Предпосылки образования древнерусского государства.Крещение Руси

Введение

     История государства и права России изучает  возникновение и развитие исторически  сложившихся государственных образований, типов и форм государства и  права, как части надстройки над  экономическим базисом у народов, существовавших на территории нашей  страны с древнейших времен.

     На  протяжении 6-8 вв. складывались союзы  племен, которые еще не были государством, в то время лишь подготавливались условия для его возникновения.

     Первыми государственными образованиями были Киевское княжество, а также Новгородское, Смоленское, Полоцкое и др.

     Государственные образования складывались на основе союза славянских племен и целях  защиты имущественных интересов  богатой части общества, насильственного  принуждения населения к повиновению  этой знати, а также защиты территории племен от нападения извне.

     В конце девятого века на территории Восточной Европы сложилось могучее  Древнерусское государство. По уровню развития хозяйства, культуры и государственной  организации оно занимало выдающееся место среди других государств Европы. Древнерусское государство поддерживало оживленные торговые и дипломатические  отношения с Византией и странами Западной Европы. Оно просуществовало  до середины двенадцатого века, после  чего выросшие в его недрах местные  феодальные центры добились самостоятельности, и наступил период феодальной раздробленности.

Образование Древнерусского государства

     Отдельные русские волости - княжения в конце 9 века соединились в относительно единое Древнерусское государство (Киевское) государство. Предпосылками  этого объединения были:

     этническая  общность древнерусской народности, говорившей на одном языке;

     стремление  соединить силы в борьбе с кочевниками  и Византией;

     экономические интересы древнерусских княжеств по пути "из варяг в греки", желание русских князей установить свой контроль на всем протяжении этого торгового пути;

     тяготение к Руси ряда северных и прибалтийских  народов, искавших у нее помощи в  борьбе с внешними врагами.

     Большое значение для объединения имело  и принятие единой христианской религии.

     Народные  массы видели в объединении защиту от наседавших кочевников и избавлении от войн между местными князьями. Этим объясняется сравнительная легкость и быстрота объединения. Оно произошло  в результате похода Новгородского  князя Олега на Киев, которым он овладел в 882 г., и подчинения им ряда других восточных княжеств.

     Древнерусское государство было одним из наиболее мощных в Европе того времени. Уже в 907 г. Олег предпринял успешный поход на Византию, водрузив по преданию свой щит на вратах Царьграда. Русь осуществляла оживленные дипломатические и торговые отношения со многими западноевропейскими государствами и странами Востока.

     Борьба  за расширение территории Древнерусского государства, походы против Византии продолжались и приемниками Олега - Игорем, Ольгой и Святославом. В результате походов  заключались Русско-византийские договоры, регулировавшие торговые и политические отношения между государствами.

     Экономическая основа Древнерусского государства  была очень непрочной, и его политическое единство было неполным и шатким. Этническое родство древнерусского народа, из которого лишь значительно позднее выделились русская, украинская и белорусская народности, а затем и нации, не могло помешать разделению в дальнейшем Древнерусского государства на отдельные княжества. Заинтересованность в совместном отпоре наседавшим кочевникам, использование торговых путей (путь "из варяг в греки" и др.) могли побуждать местных князей к "единачеству", к признанию верховной власти киевского князя лишь в тот период, когда их казна пополнялась, главным образом, за счет сбора дани, уголовных штрафов и доходов от внешней торговли. По мере оседания дружинников на землю, выделения из среды общинников богатых людей, развитие крупного феодального земледелия и укрепления экономики местных княжеств развивались центробежные тенденции. Князья и окружавшие их бояре стали получать основные доходы от своего хозяйства, обрабатывавшегося феодально зависимыми людьми, от различных форм ренты. Поэтому усилилась борьба и взаимные столкновения местных князей с Киевом, вассальную зависимость от которого уже перестали признавать. Впоследствии все это привело к распаду относительно единого Киевского государства на отдельные независимые княжества.

"Норманская" теория, её сущность

     Вопрос о предпосылках и истории образования Древнерусского государства вызвал и вызывает в науке оживление и споры. Русский летописец начала 7 века, пытаясь объяснить происхождение Древнерусского государства, в соответствии с средневековой традицией включил в летопись легенду о призвании в качестве князей трёх варягов - братьев Рюрика, Синеуса и Трувора. В 18 веке приглашенные в Российскую академию наук немецкие ученые Байер и Миллер, а позднее А. Шлецер, некритически истолковали летописи, выдвинули так называемую норманнскую теорию возникновения Русского государства. Согласно этой теории Русское государство создали варяги (норманны). Этой теории позднее был придан политический смысл, на ее основе враги нашей страны пытались доказать, что русские были не способны сами создать государственную организацию и для этого понадобилась "помощь" чужеземцев-завоевателей. В одном из учебников русской истории, вышедшем в фашистской Германии, говорилось, что норманны, принадлежавшие к германским народам, "подарили славянам государство".

     Основным  доводом норманистов было и остается то место летописи, где говорится, что новгородцы "идоша за море к варягам, к руси", т.е. слово "Русь" рассматривается как наименование варягов. Однако ещё академик Шахматов установил, что слова "к руси" были позднейшей вставкой сводчика-летописца начала 12 века. В более ранних редакциях начальной летописи эта вставка отсутствует, там просто говорится "идоша за море к варягам" без последующих комментариев о Руси, как варяжском племени. Эти комментарии, как доказали советские исследователи, являются тенденционным домыслом сводчика, стремившегося поднять авторитет княжеской династии указанием на её заморское происхождение. Вставка противоречит древнейшим спискам летописи, где Русь перечисляется в составе племен, пригласивших варягов.

     Норманисты считают, что слово "русь" было названием одного из скандинавских племен, ссылаясь на то, что финны называют шведов Ruotsi, что в Швеции существует прибрежная область Рослаген.

     Но  им не удалось найти слова, близкого к слову "русь", в шведском языке и какого-либо племени с этим названием. Что же касается славянских источников, то слова "русь", "рос" были очень широко распространены в топонике (совокупность географических названий определенной территории) на юге задолго до появления варягов. Русь совершала грозные походы еще в первые десятилетия 9 века Арабские источники называют русь одним из славянских племен также до появления варягов.

     Слово "русь", бывшее наименованием одного из славянских племен в Приднепровье, распространилось затем на все славянские племена этой области и, наконец с образованием Древнерусского государства на все его славянское население - таковы те выводы, которые делает современная наука.

     В той части летописи Нестора, которую  исключили позднейшие редакторы, говорится: "се бо токмо словенск язык в Руси поляне, древляне, новгородцы, полочане…".

     Трудность, вытекающую из того, что в Скандинавии  нет никаких следов племени русь, некоторые норманисты пытаются преодолеть, утверждая, что русь полностью переселилась на территорию Восточной Европы и скандинавские колонии стали в последствии организующим элементом в создании государства. В соответствии с этим норманист Арне предлагает называть Древнерусское государство Великой Швецией, что является уже чистейшим домыслом.

     Широко  распространена среди современных  зарубежных норманистов и теория завоевания славян варягами, подчинившими славян и основавшими здесь свое государство. Но летопись ни в одном из вариантов не говорит о завоевании. Для того, чтобы покорить многочисленный народ, живший на обширной территории, потребовался бы не один отряд, а большое войско. Между тем археологические раскопки свидетельствуют о весьма незначительном числе скандинавских погребений и об отсутствии варяжских поселений на территории Древнерусского государства.

     Другой  норманист Пашкевич выдвинул фантастическую версию о господстве варягов-завоевателей в течение четырех веков (9-12), причем варяги, по его словам, господствовали и в Ростов-Суздальской земле (13-14 вв.). Между тем Ярослав, как и его отец, Владимир, наняв варяжский отряд, после того как этот отряд перебили новгородцы, пошел в успешный поход со всей дружиной и новгородским ополчением. Это говорит о том, что варяги при необходимости использовались в качестве наемников, но отнюдь не были властителями даже в наиболее близком для них Новгороде. К тому же норманны-мореходцы завоевывали лишь такие области и государства, как Нормандия, Сицилия, Англия, которые были расположены на островах или в прибрежной местности, и овладение ими такой необъятной территорией, как территория Древней Руси, представляется просто невероятным.

     Понимая, что версия о варяжском завоевании в 862 г. не выдерживает критики, поскольку  источники говорят о Руси значительно  раньше, норманист Вернадский выдвинул положение о трех волнах варяжских вторжений в 7-9 вв. Первые две закончились образованием поселений и организацией властвования в Приазовье и в районе Ильменя, а третья привела к обоснованию Рюрика в Новгороде. Однако, кроме случайных и произвольно истолкованных источников, Вернадский ничем подкрепить свою компетенцию не мог.

     В непосредственной связи с теорией  завоевания находится и утверждение  о том, что норманны составляли господствующий класс в Древнерусском государстве. Наиболее полно эта версия изложена в работах современного норманиста Стендер-Петерсона. Норманны будто бы были тем импульсом, который привел к быстрому развитию Восточной Европы, вовлечению её в мировой торговый оборот.

     Колонизировав Приладожье, норманны создали своё государство, которое распространило власть на другие области, в результате чего возникло Киевское государство. В этом государстве норманны образовали высший класс в составе князей, дружинников, тиунов. Норманнами же были и купцы, торговавшие с другими странами. Такова концепция Стендер-Петерсона, которая имела широкое распространение в буржуазной литературе.

     Однако  летописи и археологические данные свидетельствуют, что подавляющее  большинство феодалов и богатых купцов вышло из туземной, славянской среды, хотя русские князья нанимали варяжские дружины и включали варягов в состав знати.

     Норманисты утверждают, что "путь из варяг в греки" был положен и использовался норманнами. Это доказывает тот факт, что в сочинении византийского императора Константина Багрянородного даны параллельно славянские и варяжские названия днепровских порогов. Но это говорит лишь о том, что в составе торговых экспедиций находились и варяжские купцы либо в качестве комиссионеров, либо со своими товарами.

     Широко  распространено утверждение о высоком  уровне культуры варягов, которую они  несли к "диким" славянам. Но никаких  убедительных подтверждений этому  не представляется. Между тем, сколько  не старались лингвисты-норманисты, они смогли найти в русском языке только три десятка слов, заимствованных из скандинавских языков периода 10-13 вв. .

     Еще один вымысел - о скандинавском о  происхождении Русской Правды - отпадает, если учесть, что сходные общественно-экономические  условия порождают и сходные  правовые нормы, да и этих сходных  норм не так-то много. Норвежский ученый К. Сельнес, после детального сопоставления скандинавских законов и Русской правды, установил, что они не совпадают в большинстве основных пунктов, причем Русская Правда является более древним памятником права, так что говорить надо было бы о заимствовании скандинавами норм русского права, а не наоборот.

     Наличие множества разнообразных и нередко  абсурдных домыслов и полемика в среде самих современных норманистов показывают всю шаткость выдвигаемых ими концепций. Главный порок этих построений - непонимание того, что государство возникает в результате длительного процесса разложения первобытнообщинных отношений и формирование классового общества.

     Иными словами, государство - результат внутреннего  развития общества.

     При этом разложении первобытнообщинного  строя у восточных славян и  возникновение элементов государственности  началось задолго до того, как Русь и варяги стали вступать в отношении  друг с другом.

     Легендарный характер самого рассказа о призвании  новгородцами трех братьев-варягов  очевиден. Характерно и совпадение с аналогичными легендами у ряда народов Запада.

     К тому же наивные представления о  князьях того времени как о  творцах государственности, неограниченных властителях ни на чем не основаны. Князья являлись представителями класса феодалов и выполняли его волю.

     Таким образом, огромный поток норманистской литературы порожден желанием доказать "исконную неспособность" русского народа к организации. 

     2. ПРИНЯТИЕ ХРИСТИАНСТВА 

     Перед последним походом в Болгарию Святослав посадил своих сыновей  на княжение в крупнейших городах  Древней Руси. Самого старшего, Ярополка, он оставил княжить в Киеве. Владимир сел в Новгороде, а Олег отправился в Древлянскую землю. После гибели отца между Святославичами началась борьба за власть. Ярополку удалось устранить Олега, а затем направить в Новгород своего наместника. Владимир вынужден был бежать за море, к варягам. Получив здесь поддержку, он возглавил поход объединенных варяжско-славянских дружин на Киев. Борьба завершилась гибелью Ярополка и утверждением единовластия Владимира (980 г.).

     Киевская  держава вновь обрела единство, вступив при Владимире и его сыне Ярославе в полосу расцвета. Князь Владимир — фигура противоречивая. В своих поступках он был довольно далек от того панегирического образа, который, в соответствии с канонами житийного жанра, был создан позднее церковной литературой. Тем не менее новый киевский князь решился на деяния государственного масштаба, которые требовали немалой смелости и политической воли. В противоположность своему отцу Владимир — строитель державы и ее реформатор.

     Конечно, это не значит, что он чуждается  войн. Княжеская доблесть, проявленная  на поле брани, по-прежнему превозносилась. Но войны в жизни Владимира  уже занимают, куда меньшую роль, чем в жизни Святослава. Добыча, как мотив для развязывания войны, отступает перед мотивом государственной  целесообразности.

     Владимир, как и его предки, продолжал  расширять границы державы и  «примучивать» окрестные племена. По мере территориального роста Древней Руси и усложнения ее этнического состава все острее ощущалась проблема духовного единства. Естественно, что реализована она могла быть только на религиозной основе.

     С образованием Древнерусского государства  произошли серьезные перемены в  социально-политической жизни общества. Между тем духовная жизнь общества по-прежнему покоилась на установках, восходящих к языческой религии. В результате возникала духовная напряженность, разрыв. Язычество с его представлением о мире и тем местом, которое оно отводило в нем человеку, с нравственными и этическими ценностями уже не соответствовало потребностям власти. Поклонение родоплеменным богам более отвечало потребностям родового строя: язычество воспроизводило племенной сепаратизм, порождало коллективную ответственность за все поступки, оправдывало кровную месть. Новые условия предполагали личную ответственность человека за свершенные поступки, признание моральных правил, которые бы объединяли, а не рознили. Изменение религиозного кода было вызвано и политическими причинами. Новая религия должна была духовно упрочить государство, дать законные и священные основания княжеской власти.

     Язычество с его политеизмом (многобожием) в этом смысле уступало христианскому  монотеизму (единобожию). Единый бог  на небе и единый правитель на земле, объединение людей по религиозному, а не племенному, этническому признаку — все это содействовало политическому  укреплению державы.

     Человек средневековья в своих духовных и нравственных исканиях испытывал  потребность в религии, которая  бы наиболее полно и сокровенно отвечала на жизненные вопросы. Столь сложные  задачи язычеству были не по силам. Оно было лишено глубины и универсализма, неотъемлемых черт христианства и других мировых религий. Наконец, невозможно было оставаться языческой страной  в соседстве со странами христианскими. Международный статус правителей Древней  Руси оказался в прямой зависимости  от религиозного выбора, который им предстояло сделать.

     Важно подчеркнуть, что в начале своего правления князь Владимир пытался  упрочить духовное единство в рамках язычества. Так называемая церковная  реформа Владимира 980 г. должна была придать язычеству более широкий  общественно-политический смысл. В  Киеве перед княжеским теремом  было создано капище, которое представляло официальный языческий пантеон (вместо множества местных богов) с верховным божеством в лице Перуна. Однако скоро Владимир отказался от реформы, признав несовместимость старой религии с поставленными целями: простое выдвижение на первый план языческих богов, которых князь считал главными, не могло повлечь за собой пересмотра всей системы верований и обрядов. Язычество по природе своей оказалось неспособным стать регулятором общественных отношений.

     Владимир  обратился к мировым религиям. «Повесть временных лет» содержит обширный рассказ, посвященный истории принятия христианства. Сообщается о прибытии в Киев христианских, мусульманских  и иудейских миссионеров, о посылке  Владимиром бояр для выбора лучшей веры и о решении князя и  его окружения принять христианство византийского обряда.

     Несмотря  на то, что населявшие державу Рюриковичей  племена были знакомы с исламом (арабские страны, Волжская Болгария), иудаизмом (Хазарский каганат), католицизмом (Западная Европа), позиции православия  оказались предпочтительнее. В X в. Византийская империя была ведущей державой мира, а просветительская деятельность Кирилла и Мефодия давала заметное преимущество православию.

     Толчком к принятию христианства послужили  события, происшедшие в Византии. В конце 90-х годов X в. империя переживала трудные времена. Центральная власть была ослаблена мятежами, которые поднимали военачальники и правители провинций, стремившиеся силой утвердиться на константинопольском престоле.

     Император Василий II обратился за помощью к  киевскому князю. Владимир согласился прислать войско на условиях заключения брака с принцессой Анной, сестрой  императора. Высокомерные греки, с пренебрежением смотревшие не только на языческую  Русь, но и на христианскую Европу (просивший  руки «багрянородной принцессы» Анны германский король Отгон I получил отказ) принуждены были ответить согласием. Однако непременным условием стало крещение Владимира.

     Русское войско подавило мятеж, но греки не спешили выполнять свои обязательства. Принцесса оставалась в Константинополе. Вероломство греков побудило Владимира  двинуться в Крым и захватить  византийский город Херсонес (Корсунь). По преданию, в Херсонесе Владимир и его дружина приняли христианство, после чего князь пошел с Анной к венцу. Вернувшись в Киев, Владимир разрушил языческий пантеон и призвал киевлян принять крещение. Произошло это в 988 г., который и считается годом принятия христианства на Руси.

     Новая религия утвердилась далеко не сразу. Православной церкви пришлось вести  упорную борьбу с дохристианскими  верованиями. Прочность прежних  религиозных представлений обусловливалась  тем, что язычество вырастало  из самой толщи народной жизни, было тесно связано с бытом и  хозяйственной деятельностью славян.

     Православная  церковь, считаясь с этим обстоятельством, приспосабливала некоторые языческие праздники к христианским, наделяя христианских святых «свойствами» языческих божков. Сила дохристианских верований позволяет говорить о своеобразном двоеверии как историко-культурном феномене народной жизни средневековой Руси.

     Утверждение христианства на Руси в качестве государственной  религии — событие большого исторического  значения. Киевская Русь стала христианской державой, интегрирующейся в семью  христианских народов и государств. Еще большее значение христианство имело для утверждения новой  общественной системы. Постепенно изживались местные, племенные различия, что  способствовало этнической консолидации. Христианское вероучение и его догмы  оправдывали и защищали новый  общественный строй с князем во главе, придавали власти характер богоустановленности, сакральности. Страна оказалась приобщена к христианским ценностям, на основе которых формировались принципиально новые отношения, развивалась культурная и духовная жизнь.

     Вместе  с тем христианство византийского, православного варианта привело  к политическому и культурному  отчуждению от латинской, католической Европы, утверждению иной модели исторического  развития.

     С принятием христианства начали выстраиваться  церковь и церковная иерархия, занявшая важное место в древнерусском  обществе. Начальная история церкви плохо известна. Высшей властью, объединяющей христианскую Русь, был митрополит Киевский и всея Руси, который, в  свою очередь, назначался и подчинялся константинопольскому патриарху. Вскоре его митрополия стала делиться на епархии, число которых постепенно увеличивалось. Среди них были Новгородская, Ростовская, Черниговская, Переяславская, Полоцкая и др. Очень скоро епископские кафедры стали центрами церковных земельных владений. Владимир выдал клиру Десятинной церкви «подтвердительную грамоту», определившую доходы и судебные права церкви. Позднее эта грамота легла в основу Устава князя Владимира — памятника церковного права.

     Многие  древнерусские монастыри были особножительными: их постриженники продолжали вести свое хозяйство, используя даже труд холопов. Литературные памятники свидетельствуют, что к монахам таких монастырей простые христиане относились достаточно скептически, считали их ленивыми, ведущими недостойный образ жизни.

     Большим уважением в Древней Руси стали  пользоваться общинножителъные монастыри. Все имущество в них было общим. Жили в них монахи за счет собственного труда. Первым среди общинножителъных монастырей стала Киево-Печерская обитель, основанная в третьей четверти XI в. Антонием, Никоном и Феодосием. Авторитет монастыря был столь велик, что его игумены могли позволить себе спорить с киевскими князьями и осуждать их за проступки и преступления. Благодаря подобным подвижникам церковь обретала высокий нравственный авторитет среди православного населения Древней Руси.