Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Проблема материнства в наше время

План

Введение;

Основная часть;

Заключение;

Список используемой литературы.

Введение

Проблема и ее актуальность. В последние десятилетия в нашей стране наблюдается тенденция к такому социальному явлению, как отказ матери от ребенка. Что же нарушает естественное формирование готовности к материнству? Исследователи указывают на ряд факторов, предполагающие к этому. Одним из малоизученных аспектов проблемы является обнаруженный в начале века феномен искаженного восприятия матерью своего нежеланного ребенка. В следующем это наблюдалось у женщины с послеродовой депрессией.

Ученые предполагают, что эти изменения связаны с эмоциональным состоянием женщины, которая переживает резкое расхождение между реальным и идеальным ребенком, о котором она мечтала во время беременности. При этом она воспринимает его, как обманувшего ее надежды, источник принуждения и страдания.

Исследователи считают, что к таким искажениям особенно предрасположены одинокие матери с их повышенной тревожностью, потребностью в благодарности, с неосознанным чувством вины. Они проецируют на ребенка свои худшие качества. Для них он воплощает в себе зло, которое они испытывали, все, в чем они себе отказывают.

По мнению исследователей одной из причин девиантного материнства является неблагоприятный детский коммуникативный опыт. Будущая отказница отвергалась матерью с детства, что привело к нарушению формирования нормального материнского поведения необходимо сравнение с собственной матерью.

Кроме того, нельзя не отметить возрастающую в последнее время проблему ранней подростковой беременности. Данные немногочисленных исследований, свидетельствуют об искаженном формировании материнской сферы, несформированной мотивации материнства и несерьезном, детском отношении к беременности у девушек подростков ожидающих ребенка.

Психологическая готовность к материнству.

Изучение готовности к материнству в последние годы ведется в разных аспектах: в плане социологических исследований позднего материнства и материнства несовершеннолетних; при исследовании факторов риска психической патологии ребенка в связи с социальными и психическими аномалиями матерей; в филогенетическом аспекте.

Исследуются значимые личностные характеристики будущей матери, разрабатываются методы, выявляющие отношения родителей к не родившемуся ребенку, изучаются факторы, влияющие на материнское поведение.¹

В зарубежной литературе выделено более 700 факторов, представ- ленных в 46 шкалах, характеризующих адаптацию женщины к беременности и раннему периоду материнства. Они отражают историю жизни женщины, ее семейное, социальное положение, личностные качества, связь с особенностями развития ребенка. Несмотря на то, что проблемы пренатального развития слабо изучены, предпринимаются попытки организации пренатального воспитания в русле идеологии психоанализа и транс персональной психологии.

В концепции С. Ю. Мещеряковой психологическая готовность к материнству рассматривается как специфическое личностное образование, стержневой образующей которого является субъект-субъектная ориентация по отношению к еще не родившемуся ребенку. Она формируется под влиянием неразделимых биологических и социальных факторов и, с одной стороны, имеет инстинктивную основу, а с другой -- выступает как особое личностное образование.

Основными составляющими структуры психологической готовности к материнству являются:

особенности коммуникативного опыта, полученного в детстве;

переживания женщиной беременности, в том числе отношение к еще не родившемуся ребенку;

ориентация на стратегию воспитания и ухода за младенцем.

О характере раннего коммуникативного опыта, полученного будущей матерью в общении с близкими взрослыми, можно судить по аффективным следам, оставленным в ее первых воспоминаниях о себе и родителях, об их стиле воспитания, своих привязанностях. Важным является опыт, приобретаемый в играх с куклами, в «дочки-матери», о характере которого можно судить по воспоминаниям о любимых игрушках, по предпочтению детей того или иного возраста.

Наиболее важными факторами, говорящими о характере переживания женщиной своей беременности, являются желанность -- нежеланность ребенка и особенности протекания беременности. Наиболее благоприятны для будущего материнского поведения желанность ребенка, наличие субъектного отношения матери к еще не родившемуся ребенку, которое проявляется в любви к нему, мысленной или вербальной адресованности, стремлении интерпретировать движения плода как акты общения.

Установки женщины на стратегию воспитания также свидетельствуют о преобладании субъектного или объектного отношения к ребенку. Здесь учитывается то, как она собирается ухаживать за ним, следовать ли строгому режиму, предлагать ли соску и т. д., то есть ее стремление ориентироваться на потребности ребенка или руководствоваться собственными представлениями о том, что ему необходимо.

По результатам исследования С. Ю. Мещеряковой были выделены три уровня психологической готовности к материнству:

Низкий уровень готовности к материнству (23% от всей выборки) характеризуется наличием колебаний в принятии решения иметь ребенка, негативных ощущений и переживаний в период беременности. Эти женщины скупо и формально отвечали на вопросы, касающиеся их отношения к не родившемуся ребенку (многие не переживали чувства общности с ним, не придумывали имя, не представляли себе малыша). Они преимущественно ориентировались на соблюдение жесткого режима, были сторонницами «строгого» воспитания.

Такие матери чаще указывали на отсутствие в детстве привязанности к собственной матери и строгое отношение родителей, редко играли с куклами; отдавали предпочтение детям старше трех лет.

Высокий уровень наблюдался у 27% испытуемых. Эти женщины не испытывали колебаний в принятии решения иметь ребенка, радовались, узнав о беременности. Они отмечали преобладание положительных ощущений и переживаний в период беременности, охотно и развернуто отвечали на вопросы, касающиеся их отношения к своему ребенку (разговаривали с ним, прислушивались к шевелению, реагировали на него какими-либо действиями). Ориентировались на соблюдение мягкого режима (кормить по потребности ребенка, чаще брать его на руки и т. п.). Все они имели в детстве благоприятный коммуникативный опыт: испытывали привязанность к матери, ласковое отношение собственных родителей, любили играть с куклами. Все отметили, что любят детей младенческого возраста.

Средний уровень составили 50% матерей; их ответы были частично сходны с ответами в первой группе и частично -- во второй. У них наблюдалась противоречивая установка на воспитание, (они не собирались часто брать ребенка на руки, не были сторонницами кормления по часам и т. д.). Половина из этой группы отметила отсутствие привязанности к матери, их ранний коммуникативный опыт был неоднозначным. Треть группы отдавала предпочтение играм в «дочки-матери», половина отмечала, что любит детей до года, остальные -- постарше.

Выделенные три уровня психологической готовности к материнству соответствуют разным типам материнского поведения, устойчиво сохраняющимся на последующих этапах.

Младенцы матерей с высоким уровнем психологической готовности к материнству обнаружили самый высокий уровень общения с матерью. Они более инициативны, лучше владеют экспрессивно-мимическими средствами общения, умеют развивать коммуникативную ситуацию, проявляют выраженный интерес к общению, быстро и с удовольствием включаются в него, не прекращают контакта по своей инициативе и активно протестуют, когда его прекращает мать. В последующем они отличаются яркой эмоциональностью, открытым и доброжелательным отношением к людям, высокой любознательностью.

Младенцы первой группы имеют самые низкие показатели компонентов комплекса оживления, часто отвлекаются от общения, у них слабо выражено стремление к сопереживанию с матерью в радующей ситуации. Позднее они с большим трудом вступают в контакт с посторонними, слабо владеют речью, плохо умеют играть.

У младенцев из третьей группы отмечался более низкий уровень общения с матерью, чем у второй. Они менее инициативны, но имеют высокие показатели компонентов комплекса оживления, демонстрируя преимущественно ответное поведение, слабее умеют развивать коммуникативную ситуацию, нередко сами прекращают общение.

По данным анкетирования и реально наблюдаемому поведению, у матерей первой группы превалирует объектное отношение к ребенку, у матерей второй группы -- субъектное, а у матерей третьей группы отмечается смешанное, или промежуточное, отношение.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что женщины, готовые и не готовые к материнству, имеют различные представления о матери и ее роли. У женщин, готовых к материнству, присутствует образ принимающей, отзывчивой матери, способствующей развитию и обучению ребенка, разделяющей его самостоятельную ценность. У женщин, не готовых к материнству, ярко прослеживается сверх ценность ребенка и не выраженность таких качеств, как принятие, отзывчивость и стремление к развитию ребенка.

Мотивы сохранения беременности.

По происхождению беременность разделяют на случайную и запланированную. Случайной является беременность, которая является нежеланной или неожиданной для супругов. Запланированная делится на запланированную обоими партнерами и планируемую только женщиной.²

Мотивы сохранения беременности главным образом зависят от личностных установок женщины и социальных нормативов общества, определяемых культурно-историческим временем, в котором она живет. Н. В. Боровикова и С. А. Федоренко выделили следующие мотивы сохранения беременности. Первые два мотива проявляются как на бессознательном, так и на сознательном уровнях, остальные обычно не осознаются женщинами.

Беременность ради ребенка (6%) -- наиболее позитивный мотив, отражающий психологическую потребность женщины в материнстве и готовность к нему. Он характерен для социально зрелых, лично состоявшихся, а также одиноких женщин в возрасте.

Беременность от любимого человека (3%) способствует созданию высокого уровня адаптивности женщины к беременности. Будущий ребенок выступает как частица любимого человека, символ «светлого» прошлого или настоящего, который женщина хочет пронести через всю жизнь.

Беременность как соответствие социальным ожиданиям (24%)--этот мотив обычно присущ молодым девушкам из обеспеченных семей или вышедшим замуж по расчету, когда пожилые родители не имеют внуков, (то есть они рождают ребенка не для себя, а для своих родителей). Следует отдельно выделить беременность для мужчины. При этом ребенок рождается не столько в соответствии со своим желанием, сколько по просьбе мужа или значимого мужчины.

Беременность как протест (12%) -- это «беременность назло» значимому мужчине или родителям. Такое поведение свойственно молодым девушкам. Беременность носит характер вызова, противостояния миру взрослых, является для женщины драматической и часто тяжело травмирует ее психику. Будущий ребенок используется в качестве объективного аргумента, объясняющего невозможность возврата к прежним отношениям.

Беременность ради сохранения отношений (16%), когда женщина решается на рождение ребенка, чтобы внести нечто новое в близкие отношения с мужчиной и удержать его рядом.

Беременность как отказ от прошлого (8%) -- в этом случае беременность может расцениваться самой женщиной как желание почувствовать себя личностью, обрести женскую индивидуальность, зачеркнуть свое прошлое. Нередко символизирует начало нового этапа в жизни и наиболее часто встречается у женщин с «туманным и бурным» прошлым.

Беременность как уход от настоящего (5%) преобладает у одиноких женщин, потерявших надежду на личное счастье. Они пытаются уйти от собственных проблем в своего ребенка, заместить свою жизнь его жизнью.

Беременность ради сохранения собственного здоровья (26%) мотив обусловлен боязнью причинить вред своему здоровью абортом или утратить возможность деторождения в будущем.

Кроме того, можно выделить мотив рождения ребенка для получения материальной выгоды, получивший в последнее время достаточно широкое распространение.

Описанные мотивации не существуют в психике женщины в чистом виде, а взаимно дополняют друг друга на фоне доминирования одной из них. Кроме того, их присутствие отличается особым мотивационным фоном. Были выделены три таких фона.

Для молодых женщин эту роль часто играют привлекательность неизвестного, стремление к новым острым ощущениям. Решение родить ребенка обычно характеризуется недопониманием степени ответственности материнства, что обусловливается, прежде всего незрелостью и несформированной личности. При условии благоприятной в целом атмосферы социального окружения женщины беременность может протекать в экзальтированном, приподнятом настроении. Поведенческие реакции характеризуются как игровые, с преобладанием в них детских паттернов поведения.

Для женщин более старшего возраста (после 25 лет) решение сохранить беременность может определяться стремлением «не быть хуже других». Особенно ярко это проявляется у женщин, несколько лет состоящих в бездетном браке. В этом случае беременность приобретает позитивную психологическую окраску: ребенок является ожидаемым и желанным, а сама женщина испытывает чувство гордости, связанное со своим новым положением.

Самоутверждение через беременность. Основной характеристикой этого фона является его приобретенность. Он навязывается женщине в процессе социализации посредством воспитания и всего комплекса прививаемых ей с детства психологических установок.

Проблема материнства в наше время.

Девиантное материнство.

В последние десятилетия в нашей стране наблюдается тенденция к такому социальному явлению, как «скрытый инфантицид» -- отказ матери от ребенка. Существуют ли какие-то специфические характерологические особенности личности, которые нарушают естественное формирование готовности к материнству? Исследователи указывают на полиморфизм факторов, предрасполагающих к этому. Одним из малоизученных аспектов проблемы является обнаруженный еще в начале века феномен искаженного восприятия матерью своего нежеланного ребенка. В последующем это наблюдалось у женщин с послеродовой депрессией.³

Ученые предполагают, что эти изменения связаны с эмоциональным состоянием женщины, которая переживает резкое расхождение между реальным и «идеальным» ребенком, о котором она мечтала во время беременности. При этом она воспринимает его как обманувшего ее надежды, источник принуждения и страдания.

Так, исследователи считают, что к таким искажениям особенно предрасположены одинокие матери с их повышенной тревожностью, потребностью в благодарности, с неосознанным чувством вины. Они проецируют на ребенка свои худшие качества. Для них он воплощает в себе зло, которое они испытали, все, в чем они себе отказывают.

По мнению В. И. Брутман, одной из причин девиантного материнства является неблагоприятный детский коммуникативный опыт. Будущая «отказница» отвергалась своей матерью с детства, что привело к нарушению процесса идентификации, как на уровне психологического пола, так и при формировании материнской роли. Неудовлетворенная потребность в материнской любви и признании не позволяет «отказнице» самой стать матерью. В. И. Брутман полагает, что для формирования нормального материнского поведения необходима идентификация с матерью, а затем на ее основе -- эмоциональная сепарация.

Кроме того, нельзя не отметить возрастающую в последнее время проблему ранней подростковой беременности. Данные немногочисленных исследований, в частности С. О. Кашаповой, свидетельствуют об искаженном формировании материнской сферы, несформированной мотивации материнства и инфантильном отношении к беременности у девушек-подростков, ожидающих ребенка. В целом можно отметить следующие характеристики женщин с нарушенной готовностью к материнству:

Эмоциональная и психологическая незрелость, низкая толерантность к стрессам, несдержанность аффектов.

Неготовность к браку в силу эмоциональной неустойчивости, эгоцентризма, стремления к независимости.

Сосредоточенность на своих проблемах, переживание чувства несправедливости и недостатка любви.

Неразрешенность детских и пубертатных конфликтов.

Неполная собственная семья, нередко отсутствует муж, часто воспитывается отчимом.

В ее семейной истории существует паттерн отказа от ребенка; разводы и физическое насилие регистрируются уже в поколении бабушки.

Эмоциональная зависимость от матери, несмотря на то, что отношения с ней могут быть негативными.

Мать характеризуется ею как агрессивная, директивная и холодная; она либо не знает о беременности дочери, либо возражает против нее.

Ребенок для нее -- источник психологических проблем, страха и тревоги. Он кажется ей недоступный для контакта, как нечто незначительное и далекое от нее самой.

Заключение

Говоря о девиантном материнстве нельзя не акцентировать внимание на последствиях этого явления. Потеря материнского воспитания является основной причиной социального сиротства. А эмоциональная депривация, вызванная в том числе неэффективным и девиантным материнством, является истоком психических нарушений у детей. Дж. Боулби, основоположник теории привязанности, утверждал, что необходимым условием сохранения психического здоровья ребенка является наличие эмоционально близких, теплых, устойчивых и положительных отношений с матерью. «Достаточно хорошая мать» (Д. Винникот) ежеминутно откликаясь на потребности ребенка, создает фундамент для его психического здоровья, способствует спонтанной реализации базисных потребностей в присоединении, аффелиации, безопасности, принятии и, как следствие, самопринятии. Отсутствие положительного самопринятия особенно заметно в поведении социальных сирот. По нашим наблюдениям и данным исследователей, оно выражается в избегании прямого зрительного контакта как с партнером по общению, так и собственным отражением в зеркале, а также в задержке графической деятельности. Причиной является невыполнение матерью функции «биологического зеркала и биологического эха», когда ее лицо, мимика, интонации служат подтверждением желательных форм поведения и отвержением нежелательных, формируют чувство «базисной уверенности» (Э. Эриксон). Зарубежное исследование женщин - представительниц низких социальных слоев (там, где чаще всего имеет место девиантное материнство) показало, что при взаимодействии с ребенком лицом к лицу проявления аффектов и отзывчивость в целом были ниже, чем у так называемых нормальных матерей. Часто взаимодействие девиантной матери с ребенком проявляется в форме навязывания поведения или раздражения, с тенденцией избегания. То есть матери данной группы чаще всего эмоционально отдалены, враждебны, не всегда доступны.

Список литературы.

1. Овчарова Р. В. «Психологическое сопровождение родительства» г. Москва, 2003г.

2. Пезешкиан Н. «Позитивная семейная психотерапия.» -- М., 1994г.

3. Филипова Г. Г. «Психология материнства» г. Москва, 1999г.

4. Чичерина Н. (кандидат педагогический наук, психолог психотерапевт, директор пренатального Университета для будущих родителей статья «Воспитание до рождения». Журнал «Материнство», октябрь 1999г. стр.35-37