Проблема и содержание рабочего вопроса в России в последней трети XIX – начале XX века

Титульный лист

Содержание

1. Проблема и содержание рабочего вопроса в России в последней трети XIX – начале XX  века …………………………………………………………… 3

Список используемой литературы ……………………………………… 16

2. Политика гласности и ее издержки ……………………………….… 17

Список используемой литературы ……………………………………...… 20

3. Крупнейшие пожары в дореволюционной истории Москвы ……...... 21

Список используемой литературы ……………………………………...… 26

1. Проблема и содержание рабочего вопроса в России в последней трети XIX – начале XX  века

Чрезвычайно сложные и многоплановые проблемы объединены понятием «рабочий вопрос» в России. К ним относятся формирование рабочего класса, численность и структура, состав, условия труда и уровень жизни рабочих, правовое и политическое положение и др.

Власть, предприниматели и рабочие в 1860-1870-х гг.

60-70-е годы XIX века - начало  больших перемен в стране. Это  было и время интенсивного старта в попытках решения «рабочего вопроса». Падение крепостничества явилось одним из величайших событий в истории России XIX века. С реформой 1861 г. были связаны коренные изменения в политической и социально-экономической жизни страны. Одним из важнейших ее итогов было образование свободного рынка наемного труда людей, лишенных средств производства и живущих исключительно продажей своей рабочей силы.

Система наемного труда стала основой развития народного хозяйства России. Быстрое развитие капитализма в пореформенный период умножало ряды наемных рабочих, превращало их в класс российского общества. Последнее было неразрывно связано и с промышленной революцией, происходившей в стране в 50-90-е годы XIX века.

В ходе промышленной революции в России была создана и утвердилась крупная машинная индустрия, и сложился новый социальный тип постоянных рабочих, концентрировавшийся на крупных предприятиях в ведущих промышленных центрах страны (о численности рабочего класса России см. табл. 1). Шло формирование рабочего класса, основу которого составляли постоянные рабочие, лишенные средств производства, разорвавшие связь с землей и собственным хозяйством и весь год трудившиеся на фабриках и заводах [1].

Таблица 1

Численность рабочего класса России с 1860 по 1900 г. (в млн. человек)*

* Рабочий класс России  от зарождения до начала XX в.

** Включены и мануфактурные  рабочие.

*** Без учета вспомогательных  рабочих

**** данные за 1897 г.

***** Без учета рабочих  Финляндии, общая численность которых  в 1900 г. достигала 150 тыс. человек.

К началу 1860-х годов в обрабатывающей промышленности России большинство рабочих, бывших, как правило, оброчными крестьянами, принимались на фабрики на условиях вольного найма. В горнозаводских производствах также начал применяться вольнонаемный труд. Вместе с тем в российской промышленности был еще широко распространен и принудительный труд. Так, накануне реформы 1861 г. из общего числа всех российских рабочих (800 тыс. человек) треть составляли крепостные. В первые пореформенные годы сократилась численность рабочих на вотчинных и посессионных мануфактурах за счет ухода их в деревню.

Обычно, вплоть до 1880-х годов, наем рабочих на фабрично-заводские предприятия практиковался на основе «словесного» или письменного договора сроком на год, чаще всего «от Пасхи до Пасхи». До истечения установленного срока у рабочих забирались в контору паспорта, и они фактически лишались свободы, не имея права требовать досрочного расчета. Произвол предпринимателей ничем не ограничивался, хотя правительство и предпринимало некоторые шаги в направлении «попечения» о рабочих.

Типичными в это время были правила внутреннего распорядка Московского металлического завода Гужона. В них было записано: «Воспрещается оставлять фабрику до истечения договорного срока без согласия на то хозяина или требовать от него до того срока какой-либо прибавки платы сверх установленной. За стачку между работниками прекратить работу прежде истечения установленного с хозяином срока для того, чтобы принудить его к возвышению» получаемой ими платы, виновные подвергаются наказаниям, определенным «Уложением о наказаниях».

В то же время предприниматели имели право по своему усмотрению уволить рабочего в любое время за «дурную работу» или за «дерзкое поведение». Регламентировался не только их труд, но и личная жизнь: на многих предприятиях рабочие обязаны были в принудительном порядке покупать товары в хозяйственной лавке по завышенным ценам; проживавшие в фабричных казармах отлучались в определенные сроки. Рабочие не были защищены от издевательств и оскорблений со стороны хозяина и его подручных.

Однако уже к концу 1850-х годов в правительственных кругах среди наиболее либеральных их представителей зрело понимание того, что с освобождением крестьян уже нельзя сохранять прежние законы о рабочих, что необходимость разработки фабрично-заводского законодательства очевидна7. В периодической печати всех направлений раздавались голоса с призывами к решению «рабочего вопроса» с умеренно-либеральных позиций. С этого времени различными российскими ведомствами стали создаваться одна за другой особые комиссии. Первая из них была образована в 1859 г. в Петербурге при столичном генерал-губернаторе. В ее работе активное участие принимали петербургские предприниматели. На комиссию была возложена задача провести обследование фабрик и заводов Петербурга (и его уезда) - крупнейшего торгово-промышленного центра, где было сконцентрировано и наибольшее число рабочего населения.

Итогом работы комиссии стала подготовка «Проекта правил для фабрик и заводов в С.-Петербурге и уезде», регламентировавших условия труда рабочих и ответственность предпринимателей.

Проектом сохранялись известные нормы традиционной регламентации фабричной жизни (определение размера заработной платы, штрафов за те или иные проступки, распределение рабочих часов и т.п.). Однако по новым правилам запрещалось применение труда детей до 12-летнего возраста, ночная работа несовершеннолетних (12-16 лет), а также ограничивалось 10 часами рабочее время детей 12-14 лет. Проект намечал установить определенные санитарные нормы на фабриках и в жилых помещениях и впервые - ответственность предпринимателей за несчастные случаи с рабочими. Надзор за исполнением этих правил возлагался на фабричную инспекцию из чиновников. Ей предоставлялось право в любое время обследовать фабрики и требовать сведения о зарплате рабочих, условиях найма и пр.

Проектируемые правила высоко оценивались российскими чиновниками. Они считали возможным распространить их действие на всю империю. Проект был разослан для ознакомления губернской администрации и предпринимателям.

Оценки и мнения о нем были неоднозначны и во многом противоречивы и в среде промышленников, и в среде местной администрации. Большинство крупных петербургских фабрикантов признали его «удовлетворительным», а законодательное регулирование работы малолетних - выгодным для себя. Несмотря на то, что на предприятиях С.-Петербурга, в сравнении с другими промышленными центрами страны, трудилось значительно меньше детей до 12 лет, однако и здесь нашлись открытые противники ограничения труда малолетних. В этой части законопроект оценивался ими как «не вполне положительный». Напротив, многие заводчики и фабриканты Центрально-промышленного района решительно выступили против его основных пунктов. Московские предприниматели были против ограничения детского труда, введения правительственного фабричного инспектората и требовали «поставить их судьями в их собственном деле». Они ставили под сомнение соблюдение требований техники безопасности, не соглашались нести ответственность за увечья рабочих.

Многие предприниматели выступали против правительственной инспекции фабрик. Особенно резкой и почти единодушной была их позиция в отношении права, предоставляемого фабричному инспектору, посещать промышленные предприятия «в любое время суток». Многие видели в этом "оскорбительное для их чести недоверие к фабрикантам" и считали, что надзор за фабриками должен быть подчинен Мануфактурному совету, соответственно его Московскому отделению и местным мануфактурным комитетам, т.е. самим фабрикантам. Эта позиция московских торгово-промышленных кругов разделялась многими промышленниками, прямо и открыто заявлявшими:

«Надзор за фабриками должен быть вверен самим фабрикантам». Эти требования предпринимателей были поддержаны Мануфактурным советом, а его Московское отделение выразило готовность взять на себя функции контроля за исполнением проектируемых правил в тесном контакте с полицией.

Дальнейшая работа над проектом была продолжена Особой комиссией по пересмотру фабричного и ремесленного уставов, известной как комиссия А.Ф. Штакельберга (член Совета министра внутренних дел), созданной в этом же году по представлению министра финансов А.М. Княжевича Александру II. В нее были переданы наработки комиссии 1859 г., отзывы на проект правил, поступившие с мест от предпринимателей, и др.

Все эти материалы были учтены комиссией Штакельберга при разработке Устава о промышленности, предполагавшего довольно широкие реформы. Центральное место в нем занимали статьи, регламентировавшие взаимоотношения предпринимателей и рабочих.

В своей работе составители законопроекта использовали накопленный опыт западноевропейского законодательства. Важнейшие проектируемые изменения и нововведения касались работы детей и несовершеннолетних и создания промышленных судов с выборными судьями от фабрикантов и рабочих поровну. По проекту нового фабричного устава на работу не допускались дети, не достигшие 12-летнего возраста, продолжительность рабочего дня для несовершеннолетних (от 12 до 18 лет) устанавливалась не более 10 часов в сутки, ночные работы для них запрещались. Ответственность за нарушение этих правил возлагалась на предпринимателей, контроль за ними - на особую правительственную инспекцию с широкими правами и полномочиями.

Но законопроекту сохранялось наказание рабочих за участие в стачках, но формально вводились взыскания с хозяев за их соглашения между собой с целью понижения заработной платы. Провозглашалась необходимость «обеспечения» рабочих при несчастных случаях. Почти половина параграфов устава (130 из 259) отводилась созданию и регламентации деятельности нового для российского законодательства института - выборным промышленным судам14. В фабрично-заводских центрах разбирательству последних подлежали конфликты, связанные со стачками, штрафами, нарушениями обязательных постановлений, вознаграждениями рабочих за увечья и т.п. Законопроект предполагал предоставление рабочим известной свободы стачек и свободы организаций.

Однако в условиях самодержавного режима либеральная идея примирительного разбирательства в органах, составленных из выборных представителей капиталистов и рабочих, была подменена казенно-бюрократическим подходом к разрешению рабочего вопроса. В итоге рассмотрение споров, возникавших между рабочими и предпринимателями, было передано мировым судьям, которые назначались из представителей господствовавших классов. В промышленных центрах мировыми судьями зачастую становились сами промышленники.

Разработанный закон о промышленных судах, предполагавший гласность и ведение дел в свободное для рабочих время, мог стать для них крайне важным и полезным. Предусматривалось достаточно широкое применение будущего закона: общему фабричному надзору подлежали не только крупные промышленные предприятия, но и мелкие ремесленные и кустарные мастерские с применением наемной рабочей силы.

Общий характер нового законопроекта, несомненно, имел либеральный характер. Однако, как и множество других аналогичных проектов, он был благополучно положен под сукно в министерских архивах. В этот период самодержавное правительство еще могло обходиться старыми законодательными нормами и местными административно-полицейскими мерами. Последовательное осуществление заложенных в проекте либеральных идей в «рабочем вопросе» еще не стало жизненной необходимостью. Сказывалось и противодействие российских предпринимателей (особенно московских, последовательно выступавших против двух принципиальных пунктов: введения фабричной инспекции и ограничения применения детского труда), позицию и давление которых не могло не учитывать и, безусловно, учитывало правительство. Но не это обстоятельство стало главной причиной неутверждения закона.

В целом, несмотря на отдельные предполагаемые ограничения (с некоторыми из них московские промышленники примирились), проект открывал им вполне реальные возможности и преимущества: свободу создания и функционирования предпринимательских союзов и буржуазных примирительных учреждений. Однако обстановка в стране была такова, что в условиях реформирования 60-х годов и главное и главное внимание правительственных кругов, и настроения в обществе сосредоточивались на других реформах, и прежде всего по крестьянскому вопросу. Вместе с тем к 1866 г., когда происходило окончательное рассмотрение законопроекта, предложенного комиссией Штакельберга, правительство по существу свертывало курс на прогрессивные реформы в стране и брало курс на усиление реакции.

В 60-70-е годы XIX в. положение рабочих оставалось бесправным и характеризовалось жестокими формами труда. Зачастую на фабрично-заводских предприятиях действовали правила внутреннего распорядка, составленные самими владельцами и вводимые без всяких объяснений рабочим.

В Московской губернии наиболее типичным был 12-часовой рабочий день, но на ряде предприятий он продолжался 14, 15, 16 часов и больше. На большинстве фабрик велико было число рабочих дней в году, а воскресные работы - обычным явлением. Рабочие подвергались крайнему произволу со стороны хозяев. Последние включали в рабочий договор такие пункты, которые лишали рабочего всякой свободы. Система штрафов была развита до виртуозности. Нередко размер штрафов совсем не определялся заранее.

Штрафы с рабочих, взимавшиеся по самым разнообразным поводам и без повода, без указания причины, поступали в полное распоряжение предпринимателя. Они доходили иногда до половины заработка, т.е. рабочий из заработанного рубля отдавал хозяину 50 коп. Бывали случаи, когда сверх штрафов назначалась еще неустойка, например, 10 рублей за уход с фабрики. Общая сумма штрафов достигала на некоторых фабриках нескольких тысяч рублей в год и являлась немаловажным источником дохода.

Фабриканты считали себя вправе, вопреки закону, запрещавшему им самовольно понижать заработную плату, до истечения срока договора, уменьшать ее в любое время по своему усмотрению.

Конец 1860 - начало 1870-х годов ознаменовались нарастанием недовольства рабочих и усилением рабочего движения. Особенно обостряются отношения между рабочими и предпринимателями в текстильной, прежде всего хлопчатобумажной, промышленности - ведущей отрасли в стране.

Широкий резонанс получила стачка на Невской бумагопрядильне в Петербурге в мае 1870 г., в которой приняло участие 800 ткачей и прядильщиков. Их требование - увеличение сдельной оплаты труда. Суд над ее организаторами сделал достоянием гласности дикий произвол на фабрике. Присяжные заседатели осудили зачинщиков всего на несколько дней ареста, а вышестоящая судебная инстанция вообще всех оправдала. Это обстоятельство вызвало правительственный запрет на публикацию в прессе сведений о стачках и издание секретного циркуляра, но которому губернаторам рекомендовалось не допускать «дела» о стачках до судебного разбирательства и высылать их зачинщиков в административном порядке.

В октябре 1870 г. была создана под председательством генерал-адъютанта Н.П. Игнатьева, члена Государственного Совета, в прошлом петербургского генерал-губернатора, «Комиссия по урегулированию отношений найма». На нее возлагалась задача разработать меры по «улучшению быта рабочих». Комиссия оказалась в сложном положении, ибо ей предстояло в своей деятельности руководствоваться «высочайшей волей относительно наилучшего обеспечения рабочего класса и установления прочных отношений между нанимателями и нанимающимися», что соответствовало попечительному курсу правительственной политики в «рабочем вопросе» [2].

С началом работы «Комиссии по урегулированию найма» значительно возросло внимание к «рабочему вопросу» и в обществе, и в печати различных направлений. Оно усиливалось под влиянием событий европейского рабочего движения, ознаменовавшегося попыткой создания первого пролетарского государства – «Парижской Коммуны».

На первом Всероссийском торгово-промышленном съезде, состоявшемся в 1870 г. в Петербурге, была принята резолюция о том, чтобы «в новом уставе о фабричной и заводской промышленности ограничение числа рабочих часов для взрослых и малолетних и самое допущение последних к работе было бы согласовано с узаконениями, составленными в последнее время по этому предмету в других государствах».

Уже в 1870-е годы становилось все более очевидным, что рабочий класс и рабочий вопрос именно в западноевропейском смысле существовали в России.

На исходе первого двадцатилетия развития пореформенной России ведущей формой промышленности становится фабрично-заводское производство, основанное на машинной технике.

В 70-х годах XIX в. наблюдались высокие темпы формирования городского фабрично-заводского пролетариата. В 1879 г, в Европейской части России насчитывалось до 40 крупных промышленных городов, на фабрично-заводских предприятиях которых было занято свыше 35% всех индустриальных рабочих [8].

Фабричное законодательство 1880-х годов.

80-е годы XIX века были  чрезвычайно" неблагоприятным периодом  в развитии народного хозяйства  России. Закончившаяся русско-турецкая  война 1877-1879 гг. сильно подорвала  экономику, крайне обострила социальные  противоречия в стране, ускорив  вызревание политического кризиса, который усугубился дипломатическим  поражением Российского государства  на Берлинском конгрессе.

В начале 1880-х годов создалась реальная опасность полного финансового банкротства казны. Состояние финансово-валютной системы отчетливо отражало общее экономическое положение страны. Хроническое расстройство денежного обращения являлось следствием глубоких противоречий, свойственных экономике России в целом.

Признаки приближающегося кризиса обозначились уже в конце 1880 - начале 1881 гг. Кратковременный промышленный подъем 1878-1880 гг. сменился затяжным и разрушительным кризисом. Обострившийся с 1882 г. аграрный кризис стал одним из важнейших факторов, обусловивших глубокий и длительный промышленный застой, который продолжался вплоть до 1887 г. Развитие кризиса происходило чрезвычайно неравномерно, скачкообразно.

В период кризиса и депрессии тяжелейшим испытанием для российских рабочих стала массовая и длительная безработица. Полной или частичной безработицей были охвачены сотни тысяч рабочих страны.

Новая система производственных отношений в капиталистической России с особой остротой давала о себе знать в годы экономических кризисов (1873, 1880-1886 гг.), длительность которых в России была особенно велика. В этих условиях нарастало широкое недовольство правительственной политикой со стороны различных общественных слоев, все больше обострялись социальные противоречия, все жестче ставился «рабочий вопрос», привлекавший внимание и волновавший все круги российской общественности, заставляя правительство искать меры для выхода из социально-экономического кризиса [6].

Демократическая журналистика в решении рабочего вопроса проявила свойственные ей противоречия. С одной стороны, ее публицисты исходили из объективных условий существования рабочего класса, изучали его положение, условия труда, горячо ратовали за их улучшение и облегчение. С другой, - отказывали ему в праве существования, мечтали «ликвидировать» рабочий вопрос, вместе со всей «наносной» капиталистической системой.

Критика тяжелого положения трудящихся масс была в передовой печати, по сути, критикой экономической политики самодержавия, которая определялась как антинациональная, ведущая к подрыву производительных сил России. С изменением этой политики для демократической мысли был связан вопрос о перспективах развития страны. Лейтмотив многих выступлений в печати различных направлений этого времени - признание необходимости реформ и фабрично-заводского законодательства.

Общий вывод публикаций либерально-демократической прессы сводился к тому, что современному государству для того, чтобы выступить в роли реформатора социальных отношений, нужно самому подвергнуться коренному преобразованию.

В 1886 г. были изданы «Правила о надзоре за заведениями фабрично-заводской промышленности», возлагавшие на местные по фабричным делам присутствия обязанность выработки проектов обязательных постановлений о мерах по охране жизни и здоровья рабочих на предприятиях.

Главное, что было характерно для фабричного законодательства, - слабая эффективность вследствие отсутствия четких карательных санкций, в особенности по отношению к предпринимателям. Эти недостатки делали необходимым восполнение пробелов в законодательстве и разъяснение содержания законов путем административных распоряжений. В результате возрастала роль органов, осуществлявших применение указанных законов на практике.

1890-е годы: эра Витте.

1890-е годы были периодом  невиданного ранее подъема российской  индустрии. Но объему промышленного  производства Россия вплотную  приблизилась к Франции, а по  темпам его роста - к Германии  и США. 1890-е годы стали временем яркой реформаторской деятельности С.Ю. Витте. Возглавив в 1892 г. Министерство финансов, он явился и созидателем индустриальной эры девяностых годов.

   К 1893 г. Витте и  его сотрудниками была разработана  программа развития промышленности и торговли. Решающую роль в ее реализации авторы программы отводили правительственной политике, отдавая приоритет административным мерам. На органы Министерства финансов возлагались обязанности всемерно содействовать развитию предпринимательской инициативы. В качестве одного из важнейших условий, необходимых для успешного осуществления всей реформы, ее создатели рассматривали организацию представительства интересов предпринимателей в правительственных учреждениях, создание в центре и на местах системы совещательных организаций. Общий замысел Витте заключался в привлечении предпринимателей к систематическому участию в обсуждении всех проблем, касавшихся промышленности и торговли. В программе выдвигалась задача пересмотра устаревшего и принятия нового торгово-промышленного, а также рабочего законодательства, всецело отвечающего требованиям времени.

С.Ю. Витте стремился решить сложную двуединую задачу: с одной стороны, обеспечить стабильные возможности для развития промышленности путем предупреждения конфликтов между рабочими и предпринимателями, возникавшие на экономической почве, а также равные условия конкуренции для промышленников, с другой - предупредить возникновение классовых столкновении политического характера.

Середина 1890-х годов ознаменовалась в России подъемом стачечной борьбы фабрично-заводского пролетариата. Особенно выделялись выступления текстильщиков Петербурга в мае-июне 1896 г.

   В итоге Витте  в интересах развития промышленности  настоял на увеличении рабочего  дня до 11,5 час. и до 10 час. для рабочих, занятых хотя бы отчасти в  ночную смену (соответственно вместо 11 и 9 час., предложенных комиссией В.И. Ковалевского).

Важным направлением правительственной политики по рабочему вопросу этого периода становится социальное страхование. Напомним, что в 80-90-е годы XIX в. большинство западноевропейских стран уже имело законы о страховании рабочих. В России лишь в 1880-е годы, с ростом промышленности и увеличением кадров рабочих, когда при чрезвычайно низкой охране труда в угрожающих размерах стал расти производственный травматизм, проблема социального страхования приобретает особую остроту и становится неотъемлемой частью законопроектов о фабрично-заводском труде.

В 1880 г. Совету торговли и мануфактур Министерства финансов было поручено разработать правила об ответственности предпринимателей при несчастных случаях с рабочими.

Правительство последовательно проводило курс на введение закона об ответственности предпринимателей за увечья и смерть рабочих, хотя и признавало, что государственное их страхование было бы в принципе предпочтительнее. По законопроекту 1893 г. предполагалось возложить на предпринимателей ответственность не только за случаи увечья рабочих, но и за профессиональные заболевания. Размеры пособий и пенсий рабочим определялись из расчета 280 рабочих дней в год. Страхование распространялось на рабочих фабрично-заводской и горнозаводской промышленности, а также железнодорожных мастерских. При этом рабочие не должны были доказывать виновность предпринимателя за получение увечья, как это предполагалось проектом 1889 г. [9].

Однако при обсуждении законопроекта 1893 г. принцип индивидуальной ответственности не был поддержан Государственным Советом. Один из участников обсуждения заявил, что «опыт ныне текущей половины XIX столетия везде показывает, что защиты требуют не рабочие против владельцев, а владельцы против рабочих». В результате общее собрание Государственного Совета 24 мая 1893 г. отклонило законопроект, внесенный С.Ю. Витте. В решении говорилось, что он не отвечает общему направлению законодательства России и может привести к возникновению не существующего в стране рабочего вопроса.

В сентябре 1902 г. был завершен законопроект «О награждении владельцами промышленных предприятий рабочих и служащих, утративших трудоспособность вследствие несчастных случаев», который был представлен в Государственный Совет. 2 июня 1903 г. он был утвержден царем, а с 1 января 1904 г. вступил в силу. В сравнении с законопроектами Министерства финансов, разработанными в 1880-1890-х гг., закон 2 июня 1903 г. не вносил ничего принципиально нового, а лишь фиксировал существовавшую практику, с течением времени требовавшую законодательного ее оформления. В нем юридически закреплялись те меры, которые ранее осуществлялись предпринимателями по «доброй воле» или по соглашению с рабочими. Все без исключения статьи закона были составлены и угоду предпринимателям, а рабочим (и их семьям) он не гарантировал более или менее справедливого обеспечения в случае потери трудоспособности. Существовавшие в тексте неясности и недоговоренности преднамеренно вносили путаницу в применение его на практике. Изданные к закону 1903 г. дополнительные инструкции и распоряжения не помогали делу, а, наоборот, являлись новым ограничением сферы его действия.

При всей ограниченности и недостатках закон был все же шагом вперед в разработке рабочего законодательства. Суть его сводилась к следующему. Если прежде рабочий или семья должны были доказать в суде виновность предпринимателя в увечье или смерти рабочего, после чего суд обязывал предпринимателя уплатить известную сумму, то по закону 1903 г. фабрикант обязан был доказывать свою невиновность, если хотел избежать уплаты вознаграждения потерпевшему или его семье. В известном смысле новый закон облегчал положение рабочего в конфликте с предпринимателем. В нем впервые устанавливались размеры пенсий (при полной потере трудоспособности выплачивалась постоянная пенсия в размере 2/3 заработка; в таком же размере выплачивалась пенсия семье в случае смерти рабочего). Однако при этом закон искусственно занижал исчисление годового заработка рабочего, что вело к уменьшению размера пенсий.