Принятие христианства на Руси. 10

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ  И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное  бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»

(РГТЭУ)

Дмитров 20__ г.

Оглавление.

Введение_________________________________________________________________________стр. 3

1. Первые христиане на Руси________________________________________________________стр. 4

2. Причины  принятия новой веры____________________________________________________стр. 8

3. Принятие новой веры____________________________________________________________стр. 9

Заключение______________________________________________________________________стр.15

Список использованной литературы__________________________________________________стр.16

Введение.

К началу первого тысячелетия языческий  мир исчерпал все свои потенциальные  возможности в морально-этической  и религиозной сфере, а значит и на путях развития социального  устройства и государственности. Поэтому победное шествие христианства по Римской империи, а вслед за ней и обращение окрестных языческих племен было неизбежно и логически обусловлено всем ходом мировой истории.

Язычество не было религией в современном  понимании. Это была довольно хаотическая совокупность различных верований, культов, но не учение. Это соединение религиозных обрядов. Поэтому объединение различных племен, в чем так нуждались восточные славяне 10-12 века, не могло быть осуществлено язычеством. Тем более стремление вырваться из-под угнетающего воздействия одиночества среди редконаселенных лесов, болот и степей, боязнь грозных явлений природы, заставили людей искать объединения.

 Между тем образование межэтнических общностей обычно сопровождалось серьезными изменениями не только в политической жизни людей, но и жизни духовной. Значительным событием в ранней истории большинства европейских народов стало их приобщение к христианству.

             Крещение Руси. До сих пор историки не могут остановиться на одном мнении о              времени и месте крещения. Сколько версий существует о том, когда же началась история христианства на Руси.

Эти вопросы  разные историки описывают со своей  точки зрения. Например, Карташев А.В. в своих трудах раскрыл спорные  вопросы вокруг принятия христианства. По его мнению, факт крещения первых христиан приходится на 860 год, во время похода на Константинополь. Так же он предлагает версию принятия христианства Владимиром в 987 году в Киеве. Так как монах Иаков и преподобный Нестор согласно указывают на 987 году; монах Иаков говорит, что князь Владимир после крещения жил 28 лет (1015-28=487), а также что на третий год по Крещении (т.е. в 984 году) совершил поход на Корсунь и взял его; Нестор говорит, что князь Владимир крестился в лето 6495-е от сотворения мира, что соответствует 987 году от Рождества Христова (6695-5508=987). Карташев считает, что начало история христианства на Руси было положено с началом славянской письменности. О дин из крупнейших дореволюционных исследователей истории русской церкви-Евгений Евстегнеевич Голубинский(1834-1912). Изучил многие рассказы, повести, бытовавшие в официальной церковной традиции. Он показал легендарность и недостоверность многих из них, за что оказался в немилости у Синода.

               Цель принятия христианства - свобода. В давние времена понятие свободы мало отличалось от нынешнего: если ты раб, значит ты свободен. Сегодня: если ты не стеснен обстоятельствами, условиями жизни, не связан идеологическими узами, то ты свободен. Получается, что истинную свободу можно получить духовно, но очень трудно уйти от постоянно гнетущего душу чувства. Значит, вопросы религии и духовной свободы были актуальны в начале первого тысячелетия, и стала актуальна во втором.

               Поэтому задачами этой работы является анализ причин принятия христианства, его роли и значении для дальнейшего хода Российской истории.

Первые христиане на Руси.

        История принятия христианства на Руси начинается с предания, глубоко укоренившегося в народной памяти, - сказания о путешествии на Русь святого апостола Андрея Первозванного, помещенного в недатированной части «Повести временных лет». О достоверности этого факта в исторической науке ведутся споры. Но не вызывает сомнений пребывание апостола Андрея на берегах Северного Причерноморья. Предание об освящении апостолом киевских холмов в настоящее время встречает многих горячих сторонников, уверенность которых основана на большом объеме вполне достоверного исторического материала.

        Уже такие церковные писатели, как Тертуллиан, Афанасий Александрийский, Иоанн Златоуст, Иероним Стридонский называют скифов (в их время скифы – это не этническое, а скорее собирательное имя) в числе народов, между которыми было распространенно христианство. «Гунны изучают Псалтырь, а холода Скифии пылают жаром веры», - говорит Иероним. Последние его слова воспринимаются как гипербола, но факт раннего распространения христианства в Северном Причерноморье, где была  раскинута сеть греческих городов – колоний (Ольвия, Тирас, Херсонес, Феодосия, Пантикапей), не  подлежит никакому сравнению, так как подтверждается не только письменными, но и многочисленными археологическими данными.

        В «Истории Русской Церкви»¹ митрополит Макарий приводит обширный список причерноморских епархий первых веков христианства, освященных подвигом многих святых, мучеников и исповедников. По свидетельству историков-современников на этих землях уже тогда обитали славянские племена. Конкретных данных о принятии ими веры Христовой нет, но весьма вероятны единичные, вследствие отсутствия сплачивающей государственности, случаи обращения славян-язычников ко Христу.

        Нашествие  гуннов в конце 4 – начале 5 века имело серьезные отрицательные  последствия для распространения  христианства на Руси, так как на определенное время разорвало связи восточных славян с христианскими центрами Византии. 

         Но уже  конец 5- начало 6 века становится  временем решительных перемен,  как в судьбах восточных славян, так и всего славянства. К этому времени в районе Среднего Поднепровья начинает складываться союз славянских племен, во главе которого стало племя руссов, обитавшее в бассейне реки Роси. Создание такого союза положило начало древнерусской государственности, с центром в Киеве. Территория же, занимаемая этими объединившимися славянскими племенами, и явилась тем местом, «откуда есть пошла Русская земля».²

        Становление  государственности славян послужило  началу военных походов и расселению  славян в пределах Византийской  империи. В течении 6-7веков славянские племена заселили почти весь Балканский полуостров и проникли вплоть до северной Спарты. По свидетельствам византийских авторов, императоры, не имея средств для отражения славянских набегов, не только предоставляли им земли для заселения, но и вступали в союзнические отношения, а славянские дружины служили в византийской армии. Поэтому такое тесное общение двух народов, одного только зарождающего, и другого народа-наследника всего потенциала средневековой культуры, полноправного обладателя сокровищ Православного мира, не могло не привести к постепенному принятию плодов византийской культуры нашими предками.

          Ряд современных исследователей справедливо считает, что в этих походах славян на Византию принимали участие как южные, так и среднепровские племена, то есть руссы, а князь Кий (родоначальник киевских князей)  представлял собой крупную историческую личность, был известен самому императору Византии, который пригласил его в Константинополь и оказал ему «великую честь», заключив с ним союз.

          Поэтому с большой достоверностью можно говорить о том, что уже в те далекие времена часть руссов, возвращавшихся из походов в Византию, и дружинники, побывавшие с князем Кием в Константинополе, не только увидели и ощутили новых для них мир, мир высочайшей христианской культуры, но лишь в качестве первых дошедших до нас письменных источников, отразивших определенный этап распространения святой веры на Руси.

          Важнейшими же источниками, описывающими это событие, являются проповеди Святейшего патриарха Фотия и его Окружное послание, датируемое 867 годом. В этом послании к восточным епископам святитель сообщал, что русские «променяли эллинское  и нечестивое учение, которое содержали прежде, на чистую и неподдельную христианскую веру… и настолько разгорелись у них желание и ревность веры, что приняли епископа и пастыря и лобызают верования христиан с великим усердием и ревностью». О том же факте крещения и принятия епископа россами говорит и хронограф Кедрина, а также текст Олегова договора с греками 911 года, который ссылается на «от многих лет межю христаны и Русью бывшою любовь».

          Епископ, прибывший в Киев несколькими годами позже, после убедительной проповеди и чуда с вынутым из огня невредимым евангелием основывает первую общину. Сам факт крещения Руси (варяжско-славянской, черноморской и южно-русской народности) в Константинополе, как правило, не вызывает сомнений, и большинство исследователей согласно с тем, что этой Русью являлась Русь Киевская, то в научной литературе велись долгие споры о местопребывании епископа, принятого нашими предками. Наиболее вероятными является две гипотезы:

      1). Епископ был миссийным и  не имел постоянной кафедры  в русских землях.

      2). Епископская кафедра находилась в Киеве.

          Повесть временных лет под 882 г. сообщает о том, что на могиле Аскольда впоследствии был построен храм св. Николы, что указывает на факт принятия Аскольдом христианства.

          Крещение русских дружин в Константинополе в 860 году имело необычайно важное значение для распространения христианства в Русской земле. Можно с уверенностью говорить не только о наличии среди них христианской общины, помимо Киева, и в других центрах Руси. Отголосок крещения 860 г. слышится в ряде памятников древнерусской письменности, где можно встретить свидетельства, согласно которым современником Патриарха Фотия является сам святой князь Владимир, крестивший Русскую землю более чем через столетие.

Принесенное из Византии первоначальное христианство не исчезло и после того, когда в Киев пришел из Новгорода князь Олег. Приблизительно во второй половине 9 – начале 10 века христианская Церковь на Руси Киевской уже имела некоторое устроение: в каталоге императора Льва 6 (885–912) она, как митрополия Константинопольского патриарха, считалась на 61-ом месте, а несколько позже, в перечне императора Константина Багрянородного, русская митрополия была записана 60-ой.

       Выдающуюся роль в деле просвещения  Руси светом Благовестия сыграли  и ряд следующих важнейших  обстоятельств.

       Как известно, в 864 году принимает благодать крещения Болгария, с которой Древнерусское государство начинает поддерживать самые тесные отношения с конца 9-начала 10 века. Именно оттуда, по утверждению ряда историков, на Русь поступали богослужебные книги и богатая духовная литература.

      Согласно хронологии  А.В.Карташева, в 855- 56 годах трудами  «просветителей языков словенских»  святых равноапостольных братьев  Кирилла  и Мефодия было  положено начало славянской письменности. Как убедительно доказал Карташев, Хазарская миссия (861 г.) святые Константин и Мефодий стоит в тесной связи с нападением русских на Константинополь в 860 году. «Константин Ф. С Мефодием, - говорит историк, - отправляясь в Хазарию, ехали по благословению патриарха Фотия к той Руси, которая нападала на Константинополь и затем просила о посылке к ним христианского учителя»³. Т.е. русские христиане уже к началу существования собственной епископии имели на руках большинство богослужебных книг и почти все Св. писание на родном языке, что в огромной степени способствовало развитию начатков христианства, заложенных святыми братьями.

       Еще более убедительным доказательством, позволяющим высказать твердое суждение об очень раннем и широком распространении грамотности на Руси, является древнейшая русская надпись на глиняном горшке, найденном под Смоленском в 1949 году. Будучи древнейшим русским памятником письменности, дошедшим до нас в подлинном виде, она, бесспорно, означает, что грамотность на Руси уже в начале 10 века была не только книжной, но и бытовой.

       Дальнейшее распространение  веры Христовой в Русской земле  засвидетельствовано, прежде всего,  знаменитым договором князя Игоря  с Византией, заключенным в  944 году.

       Его ценность состоит в том, что он дает отчетливое представление, насколько уже христианская община в Киеве в середине 10 века была многочисленна по своему составу и пользовалась огромным влиянием в государственной жизни Руси.

       В этом договоре христиане выступают не только как равноправный его участники, но и стоят в нем на первом месте. Следует отметить также, что в договоре речь идет отнюдь не обо всех христианах в Киеве, а лишь о тех из них, которые занимали высшие государственные должности в Древнерусском государстве, имели полномочия заключать международные соглашения, и чья присяга считалась необходимой, наряду с присягой самого киевского князя.

       После окончания договора русские еще чаще стали ходить в Византию для торговли, жили там по несколько месяцев при монастыре св. Мамы и ближе знакомились с православием; другие поступали на службу к императору.

       Время правления св. Ольги отражает существенно новый этап в исторической и религиозной жизни русского народа. Благодаря ее заботам были прекращены грабежи покоренных племен, а также введено правильное налогообложение и административное деление Русской земли. Но кроме величия св. княгини как правительницы государства, летописцев удивляло в ней и то, что, оставшись вдовой, она, вопреки языческим обычаям, не вышла второй раз замуж.

       В летописном рассказе повествуется о путешествии св. Ольги в Константинополь, совершенном ею в 957 году, и о ее крещении там.

       О крещении св. Ольги в Константинополе свидетельствуют не только русские памятники, но и авторитетный византийский историк Иоанн Скилица.

     Известно, что в составе посольства княгини в Константинополе был пресвитер Григорий, по-видимому, священник соборной церкви св. Илии, бывший ее духовником и придворным капелланом, если княгиня все же уже была крещена или катехизаном, если Ольга готовилась к крещению. Кроме того, можно предположить, что присутствие священника в свите княгини Ольги как бы подчеркивало перед византийским двором многочисленность христианских общин на Руси.

       Примечательно, что при крещении Ольга была наречена христианским именем Елена. Вполне вероятно, что имя ей было дано в честь св. равноапостольной Елены, матери Константина Великого, так много потрудившейся для распространения веры в Римской империи.  Не случайно именно с ее трудами все русские письменные источники справедливо сравнивают духовные подвиги княгини Ольги.

       Русские источники свидельствуют о том, что святая Ольга приняв истинную веру Христову в Константинополе, не только сама всю последующую жизнь оставалась верной хранительницей этой драгоценной святыни, но и неустанно трудилась для распространения ее истин между своими подданными.

       Первой ее заботой было желание обратить ко Христу своего собственного сына – будущего правителя Руси – Святослава. Так, Ольга часто говорила ему: « Аз, сыну мой, Бога познах и радуюся. Аще ты познаешь и радоватися почнешь». И несмотря на то, что он отказался, св. княгиня, не принуждая и продолжая любить его, как истинная христианка, со смирением молилась «за сына и за люди по вся нощи и дни», с надеждой повторяя: «Воля Божья да будет; аще Бог хочет помиловати рода моего и земле русские, да возложит им на сердце обратиться к Богу, яко же и мне Бог даровал»⁴.

       Во время своих многочисленных миссионерских путешествий, проповедуя слово Божие, св. княгиня удостоилась видеть, как многие из ее поданных, внимая ей крестились.

       Это предание, сохранившееся в народной памяти и записанное в 16 веке, вполне сопоставимо с древним свидетельством 11 века о том, что святая Ольга, вернувшись из Константинополя, «требища бесовски сокруши».

Именно в духовной борьбе, вооруженная  святым Крестом Господним и всепобеждающей силой слова Божия, она сокрушал в сердцах своих поданных, принимавших  крещение, идолов и кумиров. Но проводить  политику христианизации, заниматься храмостроительством Ольга могла только в пределах своих личных дворцов и поместий, так как в то время еще сильны были позиции партии язычников, которым сочувствовал воинственный Святослав.

    В центре всех событий  времен становления древнерусской  государственности стоит фигура святого равноапостольного князя Владимира, главной чертой, которого, по выражению профессора Знаменского была «широта натуры».

    Похожим характером обладали  и первоверховные апостолы Петр  и Павел. Страстный, всегда  старавшийся опередить ход событий, апостол Петр не раз наталкивался на обуздывающие слова Господа, но именно ему сказано: «Ты -  Петр, и на сем камне создам Церковь Мою, и врага ада не одолеют ее». Апостол Павел  - ревностный иудей, дышавший «угрозами и убийствами на учеников Господа»⁵, но он единственный из всех апостолов «более всех потрудился»^6. Ту же «широту натуры» находят современники и у императора Петра 1, преобразившего своими деяниями лик России.

Поэтому человек, размах личностных качеств  которого так необычайно широк, неизменно оставляет тот или иной след в истории. Но содействие благодати Божией, преображающей силы воистину мировых масштабов. Без Божьей помощи эти силы извращаются и постепенно иссякают.

     В основе наших знаний о личности святого равноапостольного князя Владимира лежат древнейшие памятники русской литературы. Таковым, прежде всего, являются два замечательных произведения церковной письменности первой половины 11 века «Память и похвала святому Владимиру», составленная мнихом Иаковым, и «Слово о Законе и Благодати», принадлежащее перу первого русского по происхождению митрополита Иллариона. В них, вместе с «Чтением о Борисе и Глебе» преподобного Нестора и рядом летописных известий, содержатся бесценные сведения о святом князе как о человеке, возвысившемся до истинных интересов своего народа и ставшем крестителем всей Русской земли.

    Только правильное, христианское понимание подлинного облика святого князя может привести к отчетливому представлению о величии духовного и государственного подвига – крещения Русской земли, совершенного им ради просвещения светом истинной веры всего русского народа. И именно такое понимание дает возможность осознать всю глубину его равноапостольного дня и по праву поставить святого князя Владимира в один ряд с его предшественниками, великими учителями всего славянства, «апостолом равным», святым Кириллом и Мефодием.

Причины принятия новой  веры.

Приняв христианскую православную веру, князь Владимир (в крещении Василий) решился «обратить всю  Землю в христианство». Прежде чем делать это, он решился войти в отношения с греками, так как для будущего русской церкви нужна была иерархия. Для сей цели надлежало отправить посольство с просьбой. Но Владимир поступил иначе: он отправился войной на греческий город и только в качестве победителя завязал отношения.

Великого князя Владимира побуждало  к этому не только религиозное  воодушевление. Он руководствовался, конечно, и государственными соображениями, ибо для русского народа христианизация означала приобщение к высокой культуре христианских народов и более успешное развитие своей культурной и государственной жизни. 

    Киевская Русь имела  давние связи с христианской  Византией, откуда уже проникало  на Русь восточное Православие.  Видимо в целях более успешного  осуществления своих замыслов и надеясь получить из Византии  необходимую помощь в организации церковного управления и развития духовной культуры, князь Владимир вступает в родство с византийскими императорами (соправителями) Василием 2 (976-1025) и Константином (976-1028) в Херсонесе (Корсуни), женившись на их сестре Анне.

    Возвратившись в Киев  с супругой гречанкой, греческим  духовенством, привезя в свой  стольный град различную церковную  утварь и святыни – кресты, иконы, мощи, князь Владимир приступил  к официальному введению христианства на Руси.

    Киевскому князю было  лестно породниться с могущественным  императорским домом, но Владимир  понимал и государственное значение  этого брака. Если бы он рассматривал  его просто как династический  союз, вряд ли он затеял бы такое сложное дело как крещение Руси, к которому никто не принуждал.

      Русские принадлежали  к семейству европейских народов,  но оказывались в нем «изгоем». Все другие европейские государства  были уже христианскими и начали  жить той новою, гражданскою жизнью, которую получили вместе с христианством и которая отделяла их от народов языческих, как особый нравственный мир. Что бы войти им в этот мир ничего не оставалось, как последовать примеру других.

    Религиозная реформа.  Круто изменившая жизнь многих людей, была подготовлена предшествующим развитием русских земель и вызвана к жизни политическими причинами. Однако утверждение, что Владимир руководствовался исключительно пониманием государственной пользы христианства не верно. Очевидно, что без глубокого переосмысления собственной жизни, без искреннего обращения в православие Владимир не смог бы действовать столь последовательно и решительно, побуждая, принуждая к крещению жителей огромной языческой державы.

    Но как ярый язычник  вдруг уверовал во Христа? Возможно, это было раскаянием в совершенных злодеяниях, усталость от разгульной жизни и ощущение душевной пустоты.

    Но во всяком случае, став христианином, Владимир, как  натура деятельная, обладающая, несомненно, умом, пришел к мысли о распространении православия в своих владениях. Он понял, что его держава все-таки состоит из отдельных княжеств, которые после его смерти опять начнут междоусобицу. И что Русь может объединить только  какая-то сверхидея, и что этой сверхидеей должно стать именно православие.

    В любых отношениях  с христианскими государствами  языческая страна неизбежно оказывалась  неравноправным, ущербным партнером,  с чем Владимир не был согласен (обращение в христианство усилило  присущее ему чувство ответственности  за государство, за его авторитет).

Принятие новой  веры.

          Введение  христианства в Киевской Руси  в качестве государственной религии  было вполне закономерным явлением  и не могло вызвать серьезных  осложнений, хотя в некоторых  местах (Новгороде, Муроме, Ростове) не обошлось без открытой борьбы, начатой предводителями язычества – волхвами.

         Новгородцы  взбунтовались против присланного  в город епископа Иоакими (911). Для покорения новгородцев потребовалась  военная экспедиция киевлян, возглавленная  Добрыней и Путятой.

        Жители Мурома  отказались впускать в город  сына Владимира, князя Глеба,  и заявили о своем желании  сохранить религию предков. 

        Сходные конфликты  возникали и других городах  Новгородской и Ростовской земель. Причиной столь враждебного отношения является приверженность населения к традиционным обрядам, именно в этих городах сложились элементы религиозной языческой организации (регулярные  и устойчивые ритуалы, обособленная группа жрецов-волхвов, кудесники) в южных, западных городах и сельской местности языческие верования существовали. Скорее, как суеверия, чем как сформировавшаяся религия .

        В сельской местности сопротивление христианству было не столь активным.  Земледельцы, охотники. Поклонявшиеся  духам рек, лесов, полей, огня, чаще всего совмещали веру в этих духов с элементами христианства.

       Двоеверие, существовавшее  в селах на протяжении десятилетий  и даже веков, лишь постепенно  преодолевалось усилиями многих  поколений священнослужителей. И  сейчас все еще преодолевается. Надо заметить. Что элементы языческого сознания обладают большой устойчивостью (в виде различных суеверий). Так многие распоряжения Владимира призванные укрепить новую веру, были проникнуты языческим духом.

     Прежде всего, князь Владимир крестил 12 своих сыновей и многих приближенных.

     Он приказал уничтожить  всех идолов, главного идола –  Перуна сбросить в Днепр, а  духовенству проповедовать в  городе новую веру. В назначенный  день произошло массовое Крещение  киевлян у места впадения в  Днепр реки Почайны. «На следующий же день вышел Владимир с попами царицыными и корсунскими на Днепр, и сошлось там людей без числа. Вошли в воду и стояли там одни до шеи, другие  по грудь, молодые же у берега, некоторые держали младенцев, а уже взрослые бродили, попы же совершали молитвы. Стоя на месте. И была видна радость на небе и на земле по поводу стольких спасаемых душ…  люди же, крестившись, расходились по домам. Владимир же был рад, что познал Бога и люди его, посмотрел на небо  и сказал: «Христос Бог, сотворивший небо и землю! Взгляни на новых людей этих и дай им, Господи, познать Тебя, истинного Бога, как познали Тебя христианские страны. Утвердив в них правую и неуклонную веру и мне помоги, Господи, против Диавола, да одолею козни его, надеясь на Тебя, и на Твою силу»⁷.

    Это важнейшее событие совершилось, согласно летописной хронологии, принимаемой некоторыми исследователями, в 988 году, по мнению других – в 989  - 990 годах.

    Вслед за Киевом постепенно  христианство приходит в другие  города Киевской Руси: Чернигов, Новгород, Ростов, Владимир – Волынский, Полоцк, Туров, Тмутаракань, где создаются епархии. При князе Владимире подавляющее большинство русского населения приняло христианскую веру, и Киевская Русь стала христианской страной.

    Крещение Руси создало  необходимые условия для образования Русской Православной Церкви. Из Византии прибыли епископы во главе с Митрополитом, из Болгарии – священники, привезшие с собой богослужебные книги на славянском языке; строились храмы, открывались училища для подготовки духовенства из русской среды. Летопись сообщает (под 988 год), что князь Владимир «приказал рубить церкви и ставить их по тем местам, где раньше стояли кумиры. И поставили церковь во имя святого Василия на холме, где стоял идол Прун и другие и где творили им требы князь и люди. И по другим городам стали ставить церкви и определить  в них попов и приводить людей на Крещение по всем городам и селам»⁸. С помощью греческих мастеров в Киеве был построен величественный каменный храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы (Десятинный) и перенесены в него святые мощи равноапостольной княгини Ольги. Храм этот символизировал собой истинный триумф христианства в Киевской Руси и вещественно олицетворял собою «духовную Русскую Церковь». Равноапостольный князь Владимир заботился о просвещении своего народа. По свидетельству летописи (под 988 год) он велел «собрать у лучших людей детей и отдавать их в обучение книжное»^9.