Принцип судебной истины
Введение
Наука гражданского
процессуального права, относится
к числу фундаментальных
Принципы гражданского процесса есть основания системы норм гражданского процессуального права, центральные понятия, стержневые начала всей совокупности процессуальных законов. В них концентрируются взгляды законодателя на характер и содержание современного судопроизводства по рассмотрению и разрешению судами правовых конфликтов и иных дел (дел особого производства). Принципы выражаются как в отдельных нормах общего содержания, так и в целом ряде процессуальных норм, в которых находятся гарантии реализации на практике общих правовых предписаний.
Исходя из вышеизложенного тема контрольной работы является актуальной.
1.Понятие и значение принципов гражданского судопроизводства
Разумеется, все авторы согласны с тем, что без истины немыслимо ни
право, ни правосудие, но то содержание, которое авторы вкладывают в
понятие «судебная истина» совершенно различно. Большинство учёных
занимают компромиссную
судебная истина – продукт реальных фактов, обстоятельств, состояния,
отношений, составляющих суть дела, адекватного их истолкования, и
определения юридического смысла, значения с позиции закона, подлежащего
применению. И вообще, применимы
ли философские категории «
том же предмете.
Многие процессуалисты, касающиеся в своих трудах характера истины, приходили к выводу о том, что суд может и обязан установить абсолютную истину. Так, И.М. Резниченко считает, что истина
устанавливаемая судом должна быть отнесена к разряду абсолютных, вечных, неопровержимых. Но здесь же отмечает, что истина судебного приговора необходима в известных пределах, но не сама по себе, иначе она превратится в неисчерпаемую. П.Ф. Пашкевич же обращает внимание на то, что предмет познания суда имеет строго определенные во времени и пространстве рамки, поэтому «истина в судебном процессе может быть познана полностью».
Н.Б. Зейдер допускает, что понятия абсолютная и относительная
истина применимы в любой области познания, в том числе и при разрешении
судом конкретного дела. Однако, замечает автор, любая познавательная
деятельность характеризуется своей спецификой, и следует признать то
несомненное положение, что перед судом стоит задача установления
абсолютной истины, т.е. истины, которая полностью выражает
действительность отношений
В.С. Тадевосян полагает, что истина, устанавливаемая судом, по своему
характеру является относительной, поскольку абсолютная истина – это
абсолютно полное, исчерпывающее знание о материи, ее свойствах и формах,
это предел познания, чего нельзя сказать о судебном познании, поскольку оно направлено на исследование далеко не всех факторов, а только значимых для разрешения конкретного дела.
Истина лишь отчасти является абсолютной, пишет А.Ю. Угренев, то
есть является относительной, так как субъектом ее отражения является
человек, который силой своих возможностей, воли, желаний и т.п. может
влиять на истину, изменять ее. Иначе говоря, то, что человек чувствует и
насколько он знает, понимает, то существует и является истиной, и наоборот.
Е.А. Виноградова подтверждает, то, что сегодня истина, завтра может ею не
быть, и такое понимание истины отождествляет истину и правду, не проводя
между ними различий.
В то же время в литературе были высказаны и иные точки зрения по
поводу характера судебной истины. А.Ривлин считает, что в результате
судебной деятельности устанавливается «материальная истина», которая не
относится ни к разряду абсолютных истин, ни к разряду относительных.
М.Л. Якуб категорически заявляет, что сама постановка вопроса о том,
является ли истина, устанавливаемая в суде, относительной или абсолютной,
не обусловлена потребностями теории и практики осуществления
правосудия, задачами судопроизводства и не соотносится со специфическими особенностями исследования обстоятельств по делу.
Но, на мой взгляд, самой обоснованной и аргументированной
является точка зрения Ю.К. Осипова, в соответствие с которой истина,
устанавливаемая в судопроизводстве, является объективной истиной,
содержащей в себе в диалектическом единстве элементы абсолютной и
относительной истины. Диалектика соотношения понятий абсолютной и
относительной истины в правосудии заключается в том, что выводы суда по
вопросам, существуют ли искомые юридические факты, спорное
правоотношение, нарушено ли право истца ответчиком, должны иметь
абсолютный характер. И, напротив, необходимости в чрезмерном выяснении
абсолютно всех обстоятельств по делу, как правило, не имеется (например,
нет надобности устанавливать, какая была погода, в момент совершения
сделки и т.д.). Интересными показались нам и суждения О.В.Иванова, в
соответствие с ними абсолютная истина является объективной в наиболее
полной, исчерпывающей форме. Таким образом, различия между абсолютной
и относительной истиной - не в степени достоверности, поскольку и та и
другая – истины объективные, а
в степени полноты и
Необходимо отметить, что истина, устанавливаемая в процессе,
однозначно не может быть абсолютной. Ведь по любому делу не исключен
пересмотр постановления и отраженных в нем обстоятельств, зачастую это
происходит спустя довольно значительный период времени. Кроме того, в
ряде ситуаций возможно установление дополнительных данных, то есть
гражданское процессуальное законодательство не исключает возможности
поэтапного познания, при котором одно судебное постановление будет
основой другого (здесь примером служат рассмотрение регрессных исков,
использование фактов, ранее установленных
судом по другому гражданскому делу
и т.д.). Более того, спорное правовое
отношение – развивающееся
Результаты судебного познания не совсем правильно определять однозначно, как истину в философском значении этого понятия. Истина применима в сложных познавательных процессах таких объектов, как космос, человеческий мозг, структура земной коры и т.п. И если процесс познания бесконечен, то и истина представляет собою постоянно развивающийся процесс. Суд же интересуют конкретные факты взаимоотношений спорящих сторон. В этом смысле познавательную деятельность суда можно считать фактологической, сочетающей в себе начала абсолютности и относительности . Не важно как эту истину назвать и является ли она абсолютной или относительной, а важно то, что она является объективной, то есть представляет собой соответствие выводов суда, содержащихся в приговоре или решении, то есть в действительности. Так мы плавно подошли к еще одному вопросу, который до сих пор, даже после ряда уточняющих поправок законодателя, является не до конца разрешенным. Речь идет о законодательном закреплении и практическом действии принципа объективной истины. Сразу хотелось бы обозначить, что существую два основных вида принципа истины: объективная и формальная. Принцип объективной истины – это требование, согласно которому решение правоприменительного органа должно полно и точно соответствовать объективной действительности.
Непосредственным выражением этого принципа является обязанность
правоприменительных органов (судов, следственных органов, арбитража и
др.) принять все необходимые и доступные меры для всестороннего, полного
и объективного установления всех обстоятельств дела, прав и обязанностей
субъектов, правового значения фактов. В своем чистом виде этот принцип
получил закрепление в социалистическом прошлом нашей страны. Так,
статья 5 ГПК РСФСР 1923 года устанавливала: «Суд обязан всемерно
стремиться к уяснению действительных прав и взаимоотношений
тяжущихся, почему, не ограничиваясь представленными объяснениями и
материалами, он должен, посредством предложенных сторонам вопросов,
способствовать выяснению существенных для разрешения дела
обстоятельств и подтверждению их доказательствами, оказывая
обращающимся к суду трудящимся активное содействие к ограждению их
прав и законных интересов, дабы юридическая неосведомленность,
малограмотность и подобные тому обстоятельства не могли быть
использованы им во вред». Что же касается принципа формальной истины, то
характерен он для ряда стран Западной Европы и означает, что за судом
закрепляется возможность
материалов, которые стороны нашли возможность подать в суд. Итак, суд
может положить в основу своего решения только указанные стороной факты,
использовать доказательства, представленные стороной и не исследовать их в
силу служебного долга. Суд связан признанием стороны, поэтому роль
состязательности в рамках этого принципа чрезвычайно высока. Формальная
истина не признает существование принципа объективной истины, нacтaивая
на формализации процесса.
На сегодняшний момент одним из наиболее спорных вопросов
российского гражданского процесса является проблема достижения в суде
истины по гражданскому делу. Не существует единой общепринятой
концепции принципа истины в гражданском судопроизводстве. Даже при
изучении нами толкования законодательства, многих учебных пособий,
точки зрения различных авторов-
друг от друга, что нередко приходится поражаться, как по-разному
понимаются одни и те же нормы ГПК РФ. Сразу отметим, что принцип
«какой-либо» судебной истины в настоящее время не закреплен прямо в ГПК
РФ, что собственно и создает
почву для дифференциации мнений
о наличии и применении обозначенного
принципа в гражданском
Мнения ученых колеблются в диапазоне двух крайних позиций по этому
вопросу: одни считают, что принцип объективной истины в гражданском
процессе существует, оставаясь в русле господствующей на протяжении
многих лет после 1917 г. доктрины, другие стоят на позиции отсутствия этого принципа в современной правовой системе, называя поиск истины в
правосудии «химерой» (Е.Б. Мизулина), «блефом»(М.М. Бобров).7
Для наилучшего восприятия данной проблемы необходимо провести
краткий исторический экскурс: еще в первоначальной редакции ГПК РСФСР
(от 1964 года) в ст.14 было прямо закреплено к суду требование, не
ограничиваясь представленными материалами и объяснениями, принимать
все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и
объективного выяснения
обязанностей сторон. А ст.50 еще раз подчеркивала значение этого принципа,
указывая, что суд, при недостаточности доказательств, предлагает сторонам и лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства
или собирает их по своей инициативе, не ограничиваясь представленными
материалами (здесь очевидно прямое закрепления принципа объективной
истины).
Но с изменениями в
жизни страны, активное преобразование законодательства не обошло
стороной и ГПК, в связи с чем были существенно изменены вышеназванные
статьи ФЗ от 30 ноября 1995 года. Если ранее суд должен был выяснить
действительные обстоятельства дела, то теперь он только создает
необходимые условия для исследования обстоятельств дела, т. о. суд
лишается доказательственной активности. Только по ходатайству сторон и
других лиц, участвующих в деле, он оказывает им содействие в собирании
доказательств, но только в предусмотренных законом случаях, а по
собственной инициативе суд этого делать не может вообще.
Таким образом, после поправок законодателя, сразу возник вопрос: а
существует ли теперь принцип объективной истины в гражданском
судопроизводстве и каково его влияние?
Так, что касается изменения ст. ст. 14 и 50 ГПК, то российский юрист, доктор
юридических наук А.Т. Боннер не считает это основанием для отказа от
принципа объективной истины. В
подтверждение своей точки
ссылается на то, что принцип объективной истины в ГПК до 1995 года был
принципом двойного закрепления, т.е. с одной стороны данный принцип был
непосредственно закреплен в ст. 14 ГПК, а с другой стороны — косвенно
закреплен во многих нормах ГПК (о чем речь шла выше). Теперь же данный
принцип, по мнению А.Т. Боннера, является принципом косвенного
закрепления, т.к. конкретные положения принципа объективной(судебной)
истины, которые скрыты во многих нормах ГПК остались без изменения, не
поменяли сущности и даже пополнились некоторыми добавлениями. 8
В данном контексте, немаловажным будет сослаться на мнение
доцента Е.Чесовского, резонно заявившего, что «обязанность суда создать
условия для всестороннего и объективного исследования обстоятельств,
имеющих значение для дела, иными словами, исследования истинности
юридических фактов, косвенно вытекает из ст.ст. 14 и 50 ГПК. На
достижение истины направлена деятельность суда по оценке представленных
доказательств, где данная цель является логическим завершением процесса
доказывания»
В то же время, ряд процессуалистов поспешили объявить, что
законодатель отказался от принципа объективной истины в гражданском
процессуальном праве. В процессуальной литературе широко
распространено мнение, в соответствии с которым в правосудии возможно
достижение исключительно
профессор И.В. Решетникова в своих трудах доказывала, что суд не
устанавливает истину по гражданским делам, и «стандарт доказывания не
преследует цель установить истину». А В.М. Шерстюк сенсационно
заявляет об отказе от данного принципа и опирается, в своей аргументации,
на законодателя (хотя второй никаких деклараций по этому поводу не делал),
что завоевало внимание практического юриста, поскольку отсутствие поиска
истины значительно облегчает процесс.
Но помимо столь категоричных заявлений, существует ряд особых
суждений. Например, И. М. Зайцев ведет речь о принципе судебной истины,
содержание которой составляют нормативно закрепленные требования
прежде всего к суду, а также к лицам, участвующим в деле, и к другим
участникам процесса полно и всесторонне установить обстоятельства дела. В
наименовании принципа автор исходит из специфичности судебного
познания и истины как его итога.10
Наше внимание привлекла достаточно необычная работа
М.А.Плюхиной, которая приходит к выводу, что существование принципа
объективной истины в обновленном гражданско-процессуальном
законодательстве можно
понятия объективной истины обусловлен не только расширением
состязательности, но и включением норм и принципов международного
права в национальную правовую систему. В обоснование своей точки
зрения автор приводит соображения одного американского исследователя У.
Бернама. Последний высказывает мнение о том, что погоня за объективной
истиной является недостижимой, поскольку само событие как таковое не
может быть воспроизведено заново в суде, и можно положиться только на его субъективное восприятие (автор ведет речь, главным образом, о самом
«ненадежном доказательстве» - свидетельских показаниях). Но, по нашему
мнению, можно усомниться в вышеизложенном, так как автор умаляет
значение таких доказательств, как документы, вещественных доказательства,
аудио- и видеоматериалы, которые хранят события прошлого вне сферы
влияния субъективного фактора.
Среди мнений ученых считающих, что принцип объективной истины
потерял свою актуальность. Рассмотрим точку зрения В.В. Яркова, в
соответствие с которой
вытесняется принципом формальной истины, имея в виду, что тенденциозно
суд теперь не стремится выяснить
подлинные взаимоотношения
Ярков считает, что в настоящее время в соответствии с принципом
юридической истины, суд разрешает дело на основании предоставленных
сторонами доказательств, суд не вмешивается в процесс доказывания, а лишь
определяет, какие факты и какая сторона должна доказать, т.е. распределяет
между ними обязанность по доказыванию. Принцип юридической истины, по
мнению автора, взаимосвязан с принципом состязательности и определяет,
что суд теперь может отказать в удовлетворении иска, например, за
недоказанностью, а сам не будет принимать мер к установлению
обстоятельств дела. В.В. Ярков также замечает, что судебная реформа меняет
функции суда в процессе, превращая его больше в арбитра, чем
заинтересованного в установлении истины участника. Однако Э.М. Мурадьян саркастически замечает, что «взгляд на истину как нечто отжившее, излишнее, принес не ветер перемен, а быстро распространяющаяся
эпидемия». Наибольшую ясность в этот вопрос привнес ГПК РФ от 14 ноября 2002 года, по мнению многих, данный закон все-таки закрепил принцип объективной истины. Многие видные ученые-процессуалисты,
утверждавшие ранее об отсутствии принципа объективной истины в
гражданском процессе, вновь признали
его существование в
российском цивилистическом
Например, М.К. Треушников сначала занимал особую позицию, и не
указывал прямо на существование принципа объективной истины (даже в его
учебном пособии этот принцип был исключен) и считал, что у суда
сохраняется в современный период функция по собиранию доказательств, но
в ограниченных пределах. Но это суждение изменилось с появлением на свет
ГПК РФ, теперь автор прямо указывает на принцип объективной истины в
современном гражданском процессе и понимает под ним «суждение, в
котором верно отражается объективная реальность, суждение судьи (судей) о
действительно фактических обстоятельствах по делу в их правовой оценке».
Разумеется, Кодекс не вернулся к бывшей формулировке объективной
истины: теперь суд, сохраняя независимость, объективность и
беспристрастность, лишь осуществляет руководство процессом, разъясняет
участвующим в деле лицам их права и обязанности, предупреждает о
последствиях совершения или не совершения ими процессуальных действий,
оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для
всестороннего и полного исследования доказательств, установления
фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при
рассмотрении и разрешении гражданских дел (ч.2 ст.12 ГПК). ГПК РФ
косвенно закрепил содержание принципа объективной истины в ст.12
«Осуществление
равноправия сторон» и ст.56 «Обязанность доказывания», что позволяет
некоторым авторам усомниться в
неоспоримости существования
принципа. Но сравнивая ст. 14 ГПК РСФСР и ст. 12 ГПК РФ мы отметили
следующее: во-первых, если раньше суд оказывал сторонам и лицам,
участвующим в деле, содействие только в предусмотренных Кодексом
случаях, то теперь - в неограниченном количестве случаев, естественно, по
существу; во-вторых, указание на то, что суд осуществляет руководство
процессом может означать лишь всестороннее и полное исследование
доказательств и установление фактических обстоятельств судом в
сотрудничестве со сторонами и другими лицами, участвующими в процессе;
в-третьих, суд создает не «необходимые», т.е. минимальны, достаточно
ограниченные условия, а все
условия для всестороннего
правильного разрешения гражданского дела.
И действительно, еще раз подтверждают наличие принципа
объективной истины содержания многих статей. Согласно ст. 148 ГПК после
принятия заявления судья
разбирательству, к задачам которой в ряду других относятся уточнение
обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела,
определение правоотношений сторон и закона, которым следует
руководствоваться. По сути на данной стадии судья решает задачи по
определению программы, алгоритма действий для установления
обстоятельств, положенных в основу возникновения, изменения или
прекращения спорного правоотношения, в котором стороны являются его
предположительными субъектами. В ст. 194 ГПК указано, что при вынесении
решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства,
имеющие значение для дела, установлены и какие не установлены, что также
предполагает истинность знаний государственного органа правосудия о
действительном существовании или отсутствии того или иного события или
действия в реальной жизни. Даже приведенный весьма неполный перечень
правил ГПК свидетельствует о том, что пока еще рано, да, видимо, и вообще
некорректно категорически утверждать об отсутствии принципа объективной
истины в российском гражданском процессе.
Более того, существует ряд гарантий, направленных на достижение
принципа объективной истины. Одной из самых весомых гарантий выступает
норма об основаниях отмены или изменения решения суда в кассационном
порядке, а также норма, закрепляющая обязанность суда осуществлять
руководство гражданским процессом (ч.2 ст.12 ГПК РФ).
На протяжении всего времени написания данной работы, нас не
покидал вопрос: что же все-таки заставило законодателя провести такую
трансформацию принципа объективной истины и какие цели он при этом
преследовал? Может отказ от объективной истины и закрепление
формальной истины – это поэтапно осуществляющийся план законодателя,
ожидающий готовности российского правосознания к такому повороту?
Может это была вынужденная мера, обусловленная отходом от социализма и
становлением на рельсы капиталистического развития? А может всего-
на всего хроническая
число гражданских дел?
Естественно можно предположить то, что стабильное развитие
российского общества, его правовой культуры, постепенное устранение
эфемерного социализма, позволят заимствовать институт формальной
истины у западных правовых систем, но это еще не значит, что он
благоприятно скажется на эффективности правосудия. Тем более, что в
современных условиях функционирования гражданского судопроизводства во всем мире наблюдается тенденция отхода от положений формальной истины путем расширения полномочий судебных органов. Так, с недавнего времени суды ФРГ могут постановить, чтобы сторона подала документы, находящиеся у нее и касающиеся дела; по своему усмотрению провести осмотр и назначить экспертизу, а суды Австрии - также допросить свидетелей. Ведутся работы по реформированию данного принципа в Англии и США, поскольку из за формализации процесса принцип равноправия граждан имеет лишь декларативный характер ( например, правило исчисления судебных издержек, размер которых обратно пропорционален цене иска ).
Однако, думается, если бы законодатель действительно задумал
формализацию процесса, то он постепенно довел бы этот план до его
логического завершения, чего не последовало в процессе дальнейшего
законотворчества. А ГПК РФ до сих пор косвенно закрепляет этот принцип в
вышеназванных статьях.
Из всего вышеизложенного у нас сформировалось особое видение
данной проблемы. Мы считаем, что реальные изменения гражданского
судопроизводства заключаются вовсе не в отказе от принципа судебной
истины, а в изменении лишь методов достижения этой истины в процессе:
законодатель справедливо
установлении истинности. Если раньше в гражданском процессе
доминировало следственное начало, то теперь единственным путем к
установлению достоверных
полноценная состязательность сторон в исследовании и представлении
доказательств под руководством суда, хотя и беспристрастного, но всецело
заинтересованного в установлении истины. В частности, такой важный этап
процессуальной деятельности как подготовка дела к слушанию из
деятельности главным образом суда превращается в деятельность под
руководством суда. Поэтому нельзя столь категорически утверждать об
отсутствии принципа объективной истины в гражданском процессе, а уж тем
более о полном переходе к формальной (юридической ) истине, поскольку
неистинность судебного акта, даже признаваемая теоретически, подрывает
основные устои
судебной системы.
Другой наш вывод о том, что не следует всецело пренебрегать
принципом формальной (юридической) истины, так как устанавливаемая
судом истинность правовой квалификации того фактического материала,
который предоставили стороны, означает действие принципа формальной
истины в суде. ГПК РФ указывает в ст.12, что суд должен не только
всесторонне исследовать доказательства, но и правильно применить
законодательство при их оценке, иными словами, объективная истина будет
заключаться в установлении реальных обстоятельств, прошедших проверку
на их достоверность и достаточность, а юридическая истина - в правильном
применении законодательства к
установленным судом
сторон. Кроме этого, своеобразие судебной истины определяется и тем, что
суд исследует не все обстоятельства, имеющие значение для дела, а лишь
представленные ему спорящими сторонами, и суд обязан принимать без
доказывания общеизвестные факты и факты, установленные вступившим в
законную силу решением или приговором (речь идет о преюдициальности).
По нашему мнению, Кодекс занял компромиссную и единственно
верную в современных условиях позицию. Современные условия требуют
принципиально нового подхода к осуществлению правосудия по
