Содержание

        1. Предпосылки  возникновения кризиса  в психологии. Его  причины и движущие  силы

       К началу XX века в психологии сложился целый ряд направлений, несовместимых  между собой, и это составляло своеобразную форму выражения теоретического кризиса психологической науки. Несмотря на это, психологическая наука продолжала очень активное накопление важных психологических фактов, продолжалось изучение физиологических процессов, которые соответствуют психологическим явлениям и процессам. Словом, нельзя представить себе этот первоначальный период существования психологической науки как период, характеризующийся только теоретическими трудностями, которые создавали картину общего кризиса психологии, так как в то же самое время шло серьезное обогащение психологических знаний. С другой стороны, само столкновение идей в психологии, различных подходов и отдельных научных школ, конечно, тоже нельзя понимать как историю простого столкновения одних заблуждений с другими заблуждениями. В ходе этой борьбы в столкновении различных направлений и школ в психологии формировались важные теоретические положения, которые в значительной степени обусловили дальнейшее развитие психологической науки. Поэтому, хотя в начале века и прозвучали очень сильно слова одного из выдающихся русских психологов Н.Н.Ланге о том, что психолог в настоящее время похож на Приама, сидящего на развалинах Трои, в них содержится лишь доля истины. Они справедливы в отношении общекризисной ситуации в психологии, но все же то, что Ланге называл развалинами, было в действительности строительным материалом, без которого, конечно, не могло продолжаться развитие психологии.

       Почему  же возникла кризисная ситуация, несмотря на явные успехи в развитии психологических  знаний? Потому, что конкретная психологическая наука не могла разрешить ряд фундаментальных психологических вопросов, так как попытка их решения велась с неверных общетеоретических, методологических и, можно даже сказать, философских позиций. Психология не могла развиваться теоретически ни в рамках идеалистических представлений о психике, о психических явлениях как явлениях, принадлежащих вообще особому духовному миру и, так сказать, не подвластных конкретному научному исследованию; ни в рамках наивно-материалистических, механистических по своему происхождению представлений, видящих в психических феноменах лишь косвенные проявления, «призраки», создаваемые работой органов чувств и мозга человека, хорошо изучаемой объективными методами. В итоге идеалистические представления о человеческой психике, о сознании фактически обосабливали эти явления, отделяли их от круга материальных явлений, которыми занимаются естественные науки: физиология, биология, химия, физика. С другой стороны, ограничение исследуемых вопросов только рамками изучения соответствующих мозговых процессов приводило к невозможности раскрыть особенности собственно психических явлений. Потому что, когда для познания психических явлений обращаются к тем механизмам, которые при этом функционируют, то есть к физиологическим (нервным) механизмам, то видят процессы возбуждения, распространения этого возбуждения, торможения, индукции и т.д., то есть процессы, которые сами по себе объективно физиологические, а не психические. При таком подходе утрачиваются особенности психических явлений, не сводимых к мозговым и — шире — к физиологическим процессам так же, как и не выводимых из них. Здесь существуют какие-то другие, более сложные отношения.

       Попытки найти пути раскрытия природы  психических явлений в деятельности мозга приводили в конце концов к идеалистическим по существу конечным выводам, например об объективной непознаваемости психических явлений. Мир психических явлений превращался в запрещенную для обычной науки сферу, чистую субъективную реальность. Возвращение к идеалистическим представлениям от таких наивных механистических объяснений, или точнее сказать подходов, к психическим явлениям — в высшей степени распространено, потому что представляет собой логический результат неправомерных в научном отношении попыток сведения одного к другому или выведения одного из другого: из физиологических процессов — психических процессов. Это явление известно под названием физиологического или биологического редукционизма (редукционизм образован от слова «редукция», что значит именно сведение).

       2. Кризис в психологии 10-30х  гг. как борьба  за утверждение  нового предмета  психологии.

       В 1910-1930-е гг. в психологии сформировалось большое количество конкурирующих  несовместимых и даже несопоставимых парадигм, которые реализовали потенциально логически возможные версии понимания предмета и метода психологии. В качестве примера следует сопоставить бихевиоризм, суть которого состоит либо в отрицании существования психологических структур и процессов, либо в признании их недоступности для научного исследования, и глубинную психологию, постулирующую существование таких структур и процессов и утверждающую их доступность для изучения. Это была уникальная ситуация в истории науки. Ни в одной дисциплине не происходило столкновение такого множества столь различных парадигм.

       Вот только неполный список собственно психологических  парадигм, сформировавшихся во время  открытого кризиса (их содержательные характеристики см.: Ждан А. Н., 1990; Петровский А. В., Ярошевский М. Г., 1996; Соколова Е. Е., 1995; Шульц Д., Шульц С. Э., 1998): бихевиоризм; когнитивный бихевиоризм Э. Толмена; психоанализ: учения Фрейда, Юнга, Адлера; гештальтпсихология; динамическая психология; К. Левина; описательная психология В. Дильтея и Э. Шпрангера; генетическая психология Ж. Пиаже; культурно-историческая теория Л. С. Выготского; различные версии теории деятельности: М. Я. Басова, С. Л. Рубинштейна; реактология в версия: К. Н. Корнилова и В. М. Бехтерева; психология установки Д. Н. Узнадзе.

       Попытки выйти из кризиса, реализуя новые программы исследований, приводили лишь к увеличению числа конкурирующих парадигм. При этом различные парадигмы, школы и направления разрабатывали различные стороны потенциального предмета и соответствующего ему метода психологии. Это положение подтверждается, например возможностью гибридизации даже самых полярных парадигм (когнитивный бихевиоризм Э. Толмена совместил бихевиористские представления о роли стимулов в поведении и отрицаемую бихевиористами концепцию внутренней психологической структуры — когнитивной, или познавательной, карты окружающей среды) или ориентацией конкурирующих парадигм на различные аспекты предмета изучения — теория деятельности Л. С. Рубинштейна ориентирована на исследование деятельности как процесса, в то время как теория деятельности А. Н. Леонтьева — на изучение структуры деятельности, открывающей доступ к структуре сознания (Леонтьев А. Н., 1975; Рубинштейн С. Л., 1997).

       Состояние психологии в 1910-1930-е гг. представляло лишь стадию открытого кризиса, который  продолжается до настоящего времени и характеризуется разнообразием и конкуренцией парадигм. Только все множество конкурирующих парадигм в целом соответствует наиболее полному представлению о предмете и методе в психологии, продуктивный выход из кризиса состоит не в доминировании какой-либо одной парадигмы, не в слиянии трудно совместимых логически парадигм, а в эволюционном процессе выработки психологическим сообществом согласованного мнения об основных научных ценностях, принципах, предмете и методе психологии.

       3. Программы построения общей психологии. Что такое общая наука и общая психология (подходы Выготского и Бинсвангера)

       Первым  вариантом психологии как самостоятельной  науки явилась физиологическая  психология Вильгельма Вундта (1832-1920). Свои исследования он начал в Гейдельбергском университете в области восприятия. Из них составилась книга «Очерки по теории восприятия» (1862).

       В этих «Очерках» Вундт развивает  идеи о психологии как экспериментальной  науке. В вышедших в 1863 г. «Лекциях о  душе человека и животных» Вундт наряду с экспериментом в качестве источника психологического исследования называет анализ продуктов человеческого духа. Эти идеи наметили задачу развитой им впоследствии психологии народов. Так, к началу 1860-х гг. складывается программа психологии, объединяющая два метода — экспериментальный и культурно-исторический. Вышедшие в 1874 г. «Основания физиологической психологии» Вундта явились началом психологии как самостоятельной науки. Ее объектом объявляются те процессы, которые доступны одновременно и внешнему, и внутреннему наблюдению и имеют как физиологическую, так и психологическую сторону и потому не могут быть объяснены только физиологией или только психологией: это ощущения и простейшие чувствования. По методу физиологическая психология есть психология экспериментальная.

       Одновременно  с Вундтом в России с программой построения психологии выступил Иван Михайлович Сеченов (1829-1905). Сеченов  окончил Военное инженерное училище  в Петербурге и медицинский факультет  Московского университета. В обстановке острых дискуссий, развернувшихся в России по коренным мировоззренческим вопросам, касающимся природы человека, души, свободы воли, детерминации поведения, Сеченов осуществляет ряд работ, направленных на разрешение труднейших психологических проблем. «Моя задача,— писал он,— заключается в следующем: объяснить деятельностью уже известной читателю анатомической схемы (имеется в виду простой рефлекс.— прим. А.Ж.) внешнюю деятельность человека... с идеально сильной волей, действующего во имя какого-нибудь высокого нравственного принципа и отдающего себе ясный отчет в каждом шаге — одним словом, деятельность, представляющую высший тип произвольности». Результатом работ Сеченова явилось новое представление о психике и задачах психологии как науки. Сеченова можно по праву считать основоположником отечественной научной психологии. Его важнейшие труды по психологии: «Рефлексы головного мозга» (1863), в которых сформулирована рефлекторная теория в связи с проблемой произвольных и непроизвольных движений; «Кому и как разрабатывать психологию» (1873), здесь в полемике с К.Д. Кавелиным излагается общая программа построения психологии, взгляды на предмет, метод и задачи психологии; «Элементы мысли» (1878), здесь дается естественно-научная разработка мышления как итог исследования познавательных процессов; статьи 1990-х гг.: «Впечатления и действительность», «Предметная мысль и действительность», «О предметном мышлении с физиологической точки зрения» и др.

       В «Рефлексах головного мозга» Сеченов  поставил задачу «доказать возможность приложения физиологических знаний к явлениям психической жизни». Решение этой задачи вылилось в рефлекторную теорию психического. По Сеченову, способность воспринимать внешние влияния в форме представлений (зрительных, слуховых и т. п.) складывается в опыте по типу рефлексов; способность анализировать эти конкретные впечатления, память, все психические акты развиваются путем рефлекса. Схема психического процесса та же, что и схема рефлекса: психический процесс берет начало во внешнем воздействии, продолжается центральной деятельностью и заканчивается ответной деятельностью — движением, поступком, речью. Психический процесс возникает и завершается в процессе взаимодействия индивида с окружающим миром, значит, влияние извне в форме чувствования первично. Мотивы, отвлеченные представления не являются первоначальными причинами наших поступков. В объяснении психики нужно исходить не из психики, несмотря на то, что «голос самосознания... говорит мне донельзя ясно десятки раз в день, что импульсы к моим произвольным актам вытекают из меня самого и не нуждаются, следовательно, ни в каких внешних возбуждениях». Сеченов предпринимает попытку «вырвать» психологию из замкнутого мира внутреннего сознания, объяснить происхождение психических процессов, проследить становление сознания в онтогенезе. Таким образом, рефлекторный принцип не означает сведения психического к физиологическому. Речь идет о сходстве между ними по структуре и по происхождению. «Первоначальная причина всякого поступка лежит всегда во внешнем чувственном возбуждении...» Рефлекторный подход предполагает также изучение мозговых механизмов психических процессов. Решение этой задачи стало предметом научной деятельности И.П. Павлова, А.А. Ухтомского и др.

       Так, с помощью рефлекторного принципа психическое получает свое причинное объяснение, сохраняя при этом качественную, не сводимую к физиологической, характеристику. Его дальнейшая разработка происходит в статье «Кому и как разрабатывать психологию», написанной в связи с книгой историка-публициста Константина Дмитриевича Кавелина «Задачи психологии» (1872).

       Изучение  русской истории, этнографии и правоведения привело Кавелина к проблеме личности в ее взаимоотношениях с обществом. Это обусловило обращение к психологии и этике. Современное психологическое знание Кавелин оценил как ошибочное и в книге «Задачи психологии» изложил свое понимание психологии как положительной самостоятельной науки. Признавая, что «психическая жизнь имеет материальную подкладку» (деятельность мозга и нервов), он выступил против сведения психического к физическому. «Психологическое исследование начинается там, где заканчивается физиологическое»,— писал он. Психическому Кавелин приписывал свойства идеальности, сознательности и произвольности. Признавая недостаточность интроспекции как субъективного метода, он указал на факты объективного воплощения жизни души во внешней деятельности человека: «слова и речь, сочетания звуков, художественные произведения, гражданские и политические уставы, памятники исторической жизни», расценивая эти факты как «материал психологических наблюдений и исследований». Эти и другие проницательные мысли Кавелина, однако, не воплотились в реальную исследовательскую программу, в отличии от работ И.М. Сеченова, на что указал еще Ю.Ф. Самарин в своем доброжелательно-критическом рассмотрении книги Кавелина. И.М. Сеченов так сформулировал задачу психологии: «Научная психология... не может быть ничем иным, как рядом учений о происхождении психических деятельностей». Объяснить происхождение — значит показать протекание психического акта: его начало, центральную фазу и конец. В такой трактовке задачи психологии заключено требование выйти за пределы сознания в систему объективных отношений человека с миром, раскрыть условия, определяющие тот или иной характер действий человека, описать внешние проявления психических явлений, т. е. отнестись к фактам сознания научно, объективно.

       Указав  на бесплодность интроспективного метода, Сеченов развивает идеи генетического  подхода в психологии: «Следить исторически  за ходом развития человека... с его рождения на свет, подметить главнейшие фазы в том или другом периоде и вывести всякую последующую фазу из предыдущей» ибо «из реальных встреч ребенка с окружающим миром и складываются все основы будущего психического развития». При этом Сеченов требует не ограничиваться описанием, а искать «реально-психическую подкладку» изучаемых явлений сознания.

       Сеченов развивает представления об активном деятельностном характере чувственного познания. Так, смотрение он называет действием: глаз выпускает «щупала», могущие сильно удлиняться или укорачиваться с тем, чтобы свободные концы их, сходясь друг с другом, прикасались к рассматриваемому в данный момент предмету». Эти идеи Сеченова встретили критику. Программа Сеченова подводила к изучению целостного поведения. В своем принципиальном содержании эта задача решается и современной психологией.

       В то же время программе Сеченова, базирующейся на естественно-научном  материализме, свойственна историческая ограниченность. Признавая социальную обусловленность человеческого сознания, отмечая «преемственный ход развития всего психического содержания по мере накопления знаний», Сеченов не смог включить эту реальность в свою программу. Его подход намечал путь объективного исследования явлений сознания в основном как продуктов взаимодействия индивида с предметным миром. Используя генетический метод, Сеченов показывает, что речевое — символическое абстрактное мышление и волевой акт личности, самосознание «Я» имеют свои генетические корни в открытой для объективного наблюдения системе отношений. Сеченов оказал огромное влияние на мировую и отечественную психологию. Его традиции продолжены Н.Н. Ланге, В.М. Бехтеревым, в физиологии И.П. Павловым, А.А. Ухтомским. Глубокое влияние Сеченова на отечественную науку продолжается и сегодня.

       4. Многообразие психологических  школ и теорий

       В начале XX в. известный немецкий психолог Г.Эббингауз писал: «Психология имеет  долгое прошлое и краткую историю». Говоря о «долгом прошлом», Эббингауз  имел в виду многовековой период развития психологических знаний в рамках непсихологических научных дисциплин, прежде всего философии. Однако вопросами о сущности человеческой души люди стали интересоваться задолго до появления первых философских концепций — фактически одновременно с возникновением человеческого общества.

       Автором одной из теоретических концепций, возникшей на заре XX в., был австрийский  психолог и психиатр 3. Фрейд. Его  учение, названное психоанализом, получило широкую известность и оказало  огромное влияние не только на дальнейшее развитие психологии, но и на искусство, литературу, медицину, другие области научных исследований, связанные с изучением человека. Получив медицинское образование, Фрейд изучал природу невротических расстройств и способы их лечения. После стажировки, пройденной в парижской клинике «Сальпетриер» под руководством французского врача Ж.Шарко, Фрейд начал использовать гипноз в лечении истерических расстройств. Анализируя состояния гипнотического транса своих пациентов и эффекты постгипнотического внушения, Фрейд сосредоточил свое внимание на явлениях, скрытых от сознания человека, неосознаваемых. Идеи о том, что психика не ограничивается только областью осознаваемого, о том, что есть области душевной жизни недоступные сознанию человека, неосознаваемые им, высказывались задолго до возникновения психоанализа. Но именно Фрейд сделал бессознательное предметом психологии. Созданный первоначально как метод лечения истерических неврозов, психоанализ в дальнейшем был распространен ученым на объяснение психической жизни здорового человека. Согласно Фрейду движущей силой поведения и развития личности являются неосознаваемые, иррациональные влечения, главное из которых — сексуальное (либидо). В психике выделяются три сферы: бессознательное, предсознательное и сознание. Источником, придающим мотивационную силу человеческому поведению, является бессознательное, насыщенное энергией либидозных влечений, подавленных и вытесненных из области сознания под действием «цензуры», запретов и табу, налагаемых обществом. По мнению исследователя, вытесненные влечения обладают большим энергетическим зарядом, однако в область сознания не допускаются — сознание оказывает им сопротивление, — и тогда содержание бессознательного проникает в сознание в искаженном, измененном виде. Фрейд выделил три основных формы проявления бессознательного: сновидения, ошибочные действия (описки, оговорки и др.) и невротические симптомы. Исходя из этого, им был разработан ряд оригинальных методов, позволявших получать исходный материал о содержании глубинных структур человеческой психики: анализ сновидений, метод свободных ассоциаций, анализ описок, оговорок, забывании. Интерпретация этого материала составляет сущность метода, который Фрейд назвал психоанализом. Психоанализ широко распространился во всем мире, найдя приверженцев не только среди психологов, но и в кругу представителей других областей науки и культуры. Плодотворность теории Фрейда проявилась еще и в том, что многие его ученики, соратники и последователи создали свои собственные оригинальные концепции и направления исследования. В числе ученых, развивших идеи Фрейда можно назвать автора аналитической психологии К. Юнга создателя индивидуальной психологии А. Адлера.;

       Еще одним крупным психологическим  направлением, сформировавшимся в начале XX в. и оказавшим значительное влияние на последующее развитие психологии, стал бихевиоризм. Его рождение связывают с публикацией Дж. Б. Уотсоном в 1913 г. статьи «Психология с точки зрения бихевиориста». Однако предпосылки для возникновения бихевиоризма' складывались задолго до этого: прежде всего, в работах по изучению психики и поведения животных Ж Леба и Э. Торндайка и в трудах И.П. Павлова, развивающих идеи об условных рефлексах. Бихевиористы отказались от рассмотрения субъективного мира человека в качестве предмета психологии и предложили считать таковым поведение человека, и животного, отнеся к этой категории все объективно наблюдаемые реакции (R) организма на внешние воздействия (S). Задача психологии, по мнению бихевиористов, должна состоять в выявлении закономерностей связей между стимулами и реакциями (S ->R), а цель — в предсказании поведения субъекта и управлении им. Отказавшись от дискредитировавшего себя метода интроспекции, бихевиористы заменили его методом объективного наблюдения и эксперимента. Одной из наиболее важных тем экспериментального исследования была названа проблема научения и выработки навыков; работа в этом направлении позволила собрать обширное количество фактов и подвергнуть их тщательной статистической обработке. Недостатком бихевиористских экспериментов было то, что они проводились в основном на белых крысах, а полученные в результате закономерности и законы научения с легкостью переносились на поведение человека.До 60-х гг. XX в. бихевиоризм и сменивший его необихевиоризм занимали господствующее положение среди концепций американской психологии, оказывая влияние на развитие психотерапии, социальной психологии, методов обучения, психологии рекламы и др. Вместе с тем механицизм бихевиоризма и игнорирование им сознания выбывали жесткую критику представителей других теоретиеких направлений психологии.

       Другое  психологическое направление, активно развивавшееся в 1910— 1930-х гг. в Германии, получило название «гештальтпсихологии». Основные ее представители — М.Вертгеймер, В.Келер, К.Коффка — являлись сотрудниками Берлинского университета. Гештальтпсихология не отказывалась от изучения феноменов сознания и метода феноменологического самонаблюдения, однако само сознание ею понималось как некое динамическое целое, как «поле», каждая точка которого взаимодействует со всеми остальными. Единицей анализа этого поля выступал гештальт как целостная образная структура, несводимая к сумме составляющих его ощущений. Достижения гештальтпсихологии в области изучения восприятия и творческого мышления составляют золотой фонд мировой психологии. После прихода к власти Гитлера в результате эмиграции своих основных членов школа распалась, но ее идеи оказали значительное влияние на последующее развитие психологии.

       Таким образом, в 1910—1930-е гг. в мировой  психологии сформировалось большое  количество конкурирующих, часто несовместимых  и несопоставимых друг с другом направлений. В их числе следует прежде всего назвать психоанализ, бихевиоризм, гештальтпсихологию. Наряду с ними происходило развитие и других теоретических школ, в частности динамической психологии К.Левина и генетической психологии Ж.Пиаже. Сложилась уникальная ситуация, которая была названа открытым кризисом психологии: вместо единой науки имели хождение разные теории со своими предметами исследования, методами и принципами. Позитивное содержание кризиса заключалось в активной работе по созданию психологической теории, которая отвечала бы запросам интенсивно развивавшегося общества.

       Состояние психологии, характеризующееся многообразием  взглядов на ключевые вопросы развития науки, сохраняется и в настоящее  время. Однако расхождения между отдельными научными школами перестали восприниматься как непреодолимые и разрушающие целостность психологии, наоборот, предмет психологии трактуется настолько широко, что конкурировавшие ранее направления выступают как взаимодополняющие друг друга.

       5. Влияние разделов  психологии на  формирование общепсихологической теории

       Современная психология представляет собой не единую науку, а целый комплекс научных дисциплин, многие из которых претендуют на то, чтобы считаться самостоятельными науками.

       Различные авторы насчитывают до ста отраслей психологии. Эти научные дисциплины находятся на разных стадиях развития, связаны с различными сферами человеческой практики.

       Ядром современной психологии является общая психология, которая изучает наиболее общие законы, закономерности и механизмы психики.

       Важнейшей психологической дисциплиной стала история психологии, в центре внимания которой — исторический процесс формирования и развития психологического знания.

       Многочисленные  отрасли психологии выделяются по различным  основаниям.

       Традиционно для классификации используются следующие основания:

       1) конкретная деятельность {психология труда, медицинская, педагогическая психология, психология искусства, психология спорта и т.п.);

     2) развитие {психология животных, сравнительная психология; психология развития, детская психология и т.п.);

       3) социальность, отношения человека к обществу {социальная психология, психология личности, психология группы, психология класса, этнопсихология и т.д.).

       В последние годы в нашей стране интенсивно развивается практическая психология. Можно согласиться с мнением В.Н. Дружинина, который указывает, что «практическая психология отчасти остается искусством, отчасти базируется на прикладкой психологии как системе знаний и научно обоснованных методов решения практических задач»2. Однако есть основания полагать, что наметилась тенденция к становлению практической психологии как особого вида психологической науки.

     Специфика практической психологии в том, что она не предметна, а объектна. Она больше ориентирована на целостную характеристику личности, и большей степени использует описания и типологии.

       6. Этапы развития  психологических  теорий по Л.С.  Выготскому

       Этапы становления и развития советской  детской психологии неразрывно связаны с историческими преобразованиями, которые начались в нашей стране в 1917 г. Как бы ни относиться к тому, что свершилось тогда, справедливость требует признать, что по масштабу, трудности и новизне задач, возникших во всех областях жизни, это была эпоха, которая, пользуясь словами Ф. Энгельса, "нуждалась в титанах и которая породила титанов по силе мысли, страсти и характеру, по многосторонности и учености". В психологии такой личностью стал Л.С. Выготский. Он строил теорию развития сознательной личности ребенка "в обстановке всеобщей революции", и само его учение было "насквозь революционным". Революционными были жизнь и творчество многих русских интеллигентов, и здесь надо согласиться с поэтом: "Времена не выбирают, в них живут и умирают".

       Замечено  не только нами, что развитие научной  генетической психологии совпадало  с фундаментальными изменениями  в структуре общества и культуры. Именно эти изменения ставят перед  наукой новые генетические цели. "Для  всякой науки, - писал Л.С.Выготский, - раньше или позже наступает момент, когда она должна осознать себя самое как целое, осмыслить свои методы и перенести внимание с фактов и явлений на те понятия, которыми она пользуется"

       Подведение  итогов, как правило, происходит в  особые моменты истории.

       Известно, что в первые десятилетия ХХ в. психология в целом и ее составная  часть - детская психология - переживала глубокий кризис. По словам В. Джемса, психология была не наукой, а всего лишь "надеждой на науку". Это был кризис предмета, метода и интерпретации фактов, вызванный противоречием между научными изысканиями и требованиями практики. Для выхода из этого кризиса требовалась разработка новой общей науки, соответствующей историческим условиям и логике развития самой науки психологии.

       Л.С. Выготский почувствовал особенно остро, что возможность существования психологии как науки связана, прежде всего, с решением методологической проблемы. Исследуя причины кризиса в психологии, он обнаружил во всех современных ему концепциях развития психики ошибочный, по его мнению, подход, который он назвал "натуралистическим", "биологизаторским", пытающимся "выстроить в один ряд психологическое развитие животного и развитие ребенка". Этому подходу он противопоставил свою культурно-историческую концепцию развития психики.

       Вся научная деятельность Л.С. Выготского была направлена на то, чтобы психология смогла перейти "от чисто описательного, эмпирического  и феноменологического изучения явлений к раскрытию их сущности". Он ввел новый - экспериментально-генетический метод исследования психических явлений, так как считал, что "проблема метода есть начало и основа, альфа и омега всей истории культурного развития ребенка". Л.С. Выготский разработал учение о возрасте как единице анализа детского развития. Он предложил иное понимание хода, условий, источника, формы, специфики и движущих сил психического развития ребенка; описал эпохи, стадии и фазы детского развития, а также переходы между ними в ходе онтогенеза; он выявил и сформулировал основные законы психического развития ребенка. Без преувеличений можно сказать, что Л.С. Выготский сделал все, чтобы детская психология стала полноценной и подлинной наукой, имеющей свой предмет, метод и закономерности; он сделал все, чтобы эта наука смогла решать важнейшие практические задачи обучения и воспитания детей, по-новому подходить к проблемам возрастной нормативной диагностики психического развития.

       Истина  теории Л.С. Выготского освещала не только заблуждения современных ему  биологизаторских теорий развития, но и предостерегала будущие поколения ученых от некритического заимствования чуждого научного мировоззрения. Л.С. Выготский писал: "Для диалектически-материалистического мышления проблема развития является центральной и основной для всех областей действительности и для всех областей научного знания. Однако не всякое решение этой проблемы приближает нас к истинному пониманию объективной диалектики действительности. Этому истинному пониманию противостоят не только метафизические теории, отрицающие в корне саму идею развития, но и теории, проводящие ложные идеи развития".