Природные компоненты, природные территориальные комплексы, ландшафты и геосистемы

Содержание

1 Проблема единства природы в истории естествознания

2 Ландшафтная оболочка, её характерные свойства в сравнении с другими земными сферами

3 Понятия «Природный территориальный комплекс» и «природная геосистема»

4 Этимология термина «ландшафт»

5 Общенаучные представления о системах; геосистемная концепция в ландшафтоведении

6 Природные компоненты ландшафта и их связи

7 Вертикальная структура природной геосистемы

3

8

11

13

15

19

24

1 Проблема  единства природы в истории естествознания

С незапамятных времен в  сознании людей укоренилось представление о целостности окружающего нас мира. Античные мыслители воспринимали его как великий порядок, именуемый Космосом, который противостоит разрушительной стихии хаоса. Одним из первых теоретиков единого, системно организованного космоса выступил Платон (IV век до н. э.). Во II-III веках до  н. э. идеи о системном устройстве мира уже прочно утвердились. Понятие «система» было введено в научный обиход философами-стоиками: в Древней Греции – Зеноном и Хрисиппом, в Древнем Риме – Сенекой и Марком Аврелием. Природа виделась им и как высшая мудрость, воплощенная в системно организованном единстве. Философы-стоики утверждали, что целое не сводимо к простой сумме слагающих его частей; оно всегда качественно новое, особенное.

Однако в последующие  века развитие научной мысли пошло  по пути расчленения природы на ее составные части и изучения каждой из них в отдельности. Научный анализ стал превалирующим, затмив на время системный подход. По-видимому, такой путь развития науки был неизбежен, так как стало очевидно, что для понимания природы как целого необходимы знания о ее составляющих. Эволюция естествознания уподобилась так называемому герменевтическому кругу, в котором после общего восприятия целого следует анализ его частей, а затем выполняется их синтез с возвращением к пониманию целого на основе данных анализа. Если так, то рано или поздно следовало ожидать возврата к системному синтезу, но на более высоком витке развития научной мысли.

Вопреки господству в  конкретных научных исследованиях  механистических подходов, философы XVII-XVIII веков Б. Спиноза (1632-1677), Г. В. Лейбниц (1646-1716), И. Кант (1724-1804) и др. убеждали в своих трудах, что сущность сложно организованных объектов не исчерпывается простым набором элементов. В главном она зависит от тех связей, которыми эти элементы объединяются в систему. Родоначальник немецкой классической философии И. Кант в своем исследовании «Критика чистого разума» (1781) рассматривает природу как совокупность явлений, которые «находятся во всепроникающей связи друг с другом благодаря некоторому принципу причинности» и образуют «динамическое целое» в пространстве и времени.

К середине XIX века в науках о природе стала остро ощущаться нехватка знаний о сложных системах, не познаваемых путем разложения на элементарные части. В географической науке одними из первых осознали это требование времени великие ученые-мыслители, основоположники современной географии А. Гумбольдт (1769-1859), К. Ритгер (1779-1859), В. В. Докучаев (1846-1903). Каждый из них понимал, что география, распавшись на множество отраслевых дисциплин, подчас никак не связанных между собой, исчезает как единая наука. Целостному природному миру предлагается неадекватное ему, раздробленное, мозаичное отражение, состоящее из сведений об отдельных земных телах и явлениях, изолированных друг от друга. Такая расчлененная картина мира искажала его системную суть.

Пытливый исследователь, неутомимый путешественник, учёный-энциклопедист А. Гумбольдт на склоне лет трудился над многотомным сочинением «Космос». На первых же страницах труда он сформулировал свою доктрину: «... природа есть единство во множестве, соединение разнообразного через форму и смешение, есть понятие естественных вещей и естественных сил как понятие живого целого».

Его знаменитый современник  и соотечественник, необыкновенный эрудит К. Риттер возродил понятие «система» применительно к земной природе и географии. В своем курсе «Общее землеведение» он активно внедряет представления о ландшафте как необходимом синтезирующем звене в физической географии.

Но, пожалуй, наиболее убедительно  звучат для нас мысли В. В. Докучаева, высказанные им в 1898 г. по поводу дезинтегрированного состояния естествознания в конце XIX века и необходимости создания синтезирующей науки о природе: «Изучались, главным образом, отдельные тела, – минералы, горные породы, растения и животные, – и явления, отдельные стихии, – огонь (вулканизм), вода, земля, воздух, в чем ... наука и достигла ... удивительных результатов, но не их соотношения, не та генетическая, вековечная, и всегда закономерная связь, какая существует между силами, телами и явлениями, между мертвой и живой природой, между растительными, животными и минеральными царствами, с одной стороны, человеком, его бытом и даже духовным миром – с другой. А между тем, именно эти соотношения, эти закономерные взаимодействия и составляют сущность познания естества, ядро истинной натурфилософии, – лучшую и высшую прелесть естествознания. Они же ... должны лежать в основе и всего склада человеческой жизни со включением даже мира нравственного и религиозного...». В. В. Докучаев призывает изучать «всю единую, цельную и нераздельную природу, а не отрывочные ее части».

Говоря современным  языком, В. В. Докучаев видел сущность познания естества, концептуальное ядро новой интеграционной науки о природе в изучении сложных, системно организованных объектов, какими являются природные и природно-антропогенные ландшафты.

Все, к чему призывал наш великий соотечественник, не было только общей фразой. Свои идеи он всегда стремился воплотить в жизнь. Наиболее ярко эта черта его научной деятельности проявилась в работе «Наши степи прежде и теперь» (1892), написанной в год страшного голода, постигшего Россию из-за засухи. В этом труде сконцентрированы основные идеи, принципы, направления современного ландшафтоведения. Главные среди них:

• анализ компонентов природы как частей единого целого;
• изучение не только естественной, но и антропогенной эволюции природы;
• исследование как природных, так и природно-хозяйственных комплексов;
• естественноисторическое (сейчас бы мы сказали – геоэкологическое) обоснование системы мероприятий по созданию культурных ландшафтов, знаменующее зарождение созидательно-конструктивного ландшафтоведения.

Спустя более века после В. В. Докучаева мы убеждаемся в том, что своими трудами он на многие десятилетия вперед «запрограммировал»  развитие ландшафтоведения как эколого-географической науки.

В дальнейшем ее укрепляли и совершенствовали многие талантливые российские естествоиспытатели XX века. Среди них: Г. Н. Высоцкий (1865-1940), Г. Ф. Морозов (1867-1920), Л. С. Берг (1876-1950), Б. Б. Полынов (1877-1952), В. Н. Сукачев (1880-1967), Л. Г. Раменский (1884-1953), Н. А. Солнцев (1902-1991), Д. Л. Арманд (1905-1976), В. Б. Сочава (1905-1978), Ф. Н. Мильков (1918-1996), В. С. Преображенский (1918-1998), А. Г. Исаченко (род. 1922) и др. Все они исповедовали принцип системного единства, целостности природы.

В одной из работ Б. Б. Полынов пишет: «То замечательное направление в географической науке, которое определяет ее будущее значение как синтетического естествознания, следует назвать ландшафтным направлением. ... ландшафт мы должны рассматривать не только как эффект взаимодействия природных процессов, но и как систему, осуществляющую работу этого взаимодействия. Из этого последнего положения вытекает методологическое следствие о необходимости применения исторического метода в учении о ландшафтах». Таким образом, перед ландшафтоведением ставилась задача изучения не только свойств ландшафтов, но также факторов, их обусловивших в ходе ландшафтной эволюции, и природных процессов, происходящих в ландшафтах.

 Иными словами,  предусматривалась необходимость  пространственно-временного ландшафтного анализа. В итоге была углублена и модифицирована известная формула В. В. Докучаева «факторы – свойства», применявшаяся им в почвенно-географических исследованиях. В ландшафтоведении она приобрела иной вид: факторы – эволюция – свойства – процессы.

Подводя итог краткому историческому  обзору, отметим, что в эпоху перехода к системному мышлению, которым было охвачено все естествознание на рубеже XIX-XX веков, география активно участвовала в решении общенаучных методологических проблем. Обосновав учение о географическом ландшафте, географы внесли достойный вклад в становление системной парадигмы. В последние годы ландшафтоведение обогатилось новыми научно-методическими подходами. Они опираются на активное использование компьютерных технологий, идей синергетики, представлений о фрактальности и др. Параллельно идет процесс гуманитаризации ландшафтоведения.

2 Ландшафтная  оболочка, её характерные свойства  в сравнении с другими земными  сферами

До сих пор дискуссионным  остается вопрос о границах ландшафтного пространства. На этот счет географам пока не удалось выработать единую точку зрения. Однако большинство сходятся на том, что критерием обособления ландшафтного пространства должна быть наблюдаемая в нем и свойственная только ему глубочайшая интеграция всех состояний вещества, характерных для земной поверхности: абиогенного – твердого, жидкого, газообразного – и качественно совершенно особого – живого. Поэтому ландшафтное пространство занимает ту контактную позицию в географической оболочке, в которой наиболее тесно смыкаются, пронизывают друг друга, осуществляют взаимный обмен веществом и энергией литосфера, атмосфера, гидросфера и биосфера. Если первые три составляющие большей своей частью выходят далеко за пределы контактного ландшафтного пространства, то последняя, т. е. биосфера, основной своей массой сконцентрирована именно в нем. Ландшафтное пространство облекает всю нашу планету. Будучи трехмерным (объемным) образованием, оно вместе с тем имеет «пленочный», пограничный характер, т. е. распластано по земной поверхности.

Качественно охарактеризовав  ландшафтное пространство, мы подошли  к пониманию особого земного  тела – ландшафтной оболочки (сферы). Согласно Ф. Н. Милькову, ландшафтная сфера в составе географической оболочки образует центральный, очень тонкий слой, который по насыщенности органической жизнью «... представляет собою биологический фокус географической оболочки Земли. ... Ландшафтная сфера – место трансформации солнечной энергии в различные виды земной энергии, среда, наиболее благоприятная для развития жизни... Ландшафтная сфера – это совокупность ландшафтных комплексов, выстилающих сушу, океаны и ледниковые покровы». При непосредственном участии или под контролем живых организмов здесь происходит множество процессов энерго-массообмена, результатом которых становятся специфичные ландшафтные тела, которые не могут возникнуть и существовать в каких-либо иных условиях. Это растительный покров и животный мир, почвы, коры выветривания, осадочные горные породы (в том числе многие полезные ископаемые гипергенного происхождения), ландшафтные воды и приземный (ландшафтный) воздух.

Особо подчеркнем, что  ландшафтная оболочка в ходе своей  длительной эволюции породила человечество, на протяжении тысячелетий была колыбелью его цивилизации и ныне является сферой обитания человека и объектом его труда. Со временем ландшафтная оболочка стала антропогенной, техногенной и, наконец, как считали А. Гумбольдт, В. И. Вернадский, П. Флоренский, – интеллектуальной и духовной.

Каковы вертикальные границы ландшафтной оболочки? Нижний рубеж принято ограничивать зоной проникновения вглубь земной коры процессов гипергенного преобразования горных пород под воздействием атмосферы, гидросферы и живых организмов (по А. И. Перельману). В зоне гипергенеза образуются почвы, коры выветривания, осадочные горные породы, грунтовые воды. Для наземных ландшафтов нижней границей обычно признается горизонт грунтовых, вод. Что касается вопроса о верхних рубежах ландшафтного пространства (оболочки), то решить его нелегко. Для этого необходимо определить ту толщу приземного слоя воздуха, которая насыщена, пропитана вещественно-энергетическими потоками самого ландшафта. Условно предлагается ограничивать эту толщу первыми сотнями метров нижней части тропосферы. В ней содержатся большая часть водяного пара, продуцируемого ландшафтом, аэрозоли твердых и жидких веществ, основная масса живых организмов аэробиосферы, в том числе аэропланктон.

В итоге мы приходим к  заключению, что ландшафтная оболочка, хотя и является относительно малой, по объему частью географической оболочки, но наиболее сложно организованной, гетерогенной, энергетически самой активной и наиважнейшей в экологическом отношении. В обобщенном виде ее определение может быть следующим: ландшафтная оболочка – тонкий приземный (приповерхностный) слой географической оболочки, ее «сердцевина», представляющая зону контакта и активного энерго-массообмена литосферы, атмосферы, гидросферы и биосферы, питаемую лучистой энергией Солнца и энергией внутриземного происхождения, сферу наивысшего сгущения жизни на Земле, зарождения, развития и современного существования человечества и земной цивилизации. В масштабе всей планеты ландшафтная оболочка выглядит как тонкая живая «кожица» на теле Земли – контактная пленка, земной планетарный экотон.

3 Понятия «природный территориальный комплекс» и «природная геосистема»

Природный территориальный  комплекс – участки земной поверхности характеризующиеся общностью происхождения, развития и однотипностью взаимодействия природных компонентов: горных пород, рельефа, нижних слоев тропосферы с климатическими характеристиками, поверхностных и подземных вод, почв, растительности и животного мира. Понятие «природный территориальный комплекс» (ПТК) употребляется в нескольких значениях:

1) как синоним терминов ландшафт природный, природная геосистема;

2) в последние годы  в ряде стран для обозначения  природной составляющей (Naturraum), природной части ландшафта   (антропогенного   ландшафта),   т.е. сложных геосистем, включающих природную составляющую в качестве подсистемы. Иногда это же понятие передается  термином геокомплекс.

Геосистема  –  «это особый класс управляющих систем; земное пространство всех размерностей, где отдельные компоненты природы находятся в системной связи друг с другом и как определенная целостность взаимодействуют с космической сферой и человеческим обществом». Данная трактовка близка по содержанию к понятию ландшафт природный. Некоторые авторы предложили ограничить сферу применения термина «геосистема» лишь теми природными системами, элементы которых связаны однонаправленным потоком вещества.

Важнейшим свойством  всякой геосистемы является ее целостность.

Геосистемы  относятся к категории открытых систем. Это значит, что они пронизаны  потоками энергии и вещества, связывающими их с внешней средой.

В геосистемах  происходит непрерывный обмен и  преобразование вещества и энергии.

Всю совокупность процессов перемещения, обмена и  трансформации энергии, вещества, а  также информации в геосистеме можно  назвать ее функционированием.

Структура геосистемы – сложное, многоплановое понятие. Ее определяют как пространственно-временную организацию (упорядоченность), или как взаимное расположение частей и способы их соединения.

Различаются две  системы внутренних связей в ПТК – вертикальная, т.е. межкомпонентная, и горизонтальная, т.е. межсистемная.

Составные части  геосистемы упорядочены не только в  пространстве, но и во времени. Таким  образом, в понятие структуры  геосистемы следует включить и определенный, закономерный набор ее состояний, ритмически сменяющихся в пределах некоторого характерного интервала времени, которое можно назвать характерным временем или временем выявления геосистемы.

4 Этимология  термина «ландшафт»

Впервые его появление отмечено в древневерхненемецком языке в эпоху раннего европейского средневековья (IX в. н. э.). «Ландшафт – сложное составное слово – композит, изначально имевшее сакральное значение. Согласно исследованиям Ю. Г. Тютюнника, оно было использовано при переводе с латыни текста Евангелия. Монахи Фульдского монастыря (ныне земля Гессен, ФРГ), занимавшиеся переводом, обозначили словом «ландшафт» понятие: «единая священная земля единой паствы». Очевидно, нечто подобное библейскому понятию «земля обетованная».

Более упрощенное толкование этимологии слова «ландшафт» таково: ланд – земля; шафт – суффикс, обозначающий некое сочленение, соединение; в русском языке соответствует суффиксу «ств» – например, единство, содружество, соседство и т. п. Как видно, этимология термина говорит о том, что ландшафт – не просто земля, а совокупность земель (земельных участков). Будучи внутренне неоднородным, ландшафт состоит из нескольких взаимосвязанных земельных массивов, образующих территориально организованное целое.

Существует  три трактовки термина «ландшафт»: региональная, типологическая, общая. В соответствии с региональной (или индивидуальной) трактовкой ландшафт понимается как конкретный индивидуальный ПТК, как неповторимый комплекс, имеющий географическое название и точное положение на карте. Такая точка зрения высказана Л.С. Бергом, А.А. Григорьевым, С.В. Калесником, поддержана Н.А. Солнцевым, А.Г. Исаченко. По типологической трактовке (Л.С. Берг, Н.А. Гвоздецкий, В.А. Дементьев) ландшафт — это тип или вид природного территориального комплекса. В почвоведении существует понятие о типах и видах почв, в геоморфологии — о типах рельефа, а в ландшафтоведении можно говорить о типах, родах, видах ландшафта. Типологический подход необходим при средне- и мелкомасштабном картографировании ПТК значительных по площади регионов. Общая трактовка термина «ландшафт» содержится в трудах Д.Л. Арманда и Ф.Н. Милькова. В их понимании синонимами ландшафта выступают природный территориальный комплекс, географический комплекс.

Ландшафты, измененные хозяйственной деятельностью человека, следует подразделять на культурные и природно-антропогенные. Культурный ландшафт формируется в результате сознательной, целенаправленной деятельности человека для удовлетворения тех или иных практических потребностей. Природно-антропогенные ландшафты (ПАЛ) представляют собой комплексы, которые раз возникнув под влиянием человеческой деятельности, в дальнейшем развиваются самостоятельно.

В научную географическую литературу термин «ландшафт» был введен немецким географом А. Гоммейером (1805). Его широко применял в своих трудах К. Риттер. В российской художественной литературе слово «ландшафт» впервые встречается в повести Н. В. Гоголя «Сорочинская ярмарка» (1831), а в научных работах – у В. В. Докучаева. Он говорил: «почва - зеркало ландшафта».

В немецкой географической литературе указанным термином, как правило, обозначают ландшафты, преобразованные хозяйственной деятельностью человека. Иных в Центральной Европе практически нет. В России, напротив, сохранилось еще немало природных ландшафтов. Поэтому целесообразно особо пояснять, о каких ландшафтах идет речь – природных (естественных) или природно-антропогенных. В дальнейшем мы еще раз вернемся к определению понятия «ландшафт».

5 Общенаучные  представления о системах; геосистемная  концепция в ландшафтоведении

Парадигма (греч. paradeigma – пример, образец) – это совокупность теоретических и методологических установок, определяющих общий стиль научного мышления и практику конкретных исследований на том или ином этапе развития науки.

Зародившаяся на рубеже XIX-XX веков, системная парадигма стала естественной реакцией на засилие редукционизма в науке. Однако широкое, осознанное внедрение системных идей и подходов в естественнонаучные исследования началось с середины XX века. Этому в значительной мере способствовали два важных события: а) появление общей теории систем, главным создателем которой стал JI. Берталанфи; б) зарождение науки об управлении, связях и переработке информации - кибернетики, основателем которой считается Н. Винер. С тех пор системный подход получил всеобщее признание, а понятие «система» - множество взаимодополняющих толкований:

Чаще других находим  следующее определение: «Система – совокупность элементов, находящихся в отношениях и связях между собой и образующих определенную целостность, единство». Ключевыми словами в определении являются: элементы, связи, целостность. В числе важнейших свойств системы необходимо отметить следующие:

• наличие структурных элементов, взаимосвязанных между собой; каждый из них может существовать в системе только потому, что получает что-то от других элементов; такая связь элементов системы возможна лишь тогда, когда элементы качественно неоднородны; закон необходимого разнообразия - один из важнейших в теории систем;
• целостность системы, несводимость ее к простой сумме составляющих элементов, обладание новым качеством (эмерджентностью); через тысячелетия до нас дошел афоризм Аристотеля: целое больше суммы его частей; точнее сказать, целое не больше и не меньше суммы частей, оно иное, новое; закон целостности следует считать первым среди других системных законов,
• взаимодействие со средой в качестве особого, самостоятельного единства посредством прямых и обратных (положительных и отрицательных) связей;
• иерархичность структуры, когда система, состоящая из подчиненных структурных элементов, сама выступает элементом вышестоящей, объемлющей системы; закон системной иерархичности.

Если взглянуть на состояние теории и методологии  классического ландшафтоведения 50-60-х годов, то можно убедиться, что перечисленные системные свойства, безусловно, находили место в анализе и характеристиках ПТК. Откликаясь на зов времени, ландшафтная география активно осваивала новую парадигму. Процесс этот был для нее вполне естественным, спонтанным, так как еще со времен В. В. Докучаева утвердилось понимание природы, и собственно ландшафта как целостного, системно организованного единства.

Значительную роль в  становлении системной парадигмы  в лан- дшафтоведении сыграли  работы В. Б. Сочавы 60-70-х годов прошлого века. На первых же страницах своего итогового труда «Введение в учение о геосистемах» (1978) он писал: «Основная теоретическая задача, которую поставил перед собой автор, – обеспечить возможность системного подхода в физической географии, подготовить ее сердцевину – ландшафтоведение – к восприятию системных идей, показать целесообразность системной концепции в географии». В 1963 г. В. Б. Сочавой был введен в нашу науку термин-понятие «геосистема». Геосистема (географическая система) определялась как «земное пространство всех размерностей, где отдельные компоненты природы находятся в системной связи друг с другом и как определенная целостность взаимодействуют с космической средой и человеческим обще ством». Это определение впитало в себя важнейшие общенаучные представления о системах, привязав их к объектам ландшафтных исследований. Взамен уже широко признанного понятия ПТК было предложено понятие геосистема. Тем самым подчеркивалась необходимость перехода ландшафтоведения на системные рельсы.

Важно подчеркнуть, что  геосистемы являются открытыми, находящимися в постоянной вещественно-энергетической связи с внешней средой. Этой средой для них служат глубинные структуры земной коры, атмосфера (выше приземных слоев воздуха), космическое пространство, геосистемы более высокого ранга и ландшафтная оболочка в целом, наконец, современный социум с его мощной техникой. Главные энергетические источники, обеспечивающие существование и функционирование природных геосистем, также находятся за пределами ландшафтной оболочки. К экзогенным источникам относится лучистая энергия Солнца и кое излучение. В числе эндогенных (теллурических) сил отметим земное тяготение (потенциальную гравитационную энергию), тектонические движения земной коры (включая землетрясения и вулканизм), силу вращательного движения земного шара, а также поток внутриземного тепла. Что касается биогенной энергии, то она есть не что иное, как трансформированная лучистая энергия Солнца.

Термин «геосистема», как и ПТК, безразмерен. Им можно обозначать ландшафтные объекты планетарных, региональных и локальных масштабов. Как любил шутить Д. JI. Арманд: геосистемой может быть и болотная кочка, и географическая оболочка. Термин был легко освоен разными географическими дисциплинами. В ландшафтоведении принято говорить о природных и природ- но-антропогенных геосистемах. Подразумевая под ними либо естественные, либо антропогенно измененные ландшафтные образования.

Так как современное  ландшафтоведение является эколого-гео- графической наукой, в основе его  методологии лежит не только геосистемная, но и экосистемная концепция. Обе они выступают как взаимодополняющие. Термин «экосистема» был предложен английским экологом – геоботаником А. Тенсли в 1935 г. Экосистема понимается как совокупность биологических организмов, их сообществ и среды их обитания. Экосистемный подход является биоцентрическим, с акцентом на биоту и ее отношения со средой обитания или, что важно подчеркнуть, на человека, социум и его ландшафтную среду. Особенно он эффективен при изучении природно-антропогенных ландшафтов, где в равной мере используется с геосистемным подходом. Исследования городских, рекреационных, сельскохозяйственных и ряда других природно-антропогенных ландшафтов просто немыслимо без экосистемного подхода.

6 Природные  компоненты ландшафта и их связи

Природные компоненты – это основные составные части природного территориального комплекса (природной геосистемы), взаимосвязанные процессами обмена веществом, энергией, информацией. Каждый компонент материален, представляет собой определенную вещественную субстанцию.

Природными компонентами являются: литогенная  –  геолого-геоморфологическая основа (верхняя часть земной коры в пределах зоны гипергенеза и рельеф ее поверхности), приземные воздушные массы, природные воды, почвы, растительность и животный мир. Иногда, помимо названных, в число природных компонентов включают снежный покров и льды, которые, по сути дела, представляют собой природные воды в особых фазовых состояниях.

Со времен В. В. Докучаева  все природные компоненты принято было разделять на так называемую «мертвую» и «живую» природу. Теперь их группируют в три подсистемы. Совокупность неорганических природных компонентов  –  литогенная основа, воздушные массы, природные воды («мертвая» природа)  – образует геоматическую (геому) подсистему; растительность и животный мир («живая» природа)  – биотическую (биоту) подсистему. Почвы рассматриваются как промежуточная или биокосная (органоминеральная) подсистема.

В ландшафте различают  вертикальные и горизонтальные связи. Связи вертикальные это связи между компонентами ландшафта – между климатом, горными породами, подземными и поверхностными водами, почвами, растительным и животным миром. Изучение вертикальных связей привело к формированию представлений о моносистемной модели геосистемы. Анализ вертикальных связей – начальный шаг к познанию ландшафта и его морфологической структуры. Анализ вертикальных связей необходим в практических целях, во-первых, для предсказания последствия изменений в плохо наблюдаемых компонентах на основе анализа изменений и последствий в легко наблюдаемых компонентах (например, по изменению характера растительности дать заключение об изменении режима увлажнения); во-вторых, для управления воздействием на один компонент (или их группу) с целью получения положительного эффекта от других (например, регулирование водно-теплового режима почв для повышения биопродуктивности).

Связи горизонтальные (латеральные) – между соседними геосистемами (более низкого и равного рангов). Они проявляются в формировании пространственной структуры ландшафтных образований, таких, как геохора, катена, парагенетические ландшафты, геохимические ландшафты и т. д. Эти связи проявляются также во влиянии одного ландшафта на другой, в формировании океанических и континентальных типов ландшафтов. Изучение горизонтальных связей привело к формированию полисистемной или хорической модели ландшафтов.