Религиозные системы Индии

Вариант № 2.

1. Религиозно-философские системы Древней Индии.

2. Неоплатонизм Н. Кузанского и Дж. Бруно.

3. Эссе: «Народы! Старайтесь иметь добрые нравы, нежели законы: нравы суть первые законы» (Пифагор).

План ответа:

1.Религиозно-философские  системы Древней Индии.

Ведизм, буддизм, индуизм. Некоторые основополагающие понятия в философии.

2.Неоплатонизм  Николая  Кузанского и Джордано Бруно.

Учения Н. Кузанского. Учения Дж. Бруно. Вывод.

3.Эссе.

1. Религиозно-философские системы Древней Индии.

Религиозные системы Индии, если сравнить их с ближневосточными средиземноморскими, в ряде факторов, особенно в связи изначальным единством макро- и микромира, природы и человека, представляются более глубокими и философски насыщенными. Важная особенность индийских религий - их явственное обращение вовнутрь, акцент на индивидуальный поиск, на стремление и возможность личности найти собственный путь к цели, спасение и освобождение для себя. Пусть каждый человек - лишь песчинка, затерявшаяся среди многих миров. Однако эта песчинка, ее внутреннее "я", ее духовная субстанция (очищенная от вульгарной телесной оболочки) столь же вечна, как и весь мир. И не только вечна, но и способна к трансформации: она имеет шансы стать рядом с наиболее могущественными силами мироздания, богами и Буддами. Отсюда акцент на то, что каждый - кузнец своего счастья.

Тысячелетняя культурная традиция Индии сложилась в тесной связи с развитием религиозных представлений ее народа. Главным религиозным течением был индуизм (ему сейчас следует более 80 % населения Индии). Корни этой религии уходят в глубокую древность.

Ведизм

О религиозных и мифологических представлениях племен ведийской эпохи можно судить по памятникам того периода - ведам, содержащим богатый материал по мифологии, религии, ритуалу. Ведийские гимны считались и считаются в Индии священными текстами, их изустно передавали из поколения в поколение, бережно сохраняли. Совокупность этих верований называют ведизмом. Ведизм не был общеиндийской религией, а процветал лишь в Восточном Пенджабе и Уттар Продеш, которые заселила группа индоарийских племен. Именно она и явилась создателем «Ригвед» и других ведийских сборников (самхит).

Многие черты ведизма вошли в индуизм, это был новый этап в развитии духовной жизни, т.е. появление первой религии.

Индуизм

В индуизме на первый план выдвигается бог - творец, устанавливается строгая иерархия богов. Появляется Тримурти (триединство) богов Брахмы, Шивы и Вишну. Брахма - это управитель и создатель мира, ему принадлежало установление на земле социальных законов (тхарм), деление на варны; он - каратель неверных и грешников. Вишну - это бог охранитель; Шиву - бог-разрушитель. Возрастание особой роли двух последних богов привело к появлению двух направлений в индуизме - вишнуизма и шиваизма. Подобное оформление было закреплено в текстах пуран - главных памятников индуистской мысли, сложившейся в первом веке нашей эры.

Буддизм

Значительно позднее, чем ведизм, в Индии сложился Буддизм. Создатель этого учения, Сидгартха Шаньямуни, родился в 563 году в Лумбине в кшатрийской семье. К 40 годам он достиг просветления и стал называться Буддой. Более точно рассказать о времени появления его учения невозможно, но то, что Будда реальное историческое лицо - это факт.

Буддизм в своих истоках связан не только с брахманизмом, но и с др. религиозными и религиозно - философскими системами Древней Индии. Анализ этих связей показывает, что появление буддизма было обусловлено и объективными социальными процессами, подготовлено идейно. Буддизм не был порожден "откровением" достигшего божественной мудрости существа, как это утверждают буддисты, или личным творчеством проповедника, как обычно считают западные буддологи. Но буддизм не явился и механическим набором имевшихся идей. Он внес в них много нового, порожденного именно общественными условиями эпохи его возникновения.

Буддизм – древнейшая из мировых религий, получившая своё название от имени, а точнее прозвища, её основателя Будды, что означает «просветлённый». Сами буддисты ведут отсчёт времени существования своей религии от кончины Будды (примерно IV в. до н.э.). За два с половиной тысячелетия своего существования буддизм создал и развил не только религиозные представления, культ, философию, но и культуру, литературу, искусство, систему образования – иными словами, целую цивилизацию.

Буддизм впервые обратился к человеку не как к представителю какого-либо сословия, клана, племени или определённого пола. Для буддизма в человеке важны были только личные заслуги.

Как и другие религии буддизм обещает людям избавление от самых тяжких сторон человеческого существования – страданий, невзгод, страстей, страха смерти. Однако, не признавая бессмертие души, не считая её чем-то вечным

и неизменным, буддизм не видит смысла в стремлении к вечной жизни на небесах, поскольку вечная жизнь с точки зрения буддизма – это лишь бесконечная череда перевоплощений, смена телесных оболочек.

Человек под влиянием его поступков постоянно меняется. Поступая плохо, он пожинает болезни, бедность, унижения. Поступая хорошо, вкушает радость и умиротворенность.

Мир для буддистов – это непрерывный поток рождений и смертей и новых рождений, возникновения, разрушения и нового возникновения. В него вовлечено всё живое и неживое на всех уровнях существования. Количество миров в буддизме практически бесконечно. Буддийские тексты говорят, что их даже больше, чем капель в океане или песчинок в Ганге. Миры не вечны. Каждый из них возникает, развивается и разрушается. В каждом из миров есть свои суша, океан, воздух, множество небес, где обитают боги.

В Древней Индии очень высокого развития достигла философия. Индийская философия - это истинно "живые плоды", продолжающие питать своими соками мировую человеческую мысль. Индийская философия сохранила полную преемственность. И ни одна философия не оказала такого сильного воздействия на Запад, как индийская. Поиск "света, который идет с Востока", "истины о происхождении рода человеческого", которым были заняты многие философы, теософы, и, наконец, хиппи в 60-70 годах уже нашего века - очевидное свидетельство той живой связи, которая соединяет западную культуру с Индией. Индийская философия - это не только экзотика, а именно та притягательность целительных рецептов, которые помогают человеку выжить. Человек может не знать тонкостей теории, но заниматься дыхательной гимнастикой йога в целях чисто медико-физиологических. Главная ценность древнеиндийской философии состоит в ее обращении к внутреннему миру человека, она открывает мир возможностей нравственной личности, в этом-то, вероятно, и кроется тайна ее притягательности и живучести.

Для древнеиндийской философии характерно развитие в рамках определенных систем или школ и деление их на две большие группы: первая группа - это ортодоксальные философские школы Древней Индии, признающие авторитет Вед (Веданта (IV-II в.в. до н.э.), Миманса (VI в. до н.э.), Санкхья (VI в. до н.э.), Ньяя (III в. до н.э.), Йога (II в. до н.э.), Вайшешика (VI-V в. до н.э.)). Вторая группа - неортодоксальные школы, не признающие авторитет Вед (Джайнизм (IV в. до н.э.), Буддизм (VII-VI в. до н.э.), Чарвака-Локаята).

Долгое время индийская философия оставалась практически не известной западному миру. Даже в XX в. далеко не все систе­мы восточной философии были достаточно изучены. При этом стиль или форма выражения индийской, да и китайской мысли нередко подвергались необоснованной критике и унижению — говорили, что это не философия, а смесь мифологии, религии 'и мистицизма. До сих пор встречаются учебники, в которых вос­точная мысль освещается очень бегло и поверхностно, а порой и не освещается совсем. Все это закономерное следствие необъек- тивпых представлений многих западных, в том числе и россий­ских, философов относительно истории, специфики и проблема­тики восточных учений.

На исходе двадцатого столетия, к сожалению, лишь отдельные эрудированные специалисты ясно представляли, какое масштаб­ное влияние оказала мысль Востока, в первую очередь Древней Индии, на западную философскую традицию. Пифагор, Платон, Парацельс учились у восточных мудрецов. Лейбниц, Кант, Гегель, Фрейд порой лишь переоткрывали для Запада многие истины, хо­рошо известные индийским риши. Шопенгауэр и Толстой явно использовали идеи индийской философии. Сочинения Блават- ской, Ла Дыо, Рерихов целиком основаны и насквозь пропитаны эзотерической мудростью Востока.

НЕКОТОРЫЕ ОСНОВОПОЛАГАЮЩИЕ ПОНЯТИЯ ИНДИЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ :

Брахман — понятие, обозначающее высшую объективную ре­альность, некое безличное Абсолютное Начало, из которого воз­никает и в котором растворяется все мироздание. Для обозначе­ния Абсолюта как невыразимой беспричинной причины бытия иногда используется и другой, близкий по значению термин -

Пара-Брахма (Парабраман), что буквально означает «за пределами Брахмы».

ВОСЕМЬ НЕ -  формула "срединного пути" в махаянистской школе буддизма мадхьямика. В ее основу положены первые фразы создателя мадхьямики Нагарджуны, начавшего свой трактат "Мадхьямикашастра" словами: "Я, склонив голову, поклоняюсь Будде (который проповедует): ничто не рождается и ничто не исчезает, все  не постоянно и не прерывно, не едино и не-различно, не приходит и не уходитДхарма -  в древнеиндийской мысли духовная основа мира, Высшая правда. В жизни согласно с дхармой человек являет праведность, благочестие и нравственность; в познании дхарма предстает как истина.

Майя - в индийской религиозно-философской традиции особая сила или энергия, которая одновременно скрывает истинную природу мира и обеспечивает многообразие его проявлений.

Майя является иллюзией не от того, что она лишена бытия, а оттого что она — преходяща.

Человек из-за своего неведения строит в уме ложное представление о существующем мире, такое представление о мире является майей. Человек часто пытается такое представление о мире натянуть на реальный мир, предаётся иллюзиям, майе.

Для индуизма (как и буддизма) характерно сравнение майи с постоянно меняющимися очертаниями облаков, пузырями на воде и т. п.

Майя — созданная творцом иллюзия, череда перемен, цепь страданий, и цель адепта путем отречения от соблазнов, постижения высшего начала преодолеть цепи майи, выйти из бесконечного круговорота .

Многие философские школы индуизма относят к псевдореальности (майе) также не только окружающий мир, но и всех богов индуистского пантеона..

2. Неоплатонизм Н. Кузанского и Дж. Бруно.

Гуманистическая философия эпохи Возрождения в историко-философском смысле представляла собой поворот европейской философской мысли от онтологической проблематики к антропологической (этической, социально-политической, проч.). Радикальное переосмысление средневековой картины мира произошло уже в рамках ренессансного неоплатонизма, становление которого обозначило собой возврат философской мысли Возрождения к рассмотрению онтологической проблематики, но возврат уже на новом качественном уровне, исходивший из новых мировоззренческих позиций - установок, отличных от установок схоластической философии. Ренессансный неоплатонизм явился высшим результатом развития философской мысли Возрождения; в нем наиболее полно и глубоко воплотились главные тенденции и особенности ренессансной философии - ее гуманистический пафос, стихийная диалектика, острое чувство красоты и величия Природы; в конечном счете, в контексте неоплатонизма и сформировалась та новая, отличная от средневековой картина мира, которая по праву характеризует философию эпохи Возрождения как специфический этап в становлении философской мысли Западной Европы. Крупнейшими представителями идеологии ренессансного неоплатонизма были Николай Кузанский, Марсилио Фичино, Джованни Пико делла Мирандолла, Джордано Бруно. Творчество каждого из этих мыслителей представляет собой отдельный период в развитии этой философской идеологии.

Учения Николая Кузанского.

Николай Кузанский был одним из первопроходцев современного мышления, которое начало складываться на водоразделе средневековья и Ренессанса. Его философия природы и космологические воззрения не выходили за пределы религии. Как иерарх церкви, он подчинялся конкордату средневекового порядка, но его понимание мира и человека было устремлено в будущее.

Философское решение Кузанским главной проблемы - отношения бога и мира - является теоцентрическим, но в то же время содержит элементы и тенденции, отличающиеся от средневекового католического богословия. Он исходит из концепции "docta ignorantia", означающей, что познание вещей возможно при помощи чувств, разума и интеллекта, однако знание о конечных вещах всегда выходит за свои пределы. Из этого вытекает, что собственно основой познания должна быть противоположность обыденного, конечного постоянно преодолеваемому, знанию, т. е. чему-то абсолютному, определенному, безусловному а значит, "незнанию", неведению об этом безусловном (божественном). Безусловное знание мы можем постичь лишь символически. Основой этой символики для Кузанского являются математические символы. Разум подчинен закону противоположностей, для которого справедливы "да или нет", круг или многоугольник. В противоположность этому "docta ignorantia" близится к бесконечному, в котором противоположности взаимно сливаются. Центральное понятие философии Николая Кузанского - понятие единого. В своем определении этого понятия Николай Кузанский существенно отходит от Платона и неоплатоников. В самом деле, в рамках традиции Платона и неоплатоников единое характеризуется через противоположность иному, не единому. Эта характеристика восходит к пифагорейцам, противопоставлявшим единое многому, предел беспредельному, а также к элеатам, у которых противопоставление единого множеству носило онтологический характер. Николай Кузанский, напротив, с самого начала заявляет, что "единому ничто не противоположно". Отсюда совершенно логично вытекает, что "единое есть всё" - формула, звучащая уже как вполне пантеистическая и предваряющая пантеизм Джордано Бруно. Точка зрения Николая Кузанского в этом пункте отличается не только от подхода, характерного для традиционной средневековой христианской теологии, представители которой не могли бы согласиться, что единое есть все, потому что принципиально отличали творение от Творца, - но она радикально отличается также и от учения неоплатоников, которые тоже - уже по другим основаниям - не отождествляли "единое" и "всё". В этом важнейшем пункте как раз и начинается у Николая Кузанского пересмотр предпосылок и античного, и средневекового мышления. Из утверждения, что единое не имеет противоположности, следует большой важности вывод о том, что единое тождественно бесконечному, абсолютный минимум - абсолютному максимуму. "Божество есть бесконечное единство", - говорит Николай Кузанский, отождествляя тем самым то, что пифагорейцы, Платон и неоплатоники противопоставляли как крайние противоположности: самотождественное и иное. Бесконечное - это то, больше чего не может быть; это максимум; единое же - это минимум; максимум и минимум, согласно Николаю Кузанскому, суть одно и то же. "Максимумом я называю то, больше чего ничего не может быть. Но такое преизобилие свойственно единому. Поэтому максимальность совпадает с единством, которое есть и бытие. Если такое единство универсальным и абсолютным образом возвышается над всякой относительностью, то ему ничего и не противоположно по его абсолютной максимальности. Абсолютный максимум есть то единое, которое есть все; в нем все, поскольку он максимум; а поскольку ему ничто не противоположно, с ним совпадает и минимум". В пользу отождествления категорий "единое" и "бытие" Николай Кузанский приводит характерный аргумент: "Слово... единство, - пишет он, - это как бы "естинство" (wutaj) от греческого wu, что по-латински значит "сущий"; единство есть как бы бытие (entitas). В самом деле, - отмечает далее Николай Кузанский, - Бог есть само бытие вещей, ведь он - форма их существования, а значит, их бытие". Интересно, что и сам Николай Кузанский в работе "О предположениях" замечает, что на вопрос "есть ли Бог?" наиболее правильно будет ответить, что "он ни есть, ни не есть, ни - есть и не есть". Этот ответ выдержан действительно в духе неоплатонизма. Единое, таким образом, есть бытие, оно есть все, есть бесконечное, или, иначе говоря, в нем максимум и минимум совпадают. Чтобы сделать более наглядным принцип совпадения противоположностей - максимума и минимума, Николай Кузанский обращается к математике, указывая, что при увеличении радиуса круга до бесконечности окружность превращается в бесконечную прямую. У такого максимального круга диаметр становится тождественным окружности, более того, с окружностью совпадает не только диаметр, но и сам центр, а тем самым оказываются совпавшими точка (минимум) и бесконечная прямая (максимум). Аналогично обстоит дело с треугольником: если одна из его сторон бесконечна, то и другие две тоже будут бесконечными. "Но нескольких бесконечностей не бывает, и за пределами воображения ты трансцендентно понимаешь, что бесконечный треугольник не может состоять из нескольких линий, хоть этот максимальный, не составной и простейший треугольник есть истиннейший треугольник, обязательно имеющий три линии, и, значит, единственная бесконечная линия с необходимостью оказывается в нем тремя..." Так Николай Кузанский демонстрирует, что бесконечная линия есть и треугольник, и круг, и шар.

Рассуждение Николая Кузанского, помимо всего прочего, интересно и в том отношении, что оно задним числом выявляет далеко не само собой понятную связь между философской категорией единого и космологическим представлением о наличии центра мира, а тем самым - о его конечности. Отождествление единого и беспредельного, проведенное Николаем Кузанским, разрушает и ту картину космоса, из которой исходили не только Платон и Аристотель, но и Птолемей и Архимед и которая просуществовала на протяжении почти всего средневековья, хотя, правда, и была несколько раз поставлена под вопрос в период зрелой схоластики. Для античной науки и большинства представителей античной философии космос был очень большим, но конечным телом. А признак конечности тела - это возможность различить в нем центр и периферию, "начало" и "конец". Согласно Николаю Кузанскому, "подобное далеко от истины. Но если невозможно, чтобы мир был заключен между телесным центром и внешней окружностью, то непостижим этот мир, и центр и окружность которого - Бог; хотя этот мир не бесконечен, однако его нельзя помыслить и конечным, поскольку у него нет пределов, между которыми он был бы замкнут!" Вспомним, что предел, как его понимали античные греки, - это мера. Но у Николая Кузанского мерой, пределом является беспредельное, бесконечность. А познание с помощью такой меры тождественно невозможности познания. Поэтому "мир, его движение и его форму постичь невозможно". Понятие центра мира, с точки зрения Николая Кузанского, есть не более чем субъективное допущение. Объективно центра нет нигде, или, что то же самое, он находится везде. Центром мы обычно называем, говорит Николай Кузанский, точку зрения наблюдателя, которому свойственно считать себя в центре, где бы он ни находился, - такова иллюзия восприятия. Роль философии Николая Кузанского в становлении научного мышления нового времени до сих пор недостаточно оценена в нашей литературе. А между тем мы видим, как именно Николай Кузанский подготавливает логические и онтологические предпосылки для того переворота в астрономии, который связан с именем Коперника, и того переворота в физике (прежде всего механике), который осуществил Галилей. Влияние Николая Кузанского на научную и философскую мысль 15-17 веков было достаточно сильным. В первую очередь обычно указывают на Джордано Бруно, развившего основные принципы учения Николая Кузанского в направлении углубляющегося пантеизма.

Джордано Бруно

Джордано Бруно (1548-1600) делает шаг вперед по сравнению с Николаем Кузанским и Николаем Коперником. Для Николая Кузанского, как мы знаем, мир является потенциально бесконечным, а актуально бесконечным - только Бог; у Коперника мир "подобен бесконечности": в этом вопросе великий астроном проявляет большую осторожность. Для Бруно, развившего дальше пантеистические тенденции возрожденческой философии, актуально бесконечным является и мир. Различие между Богом и миром, принципиальное для христианства с его учением о творении мира Богом и о принципиальном различии между творением и Творцом, - это различие у Бруно, в сущности, снимается. Это обстоятельство, как и увлечение философа оккультными учениями, вызвало преследование его со стороны католической церкви, которое закончилось трагически: в 1600 г., после восьми лет заключения, Бруно был сожжен на костре.

В своих размышлениях о природе итальянский философ исходит из тех принципов, которые были развиты Николаем Кузанским, а именно - из его рассмотрения Бога как абсолютной возможности. Не будем забывать, что в терминологии Аристотеля, унаследованной и большинством средневековых теологов, возможность - это материя. Определение Бога как абсолютной возможности чревато, поэтому еретическими выводами о том, что чисто духовное существо, каким является христианский Бог, так же, впрочем, как и "форма форм" Аристотеля, в которой нет уже возможности, а только действительность, оказывается каким-то образом причастным материи. "...Абсолютная возможность, благодаря которой могут быть вещи, существующие в действительности, не является ни более ранней, чем актуальность, ни хоть немного более поздней, чем она. Кроме того, возможность быть дана вместе с бытием в действительности, а не предшествует ему, ибо если бы то, что может быть, делало бы само себя, то оно было бы раньше, чем было сделано. Итак, наблюдай первое и наилучшее начало, которое есть все то, что может быть, и оно же не было бы всем, если бы не могло быть всем; в нем, следовательно, действительность и возможность - одно и то же"

Однако тождество возможности и действительности - это принадлежность одного Абсолюта; в сфере конечного "ни одна вещь не является всем тем, чем может быть". Тем не менее, отождествление действительного и возможного в Боге, т.е. отождествление бесконечного и единого, предела и беспредельного, или, на языке Кузанского, минимума и максимума имеет далеко идущие следствия. Ведь это означает, что применительно к Абсолюту уже нет различия материального и формального. Или, как говорит Бруно: "...Хотя, спускаясь по... лестнице природы, мы обнаруживаем двойную субстанцию - одну духовную, другую телесную, но в последнем счете та и другая сводятся к одному бытию и одному корню". Вот что значит тезис Бруно, что "имеется первое начало Вселенной, которое равным образом должно быть понято как такое, в котором уже не различаются больше материальное и формальное и о котором из уподобления ранее сказанному можно заключить, что оно есть абсолютная возможность и действительность".

Подобно тому, как античное понятие единого уже у Кузанского, а тем более у Бруно отождествляется с бесконечным, античное понятие материи, которая, в отличие от единого и в противоположность ему есть бесконечно-делимое (беспредельное), теперь в свете учения о совпадении противоположностей получает характеристику "неделимого". При этом, правда, Бруно различает материю телесную и материю бестелесную: первая - делима, а неделимой является только вторая.

Итак, согласно Бруно, существует материя, которой свойственны количественные и качественные определенности (т.е. материя телесная) и материя, которой чуждо и то, и другое, но "тем не менее, как первая, так и вторая являются одной и той же материей". Материя как неделимая "совпадает с действительностью" и, следовательно, "не отличается от формы". Отсюда легко сделать и следующий шаг: если материя в своем высшем виде (как материя бестелесная) ничем не отличается от формы, то снимается и другое важное различие, которое признавалось и аристотеликами, и платониками, а именно, что форма активна, а материя пассивна. Форма понималась в античности как начало творческое, которое, внедряясь в материю, создает таким образом все оформленное. Бруно не разделяет этого воззрения по вполне понятным основаниям. Он пишет в этой связи: "...Следует скорее говорить, что она (материя) содержит формы и включает их в себя, чем полагать, что она их лишена и исключает. Следовательно, она, развертывающая то, что содержит в себе свернутым, должна быть названа божественной вещью и наилучшей родительницей, породительницей и матерью естественных вещей, а также всей природы и субстанции".

Бруно, как мы знаем, не был ни астрономом, ни физиком; он рассуждает как натурфилософ. Но его рассуждения, хотя и не непосредственно, оказывают влияние и на развитие науки: подрывая те принципы, на которых стоит перипатетическая физика и космология, Бруно, так же как и Николай Кузанский, подготовляют почву для философии и науки нового времени.

Философия Н. Кузанского была пантеистична: он утверждал, что бог есть во всех вещах, и наоборот. Познание высших истин, по Н. Кузанскому, достигалось не путем схоластических рассуждений, а на основе опыта. Подобное познание Кузанский называл "ученым незнанием", в противоположность схоластическому "знанию". Важным разделом философских взглядов Н. Кузанского было его учение о "совпадении противоположностей". Это учение свидетельствовало о наличии серьезных элементов диалектики в философии Н. Кузанского. Вместе с тем он утверждал, что только интуитивным путем человек доходит до понимания того, что в высшем единстве мира совпадают противоположности.

Материалистическое и атеистическое мировоззрение великого итальянского философа Джордано Бруно было заключено в пантеистическую оболочку, основой всего существующего он считал единое материальное начало, обладающее безграничной творческой силой. В противоположность схоластам и теологам Бруно возвеличивал природу, материальный мир, порождающий бесчисленные формы жизни из самого себя. Но, в то же время, он писал, что природа - это бог в вещах. С пантеизмом Бруно связана его идея всеобщей одушевленности мира. Задачей философии, по Бруно, является познание единой субстанции как причины и начала всех природных явлений. Единое, причина и начало - таковы основные черты материальной субстанции.

3. Эссе: «Народы! Старайтесь иметь добрые нравы, нежели законы: нравы суть первые законы» (Пифагор).

Как человек относится к другому человеку, близким, соседям, обществу, государству, природе, таков сам человек и есть! Отношения к внешнему миру,  являются признаками внутренних качеств человека. К нравственности относится; любовь, уважение к ближнему, труду, семейным, культурным ценностям, патриотизм. Бережное отношение к окружающему миру, природе и так далее. Положительные отношения, поступки, жизненная позиция приносит пользу не только внешнему миру, но и самому человеку как личности.  Законы нравственности не обойти не изменить.

Нравственность не принадлежит отдельной личности. Человек, общество может быть только сопричастным к ней в той или иной степени, выполняя её законы, что в совокупности и определяют нравы общества. Общество всегда нуждалось, и будет нуждаться в единой идеологии отражающей общечеловеческие ценности, частью которых является нравственность. Общечеловеческие ценности основа взаимопонимания между людьми и являются для общества объединяющей и организующей силой. Постоянство нравственных законов один из признаков Совершенства, и является её частью. А это значит, нравственный человек как личность совершенен! Именно на нравственной основе происходит слияние личных, общественных и государственных интересов. Отсутствие нравственности, почва для всех видов правонарушений и преступлений. Следовательно, нравственность является частью безопасности общества и государства. А это значит нравственность не только в интересах человека и общества, но и власти.

Введение в философию: Учебник для вузов. В 2 ч. / Под общ. ред. И.Т. Фролова. Ч. 1. М., 1989. С.80-93.

«Краткий курс истории философии» под ред. Ойзермана Москва,1967 г.

Б.Г. Кузнецов «Джордано Бруно и генезис классической науки» Москва, 1970г.

10.02.2014 год.