Причины неудач Красной Армии на начальном этапе Великой Отечественной войны

Министерство образования и  науки РФ

филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения

 высшего профессионального  образования

«Московский государственный университет  технологий и управления им. К.Г. Разумовского»

в г. Архангельске

Институт _____________________________________

Контрольная работа

По дисциплине:       ИСТОРИЯ

По теме: Причины неудач Красной Армии на начальном этапе Великой Отечественной войны.

Студента курса СФО

Специальность:  26080                  Шифр: 52

Маркелова   Александра   Сергеевича

ФИО

Проверил _______________________________________________

Вх.№ ______ Дата регистрации____________

Результат проверки

                                               Архангельск

2012 г

План  работы

Введение 1-3

Глава 1. Военные  теории и доктрины Германии и СССР   4-10

Глава 2. Соотношение сил на фронтах   11-17

Глава 3. Состояние РККА накануне войны    18-27

Заключение  28-29

Список литературы  30

Введение

Оценка  причин поражения РККА в начальный  период войны является дискуссионной  и популярной темой в мировой  и отечественной историографии. Ее актуальность объясняется открытием  доступа к большому количеству документальных материалов и желанием многих исследователей на их основе придти к новым оценкам  проблемы.

Целью данной работы является выявление основных причин поражения Красной Армии  летом – осенью 1941 г. С целью подробного изучения вопроса тема разбита на три главы, каждая из которых имеет свою задачу. В первой анализируются военные теории и доктрины Германии и СССР, с целью выявления стратегических планов на войну и оценки их реализации. Во второй главе мы рассмотрим соотношение сил на фронтах, с целью выявления какого либо количественного преимущества одной из сторон, а так же проанализируем стратегическое развертывание сторон и степень их готовности к конфликту. В третьей главе мы проанализируем состояние РККА накануне войны, т.е. степень подготовленности советских войск к современной войне и укажем на некоторые ошибки в организации Красной Армии, которые могли сыграть существенную роль в ее поражении в начале войны. доктрина война фронт красный армия

При написании  доклада мы опирались на 5 работ. Основной являлась книга "Танковый погром 1941 г." Бешанова В.В. В ней подробно анализируются подготовка к боевым действиям всех участников конфликта а так же подробно анализируются боевые действия на фронтах. Для нашей работы важен был подробный анализ в этой книге военных теорий и доктрин Германии и СССР, а так же соотношения сил на фронтах 22 июня 1941г. В книге Мельтюхова М.И. "Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу" описывается подготовка к Великой Отечественной Войне. Для нас важным являлся материал, касающийся организации Красной Армии и сил сторон к началу операции "Барбаросса". В работе Пыхалова И. "Великая Оболганная война" нас интересовал материал, касающийся репрессий в Красной Армии и их влияния на ее боеспособность. При написании доклада так же был использован "Военный дневник" Ф. Гальдера. Данная работа использовалась нами как большое собрание фактологического материала по проблеме и представляла интерес с точки зрения оценки действий Красной Армии с позиции ее непосредственного противника. Последней работой, необходимой для написания нашего доклада, стала книга А. Верта "Россия в войне 1941-1945", в которой события отражены ее непосредственным участником. Для нашей работы оказался ценен подробный анализ подготовки к войне, а так же боевых действий летом – осенью 1941 г.

Глава 1. Военные теории и доктрины Германии и СССР

Официальной военной доктриной Германии стала  доктрина "тотальной и молниеносной войны". В Берлине сделали ставку на максимально эффективное использование наличных экономических возможностей для подготовки вооруженных сил к отдельным молниеносным кампаниям, паузы между которыми позволяли накопить новые резервы для следующего удара. Сама идея скоротечной сокрушительной компании не нова, это идеал, к которому стремился каждый полководец. Просто на этот раз победу должны добыть танки и авиация. Решительную цель планировалось достигнуть, окружив и уничтожив врага с помощью танковых клиньев и клещей.

Авиация должна была завоевать господство в  воздухе в первые же дни войны, разрушить железнодорожные узлы, полностью изолировать район решающих боевых действий от тыла противника, оказать непосредственную поддержку своим войскам на поля боя. Для полного уничтожения врага и более высоких темпов наступления создавались воздушно-десантные и моторизованные войска.

Принципы  подготовки и проведения операций сводились  к следующему: массирование сухопутных сил, в первую очередь танковых и  моторизованных соединений, а также  авиации на направлении главного удара целью быстрого прорыва оборонительных линий противника и стремительного продвижения вглубь его территории. Соответственно, нарушалась связь, затруднялось взаимодействие, захватывались коммуникации и стратегические пункты, окружались и уничтожались крупные группировки. В конечном итоге имелось в виду достижение полного разгрома вооруженных сил противника в самом начале войны. Все другие стратегические, политические и экономические задачи решались сообразно с ходом таких действий.

Основная  особенность немецкой тактики наступательного  боя заключалось в стремлении к одновременному подавлению силами авиации и танков тактической  зоны вражеской обороны. Отдельные  танковые бригады войскового усиления и пехотные дивизии предназначались  для прорыва тактической глубины  обороны противника. Одновременно авиация  должна была подавлять артиллерийские позиции и ближние резервы  войска. После прорыва планировался ввод в сражение танковых групп в  составе танковых дивизий и корпусов, а также моторизованных дивизий  для разгрома подходящих резервов противника в оперативной глубине.

Таким образом, отдельные танковые бригады совместно  с пехотными дивизиями использовались для решения стратегических задач, а танковые дивизии и корпуса  – для развития тактического успеха в оперативный.

Идеи  и принципы "молниеносной войны" были положены в основу всех стратегических планов германской агрессии и вскоре были применены на практике.

Опыт  боев во Франции дал возможность  генеральному штабу Вермахта сформулировать в специальной директиве некоторые  выводы о ведении наступательного  боя: "Смелость решения и его выполнение, быстрота, маневренность и сосредоточение сил на направлении главного удара снова определились как основа успеха. При этом успеху решающим образом способствует осуществление внезапности как в оперативном, так и в тактическом отношении. Решительный прорыв, не опасаясь угрозы с флангов, приводит к прорыву фронта противника. При преследовании противника смелый натиск вперед при использовании всех средств обеспечения подвижности затрудняет организацию и укрепление новых видов обороны. Особенно большое значение имеет при этом взаимодействие с частями бомбардировочной авиации".¹

На основе опыта боевых действий немецкое командование пришло к выводу, что танки должны действовать только в составе танковых дивизий, а переподчинение танковых частей пехотным себя не оправдывает. Танковая дивизия утвердила за собой роль ведущего и неделимого соединения в наступлении. Танковые соединения и объединения показали, что способны решать в наступлении разнообразные задачи, придавая операциям большую глубину, маневренный характер и высокий темп. Основными принципами их применения стали внезапность, массирование, а необходимым условием – наличие благоприятной местности. Главными формами маневра были прорыв, фронтальное, охватывающее и фланговое наступление.

Для участия  в Восточной кампании были выделены 19 танковых дивизий, одиннадцать из них были трехбатальонными и имели по 209 танков, а восемь – двухбатальонными, примерно 235 – 150 танков. Самое большое количество боевых машин было в 7-й дивизии, в то время как число колесных машин, рассчитанных на движение по нормальным дорогам, достигало 3000 на дивизию. На границе с СССР к 22 июня 1941 года были сосредоточены 17 танковых дивизий; две резервные находились в Германии и Франции и на фронте появились только в сентябре.¹

Упор  на использование новейших средств  вооруженной борьбы и разработку форм и методов их боевого применения для достижения быстрого и решительного результата на главных направлениях давал военной доктрине Германии преимущества перед своими потенциальными противниками. Это выражалось, в  частности, в поддержании наступательного  духа, решительности, стремительности  и маневренности в действиях войск, умении эффективно использовать подвижность и ударную мощь современной бронетехники.

Теперь  изучим военную доктрину СССР и рассмотрим, какую роль она сыграла на начальном этапе военных действий.

Идея  активного наступательного метода ведения войны нашла свое отражение  в разработанной в Советском  Союзе теории глубокой наступательной операции. Ее создателями были видные советские военачальники и теоретики В.К. Триандафилов, Б.М. Шапочников, К.Б. Калиновский, А.Н. Лапчинский, В.Д. Грендаль, И.С. Исаков и другие. Основные положения этой теории были изложены в Инструкции по ведению глубокого боя, разработанной в 1932 году и являвшейся, по-существу, руководством при организации и проведении боевой подготовки войск. Окончательно теория сложилась к середине 30-х годов.²

Теория  глубокой наступательной операции предусматривала  одновременное нанесение ударов противнику на всю оперативную глубину  его обороны, для чего имелось  в виду использовать высокие боевые возможности современной артиллерии, танковых и механизированных войск, авиации и воздушно – десантных  соединений.

Проведение  операции сводилось к тому, чтобы  решить две основные задачи: во-первых, взломать фронт обороны противника одновременным ударом танков, артиллерии, пехоты и авиации на всю ее тактическую  глубину; во-вторых, развить тактический  успех, достигнутый при прорыве  обороны, в оперативный немедленным  вводом эшелона подвижных войск  при изоляции авиацией района прорыва  от подхода резервов противника.

Было  признано, что наступательная операция наиболее полно развертывается во фронтовом  масштабе. Считалось, что для осуществления  такой операции необходимо создать двойное превосходство в силах и средствах над противником. Надо было иметь в своем распоряжении две-три ударные и одну-две обычные общевойсковые армии, сильную авиационную группу, плюс к ним подвижную группу, состоящую из танковых и механизированных соединений, способную развить успех и самостоятельно удерживать важные районы или объекты в оперативной глубине обороны противника. Ведущая роль во фронтовой операции отводилась ударной армии, оснащенной танками и авиацией.

В целях  нанесения по врагу мощных ударов предусматривалось глубокое построение войск, включавшее сильный эшелон атаки, эшелон развития успеха, резервы. Для  осуществления прорыва предполагалось сосредоточить на направлении главного удара превосходящие силы и средства пехоты и поддержать их массированным  воздействием артиллерии, танков и  авиации. Основной задачей эшелона  атаки являлся прорыв обороны  противника. Для развития успеха предназначалась  подвижная конно-механизированная группа фронта.

Военно-воздушные  силы и воздушно-десантные войска намечалось использовать для непосредственного  содействия сухопутным войскам при  прорыве и для обороны с  подходящими резервами противника.

Идея  активного наступательного метода ведения войны была отражена во всех военных уставах, а также в  замыслах оперативно-стратегических игр  и учений. Наиболее ярко сущность советской  доктрины была выражена в проекте  Полевого устава 1939 года: "Если враг навяжет нам войну, Рабоче-Крестьянская Красная Армия будет самой нападающей из всех когда-либо нападавших армий. Войну мы будем вести наступательно, перенеся ее на территорию противника. Боевые действия Красная Армия будет вести на уничтоение, с целью полного разгрома противника".¹

Вопросы обороны рассматривались эпизодически. Считалось, что она может вестись  на отдельных направлениях, но в  рамках общего стратегического наступления. Проблема же вывода крупных сил из под ударов противника не разрабатывалась вовсе.

Можно сказать, что Советский Союз не был готов  к оборонительной войне. В первые дни войны немцам удалось достичь оперативно-стратегической внезапности. Будучи застигнуты врасплох, советские войска не имели возможности организованно вступить в сражение и не могли создать фронт обороны. Сама дислокация частей и соединений не соответствовала оборонительным задачам.

Об этом же записал в своем дневнике Гальдер: "Наступление германских войск застало противника врасплох. Боевые порядки противника в тактическом отношении не были приспособлены к обороне. Признаков оперативного отхода нет и следа. Вероятно, что возможность вероятности такого отхода была просто исключена. Ряд командных инстанций противника, например, в Белостоке, полностью не знал обстановки, и поэтому на ряде участков фронта почти отсутствовало руководство действиями войск со стороны высших штабов. Представляется, что русское командование благодаря своей неповоротливости в ближайшее время вообще не в состоянии организовать оперативное противодействие нашему наступлению. Русские вынуждены принять бой в той группировке, в которой они находились к началу нашего наступления".²

Итак, можно  сделать вывод, что обе стороны  готовились к активной наступательной войне, которая должна была проводиться  в короткие сроки и с применением  современных видов вооружений. В  условиях, когда первый удар был  нанесен германской стороной и весь ход операции в начале войны проходил в соответствии с планом, советские  войска оказались в сложной ситуации. По причине слабой подготовки проведения оборонительных операций Красная Армия не смогла оказать достойного сопротивления опытным войскам Вермахта. Попытки же проведения контрнаступательной операции так же не принесли успеха, по причине слабого взаимодействия войск и сложности оперативной ситуации.

Глава 2. Стратегическое развертывание

В ночь на 22 июня германское командование завершило  все подготовительные мероприятия  для осуществления операции "Барбаросса". В соответствии с планом были созданы три крупные группировки, каждая из которых должна была наступать на одном из стратегических направлений.

Группа  армий "Север" под командованием генерал-фельдмаршала Вильгельма фон Лееба была развернута в Восточной Пруссии на участке от Клайпеды до Голдапа на 230-километровом фронте в составе 16-й и 18-й армии и 4-й танковой группы – всего 29 дивизий, в том числе 3 танковые и 3 моторизованные.

Три пехотные дивизии находились в резерве  командующего группы армий. Войска группы армий "Север" должен был поддерживать 1-й воздушный флот, имевший 830 самолетов, из них 203 истребителя и 271 бомбардировщик. Остальные машины – разведчики и транспортники.

Всего в  распоряжении фон Лееба имелось 787,5 тысяч человек, 8348 орудий и минометов, 679 танков и штурмовых орудий.

Им противостояли  войска Прибалтийского особого военного округа (Северо-Западного фронта) под  командованием генерал-полковника Ф.И. Кузнецова в составе 8-й, 11-й  и 27-й армий – 25 дивизий и одна бригада.

Кроме того, на территории округа в Двинске размещался 5-й воздушно-десантный корпус. Штат корпуса: три воздушно-десантные бригады, артдивизион, спецчасти, 10419 человек, 50 легких танков.

Округ имел 5 авиадизий, 1814 самолетов. Всего в ПрибОВОмк 22 июня было 375 863 человека, 7467 орудий и минометов, 1514 танков.¹

На Северо-Западном направлении Вермахт имел двухкратное превосходство в живой силе, но во столько же раз уступала войскам Прибалтийского округа в танках и авиации. Зато немцы уже сосредоточили свои ударные группировки, а советские войска лишь в середине июня начали выдвижение к границе. В 50-километровой приграничной полосе располагалось в момент нападения лишь девять советских дивизий, равномерно растянутых по 300-километровому фронту. С середины июля началось выдвижение к границе войск второго эшелона армий прикрытия, но завершить этот процесс не удалось. В результате на направлении главного удара группе армий "Север" удалось добиться более благоприятного соотношения сил.

Группа  армий "Центр" - наиболее мощная группировка немецких войск – занимала 550 километровый фронт от Голдапа до Влодавы. Командовал ей генерал-фельдмаршал Федор Фон Бок. В группировку входили 9-я и 4-я армии, 2-я и 3-я танковые группы – всего 50 дивизий и две моторизованные бригады, в том числе 9 танковых, 6 моторизованных и 1 кавалерийская дивизия.

Для немецкого  командование это направление являлось главным в операции "Барбаросса", поэтому группа армий "Центр" была сильнейшей на всем фронте. Здесь было сосредоточено 40% всех германских дивизий, развернутых от Баренцева до Черного моря, в том числе 50% моторизованных и танковых.

Перед войсками группы стояла задача осуществить охват  войск Западного особого округа, расположенном в белостокском выступе, ударами от Сувалок и Бреста на Минск окружить и уничтожить советские войска в Белоруссии, овладеть Полоцком, Витебском, Минском, Смоленском и Гомелем. Этим создавались условия для дальнейших наступательных операций на московском направлении. Поэтому основные силы группы армий были развернуты на флангах в двух ярко выраженных ударных группировках.

Наступление группы армий "Центр" поддерживал 2-й воздушный флот. Всего войска на этом направлении насчитывали 1455,9 тысяч человек, 1516 орудие и миномет, 2156 танков и штурмовых орудий и 1712 самолетов.

На территории Белоруссии размещался Западный особый военный округ (Западный фронт) под  командованием генерала армии Д.Г. Павлова, включавший в себя 3-ю, 10-ю, 4-ю, 13-ю армии и окружные соединения – всего 44 дивизии, в том числе 12 танковых, 6 механизированных, 2 кавалерийские.

Войска  округа готовились, в том числе  на штабных играх, к форсированию Буга и наступлению к Висле. Зато отработка оборонительных мероприятий  проводилась чисто символически. Основное внимание в боевой подготовке обращалось не на отражение наступления  противника, а на проведение контрнаступления.

Таким образом, всего в подчинении округа находилось 680000 человек, около 15000 орудий и минометов, более 3000 танков. Содержавшийся по штатам мирного времени Белорусский  особый военный округ уступал  противнику только в личном составе, но превосходил его в танках, авиации  и артиллерии. С середины июня войска округа начали выдвигаться на исходные рубежи к границе, освобождая старые места дислокации для второго  эшелона. В момент германского нападения  в движении находились 2-й, 47-й, 21-й, 44-й  стрелковые корпуса.¹

Главной причиной неудач на данном направлении  можно назвать то, что застигнутая  врасплох немецким нападением советская  группировка не имела ни наступательной, ни оборонительной конфигурации. В то же время противник, опередив в развертывании и сконцентрировав на выгодных направлениях ударные группировки, сумел добиться на них существенного превосходства в силах и средствах.

Группа  армий "Юг", под командованием генерал-фельдмаршала Герда фон Рунштедта была готова к наступлению на рубеже от Люблина до устья Дуная, протяженностью 780 км. Общие силы вторжения на киевском стратегическом направлении насчитывали 1508,5 тысяч человек, 16008 орудий и минометов, 1144 танка и штурмовых орудия и 1223 самолета.

Самая мощная группировка советских войск (командир генерал-полковник М.П. Кирпонос) сосредоточивалась на Юго-Западном направлении на территории Киевского и Одесского округов. На этом направлении Красная Армия готовилась нанести главный удар. Операция Юго-Западного фронта была разбита на три этапа. Первый – прикрытие. Второй – наступление на глубину 120 – 130 км. Третий – за 20 дней выдвинуться на глубину до 250 км. Всего на территории Киевского ОВО размещались 59 дивизий, из них 16 танковых, 8 механизированных, 2 кавалерийские.

Войска  Южного фронта под командованием  И.В. Тюленева – всего 21 дивизия –  получили задачу прикрывать границы  с Венгрией и Румынией, а затем  выйти на границу с Болгарией, отрезав Румынию от моря.

Общие силы двух округов насчитывали 91,5 дивизию, 1412,2 тысяч человек, 26580 орудий и минометов  и 8096 танков. Кроме того на территорию КВО и ОдВО прибывали войска 16-й и 19-й армий второго эшелона общей численностью 129675 человек, 1505 орудий, 1071 танк.²

Для наступления  на Мурманск и Кандалакшу на севере Финляндии немцы развернули армию  "Норвегия" силой в три пехотные и три горнострелковые дивизии при двух танковых батальонах. Их поддерживал пятый воздушный флот, имевший всего 117 самолетов. Карельская и Юго-Восточная финские армии должны были также перейти в наступление. Таким образом в распоряжении фронта находились 407,4 тысячи человек, 3084 орудия и миномета, 192 танка и 424 самолета.

Им противостояли  войска Северного фронта под командованием  генерал-лейтенанта М.М. Попова в составе 14-й, 7-й, 23-й армий. Военно-воздушные  силы округа имели в 8 авиадивизиях 2104 самолета. Всего в ЛенВО было 426230 человек личного состава, 9589 орудий и минометов, 1857 танков. Задачи прикрытия войска фронта готовились решать методов активной борьбы на территории Финляндии.

Таким образом, группировка советских войск  на западных границах была достаточно мощной. Противник превосходил Красную армию лишь по численности личного состава, так как был полностью отмобилизован.

Можно сделать  вывод, что германское командование, развернув на Восточном фронте основную часть Вермахта, не смогло добиться подавляющего превосходства в силах  не только в полосе всего будущего фронта, но и в полосах отдельных  групп армий. В резерве у главного командования германских сухопутных войск имелась еще 2-я армия – 21 пехотная, 2 танковые 1 моторизованная дивизии.

Однако  Красная Армия не была отмобилизована и не закончила процесс стратегического развертывания. Вследствие этого части первого эшелона войск прикрытия значительно уступали противнику, части которого были развернуты непосредственно у границы. Подобное расположение советских войск позволяло громить их по частям. На направлениях главных ударов групп армий германскому командованию удалось создать значительное превосходство. Наиболее благоприятное соотношение сил сложилось в полосе группы армий "Центр", поскольку именно на этом направлении наносился главный удар всей Восточной компании. На остальных направлениях даже в полосах армий прикрытия имело место советское превосходство в танках. Общее соотношение сил позволяло советскому командованию не допустить превосходства противника даже на направлениях главных ударов. Но на деле произошло обратное.

Так как  в Кремле не ожидали германского  нападения, Красная Армия, начав  в мае 1941 года стратегическое развертывание  и сосредоточение на Западном ТВД, которое  должно было завершиться к 15 июля, оказалось 22 июня застигнута врасплох и не имела  ни оборонительной, ни наступательной группировки.¹ Советские войска не были отмобилизованы, не имели развернутых тыловых структур и лишь завершали организацию органов управления на театре. На фронте от Балтийского моря до Карпат из 77 дивизий войск прикрытия РККА в первые часы войны отпор врагу могли оказать лишь 38 неполностью отмобилизованных дивизий, среди которых лишь некоторые успели занять оборудованные позиции на границе. Остальные войска либо находились в местах постоянной дислокации, либо в лагерях, либо на марше.

Упредив советские войска в стратегическом развертывании, обеспечив внезапность  нападения, создав мощные оперативные  группировки своих полностью  боеготовых сил на избранных направлениях удара, германское командование создало  благоприятные условия для захвата  стратегической инициативы и успешного  проведения первых наступательных операций.

Итак, немецкие войска превосходили советские лишь по численности личного состава, по количеству техники РККА зачастую превосходила противника. Однако Красная  Армия не была отмобилизована и не закончила процесс стратегического развертывания, не имелось развернутых тыловых структур и лишь завершалась организация органов управления на театре военных действий. Большинство войск либо находились в местах постоянной дислокации, либо в лагерях, либо на марше.

Глава 3. Состояние РККА накануне войны

Говоря  о состоянии РККА, начать стоит с опыта боевых действий, так как именно этот фактор является во многом решающим, при характеристики эффективности любой армии. Красная Армия обладала очень небольшим опытом ведения современной войны. Ее единственным большим опытом была гражданская война, но она мало была похожа на современную войну. После этого была война в Испании, но своеобразный и ограниченный характер боевых действий был истолкован однобоко. Например, по результатам этой войны пришли к выводу о нецелесообразности существования крупных бронетанковых соединений. В 1938-1939гг. велись также успешные бои против японцев у озера Хасан и на реке Халхин-Гол, но они также не были похожи на большую войну, начавшуюся в 1941 году. Уроки были извлечены из зимней войны в Финляндии, но их не успели достаточно широко претворить в практику.¹

Советские военачальники продемонстрировали летом 1941 года неспособность управлять  крупными войсковыми соединениями в  реальных условиях, пренебрежение всеми  правилами ведения боевых действий. Войска, вопреки требованиям уставов, зачастую развертывались и действовали  на широких фронтах, в произвольных направлениях, без взаимодействия друг с другом. Как правило, в наступлении  силы распылялись, а контрудары наносились фронтально по окопавшемуся противнику и без учета рельефа местности. При этом командиры и штабы  дивизий, а иногда и полков, часто  отрывались от наступавших войск, пункты управления оборудовались плохо, средств связи было недостаточно, использовались они неумело.²

Командиры взводов, рот и батальонов обычно шли в атаку впереди своих  подразделений, не видели своих боевых порядков и не могли руководить ими. Это влекло за собой большие потери командного состава и дезорганизацию управления боем.

Оборона строилась по принципу кордонной  линии на широком фронте, без должной  глубины, без учета тактики противника, характера местности и важности обороняемых направлений. Оперативное  построение армий почти всегда было одноэшелованным, силы и средства в соединениях также распределялись равномерно по фронту. Стыки и фланги обеспечивались слабо. В ходе оборонительных операций отсутствовал широкий маневр силами и средствами за счет других, менее активных участков фронта и резервами. Отход войск с одного оборонительного рубежа на другой, как правило вынуждался обстановкой и осуществлялся под сильным огневым воздействием артиллерии, танков и авиации противника. Заблаговременная подготовка рубежей и организация устойчивой обороны в армейском и войсковом тылу осуществлялось редко. Вследствие этого советские части в случае вынужденного отхода оказывались не в состоянии закрепиться на новом рубеже.

Разведка, как наземная, так и воздушная  почти не велась. Штабы редко ставили  войскам задачи на ведение разведки в бою. Даже полученные разведчиками данные зачастую оставались неиспользованными, так как низшие штабы не сообщали их высшим, а последние не могли сделать на основе их должные выводы и проинформировать другие низшие штабы и соседей. Поэтому крайне редки были случаи, когда командир принимал решение, имея более или менее точные данные о противнике.³

Особенно  больным вопросом с первого дня  войны стала связь. Советские  военачальники осуществляли руководство  с помощью посыльных и делегатов связи, маршалы исследовали театр военных действий в поисках командующих фронтами и армиями. Привыкнув руководить своими частями по телефону, не выходя из штаба, красные командиры оказались совершенно беспомощны в полевых условиях.

Что касается танковых частей, то до 1943 года были радиофицированы  только машины командиров рот, батальонов, т.е. один танк из десяти. Поэтому немцы  стремились подбить в первую очередь  танки с антеннами, а их потеря сильно усложняла ведение правильного  боя. Оптика также уступала немецкой, что вкупе с небольшим обзором, после уничтожения машин с рациями командиров рот и батальонов, превращала танки в уязвимые цели.

Опыт  танкистов так же оставлял желать лучшего. Танкистами становились, в  основном, конники и пехотинцы, которые  совершенно не имели навыков ни стрельбы, ни вождения, ни управления. На практическую подготовку механика-водителя танка  отводилось всего пять часов, а многие имели всего 1,5 - 2часа практики вождения,¹ в то время как в Вермахте – не менее 50 часов. В результате из-за неопытности экипажей в условиях форсированных маршей случались частые поломки, которые никто не мог устранить. В коротких перерывах между боями офицерам приходилось обучать танкистов самым элементарным навыкам, таким как вождение боевой машины и стрельба из пушки.