признано всеми, к этому привыкли, это соблюдается.

Современное российское законодательство находится в стадии интенсивного формирования, вызванного сменой приоритетов государственно-правового развития страны. Одним из них является обеспечение полноты и качества правового регулирования общественных отношений. По этим причинам активно меняется содержание нормативных правовых актов, их формы и соотношение с другими источниками права. В системе права появляются разнородные противоречия, несогласованности и дефекты.

Возникает обширное поле юридических противоречий - в правовых теориях, правовых взглядах, актах и юридических действиях. Потребности в нормах, действующих по «отклонениям», в процедурах регулирования коллизионных ситуаций, в специальном анализе так называемых спорных правоотношений и юридических коллизий становятся все более насущными.

Имеется немало полезных научных трудов в данной сфере, накоплен большой социальный опыт преодоления юридических противоречий. И, тем не менее, в юридической науке не выработан системный подход к анализу данного явления. Общественная практика не вооружена необходимым инструментарием.

Исследование проблематики юридических коллизий имеет не только теоретико-прикладной смысл. Изучение их основ и овладение навыками анализа коллизионных и конфликтных ситуаций и приемами правильного применения набора средств для их преодоления является актуальной задачей.

Цель данной работы состоит в том, чтобы на основе анализа литературных источников сопоставить различные подходы к коллизиям в праве, дать наиболее общее понятие коллизии, изучить предмет и нормы коллизионного  права.

Как показал анализ литературы по теме контрольной работы, проблемой изучения коллизий  занимались многие специалисты. Среди них такие известные ученые -правоведы, как Ю.А. Тихомиров, С.С. Алексеев, Н.И. Матузов, М.В. Баглай, А.Я. Курбатов, Я.М. Семенова, И. Салеев, Е. Леанович и другие.

1 Развитие коллизионных идей и концепций

     Конфликты, споры и  столкновения людей существовали  во все времена. Их всегда пытались  осмыслить и найти средства  предотвращения и разрешения. Еще  великие мыслители античности  стремились понять противоречия  в мире и роль законов в  их преодолении. Платон в 12 книгах «Законы» в своих беседах признает, «что все находятся в войне со всеми как в общественной, так и в частной жизни, и каждый с самим собой»1.  По его мнению, благоустроенное государство и его добрые законы должны служить примирению и устранению междоусобиц, а законодателю следует и поучать граждан, и определять, что хорошо и что дурно в каждом отдельном случае. Собеседники Платона все же отмечали, что внутренние состояния влекут людей в разные стороны и побуждают к противоположным действиям. А это и служит разграничению добродетели и порока. Государство, видя эти противоположные нити, должно разумом «освятить» Закон и сделать его основой для внутренних отношений и при сношениях с другими государствами2.   

      Великий мыслитель  Л. Н. Толстой шел другим путем  в понимании зла и принуждения. Его известная теория непротивления  злу насилием исходила из абсолютной  критической оценки всякого насилия. Он писал: «Ничто так не мешает  улучшению жизни людей, как-то, что  они хотят улучшить свою жизнь  делами насилия. Насилие же людей  над людьми более всего отвлекает  людей от того… чтобы стараться  самим становиться лучше»3. Л. Н. Толстой отвергал «насильническое устройство» с помощью законов и признавал ненадобность учреждений, которыми людей заставляют подчиняться насильно. По его мнению, уголовные законы более всего другого поддерживают в народе суеверие разумности мести4.

     В истории отечественной  и зарубежной правовой мысли  проблема юридических коллизий  чаще всегда выдвигалась и  решалась скорее косвенно, в связи  с анализом соотношения правовых  актов и их действия. Известный  правовед середины XIX в. К. А. Неволин в «Энциклопедии законоведения» раскрывает природу и виды законов, выделяя среди них законы определительные, устанавливающие права и обязанности членов общества и общества к его членам и другим обществам, и законы охранительные. Последние предназначены для предупреждения нарушений прав, пресечения нарушений, восстановления нарушенных прав в их прежней силе и действии5.

     Крупнейший ученый-юрист  прошлого века Р. Иеринг в своей работе «Борьба за право» обосновал подход к праву как законно защищаемому интересу. Право есть цель и средства ее достижения, и эти средства используются в борьбе против неправды. Всякое правовое положение встречается с противоположным положением, и должно его уничтожить и ограждать себя. Поддержание такого порядка есть ни что иное со стороны государства, как непрерывная борьба против беззакония, которое стремится его нарушать.

     Ограждение права  есть долг и по отношению  к обществу, и в этом заключено  единство права в объективном  и субъективном смысле. Правовое  положение должно притязать и  быть утвержденным и реальным. Осуществление общественного права  зависит от государства и чиновников, а частного права – от мотивов  и действий, от интереса и правового  чувства человека. Каждый тем  самым защищает и общий интерес, правовой порядок. Идет спор, борьба  за закон. Здесь налицо солидарность  закона и конкретного права. В  другой своей работе «Цель  в праве», Р. Иеринг еще раз признает интерес основанием для определения права в субъективном смысле6.

     Справедливо заметить, что первоначально сам термин «коллизия» учеными-правоведами не использовался. Чаще всего в своих работах они употребляли категорию «столкновение». Так, представитель русской правовой мысли XIX века Э. Ваттель, в своих работах говорит о возможности возникновения столкновения между двумя законами, обещаниями или договорами в том случае, когда невозможно выполнить оба одновременно7. В трудах иных ученых XIX века также упоминается данная категория. К примеру, К. И. Малышев называл коллизиями положения нормативных актов, действующих на территориях разных областей, касающиеся разрешения одного вопроса8; дореволюционный цивилист Д. И. Мейер к числу коллизий относил ситуации с применением в России норм, воспринятых из других правовых систем9.

     Проблема юридических  коллизий в советском государстве  рассматривалась через призму  международного частного права. М. М. Богуславский по поводу этого заметил: «Коллизионная проблема… характерна, прежде всего, для международного частного права… Она составляет основное содержание этой правовой отрасли…. В других отраслях проблемы коллизий  имеют второстепенное, подчиненное значение»10. Подобной точки зрения придерживается и Ю. А. Тихомиров, указывая на то, что «международно-правовой и сравнительно-правовой аспекты проблемы юридических коллизий в советском государстве почти не выделялись ввиду закрытости советской системы. Лишь международное частное право и его нормы оставались «открытой дверью»11.

     Думается, что подобное  отношение советской юридической  науки к исследуемой проблематике  обусловлено идеалистичным (далеким  от реальности) отношением к системе  социалистического права в целом. По мнению М. С. Строговича, предположение относительно того, что противоречия присущи лишь буржуазному праву,  в социалистическом же праве противоречий нет или они имеют несущественный лишь технико-законодательный характер неверно, поскольку в этом случае приукрашивается действующее право, затушевываются имеющиеся в нем недостатки и пробелы12. Подобной точки зрения придерживается и М. Т. Баймаханов, отмечая что, «из-за признания особого характера правовой надстройки, а также взаимоотношений правовых явлений при социализме было бы неправильно делать вывод об отсутствии противоречий в сфере правового регулирования в нашем обществе. Такое мнение, господствовавшее длительное время, несомненно, нанесло известный вред практике правового строительства. Оно не ориентировало на активное выявление и изучение реальных противоречий, возникающих в сфере правового регулирования, в результате чего меры по их своевременному и успешному разрешению разрабатывались и осуществлялись от случая к случаю»13.

     Во второй половине  прошлого века термин коллизия  стал использоваться и применительно  к национальной системе права. Так, С. С. Алексеев отмечает что, «между отдельными нормативными актами могут возникать противоречия, «столкновения». Такие противоречия и называются коллизиями»14.

     Д.А. Керимов использует  термин «коллизия» для обозначения  несоответствия между содержанием  разных государственно-властных  предписаний, одновременно призванных  урегулировать одно и то же  общественное отношение15.

     Весьма глубокое понимание  механизма возникновения и развития  юридических противоречий содержится  в крупном исследовании противоречий  в правовой надстройке казахского  ученого-юриста М. Т. Баймаханова. Им проведен обстоятельный анализ противоречий в формировании, развитии функционировании социалистического общества, дана разработка вопросов противоречий в формировании и развитии социалистического права, раскрыты противоречия в процессе реализации права, однако определения исследуемой категории он не дает16. 

     В конце прошлого  столетия, исследования понятия  «правовая коллизия» приобрели  несколько иные масштабы. Так, в связи с изменением представлений о праве вообще, когда наряду с позитивным правом и нормативистскими  представлениями о нем, отчетливее выделяются начала естественного права и проводится разграничение права и закона17, проблема юридических коллизий исследуется несколько иначе: исследуются коллизии в праве и коллизии в системе юридических норм (законодательстве)18. Кроме того, этот период характеризуется интенсивным развитием теории конфликтов и становлением такого самостоятельного научного направления, как юридическая конфликтология19, в рамках которой некоторые ученые также занимаются исследованием проблемы юридических коллизий20.

     Важно отметить, что некоторыми теоретиками права, в виду особой важности проблемы коллизионности, высказываются предположения о том, что «на рубеже XX-XXI вв. созрели условия для формирования и развития  новой отрасли права – коллизионного права»21. Подобные предположения небеспочвенны, так как конституционная формула  «федеральное коллизионное право» (п. «п» ст. 71)22 является юридической предпосылкой  для формирования такой отрасли в системе российского права. Справедливо отметить, что впервые на столь высоком законодательном уровне было провозглашено о необходимости формирования федерального коллизионного права. Данное конституционное положение в равной степени значимо абсолютно для всех отраслей российского права, однако претворение его в жизнь так и не осуществлено. Практически ни у одной отрасли в системе российского права, на сегодняшний день, не существует собственного коллизионного механизма, хотя предпосылки к тому есть. Некоторые коллизионные нормы содержатся в самой Конституции РФ, к примеру,  в п.п. 5 и 6 ст. 76 Конституции Российской Федерации.

2. Предмет и система коллизионного  права.

Впервые мы сталкиваемся с упоминанием категории «коллизионное право» в работах Ю. А. Тихомирова. На современном этапе, по его мнению, создание такой супер-отрасли права требуют реальные общественные процессы, а именно:

 Во-первых, усложнение и дифференциация  макро и мини-правовых систем обостряет и придает бесспорную самодостаточность их межсистемно-правовым отношениям, включая совмещение, включая совмещение регуляторов этих отношений.

Во-вторых, концентрация, «плотность» совмещаемых правовых регуляторов придает их объекту смысл самостоятельных общественных отношений. Коллизионные и конфликтные отношения и ситуации требуют устойчивых критериев, способов и механизмов их разрешения.

В-третьих, стало очевидным возникновение и развитие общих, типичных спорных ситуаций и норм, имеющих к ним отношение.

В-четвертых, обострилась познавательная и прагматическая потребность, как в национальном, так и мировом масштабах, в создании в рамках общей теории конфликтов такой ее разновидности, как коллизионное право. Ей должны быть присущи свой предмет, система, принципы регулирования, понятия.

В-пятых, конституционная формула «федеральное коллизионное право» является юридическим ориентиром и стимулом для формирования такой отрасли права.

В-шестых, понимание коллизионного права как супер-отрасли, как нового правового комплекса ни в коей мере не объединяет и не ставит под сомнение традиционные отрасли права. Не происходит какого-либо «изъятия» их норм, актов, институтов. Его формирование и развитие, напротив, придает новые моменты регулированию в данной сфере. Речь идет, во-первых, о важной роли общих принципов и институтов коллизионного права в обеспечении комплексного регулирования так называемых спорных правоотношений. Во-вторых, традиционные отрасли права получают дополнительные стимулы к расширению своих предметов, внутренних и внешних связей. В-третьих, обогащается системность регулирования за счет органического сочетания норм национального и международного права. В-четвертых, повышается эффективность регулирования за счет применения превентивных, наказательных и восстановительных средств обеспечения правового порядка23.

Коллизионное право представляет собой своеобразную комплексную супер-отрасль права предметом правового регулирования которой, являются общественные отношения, регулирование которых вызывает разногласия и споры. Предмет коллизионного права образуют как предвидимые спорные отношения, так и динамично возникающие отношения, по поводу которых у участников складываются разные взгляды и позиции.

 Можно выделить следующие особенности присущие коллизионному праву:

1. оно охватывает своим воздействием все фазы развития коллизий и конфликтов;
2. гибко регулирует подвижные и сменяющие друг друга различные коллизионные ситуации, создавая длящийся правовой режим для их преобразования;
3. коллизионное регулирование распространяется на все сферы государственной жизни, что означает использование всех находящихся в его арсенале средств воздействия разных отраслей права24.

3.Нормы коллизионного  права.

В процессе правоприменения часто складывается ситуация, когда несколько правовых норм могут быть направлены на регулирование одних и тех же общественных отношений, при чем содержание одной правовой нормы противоречит содержанию правового предписания содержащегося в другой  - возникает коллизионная ситуация. В такой ситуации правоприменителю сложно принять верное решение, поскольку при совпадении предмета правового регулирования сразу несколько правовых норм претендуют стать потенциальными регуляторами сложившихся общественных отношений.   

     Коллизионное право как раз та отрасль права, которую образуют правовые нормы, призванные способствовать преодолению и устранению коллизий в праве. В него включаются нормы коллизионного права, действующие в разных сферах. Их нельзя отождествлять с коллизионными нормами, характерными для международного частного права.

     По мнению Ю. А. Тихомирова коллизионное  право включает в себя следующий  комплекс правовых норм:

а) материальные предметные нормы, определяющие права, обязанности и ответственность граждан и юридических лиц, государства;

б) нормы-принципы, дающие четкую ориентацию для нормального правотворчества;

и специальные коллизионные нормы:

в) нормы-приоритеты;

г) нормы-доминанты;

д) нормы-запреты;

е) нормы-предпочтения;

ж) нормы-санкции;

з) процедуры использования указанных норм25.

К нормам-принципам относятся правовые нормы закрепляющие общеправовые принципы: а) общие начала правовой системы и законодательства; б) официальная классификация нормативных правовых актов, в т.ч. законов; в) критерии выделения и соотношения отраслей, подотраслей законодательства, правовых институтов, правовых актов; г) ведущее положение Конституции как основы законодательства; д) общие научные понятия и юридические термины.

Нормы-приоритеты означают преобладающую меру юридической силы одного акта в сравнении с другим. Таковы приоритеты федеральной Конституции перед федеральными законами и иными актами, перед конституциями и уставами субъектов РФ, приоритеты федеральных и региональных актов друг перед другом - пп. 5, 6 ст. 76 Конституции РФ. Есть приоритеты конституций и уставов субъектов РФ перед другими региональными актами, конституционных законов перед обычными законами, международных договоров перед национальными законами, законов перед подзаконными актами. Существует иерархия актов в системах управления в зависимости от места органа, принимающего акт.

Для норм-приоритетов характерна своего рода "признаваемая презумпция", когда установление критерия их однозначного выбора из суммы "сталкивающихся" норм предполагает официальное подтверждение. Государственный орган в соответствии с процедурой разрешения споров рассматривает коллизионную ситуацию, сопоставляет разные акты и нормы, оценивает основания, достаточные или не достаточные для подтверждения приоритета нормы, ранее установленного как бы потенциально.

Все указанные принципы и нормы-приоритеты носят характер конституционных и законодательных презумпций. Одни - официально установлены, служат нормативной ориентацией и одновременно запретом, нарушение которого влечет признание акта или действий неконституционными. Другие - требуют признания официальным путем, в том числе  путем толкования. Третьи - подтверждения в коллизионных ситуациях в судебных и иных решениях.

Подобные принципы и нормы получают более подробную регламентацию в законах о нормативных правовых актах, принятых как на федеральном, так и региональном уровнях.

В многолетней правовой практике утвердились и другие, более специальные принципы соотношения актов и норм. Еще раз подчеркнем: последний по времени принятия сходный закон имеет приоритет перед ранее принятым законом. Правда, это порождает нередко нигилистическое отношение к праву и ведет к разрыву правопреемственности. Не лучше ли точно определять, какой правовой акт и в какой части сохраняет юридическую силу? Действует также правило о том, что специальные предписания имеют приоритет перед общими предписаниями. Но и оно должно быть более строгим по своему объему.

Кроме общеправовых установлены и внутриотраслевые юридические приоритеты. Например, в ст. 3 Бюджетного кодекса РФ есть нормы о том, что в случае противоречия между кодексом, актами, относящимися к структуре бюджетного законодательства, и другими нормативными правовыми актами, применяются этот кодекс и акты, указанные в ст. 2 БК РФ (ст. 3). В ст. 2 установлено, что иные акты бюджетного законодательства не могут противоречить кодексу. Как видно, налицо норма-доминант и норма-запрет.

Существуют юридические приоритеты в регулировании смежных отношений. В Гражданском кодексе РФ закреплено важное положение - нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать указанному кодексу. Имеются в виду федеральные законы, входящие в структуру гражданского законодательства (п. 2 ст. 3). В отношении регулирования имущественных отношений на "стыке" с административным, финансовым правом сделана оговорка о неприменении норм гражданского законодательства, если иное не предусмотрено законодательством.

Правоприменительная практика ориентируется на соблюдение установленных соотношений между законодательными актами. Довольно часто в последние годы данное явление наблюдается в отношении доминирующей роли ГК РФ. Достаточно сослаться на постановление Конституционного Суда РФ от 23 февраля 1999 г. по делу о проверке конституционности части второй ст. 29 ФЗ от 3 февраля 1996 г. "О банках и банковской деятельности" в связи с жалобами граждан. Речь шла о допустимости действий банков в одностороннем порядке снижать размер процента по вкладу на основе части второй ст. 29 названного федерального закона. Между тем ГК РФ не допускает к разрыву правопреемственности. Не лучше ли точно определять, какой правовой акт и в какой части сохраняет юридическую силу? Действует также правило о том, что специальные предписания имеют приоритет перед общими предписаниями. Но и оно должно быть более строгим по своему объему.

В законодательстве отражено правило о приоритете норм специального отраслевого законодательства в отношении регулирования смежных отношений. Такие правила содержатся в Семейном кодексе РФ.

Семейное законодательство, как известно, относится к предметам совместного ведения Федерации и ее субъектов (п. "и" ст. 72 Конституции РФ). Поэтому в ст. 3 СК РФ установлено: нормы семейного права, содержащиеся в законах субъектов Федерации, должны соответствовать указанному кодексу (п. 2 ст. 3). То же относится и к федеральным законам, действующим в данной сфере.

Весьма важной линией зависимостей правовых актов является соотношение закона и подзаконного акта. Оно выступает как определяющий фактор в формировании и развитии всего правового массива. Причем верховенство закона признано в качестве главного проявления принципа верховенства права. Конституционное закрепление приоритета закона среди других правовых актов позволяет характеризовать последние как подзаконные, создаваемые на основе и во исполнение закона.

Юридические приоритеты должны быть обеспечены и неуклонно действовать, поскольку, они юридические приоритеты способствуют гармонизации правовой системы и устойчивым связям актов и норм между собой.

Заключение.

Современное правовое развитие обусловило более глубокое изучение юридических коллизий и противоречий в целом.  
Ранее процесс устранения юридических коллизий носил зачастую характер ожидания. Сейчас же речь может идти о формировании правового механизма преодоления юридических коллизий. 

Поэтому мнение Тихомирова М.Ю. о формировании суперотрасли коллизионного права имеет под собой почву. "Новой комплексной отрасли права еще предстоит пройти период формирования и самоорганизации, структуризации. Но уже сейчас очевидны ее главные перспективные подотрасли и институты, создающие комплексный правовой режим предотвращения и преодоления юридических коллизий. В коллизионном праве органично сближаются и развиваются нормы национального и международного права. Их согласованное применение объяснимо появлением своего рода общего предмета регулирования, фокусирующего наиболее значимые социальные интересы". 

Для развития коллизионного права России необходимо принятия ряда специальных законов: ФЗ "О процедурах преодоления разногласий и разрешения споров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации". Кроме того, будет полезно в ФЗ "О нормативных правовых актах", расширить главу о коллизиях между актами. В перспективе же целесообразно готовить ФЗ "О федеральном коллизионном праве", основной содержание которого бы стали процедуры преодоления разногласий и споров. 

В настоящее время огромное значение для создания режима предотвращения появления юридических коллизий играет принцип обеспечения верховенства конституции и закона, соблюдение юридических приоритетов, неотвратимость ответственности за нарушение законности, широкое использование процедур достижения договоренности и социального согласия, формирование высокой правовой культуры.  
Необходимо учитывать, что первоначально споры приобретают смысл разногласий и касаются понимания той или иной политической, управленческой и экономической ситуации, оценки объема и характера информации по спорному вопросу, принятых или готовящихся решений. На этой стадии развития коллизионной ситуации споры могут быть урегулированы мягкими средствами. 

Следует, однако, отметить, что существуют такие противоречия, которые трудно искоренить в виду их объективности. Речь идет о противоречиях берущих свое начало из государственных переворотов, экономических кризисов, техногенных катастроф и т.д.  
Кроме того, в международной сфере неизбежны коллизии между государствами, между государствами и наднациональными структурами и международными организациями.

При разрешении юридических противоречий, необходимо объективно оценивать различные правовые взгляды и неодинаковое правопонимание. В них заложено не только содержание будущих законов и иных правовых актов, но и отношение к ним правоисполнителей и их возможные разногласия и споры. Выяснение правовых позиций позволяет использовать те способы толкования и разъяснений спорных правовых положений, которые служат первым препятствием на пути движения права в жизни. Устранение его легальными путями способствует также повышению правовой культуры депутатов, должностных лиц и служащих, всех граждан, а значит, укреплению правового порядка в стране. 

В заключение еще раз отметим, что необходимо развивать и совершенствовать правовую регламентацию процедур разрешения юридических коллизий, целесообразно шире и глубже осваивать разнообразные процедуры, как путем изучения их признаков, так и типологии ситуаций возможного применения. Для этого оправдано введение спецкурсов "Процедуры преодоления разногласий и разрешения проведение тематических семинаров и ситуационных занятий в юридических вузах, в системах повышения квалификации госслужащих, коммерческих работников и др. 

Список использованной литературы.

1. Конституция  Российской Федерации (с изменениями). - М.: АСТ: Астрель - Владимир, 2010. - 63 с.

2. Алексеев, С. С. Государство и право: начальный  курс / С. С. Алексеев. - М.: Юридическая литература, 1993. - 410 с.

3. Алексеев, С. С. Теория права: учебник / С. С. Алексеев. - М.: БЕК, 1995. - 320 с.

4. Баглай, М. В. Конституционное право Российской Федерации: учебник / М. В. Баглай. - М.: Норма-Инфра, 1999. - 360 с.

5. Буяков, А. Ю. Юридические коллизии и способы  их устранения - СГАП, Саратов, 1999. - 178 с.

6. Власенко, Н. А. Коллизионные нормы в советском  праве / Н. А. Власенко. - Иркутск, 2001. - 142 с.

7. Гегель, Г. В. Ф. Философия права / Г. В. Ф. Гегель. - М.: Просвещение, 1990. - 390 с.

8. Матузов, Н. И. Юридические коллизии и способы их разрешения// Теория государства и права: курс лекций / под ред. П. И. Матузова, А. В. Малько - 353 с.